355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Элис Детли » Путь в царство любви » Текст книги (страница 4)
Путь в царство любви
  • Текст добавлен: 10 октября 2016, 01:58

Текст книги "Путь в царство любви"


Автор книги: Элис Детли



сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц)

Китти снова встретилась с ним взглядом: он смотрел на нее неотрывно, смотрел и ждал, и в его серых глазах явственно угадывалось восхищение. Даже находясь от Джеффри на значительном расстоянии, она почувствовала исходившее от того желание, в ответ на которое пробудилось непонятное ей самой смутное томление.

– Мамочка, ты идешь? – услышала она робкий голосок сына.

– Да, да, – пробормотала она, чувствуя, что не в состоянии двинуться с места.

– Может, вы с миссис Сантос пройдете первыми, – предложил Грег, обращаясь к мальчику, – а мы за вами?

– Хорошо, – согласился тот.

Миссис Сантос и Том проследовали вперед. Грег взял Китти под руку.

– Не делайте такое страшное лицо, – шепнул он ей.

– Вам легко говорить, – дрожащим голосом пролепетала она.

– Он вас не съест. По крайней мере здесь, перед лицом Господа и всеми собравшимися, – усмехнулся тот. – Разве позже…

Китти осуждающе посмотрела на Грега и пошла по проходу между скамьями. Снова поймав на себе взгляд жениха, она увидела, что тот смотрит на нее с подбадривающей улыбкой, и тоже улыбнулась в ответ. Он не причинит ей зла, ни теперь, ни позже… Он поможет ей обеспечить безопасность сына и знает, как это сделать наилучшим образом. Остальное для нее пока неважно…

Когда она приблизилась к алтарю, Грег чинно поклонился, передал ее жениху и сделал шаг назад. Джеффри еще раз ободряюще улыбнулся своей невесте и повернулся к отцу Эрнандесу.

Китти была признательна Джеффри за ту уверенность, в которой сама черпала силы. Она подняла глаза и увидела обращенный к ней доброжелательный взгляд старенького священника. Если у того ранее и имелись сомнения по поводу их поспешного венчания, то Джеффри, видимо, сумел их развеять.

Неужели все это происходит с ней? И венчание, и орган, и этот одуряющий запах колючих роз?.. Господи, Господи, что же она делает? У Китти от волнения закружилась голова, и она еле удержалась на ногах.

Пока Джеффри надевал золотой ободок на безымянный палец ее левой руки, пока она сама проделывала то же самое, Китти не оставляло чувство, что это не пустая формальность, что тем самым она связывает себя больше, чем любыми обещаниями и клятвами…

Наконец отец Эрнандес торжественно объявил их мужем и женой и, тепло улыбнувшись, добавил, что теперь Джеффри может поцеловать свою избранницу.

Рассчитывая, что это будет лишь мимолетный поцелуй в щеку, Китти решительно вскинула подбородок и впервые с начала церемонии заглянула Джеффри в глаза. В них она увидела такое желание, что вздрогнула. Он с чувством собственника гордо окинул гостей взглядом и вновь повернулся к ней. Китти с замиранием сердца поймала себя на том, что под его взглядом в душе и теле у нее вновь шевельнулось запретное томление.

Прошептав имя жены, Джеффри взял Китти за плечи, привлек к себе и, склонив голову, приник к ее губам. С тихим вздохом она закрыла глаза и прильнула к нему всем телом.

Какое-то мгновение Китти казалось, что он вот-вот отпустит ее. Но Джеффри, словно почувствовав ее невыразимое желание, крепче прижался к нежным губам, искусно заставив их раскрыться.

Глава 6

Джеффри показалось, что, если бы не осуждающее покашливание отца Эрнандеса, он никогда бы не выпустил Китти из своих объятий. В самом деле, не в святая же святых терять голову! Стараясь не смотреть на Китти, Джеффри взял ее под руку, и они направились к выходу.

Джеффри пригласил всех: семейство Лопес, школьных монахинь, отца Эрнандеса и мистера Уайли разделить с ними праздничный ужин в его доме. Приглашение было принято, хоть и не без известной доли настороженности. Джеффри – чтобы угодить Китти – был само радушие.

Было решено, что сестра Эстерлита и сестра Рафаэла поедут в машине Мигеля, а отец Эрнандес и мистер Уайли прогуляются пешком. Грег, миссис Сантос и Том сели на заднее сиденье джипа, Китти – впереди, Джеффри – за руль, и их машина возглавила скромный кортеж.

Они опередили гостей на несколько минут. В саду у Джеффри вдруг возникло страстное желание – взять Китти на руки и внести в дом. Этого еще не хватало! Интересно, все ли у него в порядке с головой? Он и без того сделал уже более чем достаточно, чтобы их брак выглядел как настоящий. К тому же он сомневался, что Китти по достоинству оценит подобный порыв. Но было поздно – сумасбродная мысль целиком захватила его воображение, и Джеффри потерял контроль над собой.

– Подождите, – сказал он, хватая Китти за руку.

Тем временем Грег и гости уже вошли в дом.

– Да? – Она удивленно обернулась.

– Я только хотел, чтобы вы чувствовали себя как дома, миссис Эйбил. – С этими словами и улыбкой Джеффри легко, словно перышко, подхватил Китти, ступил через порог и снова отпустил ее.

– Благодарю, – в полной растерянности пролепетала та, и жгучая краска залила ее лицо. Том наблюдал за ними, покатываясь от смеха, миссис Сантос одобрительно кивала, и только Грегу, похоже, эта сценка пришлась не по нраву, поскольку он лишь презрительно хмыкнул и отвернулся.

Довольный собой, Джеффри предусмотрительно схватил за ошейник подоспевшего Джоя, пока тот не принялся мусолить подол платья своей новоиспеченной хозяйки.

– Пожалуй, лучше убрать отсюда пса, – сказал он и потащил упирающегося Джоя в другую комнату.

Пройдя на кухню, Джеффри достал из холодильника шампанское, а миссис Сантос тем временем, облачась в фартук, занялась последними приготовлениями к ужину, которому и так посвятила практически весь день.

Китти стояла, прислонившись к разделочному столику, и не знала, что ей делать. Немного помявшись, она предложила свою помощь миссис Сантос, но та прогнала ее к гостям.

Выйдя в гостиную, она, лучезарно улыбнувшись, приняла из рук мужа запотевший бокал шампанского, встала рядом с ним и, вскинув голову, приготовилась выслушать тост, который собирался произнести Мигель.

После первых двух бокалов все развеселились.

Джеффри думал, что время до ужина Китти проведет, болтая с Каролиной, однако она не отходила от него ни на шаг, словно давая понять, что его поддержка в данный момент не только важна для нее, но и желанна. Джеффри был счастлив угодить, хотя для этого ему и пришлось вспомнить все искусство светской беседы, которое он оттачивал, когда работал при посольстве в Эль-Норте.

По недвусмысленным обжигающим взглядам, которые бросала в его сторону Каролина, Джеффри понял, что той не терпится заполучить свою подружку. Однако он решил: пока Китти не изъявит желания оставить его, надо делать вид, что эти намеки до него не доходят.

Выручал и мальчик – пусть и не отдавая в том отчета; он переходил от одного гостя к другому и своей милой болтовней на время отвлекал внимание гостей от Китти. Было устроено нечто вроде фуршета, и, пока жених с невестой наблюдали, как гости выбирают закуски, к ним подошла миссис Сантос и отвела Джеффри в сторонку.

– Все в порядке, сеньор Эйбил? – осведомилась она. Щеки у нее раскраснелись от стояния у горячей плиты, глаза плутовато поблескивали.

– Все отлично, дорогая, – поспешил заверить он домработницу, которой был благодарен за верность и привязанность.

Он не мог бы никому объяснить, чем заслужил подобное отношение к себе этой доброй женщины. Она не верила ни одному слову сплетен о нем в Сан-Марио. Он знал точно – ее неизменная поддержка для него крайне необходима, эта женщина никогда не обманет и не предаст.

– Тогда с вашего разрешения я ненадолго отлучусь, – перенесу вещи сеньоры в вашу комнату, – домоправительница мило улыбнулась.

Джеффри, никак не ожидавший от миссис Сантос подобной прыти, едва не лишился дара речи. Пребывая в полной уверенности, что предусмотрел все, он не подумал об одном – как и где они, он и Китти, будут спать, коль теперь они муж и жена. С вымученной улыбкой он кивнул.

– Благодарю вас, миссис Сантос. Это очень любезно с вашей стороны.

Ужин тем временем продолжался: гости развеселились, звонко звенели бокалы – все желали молодым счастья. Миссис Сантос вернулась на кухню, чтобы подать роскошный торт, который сама же и испекла.

Вскоре Том начал зевать, и домработница вызвалась уложить его в постель. Затем отец Эрнандес, мистер Уайли, а за ними и сестры-монахини объявили, что им пора домой.

Хоть путь был не далекий, Джеффри пообещал, что Грег их подвезет. Комнаты опустели. Джеффри испугался, что Мигелю и Каролине все-таки удалось улучить момент и наброситься на Китти с вопросами. Словно в подтверждение его опасений из сада донеслись громкие голоса. Он, досадуя на собственную глупость, кинулся было к выходу, не желая оставлять их наедине, но голос Каролины Лопес заставил его остановиться в нерешительности.

– Но почему же ты не пришла к нам? Мы бы помогли тебе. И почему необходимо было выходить за этого человека замуж? Странная ты, Китти…

– Филдинг опасный человек, – сухо отрезала та, – и Джеффри Эйбил лучше вас знает, как следует вести себя с подобными типами. Сама не понимаю, как все это получилось… Эйбил предложил – я согласилась.

– Ты же его совсем не знаешь! О нем говорят такие вещи…

– Мало ли что болтают? О человеке надо судить не по разговорам, а по делам. Он был добр и гарантировал, что я и ребенок будем в безопасности. И я верю – ничего плохого с нами не случится.

– Но к чему такая спешка? Если бы ты, по крайней мере, предупредила нас…

– Извини, не могла, – оборвала ее Китти. – Но все равно спасибо, что пришли на свадьбу. Ты даже не представляешь, что означало для меня твое присутствие на венчании. Надеюсь, ты найдешь в себе силы примириться с мыслью, что Джеффри Эйбил мой муж. Потому что в противном случае… в противном случае… думаю, нам лучше… не общаться.

Джеффри сначала решил, что Китти, уединившись со своими друзьями, ищет их участия. Однако теперь понял, что его молодая жена не просто защищает – она практически взяла его сторону. Такого проявления доверия с ее стороны он, честно говоря, не ожидал. Джеффри поспешно подошел к бару и стал наливать бренди. Услышав звук шагов, он спокойно повернулся к гостям.

Китти, войдя вслед за четой Лопес в гостиную, неуверенно улыбнулась.

– Я показывала наш сад… – нарочито бодрым голосом произнесла она, махнув рукой в направлении открытой двери. Видно было, что она смущена и не знает, куда глаза девать.

– Ваши розы превосходны, – чинно проронила Каролина, сделав над собой видимое усилие. Глаза ее были холодны как лед, губы поджаты.

– Да, цветы – это и моя слабость, – поддержал жену Мигель, переступая с ноги на ногу и не зная, о чем говорить.

Джеффри с напускной непринужденностью поднял бокал.

– Могу я предложить вам бренди или, может быть, по чашечке кофе?

Он прекрасно понимал, что, учитывая его репутацию в городе, перетащить этих людей на свою сторону будет нелегко. Приходилось довольствоваться тем, что друзья Китти, по крайней мере, не были настроены откровенно враждебно.

– Благодарю вас, – ответил Мигель. – Однако пора и честь знать. – Он взял жену под руку и вежливо поклонился. – Весьма признательны вам за гостеприимство, мистер Эйбил, было приятно видеть вас такими счастливыми. Еще раз поздравляю! – Он повернулся к Китти и, приветливо улыбнувшись ей, добавил: – Дорогая, желаю тебе счастья!

– Да, да, всего наилучшего, – примирительным тоном подхватила Каролина.

– Спасибо вам, – пробормотала Китти.

Каролина чмокнула Китти в щеку и на прощание улыбнулась Джеффри.

– Заходите к нам в гости, будем рады.

Джеффри взял Китти за руку, и они проводили супругов до двери.

Попрощавшись, он захлопнул за ними дверь, явно собираясь что-то сказать Китти, но в этот момент появилась миссис Сантос, которая, уложив малыша, теперь убирала посуду и остатки угощения.

Китти тут же вызвалась ей помочь, но та сокрушенно покачала головой.

– О, сеньора, разве можно? В брачную ночь? Идите, идите, я все сделаю сама. Нет, надо же, выдумала – в такую ночь мыть посуду, – добродушно ворчала она, унося тарелки на кухню.

Китти растерялась и покраснела от смущения.

– Да, да, – пролепетала она и опрометью бросилась прочь.

Джеффри остановил ее, придержав за руку.

– Я поднимусь через минуту. Только выпущу Джоя.

Китти решительно высвободила руку и вышла.

– Сеньор, я позабочусь о собаке, – сказала миссис Сантос.

– Я знаю. Просто хочу посмотреть, не дуется ли он на меня – все-таки весь вечер просидел взаперти.

– Да что вам далась эта собака? Шли бы к молодой жене… – добродушно поддразнила домоправительница.

– Вечно ты выдумываешь Бог знает что! – буркнул он, стараясь не обращать внимания на насмешливый тон вредной старушки.

Джой, увидев хозяина, запрыгал около него: несколько часов, проведенных на старом диване в запертой комнате, явно ничуть не утомили пса. Понимая, что вызывает недоумение у миссис Сантос, Джеффри тем не менее довольно долго возился с собакой: накормил его, потом выпустил погулять. Наконец решив, что больше откладывать разговор с Китти нельзя, он скрестил на счастье пальцы и поднялся наверх.

Она стояла в полумраке коридора, прислонившись к стене возле двери в спальню, в которой они с Томом провели прошлую ночь. Подойдя к ней, Джеффри увидел в ее глазах испуг и растерянность. Китти явно не знала, что сказать.

– С малышом все в порядке? – участливо спросил он.

– Он спит как убитый, – слабая улыбка пробежала по нежным губам. – Даже не проснулся, когда я наклонилась к нему, чтобы поцеловать. Только вот… – Она смешалась и с тревогой взглянула на Джеффри.

– Что? – спросил он, хотя уже догадался, о чем пойдет речь.

– Мои вещи. – Она осеклась и отвела взгляд. – Они исчезли…

Не произнося ни слова, Джеффри взял ее за руку, провел по коридору и открыл дверь в спальню. Не дав Китти опомниться, он увлек ее за собой и тут же захлопнул дверь.

Тут только Джеффри понял, что миссис Сантос превзошла самое себя в стремлении приготовить для них настоящие брачные покои. От миниатюрного ночника по комнате разливался мягкий золотистый свет, на туалетном столике и на комоде стояли вазы с бордовыми и белыми розами. Букет Китти, перевязанный белой ленточкой, лежал на ночном столике, блестели надраенные медные шары широкой кровати, застеленной белоснежным кружевным постельным бельем. Атласное одеяло в бело-голубую полоску было приглашающе отвернуто.

В довершение этого великолепия миссис Сантос положила на это брачное ложе золотистую ночную рубашку – не надо было иметь семи пядей во лбу, чтобы догадаться: рубашка предназначалась молодой жене ее хозяина. Китти готова была заплакать.

– Вы же сказали, что не будете… что мы не будем… – заикаясь, она стала пятиться по направлению к двери.

– Простите. Это все миссис Сантос… – извиняющимся тоном произнес Джеффри, стараясь не подавать виду, как он уязвлен этим откровенным проявлением неприязни. – Поверьте, это не моя идея, я тут ни при чем, честное слово!

– Тогда зачем же это?.. – Китти осеклась и, точно не в силах подобрать нужных слов, кивнула в сторону кровати.

– Миссис Сантос резонно рассудила, что, будучи моей женой, вы, естественно, захотите спать со мной. И вы знаете, ее нельзя в этом упрекнуть.

– Но мы же договорились…

– Знаю. К сожалению, надо учитывать, что уважаемая миссис Сантос будет несказанно удивлена, когда утром увидит, что мы спим порознь. Конечно, на нее можно положиться. Но в данном случае я не могу поручиться за то, что она не разболтает подружкам, что мы спим в разных комнатах. А вы не хуже моего понимаете, что наш брак не должен ни у кого вызывать никаких сомнений. В противном случае зачем нам надо было жениться?

Не говоря ни слова, Китти пересекла комнату. Подавленная, она остановилась у окна, повернувшись к Джеффри спиной.

– Мне все это тоже не по душе, знаете ли… – Джеффри снял пиджак, раздраженно швырнул его на кровать и принялся лихорадочно развязывать галстук. – Но пока нам придется мириться с подобной ситуацией. – Он повесил галстук на спинку кровати, до середины расстегнул пуговицы на рубашке и закатал рукава. – Нравится это или нет, но вам придется спать здесь, со мной.

Она по-прежнему безмолвно стояла у окна, задумчиво глядя в темноту.

– Послушайте, у меня есть кое-какие дела внизу. Думаю, вернусь уже за полночь и… я не потревожу вас…

С трудом подавив в себе раздражение, Джеффри резко повернулся и вышел, стукнув дверью.

За прошедший день скопилась масса дел – управиться бы к утру. Когда он вернется, его "суженая" будет видеть седьмой сон. Может, к тому времени он и сам немного остынет.

Он включил негромкую музыку, зажег лампу и сел в кресло у письменного стола. Однако развернув какое-то деловое письмо, он не увидел там ничего, кроме постели с кружевным бельем и неподвижной фигурки Китти, которая желала одного – чтобы он убрался прочь.

Под пение любимой певицы Джеффри попробовал сосредоточиться, но сердце его щемило от тоски, а тело изнывало от желания. Он был не в состоянии думать ни о чем другом, кроме своей жены.

С тех пор как Джеффри оставил ее одну, прошло, наверное, целых полчаса, а Китти, овеваемая благоуханной прохладой, все так же неподвижно стояла у окна, глядя в ночь. Мысли теснились и путались в ее бедной голове, она чувствовала, что совсем ничего не понимает. Вот опять обидела Джеффри. А зачем? Что он такого сделал? Нет, она, правда, непроходимая дура… Без ее согласия он ее и пальцем не тронет, а она строит из себя Бог знает кого. Теперь своими капризами она все испортила… Вот идиотка!..

Китти хотелось плакать.

Рассеянно поворачивая пальцами кольцо на левой руке, она вспомнила, как Джеффри поцеловал ее в церкви и как она ответила на этот поцелуй. Как ни горько признаваться, но то была бы правда – она с радостью разделила бы с Джеффри Эйбилом брачное ложе.

Китти все больше влекло к Джеффри как физически, так и эмоционально – в этом она уже ни капельки не сомневалась. Сумасбродные мысли бродили у нее в голове, неся тревогу и путаницу. Она запуталась, совсем запуталась… Что же теперь делать, а?

Наконец, изнывая от усталости и так и не преодолев своих сомнений, она решила, что пора ложиться. Позади остались два длинных, беспокойных дня. Китти была уже не в состоянии не то чтобы взвешивать свои поступки, но хотя бы здраво рассуждать.

Не хватало только столкнуться с Джеффри еще раз. Вдруг он войдет в комнату и увидит, что она все еще слоняется как потерянная… Лучше всего затаиться в постели, уснуть или хотя бы притвориться спящей. Иначе она снова окажется в глупейшем положении.

Она вошла в ванную и долго стояла под теплым душем. Потом почистила зубы, надела рубашку и вернулась в спальню. Аккуратно убрала в шкаф, в котором оказались все ее вещи, новое платье, а в другой повесила пиджак и галстук Джеффри.

Подошла к кровати и остановилась в нерешительности, пытаясь сообразить, с какого края ей лучше лечь. Наконец решилась, откинула покрывало и села. Если Джеффри захочет поменяться с ней местами, может сказать ей об этом. Она сняла заколку, вынула из ушей серьги и сложила все на туалетный столик. Запустив пальцы в волосы, Китти принялась массировать голову, стараясь расслабиться.

Почувствовав некоторое облегчение, Китти протянула руку к лампе и погасила свет. Она пододвинулась как можно ближе к краю двуспальной кровати, уткнулась лицом в мягкую прохладную подушку, пахнувшую свежестью, и с блаженным вздохом закрыла глаза. На минутку ей показалось, что тревоги и страхи остались позади, хотелось забыться и уснуть, как и день назад. Что бы ни готовил день грядущий, она теперь будет во всеоружии…

Видимо, спала она не крепко, потому что услышала, как с легким щелчком открылась и снова закрылась дверь. Судя по светящимся часам на ночном столике, с тех пор как она погасила свет, прошло больше часа. Давно перевалило за полночь. Из ванной доносился плеск воды, следовательно, Джеффри собирался ложиться.

Китти затаила дыхание, прислушиваясь: вот он вошел в комнату, бросил какие-то вещи, возможно рубашку и брюки, на стул у окна, вот подошел к кровати и, стараясь не разбудить ее, осторожно откинул одеяло.

Он лег – так же, как и она, – у самого края. Казалось, между ними пролегла пропасть. Но вместо того чтобы отвернуться, Джеффри улегся к ней лицом. Китти затаилась, глядя в сумрачный полумрак, чувствуя затылком пристальный взгляд Джеффри.

Зачем? – мучительно соображала она, стараясь дышать ровно, чтобы он подумал, что она спит. Догадывается ли он, что она притворяется? А если и так, пусть знает, что она не желает с ним разговаривать. Да, ситуация, как в хорошем романе… Главное – не поворачиваться, не поворачиваться…

Джеффри поклялся, что не дотронется до нее пальцем, если она сама того не пожелает. Китти была уверена, что слово свое он сдержит. Так отчего же он не может перевернуться на другой бок и уснуть? Зачем завороженно уставился ей в затылок, она же чувствует этот взгляд?

Несмотря на почти болезненное напряжение, Китти постепенно привыкла к его дыханию и даже сама старалась подстроиться – вдыхать и выдыхать в унисон с Джеффри. И хотя он не подвинулся ни на йоту ближе, она словно даже стала ощущать исходившее от него тепло.

Его присутствие магическим образом убаюкивало: она смежила ресницы и сладко зевнула, потом поежилась, ощутив голым плечом дуновение долетевшего от окна прохладного ночного ветерка.

В следующую секунду она вздрогнула – Джеффри осторожно натянул край простыни ей на плечи. Всего на миг его рука коснулась ее рассыпавшихся по подушке локонов. Всего лишь мимолетное касание. Потом – Китти показалось, будто она слышала подавленный вздох, – он отвернулся, и необъяснимое чувство одиночества охватило ее.

Она уткнулась лицом в подушку, стараясь унять чувство безысходного отчаяния, от которого на глаза наворачивались горькие слезы. Она уже ревела на груди Джеффри и больше не позволит себе так расклеиться. Хорошо, что в комнате темно.

Она стала думать о будущем, когда они с Томом снова спокойно заживут вдвоем и будут делать то, что им заблагорассудится. Вот только бы разобраться с дорогим родственничком… Снова она с малышом будет гулять в парке, запускать змея – только она и он. А Джеффри Эйбил – что ж, он будет не более чем воспоминанием.

Он останется в ее памяти, если только это не будет причинять боль.

Джеффри мог точно сказать, когда именно Китти сморил сон, как мог сказать и то, когда лег рядом с ней, что она еще не спала, – он понял это по ее неровному прерывистому дыханию. С усталым вздохом он перевернулся на спину и уставился в потолок. Сон не шел. Какая-то неосознанная тревога томила грудь, на душе было неспокойно. Похоже, и с надеждой выспаться придется расстаться.

Китти что-то пробормотала во сне и повернулась к нему лицом. Не смея дышать, Джеффри, словно его притягивало магнитом, тоже повернулся к ней и принялся изучать ее лицо, залитое лунным светом.

Она была прекрасна – опущенные ресницы, густые темные волосы. Он нежно провел пальцем по ее брови, потом легонько смахнул со лба прядку волос. Взгляд упал на припухшие во сне губы, потом скользнул ниже, туда, где под тканью рубашки вздымалась грудь…

Она снова что-то пробормотала, и он отдернул руку, понимая, что не только усугубляет свои мучения, но и рискует напугать ее до полусмерти. Если она проснется и обнаружит, что он ласкает ее, то скорее всего поднимет такой крик, что перебудит весь дом.

Китти пошевелилась – расстояние между ними все сокращалось. Вдруг она свернулась калачиком, голова ее оказалась у него под подбородком, одной ногой она касалась его бедра, а руку закинула Джеффри на грудь.

Джеффри замер – ему показалось, он лежал так целую вечность, – и ждал, что она вот-вот проснется, увидит, что сделала, и отпрянет от него. Однако Китти, похоже, было вполне удобно – голову она слегка откинула так, что губами касалась его шеи.

Изнемогая от желания, он наконец позволил себе обнять ее.

– Джеффри? – пролепетала она.

– Это я, дорогая, – успокоил он ее, поглаживая по спине.

Эти простые слова действительно успокоили ее, потому что она тут же затихла и дыхание снова стало ровным и глубоким.

У Джеффри возникло такое ощущение, будто он держит в руках чудесный подарок, и он, помимо своей воли, чуть плотнее прижался к Китти. Утром все наверняка встанет на свои места, к ней вернется здравый смысл. Но сейчас, ночью…

Сейчас она принадлежала ему.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю