Текст книги "Любовь авторитета или Плата за всё (СИ)"
Автор книги: Елена Моисеева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 20 страниц)
– Зачем ты пришел сюда?
Я мгновенно просыпаюсь и вскакиваю с дивана. Просто сон. Но из коридора квартиры я слышу приглушенные голоса Яна и незнакомого мне человека.
– Ты не должен был сюда приходить,– холодно произнес Ян, но так тихо, что мне с большим трудом удалось разобрать слова.
– Меня вынудили серьезные обстоятельства. Ты же знаешь ситуацию в городе! – сказал незнакомый голос, но Ян раздраженно его перебил:
– Сегодня в одиннадцать. А сейчас уходи. Ты рискуешь не только своей шкурой, всегда помни об этом.
Я уже было решила плюнуть на все эти мужские игры и загадки, как прозвучали слова незваного гостя:
– Синица уехал из города сегодня.
Так-так! Значит, Ян присматривает за своим врагом, временное перемирие – это сказка для меня. Судьба сама посылает мне в руки эту информацию: Ян следит за Антоном. Ну, а я прослежу за Яном.
Дверь за посетителем захлопнулась, и я быстро легла на диван, притворившись спящей. С минуту ничхего не было слышно, но я чувствовала он уже в комнате. Боже, где ж он научился ходить так тихо! Я медленно открыла глаза, сделав вид, что только что проснулась. Он стоял неподалеку от меня и невидящим взглядом смотрел в одну точку.
– Отвези меня домой,– тихо попросила я, а он, будто бы очнувшись, кивнул.
Конечно, ты меня отвезешь! Мужские игры не терпят женского присутствия.
Через сорок минут я была дома. Время бежало неумолимо быстро, но мне нужно успеть. Переодевшись в совершенно безликую одежду, я вызвала такси и назвала адрес Яна. Мы уже подъезжали, когда Ян вышел из подъезда и сел в машину. Тот же невидящий ничего вокруг взгляд, мне был на руку.
– А сейчас мы поедем вон за тем парнем на синем вольво, – быстро проговорила я водителю. Дядька неодобрительно на меня посмотрел, но поехал. Таксист оказался смышленым, поэтому ехали мы за две машины от Яна, не бросаясь в глаза. Мне оставалось только молиться, чтобы чутье Яна не подсказало ему о слежке. Ян свернул в проулок и подъехал к кафе «Фантазия». Это было недорогое кафе в нашем городе, куда периодически захаживали обделенные достатком люди. Интересно, что он там забыл? Таксист предусмотрительно проехал мимо и остановился в двух домах от «Фантазии». Я заплатила, одарив его щедрыми чаевыми, и он, довольный, уехал. Дело осталось за малым – прошмыгнуть в кафе незаметно. Незаметно ходить я отродясь не умела. Поэтому оставался черный вход, куда посторонним вход был запрещен. Самое время вспомнить о моем актерском таланте, что был в глубоком детстве. В очень глубоком детстве. Но делать было нечего, и я с невозмутимым видом прошествовала к черному входу.
Длинный узкий коридор с множеством дверей, из которых, то входили, то выходили официанты. И, конечно же, меня увидела одна из них, поняв по ее недовольному взгляду, что меня сейчас прогонят, я ляпнула с перепугу:
– Здравствуйте, я по поводу работы. Вам не нужна официантка?
Вот ляпнула, а! Хорошо, что одежда отлично скрадывает мое материнство. Девушка почти сразу потеряла ко мне интерес, и скучающим тоном произнесла:
– Вам нужно поговорить с менеджером, пройдемте со мной,– она развернулась и повела меня по коридору служебного помещения. На мое счастье менеджера не оказалось на месте и она, оставив меня ждать возле его кабинета, ушла по своим делам, напоследок бросив мне:
– Ждите.
Дуракам везет. Или новичкам? Впрочем, не важно, потому что я трижды дура и новичок в таком деле как слежка. Я с интересом осмотрелась, кабинет менеджера находился напротив кухни, откуда, просто был обязан быть выход в общий зал. Не раздумывая, я прошла на кухню, и как можно не заметнее попыталась пробраться к желанной двери.
Не заметно ходить я не умела.
– Так-так, и кто это у нас тут? – раздался голос позади меня, и я застыла как соляной столб.
