Текст книги "Изумрудная роза (ЛП)"

Автор книги: Элейна Р. Галлеа

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 7 страниц)

– Да? – Он поймал её взгляд. – Чего ты хочешь, Октавия?

Она растерялась от такого вопроса. С одной стороны, она хотела его. Желание не отпускало её с их первой встречи. С другой стороны, она ещё не забыла обстоятельства их знакомства. Он рылся в её сумке.

Да, Флинн безумно привлекал Октавию, но она не была полной идиоткой. Да вокруг него одни красные флаги!

– Я хочу тебя, – призналась она. Ведьмак зарычал, но она положила левую ладонь на его грудь. – Я просто переживаю, что мы немного торопим события.

Даже осознавая, что это плохая идея, Октавия готова была оказаться во власти Флинна. Разве это достойное поведение для дракона-перевёртыша? Она старалась об этом не думать.

Флинн перевёл дыхание.

– А если мы пока снимем секс с повестки дня?

Брови Октавии полезли на лоб. Это довольно нагло с его стороны.

– А кто сказал, что он вообще на повестке?

Флинн многозначительно указал на её правую ладонь, всё ещё лежащую на его ширинке.

Кровь хлынула к щекам Октавии. Она тут же отдёрнула руку.

– О боги! Я просто… ты был… он такой большой, – растерянно промямлила она.

Здесь есть где-нибудь яма поблизости? Октавия готова забраться туда и больше никогда не вылезать. Сейчас ей как никогда хотелось, чтобы небо упало на землю.

Смешок вырвался из груди Флинна, прозвучав громом в маленькой комнатке.

– Спасибо.

В груди Октавии полыхал пожар, дышать было почти невозможно. Никогда ещё она не была так смущена. Как она могла не заметить, что трогает его там?

Девушка попыталась отпрянуть, но в спешке забыла, что сзади стоит кровать, и наступила на край полосатого покрывала. Вместо того, чтобы просто отойти в сторону, она подвернула ногу. Больную ногу.

Октавия вскрикнула от боли. Потеряв равновесие, она перенесла ещё больше веса на повреждённую лодыжку. Втянув воздух сквозь зубы, она выругалась. Странно, но нецензурная лексика ничуть не облегчила боль.

– Чёрт. – Флинн тут же бросился к ней. – Что такое? Нога?

– Да, – с трудом выдавила Октавия, стиснув зубы, и указала на больное место.

Флинн наморщил лоб.

– Я могу взглянуть?

– Это старая травма, – пояснила она. Он ведь видел раньше, как она хромает и опирается на трость.

– Я всё равно бы взглянул. Если позволишь.

В его голосе было столько искренности, что Октавия невольно закивала. Флинн подхватил её на руки и опустил на кровать так бережно, будто девушка была хрустальной. Его ловкие пальцы осторожно закатали штанину. Октавия приподнялась на локтях, наблюдая, как его пальцы касаются её лодыжки.

Когда он задел больное место, Октавия зашипела.

– Прости, – тихо произнёс он.

Его движения стали ещё легче и осторожнее. Он стянул с неё носок. Там, где ведьмак к ней прикасался, её прошибало током.

– Ну что там? – спросила Октавия, хотя не горела желанием услышать ответ.

Он свёл брови. И да помогут ей боги, он даже так красив.

– Ты подвернула лодыжку. – Он провёл указательным пальцем по месту травмы. – И уже не в первый раз.

Горло Октавии сдавило от промелькнувших воспоминаний о падении с дерева. Леса вокруг Файерфолла растут огромные, и мама не раз предупреждала её, чтобы не забиралась слишком высоко. Октавия не послушалась и получила урок на всю жизнь.

– Это был несчастный случай. Много лет назад. Должна сказать, мы с деревьями больше не дружим.

Она пожала плечами, пытаясь принять равнодушный вид, но вряд ли ей удалось.

Флинн хмурился, продолжая гладить подушечками пальцев её лодыжку.

– Я видел, что ты хромаешь, но думал… Не догадывался, насколько всё серьёзно. Мне жаль.

У Октавии перехватило дыхание. Обычно, когда кто-то замечал изуродованную кожу и слегка вывернутую кость, то сразу кривился от неприятного зрелища. Некоторые отпускали грубые комментарии – и при ней, и за её спиной. А с кем-то потом беседа не клеилась: когда они узнавали, что травма давняя, общение становилось натянутым и неловким.

Но никто никогда не относился к ней… с таким сочувствием.

Боги, Октавия всё больше проникалась к ведьмаку чувствами, что было совершенно неправильно, учитывая, что они знакомы всего две недели.

Она подняла глаза и встретилась с ним взглядами. На этот раз весь её мир словно бы остановился. Сердце замерло в груди. Всё внутри неё сжалось. Лишь в груди полыхал огонь. Прошла, казалось, целая вечность, пока они смотрели друг на друга.

Флинн смотрел на неё и видел её настоящую.

Она почувствовала… всё и сразу.

Она прошептала его имя, не сводя с него глаз. Её сердце забилось вновь, и его ритм эхом отдавался в ушах. Плохая идея, плохая идея, плохая идея.

Вот только… она не помнит, почему это плохая идея. Она лишь видит, как он смотрит на неё: будто для него не существует никого и ничего, кроме неё. И это самое главное.

Ритм её сердцебиения изменился. Он понимает тебя. Ему не всё равно.

Флинн не причинил ей вреда, несмотря на подозрительные обстоятельства их знакомства и все её попытки прогнать его. Может, ей стоит просто… быть с ним. Хотя бы пока. Что может с ней случиться в самом худшем из возможных сценариев?

Отбросив осторожность, Октавия сглотнула.

– Можешь меня обнять?

Её голос прозвучал тихо, и она затаила дыхание, страшась услышать ответ. Уже так давно никто не изъявлял желания… просто побыть рядом с ней.

– Конечно.

Матрас прогнулся под весом Флинна. Он вытянулся рядом с ней. Он был больше неё во всех отношениях, но даже на этой маленькой кровати ей было удобно с ним.

Её сердце застучало от его близости.

Его рука накрыла её, и он притянул девушку к своей груди.

Они лежали так долго. Очень-очень долго. Их грудные клетки двигались синхронно, сердца звучали в унисон, и в мире, казалось, не осталось ничего, кроме них двоих.

Это всё, о чём только могла мечтать Октавия.

– Расскажи мне историю, – тихо попросила она.

Его губы мазнули по её щеке.

– О чём?

– О чём угодно. – Она закрыла глаза. – Я просто хочу слышать твой голос.

Он поцеловал её за ушком, и она почувствовала его улыбку в этот момент.

– Так уж вышло, я знаю очень много историй. Ты когда-нибудь слышала о проклятье чёрного шипа?

– Нет, ни разу.

Она зевнула.

– Давным-давно в далёком лесу жила юная эльфийка смерти. Она родилась без дара, но всё равно старалась обеспечить свою семью. Её отец был очень болен и…

Голос Флинна звучал приглушённо, нежно убаюкивая Октавию. Она внимательно слушала, тихо задавала вопросы по мере его рассказа. В их словах не было колкостей и напряжения. Что-то в этот вечер изменилось между ними.

Октавия медленно погружалась в сон.

– И жили они долго и счастливо, – тихо закончил Флинн.

– Какая прекрасная сказка, – выдохнула Октавия, уже почти засыпая. И веки, и язык казались тяжёлыми.

Несколько минут прошло в этом тихом, уютном спокойствии.

Губы Флинна прижались к её лбу.

– Мне понравилось. Хотел бы, я чтобы так было между нами всегда.

Девушка свела брови, но уже не смогла задать вопросы – она окончательно провалилась в сон.

В ту ночь ей снились проницательные карие глаза красавца-ведьмака и его божественные поцелуи.

Глава 7

Уйма неудачных решений

М

атрас рядом с Октавией казался холодным. Она вытянула руку, гадая, куда делся Флинн. Он спал рядом с ней всю ночь, крепко прижимая к себе.

Октавия разлепила глаза. Всё ещё было темно. Она посмотрела в сторону единственного окна. Небо только начинало менять цвет. Солнце поднималось, разгоняя ночь насыщенно-алыми лучами света. Дрожь пробежала по спине девушки.

Красное небо – плохая примета.

За её спиной послышался шорох. Странно. В этом домике нечем особо шуршать. Здесь есть только кровать, они вдвоём и её сумка…

Октавия резко вдохнула, сжав кулак.

Нет, Флинн же не такой? Насколько нужно быть бессердечным, чтобы пойти на такое предательство, особенно после прошлой ночи.

Одно дело копаться в сумке незнакомки, но после того, как они целовались…

Ком застрял в её горле, мешая дышать. Октавия медленно развернулась. Этому звуку должно быть какое-то другое объяснение, верно?

«Например?» – спросила драконица.

Да какое угодно!

Октавии отчаянно хотелось, чтобы её подозрения оказались напрасны. Чтобы Флинн оказался достоин доверия. Чтобы…

Её взгляд остановился на ведьмаке. Поток отборных ругательств пронёсся в её голове.

В этот самый момент Октавия готова была вырвать из груди собственное сердце и поклясться, что никому больше не позволит к себе прикоснуться. Предательство отдавало горечью на языке. Прямо на глазах у Октавии ведьмак, присев на одно колено, спешно рылся в её сумке.

Вот же подлец.

Ярость полыхала в её груди, адским пламенем растекаясь по венам. Красная пелена застилала глаза. Ноздри раздувались. Октавия так торопилась спрыгнуть с кровати, что наступила на больную лодыжку. Та вывернулась от неожиданной нагрузки. Октавия резко втянула воздух сквозь зубы, и ведьмак это услышал.

Мерзавец тут же выпрямился.

– Октавия…

– Какого чёрта? – проскрежетала Октавия.

Его спина была прямой как доска, плечи напряжены. Он выпустил её сумку и медленно обернулся.

– Красавица, позволь мне объяснить…

Кулак Октавии прилетел ему в лицо.

Его нос хрустнул от удара, из него потекла кровь.

– Твою ж! – выкрикнул он, накрыв ладонями сломанный нос. Что-то упало на пол с глухим стуком и закатилось под кровать.

Из комнаты словно бы выкачали весь воздух.

Он смотрел на неё. Она смотрела на него. Глаза обоих одновременно увеличились втрое.

И тут он, позабыв про кровоточащий нос, молниеносно опустился на четвереньки.

Но Октавия была быстрее. Даже с больной лодыжкой она успела раньше. Со стоном упала на деревянные доски, невзирая на боль, прострелившую ногу. Это всё не имело значения. Ни боль. Ни лживый воришка.

Только груз.

Взгляд привлёк зелёный блеск. Посылка лежала под кроватью. Октавия, распластавшись, залезла под матрас, стараясь не думать о пыли и кое о чём похуже.

– Октавия, прошу, позволь мне объяснить. Всё не так, как ты думаешь, – взмолился Флинн, касаясь её здоровой лодыжки.

Она пнула его. Его поступку нет оправданий. Всё, что было между ними, он своими руками разбил на миллион осколков.

Игнорируя лицемерного ведьмака, Октавия максимально вытянула руку, шаря вслепую, пока пальцы не сомкнулись на холодном изумрудном предмете.

Октавия облегчённо выдохнула и на мгновение опустила голову на пол, отдыхая. Груз всё ещё у неё. Она не может его потерять. Так что она отделалась простым испугом. И на всю жизнь запомнит, что ведьмакам нельзя доверять.

Ей не стоило целовать Флинна, не стоило фантазировать о нём, прикасаться к нему. Она, очевидно, совершенно не разбирается в мужчинах.

На эти грабли она второй раз не наступит.

Крепко держа свой ценный груз, Октавия выползла из-под кровати. Опираясь на здоровую ногу, она подобралась к сумке и убрала драгоценность внутрь.

Рука легла на её плечо.

– Пожалуйста, Октавия…

– Не смей! – Слёзы подкатили к глазам. Разъярённая Октавия усилием воли затолкала их обратно. – Не смей, чёрт возьми, прикасаться ко мне. Прошлая ночь была ошибкой. Всё это было большой ошибкой.

– Нет, не говори так.

– Не указывай мне, что делать. – Она прижала сумку к груди и обернулась. – Скажи правду: ты пытался украсть изумруд?

Он прикусил губу и напряг челюсть. Одна секунда молчания была красноречивее сотни слов.

– Иди к чёрту.

Она оттолкнула его, направляясь к выходу из дома. Флинн звал её по имени, но она, не обращая на него внимания, распахнула дверь.

Снаружи стоял стражник.

– Мисс?

– Я уже готова уйти, – выпалила она. – Можно мне вернуть трость? Я пойду одна.

Она выделила интонацией последнее слово, стараясь не думать о том, как резко втянул воздух Флинн позади неё. Стражник, видимо, что-то понял по её глазам, потому что не стал спорить.

Через час Октавия уже была в пути. С тростью в руке она снова брела по лесу.

И чёрт бы его побрал, но даже после его предательства Октавия не могла выкинуть Флинна из головы.

Прошло четыре дня относительной тишины. Октавия шла через холмы и горы. Она уже давно перестала восхищаться красотой природы вокруг. Она слишком устала для этого. У неё хватало сил только на то, чтобы переставлять ноги одну за другой.

Боль стала для неё привычным состоянием. Каждую ночь она находила себе укрытие под деревом или в пещере и массировала ноющую лодыжку.

Идти было непросто, но хотя бы дождя больше не было видно на горизонте.

Как и Флинна.

Время от времени она слышала хруст веток, но, оглядываясь, никого не видела. Сумку она ни на секунду не выпускала из рук, изумруд был надёжно спрятан внутри.

На пятый день Октавию разбудило яркое солнце. Ветер принёс солёный запах, лес заметно редел, и с каждым часом становилось всё слышнее шум волн, разбивающихся о скалы. Побережье океана Индиго.

Как здорово! Восторг переполнял Октавию. Уже скоро она передаст посылку. Её миссия успешно завершится.

«Слава Кайдоне, – выдохнула драконица. – Чем скорее мы избавимся от этого груза и сможем обернуться, тем лучше».

Зверь, живущий внутри Октавии, с каждым днём становился всё нетерпеливее.

Настроение Октавии тоже не улучшалось. Из предательства Флинна она вынесла ценный урок: не доверять никому.

По завершении миссии она возьмёт перерыв. Ходят слухи, что зимой на севере Империи Розы выпадает много снега. Скоро она сможет своими глазами увидеть замёрзшие озера, вдали от всех неприятных личностей. Жидкий огонь течёт в её венах, он не даст ей замёрзнуть.

Октавия была так погружена в свои мысли о том, что будет делать после того, как передаст посылку и обернётся драконом, что не заметила изменений в атмосфере.

Ещё несколько секунд назад в лесу радостно пели птички, зверьки бегали между кустами, ветер шелестел листьями. А теперь воцарилась полная тишина.

Волоски зашевелились на затылке Октавии, она прислушалась к ощущениям.

– Эй! – крикнула она в лес, крепко держась за трость и медленно разворачиваясь вокруг. – Здесь кто-нибудь есть?

В ответ – жуткая тишина. Холодок пробежал по спине Октавии. Интуиция кричала, что что-то здесь не то. Октавия перенесла трость из правой руки в левую и сделала шаг вперёд.

И тут вдруг земля содрогнулась под её ногами.

Её взгляд остановился на старом, искривлённом дереве с тёмно-коричневой корой. Его ствол стремительно обвивали ярко-зелёные лианы. Скорость, с которой они двигались, была совершенно неестественной. Лианы за считанные секунды полностью поглотили дерево.

Октавия, вскрикнув, попятилась назад. Вернее, попыталась, но её ноги обвили чёрные, толстые, почти как верёвки, лианы. Она дёргала ногами, пытаясь выпутаться, но только она справлялась с одной лианой, как вырастало ещё две. Они окружали её, взбирались по ней точно так же, как по тому старому дереву, пока не сковали её тело полностью.

А затем потянули её к земле.

С её языка слетали такие проклятья, что у матроса бы покраснели уши. Ещё одна лоза вылезла из земли и обернулась вокруг рта Октавии, заглушив её недовольные возгласы.

Только после этого из леса вышли три мужских фигуры – двое с крыльями, один без. Их заострённые уши и зелёные ленты магии вокруг их пальцев подтвердили догадку Октавии. Они были эльфами земли.

В отличие от сиреневых крыльев драконицы Октавии, у этих эльфов за спиной трепетали светло-зелёные крылышки, по форме как у бабочек. При всей своей красоте они не могли скрыть гнилой натуры эльфов. От этих трёх мужчин веяло опасностью.

Тот эльф, что был без крыльев, выступил вперёд. Зелёные завитки татуировки Зрелости покрывали его шею и обнажённые ключицы. Они сияли так же ярко, как и его глаза травяного цвета. Его светло-русые волосы были неровно подстрижены вокруг ушей, на правой щеке виднелась ямочка. Он мог бы показаться привлекательным, если бы не злобная ухмылка на лице и неприятная аура в целом. Оружие на его поясе тоже доверия не внушало.

– Так, так, так, – произнёс бескрылый. – Смотрите-ка, кого мы поймали, братцы.

Крылатые эльфы тоже криво ухмылялись, разглядывая Октавию.

– Она человек, Лисандро? – спросил самый молодой из них на вид. Его глаза блестели предвкушением. Октавия пожалела, что была безоружна.

Бескрылый эльф, которого звали Лисандро, подошёл ближе к Октавии. Присел рядом и принюхался, словно пёс.

– Нет. – В его голосе отчётливо прозвучало удивление. – Она точно не просто смертная. От неё пахнет… – он снова принюхался, – дымом и пеплом.

Октавия чуть было не закатила глаза от подобной характеристики. До чего же поверхностно. Все драконы-перевёртыши пахнут дымом, но у каждого есть свои нотки. У этого эльфа земли явно был не такой хороший нюх, как у Октавии.

Его травяные глаза поймали взгляд Октавии. Она сдержалась и не вздрогнула, считав в них неприкрытую угрозу. Она не стала отводить взгляд. Даже когда он провёл пальцами по её округлому уху и затем по подбородку. Она дёрнула головой, ударив лбом по его носу. Раздавшийся хруст прозвучал приятнее любой музыки.

– Тупая дрянь. – Лисандро схватил её за горло и наклонился, проведя носом по её шее. – Братья, да у нас тут дракон-перевёртыш!

Тон его голоса не сулил Октавии ничего хорошего. Она задёргалась, но с его рукой на горле и плотной сетью лиан это было бесполезно.

– Серьёзно?! – спросил средний брат.

– Мы разбогатеем! – обрадовался младший.

Лисандро вглядывался в Октавию так, словно хотел увидеть её насквозь.

– Что завело тебя к нам на восток, куколка?

Она снова попыталась его ударить.

Он, легко увернувшись, рассмеялся в ответ.

– Сомневаюсь, что она тебе скажет, брат, – произнёс младший. – Давайте заглянем в её сумку?

Октавию охватила тревога. Одно дело, что эти мерзавцы узнали, кто она, и совсем другое, что они собираются залезть в её сумку.

Чёрт. Она должна обернуться. Иного выхода нет. Старейшины будут в ярости.

«Но ещё в большей ярости они будут, если ты потеряешь ценный груз», – справедливо возразила драконица.

Она права. Лучше обернуться, чем умереть. Октавия внимательно наблюдала за эльфами, выжидая подходящий момент.

– Узнаем. – Лисандро выпрямился и обошёл Октавию. – Забираем её с собой. Уверен, фейри хорошо заплатят за дракона-перевёртыша.

Октавия едва не вскрикнула, но её рот всё ещё был зажат лианой. Они хотят продать её фейри? Она задрожала. Все знают, что фейри, живущие по ту сторону океана Индиго, не менее жестоки, чем вампиры, и любят покупать представителей экзотических рас из Империи Розы в качестве питомцев.

Октавия этого не допустит. Она принадлежит только сама себе.

Как только Лисандро наклонился, намереваясь поднять её, девушка смирилась с предстоящим гневом старейшин. Хотя, справедливости ради, они бы тоже предпочли, чтобы она совершила оборот вместо того, чтобы быть перевезённой через океан. Хотя, возможно, им было бы плевать. Это довольно печальная мысль. Октавия нахмурилась и потянулась к драконице внутри себя, намереваясь выпустить её.

Как только Лисандро коснётся Октавии, она обернётся драконом.

Вот только… эльф земли так её и не коснулся.

Яркие ленты цвета неба в безоблачный день окружили их, словно рой пчёл. Лисандро распахнул глаза, что-то закричал. Но ему уже ничего не могло помочь. Магия атаковала трёх эльфов, и лес содрогнулся.

Глаза трёх работорговцев едва не вылезли из орбит. Они хватались за шеи, задыхаясь. Один за другим они упали на колени. Несколько мучительно долгих секунд спустя они рухнули на землю без сознания.

Сердцебиение Октавии ускорилось. Её пальцы сжимали землю. Она оглянулась в поисках источника магии.

Какова вероятность, что в лесу есть ещё один ведьмак?

«Почти нулевая», – ответила драконица.

Этого Октавия и боялась. Её пальцы сжали сумку у бедра, насколько это вообще было возможно, пока лианы всё ещё держали её в своих тисках.

– Флинн? – позвала она, отчасти надеясь, что это всё же не он. Звук вышел сдавленным из-за лианы, по-прежнему закрывающей рот.

Один удар сердца – и её страхи подтвердились. Флинн вышел из-за деревьев. Несмотря на многодневный поход через лес, он всё ещё выглядел потрясающе. Плащ развевался за его спиной, меч висел в ножнах на бедре. Значит, оборотни всё-таки вернули ему оружие.

Флинн прошёл между лежащими эльфами и остановился рядом с Октавией. Он присел и окинул хмурым взглядом девушку. Октавия тоже смотрела на него, просто не могла ничего с собой поделать. Предательское сердце сжалось, напомнив, как приятно ощущались его губы на её губах. Казалось, её тело не волновало то, как подло он поступил с Октавией.

Ну почему, почему её спас именно он?

Ведьмак ловко выхватил нож с пояса Лисандро.

Октавии ничего не оставалось, кроме как лежать и внимательно наблюдать за ведьмаком. Её напрягало осознание того, что часть её была искренне рада его появлению. Она злилась из-за его появления. Почему он не мог просто остаться в стороне?

Флинн с лёгкостью разрубил первую лиану, сковавшую её ноги.

– Прости, Октавия. – Отрезал следующую. – Я жалею, что так поступил.

И вот уже Октавия свободна от третьей лианы.

С каждым взмахом клинка Флинн извинялся. Не только за то, что дважды рылся в её сумке, но и вообще за всё. Казалось, будто он репетировал эту речь на протяжении нескольких дней, продолжая каяться во всех грехах.

Проблема была в том (а это действительно была проблема, потому что Октавия хотела всем сердцем ненавидеть Флинна за содеянное), что в голосе ведьмака слышалось искреннее раскаяние. Октавия в своей жизни встречала немало негодяев и видела их за версту. Флинн же таким не казался.

Когда он разрезал лиану, зажимавшую её рот, она размяла челюсть и спросила:

– Почему?

Это важный вопрос. Флинн может извиняться сколько угодно, но ей нужно знать правду. Если он продолжит увиливать, то никакое раскаяние ему не поможет.

Флинн сделал глубокий вдох, разрубая самую толстую лиану.

– Я ещё не рассказывал тебе об Амиле? – тихо спросил он, глядя на свои руки.

Октавия же смотрела прямо на ведьмака. Казалось, она ни на секунду не отвела взгляд с тех пор, как он вышел из леса.

– Нет, ты ни разу не упоминал о ней.

Она бы точно запомнила такое красивое имя.

– Видимо, да.

Голос Флинна звучал глухо, в нём отчётливо слышалась тоска. Несколько минут он разрезал оставшиеся лианы в полной тишине. Его глаза были расфокусированы, словно он вспоминал давние события.

– Последняя, – пробормотал он. – Не двигайся.

Октавия лежала неподвижно, как ветки на земле, пока он справлялся с лианой, вплотную обвившей её торс. Когда та была разорвана, Октавия резко вдохнула, чувствуя, как её переполняет облегчение.

Она свободна.

Флинн поднялся на ноги и протянул руку. Помедлив, Октавия всё же приняла её, и ведьмак помог ей встать.

– Амила – младшая из моих сестёр, – сообщил он.

– Сестёр?

Он кивнул.

– У меня их пять. Амила… ну, она ещё не достигла Зрелости, и она очень… наивна.

Октавия прикусила нижнюю губу. Она не понимала, к чему ведёт Флинн, как это может быть связано с его попытками украсть изумруд, но она готова была его выслушать.

– И что же?

Ведьмак поднял с земли трость Амалии и протянул ей.

– Где-то год назад Амила спуталась с плохой компанией.

Сердце Октавии сжалось. Она чувствовала, куда ведёт эта история. С таким началом явно не ждёшь хорошего продолжения. Ей даже хотелось остановить Флинна, чтобы он оставил эту историю при себе, но не стала. Что-то ей подсказывало, что его нужно выслушать до конца.

Флинн окинул взглядом Октавию. Его лицо помрачнело.

– Амиле не стоило с ними связываться. Я её предупреждал. И родители тоже. Но…

– Все мы иногда совершаем ошибки, – договорила Октавия.

Кому как не ей об этом знать. Она сама совершила их уйму рядом с Флинном, но не могла перестать. Притяжение слишком велико.

– Да. – Флинн кивнул, беря Октавию за локоть и отводя прочь от валяющихся в обмороке эльфов земли. – Нам лучше уйти. Они живы. Скоро очнутся с сильной головной болью, ничего не помня об этом дне.

Благодарность прохладной рекой наполнила Октавию.

– Спасибо, – произнесла она, осознав, что до сих пор не поблагодарила его. – За то, что пришёл и спас меня…

– Не стоит, – хрипло ответил он, запустив свободную руку в свои волосы. – Я не должен был… я не… В общем, не надо меня благодарить.

Октавия нахмурилась, но не стала спорить. Флинн увёл её с поляны. Они шли молча несколько минут. Шум волн звучал всё громче. Вскоре насыщенно-синие, почти сиреневые волны океана Индиго показались меж деревьев.

– Ты говорил про сестру… – Октавия глянула на Флинна. – Что с ней случилось?

– Она связалась с очень опасными преступниками. – Флинн вздохнула. – Вляпалась по уши. Я пытаюсь её выкупить. Проблема в том, что это очень дорого.

Октавия догадалась, к чему он ведёт.

– Вот оно что.

Она остановилась, потянувшись к своей сумке. Пальцы коснулись изумруда. Она сделала глубокий вдох, надеясь, что не совершает тем самым большую ошибку, и достала ценный предмет. Сверкающий в свете вечернего солнца цветок прекрасно смотрелся в руке Октавии. Он слегка вибрировал, неся в себе след могущественной магии.

Изумрудная роза.

Старейшины доверили её Октавии. Девушка понятия не имела, где они её взяли и на что способен этот артефакт, но знала, что это нечто очень важное.

– Кто рассказал тебе о розе? – тихо спросила она.

Флинн прочистил горло.

– Те, у кого сейчас Амила, состоят в подпольной воровской группировке. До них дошла информация, что кто-то должен будет доставить розу к побережью. И вот я подумал…

Он запнулся и неловко повёл плечами.

Октавия вздохнула, без слов догадываясь о том, что было дальше.

– Ты собирался украсть цветок и использовать вырученные средства на выкуп сестры?

Он молча кивнул. Его губы скривились. На лице отразился стыд.

Да чёрт возьми! Почему Флинн не мог оказаться обычным воришкой? Почему у него обязательно должна была оказаться столь веская, благородная причина пойти на преступление?

Тяжёлый вздох сорвался с губ Флинна, плечи поникли.

– Прости, Октавия. – Он опустил подбородок, свесив голову. – Мне не стоило даже пытаться украсть розу. Особенно после того, как я… как мы… как между нами возникла связь.

Интересный способ описать то, что произошло между ними в гостевом домике оборотней.

– Да уж, не стоило.

Убрав розу обратно в сумку, Октавия застонала и провела руками по голове. Ну, точнее попыталась. Её пальцы застряли в чёрных спутанных кудрях. Ну конечно! Как же иначе.

Убрав руки от лица, она начала расхаживать из стороны в сторону, опираясь на трость.

Она ни разу не сталкивалась с такой ситуацией в Файерфолле. Первой инстинктивной реакцией была злость: ей хотелось закричать ему, что уже слишком поздно, она никогда не простит его за то, что он пытался украсть розу не один, а целых два раза.

Вот только она слышала искренность в его голосе. Его сожаление было настоящим, и оно задевало струны души Октавии.

– Чёрт подери, – пробормотала она. – Ты правда просто пытался помочь сестре?

Как можно ненавидеть его за то, что он заботился о семье? Если бы в жизни Октавии был кто-то близкий, кому бы грозила серьёзная опасность, как сестре Флинна, она бы пошла на всё.

– Да, это правда, но… я не могу. – Флинн протянул руку к Октавии, но тут же одёрнул себя. – Я не могу так с тобой поступить. Потому что…

Он резко замолк, жестом указывая на них двоих.

У Октавии перехватило дыхание в горле.

– О чём ты?

Кажется, она догадывалась, но… как такое возможно?

– Сперва я не был уверен. Ну, или был, но не хотел в это верить. Но уже невозможно отрицать очевидное. Нужно было сразу это признать. – Пронзительный взгляд Флинна встретил её. Колени девушки подкосились от того, сколько чувств было в его глазах. – Между нами есть связь.

Сердце Октавии резко застучало. Даже сейчас она вся дрожала от близости ведьмака. Шум волн не шёл ни в какое сравнение с грохотом её сердца в его присутствии.

– Мы едва друг друга знаем, – озвучила она очевидный факт.

Он кивнул.

– Да.

– Ты лгал мне и пытался ограбить. Дважды.

– Знаю. Я не достоин твоего прощения, но сделаю всё, чтобы его заслужить.

От его слов её сердце забилось ещё чаще.

– Это смешно. Просто нелепо.

И всё же она шагнула ближе к нему.

– Возможно.

Он тоже медленно приблизился к ней.

Между ними осталось расстояние в один шаг, а то и меньше.

Всё остальное померкло. Не было ни волн, бьющихся о скалы, ни птиц, пролетающих над головой, ни лучей солнца.

Всё вокруг перестало иметь значение.

– Этому может быть только объяснение, – признала Октавия. – Маловероятное, но…

– Ты моя пара, – прошептал Флинн так, словно сам с трудом в это верил.

Слова повисли в воздухе между ними, звеня правдой. Что-то в глубине Октавии откликнулось. Никогда ещё она не чувствовала, что всё так правильно, как и должно быть.

Три бесконечно долгих секунды прошли в полной тишине.

И затем она прошептала его имя одновременно с тем, как он прошептал её.

Флинн обнял её, притянув ближе к себе, и их губы встретились в отчаянном, нетерпеливом поцелуе. Он казался таким мощным, таким нужным, таким правильным… важнее всего на свете.

Столпы искр вспыхнули в Октавии. Сердцебиение ускорилось. Она отбросила трость и сжала пальцами рубашку Флинна. Звёзды сияли перед глазами.

Флинн застонал. Это был ни с чем не сравнимый звук. Пальцы ног девушки подогнулись, она прильнула к ведьмаку. Закрыв глаза, она позволила себе утонуть в его объятьях.

Они всё целовались и целовались.

Октавия не могла поверить, что у неё есть пара и что это Флинн.

Стоп.

Флинн.

Несмотря на удовольствие, охватившее её, Октавия распахнула глаза. Они не могут заняться любовью. Не прямо сейчас. У них остались нерешённые проблемы.

Во-первых, его ложь. Во-вторых, Изумрудная роза. То, что они истинная пара, только всё усложняет. Лучше пока это отложить.

Октавия неохотно разорвала объятья и покачала головой.

– Мы не можем.

Глаза Флинна на секунду распахнулись, после чего закрылись.

– Ладно. – Он сделал глубокий вдох. – Я… понимаю. Я врал тебе. И то, что я тебя спас, ещё не означает, что ты обязана меня сразу же простить. Разумеется. Я не… В общем, я понимаю. – Он отошёл от неё и опустил голову. – Будь осторожна, Октавия Эшблум.

Он развернулся, но девушка успела заметить серебристый блеск в его глазах.

Октавия смотрела Флинну вслед. Её сердце ощущалось всё тяжелее с каждым его шагом. Она дождалась, когда он отойдёт на пять метров, и всё же сжалилась.

– Подожди! – окликнула она.

Он тут же застыл. Он всё ещё стоял спиной к ней, все мышцы каменные, словно он был статуей на побережье океана Индиго.

Октавия наклонилась и подняла свою трость. Напряжение в воздухе было физически ощутимо, когда она направилась к ведьмаку. Сократив расстояние, она коснулась его плеча.

Флинн нервно втянул воздух.

Октавия точно знала, что прямо сейчас могла бы вбить между ними такой клин, от которого они уже никогда не оправятся. Она может ранить этого мужчину словами, заставить его пожалеть о том, как он с ней поступил.

Или же она может выбрать другой путь. Тот, что навсегда изменит их будущее.