Текст книги "Подлянка для попаданки. Часть 2 (СИ)"

Автор книги: Елена Парамонова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 21 страниц)

Глава 25

Сто тридцать восьмая овечка, сто тридцать девятая овечка, сто тридцать десятая, сто тридцать одиннадцатая… Какая? Нет, сто пятьдесят первая овца… Чёрт! Опять я сбилась! Почему после ста тридцати-то всё время… Какое-то пакостное число…

И лавка эта неудобная. Я вот уже всё себе намяла на ней. А ещё слишком светло и не спится… Одиноко…

Я скосила глаза на лежащего на полу у выхода форкоша. Спит, похоже. Или очень хорошо притворяется.

Эх… Опять что ли заново считать начать? Нет, надоело. Битый час бубню про себя про этих овец, а толку ноль. Бараны, слоны, овцы, я весь зоопарк в своей голове пересчитала, а сна ни в одном глазу.

Где ж ты, мой Кижумушка? Небось, дома, без меня, на своей печи маешься. Может, и тебе не спится. И я совсем отвыкла быть одна. Да и раньше не особо быть одной любила, разве что у себя в комнате, но это зная, что Кирпич со своей Найдой дома, охраняет меня с напарниками. Одной страшно. Ужасно страшно и холодно…

Хотя я, конечно, не одна совсем, Воу, вон рядом, упросила всё-таки со мной остаться, чтобы не было страшно. Теперь он вот дрыхнет, будто ничего и не было, а ведь это не то, что с Халком. Совсем всё по-другому.

И ужин сегодня без Халка был странный. Нет, это с одной стороны было очень интересно и оригинально сидеть за столом сразу с тремя волками и Лохмачом между ними, когда при этом всех обслуживает Головешка. Русалица не вернулась, наверное на болоте осталась киснуть. Так что мы были впятером, ой, вшестером, если с Ку посчитать. Хорошая такая компания, молчаливая и клыкастая.

С другой стороны, здоровый человек наверняка бы уже с катушек съехал. Хотя я с этими местными, похоже, уже потихоньку скатываюсь. Для меня компания за столом из волков почти нормой стала.

Интересно, у них тут дурка предусмотрена для сдвинутых, или они их тут, не опасаясь, на воле держат? Хотя, если глянуть на русалицу, то ответ очевиден – гуляют и ещё как, и даже не думают в рубашонку с длинными ручками одеваться. Но я бы ей лучше не смирительную рубашку презентовала, а кляп, такой хороший, да покрупнее. Ой, это ж какой-то БДСМ пошёл. Не-не-не, я ж не такая, пусть шатается, что мне, ёлок жалко? Нет, жалко конечно, они вон какие здоровенные тут вымахали, небось, по триста лет каждой, но уж лучше ёлка, чем моя голова.

Представляю, как она там сегодня ёлки косит, где бы не ночевала. Ну, то, что она не моим Халком – это я уверена. Не мог он её к себе позвать. Точно нет, иначе бы не стал бы рисковать, меня целуя. Он вообще в последнее время особенно странный. О чём только думает?

Да и остальные тоже не лучше. Взять того же Отэ, бегает постоянно где-то, а как меня видит, так расплывается весь, душка, а не хоббит, или кто он там. Но со мной ведёт себя по-другому, чем с русалицей, ко мне просто по-доброму, а от неё млеет, видно прямо. И за что ему такая любовь? Дура эта холоднокровная.

Хотя, вот сегодня она вроде и ничего была. Может краски свои подарила, чтобы меня извести, хотя Воу это отрицает, уверял, что там всё качественное, но, похоже, что действительно переживает. Значит ли это, что она в Кижума была влюблена?

Ох, лучше об этом не думать! Вообще о ней не стану думать.

Лучше думать о чём-то другом, нейтральном, или вообще про Воу и его семью. Вот уж я сегодня удивилась. Это ж одновременно и вполне нормально, что он не один, и в тоже время как-то странно, такой весь из себя серьёзный и важный, и вдруг непослушный сын. Прикол. Прямо как у меня с папкой.

А вообще, с виду Рау очень даже добрый. Стеснительным мне показался даже, так осторожно входил за матерью в комнату, когда обедать садились, что прямо нельзя не умилиться. Ну, и ладно, что он большой такой и грозный и клыки, как частокол. Правда, за нападение на Халка я на него ещё зла. Но ведь это не повод не замечать его милоты, он почти как плюшевый. А ещё такой приятно серебристый, будто бы волшебный, в пыльце фей перепачканный. Так хотелось пощупать, прям, страсть!

Но я опасалась. А мало ли, вдруг, его опять торкнет, и на меня кинется, как на Кижума. Тут мне и кирдык придёт. Я-то уж точно не выстою.

Вот с Воу как-то спокойнее, я уже к нему привыкла и уверена на все сто. Такой нудный волк, прежде чем кинуться – мозг весь вынесет, так что сам в пасть кинешься. И как его Уна терпит, интересно? Она такая красивая, а ещё сдержанная, грациозная. С лаской на всех смотрит. Вот её ни в чём плохом захочешь, не сможешь обвинить. Она даже на Кижума скалилась как-то по-особому, по-матерински что ли, как бы глупо это не звучало. Женская солидарность, точно.

Жалко поговорить нам с ней не дали. Этот Воу всё опять: никакой жизни у меня без его вмешательства, всюду суётся. Смотритель чёртов! Непонятно только, куда ты смотришь. Ты бы лучше за лесом своим смотрел, как и положено, а не за мной.

Эх!.. А эти новости ещё мне? Надо же, Кижум-то ссыльный попаданец! Очертенеть и опупеть! Нет, ну, понятно, что он как бы не обычный каторжник, стали бы его депортировать в деревню, если б он сапожником каким-нибудь был. Нет, тут на лицо высокое положение. На стихоплёта он, конечно, вообще не тянет, а вот, как этот, Лермонтов, каким-нибудь гусаром может быть. Хотя для лошади Халк крупноват, под ним обычная кобылка загнётся, таскать такую тушу. Если только какой-нибудь богатырский. А чего, вот как с картины про трёх богатырей, очень ничего, подходяще. Но без бороды, не хочу такого косматого.

Эх… Опять мысли к Кижуму вернулись. Вот хочешь, не хочешь, а всё равно о нём только думать могу. Конечно, кроме него-то тут других-то мужиков раз-два и обчёлся. Отэ, конечно, отмыть можно, но вот чего-то не тянет мне им заниматься, не моё. А Кижум совсем другое дело: статный, сильный, уверенный, такой как мне нужно, чтобы при нём быть. Ради такого хочется быть человеком, личностью, а не мазюкать губы да жопой дрыгать.

Мне, может, раз в жизни всего и повезло, что я его встретила, и теперь буду думать, любовь – это от безысходности или нет. Глупость какая! Да, такому, как Кижум, любая будет рада! И не говорите, что нет, всё равно не поверю. И не беда, что говорить некому, главное, я знаю, что всё правда. Один такой на все миры, уверена.

Только почему-то от «втыкательной коробочки» отказался. Неужели, не хочется? Или хочется, но не так всё-таки? Хотя ведь, если Воу разрешил коробочкой, то почему бы пока так не сделать. Это, конечно, очень смущающее дело, особенно, когда о таких интимных вещах волк говорит, но вот, если бы тихонечко мне всё подсунул, я бы вообще возражать не стала. Чего бы не испытать магический артефакт в таком ключе!

Но хорошо, что в ответ на предложение Воу о иллюзорном сексе, пострадала только коробка, а не я. А ведь мало ли, как Кижум мог среагировать. Я ж ещё помню как получила по руке за то, что я кинулась с ножом на форкоша. Больше ведь он на меня ни разу руку не поднимал, и тогда было скорее обидно, чем больно, почти, как отец по заднице в своё время нашлёпал, но, тем не менее, ни капельки нехорошо. Теперь-то мне уже понятно, чего он мог так среагировать, всё-таки я угрожала жизни смотрителю этого места, мало ли, что потом за это было бы, но ведь мог бы быть и понежнее.

А вдруг, у них там норма бить своих баб?! Вдруг, об этом и пытался меня форкош предупредить, говоря про законы? Халк вообще ведь особой добродушностью не отличался раньше… А ещё эксплуатировал постоянно.

Вообще, так я уже устала от этих всех загадок.

Глава 26

Мысль о законности рукоприкладства в мире Халка напрочь засела во мне, ещё яростнее мешая уснуть. Я снова глянула в сторону спящего форкоша. Может быть, всё-таки попробовать его ещё расспросить? Всё равно не усну от всех этих переживаний.

– Воу… – тихо позвала я, но волчара даже не шелохнулся. – Ну, Воу…

«Почему не спишь?» – неохотно приподняв морду, мысленно поинтересовался форкош.

Его глаза мягко светились в темноте. Немного пугающе выглядело: этакий зверюга из снов. Хотя, если бы они у него светились, как в фильмах, две маленькие горящие точки, я бы точно померла от страха, а так, магия и магия, и чуточку волнительно.

«Не спится. Воу, а на родине Кижума мужчины бьют своих жён?».

«Зачем бы это?» – удивился форкош, заворочавшись.

«Ну, не знаю, за неподобающее поведение, например», – закинула удочку я.

Знаю я вас, мужиков, лишь бы уйти от ответа. И не надейся! А то сейчас начнёшь уводить, типа не так вопросы задаю, я тебе столько примеров сейчас навыдаю, что расколешься, как миленький. Это важно для меня!

«Не слышал о таком».

«Уверен?».

И пристальный взгляд. Колись, давай. Видал, как на тебя смотрю, значит, рассказывай. Эх, лампочкой ещё в морду бы посветить, от бати слыхала, это многих настраивает на нужный лад на допросе, но кто ж мне даст так с ним.

«Физическая расправа с особями женского пола, за что бы то ни было в мире Халка наказуема. Может, от того у них с бабами и столько проблем».

«А какие у них проблемы с ними?» – слегка обалдев от его внезапной откровенности, сразу же пристала с очередным вопросом я.

Вот это уже интересно, вот это уже важно.

«Безделье в голову ударило. Придёт время, сама узнаешь, а то, может, и такой же станешь. Но я надеюсь, что наш мир и здешние законы тебе будут ближе. Хоть и не должен тебе это говорить».

«А какой это такой я могу стать?»

Воу молчал, нарочито зажмуриваясь и положа морду на лапы. Понятно, спрашивать об этом мне нельзя. Что ж такое-то, а?

– Воу… Воу!..

Он всё-таки открыл глаза и посмотрел на меня взглядом, означающим что-то типа «что тебе ещё нужно от меня, убогая?».

«Воу, а если у них бить нельзя, чего ж мне Халк тогда вломил, когда я от тебя ножом защищалась сперепугу?», – насупившись, спросила я, потом опомнившись, ещё быстро добавила: «Извини за это, я очень испугалась».

«Ничего. Я не могу злиться на тебя за это», – добродушно открестился волчара, будто я ему тогда просто на лапу случайно наступила, а не убить пыталась.

Вот чудной! Если бы меня кто-то убить пытался, я бы с опаской к нему относилась, с предубеждением, даже сильнее. А, ну, как я спиной к нему однажды повернусь, а он меня пером под рёбрышко. Нет, слишком уж форкош добрый, слишком. И непонятно с чего даже.

С другой стороны, я вот Рау же приняла, хотя они с Кижумом натурально дрались. Но, может, это потому, что я была уверена в Кижуме? Или не верила, что всё взаправду? Или, может, потому, что общение с Воу убедило меня, что форкоши незлые? Не объяснимо. Смотрю сейчас на них и вот что-то такое тёплое вроде бы внутри. Как так? Куда делся страх? – Сама не знаю.

«Ты ещё помнишь об этом?» – вдруг заинтересовался форкош.

Я не сразу, но сообразила, что это он всё про тоже, так что с ответом не задержала, и даже насупилась для наглядности, хоть виновник этого видеть и не мог, я думаю, что нет, ночь же. Видят ли волки в тёмное время суток? – Неизвестно.

«Забудешь тут».

Я опустила глаза, вздохнула. Что я, бревно, по-вашему, бесхребетное, что мне всё равно разве, что меня бьют? И вовсе нет. Обидно просто, очень.

«Не злись на него за это, он разволновался», – попросил Воу, и я его услышала, несмотря на то, что в глаза не смотрела уже. «Хоть мне и не нравится его поступок, я понимаю, почему так случилось. В их мире только мужчина может использовать оружие. При его статусе и силе то, что женщина, находящаяся под его защитой, взялась за нож – жестокое оскорбление достоинства».

«А разве я под его защитой была?» – удивилась я.

Ничего себе! Вот так живёшь себе в избушке с мужиком и ничего не знаешь. Я об этом и не подумала бы даже. А оказывается, вон оно, что было-то!

«Ты делила с ним пищу и кров, что ещё тебе нужно, чтобы быть под его защитой. Двуногие такие странные, придумываете себе проблемы на пустом месте, и всё из-за условностей».

Ах ты, интеллигент четвероногий! Смеёшься над нами? Ладно-ладно, я тебе ещё покажу двуногую. Радуйся, что пока ты круче. Эх!.. Мне бы только знать схему какой-нибудь паровой машины или хотя бы устройство рессор, ух я бы вам тут напрогрессировала. И чего я, дура, ни черта не учила, вот как тут теперь стать крутее всех крутых, если только умеешь помаду намазюкивать на губёхи или подобрать под свой вкус модное платьишко? Надо, надо было на готовку хоть налегать. Кстати, я ж Кижуму ещё борщ должна… Я, правда, могу тоже чудо сделать – смешать соду и уксус, или магнит показать. Они бы тогда, наверное, подумали, что я ведьма, но где в этом лесу взять уксус, соду и магнит?

Так, стоп, ты куда спать? Я ещё не закончила… О чём мы там говорили? А вот! Защита!

«А сейчас я уже не под его защитой, а твоей, да? А если вернусь в избушку Халка, снова буду под его защитой?».

Пожалуйста, можно вернуться в избушку. Я очень-очень хочу… Боженька!..

«Ты под защитой всех форкошей, а то, что Халк считал тебя своей, пока вы жили в одной избушке – это его личное восприятие, и ничего больше».

В моей груди сразу стало очень тяжело.

«То есть, я к нему не могу вернуться?».

«Ты вправе выбрать место, где хочешь жить».

«Но не с ним?», – догадалась я, несмотря на то, что интонация вопроса мне при телепатическом разговоре была недоступна. Этот запрет откровенно читался в его взгляде.

«Да. По крайней мере, пока это невозможно для вас».

«Воу, мне нельзя быть с Кижумом потому что мы с ним разного вида, да?»

«Разные? О чём ты говоришь?» – не понял форкош.

«Ну… я-то человек, а Халк… Ну, он ведь большой и зелёный, люди такими не бывают. У нас с тобой разные понятия? Телепатия барахлит?»

«С понятием людей всё в порядке, и с моей телепатией тоже, она не может барахлить», – вроде как обидевшись, заявил он. «Искажения могут случаться, только если ты какие-то понятия передаёшь неправильно. А Кижум – человек. Между вами есть некоторые отличия в силе и строении тела, и не только в связи с половой принадлежностью, но он человек, как и ты, только иной формации».

Формации… Слово-то какое! Откуда я его только знаю? Не иначе, как Юркин занёс, но значение не особо закрепилось. И чёрт с ним! Человек, а значит уже для меня хорошо.

«А зелёный почему?» – чувствуя, что прямо на глазах отупела от всего, что сейчас услышала, спросила я.

Только не говори, что его в детстве мама в зелёнку уронила. Я же серьёзно спрашиваю, а ты мне сейчас даёшь надежду…

«Кижум долгое время находился в экспедиции в другом мире. Длительное пребывание под чужим солнцем изменило цвет его кожи. Поэтому он теперь здесь: лечится естественным путём, очищает организм. У них это сейчас в моде, вот и Халка за заслуги перед родиной одарили, принудительно. А теперь спи».

Я, как рыба, молча, открывала и закрывала рот, не зная, что на всё это сказать. Это… как это?!

Глава 27

Утро следующего дня началось для меня ужасно поздно, думаю где-то в районе обеда. И не мудрено, я ведь после разговора с Воу ещё долго не могла уснуть, ворочалась с боку на бок, дважды пыталась из него ещё что-то новое выклянчить, но ничего не достигла. В конце концов, я так устала сама себе мозг выедать, что всё же отключилась.

Не знаю сколько я бы вообще после проспала, но жестокий форкош не дал мне понежиться в стране снов, где я находилась в объятиях Кижума, привязанного к печи цепями (Не спрашивайте, не знаю почему так!). Гад, а не волчара! Вот так запросто вклиниваться в чужой сон, чтобы позвать есть, это надо совсем быть бессовестным.

Короче, пришлось мне вставать, не досмотрев, что там у нас с Кижумом могло хорошего случиться. Я надеялась, что хоть за едой с ним тогда в реальности встречусь, так нет, же и тут случился облом. В этот раз за обедом мы были втроём: я, Уна и Воу. Даже Головешка куда-то задевался. А отобедав, меня тут же оставили одну.

Вот и спрашивается: на кой будил?!

Хотя нет, знаю зачем, ради занятий. Расширял мой словарный запас. Часа три мне мозг насиловал. Сегодня только вместо Кижума, озвучкой попеременно работали Отэ и Кукла. Вообще не то! Совсем. Зато в этот раз мы не прервались от того, что меня скосило. И теперь простые фразы для быта я теперь шпрехаю. Как бы, ура!

Только что-то мне не радостно, потому что тот, с кем я хотела бы поговорить, до сих пор так и не появился.

Чёрт, меня даже шмотьё не радует больше, а ведь я в нём теперь могу закопаться не хуже Скруджа в его золотишке. Вон, сколько тут всего!.. Я скучающе обвела взглядом комнату чуть ли не доверху забитую всякой разной одеждой. Сюда меня буквально пятнадцать минут назад привёл Головешка, чтобы я могла самостоятельно подобрать себе что-то пригодное для переодевания после обещанной баньки. Что странно – все подходят по размеру. У них разве все бабы моей комплекции? Вроде, русалица помодельней меня выглядит и повыше, или просто форкошам моя комплекция больше нравится, поаппетитнее, чтоб жрать, что было?

А ведь тут есть, на что посмотреть. Вот, к примеру, это платье явно из дорогого расписного шёлка, так похожее на японское кимоно. Или это китайское? Ворот сбоку же… Не важно, всё рано красота. Прямо дотронуться страшно, вдруг испачкаешь. Или вот есть совершенно белое платье из расшитого кружевом гипюра или типа того. В нём хоть сейчас замуж. Мне, по крайней мере, уже хочется. Халк бы меня в таком увидел и точно обалдел бы.

Увидел бы, если бы пришёл. Какого фига он так долго дуется? Или боится, что я на него кинусь и изнасилую, как только придёт, а его за это депортируют? Р-р-р-р! Как же всё это злит.

Откуда ж я могла знать, что тут всё у них так строго? Они ж, как партизаны, обо всём молчат, а потом, раз, и будто лопатой по голове. Вот и вчера, я ведь еле уснула, так обалдела после всяких внезапностей от форкоша. Это ж надо! Кижум – человек! Я сейчас орать начну! Разве можно так с девушкой? Я ведь уже смирилась, что в монстра влюблена. Покаялась. И вот тебе на!.. Как?.. Как, я вас спрашиваю, я могла догадаться, что у него такой дурацкий цвет кожи из-за какой-то там звезды, которая его слегка поджарила в важной командировке? Да это спьяну не выдумаешь, а тут стрезвяка. С ума с ними совсем сойду.

А русалица что? тоже не русалка, а человек? У неё тогда какая болезнь? Долго плавала в загрязнённом озере и поэтому обросла чешуёй? Ха-ха! Бред же.

А Отэ, надо думать, тогда не хоббит, а кондуктор в колеснице и ему просто ноги отдавили – вот теперь тоже по путёвке подлечиться сюда приехал.

Вот, уж, будет номер, точно.

Вообще, теперь, что не день, то открытие. А сегодня с утра опять тихо, и мне пришлось пытать форкоша о профессии Кижума. Воу ограничился словом «воин». Что тоже неплохо. «А я люблю военных, красивых, здоровенных!». Оказываются, они вратами таскаются не только друг к другу в гости.

А про защиту?.. Тоже, в общем-то, не хило меня так прижали. Я-то себя, понимаешь ли, бесправной жертвой одного зелёного диктатора считаю, а он, оказывается, себя видит моей защитой и опорой. Только вот этот защитник поначалу именно меня запрессовал. Небось, об этом и не подумал.

Остаётся только выяснить, что влюбилась я в Халка сама по себе, а не из-за того, что он чего-то там на меня магичил. Вот, уж, тогда мне останется только головой начать биться об стену, какая я дура.

Хотя, если вспомнить, что Халк, на самом деле, человек, и вполне симпатичный мужик, то нет ничего странного, что он мне понравился. Вот, если бы я в Головешку влюбилась, было бы чудно, а тут вполне себе всё логично. Нет, не буду я переживать. Ну, и пусть, если сама по себе. Вообще, что я – враг себе, влюбляться не понятно в кого и зачем.

Лучше мне подумать, как себя вести, когда Халк всё-таки появится, не может же он на меня совсем забить и торчать до окончания срока путёвки в своей избушке. Нет, конечно, не может. Не станет он там сидеть. И Воу, может быть, как раз за этим сейчас от меня сбежал: пошёл мириться.

Точно-точно!

А мне, значит, тогда нужно вымыться, привести себя в порядок, в общем, подготовится к торжественной встрече любимого. Одеть нужно что-нибудь такое, чтобы у него прямо рот открылся и не закрывался от моей неземной красоты.

И я с двойным усердием закопошилась среди одежды, выискивая то, что нужно. К счастью, погодка на улице стала потеплее, можно не упихтериваться.

Вот, тоже интересно у них сезоны меняются, можно сказать, резко. Ещё ведь пять дней назад, вроде, метель выла за окном, я ещё в избушке пережидала, а тут – раз, и уже теплынь, солнце пригревает, а снег потихоньку вроде бы сходит. Хотела бы сказать, что видела, как птицы прилетели и почки набухают, но за этими гигантскими елями ни черта не видать.

О! Вот это возьму! Красивое платье: цвет топлёного молока, мягкий приятный материал, рукава-фонарики и от груди идёт свободно. Жалко, оно длинное, но зато ноги не будут мёрзнуть на улице. Мило же. И вот две ленточки к нему, одну под грудью подвяжу, а другую в косу вплету. Так и сделаю.

Хотелось бы мне одеть что-то вроде кимоно или одно из тех расшитых бисером платьев, но после того, как Халк, видя все эти богатства, принёс мне самую неказистую рубаху и юбку, лучше выбрать что-то обычное, но милое. Шокировать его изысками буду после, а сейчас надо что-то нейтральное. Тем более, после его раздора с Воу из-за «втыкательной коробочки». А в этом светленьком платьице я точно буду выглядеть, как маленькая несчастная овечка, которая нуждается в защите. Тогда, может, не станет меня больше оставлять.

На этом и закончим.