355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Елена Ораит » Обращенная (СИ) » Текст книги (страница 6)
Обращенная (СИ)
  • Текст добавлен: 14 сентября 2019, 03:30

Текст книги "Обращенная (СИ)"


Автор книги: Елена Ораит



сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

Часть 8

Находящийся на краю оврага амбар выглядел совершенно обычно. Охотники, прибывшие с рассветом, даже не сразу поверили, что внутри может быть что-то опасное. Зияя заколоченными окнами и массивным затвором на главных дверях, здание распространяло ауру безопасности и, пожалуй, можно было бы даже выбрать его для укрытия от дождя во время бури. Но вампирша настаивала именно на это месте, и сын Главы Совета этому верил. Мальчишка, уже заслуживший свою долю славы за поимку вампиров, явно знал что делать. Сейчас он приложил бинокль к глазам и снова всмотрелся в одно из окон. Он был уверен, что девушка не врёт, да и зачем ей это? Она настаивала на прибытии во время дня, объясняя это высокой опасностью встречи с проживающими тут. И, хотя всё выглядело немного подозрительно, возможность захватить причину многочисленных смертей приятно грела его, даже немного пьяня. Они нашли почти двенадцать тел за последние пару недель, и, хотя вампирша настаивала на четырёх вампирах, тут был виден аппетит как минимум шести. Поэтому пришлось взять полноценную группу из двадцати человек и терпеть всю дорогу насмешки. К тому же – в тюрьме остались одни новички, не способные в случае чего дать полноценный отпор…

Что-то скрипнуло и парень замер, прижимая бинокль к глазам. Так и есть – дверь приоткрылась и наружу рывком выкинули тело, которое сразу же стало покрываться сетью трещин. Вампир! От восторга он едва не закричал: снова в яблочко! Опять!

– Вы двое – передайте по цепочке: пусть растягивают верёвку со взрывчаткой. Там в группе должен быть специалист по сносу зданий – возьмите его. Пусть заложит всё так, чтобы крыша развалилась и все, кто внутри, попали под солнечные лучи. Если полезут – стреляйте без промедления, сейчас они не смогут найти укрытие.

Тихо зашипела рация: подчинённые торопились исполнить прямой приказ начальства, испуганные зрелищем своеобразной вампирской казни. Если клыкастые выкинули так своего, то что могут сделать с противником? Никто не знал, но пробовать на себе что-то не хотелось. Группа стремительно двинулась вперёд, замыкая круг: невероятно яркое в это время года солнце давало шанс обойтись без прямой битвы, к тому же – внутри явно что-то происходило: раздавались крики, грохот. Едва всё смолкло, остановившиеся на время охотники снова зашагали. Мелькнул где-то сбоку специалист по зарядам, прилепляя очередной пакет к стене, потянулись по земле провода. Было бы, пожалуй, лучше заминировать саму крышу, но рисковать не хотелось никому – провалиться внутрь – раз плюнуть, да и отсутствие в этом месте подвала не гарантировано. С вампиров станется закопаться в землю, дождаться ночи и пойти мстить за разрушенное логово. Тогда двумя-тремя жертвами за ночь не обойдётся.

Наконец, всё было закончено. Едва люди оказались на нужном расстоянии, главный махнул рукой: по правилам старшим в данный момент был мальчишка и только он мог отдать приказ на атаку. Но тот не стал удерживать: он не успел закончить кивок, а стены уже стремительно покрывались трещинами, устремляясь к крыше. Всё-таки сапёр не зря ел свой хлеб: крыша рухнула первой, пропуская внутрь потоки солнечного света. Раздавшиеся вопли отлично сгодились бы для фильма ужасов, но тут не было ни режиссёра, ни камеры. Только нахмурившиеся мужчины, в любой момент ждущие атаки.

– Атака умирающего вампира – самая сильная. Сжать цепь, не пропускать никого! – скомандовал кто-то рядом, – Достать оружие, на изготовку!..

Израэль всегда знал, что это день настанет: взглянуть в лицо создателю – это разве не мечта любого вампира? Вырвать ему кадык, впившись зубами и утробно рыча – разве не цель? Уж ему ли не знать, что в вампирском мире единственный способ выжить и получить силу – уничтожить более сильного?

