Текст книги "Любовь в наследство"
Автор книги: Элизабет Эштон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 10 страниц)
– Но это займет много времени. Я могу поехать и оказать ему первую помощь.
В Мас каждый знал, что у Джулии есть опыт работы медицинской сестрой. Дениза, вспомнив об этом сейчас, с облегчением вздохнула. Схватив Джулию за руку, она нетерпеливо заговорила:
– Ты поедешь, Джулия? Возможно, ты успеешь спасти его!
– Вы не преувеличиваете? – Казалось, Ги был сильно удивлен. – Из его слов я понял, что это не настолько серьезно. Кроме того, туда можно добраться только на джипе, а его нет, или верхом. Но надвигается гроза…
– Не думаю… – начала Джулия, но Дениза перебила ее, набросившись на своего брата.
– Болван! – закричала она. – Конечно же Джулия должна ехать, она не боится грозы. Она медсестра, и это ее обязанность оказывать помощь при несчастных случаях, не так ли, cherie? – Дениза так волновалась за Армана, что, казалось, забыла о своей ревности и с мольбой протянула руки к англичанке.
– Да, это так, – подтвердила Джулия, стремясь как можно быстрее добраться до Армана и самой увидеть, что же произошло на самом деле. – А этот человек не сказал, как тяжело он пострадал? Перелом?
Прошло некоторое время, прежде чем Дениза ответила. Она говорила медленно, тщательно подбирая слова:
– Нога… да… кажется, артерия… порванная артерия… Это опасно?
– Очень! – воскликнула Джулия. – Господи, надеюсь, у них хватило ума наложить жгут! Ги, оседлай Бьянку, а я пока переоденусь. Я должна немедленно ехать!
– Я поищу аптечку, – предложила Дениза. – Быстрее, Джулия, быстрее!
Но Джулию не надо было подгонять, она вихрем взлетела по лестнице и бросилась в свою комнату. Сорвав босоножки, начала искать сапоги, но никак не могла найти, наконец обнаружила их под кроватью, быстро натянула и, схватив кардиган, набросила его поверх легкой блузки. Выскочив из комнаты, Джулия поспешно сбежала по лестнице. В холле девушка остановилась, размышляя, – нужно было найти Марту и рассказать ей, что случилось, но это отнимет слишком много времени. Кордэ сами смогут известить о происшествии и ее, и Жиля после того, как Джулия уедет. Она выбежала из дома и помчалась к конюшне. Там она столкнулась с Денизой, державшей в руках седло и уздечку. Лошади не было.
– Ги не смог поймать Бьянку, – уныло сообщила художница.
Джулия огляделась и увидела кобылу, стоявшую не так далеко от них. Животное, навострив уши, подозрительно смотрело в их сторону. Девушка пронзительно свистнула, как учил ее Арман, и Бьянка легким галопом поспешила к ней. Пока Джулия седлала ее, показался Ги, ведя в поводу другую лошадь.
– Все хорошо! – крикнула ему Джулия. – Я возьму Бьянку.
Дениза пошла навстречу брату, и они остановились, что-то тихо обсуждая, так тихо, что Джулия не могла уловить, о чем идет речь, и почувствовала легкое раздражение. Подпруга седла была слишком жесткой, и Ги мог бы подойти помочь, вместо того чтобы болтать с сестрой. Возможно, он боялся кобылы, которая его на самом деле не любила. Джулия же предпочитала ехать на Бьянке, даже если придется немного задержаться, седлая ее. Наконец, она справилась с подпругой и окликнула Денизу:
– Ты нашла аптечку?
Дениза тут же подбежала к ней.
– Она прикреплена к седлу Ги. Он едет с тобой.
– Но в этом нет необходимости, тот человек, Гастон… – Джулия огляделась, но пастуха нигде не было видно. – Где он?
– Он уже уехал назад с запчастями для джипа, – объяснил Ги. – Они надеются починить его, чтобы привезти… Армана… сюда.
Джулия взглянула на него с тревогой:
– Тогда как же мы найдем дорогу?
– Он сказал мне, где это. Я знаю место.
Несмотря на спешку, Джулия заколебалась. Она совсем не хотела, чтобы Ги сопровождал ее.
– Я хорошо знаю земли Мас, – сказала она. – Если ты объяснишь мне, где это место, я уверена, что смогу их найти. Тебе не стоит беспокоиться, Ги. Тем более что ты не очень хороший наездник.
– Когда это необходимо, я могу удержаться в седле, – угрюмо возразил он. Его тщеславие было уязвлено. – Кроме того, я не могу позволить тебе ехать одной.
– Пока вы тут спорите, Арман может умереть! – воскликнула Дениза – Ради бога, езжайте же!
Арман, который, может быть, истекает кровью, умрет! Этой мысли было достаточно, чтобы Джулия быстро вскочила на спину Бьянки. Разворачивая лошадь, она успела уловить на лице Денизы злорадное выражение, удивленно замерла и пожалела, что Гастон их не дождался. Но Ги уже выезжал со двора.
– Давай, Джулия, – крикнул он, – каждая минута на счету!
Ги оказался прав – надвигалась гроза. Огромные черные тучи мчались по небу, смывая солнечный свет, и Джулия горячо надеялась, что успеет добраться до цели прежде, чем начнется ливень. Если починят джип, она вернется вместе с Арманом и будет ухаживать за ним в Мас. Только бы заработал мотор! Другая машина просто не смогла бы проехать по такой земле.
Ги храбро пустил коня рысью и ехал впереди Джулии, подскакивая в седле. Лошади шлепали через болото, погружаясь по щетки, но не спотыкались. Джулия держалась на некотором расстоянии от Ги, равнодушная к окрестностям, безразличная к шороху дождя, который постепенно набирал силу. Она думала только о мужчине, к которому спешила на помощь в трудную для него минуту, о мужчине, которого, возможно, уже покидала жизненная сила. Она примчалась бы к любому, кому могла понадобиться ее помощь, но, чтобы спасти Армана, Джулия готова была ехать хоть на край света. Только сейчас она поняла, что его жизнь дороже для нее, чем ее собственная.
Постепенно Джулия начала замечать, что местность, которую они пересекали, совершенно ей незнакома. Она никогда прежде не бывала в этой части ранчо. Земля становилась более заболоченной, и передвигаться по ней можно было только шагом. Привычные ко всему камаргские лошади отважно шлепали по чавкающей жиже. Прогрохотал гром, разразилась гроза. Ги остановился, и Джулия взглянула на него с испугом. Неужели они заблудились? Она с тревогой окликнула его:
– Ты хочешь сказать, что потерял дорогу?
В его поникшей фигуре было что-то странное. Он тупо уставился вдаль сквозь клубившийся над болотами полумрак, и на его лице отразился ужас. Казалось, он даже не слышал ее, но, когда девушка повторила свой вопрос, повернул коня и поехал в ее сторону. Его лицо было бледным и напряженным.
– Джулия, мы должны вернуться, – хрипло сказал он. – Эта дорога небезопасна.
Она с тревогой взглянула на него. Ги никогда не отличался храбростью, и сейчас, видимо, мужество окончательно покинуло его. Но они не могут повернуть домой!
– Мы не можем вернуться, ведь осталось совсем немного! – воскликнула Джулия. – Они должны быть где-то рядом. О, посмотри! – Появившийся в просвете между тучами луч солнца выхватил какие-то темные фигуры, движущиеся не так далеко от них. – Вот же они! Давай, не бойся, лошади не допустят, чтобы мы провалились в трясину.
Ги бросил на нее странный взгляд.
– Тогда уступаю дорогу даме, – буркнул он.
Джулия ехала через кусты тамариска в ту сторону, где заметила темные фигуры. Бьянка двигалась очень медленно, осторожно прокладывая путь по болотной тине. Здесь, наверное, проходила гать через трясину, которую кобыла инстинктивно чувствовала. Ветвистая молния расколола небо и ударила, казалось, прямо у ее ног. Раздался оглушительный гром. Бьянка захрапела и взвилась на дыбы, испугавшись внезапного гнева небес, и Джулия соскользнула с ее спины. Все смешалось: молотьба копыт, летящая во все стороны грязь, увесистые комья которой резко ударяли по голове девушки, Ги, выкрикивающий проклятия… Джулия потеряла сознание.
Она медленно приходила в себя, чувствуя, что вся насквозь промокла. Голова болела. «Где я, что произошло?» Затем появилось смутное воспоминание о том, что она куда-то спешила. Арман… Конечно, Арман! Он нуждается в ее помощи, и она должна добраться до него как можно скорее! Джулия сделала усилие, встала на колени и огляделась.
Гроза прошла так же быстро, как началась, только несколько туч замешкались на горизонте, к которому медленно клонилось солнце. Ей немедленно нужно добраться до Армана, но где же Ги и лошади? Вокруг никого не было, и только вспенившаяся грязь указывала их путь. Джулия была совершенно одна в этой болотной топи и тростниковых зарослях. Она стояла на небольшом островке, на котором пучками росла трава, и он казался единственным надежным местом в пределах видимости. Джулия озиралась со все возраставшим ужасом, вспоминая, что ей говорили о болотах.
Земля рядом с ней выглядела ровной и зеленой… слишком зеленой. Там могла быть твердая почва, но могла скрываться и трясина. Девушка подняла ком земли и бросила его на зеленый участок. Ком медленно скрылся из виду, схваченный ненасытной пастью плывуна, оставив только маслянистую борозду, вокруг которой подрагивала зелень. Джулия бросала еще и еще, в разные стороны от островка, но всегда с тем же результатом. Где-то должен быть выход отсюда, но девушка не отваживалась искать его самостоятельно – один неверный шаг, и она навсегда исчезнет в болоте.
Джулия снова села, подтянув колени к подбородку, и пожалела, что не надела куртку вместо легкого кардигана. Солнце выпаривало дождевую воду, и над болотом повис туман. Неужели никто не придет ей на помощь?
Джулия закричала, но ее голос потерялся в этой необитаемой пустыне. Солнце медленно садилось, небо становилось ярко-красным и золотистым. Слабое сияние на востоке возвестило о восходе луны. Несмотря на свое ужасное положение, Джулия залюбовалась пышным зрелищем вечерней зари и появлением ночного светила. «В конце концов меня найдут, – убеждала она себя, – со всех ранчо соберут людей на поиски, gardiens оседлают своих белых коней». Это напомнило ей об Армане, но она не могла спокойно думать о нем. Сейчас он, должно быть, уже в Мас, и доктор осматривает его. Он обязательно поправится… или… Она отогнала от себя эту ужасную мысль. Сумерки заслонили даль мерцающим покрывалом, но остроглазая Джулия заметила там неподвижную фигуру. Вероятно, это был отбившийся от стада бычок, но вскоре и он исчез из виду. Тени сгущались. В отчаянии она крикнула и снова призывно свистнула. Так она всегда звала Бьянку, но сейчас даже не надеялась на ответ. Вдруг за кустами тамариска, что скрывали подступы к ее островку, она услышала тихое ржание лошади. В поле ее зрения, осторожно ступая, показалась Бьянка, ее размытая сумерками белая фигура была наполовину скрыта густым туманом. А на ее спине… Лицо всадника залил лунный свет…
– Арман. – крикнула девушка и, позабыв про осторожность от радости и облегчения, бросилась ему навстречу и сразу же погрузилась по бедра в болото.
Джулия увидела, как он спешился, и, даже несмотря на охватившую ее панику, первая мысль была о нем.
– Не подходите! Здесь опасно.
– Стойте спокойно! – крикнул он, разматывая веревку, привязанную к его седлу. – Я скоро вытащу вас.
Умелый бросок – и лассо скользнуло по плечам девушки.
– Держитесь крепче! – приказал Арман, и Джулия дрожащими пальцами вцепилась в веревку.
Усилие, чавкающий звук – она вылетела из своего заточения и упала к ногам Армана. Он ловко освободил ее от лассо, поднял и усадил на спину Бьянки. Девушка вся дрожала и с ног до головы была покрыта тиной и грязью.
– Крепко держитесь, если не хотите погибнуть, – сказал он, и Джулия ухватилась за высокую луку седла.
Арман, держа Бьянку за уздечку, шагал рядом. Джулия смутно понимала, что он не мог быть здесь, он истекал кровью среди топей на окраине поместья… Но девушка слишком устала, чтобы ломать над этим голову. Достаточно того, что Арман здесь, невредимый, что он пришел, чтобы ее спасти, и они вскоре будут в безопасности.
В полусвете заката и луны, в едком тумане они, казалось, крались, едва передвигая ноги, по какому-то призрачному царству. Джулия чувствовала рядом с собой крепкое, напряженное тело Армана. Он тихо говорил лошади ободряющие слова, и Бьянка, низко опустив голову и втягивая широкими ноздрями запах земли, упорно брела по воде, ни разу не споткнувшись. Наконец Арман остановился с долгим вздохом облегчения.
– Слава богу, мы на твердой земле, – сказал он, протягивая к девушке руки, чтобы помочь ей спуститься. – Но все же это неподходящее место для ночлега.
Когда дрожащие ноги Джулии коснулись земли, она почувствовала огромное облегчение. Теперь они были вне опасности, и Арман принялся приводить ее в порядок, быстро и умело стирая пучком травы следы грязи с ее ног. Затем он заставил Джулию выпить глоток бренди из своей фляги, и пощипывающее тепло побежало по ее венам. Отстегнув от седла одеяло, Арман набросил его на плечи девушки и крепко прижал ее к себе, передавая свое тепло. Нежно поглаживая пальцами ее шею, он все время повторял на разных языках слова нежные, ласковые, слова любви:
– Carissima [33]33
Дорогая (итал.)
[Закрыть], ma mie [34]34
Моя милая, душенька (фр. разг. – от mon amie)
[Закрыть], mon coeur [35]35
Мое сердце (фр.).
[Закрыть], amado [36]36
Любимая (исп.)
[Закрыть]…
И что-то еще по-цыгански. Она начала оживать, и огромная волна радости затопила ее сердце. Он беспокоился о ней, он не был безразличен. Она положила ладони ему на грудь и прильнула к нему, зарыдав. Наконец она успокоилась. Всю свою жизнь Джулия будет помнить эту минуту в свете восходящей луны, когда она вернулась с порога смерти к жизни и… любви.
– Теперь лучше? – спросил Арман. – Думаю, нам пора двигаться дальше. Вам нужны горячая ванна и постель.
Он посадил ее на Бьянку и легко вспрыгнул на круп лошади позади нее. Девушка уютно устроилась в кольце его сильных рук, до подбородка закутанная в одеяло. Кобыла бодро потрусила домой.
– Сегодня неудачный день, – сказал Арман. – Один из моих людей был ранен. Когда мы доставили его на ранчо, обнаружили оседланную Бьянку без всадника и повернули назад – искать вас. Почему вы отправились на прогулку одна?.. Я поехал в сторону гиблых мест, чувствуя, что это последняя надежда… На самом деле это Бьянка нашла вас. Похоже, она знала, где вы. Но как вы оказались здесь? Заблудились?
Она только слушала, что он говорит, вялая и счастливая, опоясанная его руками. Арман крепко держал ее, будто все еще боялся, что болото может отобрать у него спасенную любовь. Она могла все объяснить, но была слишком изнурена, чтобы сейчас восстанавливать в памяти события, которые привели к несчастью. Ей только хотелось ехать вот так, с Арманом, к тому месту, что вскоре станет их домом.
Внезапно смертельный ужас пронзил ее острой болью, развеяв сладостную дремоту.
– Ги! – воскликнула она с мукой в голосе. – Где Ги?
Может, он на дне этой ужасной трясины?
Арман посуровел.
– Ги? – настороженно спросил он. – Ги в Мас. Пакует свои картины.
– Но… но… не может быть… – Джулия не могла поверить, что кузен покинул ее в такой опасности.
– Уверяю вас, он там, – мрачно подтвердил Арман. – Так вы ожидали, что он приедет за вами?
– Кто же еще? – вскричала она и разрыдалась. Ги знал, где она была, он должен был привести туда поисковую группу, чтобы спасти ее, но ничего не сделал. Почему он не приехал? Либо он думал, что она погибла, либо… хотел ее смерти. Смысл всего происшедшего был так ужасен, что Джулия зарыдала еще отчаяннее, совсем убитая горем, и Арман выругался вполголоса. – Я не могу поверить, что он не собирался приходить… – судорожно шептала она. – Нет… он же знал, где я… совершенно одна…
– Успокойтесь, – грубо сказал Арман, – не тратьте свои силы, пытаясь говорить. Несомненно, Ги Кордэ все объяснит вскоре.
Джулия на это надеялась. Внезапно она начала осознавать, что Арман переменился. Волшебство исчезло. Теперь он держал ее жестко и казался раздраженным. Те слова любви, что он говорил, подумала Джулия, вероятно, были просто слуховой галлюцинацией ее переутомленного мозга. Он позаботился о ней так же, как оказал бы помощь любому человеку, попавшему в беду, а то восхитительное чувство, охватившее, казалось, их обоих, когда он держал ее в объятиях, – только мираж.
Джулия продолжала слабо всхлипывать на груди Армана, а он мрачно смотрел вперед. Бьянка неутомимо брела в сторону дома.
Глава 8
В Мас-Боссэ горели все окна. Свет из них лился на толпу сидевших на лошадях мужчин – это были gardiens, вызванные из соседних имений, и весь персонал ранчо. Они кружили под соснами, готовые отправиться на дальнейшие безуспешные поиски, которыми с наступлением темноты бесполезно было заниматься. Марта беспокойно переходила от группы к группе, с тревогой расспрашивая всадников, но те в ответ лишь отрицательно качали головой. Гастона среди них не было – он отправился в госпиталь с человеком, пострадавшим в результате несчастного случая. Оказалось, это был его близкий родственник. Потерпевшего – у него была сломана берцовая кость – привезли на отремонтированном джипе в Мас, где его уже ожидал доктор, а после оказания первой помощи сразу отправили в больницу. Гастон был единственным человеком, знавшим, куда Джулия могла уехать. Кордэ же отрицали, что осведомлены о ее намерениях, хотя их об этом спрашивали еще до появления Бьянки. Потом кобыла нашлась, вся в тине и под седлом, и стало ясно, что Джулия уехала куда-то верхом, упала с лошади и, возможно, утонула.
Когда Бьянка выступила из мрака на освещенный луной двор, неся свою двойную ношу, возглас облегчения пронесся над собравшимися. Они подумали, что он привез бездыханное тело. Марта побежала ему навстречу с удивительной для старой женщины резвостью:
– Месье Арман, вы нашли ее? Она… жива?
Он соскочил с лошади, взял Джулию на руки и вошел со своей ношей в дом. На лестнице их встретил Марсель – он весь вечер стоял там в ожидании, надеясь услышать хорошие новости. До сих пор исчезновение Джулии скрывалось от ее деда, и старый слуга умолял не говорить ему ничего, пока девушку не найдут живой.
– Теперь вы можете сказать хозяину, что она потерялась, но ее нашли, – успокоил слугу Арман. – Я приду к нему через минуту.
Он внес Джулию в ее комнату и положил на кровать. Марта шла за ним по пятам.
– Теперь ваша очередь играть в спасателя, – кивнул ей Арман, – и не смотрите так встревожено. Она молода и все выдержит. – Он поколебался, затем внезапно спросил: – Ги Кордэ уезжает завтра утром?
– Да, месье Арман, но как он с этим связан? – Марта посмотрела на Джулию.
При упоминании имени Ги девушка беспокойно пошевелилась, и лицо Армана застыло.
– Довольно крепко, я полагаю, – пробормотал он. – Но это их дело, его и мадемуазель.
Арман поспешно покинул комнату, даже не оглянувшись. Марта подошла к Джулии, развернула одеяло и в ужасе вскрикнула, увидев, в каком состоянии была девушка. Раздев ее и обмыв теплой водой, Марта смазала лосьоном следы москитных укусов и уложила Джулию поудобнее.
– Вы сошли с ума! – укоризненно воскликнула она. – Отправиться верхом, навстречу грозе! Наверное, лошадь испугалась и скинула вас?
– Я должна была ехать, – прошептала Джулия, – вы не понимаете, я должна была ехать.
Она должна была ехать, потому что это ее обязанность, долг медсестры. Это была первая ясная мысль, пришедшая девушке в голову. Марта, видя, что она не способна сейчас что-либо объяснить, воздержалась от дальнейших расспросов. Она принесла горячее молоко, и Джулия, сделав несколько глотков, сразу же провалилась в сон. Путаница из ночных кошмаров мучила ее: предательство Ги, появление Армана, который, как она думала, должен был умирать на болотах в тот момент, его внезапная нежность и последующее охлаждение. Усталый мозг Джулии не мог справиться с мучившими ее вопросами. Внезапно она пробудилась в серых лучах рассвета и обнаружила, что не одна в комнате. Около ее кровати сидел кто-то с белыми волосами и густыми кустистыми бровями, закутанный в шаль.