– Ты новенькая что ли?
Поняв, что меня не собираются арестовывать за незаконное проникновение, и что мой вид не вызывает желания обвинить меня в международном шпионаже, я расправила плечи и посмотрела на человека, разговаривающего со мной. Молодой, симпатичный парень со смеющимися глазами, в белом халате, скорее всего, являлся поваром этого злачного места, разглядывал меня с интересом.
– Язык проглотила? Обычно язык проглатывают от моих кулинарных шедевров, а не от меня самого.
Я прыснула со смеху, но, тут же, взяла себя в руки. Юное дарование явно не страдало излишком скромности.
– А я менеджера ищу,– подала я признаки жизни и мило улыбнулась.
– Здесь его нет, обычно он в зале ошивается, болтает с барменом,– ответил мне он, не переставая меня разглядывать. Я занервничала.
– Я Паша,– потянул он мне руку.
– Лена, – отозвалась я, думая, как выбираться из всей этой истории.
– Ты так и не ответила, ты новенькая?
– Еще пока нет, вот, думаю, стоит сюда устраиваться или нет,– сказала я, пятясь к двери, ведущий в общий зал.
– Если хочешь не пыльной работы, то это самое то, а если хорошую зарплату, то...– он с улыбкой покачал головой,– То тебе не сюда нужно идти, а в ресторан «Планета», там официантки чаевые получают размером с месячный оклад здесь.
– Щедрый хозяин,– констатировала я. Замечательно! Окошко в двери позволяло окинуть весь зал.
– Новый. Раньше там хозяин скупой был, платил мало, и еда там была соответствующая. Месяц назад ресторан купил Казанцев, крупный бизнесмен, и денег не жалеет на раскрутку ресторана, вот сам думаю перейти туда.
Эх, ничего себе! Я уставилась на Павла в немом изумлении. Папа как всегда в своем репертуаре. На фига ему ресторан?
– Ну, если ты еще не передумала, то пройди в зал, поговори с менеджером.
Я посмотрела в окошко и увидела, что Ян сидит в углу зала и беседует с незнакомым мне человеком. К ним подошел официант и протянул маленькую книжечку. Счет. Вот блин! Все пропустила!
– Спасибо,– ответила я Павлу, – Но для меня имеет большое значение размер заработка,– я вежливо улыбнулась, и пошла к выходу через черный вход.
– Пока,– сказал Паша. Я махнула ему рукой.
Вот так, Штирлица из меня не получилось, и единственно ценной информацией была та, что мой отец купил ресторан в этом городе. Выйдя из кафе, я прошла к лавочке в тени деревьев напротив заведения, села и принялась ждать. Отсюда прекрасно все было видно, зато не было видно меня, на улице темно, хоть глаз выколи, а улицы нашего города очень плохо освещались. Провал моей слежки был просто оглушительным. Чего я тут сижу, жду, я не совсем понимала, все равно за Яном мне не угнаться на своих двоих, а на машину денег не хватит. Да и эта беготня мне порядком осточертела. Ян вышел оттуда почти сразу после меня, сел в машину и уехал. Ночь, темно, и я как дура сижу на лавочке. Легкая добыча для маньяков. Идиотка просто. Нет, ну надо же такое ляпнуть! На работу я пришла устраиваться. В одиннадцать часов ночи!
– Ты все еще здесь? – пока я капалась в своих мыслях, из кафе вышел Павел и подошел ко мне. Вот как он меня увидел? Темень такая! Я подозрительно на него посмотрела.
– Ага, воздухом дышу.
– В твоем положении это полезно,– четко произнес он, пристально на меня смотря.
Какой замечательный парень, все замечает!
– Ты кто такой? – неприязненно спросила я.
– Я – Паша. А по поводу твоего положения догадаться не трудно, у меня жена на сносях, у вас, у беременных походка особенная, и взгляд.
– Какой ты проницательный,– не без издевки отметила я.
– Что есть, то есть, – подтвердил он,– Ты ведь не на работу пришла устраиваться.
– Это не твое дело,– огрызнулась я, а он согласно кивнул.
– Конечно, не мое, это так констатация факта.
– И что тебе от меня нужно? – я начала нервничать.
