Текст книги "Песнь Холмов (СИ)"

Автор книги: Елена Леонтович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 28 страниц)

Глава 8

Вскоре поезд замедлил ход, затем остановился, и по громкой связи раздался голос машиниста, сообщающий о прибытии. Девочки поспешили выйти из вагона и оказались на платформе Хогсмида. Там уже толпились ученики, покинувшие Хогвартс-экспресс. На длинном узком перроне почти не осталось свободного места – повсюду царили волнение и суматоха.

Справа от поезда первокурсников собирал кто-то поразительный – косматый великан, потомок фоморов, который, казалось, был выше всех присутствующих. Слева же стояли запряжённые кареты – вероятно, для старших курсов. Из-за неорганизованности и тесноты на платформе образовалась настоящая давка. Девочки, не спеша выходить, остановились в дверях вагона и наблюдали за этим живым хаосом.

Изабелла воспользовалась задержкой, чтобы осмотреться. Хогсмид находился в горной долине, в самом её сердце поблёскивало озеро, словно зеркало, впитавшее краски заката. Сразу за красным кирпичным зданием вокзала начиналась деревушка: черепичные крыши, аккуратные дома, сложенные из дикого камня и обожжённого кирпича. Всё это выглядело уютно и сказочно. За деревней, вдалеке, густой тенью поднимался лес, а по правую руку возвышалась горная гряда, золотившаяся в последних лучах заходящего солнца.

Сама школа всё ещё оставалась вне поля зрения, и Белла с удивлением подумала: неужели их повезут к замку на лодках?

И действительно – оказалось, что первокурсников переправляют по озеру.

Изабелла шла по тропинке, проложенной вдоль самого края Запретного леса, рядом со Сьюзен. Сумерки ложились на землю тонкой пеленой, и даже в полумраке лес казался чарующим. Он был живым – шелестел листвой, поскрипывал ветвями, шептал что-то юной ведьме. Белла чувствовала это всем своим существом, словно старый лес признавал в ней свою. Его дыхание отзывалось в её груди лёгким трепетом.

Внезапно деревья расступились, открывая вид на широкую гладь озера. Дети замерли, раздались восхищённые вздохи. На противоположном берегу, отражаясь в зеркальной воде, возвышался сияющий огнями Хогвартс. Его башни и окна отражались в воде, словно мираж из другого мира.

– Красиво... – подумала Изабелла, но её взгляд снова вернулся к лесу. Величественный замок впечатлял, но именно Запретный лес пробуждал в ней нечто более глубокое – тихую тоску, ощущение связи, зов.

На небольшом причале первокурсники по очереди садились в зачарованные лодки по четверо. К девочкам подсел незнакомый темноволосый мальчик с ясными голубыми глазами. Он устроился на скамейке рядом с Мораг, явно стараясь вести себя как можно скромнее.

– Эм... добрый вечер, леди. Я Тео... то есть Теодор Нотт. К вашим услугам, – пробормотал он, смущённо опуская взгляд.

Белла улыбнулась:

– Привет, Тео. Я Изабелла Поттер. Можно просто Белла. А это мои подруги – Сьюзен Боунс и Мораг МакДугал.

Обе девочки важно кивнули в знак приветствия, и Тео скромно отвел взгляд. Его никак не задела фамилия Поттер – по крайней мере, внешне он этого не показал, – но щёки его слегка порозовели.

– Мой отец служит Её Величеству, – признался он чуть тише. – Мы часто живём на военных базах... В общем, там нет девочек...

К концу своей фразы он так сильно покраснел, что Белле стало его жалко. Она улыбнулась шире и попыталась подбодрить нового знакомого:

– В доме моей наставницы я тоже была одна. А в деревне друидов рядом с её домом были в основном мальчики, – сказала она с теплотой.

Мальчик лишь смущённо кивнул, но в уголках его губ мелькнула благодарная тень улыбки.

