Текст книги "Второй шанс (СИ)"
Автор книги: Елена Валерьева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)
Глава 11. Алина
Месяц спустя
Я смотрела на себя в зеркало и не узнавала. Глаза блестели, на губах играла легкая улыбка, волосы рассыпались по плечам шелковистым водопадом. Я снова пользовалась косметикой, снова носила каблуки, снова чувствовала себя женщиной. Не мамой, не женой, не функцией – а именно женщиной.
Работа творила чудеса. Школа, которую я оформляла, разрасталась в масштабный проект. Заказчик был в восторге, предложил еще два корпуса. Ко мне вернулось ощущение нужности. Не как приложение к успешному мужу, а как самостоятельная единица.
И еще был Денис.
Денис – архитектор из команды заказчика. Тридцать два года, разведен, без детей. Спокойный, уверенный, с ироничным взглядом на жизнь. Мы пересекались на объектах, обсуждали детали, спорили о цветовых решениях. А потом он пригласил меня на кофе.
– Просто кофе, – уточнил он, заметив мое замешательство. – По работе. Но если вы против, можем взять с собой и обсуждать на ходу.
Я согласилась. Кофе оказался в уютной кофейне у набережной, разговор плавно перетек с работы на жизнь. Денис рассказывал о своем разводе без надрыва, философски: «Не сошлись характерами. Она хотела стабильности и выходные на даче, я – свободы и путешествий. В итоге оба остались при своем».
Я слушала и понимала, что мне легко с ним. Нет напряжения, нет подтекста, нет ожиданий. Просто два взрослых человека общаются.
– А вы? – спросил он, допивая капучино. – Замужем?
– В процессе, – усмехнулась я. – То есть развода, примирения, развода. Сама запуталась.
– Сложная история?
– Длинная. С изменой, няней и беременностью, которая оказалась ложной.
Денис присвистнул.
– Боевое крещение. И вы еще здесь, улыбаетесь, работаете? Вы сильная.
– Я не сильная, – честно ответила я. – Я просто не умею по-другому.
Он посмотрел на меня долгим взглядом.
– Знаете, Алисн, мне кажется, ваш муж – идиот. Потому что если бы у меня была такая женщина, я бы на стену лез, но не потерял.
Я смутилась. Комплимент был приятным, но каким-то... лишним. Я не была готова к комплиментам от других мужчин.
– Спасибо, – ответила сухо. – Но давайте лучше обсудим освещение в холле.
Денис понял намек. Больше личных тем не поднимал.
Вечером, вернувшись домой, я застала Марата на кухне. Он возился с ужином – жарил рыбу, резал овощи. Илья крутился под ногами, требуя внимания. Картина маслом: примерный семьянин у плиты.
– Привет, – я поставила сумку, чмокнула Илью в макушку. – Вкусно пахнет.
– Стараюсь, – Марат обернулся, взглянул на меня. Взгляд задержался дольше обычного. – Ты какая-то другая.
– Какая?
– Сияющая. Работа удалась?
– Удалась. И не только работа.
Я села за стол, наблюдая, как ловко он управляется с рыбой. Месяц совместной жизни на одной территории (он спал в гостиной на диване) изменил нас. Мы научились разговаривать. Не кричать, не выяснять, а именно разговаривать – о мелочах, о планах, о погоде. И в этих разговорах прорастало что-то новое. Хрупкое, но живое.
– Расскажешь? – спросил он, ставя передо мной тарелку.
– Новый проект. Заказчик хочет расширяться. И еще Денис, архитектор, предложил интересное решение по фасаду.
Марат нахмурился.
– Денис?
– Коллега. Мы кофе пили, обсуждали рабочие моменты.
– Кофе, – повторил он. Голос дрогнул.
– Марат, не начинай, – я отрезала кусочек рыбы. – Это работа.
– Я знаю. Извини.
Он отвернулся к плите, но я видела, как напряглась спина. Ревность. Она все еще жила в нем. И, честно говоря, меня это даже радовало. Значит, не все равно. Значит, борется.
– Пап, а мы пойдем завтра в парк? – Илья спас ситуацию.
– Пойдем, сынок. Обязательно пойдем.
Ночью я не спала. Лежала в спальне, смотрела в потолок и думала. О Марате, о Денисе, о себе. О том, что мир не делится на черное и белое. Что прощать – трудно. Что доверять заново – еще труднее. Что я, кажется, запуталась окончательно.
Телефон пиликнул. Сообщение от Марата: «Спокойной ночи. Ты самая красивая. Даже когда злишься».
Я улыбнулась в темноте. И не ответила.
Пусть подождет.
Глава 12. Марат
Я не спал третью ночь. Ворочался на дурацком диване, слушал дыхание Ильи за стеной и думал об Алисе. О том, как она входит в комнату, как пахнет ее духами, как она улыбается своим мыслям. И о том, что этот Денис, архитектор, тоже это видит.
Я ревновал. Дико, некрасиво, по-собственнически. Хотелось прийти в эту их кофейню, схватить его за грудки и сказать: «Она моя. Отвали». Но я не имел права. Потому что сам все проср… л.
Руслан сказал: «Ты сейчас в положении провинившегося пса. Будешь рычать – выгонят насовсем. Сиди и жди, пока погладят».
Я сидел и ждал. Но ждать было невыносимо.
Утром, отведя Илью в сад, я поехал к Руслану. Нужно было выговориться.
– О, явился, – друг встретил меня в халате, с чашкой кофе. – Выглядишь как зомби.
– Спать не могу.
– Из-за бабы?
– Из-за Алины. Там какой-то хрен появился на горизонте. Архитектор.
– И что? Трахает?
– Рус!
– А что Рус? Пока не трахает – не трясись. А если начнет трахать – поздно трястись будет.
Я сел в кресло, закрыл лицо руками.
– Я не выдержу, если она уйдет к другому.
– А ты не думал, что она уже ушла? Формально вы не вместе. Она тебе ничего не должна.
– Спасибо, утешил.
– Я не утешать призван. Я отрезвлять. Хочешь вернуть – борись. Ухаживай. Цветы носи, стихи пиши, под окнами стой. А ты что? На диване лежишь и ждешь, когда она сама приползет? Не приползет.
Я задумался. А ведь он прав. Я перестал бороться. Решил, что одного раскаяния достаточно. А ей нужно больше. Ей нужно чувствовать себя желанной. Нужной. Единственной.
– Что посоветуешь?
– Романтика, брат. Бабы на это ведутся. Устрой свидание. Не здесь, не на кухне с рыбой. Вывези ее куда-нибудь. Без ребенка. Пусть вспомнит, какая ты козлина, но какая желанная.
Я усмехнулся.
– Козлина – это точно.
– Работай над имиджем.
В этот момент зазвонил телефон. Алиса. Сердце подпрыгнуло.
– Марат, – голос напряженный. – Она звонила мне. Карина.
Я вскочил.
– Что сказала?
– Что я пожалею. Что она не отдаст тебя. И смеялась. Так жутко.
– Ты в безопасности? Где ты?
– Дома. У мамы. Я испугалась, Илью забрала из сада.
– Сиди там. Я выезжаю.
Я сорвался с места, забыв про кофе, про Руслана, про все. Карина. Сумасшедшая тварь. Я найду ее. Я ее уничтожу.
Глава 13. Карина
Я стояла у подъезда ее матери и курила, глядя на окна. Горел свет на третьем этаже. Там была она. Моя соперница. Моя цель.
Я не спала ночами, продумывая план. Марат был моим. Я выстрадала его. Я терпела его настроение, его вечные отказы, его любовь к этой курице. Я заслужила право быть с ним.
А она? Что она сделала? Родила ребенка? Подумаешь. Любая дура может раздвинуть ноги. А вот удержать мужика, когда он смотрит на других – это искусство. Она не удержала.
Я выбросила окурок и набрала номер.
– Алло, – голос Алины. Напряженный, испуганный.
– Скучаешь?
– Чего тебе надо, Карина?
– Тебя предупредить. Уходи от него. Сама. По-хорошему. Или будет плохо.
– Ты угрожаешь мне?
– Предупреждаю. Я не шучу. Я потратила на этого мужика слишком много сил, чтобы уступить какой-то замухрышке.
– Слушай, – голос Алины вдруг стал твердым. – Ты больна. Тебе лечиться надо. Марат никогда не будет с тобой, потому что ты пустое место. Ты ему даже не любовница была, ты была дыркой для снятия стресса. И он сам мне это сказал.
Я сжала телефон так, что он хрустнул.
– Врешь.
– Не вру. И знаешь что? Я его простила. Мы снова вместе. Так что можешь убираться обратно в свою деревню и искать следующего лоха.
Она бросила трубку. Я стояла, трясясь от злости. Простила? Вместе? Нет. Этого не может быть.
Я развернулась и пошла к подъезду. Я войду, поднимусь, выскажу ей все в лицо. Пусть знает, что я не отступлю.
Но у двери меня встретил он.
Марат выскочил из машины, подлетел ко мне, схватил за шкирку и прижал к стене.
– Ты что здесь делаешь, дура?
– Отпусти! – я пыталась вырваться, но он держал крепко.
– Я тебя предупреждаю: тронешь мою семью – я тебя закопаю. Не фигурально. Буквально закопаю в лесу, и никто не найдет. У меня связи, деньги, возможности. Ты поняла?
Я смотрела в его глаза и видела – он не шутит. В них была настоящая, звериная ярость.
– Ты не посмеешь.
– Проверь.
Он отпустил меня, оттолкнул. Я пошатнулась, чуть не упала.
– Исчезни. Из города, из страны. Чтобы духу твоего не было. Иначе я тебя найду.
Я развернулась и пошла прочь. Ноги тряслись, в глазах темнело от бешенства. Но я знала одно: я не сдамся. Пусть даже ценой жизни.
Он будет моим. Или ничьим.
Глава 14. Алина
Я смотрела в окно, как Марат разбирается с Кариной. Сердце колотилось где-то в горле. Страх смешивался с благодарностью. Он приехал. Он защитил. Он был рядом.
Когда машина Карины скрылась за поворотом, я выдохнула. Марат поднялся, через минуту вошел в квартиру.
– Все, – сказал он устало. – Больше не подойдет.
– Ты уверен?
– Уверен. Я напугал ее до усрачки. Такие твари трусливые, когда видят реальную силу.
Я подошла к нему, обняла. Впервые за долгое время – сама, без просьб, без уговоров. Просто прижалась и замерла.
– Спасибо, – прошептала я.
– За что? Я же из-за себя же все это создал. Если бы не я, она бы вообще не появилась в нашей жизни.
– Но ты здесь. Ты не бросил. Ты борешься.
Он обнял меня в ответ, прижал крепко.
– Я всегда буду бороться. За тебя. За нас.
Я подняла голову, посмотрела в его глаза. Усталые, красные, но такие родные.
– Останься сегодня, – сказала я. – Не на диване. Со мной.
Он замер.
– Ты уверена?
– Нет. Но хочу попробовать.
Мы вошли в спальню. Мама увезла Илью к себе на ночь, мы были одни. Впервые за долгие месяцы – одни, без страха, без обид, без призраков прошлого между нами.
Он раздевал меня медленно, осторожно, будто боялся спугнуть. Касался губами плеч, шеи, ключиц. Я дрожала – не от холода, от напряжения. Сможет ли? Забудется ли? Не накроет ли снова боль?
– Если захочешь остановиться – скажи, – прошептал он. – Я пойму.
– Не хочу останавливаться. Хочу забыть. Хочу снова чувствовать.
Он вошел в меня медленно, глядя в глаза. Я зажмурилась, ожидая привычной боли – не физической, душевной. Но вместо боли пришло тепло. Разливалось по телу, согревало, успокаивало.
– Смотри на меня, – попросил он. – Не закрывай глаза.
Я открыла. В его взгляде было столько нежности, столько любви, что я расплакалась. Прямо так, лежа под ним, в самый ответственный момент.
– Прости, – всхлипнула я. – Я дура.
– Ты не дура. Ты моя. И я тебя люблю.
Мы любили друг друга долго, неспешно, возвращаясь к истокам. А когда все закончилось, я лежала на его груди и слушала, как бьется сердце. Ровно, сильно, уверенно.
– Я, кажется, начинаю тебя прощать, – сказала я.
– Я подожду, – ответил он. – Сколько нужно.
– Уже недолго.
Я уснула с улыбкой на губах. Впервые за полгода – спокойно, без кошмаров.
Глава 15. Марат
Я не спал. Лежал и смотрел, как спит Алина. Такая красивая, беззащитная, моя. Волосы разметались по подушке, ресницы подрагивают, губы приоткрыты. Я хотел запомнить этот момент навсегда. Потому что это был момент настоящего счастья.
Под утро она проснулась, потянулась, посмотрела на меня сонными глазами.
– Ты не спал?
– Любовался.
– Дурак.
– Знаю.
Она придвинулась ближе, уткнулась носом в мою шею.
– Спасибо за вчера.
– За что?
– За терпение. За нежность. За то, что не торопил.
– Я никуда не спешу. Я уже потерял тебя один раз. Больше не хочу.
Мы лежали, обнявшись, до самого утра. А потом пришла реальность.
Телефон зазвонил. Руслан.
– Марат, у нас проблемы. Карина написала заявление в полицию. Говорит, ты угрожал ей убийством. Придется объясняться.
Я сел на кровати, разбудив Алину.
– Что за бред?
– Она записала разговор на диктофон. Про то, как ты обещал закопать ее в лесу. Крепкое заявление, скажу я тебе.
Я выругался. Сучка. Все-таки достала.
– Что делать?
– Езжай в отделение, дай показания. Я подключу своих, но осадочек останется. Она грамотно подставила.
Алиса смотрела на меня с тревогой.
– Что случилось?
– Карина написала на меня заявление. Угрозы.
– Боже...
– Не бойся. Я справлюсь.
Я встал, начал одеваться. Алина тоже поднялась, накинула халат.
– Я с тобой.
– Не надо. Останься с Ильей.
– Марат, я с тобой, – повторила она твердо. – Мы семья. Или ты забыл?
Я посмотрел на нее и улыбнулся.
– Не забыл. Спасибо.
Мы вышли вместе. Вдвоем. Против целого мира. И это было правильно.
Глава 16. Алина
В отделении полиции было душно и тоскливо. Мы сидели на жесткой скамейке, ждали следователя. Марат был спокоен, но я чувствовала, как напряжены его мышцы.
– Не переживай, – шепнула я. – Все будет хорошо.
– Ты не понимаешь. У нее запись. Я реально это сказал.
– Сказал, потому что защищал нас. Это не угроза, это эмоции.
– Закону плевать на эмоции.
Через час нас вызвали. Следователь – молодой парень с усталыми глазами – пролистывал бумаги.
– Гражданин Вершинин, на вас поступило заявление от гражданки Карины Соболевой. Она утверждает, что вы угрожали ей физической расправой. Имеется аудиозапись.
– Можно послушать?
Включили запись. Голос Марата, злой, рычащий: «Я тебя закопаю в лесу, и никто не найдет». Жуть. Даже мне стало не по себе.
– Это было сказано в состоянии аффекта, – вмешалась я. – Эта женщина преследовала нашу семью, угрожала мне и моему ребенку. Муж просто защищался.
– А вы кто?
– Я его жена. И я подтверждаю: Карина Соболева угрожала нам. У меня есть записи ее звонков.
Следователь оживился.
– Записи есть?
– Да. Я сохранила все сообщения и голосовые.
Я достала телефон, показала переписку. Угрозы, намеки, издевательства. Карина была слишком самоуверенной и не думала, что я могу собирать доказательства.
– Это меняет дело, – следователь потер подбородок. – Но заявление все равно зарегистрировано. Придется проводить проверку. И вас, гражданин Вершинин, мы попросим не покидать город.
– Я никуда и не собираюсь, – Марат сжал мою руку под столом.
Мы вышли из отделения. На улице светило солнце, но на душе было пасмурно.
– Она не отстанет, – сказала я. – Будет мстить до конца.
– Пусть. Я ее не боюсь. Я боюсь только тебя потерять.
Я остановилась, посмотрела на него.
– Не потеряешь. Я уже никуда не денусь.
Мы поцеловались прямо посреди улицы. Прохожие оборачивались, но нам было плевать.
Пусть Карина делает что хочет. Мы выстоим. Потому что вместе.
Глава 17. Карина
Я сидела в своей конуре и тряслась от злости. Мент позвонил, сказал, что заявление принято, но «есть встречные обвинения». Встречные! Эта сука Алина записывала мои звонки!
Я металось по комнате, как зверь в клетке. Что делать? Отступать? Нет. Я не умею отступать.
Я достала телефон, набрала номер мужа. Да, того самого, что сидит в тюрьме. У него есть дружки на воле. За деньги они сделают что угодно.
– Коля, привет. Это я. Дело есть.
– Какая сумма?
– Сто тысяч. Найти одного человека и сделать так, чтобы он исчез.
– Исчез – это как?
– Напугать. Сильно. Чтобы зарекся высовываться.
– Адрес?
– Скину.
Я положила трубку и улыбнулась. Марат, думаешь, я сдалась? Нет, милый. Это только начало.
Вы либо будете моими, либо ничьими.
Глава 18. Алина
Неделя пролетела незаметно. Работа, Илья, Марат. Мы почти не расставались. Он перевез вещи из гостиницы, занял законное место в нашей спальне. Диван осиротел, но нам было плевать.
Мы снова смеялись, ссорились из-за мелочей, мирились в постели. Жили обычной жизнью. И в этой обычности было столько счастья, что я боялась дышать.
– Мам, а папа останется с нами навсегда? – спросил Илья за завтраком.
– Да, сынок, – ответил Марат, глядя мне в глаза. – Навсегда.
– Ура-а-а! – Илья запрыгал на стуле. – Тогда поедем в зоопарк?
– Поедем.
Мы собирались, когда в дверь позвонили. На пороге стоял Руслан. Бледный, взволнованный.
– Ребята, у меня плохие новости.
– Какие?
– Мои люди нашли Карину. Она наняла каких-то отморозков. Хотят вас похитить. Илью.
Мир покачнулся. Я схватилась за стену.
– Что?
– Я уже выставил охрану у дома и у школы. Но вам надо быть осторожными. Эта баба реально больная.
Марат побелел.
– Я убью ее.
– Погоди убивать. Надо думать, как обезвредить. У меня есть план.
Мы слушали Руслана, и внутри все холодело. Карина перешла черту. Она решила играть по-крупному.
– Мы справимся, – сказала я, когда Руслан закончил. – Мы вместе.
Марат посмотрел на меня. В его глазах была благодарность и страх. Страх за нас.
– Я не прощу себе, если с вами что-то случится.
– Не случится. Потому что ты рядом.
Я взяла его за руку. Илья подбежал, обнял нас обоих.
– Вы мои самые любимые, – заявил он. – Давайте всегда будем вместе.
Мы прижались друг к другу. Семья. Настоящая. Которую мы едва не потеряли.
Карина, ты проиграешь. Потому что нас трое. А ты одна.
Глава 19. Марат
Мы разработали план. Руслан подключил своих людей, я нанял частное охранное агентство. Илью временно перевели на домашнее обучение. Алина работала удаленно. Мы стали редко выходить из дома, только по необходимости и с охраной.
Карина затаилась. Не звонила, не писала, не появлялась. Это пугало больше всего. Когда зверь молчит, он готовится к прыжку.
– Может, она уехала? – спросила Алина вечером, глядя в окно.
– Не уехала. Руслан проверял. Она все еще в городе. Сменила квартиру, симку. Прячется.
– Чего ждет?
– Не знаю. Но долго ждать не буду. Я сам ее найду.
– Марат, не надо. Пусть полиция работает.
– Полиция работает медленно. А я хочу, чтобы моя семья была в безопасности.
Ночью, когда Алина уснула, я вышел на балкон покурить. Думал о Карине. О том, как слепая похоть привела меня к краю пропасти. Если бы я мог вернуться в прошлое и дать себе пощечину – дал бы.
– Не спится? – Руслан вышел следом.
– Думаю.
– О чем?
– О том, что я мудак.
– Это ты и без меня знаешь. Ты лучше скажи, как Алиса?
– Держится. Сильная.
– Она всегда была сильной. Ты просто не замечал. Слепой был.
– Был. Теперь прозрел.
– Поздно, но лучше, чем никогда.
Мы помолчали. Где-то вдалеке завыла сирена.
– Рус, найди ее. Пожалуйста. Я не успокоюсь, пока она на свободе.
– Найдем. Обещаю.
Мы вернулись в дом. Алина спала, подложив ладонь под щеку. Я лег рядом, обнял, прижал к себе. Она что-то пробормотала во сне и улыбнулась.
Завтра будет новый день. А пока – мы вместе. И это главное.
Глава 20. Алина
Утро началось с кошмара. Мне приснилась Карина: она стояла у кровати Ильи с ножом в руках и улыбалась. Я проснулась в холодном поту, бросилась в детскую. Илья спал, обнимая динозавра. Живой, здоровый.
– Тише, тише, – Марат обнял меня сзади. – Это просто сон.
– Она придет, Марат. Я чувствую.
– Не придет. Я не пущу.
Я разрыдалась у него на груди. Нервы сдали окончательно.
– Я так устала бояться. Я хочу жить нормально. Хочу гулять с сыном, работать, любить тебя. А вместо этого мы сидим в клетке.
– Это временно. Руслан обещал найти ее сегодня-завтра.
– А если не найдет? Если она нападет?
– Тогда мы будем защищаться. Я не дам вас в обиду.
Я смотрела в его глаза и верила. Он изменился. Стал другим. Настоящим.
В десять утра позвонил Руслан.
– Есть контакты. Она снимает квартиру в спальном районе. Сейчас выезжаем.
– Мы с вами, – сказал Марат.
– Не надо. Оставайтесь с Ильей. Мы сами.
– Рус...
– Слушай, друг. Я привезу ее. Живой или мертвой, но привезу. Доверься.
Марат колебался, но кивнул.
– Будь осторожен.
– Обижаешь.
Мы остались ждать. Самых долгих три часа в моей жизни.
Глава 21. Марат
Время тянулось бесконечно. Я метался по дому, как тигр в клетке. Алина сидела с Ильей, читала ему книжки, но я видел, что она тоже на пределе.
В два часа дня позвонил Руслан.
– Взяли.
Я выдохнул.
– Где она?
– В отделении. Полиция приехала одновременно с нами. У нее нашли оружие и твои фотографии с прицелом. Так что теперь ей светит реальный срок.
Я рухнул в кресло.
– Спасибо, Рус.
– Не за что. Отдыхайте. Теперь все будет хорошо.
Я подошел к Алине, обнял ее.
– Все кончено. Ее взяли.
– Правда?
– Правда.
Она разрыдалась. В голос, навзрыд. Я баюкал ее, как ребенка, и чувствовал, как уходит напряжение последних месяцев.
– Мы свободны, – шептал я. – Наконец-то свободны.
Вечером мы втроем вышли на прогулку. Впервые за долгое время – без охраны, без страха. Илья носился по парку, мы шли за ним, держась за руки.
– Знаешь, о чем я думаю? – спросила Алина.
– О чем?
– О том, что без всего этого ада мы бы не научились ценить рай.
– Ты права. Я бы не научился ценить тебя.
– Цени теперь. Имей в виду, второго шанса не будет.
– Будет только первый. Каждый день.
Она улыбнулась. И в этой улыбке было все мое счастье.
Глава 22. Алина
Шесть месяцев спустя
Солнце светило в панорамные окна нашего нового дома. Да, мы вернулись в тот самый дом, где все началось. Но теперь он стал другим. Мы переделали интерьеры, сменили обстановку, избавились от всего, что напоминало о Карине. Даже кабинет Марата перенесли на другой этаж.
Илья пошел в первый класс. Такой гордый, с букетом и портфелем. Марат держал его за руку, а я фотографировала и плакала от счастья.
– Мам, ну чего ты плачешь? – удивлялся сын.
– От радости, малыш. Ты стал большим.
– А вы с папой опять поженитесь?
Мы с Маратом переглянулись.
– А ты хочешь?
– Хочу! Чтобы свадьба была, и торт, и чтобы я бросал цветы.
– Лепестки, – поправила я, смеясь.
– Лепестки!
Вечером, уложив Илью, мы сидели на террасе с бокалами вина. Закат раскрасил небо в розовый и золотой.
– Сын прав, – сказал Марат. – Надо пожениться снова.
– Мы не разводились официально.
– Я не про официально. Я про душу. Я хочу сказать тебе все слова заново. Хочу, чтобы ты снова надела белое платье. Хочу видеть твои глаза, когда мы будем говорить «да» друг другу.
Я смотрела на него и видела не того самоуверенного мажора, который трахал няньку у меня под носом. Я видела мужчину, который прошел через ад, потерял все и обрел заново. Который дрался за меня. Который любит.
– Да, – сказала я.
– Что?
– Да, я выйду за тебя замуж. Еще раз.
Он поцеловал меня. Долго, нежно, обещая.
А потом мы смотрели на звезды и строили планы. О детях (я хотела дочку), о путешествиях (он хотел объехать весь мир), о старости (сидеть на этой террасе и вспоминать, какими мы были дураками).
Жизнь налаживалась. Боль уходила. На ее место приходила мудрость.
Карина получила три года колонии за угрозы и подготовку к похищению. Ее муж написал ей письмо с отказом. Говорят, она плакала в камере. Я не злорадствовала. Мне было ее жаль. Сломанная женщина, которая не умела любить иначе, чем через разрушение.
– О чем думаешь? – спросил Марат.
– О ней. О Карине.
– Забудь.
– Я не могу забыть. Она – часть нашей истории. Без нее мы бы не стали теми, кто мы есть.
– Может быть. Но теперь ее нет. Есть только мы.
– Только мы, – повторила я.
И это звучало как клятва.
