Текст книги "Землянка не на продажу (СИ)"

Автор книги: Елена Сергеева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

28. Маленькая

– Надина… Маленькая… – меня трясет и плющит от его хриплого шепота сильнее, чем от чего бы то раньше.

Задыхаюсь буквально от этих ощущений.

Риц мягко давит на мои плечи, заставляя опуститься на матрас. Спускается губами вниз. Чувствую горячие обжигающе отпечатки на своем трепещущем животе и непроизвольно ахаю, когда он тянет мою юбку вниз с моих бедер.

Накрывает запоздалым страхом и неуверенностью. Я почти готова поддаться панике, но подняв глаза, снова тону в его уверенном пронзительном взгляде. Замираю.

– Ш-ш-ш… не бойся, маленькая, – он невесомо очерчивает пальцами контур моего лица.

Уголки его красивых губ расходятся в улыбке. Скользит кончиками пальцев по шее, ключицам. Потом поддевает тонкие лямки топа.

Я не специально, просто так получилось, что сегодня я была почти во всем белом: и топ, и юбка, и короткие штанишки под юбкой, по причине ее полупрозрачности.

Его руки неожиданно зарываются в мои волосы и распускают их. Оттягивают белые пряди, раскладывая их вокруг моей головы.

Сердце сбивается с ритма от его жаркого восхищенного взгляда.

– Самая красивая, что я встречал… – шепчет он. – Какая же ты… думал о тебе постоянно... Наваждение мое… Надина…

Он медленно стягивает мой короткий топ вниз на талию и любуется моим порозовевшим смущеным лицом и затвердевшими от прохладного воздуха сосками. Я хочу прикрыть их руками, но Риц не дает, придавливает мои запястья к прохладной упругой поверхности.

Я словно завороженная не могу отвести взгляд от его лица. Внутри все дрожит, скручивается в жесткие узлы, выкручивает все мышцы. Мне невыносимо хочется, чтобы он продолжил… целовать и ласкать мое тело.

Но он пока просто смотрит. Гладит своим взглядом. Его глаза искрят голодными искрами и сам он выглядит как хищник, что наконец настиг свою добычу и утащил в свое логово.

Но мне отчего-то не страшно. Мне жарко. Жарко от его взгляда, от своих голодных мурашек, что накатывают и накатывают волна за волной.

Я опускаю взгляд на его обнаженный рельефный торс. Он так и не успел одеться после поединка. И сейчас я могу рассмотреть его в подробностях. Весь узор восстановленный целиком.

Он притягивает мой взгляд почти также как его глаза. Эсферии сейчас не так ослепительно светят, но тоже достаточно ярко. Мягко вспыхивают в полумраке каюты, когда я осторожно прикасаюсь к ним пальцами. Просто не могу удержаться.

Меня простреливает неожиданной мыслью, что это может быть та самая связь образовалась между нами. Возможно ли это? И то что я чувствую. Это то самое?

Риц молчаливо ждет, и мне кажется он поощряет мой исследовательский интерес, потому что прикрывает глаза и замирает на месте.

Очень странные ощущения. Наваждение… Он сказал “мое наваждение”. Сейчас я готова поверить, что такое и впрямь бывает. Не могу просто больше терпеть.

Меня буквально трясет от желания и толкает вперед. Сама тянусь к нему, забыв обо всем.

И Риц не ждет больше ни мгновения. Резко срывается с места, приподнимает, перекладывает меня в середину кровати и жадно сминает мои губы голодным поцелуем. Накрывает своим твердым совершенным телом.

Снова что-то шепчет прямо в мои приоткрытые губы. Я разбираю только слово “моя” несколько раз. Неумело отвечаю ему, но мужчине нравится, он довольно урчит и усиливает свои ласки.

Его руки уже на моих бедрах. Властно раздвигают мои ноги. Я не могу сопротивляться накрывшему меня страстному чувственному урагану. Сознание уже погрузилось в это невозможное безумие и не хочет из него выныривать. Потому что ему там хорошо. Очень хорошо.

Так спокойно, защищено, горячо … и правильно.

Я только и могу… предупредить. Все таки немного страха еще осталось.

– Риц… я… я еще никогда… У меня еще не было никогда… – срывающимся голосом шепчу я.

Риц замирает, но лишь на мгновенье. Чувствую, как напрягается его тело на мне.

– Маленькая… я буду очень осторожен, – хрипит он и целует так нежно, что сердце трепещет.

Одно стремительное плавное движение его рук вдоль моего тела, и я остаюсь полностью без одежды. Тело буквально обжигает первый наш контакт кожа к коже.

Боже, неужели это сейчас случится?! С ним?!

Я не буду жалеть! Я совершенно точно не буду жалеть! Вижу короткие вспышки, что проскальзывают между нами. На Рице они расцветают новыми световыми узорами, а на мне почему-то сразу тухнут. Только слабые искры появляются. Но у меня нет сейчас времени обдумать эту странность.

Мужские нетерпеливые губы накрывают мою грудь, острый язык играет с сосками по-очереди. Тело выгибает от новых ярких ощущений.

Это так… так… У меня просто слов нет, чтобы описать. Неужели это со мной происходит?

– Риц… Ри-иц… – заполошно жалобно шепчу я. – Риц, пожалуйста…

Я знаю о чем прошу, но от этого мне еще жарче внутри становится. Щеки горят от запоздалого смущения. Я сама его об этом попросила. Сама. В горле сохнет от частого прерывистого дыхания. Снова задыхаюсь, не могу больше.

Не могу…

– Сейчас, маленькая, сейчас…

Он неожиданно переворачивается вместе со мной. Я оказываюсь сверху, верхом на его твердом животе.

Его грудь высоко поднимается, в глазах настоящая темная бездна. Зрачки затопили всю радужку. Эсферии уже на его лице выжигают свой узор. Он сейчас и на человека совсем не похож. Я такие статуи видела на картинках, что в древних храмах на Земле делали.

Зевс или Апполон… Очень похоже. Красивый невероятно…

Его руки осторожно обхватывают мою талию. Все мышцы напряглись. Кажется он даже дышать перестал. Он приподнимает меня и смещает немного назад. Его горячая твердая плоть упирается между моих ягодиц.

– Надина, моя… Не бойся… Боли не будет, маленькая…

Я хочу ответить, что не боюсь совсем и хочу этого не меньше него. Сомнения все сгорели дотла еще там в шлюзовом отсеке, когда он заслонил меня от Акеша. Никогда не забуду этот момент…

Я сама упираюсь ладонями в его твердую грудь и чуть приподнимаю свой таз, неумело потеревшись о его член. Сама удивляюсь своей смелости. Откуда она сейчас во мне?

Но мужской глухой рык говорит о том, что я все правильно делаю.

Ладони на моей талии тяжелеют. Риц сам помогает мне приподнимает так легко над собой, словно я ничего не вешу.

– Алтея моя… – различаю я в гулкой густой тишине его тихий хриплый шепот.

Вздрагиваю. Неужели!?

А потом приходит та самая наполненность, которой я так отчаянно боялась и жадно ждала одновременно. Риц опускает меня медленно, но неотвратимо, и я понимаю. Мне не больно. Вот совсем. Ни капельки. Чувствую только тугое распирание внизу, на грани почти.

Но от этого кровь кипит еще сильнее, и жар накатывает огненным неудержимым валом. От облегчения проваливаюсь в него с головой.

– Маленькая… Моя теперь… Моя… Не отпущу больше… Надина моя…

Каждая фраза отмечается новым толчком. Они все глубже с каждым разом и сильнее. Я откидываюсь назад и позволяю ему продолжать властвовать над моим телом.

Полностью расслабляюсь и отпускаю себя. Взлетаю буквально от той свободы, что он мне дарит. Слезы на глазах не успеваю стирать. Как же хорошо! Как хорошо…

Вспышка, что следует за этим, практически ослепляет своей яркостью. Меня затапливает необъяснимым острым восторгом. Кажется, что эйфория поднимает меня в воздух по настоящему, но это Риц.

Головокружение заканчивается очень быстро. Он снова меняет наше положение. Стремительный переворот, и я снова оказываюсь под ним. Нежный поцелуй и резкий рваный ритм ударов его бедер. Риц глухо рычит, замирает внутри меня, и я чувствую как он взрывается, затапливая меня изнутри горячим семенем.

29. Безродный

Прихожу в себя от легких нетерпеливых прикосновений мужских губ. Я все еще в полубессознательном состоянии от затопившей каждую клеточку тела эйфории. Вяло пытаюсь привстать, но неожиданно подлетаю вверх, снова подхваченная сильными мужскими руками.

– Сейчас, маленькая…

Он заносит меня в полутемную душевую, включает воду, а потом долго и с чувством моет. Старательно намыливает каждый пальчик, каждую складочку на моем теле. Скользит ладонями по мокрой коже. И не понятно, чем он увлечен больше: моей чистотой или изучением моего тела.

Взгляд его опускается ниже, губы изгибаются в предвкушении.

Мои щеки неожиданно реагируют и вспыхивают от смущения.

Никогда еще мужчина не мыл меня… там! Да, вообще меня никогда не мыл ни один мужчина. Это так… непривычно и приятно.

Почувствовала себя богиней не меньше, которой поклоняются. Так трепетно и преданно…

После смущения накатывает новая волна жара. Но в этот раз она вызвана совсем другими причинами. Просто я вспомнила, чем только что мы занимались и вообще все вспомнила и осознала. А еще, что мы оба все еще голые… и Риц прижимается так близко и он такой… такой…

Большой! И снова твердый!

– Потрогай его, – провокационно шепчет он мне, чуть прихватывая зубами краешек моего уха.

Потом сам медленно перехватывает мою безвольную ладонь и кладет ее на свой каменный член.

Я замираю. Вскидываю голову и в который раз тону в его глазах.

Вода окутывает нас тонким невесомым облаком капель. Они так соблазнительно стекают по его коже. А у меня пересыхает все во рту и остро першит в горле. Не могу и слова вымолвить. Сглатываю, но не помогает совершенно…

Жар уже бьется в капиллярах бешеной сумасшедшей пульсацией.

Он сжимает мою ладонь и ведет по напряженному стволу туда и обратно. Медленно, так, что я чувствую каждую его набухшую вену, каждый изгиб ощущаю.

Так остро и ярко. И возбуждающе невероятно.

– Сожми его, маленькая. Еще… сильнее… Не бойся, – хрипит Риц.

Резко наклоняется, уперев одну ладонь в стену, и находит мои губы. Голодный подчиняющий поцелуй плавит до состояния воска. Его язык врывается в мой беззащитный рот и продолжает то, что мы делали только что в спальне.

Перед глазами новые вспышки, даже под веками их видно. Он жадно пьет мои стоны и тихие вскрики. А его широкая ладонь продолжает свои откровенные движения, направляя мою вверх и вниз. Его плоть раздувается сильнее, каменеет совсем…

А мне уже самой хочется вызвать новый мужской низкий хрип. Ощущение своей маленькой власти над этим сильным мужчиной кружит голову. Сжимаю пальцы крепче, тяжело дышу, а потом расширенными глазами наблюдаю, как его теплое густое семя выплескивается мне на живот.

И светящаяся дорожка узоров мгновенно вспыхивает и расползается от его паха на живот. Вот это спецэффекты. Красиво, что умереть можно от восторга. Жаль что у меня не так…

Но наверно так и должно быть. У нас ни у одной девочки не появились еще такие узоры. Скорее всего они только у мужчин… или только у тши и шэнцы. Мы то землянки…

Наше купание в итоге затянулось. Распаренную и разгоряченную Риц вынес меня из душа и осторожно положил на кровать. Сам лег рядом, властно прижав к себе. От его тела шел такой жар, что нам и укрываться не требовалось. У меня внутри все пело и звенело невероятной запретной радостью.

Той, о которой я себе запретила даже думать, даже представлять…

Как же хорошо. И как не хочется думать о том, что это может скоро закончится. И я не буду пока думать. Хотя бы сейчас. Вот в этот момент. Я хочу быть счастливой, без этой ложки дегтя.

Риц…

Он полностью расслаблен. Мягкая непривычная для него улыбка играет на его губах. А у меня сердце замирает при взгляде на него. Какой же он красивый сейчас в этом полумраке. Эсферии играют на его теле яркими змейками. Завораживают до мурашек. Смотрела бы и смотрела на него.

Я не могу удержаться и веду пальцем по особенно яркой дорожке, что начинается в районе ключиц и спускается к животу, огибая пупок.

Риц молчаливо перехватывает мою ладонь, когда она достигает нижней границы живота. Тянет руку к лицу и мягко целует мои пальцы.

– Маленькая, тебе отдохнуть нужно, – смотрит с нежностью, но чуть снисходительно.

– Почему ты называешь меня маленькой? Я не маленькая, – обиженно отзываюсь я, хотя совсем не то хотела сказать.

Риц тихо смеется, от чего у меня внутри снова все начинает пульсировать.

– Ты права, ты уже совсем большая. Смелая отчаянная малышка… Решила весь корабль спасти в одиночку, – он выжидательно смотрит на меня, и его взгляд становится строже и тяжелее.

– Не делай так больше, Надина. Ничего не стоит такой жертвы.

Я завороженно киваю. А потом во мне вспыхивает любопытство.

– Вы ведь знакомы? С тем шэнцы… я слышала, что он тебя назвал братом…

Риц сжимает челюсть и резко отворачивает голову. Весь его настрой сразу изменился. Все мышцы напряглись.

Он смотрит в потолок какое-то время. И я уже решаю, что ответа не будет, как он неожиданно начинает говорить. Тихо и жестко.

– Знакомы. Мы выросли вместе с Акешем. Я считал, что ближе у меня нет никого после смерти матери. Думал так… Но я ошибался.

Поворачивается ко мне и прожигает глазами.

– Если тебе неприятно, то можешь не рассказывать… – шепчу я, потрясенная бурей чувств в его глазах.

– Нет, ты должна знать, – он снова с силой сжимает зубы и потом словно выдавливает из себя слова. – Акеш подстроил нам поединок. Я готовился к тренировочному бою, а он бил всерьез. Я не успел закрыться. Откат чуть не выжег полностью.

Он делает длинную паузу.

– А потом ко мне в клинику пришел отец и сказал, что ни ему, ни роду не нужен калека среди наследников. Поэтому он провел процедуру отречения и надеется, что я исчезну после восстановления с планеты, чтобы не позорить его еще больше.

Смотрит на меня со странным вызовом. Его зрачки пульсируют. А я даже не знаю, что сказать. Мне так больно, что вздохнуть не могу.

– Род отрекся от меня. Это правда. Ты тоже теперь хочешь уйти? – противореча словам, его руки стальным ободом сжимаются на моей талии.

30. Отступник

Риц

Не могу ее отпустить. Все каменеет внутри едва представлю… И удерживать возле себя не вправе. Смотрю в ее прозрачные чистые глаза, а самого изнутри рвет. Не отпущу! Моя!

Я привык встречать любую правду лицом к лицу. Почему же сейчас готов выть от бессилия, если она скажет “да, хочу уйти”. Не смогу! Моя!

Сияющее серебро волос, нежная белизна кожи, мягкая податливая женская плоть. Губы, сладкая глубина рта, обманчивая прозрачность глаз, но из них не вынырнуть, если попал.

Как забыть? Проще сердце вырвать из груди, отказаться от этого бесполезного кровавого ошметка плоти. Потому что не нужен он без нее. Потому что ничего потом не нужно будет…

Маленькая ошеломленно замирает, ее глаза расширяются от моих слов. Резко выдыхает, а у меня сердце останавливается в ожидании. Пара мгновений, но они словно размазались в тягучее бесконечное ничто…

– Ри-иц, – она резко бросается мне на шею, снова плачет и беспорядочно целует мокрыми губами.

Слышу ее сдавленный шепот и расслабляюсь. Не уйдет… Даже думать не хочет про это. Моя… маленькая… Надина…

Ловлю ее распухшие губы своими. Почти рычу. Моя!

После поединка сила кипит внутри. Вышла, но не до конца. Этот ублюдок Акеш получил свое. Не пойму как сдержался и не убил эту тварь. В глазах одна кровавая пелена стояла, как увидел рядом со своей малышкой.

Он. Хотел. Ее. Забрать.

Но Аран справедлив. Мрачно усмехаюсь про себя. Поздно это понял. Но лучше сейчас. Мне не нужно другой награды. Моя маленькая алтея со мной. И род не нужен. Я смогу ее защитить. Не отдам никому…

Малышка скоро заснула, трогательно прижавшись всем телом и уткнувшись в мое плечо. Устала. Не удивительно. Столько потрясений за один день и потом… Так хотелось продолжить… слушать ее стоны… словно музыка в ушах. Но жестко остановил сам себя. Маленькой нужен отдых.

Первый раз у нее. Первый! Одно это сносило все мозги метеоритным потоком. Я обещал быть осторожным. Слишком нежная, хрупкая такая…

Жадно вдохнул тонкий сладкий аромат ее волос. Девочка моя. Теперь только моя… Алтея… Аран подтвердил.

Какая насмешка судьбы: большинство из шэнцы давно не верят в Арана. Мы пошли по прагматичному пути. Я и сам не так давно испытывал лишь холодное презрение к наивным восторгам тши по поводу обретения своей алтеи.

Эсферии были и у нас, но давно носили другой смысл. И само слово алтея мы уже почти не использовали. Мы так гордились, что стали независимы от воли абстрактного Арана. И наши эсферии не зависят от обретения истинной пары. Зачем она нам, когда куда выгоднее заключить союз, который будет удовлетворять обе стороны с практической точки зрения.

Спонтанность и неожиданность возникновения связи отторгала. И мы нашли способ уйти от этого. Перекроили свою программу полностью. Наши ученые считались лучшими. Еще бы… Мы первые, кто смог полностью отказаться от одобрения брака вестниками Арана. Сами соединяли пары. И эсферии служили нам как еще один вид оружия не более. Эффективный и смертоносный. Я с детства учился управлять ими, как и все шэнцы.

А алтея… зачем она, когда род уже все продумал за меня и подобрал подходящую невесту?

Гордецы. И я всегда гордился тем, что не завишу от странного предка, сделавшего своих потомков заложниками этой связи. Не понимал и не верил…

Как все изменилось с тех пор…

После того как меня изгнали, жизнь потеряла большую часть смысла. Осталась только ярость и жгучее желание мести. Только это хоть немного разгоняло мою кровь. Да еще неожиданное соперничество с Данарвалосом…

Еще одна насмешка Арана. Не иначе.

Встретить представителя заклятого соперника моего рода именно здесь.

Шаен эф Данарвалос. Знал его еще по прошлой жизни, но никогда не думал, что придется сражаться с ним бок о бок и не как с противником, а в одной команде.

Дикарт знал, что мы ненавидим друг друга. Знал и все равно ставил нас в пару. Как он умудрялся добиться беспрекословного выполнения своих приказов, это только он знал. Поначалу не проходило и дня без нашей новой стычки. Со временем мы привыкли терпеть друг друга. Притерлись даже и уже огрызались лишь по привычке, пока не появилась она…

Маленькая хрупкая женская фигурка в моих руках. Страшно забыться и сжать ее чуть сильнее. Надина…

В тот раз мы привычно вскрыли борт нарушителя. Обычная рутина. Не думал, что тот день перевернет мою жизнь и разделит на до и после.

Я то думал она разделилась раньше. Нет. Вот настоящая граница.

Я помню, как мы нашли малышку. Не успел в тот раз. Данарвалос вцепился в нее первым. Сначала не понял, что на него нашло, даже мысленно посмеялся его реакции, но когда разглядел, кого он так бережно прижимает к себе, как что-то вдруг обрушилось внутри.

Резко завалило… Так, что вздохнуть не мог какое-то время. Как жесткий удар под ребра получил.

А потом мы прошли по следам. Кровавые полосы тянулись по коридору до рубки, а потом еще дальше. Затем я слушал краем уха сбивчивые сумбурные рассказы спасенных девушек и накрывало еще сильнее.

Маленькая моя… сколько всего вытерпела. Такая смелая, стойкая малышка. И снова полезла всех спасать. Глупышка неугомонная.

Моя… Разорвать хотелось, кто хоть короткий взгляд на нее бросал и своего клятого соперника больше всех. Ярость кипела в крови и требовала выхода.

Он хотел забрать ее себе! Видел его темные голодные взгляды. Его накрыло не меньше. Вот только делить одну алтею на двоих мы точно не сможем. Никогда!

Аран дал знак. Шаен опоздал. Даже если сейчас объявится, Надина уже моя. И еще один момент, который изменил все: я теперь не ущербный калека. Контур эсферий полностью восстановился и даже стал больше. Новые узоры расходились по телу.

Стоило поблагодарить Арана за такой щедрый подарок, и я это обязательно сделаю как только доберусь до ближайшего храма.

Еще раз окинул жадным взглядом свою девочку. То что эсферии не появились на ней меня не удивило. У нас женщины давно избавились от этого ненужного украшения на коже. Зачем оно им? Их защищают мужчины. Родовой цавер в волосах укажет принадлежность к роду, как и цвены на руках и ногах. Браки давно стали способом усилить влияние и получить больше власти.

Как же меня теперь тошнит от всего этого. Наверно, стоило так сильно упасть и попасть сюда к тши, чтобы все это осознать.

Я облокотился о матрас и чуть отстранился, рассматривая свою спящую малышку. Темные ресницы затрепетали, она задышала чаще. Растрепанная, с еще не сошедшим румянцем на щеках и распухшими розовыми губами.

Странная непривычная нежность шевельнулась внутри. Не думал никогда, что способен на такие чувства. Боролся с ними первое время. Потом не смог. Заходил в медблок вроде бы по делу и ждал, как одержимый, когда она очнется.

Ей бы пошли эсферии, неожиданно мелькнула мысль. Я видел пару женщин тши и мен уже не казались они лишними. Теперь я готов был всю маленькую заклеймить своими метками, чтобы больше никто не смел смотреть даже в ее сторону. Она моя!

Мрачно усмехнулся своим мыслям. Даже расправа над Акешем уже не принесла того удовлетворения. Хотя поначалу думал что в пол его вобью по шею. Сдержал силу. Почему-то мысль, что Надину испугает эта картина, отрезвила.

И Данарвалоса теперь раскатаю при случае, если еще посмеет…

Я теперь точно отступник. Шэнцы, который поверил в Арана и обрел алтею. Губы сами собой раздвинулись в хищном оскале. Плевать на всех. Главное она. Моя Надина. Остальное теперь не имеет для меня значения. Жизнь все расставила на свои места, и я невероятно благодарен ей за это.

Подгреб к себе свою нежную девочку и замер от осторожного стука в дверь…