– Да, ничего. У меня просто смена закончилась, выхожу, смотрю, ты сидишь, вот и подошел.
– А если ничего, то, какого рожна ты тут стоишь со мной лясы точишь? – зло спросила я.
Улыбка Павла медленно сползла.
– Тебя кто-то обидел, а ты на мне отдуваешься,– снова озадачил он меня своим умозаключением. Я не нашлась, что ему на это сказать. Странный разговор и странный человек, в то же время читающий меня как открытую книгу. Это заставляет задуматься о том, что другие тоже видели то, что я хотела бы скрыть. Видимо на моем лице проскользнул страх, так как Павел поспешно добавил:
– Верно, мне Машка говорит – не лезь, куда не просят, век рыцарей закончился и сейчас подобное смотрится, по меньшей мере, странно. У тебя были такие грустные глаза, что я подумал, что у тебя что-то случилось, захотел просто помочь. Я, знаешь, сколько девчонок беременных и брошенных своими парнями перевидал? – говорил он так искренне и сочувственно, что я невольно поверила и рассмеялась.
– И чем бы ты мне помог? Разве что женился бы на мне, раз я брошенная.
– Не, я не могу, у меня Машка есть,– испугался он, а я опять рассмеялась.
– Пока, Паша,– я встала и пошла в сторону дома, думая о том, что иногда, чтобы не сойти с ума, судьба подкидывает нам таких людей – чистых, искренних, таких как Паша, и невольно задумываешься – может быть, не весь мир погряз в жестокости и лицемерии? Может быть, мир еще не умер?
Домой я вернулась далеко за полночь. Спасть не хотелось, зато до страсти хотелось узнать, о чем таком интересном разговаривали Ян и тот незнакомец, и каким боком к этому имеет отношение Антон? Приняв душ, и закутавшись в халат, я легла на диван и принялась размышлять. Что мы имеем? Первое, Ян что-то скрывает, ну это и ежу понятно. Второе, Антон уже уехал. Вопрос куда и зачем? И третье, что совсем не вязалось в общую картину, отец купил здесь ресторан месяц назад. Ох, к черту все это! Одни загадки, которые я ни в жизнь не отгадаю. Вот куда я лезу? Открутят голову и не спросят, как звать. Но знать правду хотелось очень. А жить хотелось еще больше. В конец измучившись, я легла спать, решив, что утро оно как всегда окажется мудрее вечера.
Утром меня разбудил противный звонок в дверь. Я решила стойко его игнорировать. На пятый трезвон к двери нехотя подошла няня моего сына и любезно пропустила Влада. Он, не стесняясь, прошел ко мне в комнату и даже не поздоровавшись, сказал:
– Я билеты принес, поедете поездом до Москвы, а там на самолете. Поезд завтра, в 19:00.
– Мне нужен третий билет.
– Что? – опешил Влад.
– Я что невнятно говорю? Мне нужен третий билет на более позднее время, скажем через неделю.
– Для кого?
Я уставилась на Влада. Неужели нельзя хоть раз не задавать лишних вопросов и просто выполнить то, что я прошу?
– Для меня.
– Чего? – Господи избавь меня от идиотов!
– Я не еду завтра, я еду через неделю. Завтра отправлю сына с няней. Теперь ясно? – терпеливо объяснила я, только Владу это не помогло. Он посмотрел на меня как на умалишенную, и часто заморгал глазами, нервный тик, наверное.
– Ничего мне не ясно. Антон четко дал команду – отправить тебя в Нант.
– Дал команду…– передразнила я его. – Влад, ну я очень тебя прошу, не усложняй, а? Ты же знаешь, я никуда не поеду.
– Да почему!? Твою мать! – перешел Влад на крик, но не стал продолжать, наткнувшись на мой взгляд. Махнул рукой, бросил мне билеты на диван, и, направляясь к выходу, не без неприязни, сказал:
– Надоело мне с тобой нянькаться, ей Богу! Будет тебе билет.
Уж не знаю, оказалось ли утро мудрее вечера, но решение я приняла.
Первым делом, среди своего хлама в сумочке я откапала кредитку на свое имя, которую когда-то очень давно дал мне Антон. Пользоваться этим новшеством я умела плохо, поэтому дико злилась. Но сейчас, когда наличные средства кончились, а мой дражайший муженек укатил в неизвестном направлении, я чуть ли не расцеловала эту кредитку. Надела самую обычную одежду, но которая скрывала мой живот, я сначала прошвырнулась по магазинам и прикупила пару костюмов, которые меняли меня до неузнаваемости. Во– первых, цвет. Черный и синий не носила почти никогда, предпочитая зеленый, красный и бежевый. Во– вторых стиль у меня всегда был элегантный, ну на худой конец спортивный. Эта же одежда отличалась модным стилем, молодежным. И опять– таки, очень умело скрывало мое материнство. Придя домой, я примерила обновки. Довольно хихикнула, и еще немного покрутилась у зеркала. Все-таки красоту ничем не испортишь, изменения во внешности мне шли, даже очень. Всю вторую половину дня я собирала вещи Кирилла. Няня Киры была просто счастлива от того, что я на время отправляю ее во Францию, она без умолку тараторила, что никогда не была за границей, и сетовала по поводу того, что не посетит Париж. Я клятвенно заверила ее, что как только прилечу к ним, мы обязательно посетим сей замечательный город. Та лучезарно улыбнулась, и кажется, всем своим видом подтвердила знаменитую фразу: «Увидеть Париж и умереть». В семь вечера поезд тронулся, увозя моего самого любимого и дорогого человечка. Но я была счастлива, так как чем дальше он отсюда, тем безопаснее для него.
Следовало приступить ко второму плану действия. Так как шпион из меня никакой, и я могу до потери пульса следить за Яном и ничего не узнать, я решила действовать по– другому. Стоило с Яном помириться, на время конечно. И хоть решение далось мне нелегко, это был единственный верный вариант, так я и услышу больше, а если повезет, то и увижу. К чему меня все это приведет, я понятия не имею, но интуиция мне подсказывала, что информация каким-то образом поможет Антону. Ян был зол на меня, очень. Но есть одно средство, которое заставит его прилететь ко мне сию же минуту, и простить мне все прегрешения – ребенок. Я набрала сотовый Яна. Трубку он взял не сразу, видно раздумывал, стоит ли вообще со мной разговаривать. Я, шмыгая носом и почти плача, прокричала ему в трубку:
– Ян, пожалуйста, приезжай…Я бы не попросила тебя, мне просто не к кому обратиться…
– Что с тобой? – испуганно спросил он, и так и не дождавшись ответа, сказал-
– Ты дома? Я сейчас приеду!
Итак, шаг сделан и назад пути нет. Я переоделась в обновки, прошла в ванну, достала заранее купленный флакончик с жидкостью для увлажнения глаз и закапала. Шмыгнула носом, и осталась довольна произведенным эффектом. Через две минуты глаза у меня слезились во всю, вот только румянец на щеках несколько портил картину. А через десять минут в мою квартиру раздался звонок. Я с разнесчастным видом пошла открывать. На пороге, как я и ожидала, стоял запыхавшийся Ян. Тут я весьма кстати побледнела от страха, так как хорошая я актриса или нет, это вопрос. А вот что со мной будет, если он догадается? И для закрепления результата, чтобы его особенно проняло, рухнула ему на руки, якобы без чувств. Ян подхватил меня, ногой захлопнул входную дверь, и в следующие минуты я слышала только его встревоженный шепот: «Боже мой…». Потомившись в ожидании, минут пять, я соизволила очнуться, а дальше притворяться даже не нужно было. Взгляд у меня, по всей видимости, был и так испуганным, только не состоянием здоровья, а видом Яна. Был он бледен, грудь от тяжелого дыханья ходила ходуном, на скулах играли желваки, а глаза светились злостью. Что-то я перемудрила с игрой. Увидев, что я очнулась, он принялся кричать на меня, да так, что в ушах звон стоял.
– Что ты опять натворила?! Куда ты влезла? Почему ты в таком состоянии?!
Я разревелась, надо сказать по-настоящему, от злости. Отвернулась от его пристального и злого взгляда, и сквозь зубы процедила:
– Убирайся к черту! Никуда я не влезала! Себе спасибо скажи за мое состояние.
Намек я дала ему четкий и жестокий. Ничего, пускай помучается. Но чтобы совсем понятно стало, прижала руку к животу, как раз в то место, куда пришелся его недавний удар.
С минуту была тишина, потом резкий звук разбивающегося стекла. Я обернулась и увидела, что от зеркала остались одни осколки. Ну что за манера крушить мебель! Он стоял ко мне спиной и мелко дрожал, голова опущена. Может я перестаралась? Хотя нет. С ним сейчас по-другому нельзя.
– Уходи,– еще раз сказала я ему в спину, надеясь на совершенно другой результат. И тут он повернулся ко мне, и я поняла, что точно перестаралась. Никогда не видела, чтобы он плакал. Но сейчас…У меня даже сердце подпрыгнуло и замерло.
– Я уже ухожу,– прошептал он и действительно направился к двери. И что он бросит меня в таком состоянии? Зря боялась. До двери он дошел, и медленно осел возле стены, глядя в пол.
– Можешь гнать меня поганой метлой, все равно не уйду,– сказал он через какое-то время,– Можешь винить меня и проклинать, и будешь права. Я не должен был тогда…идиот…
Мне даже стало жаль парня. Но назад пути нет, тем более, когда речь идет о жизни дорогого мне человека.
– Ян,– прошептала я, решив, что пора идти на мировую, – Увези меня к себе. Не могу здесь больше оставаться, в пустой квартире, где все напоминает мне…– тут я благополучно заткнулась. Главное саму себя не убедить в том, что Тошка меня бросил. Он вернется, обязательно вернется, нужно только помочь ему в этом. Ян долго всматривался в мое лицо, видимо, с трудом веря в услышанное, а я решила закрепить результат:
– Помоги мне его забыть.
Дальше он не всматривался, слова произвели на него впечатление, а я опять подумала, что перестаралась. Да, актриса я тоже никудышная. Он бережно поднял меня на руки, я пискнула, что нужно собрать вещи, а он мотнул головой. Только после того, как посадил меня в машину, он поднялся обратно в квартиру, где пробыл с добрых полчаса. Вышел он оттуда с большим дорожным чемоданом, засунул его в багажник, и мы, наконец-то, тронулись с места. В машине он то и дело поглядывал на меня, а я, томно прикрыв глазки, про себя молилась всем святым, чтобы не дай Бог, мы не врезались куда-нибудь, так как, было совершенно не понятно, куда он смотрит чаще – на меня или на дорогу. Благополучно доехав до его дома, чему я несказанно обрадовалась, я перекочевала из машины в его заботливые руки. Интересно, он так и будет меня на руках носить? Я ведь привыкну. Я невольно улыбнулась, получилось это видимо мило, так как Ян расцвел на глазах. Вот так в благодушном состоянии, мы добрались до его квартиры. Ян сразу исчез на кухне, откуда продолжительное время я слышала звон посуды. Потом он предстал передо мной с тарелкой супа.
– Ты, наверное, голодная? – как-то неуверенно спросил он, а я поняла, что действительно проголодалась. Взглянув на часы, я поздравила себя с тем, что обедаю я явно поздно – десять вечера. Ян ушел в другую комнату и на глаза мне больше в этот вечер не показывался. Где-то в одиннадцать мне захотелось спать, и я уснула, думая о том, как доехали Кир с няней.
Проснулась я от криков. Быстро вскочила с кровати, обнаружив себя в одном белье. Странно, я даже не почувствовала, что меня раздел Ян. Именно из комнаты Яна и доносились крики, причем кричал он сам. Я рванулась туда, распахнула дверь. Ян метался по кровати, лоб в испарине, и вообще выглядел он паршиво.
– Сергей, назад! – кричал он. – Там засада!
– Ян! Ян, проснись! – крикнула я, не решаясь подойти, зрелище было жуткое. Но, в то же время, мне стало так жаль его, видевшего войну, которая не отпускала его даже во сне, что я плюнула на свой страх, подбежала и принялась его трясти:
– Ян, милый, ну пожалуйста, проснись…
Наконец он открыл глаза, и я невольно отшатнулась, вернее даже сказать метнулась в другой угол комнаты, настолько диким было выражение его глаз, спина покрылась холодным потом. Господи, с кем я взялась в игры играть?! Если он поймет, он не пожалеет меня. Он тяжело вздохнул, взгляд стал осмысленным, и у меня отлегло от сердца. Ян, молча, смотрел на меня.
– Ты кричал,– решила пояснить я, он кивнул головой, встал, подошел к окну, взял сигареты и закурил.
– Я могу чем-нибудь…
– Нет,– отрезал он, и опять тяжело вздохнул. Я уже было собралась уйти, как прозвучал его голос:
– Эти сны мучают меня несколько лет. Они начались еще там…Хорошо, что я еще не каждую ночь их вижу. Прости, что напугал.
– Может быть я…
– Нет, – сказал он на этот раз мягко,– Ты не сможешь мне ничем помочь,– с минуту он молчал, а потом неожиданно спросил:
– Как ты хочешь ее назвать?
– Мариной,– ответила я.
– Хорошо, что это девочка, а не мальчик. Она не увидит все прелести войны.
– Грязи и здесь полно, мне, например, не повезло,– усмехнулась я и покинула его комнату.
Утром ночной инцидент почему-то не выходил у меня из головы. Встала я не с той ноги, и была зла на весь мир. Хотя, что душой кривить, злость моя носила определенный характер. Когда я решила использовать Яна с целью помочь Тошке, то видела в нем врага мужа, того, кто использует любую возможность, чтобы причинить Антону вред. Сегодняшняя ночь показала мне, что Ян не только противник Антона, но и человек, который прошел ужасы войны, со своими страхами, слабостями. В общем, начала я его жалеть, оттого и злилась. Нельзя испытывать жалость к человеку, цель которого уничтожить моего мужа. То, что Ян ненавидит Антона, было яснее ясного.
По комнате я металась, как зверь в клетке. Сколько длиться этот кошмар? Я уже не помню, когда в последний раз могла спокойно спать, любить без опаски, играть с сыном. Чем я сейчас занимаюсь? Лгу, притворяюсь, пытаясь предотвратить гибель Тошки. И еще не факт, что я смогу. Должна. Если хочу быть с ним. Тошка, где же ты?
Я не знала, как мне относиться к Яну, кто он мой друг или враг моего мужа? Одно оставалось неизменным: я не отступлюсь от намеченного плана. Но Ян начал избегать меня, несмотря на то, что я дала понять ему, что хочу забыть Антона.
Сегодня утром он тихо проскользнул на кухню. Был он там несколько минут, после чего снова вернулся в свою комнату. Я не понимала его поведения: вроде бы путь свободен, дерзай мальчик, а он ведет себя как послушник перед постригом в монахи. На него это совершенно не похоже.
Я тихо постучалась в дверь его комнаты и вошла. Ян не обратил на меня ровно никакого внимания, я же заворожено смотрела, как он быстро и в такт отжимается, а его мускулы красиво перекатываются по широкой спине. Наконец, он встал, и, вытираясь полотенцем, беспечно спросил:
– Ты что-то хотела?
– Нет, …я…да. Ян, ты меня избегаешь? – решила я спросить напрямик. Он улыбнулся, вышло это фальшиво, да и выглядел он через чур напряженным.
– Нет, детка. Я тебя не избегаю, я даю тебе время привыкнуть ко мне.
Я ошалело на него посмотрела. Детка. Ничего себе, что не куколка-то? Не нравиться мне это. А с другой стороны, кто мне сказал, что будет иначе? Дураку понятно, что он мне не верит, и рассказывать ничего не станет. Я знала, что мне будет нелегко. Времени мало, а я ни на дюйм не продвинулась в своих изысканиях.
– Давай сходим в ресторан, а то готовить нет охоты,– предложил он мне. Возникло чувство, что все это неспроста, уж слишком любезно и официально, что ли, он со мной разговаривает.
– У нас только один ресторан, и готовят там паршиво,– заметила я.
– У тебя устаревшие сведения,– сверкнул он улыбкой,– Там новый шеф-повар, и готовит он – пальчики оближешь.
Сомнений быть не могло, звал он меня в ресторан моего отца и знал это наверняка. Вопрос только зачем? Или я все придумала, и он просто хочет накормить меня вкусным ужином. Головоломка никак не хотела складываться. На сегодняшний день были одни вопросы: зачем отец купил этот ресторан и для чего Ян меня туда ведет? Отец не нуждался в дополнительном доходе, да и вообще ресторанный бизнес не его сфера деятельности. Еще более интересный вопрос – почему он держит покупку втайне от меня? Ведь если бы не случай я не знала бы об этом до сих пор. А с другой стороны, отец никогда не обсуждал со мной свои дела. И Ян молчит, слово из него не вытянешь. Все так запутано, что мне ничего не остается как пойти туда и выяснить все на месте. Не исключено, что все это не имеет смысла и всего лишь мои домыслы.
В ресторан мы прибыли во втором часу дня, зал был пуст, только в отдаленном углу сидела парочка. Услужливый официант принес нам меню, и я углубилась в его изучение. Остановила я свой выбор на салате «Микс» и апельсиновом соке.
– Какие люди! Не может быть – Стрелок! Да еще с такой очаровательной дамой! – раздался хриплый голос за моей спиной, я увидела подошедшего и вздрогнула. Шел к нашему столику изрядно подвыпивший парень по кличке Шейх. Видела я его всего один раз, но запомнила на всю жизнь – такой шрам через все лицо вряд ли кто способен забыть, а самое интересное, что слава за ним ходила, что любую он в постели ублажит, оттого и баб у него водилось несчетное количество, впрочем, за что и получил он свою кличку. Шейх посмотрел на меня повнимательней, и сразу стало ясно, признал, ведь знакомил меня с ним не кто иной, как Антон.
– Не зря братва на весь город шумит, что ты с Синицей бабу поделить не можешь,– сказал он Яну, после пятиминутного созерцания моей красоты, хотя по мне красота самая что ни на есть обыкновенная.
– Чего тебе нужно, Шейх? – не очень дружелюбно отозвался Ян.
– Потолковать нам с тобой нужно, о том, о сем,– вкрадчиво заговорил он,– И верные ли слухи идут,– на этом месте он гадливо улыбнулся, так, что у меня мороз по коже прошелся. Такому лучше поперек дороги не вставать.
– Что-то ты темнишь, бродяга…– покачал головой Ян и ухмыльнулся, но встал из-за стола и вместе с Шейхом пересел за другой столик. Длилась эта беседа минут десять, а я в это время пожалела, что не могу читать по губам. Разговаривали они тихо, но зная Яна, я могла сказать, что разговор ему ой как не нравиться. Тем не менее, они разошлись, пожав друг другу руки, Ян сел за наш столик, а Шейх благополучно удалился, чем несказанно меня обрадовал. Принесли мой заказ, правда, есть уже расхотелось, да и Ян не проявлял особого энтузиазма к своей пище.
– Может, домой поедем? – на всякий случай спросила я, и не удивилась, когда услышала отрицательный ответ. Вывод напрашивался сам собой, он привел меня сюда, для того, чтобы меня увидели. Кто? Для чего?
Просидели мы в ресторане еще минут двадцать, после чего Ян расплатился по счету и процедил сквозь зубы:
– Пошли отсюда.
Его поведение было более чем странным, но с другой стороны, не сидеть же нам здесь до самого закрытия.
Едва мы успели выйти из ресторана, как нас окружили четверо здоровенных парней.
– Это она? – спросил парень, что стоял слева от меня.
– Да, она, точно тебе говорю,– кивнул парень в центре.
Похожи они были как близнецы, только не потому что их одна мама родила, а потому что форма одежды – стандарт мальчиков на побегушках у серьезных дяденек. Ян тяжело вздохнул и весь напрягся, из чего я сделала вывод, что появление этих четверых для него не является сюрпризом.
Что ж творится-то, а?
– Отдай нам бабу, Стрелок, и иди, мы к тебе претензий не имеем.
Внутри у меня все вниз опустилось, и я посмотрела на Яна. Он не только не отошел от меня, а даже еще ближе придвинулся, загораживая меня от них.
Мы трупы. Их четверо, а он один, да еще я в придачу.
– Ян, – прошептала я испуганно.
– Не бойся,– быстро сказал он, не отводя от них глаз.
– Не гони, братан, ничего мы с ней не сделаем. Может быть,– и противно заржали.
Сердце бешено колотилось и пульсом отдавало в ушах, как при быстром беге. Единственное, что я понимала, так это то, что мне очень страшно. Неожиданно возле нас затормозила черная БМВ, из нее, вальяжной походкой вышел Митяй. Все, это точно конец. Он зло на меня посмотрел и как-то укоризненно на Яна.
– Ничему тебя жизнь не учит,– сказал он Яну,– Эта курва заодно с Синицей, а ты повелся.
– Ошибаешься, Митяй,– оскалился Ян,– Синица свалил в неизвестном направлении. Она ничего не знает.
– Так мы проверим,– медовым голосом произнес Митяй, полоснув по мне взглядом.
– Моего слова пацана тебе недостаточно? – рыкнул в ответ Ян.
– Брат, тебе-то я верю, – похлопал Митяй его по плечу,– А вот ей веры никакой. Баба, она и есть баба, где соврет, где приукрасит. Оно – то понятно, ты на нее другими глазами смотришь, нежели я,– и так на меня посмотрел, что мне действительно захотелось ничего не знать.
– Ты зубы мне не заговаривай, – бросил ему Ян,– Я не лох и разводить меня не надо.
– Надоело все,– устало вздохнул Митяй и неожиданно быстро выхватил пистолет и направил его в лицо Яна. Тот даже не шелохнулся, продолжая смотреть в глаза Митяю. Мне же захотелось скончаться на месте.
– Оставь девку, и я тебя отпущу. Ты против кого решил быковать? Эта сука будет нам залогом того, что Синица за ней вернется. Это приказ Бати, Стрелок.
С минуту было тихо, никто не шелохнулся. Ян отвел от Митяя взгляд, развернулся, и пошел к своей машине, напоследок бросив:
– Я не при делах.
– Ублюдок! Сволочь! – заорала я ему в спину, не веря своим собственным глазам. Это конец. Если меня не убьют здесь…. Лучше бы убили. Я посмотрела на Митяя и вспомнила все, что мне говорил про него Тошка. Садист и убийца, такой не пожалеет. Но Ян! Как он мог!
– Ну, что б*...ь, доигралась? – сверкнув звериным оскалом, крикнул Митяй,– Где твой муж?
– Я не…знаю, честно,– заикаясь, ответила я. Митяй, недолго думая, начал с пощечин. Бил по щекам усердно, так, что у меня из глаз искры посыпались.
– В машину ее, – скомандовал он, мордовороты двинулись в мою сторону и, как гром среди ясного неба, у меня зазвонил телефон.
– Ответь,– в мгновение ока, оказавшись возле меня, скомандовал Митяй. Дрожащей рукой я достала мобильник из сумки и услышала только одну фразу:
«Протяни время».
Телефон сразу отключился. Митяй вырвал его у меня из рук и во всю глотку заорал:
– Синица! Она у нас, слышишь?!– наконец-то и до него дошло, что на том конце ему отвечать никто и не собирался.
– Трубку повесил, падла,– Митяй сплюнул и на меня уставился в немом вопросе.
– Зря стараешься,– констатировала я, как можно спокойнее,– Я ему нужна, как прошлогодний снег.
– Возможно,– задумчиво произнес он, – А возможно, ты сука, врешь.
– Не вру я, – пискнула я.
– А это мы проверим,– ласковым голосом сказал он и, больно схватив меня за волосы, прошептал на ухо – Но, если ты, паскуда, мне туфту гонишь, я тебе ноги повыдергиваю, в прямом смысле,– я судорожно всхлипнула.
– Давайте сотрудничать, я все-таки жить хочу, я все что знаю расскажу,– выпалила я Митяю в лицо, а он улыбнулся.
– Скажешь, скажешь,– подтвердил он и еще раз меня ударил наотмашь.
«Протяни время» …
– Ты мне не только все скажешь,– зловеще процедил он,– Ты у меня, тварь, в ногах валяться будешь.
– За что вы меня так ненавидите?!
– Ненавижу? – расхохотался он,– Если бы ненавидел, убил бы.
– Псих! – не выдержала я и увидела, как Митяй переменился в лице. Глаза засверкали, кулаки сжались, и я уже приготовилась отправиться на тот свет, как услышала вой милицейской сирены. К ресторану приближались три машины, но вовсе не милицейские, хотя и с мигалками. Митяй схватил меня за шиворот и потащил к машине.
– Сдала нас, сука!
– Всем оставаться на своих местах! Оружие в стороны! Стреляем без предупреждения!