– Дедушка? – прошептала она. – Вы пробыли здесь всю ночь?
– Почему нет? – проворчал старик. – Разве ты не знаешь, как дорога мне? Я не смогу уснуть, пока не удостоверюсь, что с тобой все в порядке.
– Со мной все хорошо, – сказала она, с удовольствием потягиваясь в своей удобной кровати, – вам нет необходимости оставаться со мной.
Он погладил ее по голове скрюченными пальцами:
– Ты же знаешь, я частенько бодрствую по ночам. А теперь спи, еще очень рано.
Джулия взяла его руку в свою и свернулась калачиком, сонно прошептав:
– Я люблю вас, дедушка.
Вскоре девушка снова уснула, крепко сжимая узловатые пальцы старика. Когда она проснулась, был уже день, и дед покинул ее комнату. Марсель бесшумно увез его, не разбудив Джулию. Отдохнувшая и посвежевшая, она вернулась к мучившим ее с прошлой ночи вопросам и поняла шокирующую правду: Ги умышленно завел ее в болотную топь, оставив там в надежде, что ее не найдут. Должно быть, он думал, что, устранив ее, получит Мас. Ги не знал, что наследником Жиля Боссэ станет Арман. Но хотя Джулия и не любила кузена, она не могла поверить, что он настоящий элодей – просто слабовольный. Напрягая свой измученный мозг, она попыталась восстановить в памяти все детали ужасной прогулки и вспомнила, как Ги сказал ей, что нужно возвращаться, а она сама потащила его в трясину. Значит, в последний момент он испугался и решил отказаться от страшного плана, автором которого, конечно же, была его сестричка.
Теперь Джулия все поняла. Как легко ее одурачили! Она же не понимала, о чем говорит Гастон, а Дениза все представила ей так, будто ранен Арман. Это она поддержала предложение Джулии отправиться немедленно на помощь. Джулия вспомнила, как Кордэ шептались, пока она седлала Бьянку, и свои собственные сомнения в тот момент. Но, напуганная рассказом Денизы о порванной артерии, она очертя голову кинулась в ловушку, забыв, как всего несколько минут назад француженка сказала, что хочет ее смерти.
Мысли Джулии перешли от Денизы к Арману, и она поняла, с чем связана перемена в его настроении: она не сказала ему, что Ги был с ней, она с тоской выкрикивала его имя, думая, что он утонул в болоте, а затем была потрясена невероятным известием, что он давно дома и в безопасности и ничего не сделал, чтобы спасти ее. Арман неправильно понял. Он думал, что она оплакивает Ги, этого негодяя, который, видимо, надеялся, что она погибла, и никто никогда не узнает об их с Денизой участии в ее исчезновении. Никто ведь, за исключением Кордэ, не знал, что она уехала. Никто, кроме Бьянки. Если бы ему удалось расседлать лошадь, никто бы так и не понял, что девушка уехала верхом. Она мрачно усмехнулась, отчетливо представив себе усилия Ги поймать Бьянку, чтобы уничтожить последнюю улику.
Теперь она должна рассказать правду и вернуть Армана… Но… не будет ли потрясение слишком тяжелым для слабого и больного старика, несмотря на его и так не очень высокое мнение о Кордэ? Не ухудшится ли его здоровье, узнай он, что его родственники оказались потенциальными убийцами? Он мог потерять душевное равновесие, осознав реальную опасность, грозившую его внучке, и счесть виновным в этом себя – ведь он сказал Ги, что лишает его наследства. Нет, она не отважится на это. Она никогда не причинит боль деду, который всю ночь бодрствовал у ее постели и которого она любила. Кордэ собрались уезжать, так пусть уезжают, унося свои преступные секреты с собой. Что же касается ее, она будет молчать об этом. Но Арман должен узнать обо всем, тогда он поймет… Но осмелится ли она? Джулия не знала, как отреагирует Арман, поэтому не станет ему ничего говорить… пока. Она любила Армана, боялась его презрения и в то же время ненавидела его – неожиданно все сразу.
Внезапно ее охватило сильное желание укрыться в своем родном доме, где живут нормальные, обыкновенные люди, чье поведение всегда предсказуемо. Кровавые Кордэ, Арман, то пылкий, то равнодушный, даже ее дед, который сразу же, как только она придет в себя, начнет убеждать ее выйти замуж за Армана. Она отплатит Жилю за его доброту, сохранив в секрете злую выходку его родственников. Арман в свое время станет хозяином Мас и найдет жену по своему выбору, а она возвратится к прежней жизни в той самой ее точке, где она была оборвана приездом в Камарг.
Марта принесла завтрак и спросила, не хочет ли Джулия попрощаться со своими кузенами. Сдерживая дрожь, девушка ответила, что слишком устала, чтобы встречаться с ними, и попросила ее передать им свои извинения. Марта явно удивилась:
– Но месье Кордэ очень хочет вас видеть.
– Хочет? – Джулия не могла понять почему. Она искренне надеялась, что никогда больше не увидит его. – Скажите ему, что это совершенно невозможно, – твердо ответила она.
Кто-то постучал в дверь, Джулия крикнула:
– Войдите!
Дверь медленно открылась. На пороге стоял Ги Кордэ, готовый к отъезду, в своем вельветовом пиджаке. Джулия резко выпрямилась. Ее глаза расширились.
– Ты?! – выдохнула она. – Как ты осмелился прийти ко мне?! Разве Марта не сказала, что я не хочу тебя видеть?
– Сказала, но я не мог уехать, не повидав тебя, – робко промолвил он, его карие глаза смотрели на нее умоляюще. – Было бы слишком надеяться, что ты простишь меня, но я хотел сказать, как я рад, что тебя нашли. – Он сделал несколько шагов в ее сторону, Джулия отпрянула. – Я… я сделал это неумышленно… Я и сам заблудился…
– Ты ждешь, что я поверю в это? – насмешливо спросила она. – Ты вернулся назад и спокойно начал упаковывать свои картины, в то время как я… – Джулия содрогнулась. – Ты мог, на худой конец, сказать Арману, где я была.
– Я хотел, – вздохнул Ги, – но Дениза мне не позволила. Она пригрозила, что убьет меня, и заявила, что слишком поздно спасать тебя, так что я сдался. Я… я подумал, что Арман сможет сделать то же самое со мной.
– Да, – с удовлетворением согласилась Джулия. – Не думаю, что он обошелся бы с тобой мягче.
– Дениза всегда ревновала тебя, – продолжил Ги. – Это она предложила «грехопадение в Ле-Бо» – думала, что, если ты выйдешь за меня, это возведет барьер между тобой и Арманом. Ах, она сущий дьявол, эта Дениза! Я знал, что это не сработает, ты слишком независима, чтобы опасаться за свою репутацию. Но ты меня обидела своим презрением, Джулия. – Ги смотрел на нее глазами побитой собаки. – Дениза хорошо поработала над моим тщеславием, но я никогда больше не разрешу ей командовать мной, Джулия. Я знаю, что ты была права, назвав меня презренной маленькой шавкой.
Казалось, Ги получает удовольствие от самоуничижения. Помимо воли Джулия начала смягчаться. Этот жалкий, несчастный, несуразный человечек был всего лишь орудием в руках своей сестры.
– Если бы я действительно провалилась в болото, это была бы ужасная смерть, – сказала девушка, укоризненно глядя на него.
– Я знаю, Джулия, и никогда не избавлюсь от ночных кошмаров. Я… я не должен был оставлять тебя там… Я не мог… Если бы не эта гроза и лошади не понесли… Ты ведь знаешь, я плохой наездник. Только на полпути к дому я смог вновь обрести контроль над лошадью, а потом… Я подумал… что уже слишком поздно…
– О, не будем больше об этом говорить! – воскликнула Джулия с дрожью. – Видишь, со мной все хорошо. Ты едешь в Париж, так что забудем это. – Она криво улыбнулась.
Он опустился перед ней на колени и театральным жестом поднес ее пальцы к своим губам.
– Спасибо, Джулия, спасибо, ты ангел! – Эмоции захлестывали его, и она увидела, что в его глазах действительно стояли слезы. Он был истинным французом.
– Вот ты где! Ты не слышал, как мы звали тебя? Мы тебя ждем. – Арман стоял на пороге, наблюдая за ними с сардонической улыбкой. – Если вы уже закончили, тебе лучше поторопиться, Ги, иначе опоздаешь на поезд. Простите, мадемуазель, за то, что прерываю столь очаровательное прощание, но мы спешим.
Ги вскочил на ноги.
– Прежде чем уеду, я должен возместить ущерб! – воскликнул он. – Арману нужно узнать правду!
– Нет, пожалуйста, Ги, – Джулия выпрямилась на подушках, испуганная тем, что он может раскрыть тайну, – все равно это не поможет.
– Нисколько, – с раздражением заметил Арман, – поспеши, mon vieux [37]37
Хозяин (фр. разг.).
[Закрыть] .
– Я не уйду, пока все не расскажу, – твердо заявил он. – Ты, Арман, слабоумный болван, дурак, тупоголовый урод! Ты не достоин любви Джулии! Ты всегда плохо о ней думал, но она… она, как говорят англичане, верная до гроба. В Ле-Бо она с презрением отвергла меня, она дала мне отставку, когда я пытался скомпрометировать ее. Она любит только тебя, Арман, ты просто слеп!
Арман посмотрел на Джулию, но она отвернулась. Ги же продолжал, энергично жестикулируя:
– Когда пришел Гастон и сообщил, что человек ранен, Дениза обманула ее, сказав, что это был ты. Джулия не стала ждать, пока тебе окажут первую помощь. Она бросилась надевать сапоги, а мне велела седлать лошадь. Гастон уехал вперед, а Бьянка не подходила ко мне… Джулия оседлала ее сама. В это время Дениза уговаривала меня, чтобы я утопил Джулию в болоте.
Арман вскрикнул от ужаса.
– Но я не мог сделать этого… Я просто сбился с пути. Заметь, мы были в гиблом месте… Началась гроза… Моя лошадь понесла… – Он внезапно втянул голову в плечи, заметив выражение глаз Армана, и бросился к кузине с воплем: – Джулия, не дай ему убить меня!
Арман одним прыжком пересек комнату и схватил Ги за ворот пиджака.
– Вон! – заорал он гневно, вытолкнул художника в коридор и, обернувшись на пороге, посмотрел на Джулию.
– Это правда? Вы спешили мне на помощь, когда это сатанинское отродье сбило вас с пути?
– Да, Арман, – просто ответила она. – Я была уверена, что это вы ранены и вам нужна моя помощь.
Он отступил от двери, подошел к девушке и остановился, засунув руки в карманы брюк. Его черные глаза казались бездонными, когда он взглянул на нее:
– Тем не менее вы ничего не сказали, вы защищали Ги. И это его имя вы выкрикивали, когда я вас нашел. – В его голосе звучала горечь.
– Я… – Джулия содрогнулась. – Я подумала, что он утонул в болоте.
Арман отвернулся.
– Когда я с ним закончу, вернусь и поговорю с вами, – мрачно пообещал он.
В мгновение ока Джулия пролетела через комнату и вцепилась в его руку.
– Нет, пожалуйста, Арман, не трогайте его!
– Все еще дрожите за его отвратительную шкуру? – Его голос резал слух. – Боже, видимо, он слишком много значит для вас! Но вы его не узнаете после того, как я с ним побеседую.
– Арман, нет! – Джулия вцепилась в него изо всех сил. – Вы не должны этого делать. Меня совершенно не заботит, что с ним случится, но я думаю о дедушке. Ги – его племянник. Кроме того, это Дениза науськала его… Нет… Пожалуйста! – взмолилась она, когда Арман попытался вырваться. – Если вы изобьете Ги, это станет известно дедушке, вот почему я защищала его. Если дедушка узнает правду, шок может убить его.
Арман прекратил попытки освободиться. Хотя его глаза все еще зло сверкали, он, казалось, обдумывал ее слова.
– Но позволить Ги уехать после всего этого, когда он мог вас утопить… – пробормотал он.
– Знаю, это несправедливо, – согласилась Джулия, – но только так можно оградить дедушку от переживаний. – Она продолжала умолять его, и пожар в черных глазах стал медленно затухать.