Лодки, плывущие без вёсел, скользили по чёрной, как атлас, поверхности воды. Озеро было удивительно тихим – лишь редкие всплески и плеск воды о борта сопровождали их путешествие. Ветер доносил до них запах влажной древесины, мха и ночных цветов. Хогвартс на противоположном берегу с каждой минутой приближался, возвышаясь всё больше и больше, пока наконец не стал казаться почти нереально огромным. Башни и шпили были освещены магическими фонарями, и в их свете старинный замок выглядел как волшебный корабль, пришвартованный у подножия гор.

Когда лодки приблизились к замковой пристани, с деревянного настила свисали мягкие золотистые фонари, отбрасывающие на воду длинные световые дорожки. Пристань была вымощена скользкими от времени досками, по которым эхом разносились шаги. Хагрид, находившийся в лодке, которая шла впереди, первым ступил на пристань. Его фигура, освещённая фонарём размером с ведро, вынырнула из тумана, словно сторожевой дух.

– Так-так, по одному, аккуратно вылезаем, – пробасил он, твёрдо вставая на доски и помогая девочкам выбраться из лодки, словно спуская их по трапу в порту.

Изабелла почувствовала, как её сердце забилось чуть быстрее, когда её ступня коснулась дерева пристани. Вокруг раздавались шорохи, всплески, лёгкий гул голосов. Ночной воздух был прохладным, и над водой уже начал стелиться лёгкий туман, придавая сцене мистическую дымку.

Когда последняя лодка пристала к берегу и все первокурсники выбрались на сушу, Хагрид, не теряя времени, собрал их в небольшую шумную, но взволнованную группу. Он подождал, пока дети успокоятся, и, подняв фонарь повыше, повёл их по каменной дорожке, ведущей к воротам замка.

Хогвартс возвышался над ними всё величественнее и выше, и Белла не могла отвести взгляд от массивных стен, башен и стрельчатых окон, за которыми мерцал мягкий свет. У самых дверей, вырубленных из чёрного дуба, Хагрид остановился и трижды постучал. Звук эхом разнёсся по внутреннему двору, и вскоре створки с лёгким скрипом приоткрылись.

На пороге появилась высокая женщина в строгой мантии и остроконечной шляпе. В её осанке читалась безупречная дисциплина, а в глазах – ум, строгость и проницательность.

– Доброго вечера, профессор МакГонагалл, – почтительно произнёс Хагрид. – Вот они, первокурсники. Целы и невредимы.

Профессор МакГонагалл кивнула и окинула детей внимательным взглядом, словно прикидывая, кто из них принесёт больше баллов своему будущему факультету.

– Благодарю, Хагрид. Дальше я сама с ними разберусь, – сказала она сдержанно, но с теплотой.

Хагрид отступил в сторону, а профессор обратилась уже к детям:

– Добро пожаловать в Хогвартс. Вскоре вы пройдёте церемонию распределения и узнаете, в каком доме будете учиться. Прошу следовать за мной и соблюдать тишину.

Изабелла сделала глубокий вдох. Она чувствовала, как воздух, пропитанный древней магией, наполняет её лёгкие, а сердце бьётся в ожидании чего-то по-настоящему важного. Её пальцы невольно сжали край мантии – впереди был первый шаг к новой жизни. Она взглянула на Сьюзен и Мораг и увидела в их глазах такое же волнение и предвкушение.

Следуя за профессором МакГонагалл, первокурсники вошли в замок – величественный и загадочный

Проходя сквозь высокие дубовые двери, Изабелла инстинктивно принюхалась: аромат магии она умела различать с раннего детства. Наставница поощряла и помогала развивать этот дар, объясняя, что значат разные типы запахов. Магия замка пахла по-разному: холодной свежестью гор – так пахла магия форм и ритуалов; пряным лесным ароматом – зельеварение и гербология; неистовым пламенем и пеплом – боевая магия. Но среди этих запахов внезапно проступил удушливо-сладковатый оттенок разложения. Так пахла некромантия. Это настораживало больше всего. Мёртвым не место среди живых – они нарушают гармонию и губят живую магию.

Тем временем профессор МакГонагалл провела детей в комнату ожидания и строго, но не без доброжелательности сказала привести себя в порядок перед распределением на дома – факультеты:

– В Хогвартсе четыре дома – факультета: Гриффиндор, Слизерин, Равенкло и Хаффлпафф. У каждого факультета своя благородная история, и каждый из них выпустил выдающихся волшебников и ведьм. Пока вы учитесь в Хогвартсе, ваши успехи будут приносить вашему дому очки, а нарушения – отнимать их. В конце года факультет, набравший больше всего очков, получает Кубок факультета – высшую награду. Я надеюсь, что каждый из вас будет достоин того Дома, который станет вашим.

Пока декан Гриффиндора произносила речь, Белла незаметно проверила в кармане заранее припасённый пакетик с семенами златоглазок. Из всех способов воздействовать на шляпу она выбрала именно этот. Семена златоглазок были крошечные, но обладали мощными, ядовитыми корнями. Если бы она успела обсыпать ими шляпу и задать установку на прорастание...

– Ты в курсе, что сейчас очень пакостно улыбаешься? – тихо спросила Сьюзен.

– Понятия не имею, о чём ты. – Белла умела держать лицо.

Сзади Драко Малфой начал ссору с неопрятным рыжим мальчиком по фамилии Уизли. Слово за слово, и дело почти дошло до драки – девочки отошли подальше. В этот момент сквозь стены просочились привидения, отвлекая драчунов.

Белла почувствовала, как усилился густой, тягучий запах некромантии, и инстинктивно отгородилась защитным жестом, которому её научила Мэгвин. Привидения отпрянули от неё с удивлением.

– Как интересно… – негромко сказала высокая дама-привидение. – Маг жизни. Впервые за долгие годы.

– Надеюсь, она попадёт на мой факультет, – отозвался толстый монах, добродушно посматривая на Беллу.

Два привидения – пожилой мужчина и молодой с благородной осанкой – молча поклонились детям.

Изабелла обвела взглядом остальных – никто, казалось, не слышал слов привидений. Она вздохнула с облегчением. Как говорила её наставница: «Меньше знают – крепче спят».

В этот момент вернулась профессор МакГонагалл.

– Построитесь в шеренгу по двое. Мы отправляемся на церемонию распределения.

Белла встала в пару с Сьюзен, Мораг – с Тео, впереди стояли Малфой с незнакомым мальчиком. И так они вошли в сияющий огнями Большой зал.

Под сводчатым потолком, зачарованным так, что он отражал ночное небо, висели тысячи парящих свечей. С одной стороны зала – стрельчатые окна, украшенные витражами, с другой – старинные гобелены и портреты, наблюдающие за происходящим с живым интересом. Четыре длинных стола домов тянулись к возвышению, где стоял преподавательский стол. Рядом с ним, на старом трёхногом табурете, лежала знаменитая Распределяющая шляпа.

И тут шляпа зашевелилась и запела:

Может быть, я некрасива на вид,

Но строго меня не судите.

Ведь шляпы умнее меня не найти,

Что вы там ни говорите.

Шапки, цилиндры и котелки

Красивей меня, спору нет.

Но будь они умнее меня,

Я бы съела себя на обед.

Все помыслы ваши я вижу насквозь,

Не скрыть от меня ничего.

Наденьте меня, и я вам сообщу,

С кем учиться вам суждено.

Быть может, вас ждёт Гриффиндор, славный тем,

Что учатся там храбрецы.

Сердца их отваги и силы полны,

К тому ж благородны они.

А может быть, Хаффлпафф ваша судьба,

Там, где никто не боится труда,

Где преданны все, и верны,

И терпенья с упорством полны.

А если с мозгами в порядке у вас,

Вас к знаниям тянет давно,

Есть юмор и силы гранит грызть наук,

То путь ваш – за стол Райвенкло.

Быть может, что в Слизерине вам суждено

Найти своих лучших друзей.

Там хитрецы к своей цели идут,

Никаких не стесняясь путей.

Не бойтесь меня, надевайте смелей,

И вашу судьбу предскажу я верней,

Чем сделает это другой.

В надёжные руки попали вы,

Пусть и безрука я, увы,

Но я горжусь собой.

Церемония началась. Минерва МакГонагалл зачитывала имена по списку:

– Абботт, Ханна!

Светленькая девочка села на табурет, и шляпа была водружена ей на голову.

– Хаффлпафф!

– Боунс, Сьюзен!

– Ну, я пошла, – прошептала Сьюзен, побелевшими губами.

– Удачи.

Сьюзен села на табурет, и почти сразу раздалось:

– Хаффлпафф!

Она поспешно прошла к столу своего нового факультета.

– Бут, Терри!

– Равенкло!

Мэнди Броклхерст отправилась туда же, Лаванда Браун – в Гриффиндор. Миллисента Булстроуд оказалась в Слизерине.

Изабелла разглядывала зал, наслаждаясь видом гобеленов и мерцанием свечей, прислушиваясь к звучащим фамилиям. Малфой и его спутники были распределены на Слизерин, Гермиона Грейнджер и Невилл Лонгботтом – в Гриффиндор, Мораг – в Равенкло, Тео – в Слизерин.

И вот настал её черёд:

– Поттер, Г… Изабелла?

В зале повисла тишина. Белла вышла вперёд и села на табурет.

– Ну-ка, что тут у нас? Хе-хе… Нет, милая, златоглазки тебе не понадобятся, – прошептала шляпа. – Распределю тебя в Хаффлпафф. Если наставница и декан уже договорились. Там твой дар раскроется лучше… но знай: на Слизерине ты могла бы достичь большего.

Белла немного обиделась. У неё нет выучки Малфоя – и что? Подумаешь, она умеет говорить со змеями...

– Не в змеях дело, милая. У тебя дар воды и земли. Никто теперь не помнит, что Слизерин – это факультет зельеваров и целителей. Не передумаешь?

– Хаффлпафф!

Аплодировали все столы, кроме гриффиндорского. Сотни глаз с любопытством разглядывали новенькую. Изабелла села рядом с Сьюзен и Ханной, продолжая осматривать преподавательский стол.

В центре, на троне с высокой спинкой, восседал Альбус Дамблдор. Темно-синяя мантия, серебристая шапочка, длинные белые усы и борода – он выглядел как воплощённая мудрость. Но Белла знала, что он вдвое младше её наставницы – и невольно вспомнила наставления дяди Вернона о важности имиджа в политике. Всё правильно, подумала она, политику нужен образ, которому будут доверять.

Неподалёку сидела Помона Спраут, которая приветственно кивнула, заметив взгляд Беллы. Филиус Флитвик, крошечный, но энергичный декан Равенкло, беседовал с коллегами. Рядом с профессором Снейпом находился незнакомый маг в чалме и фиолетовой мантии – что-то в нём вызывало у девочки внутренний протест. А сам Снейп выглядел… странно. Словно постарел за две недели и стал ещё мрачнее.

– Конечно, – подумала девочка, – Феликс пошёл в школу. А он хотел бы быть с ним, а не здесь, но обязан соблюдать магический контракт.

Тем временем церемония подошла к концу. Директор встал и, подняв руки, произнёс:

– Добро пожаловать! Прежде чем мы начнём наш пир, я хотел бы сказать несколько слов. Вот они: «Олух! Пузырь! Остаток! Уловка!» Всё, всем спасибо!

Как только директор сел, на столах словно по волшебству появились блюда – целые горы жареных цыплят, запечённой картошки с розмарином, миски с ароматным рагу, румяные пироги, хрустящий хлеб, сладкие напитки в кувшинах. В воздухе повисли восхищённые вздохи и счастливые взрывы смеха – первые волнения дня постепенно уступали место облегчению и уюту.

Белла осторожно взяла ложку – стол оказался волшебным даже в мелочах: её любимое овощное рагу напоминало блюдо, которое готовила Мэгвин. Вкус был почти тот же, с лёгкой ноткой тмина и лаванды. Интересно, это совпадение или на кухне есть кто-то, кто тоже разбирается в растениях?

– Белла, знакомься! – Сьюзен дёрнула её за рукав. – Это Ханна, моя подруга детства. Мы вместе брали уроки у одной ведьмы в Камбрии.

– Привет, – улыбнулась Ханна Абботт. Она была чуть ниже Сьюзен, с круглым лицом и белокурыми волосами, заплетёнными в две косы. – Очень рада. Я слышала, ты... та самая Поттер?

– О, давай обойдёмся без этого "та самая", – отозвалась Белла, – просто Изабелла. Или Белла. Мне так больше нравится.

– Тогда просто Ханна, – кивнула девочка. – А это твой цветок? – Она указала на горшочек с растением, стоящий рядом на скамье. Листья его слегка подрагивали в такт голосам за столом.

– Ага, – кивнула Белла. – Она всегда со мной. Это... ну, как фамильяр, только растительный.

– Очень мило. Похоже, ей здесь нравится. – Ханна протянула палец, не касаясь листа, и тот наклонился к ней в ответ.

– Извините, – раздался вежливый голос справа. – Можно к вам присесть? Я тут один за углом, а вы, кажется, самые дружелюбные лица в радиусе десяти футов.

Перед ними стоял мальчик с аккуратно уложенными светло-каштановыми волосами, сдержанной улыбкой и вежливыми манерами.

– Джастин Финч-Флетчли, – представился он, садясь рядом. – Я из семьи сквибов, учился до этого в школе для благородных юношей, но потом... выяснилось, что я волшебник. Всё изменилось. И вот я здесь.

– Серьёзно? – изумилась Ханна. – То есть ты рос среди немагов?

– Да, и честно говоря, пока всё это немного пугает. Говорящие шляпы, привидения... и это зелье с пузырьками цвета изумруда, что мне случайно плеснули в лицо в поезде.

Сьюзен рассмеялась:

– О, надеюсь, не Малфой?

– Кто-то из его компании, – усмехнулся Джастин. – Но ничего, глаза вроде бы всё ещё на месте. А вы все давно знакомы?

– Мы с Сьюзен – да. А вот Белла… – Ханна бросила на неё весёлый взгляд. – Белла только что спасла распределяющую шляпу от разрастания корней. Или наоборот?

– Не приукрашивай, – фыркнула Белла. – Я просто держала в кармане кое-что на всякий случай. Но шляпа, кажется, умеет читать мысли и намерения.

– Жаль, что её нельзя использовать на уроках, – мечтательно сказала Сьюзен. – Особенно по истории магии.

Все дружно засмеялись.

Пир продолжался, и Белла всё больше чувствовала, как напряжение уходит, растворяясь в тепле, смехе и вкусной еде. Её факультет, хоть и не самый хвалёный, оказался самым живым. Здесь никто не ждал от неё, чтобы она была героем, спасителем или знаменитостью. Просто – собой.

И в этом было какое-то тихое, очень нужное волшебство.

Когда, наконец, с последним звонким звуком исчезли блюда, за столами прокатился вздох – довольный, сытый, ленивый. Некоторые ученики уже начинали зевать, у кого-то в глазах плясали искры от переизбытка впечатлений. Профессор Спраут, добродушная и слегка растрёпанная, поднялась со своего места и хлопнула в ладоши:

– Первокурсники Хаффлпаффа, за мной! Мы направляемся в нашу гостиную – уютное местечко, вы обязательно почувствуете себя как дома.

Они вышли из Большого зала, следуя за профессором Спраут по полутёмным коридорам, где факелы отбрасывали тёплый свет на каменные стены. Переходя с одного уровня на другой, Белла ощущала, как в замке меняется воздух – то пахло старым деревом, то влажным камнем, то пряной пылью древности.

Наконец они свернули в один из широких подземных коридоров, ведущих к кухне. По пути мимо огромной картины с натюрмортом фруктов – за которой, как пояснила Спраут, скрываются школьные кухни, – они оказались перед тупиком с рядом дубовых бочек, аккуратно встроенных в каменную кладку.

– Вот мы и дома, – с улыбкой сказала профессор. – Вход в гостиную Хаффлпаффа спрятан в этой бочке. Нужно дважды постучать сверху, затем три раза по бокам – ритм такой: Хе́л-га Хаффлпафф. Не ошибайтесь, иначе...

Она не договорила – и одна из бочек вдруг выпустила струю уксуса в воздух, отчего один из мальчиков отпрянул с приглушённым "фу!"

– ...иначе она обрызгает вас. Вот, теперь запомните. Попробуете сами утром, – добавила Спраут с лукавой улыбкой и прикоснулась к нужной бочке, постучав в правильном ритме.

Крышка приоткрылась, и перед первокурсниками раскрылась тёплая, уютная комната, залитая мягким золотистым светом.

Это была просторная круглая комната с низким сводчатым потолком и мягким жёлто-золотым освещением. Повсюду – тёплые ковры, подушки, кресла-мешки, деревянные полки, уставленные книгами и растениями в горшках. Где-то в углу лениво потрескивал камин, а из-за дивана выглядывал... барсук, вышитый на подушке, как будто он подслушивал разговор.

– О, я здесь буду жить, – прошептала Ханна, вцепившись в руку Сьюзен. – Это... это как сон.

– Но только без змей и без странных лабиринтов, – усмехнулась Сьюзен.

Белла не сказала ничего – она просто смотрела. Её растение, ехавшее всё время в сумке, словно встрепенулось и выпустило светящийся кончик листа, будто подтверждая: "Да, это место безопасно. Можно остаться".

Староста, высокая девочка с фиолетовыми волосами и уверенной улыбкой, жестом подозвала всех:

– Комнаты находятся вот здесь, за арками. Девочки – налево, мальчики – направо. У каждого своя кровать, сундук для вещей и тумбочка. Кто захочет – завтра объясню, как пользоваться волшебными будильниками, чтобы не проспать на уроки.

Ханна, Сьюзен и Белла попали в одну комнату – небольшую, но уютную. На полу лежал ковёр в форме листа лопуха, стены украшали гобелены с изображением полей и садов. У каждой из девочек была кровать с пологом, полосатое одеяло и подушка, пахнущая лавандой и мятой.

– Так странно, – пробормотала Ханна, складывая в сундук книги. – Утром я ещё завтракала дома, а теперь... теперь вот.

– И всё по-настоящему, – кивнула Сьюзен, застёгивая мантии на вешалке. – Всё началось.

Белла молча поставила свой горшок с растением на подоконник – листья осторожно развернулись к луне. Затем она достала рубашку для сна, аккуратно сложила дорожную сумку и села на кровать, глядя на девочек.

– Я рада, что мы попали вместе, – тихо сказала она.

– И я, – отозвалась Сьюзен.

– Даже если кто-то храпит? – Ханна ухмыльнулась.

– Посмотрим, кто первый, – усмехнулась Белла, и все трое тихо рассмеялись.

Они погасили свет, завозились в одеялах, а через несколько минут в комнате воцарилась тишина, нарушаемая только ровным дыханием и редкими шорохами снаружи – то ли старый замок скрипел, то ли по коридору прошмыгнуло очередное привидение.

Белла лежала с открытыми глазами, глядя в потолок. Столько всего произошло за один день – поезд, знакомство, распределение, пир... И всё это – начало чего-то большого. Настоящего.

Растение на подоконнике мягко светилось, отражая спокойствие. Белла вздохнула и, обняв подушку, закрыла глаза.