Именно поэтому прошлым вечером он ушёл из логова и спрятался тут: кровь Андрее звала его, даже через неглубокий сон он мог различить что говорит ему маг, все внутренности которого вопят от боли. Смерть слуги – разве настолько большая потеря. что её надо оплакивать столь долго? Пф… помнится, когда бросал его одного, де Гияз даже обернуться на прощанье не изволил. А ведь Израэль закрыл его собой от пики и был обречён сначала мучиться от разодранного в клочья живота, а после – сгореть в лучах поступающего солнца. Они провели вместе столько времени, а потом господин бросил своего слугу подыхать как собаку.

Почему ты бросил меня?

Крутящийся в голове вопрос заставлял снова и снова ползти тогда, корчась от боли, а позже, провалившись в какую-то ям – прижаться к её холодному краю и ждать вечера. Стоило солнцу скрыться, Израэль начал звать на помощь – о, чудо! – какой-то глупый молодой солдат решил

спуститься вниз и достать его. Раны вампира почти зажили и он воспользовался столь любезно предоставленной возможностью восстановить силы. Через час, перевалившись через край ямы, он мог только пожалеть о том, что не нашёл способа сделать это раньше: запах господина рассеялся на ветру и теперь было просто невозможно определить куда он двинулся. Долгие сотни лет Израэль путешествовал по миру, постоянно натыкаясь на упоминания и друзей Андрее. Тех, что он сознательно оставил в одиночестве.

Что ты за монстр?

Найдя, наконец, кого-то, способного понять его боль и даже разделить с ним, Израэль проникся к женщине всем сердцем. Пережившая своих родных, потерявшая мать и совершенно одинокая, она была вынуждена подобно ему бродить по миру в поисках какой-то цели. И они нашли цель друг в друге, насыщаясь огнём слияния тел каждую ночь. Пока… Он отчётливо помнил, как женщина, потупив глаза, сказала, что связалась с человеком из его рассказов и даже смогла как-то пригласить его на встречу. Тогда он был даже благодарен возлюбленной и всеми силами стремился её поблагодарить: добровольно пошёл к Андрее, хотя и пытался как-то простить его, но… Потребовалось почти десять лет на то, чтобы они смогли, наконец, найти общий язык, ещё десять – на то, чтобы вернуть былое доверие. Кассандра забеременела. Привычно устремив глаза в пол, она выдала ему новость, за мгновение сделавшую из обычного загнанного вампира счастливейшего мужчину на земле. Не прошло и недели, как он встал перед возлюбленной на одно колено. Правда, без кольца, подобрать которое смог с трудом. Израэль смог назвать Андрее другом и даже пригласил его на свадьбу, они вместе подобрали кольца и тогда он даже не удивился, что мельком видевший его будущую супругу вампир точно угадал с размером. Кассандра сказала «да», распущенное на животе платье грело честолюбие, они решили найти дом получше и отправились путешествовать по миру. А, когда ребёнок родился и впервые взглянул на него своим ледяным холодом серых глаз…

Как ты мог?!

Она даже не отрицала ничего, сознавшись после первого же вопроса. Кассандра выдала всё: и про короткие встречи почти под утро, когда она «гуляла по городу» и про «встречи с подругами», закончившиеся совершенно неожиданно. И даже собственная гордость от того, что у него, обращённого, появился сын-вампир, улетучилась.

Не у него.

У мага. Друга. Другого рождённого вампира.

Несмотря на всю свою боль, Израэль нашёл силы простить её и отпустить, потому как остаться не смог. Не хватало нервов наблюдать за маленькой копией «друга» и мило воркующей над ним любимой, ещё недавно считаемой самой верной и честной.

Ты ведь знал о моих чувствах к ней, почему же?!

Ему хотелось найти де Гияза, привернуть ему руки к стене и задавать вопросы, а потом, наблюдая за тем, как он корчится в ограничивающих силы серебряных цепях, вспороть горло и досыта напиться полной магии крови. Возможно, тогда серые глаза сына стали бы напоминанием о полной и безоговорочной победе и Кассандра стала бы полностью его.

От острого голода снова свело живот: он не позаботился о еде и потому теперь страдал. Но это должно было скоро кончиться: не может же зимний день быть вечным, правда?

Стоило последнему лучу солнца коснуться крыши здания, он вышел через небольшую дверку, скрытую во тьме. Кто-то попытался окликнуть высокую фигуру в чёрном плаще, но быстро понял тщетность своих попыток и снова отправился по своим делам.

Израэль спешил. Ещё никогда за всю свою долгую жизнь он не бежал так быстро и не сожалел настолько сильно, что охотники настолько чутки, что приходится прятаться за три квартала от них. Но, стоило подходящему дому показаться на горизонте, практически взвыл, остановив себя в последний момент. Под тёмным плащом скрывалась причина того, что он не смог прийти раньше: пойманный в подворотне патрульный охотников был не очень рад встречи и смог нанести неожиданному противнику пару ударов, тем самым разозлив. Так что под плотной чёрной тканью плаща скрывалась форма: футболка со странным рисунком и жилет с серебряной цепочкой, немного жгущей через одежду. Видимо, никому до этого не приходило в голову косить под «своего», так что парень у входа удивлённо поднял бровь, но ничего не сказал: мало ли кто из патрульных отсыпался и теперь пришёл отчитаться по заданию. А потом, когда незнакомец оказался со спины, охранник даже не успел закричать: с тихим щелчком хрустнула шея, извещая о том, что жертва готова к употреблению. Израэль аккуратно подхватил тело и, специально двигаясь немного дёргано, спрятал его в ближайшем переулке, накрыв грязным пакетом. За пару часов

ничего не случится, потом можно будет полакомиться на дорожку. То, что придётся быстро уходить, он знал. Охотники не прощали убийства своих…

Ему нравилось двигаться медленно. Сейчас, получив возможность отомстить, он пытался как можно слаще растянуть удовольствие. Но всё равно, как только нужная дверь попала в зону видимости, ускорился. За спиной остался труп случайного мальчишки, пришедшего то ли кого-то проведать, то ли – поглазеть на охотников. Семьи частенько начинали «приучать» молодёжь к наследственной стезе с малолетства и давали «попробовать» пообщаться с вампирами с двух лет, чтобы к шестнадцати годам, когда приходит период обучения, те уже знали какая из сторон правильная. И как смешно, что именно сегодня Израэлю повстречался такой милый мальчик.

У металлической поверхности он остановился и втянул носом воздух: так и есть – ноздри затрепетали, клыки чуть кольнули нижнюю губу, старая злость подняла голову – на полу, скрючившись и почти потеряв силы, лежал некогда гордый Андрее де Мэри Гияз. Сквозь небольшое зарешеченное окошко мужчине удалось разглядеть многочисленные ранения и дыры в одежде блондина, отчего голод поступил ещё сильнее.

Словно почуяв чужой порыв, мужчина открыл глаза и начал тяжело подниматься. С его руки на пол камеры потянулись тяжёлые капли, запах стал невыносим. Израэль дёрнул дверь, но та не поддалась, более того – обожгла руку.

– Серебро, – услышал он хриплый голос, – Они обшили двери тонкой полоской серебра. Дорого, зато практично в отношении вампиров и тех, кто собирается их спасти.

– Думаешь, что я пришёл сохранить твою жизнь? – прорычал Израэль, вглядываясь в серые глаза, – Полагаешь, будто после свершённого тобой у меня появится желание сохранить твою жалкую жизнь? Действительно так думаешь?

– Друг пришёл спасти друга, не вижу ничего ужасного.

От ненормальности подобной идеи Израэль засмеялся. Его смех – тяжёлый и грудной, прокатился по коридору и, многократно отразившись от стен, затих где-то за пределами здания. Пальцы впились в перегородки на окошке, что запахло палёным. Внутри всё плавилось, хотелось выкричаться, но…

– Ты спал с моей любимой. Знал, что я собираюсь жениться, и ничего не сказал. Просто трахал мою будущую жену до, во время, а главное – после торжества. Стал отцом моего ребёнка. Есть ТЕПЕРЬ причины тебя вытаскивать?

– Хм… – ледяные глаза чуть потеплели, но потом снова стали резкими и злыми, как когда-то давно, до Кассандры, – Что ж, раз ты знаешь, не вижу смысла скрывать: пару раз у меня было с твоей будущей женой ещё до того, как мы тогда встретились. Она так хороша, что я… – язык скользнул по губам неуловимым движением, – Просто не удержался.

– Ты прибыл на свадьбу, видел её живот, но всё равно ничего не сказал!

– Не хотел разрушать союз, полный «невероятной любви»… – едко раздалось из темноты, куда Андрее отступил из кольца света, – К тому же, ты был так горд, что смог заделать малыша… А что меня выдало? Кэсси раскололась?

– Глаза. У сына твои глаза.

– О, так у меня сын?

– Ты – чудовище! – от пальцев пошёл дымок, их прожгло почти до кости, но Израэль не мог остановиться, его тело глухо ударилось о поверхность, – Притворялся моим другом! Делал вид, что желаешь мне добра! Довольно часто «наносил визиты вежливости»! И что в итоге?

– Я подарил тебе сына, будь добр повежливее.

– «Подарил сына»? Неужели полагаешь, будто это – нормально.

– Кажется, мы с самого начала друг друга не поняли, – раздался звук шаркающих шагов и согнутое тело высокого мужчины оказалось перед дверью с другой стороны, его пальцы сомкнулись на руке старого товарища, – Ты с самого начала знал, кто я, как я поступаю и насколько далёк от понятия «нормально». Однако сунулся ко мне снова, более того – отправил свою крайне аппетитную жёнушку «наладить отношения». Учитывая, что ты – слуга, а я – твой господин, всё твоё имуществу принадлежит мне, и я могу взять что угодно. И то, что твоя жена пришла ко мне… это было очень мило с твоей стороны, я оценил. И даже снова начал приходить. Мы вели долгие разговоры о твоих проблемах, помнишь? А потом твоя жена задирала свои юбки для меня. Это было шикарно! Она кричала от восторга!

– Неправда! – рванувшись вперёд, Израэль почти столкнулся с ним носом, и вовремя понял как глупо выглядит эта попытка оправдать изменившую женщину, – Она всегда любила только меня,

ты был всего лишь глупой ошибкой! – Продолжай убеждать себя в этом и тогда точно сойдёшь с ума, – вкрадчивый голос убаюкивал, лишал воли и малейшего желания сопротивляться, но мужчина держался, – Потому что будешь без конца сравнивать нас и спрашивать «чем он лучше?». Это мысль засядет у тебя в голове и, несмотря на все попытки её вытравить, начнёт разрушать изнутри твои чувства. Сначала ты уверишься, что твоя жена – шлюха, потом – что стоит убить ребёнка. А, когда ты окончательно сбрендишь и рванёшь убивать всех подряд, я буду рядом чтобы открутить твою голову…

Израэль вдруг понял, что стоит перед камерой с ключом в руках. Андрее ловко окрутил его, и, получив необходимый контакт глаз, загипнотизировал, заставив выпустить себя. Но… что-то пошло не так и задурманенный очнулся. По опыту гость знал, что справиться с блондином ему не поможет ни одна сила в мире, потому, бросив ключ на пол, он направился к выходу.

– Ты сдохнешь здесь!

Но дверь на лестницу оказалась заперта: покрытая тонким слоем серебра, она не поддалась силе. Что-то захрустело совсем рядом и Израэль обернулся: дальняя камера, ещё секунду назад бывшая надёжно закрыта, распахнулась настежь, а в коридоре стояла… он не мог бы назвать это «женщиной»: тонкая кожа облепила череп, глаза впали, кожа казалась болезненно-жёлтой в тусклом освещении потолочных ламп. Но главное: в глазах был невообразимый голод. По запаху вампирша не ела как минимум пару месяцев. Её тело требовало своего, но, не получив даже капли свежей крови, начало использовать ресурсы организма. На горле выступили мышцы: несмотря ни на что, она осталась охотником.

– Эй, ты кто?

Ответа не последовало. Тело метнулось вперёд, хрустнула ломаемая шея, и тело Израэля Хенсу, некогда являющегося солдатом на службе у Её Императорского Величества, женившегося и ставшего отцом, рухнуло на пол, на ходу опустошаясь ловко воткнутыми в шею клыками оголодавшей вампирши. Она насыщалась долго и, только когда красные капли были слизаны даже с пола, смогла оторваться.

– Эй, подойди, – позвал кто-то через окошко ближайшей камеры, – Выпусти меня.

Голос в голове сказал, что этот человек – хороший. Она поднялась и, следуя своим инстинктам, двинулась в нужном направлении. Ключ легко вошёл в паз замка. Дверь открылась будто сама собой и высокий блондин, с небольшими следами от цепей на руках, вышел в освещённое пространство. Она попятилась: от вампира веяло опасностью, а в последнее время девушка предпочитала больше слушать инстинкты, чем разум.

– Как тебя зовут?

– Ми… – горло не слушалось, но она всё-таки смогла протолкнуть через него второй слог, – …на.

– Красивое имя. Ты – умница, Мина. Ты здорово мне помогла. Хочешь выйти отсюда?

– Да.

– Тогда найди чего-нибудь поесть для меня.

Она знала, что многие ключи универсальны, потому, открыв дверь, не удивилась: на полу было скрюченное тело полудохлого вампира. Однако чутьё подсказывало, что кровь в нём ещё осталась и он вполне съедобен. Поэтому девушка схватила его за ногу и выволокла к новому знакомому.

– Умница, Мина…

– Что там? – в очередной раз толкнул его усатый мужчина с рыжиной в волосах, – Скоро можно будет зачистить?

Он поморщился: подозрительное отношение более старших товарищей уже стало сильно напрягать и, несмотря на возраст, они подчас задавали глупые однотипные вопросы. Едва вернувшись, охотники поняли, что что-то не так. Никого выше по званию не было и ему пришлось взять командование на себя. Первым делом он велел заблокировать все двери – это позволило хоть как-то контролировать перемещение вампиров внутри здания.

– Скоро, – коротко бросил он сквозь сжатые зубы.

– А когда? – не унимался мужчина, напирая со спины.

– Как только так сразу, – обрубил парень и снова прислушался.

Кто-то взвыл совсем рядом. Охотники, собравшиеся кучей у него за спиной, загомонили, мешая понять что происходит. Повернув голову, он громко шикнул. Все замолкли, но этого не хватило надолго: понемногу то тут, то там в толпе начали пробираться шепотки. Кто-то высказал своё мнение относительно начала времени операции, сосед его поддержал. Некогда хорошо

скоординированный боевой отряд превратился в кучку испуганных людей, склонных действовать необдуманно. Оставалось не так много времени.

– Не знаю как вы, ребят, а я пошёл.

Парень собирался остановить его, как-то притормозить, но рыжей упорно двигался, не замечая ничего вокруг. Он уверенно подошёл к входной двери, взялся за ручку… Стена будто взорвалась, обсыпая его громоздкими осколками. Толпа закашлялась, в воздухе повисла неприятная белая пыль. Метнувшееся в подворотню тело заметил только он, но двигаться в одиночку не решился. Тем более, что главный «виновник» торжества только-только переступил через оставшуюся часть стены, выходя наружу.

Он был высок, силён и светловолос. От ощущения власти, подавляющей волю, заломило виски. Парень сжал зубы: он слышал о магах, но никогда до этого момента с ними не встречался. Да и вообще, несмотря на весь свой опыт, он болезненно мало знал о тех, с кем сражался: основные черты, правила выслеживания. Возможно, стоило озаботиться об этом раньше, но…

– Передайте своим, что Андрее де Мэру Гияз вышел на охоту. Лишившись слуги, я стал… – он щёлкнул пальцами, следя за появившимся на самых кончиках небольшим, но стремительно растущим огоньком, – Нервным. Так что могу перебить всех, кто сунется. Ясно?

Его глаза обшарили испуганные лица людей, и парень понял, что вот-вот нагадит прямо в штаны от страха. Никогда ещё ему не приходилось встречать кого-то настолько сильного и мощного, тем более – обладающего превосходящими силами. В один момент пришло осознание бесполезности любого сопротивления. Что-то щелкнуло в мозгу, и вся жизнь среди охотников показалась ошибкой. Захотелось убежать.

– Что ж… раз все всё поняли, я, пожалуй, пойду…

Из переулка раздался негромкий стон, а следом за ним – душераздирающий визг, аккомпанементом которому слышалось довольное чавканье.

– Хорошая девочка…

Часть 9

Хелли знала, что нельзя быть настолько беспечной. Уже не раз она, отправляясь на охоту, уходила далеко в лес и потому могла сама стать добычей охотников. Несмотря на соглашение, они со скрипом принимали то, что девушка не отказалась от свежей крови окончательно, а продолжала иногда выходить за животными. Пару дней назад, во время очередной вылазки в город с Максом, им пришлось столкнуться с неприятной компанией охотников, возвращавшихся с патруля и потому уставших. Хелли понимала, что скромно бредущая по ночной улице пара не могла стать причиной такого раздражения сама по себе, однако делать что-либо было уже поздно. Их обступили, чуткий нос уловил лёгкий запах алкоголя и крови.

– Что это тут у нас? Маленькие вампирчики? О, и даже предатель тут?

– Дрег, отвали, – бросил Макс, – Ты же знаешь – мы заключили соглашение.

– Знаю, знаю. Потому и удивлён, что ты осмелился показать нос в городе. Ведь соглашение регламентирует только нахождение на нейтральной территории. А это – земли охотников. Значит… ты нарушил договорённости, и мы можем тебя прикончить.

– Это земли вампиров, – подала голос Хелли и, смотря прямо в глаза резко повернувшегося к ней мужчины, добавила, – К тому же, нам запрещено охотиться. А мы просто прогуливались. Видите разницу или алкоголь окончательно размягчил мозг?

– Ах ты, мелкая…

То, что произошло дальше, девушка даже сейчас могла воспроизвести до малейших деталей: тяжёлое тело неповоротливо дёрнулось, рука выдернула из рукава нож с изогнутой рукоятью, локоть распрямился. Всё происходило настолько медленно и… напряжно? Этот человек, который имел возможность убить её прямо сейчас, внезапно показался настолько смешным и жалким, что Хелли почувствовала, как губы непроизвольно растягиваются в улыбке.

Дурак.

При желании она могла успеть впиться ему в горло добрый десяток раз: охота на животных, кроме своей зрелищности и безопасности для людей, имеет массу преимуществ вроде повышения скорости, улучшенной реакции и усиления слуха. Макс рядом неоднократно напрашивался на вечернюю «прогулку», и потому приблизительно знал её возможности. Вероятно, поэтому, когда нож вонзился ему в бок, парень не успел отреагировать, и только взвизгнул, заваливаясь на бок. Вампирская кровь, густая и почему-то пахнущая сиренью, заполнила нос девушки, вызывая страшную жажду. Вмиг удлинившиеся клыки укололи нижнюю губу и это привело в чувство. Хелли осознала, что, если ничего не сделать, Макс умрёт на грязной улице от нелепого удара, подло нанесённого соседнему противнику.

А мужчина, похоже, резко протрезвел: его глаза, раньше злые, наполнились страхом. Судя по всему, он не ожидал чего-то подобного, а то и вовсе – рассчитывал на драку. Макс у его ног закашлялся, разбрасывая капли крови по ботинкам и ткани штанов. Подскочившая Хелли осторожно подняла его за локоть и, придерживая и стараясь двигаться плавно, увлекла в подворотню. Охотники за ними не пошли. Когда девушка выглянула на улицу спустя пару минут, их уже не было. Опираясь на подругу, вампир медленно добрёл до кафе и устроился за столиком, куда им принесли пару стаканов: в честь неприятных событий, вампирша решила разделить с ним кровь. Но тот, казалось, совсем потерял интерес к еде: уставившись на дверь, досидел до окончания её стакана и сразу же предложил уйти, сделав от силы пару глотков. Бармен, когда Хелли принесла ему тару, только удивлённо приподнял бровь:

– Что это с ним? Всегда такой аппетит…

– Мы встретили охотников, и они были настроены не самым лучшим образом, – девушка непонятно от чего вдруг жутко смутилась, – В общем, мой друг получил нож в бок.

– Хм… обычно на вампирах всё быстро заживает, так что не беспокойтесь. Разве что – это был забойный нож. Но тогда у него нет шансов, чтобы ты ни делала, – мужчина приподнял бровь, но, не видя реакции, пояснил, – Искривлённый нож, который охотники носят в рукаве – это вещь, полученная из другого мира. Она сделана из сплава серебра и чего-то ещё, повреждающего плоть вампира настолько сильно, что печальный финал неизбежен.

– Неужели нет никакого способа…

– Значит…

– Да.

– Мне жаль, – человеческая ладонь оказалась на удивление тёплой и приятной на ощупь, – Но сделать уже ничего нельзя. Теперь он постепенно будет терять силы, а если попробует пить кровь для восстановления – мучения только усилятся. От каждого глотка по жилам будет словно растекаться кислота, а лёгкие гореть огнём. Потом, если он выдержит, придут слепота и глухота. Повреждённые нервные узлы откажутся работать последними, так что перед самой смерть парень потеряет осязание. И всё это время он будет в сознании.

– Вы… так много знаете…

– Я работаю тут почти десять лет с того момента, как мой отец ушёл на покой после нелепой стычки, закончившейся применением забойного ножа. Охотники поняли свою ошибку, в конце концов – они далеко не святые, так что у меня теперь есть неприкосновенность на двадцать лет, а у них – возможность контролировать численность вампиров в городе.

– О чём вы?

– Как ты думаешь – сколько вампиров в городе?

– Ну… сотня?

– Четыреста восемьдесят шесть. Ровно столько вампиров бродят по улицам города с населением сорок тысяч человек. Иногда приезжают ещё пару десятков, чисто посмотреть, как тут обстоят дела и заодно встретиться со старыми знакомыми.

Хелли с сомнением посмотрела на невысокого мужчину, который заменил привычного продавца пару недель назад. Высокий и худощавый, подстриженный не по возрасту, с выбритыми висками, выглядящими нелепо на фоне окружавшего антуража, он казался насильно выдернутым из другого времени. Девушка понимала, что мужчина говорит правду: иногда проходя по улицам, она удивлялась как много в городе вампиров, каждый из которых пахнет по-своему. Однако… откуда человеку знать подобные вещи?

– Откуда вы знаете?

– У меня много поставщиков: можно найти как ребёнка, так и старика, готовых добровольно «сдать кровь в частную клинику» за небольшое вознаграждение. Поэтому, если нужно что-то особенное, даже самые высокопоставленные вампиры предпочитают обращаться ко мне. Место расположено очень удачно: со всех сторон окружённый домами двор не проглядывается и не простреливает, ветер огибает территорию, унося запахи. Понимаешь, о чём я?

– Нет, – честно ответила девушка.

– Все вампиры, от старожилов до случайных гостей, охотятся, однако в случае усталости или жажды чего-то особенно, что самому достать проблематично, они предпочитают искать это здесь. Вампирское сообщество живёт узким кружком, тесно сплетясь меж собой родственными или дружескими связями. Довольно часто они крайне одиноки и ищут собеседника, в то время как я – хороший слушатель, готовый поддержать и понять. Поэтому у меня много посетителей, многие из которых – делятся сплетнями.

– Много посетителей? – Хелли бросила взгляд на пустой зал, – А так и не скажешь.

– Вы всегда приходите во время после завтрака, но до обеда, потому не застаёте толпу. Хотя… может это и к лучшему: как не все охотники благородны, так и не все вампиры добродушны. Скорее, «добродушный вампир» настоль же редок, как и «благородный охотник». Твой друг пострадал и скоро он умрёт, рассыпавшись пеплом или начав тлеть изнутри. Ни одно лекарство в мире не будет способно ему помочь, потому как тело будет жрать само себя изнутри, не получив крови. В итоге – ужасные муки и жуткий голод ему обеспечены. А ты останешься в одиночестве, не в силах смириться. Одна просьба: если вдруг решишь отомстить, сообщи мне, хочу это увидеть.

– Ты же заключил соглашение.

– Да, соглашение, что я не стану вампиром и не пойду убивать в честь отца. А не радоваться тому, что кто-то убивает охотников, я не обещал…

Максу плавно становилось хуже. Наплевав на возможные последствия, Хелли отлучилась на охоту, и теперь корила себя за это: вернувшись, девушка обнаружила только окровавленную кровать и след, ведущий по свежему снегу куда-то к реке. Попытки выследить ничего не дали: парень словно растворился в воздухе когда его следы оборвались у воды. Покружив немного, вампирша двинулась дальше по течению и вышла к покорёженному обожжённому месту, на котором некогда стоял амбар. После той зачистки охотники насчитали тринадцать трупов: явно больше, чем помнила Хелли, однако она почему-то нервничала каждый раз, как за окном раздавались приглушённые шаги. Девушке чудилось, что это выживший Израэль пришёл отомстить. Но тот, если и выжил, судя по всему, предпочёл вычеркнуть из памяти их знакомство. Поэтому открывшееся ей зрелище было скорее тоскливым, чем пугающим: крытое деревянными листами здание выгорело дотла, не оставив на память даже кусочка половицы. Обвалившаяся крыша была разобрана во время обысков, так что Хелли могла увидеть небольшие потемнения на земле, едва прикрытой снегом: в этих местах особо сильно лилась кровь, которой щедро пропиталась почва. Она подошла ближе, ведомая воспоминаниями: крюки, тела, кровь, трупы, запах… в голове снова возникло лицо старого вампира, который почему-то выглядел намного хуже своих сообщников, несмотря на высокий рост и мощную фигуру. Почему-то вспомнилось, как она разорвала горло Эрасту, и приятное тепло снова растеклось по телу. Что тогда случилось? Почему была такая реакция? Только ли в наркотиках мужчины дело?

За спиной тихо скрипнул снег. Хелли обернулась: на вытоптанной ею дорожке стоял Макс, кутаясь в красный вязаный шарф. Его глаза впали, тело выглядело исхудавшим, и, несмотря на то, что с момента расставания прошло всего пять часов, она жутко соскучилась.

– Как ты?

– Паршиво, – улыбнулся парень, – Скоро можно будет хоронить.

Это была его любимая фраза, так что Хелли слышала её каждый день. Но сегодня уже приевшийся набор слов почему-то показался злым и неправильным.

– Мы вытащим тебя из этой ямы, только подожди.

– Хелли… я бы хотел тебе верить и жить исключительно ожиданием чуда, но не могу. Удар забойным ножом означает смерть.

– Мы можем пойти к охотникам и…

– И что?

– Они помогут…

– Чем? Будь у охотников противоядие, один из них уже давно был бы здесь. Ни одно соглашение о мире было разорвано из-за чёртовых ножей, возникающих тут и там. Я был одним из них и знаю, что даже сами охотники не всегда рады такому «подарку». Есть легенда, что нож можно получить после смерти того, кто съел своего создателя. Вроде как: если опустить обычный прямой клинок в кровь сразу после смерти, то металл пропитается силой и искривится, становясь настоящим «хищником» по отношению к вампирам.

– А… есть легенда о том, как исцелиться?

– Может, и есть, но не у нас. Я слышал, что бывали случаи, но вампиры предпочитают не особо о них распространяться, то ли из чувства самосохранения, то ли – просто из вредности. Поэтому, увы, у нас – только рецепт создания того, что меня убивает.

– Ты… знаешь, как действует клинок?

– Да. Он отравляет всю кровь, попадающую в мой организм, вынуждая чувствовать голод. В итоге – тело выводит отраву как можно быстрее. Однако жажда заставляет есть, а кровь, оказываясь в организме, снова отравляется. Вечный круговорот. Даже объяви я голодовку, яд, уже находящий внутри, никуда не денется.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю