Текст книги "Бывшие. Лада с «прицепом» (СИ)"

Автор книги: Елена Грасс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц)

Глава 3

Этот день я не забуду никогда.

Именно он изменил наши жизни.

Выйдя из подъезда, неожиданный сигнал машины возле меня заставил вздрогнуть.

– Илья, – выдохнула, с удивлением, замечая, что мой муж сидит в очень дорогом автомобиле.

Резкими движениями Зотов вышел из машины и громко захлопнул дверью.

Музыка орала на весь двор. Люди, проходящие мимо нас, пристально смотрели в нашу сторону, а мне почему-то было перед ними очень неудобно за то, что мой муж привлекал к себе сколько внимания.

Только его, казалось, ничего не напрягает, наоборот, только радует.

– Посмотри, – кивнул взглядом на машину. – Красотка, да?

– Смотрю. Выключи музыку, ты пугаешь ребёнка!

– Наша! – Гордо приподнял голову и ухмыльнулся, но музыку всё-таки убавил.

– В смысле, наша? – не сразу поняла, что он имел в виду.

– Ты не понимаешь, что означает слово «наша»?! Я купил её для нашей семьи!

– Подожди, зачем? На какие деньги?

Я даже не смотрела в сторону автомобиля, а смотрела только на него.

– Ну как зачем... Ездить. Кататься. Наслаждаться. Кайфовать. Получать удовольствие. Понятно же для чего! Плюс, ты забыла кто я теперь? Меня должность обязывает не на развалюхе же ездить. Кстати, мне повезло! – гордится собой. – Увидел на днях в рекламе, что в салоне как раз распродажа на ту модель, о которой я всегда мечтал!

– Такие решения мы должны были принимать вместе.

Первые несколько месяцев я особенно прочувствовала нехватку денег, когда появилась обязанность платить кредит, но изменить ничего не могла.

Я только – только начала приучать дочь к садику, и выйти в ближайшее время на работу, чтобы было полегче в плане денег, для меня было нерешаемой задачей.

Не знаю, на что рассчитывал мой муж, когда он брал такой кредит, но предложить было несложно.

Илья надеялся, что мой отец поддержит его и оплатит хотя бы часть этой покупки, но этого не случилось.

Что-что, а холодный расчёт по всём был приоритетом для отца, и он не собирался платить за «хотелки» зятя.

Илья намекал мне на то, что мои родители могли бы и помочь нам, но я категорически не желала к ним обращаться на эту тему.

Быть обязанной моему отцу, это как про историю, где вход рубль, выход два.

Вспоминаю последние годы нашей совместной жизни, не замечаю, как возле меня останавливается молодой человек.

– Здравствуйте, – обращается ко мне, глядя в свой телефон.

Поднимаю на него глаза и застываю.

Это лицо, как мне кажется, я узнаю из тысячи.

Алиска играет в детском городке, увлёкшись общением с ребятами.

– Простите, не подскажете, это улица Первомайская, дом 1?

– Здесь… – еле слышно выдавливаю из себя и опускаю лицо, в надежде, что этот человек меня не узнает.

– Прекрасно. Подскажите, пожалуйста, а квартира семьдесят в каком подъезде? – всё-таки поднимает на меня глаза.

Он называет мой адрес.

Ничего не успеваю сказать, замечая, как Егор смотрит пристально, понимает, кто перед ним сидит и хмурится.

– Вот так встреча...

– Согласна... Неожиданно…

Он не стесняется рассматривать меня, и я в ответ поступаю точно так же.

Сколько мы не виделись... Около шести, семи лет, а может быть чуть больше.

Я давно перестала считать.

Я запретила себе считать.

Я заставила себя его забыть.

У меня просто не было выбора, потому что он меня это выбора лишил сам.

Знакомое, родное лицо, только выглядит он старше.

Те же самые тёмные волосы, карие глаза, лёгкая щетина на лице, которой, когда мы встречались не было.

Единственное, что взгляд совершенно другой.

Глаза того, кто был со мной тогда, в мои девятнадцать светились теплотой и нежностью, когда он смотрел на меня, а у этого взгляд жёсткий и высокомерный.

– Сколько мы с тобой не виделись? – словно это имеет для него значение, буднично бросает мне вопрос, а я хочу общаться, желая как можно быстрее уйти.

– Долго, – выдавливаю из себя, встаю и шагаю в сторону дочери. – В квартире семьдесят никто сейчас не живёт, – вру в надежде, что он поверит и уедет.

– А когда хозяева вернутся? Не знаешь, случайно? – спрашивает меня вслед, и я отрицательно кручу головой.

Подхожу к Алисе, мысленно собираю себя в кучку, тихонько говорю, что нам пора домой, отряхиваю её ручки от песка и быстрым шагом шагаю к подъезду.

– Погоди, куда спешишь? Остановись, поболтаем пару минут.

Странный тип. Зачем пустое, дежурное общение?

Ему всё равно, а я потом опять себя по кусочкам собирай.

Пусть едет откуда приехал.

– Мне некогда, – обрываю его речь в ответ и бегу от него как будто ошпаренная. – Дочь спать укладывать. Тихий час у неё.

Я понимаю, что поведение у меня словно у школьницы, но ничего не могу с собой поделать. Меньше всего мне хочется сейчас, чтобы он почувствовал моё волнение.

У Смирнова начинает звонить телефон, и я пользуюсь моментом, скрываюсь за дверью нашего подъезда.

В детском городке остались игрушки дочери, но мне плевать, заберу их потом.

Бегу к лифту как можно быстрее.

Уверена, что ещё пару минут, и Смирнов окажется рядом, поняв, что я обманула.

Чуть отдышавшись, жму кнопку лифта и оглядываюсь на входную подъездную дверь.

Лифт, как назло, тащится слишком медленно.

Залетаю в квартиру, закрываю дверь сразу на пару замков, перевожу всё внимание на дочь и начинаю её раздевать, желая таким образом занять свои мысли и руки.

Пальцы не слушаются, сердце лупит в груди.

Она что-то щебечет, говорит быстро, но я не понимаю.

– Пить хочешь?

– Нет.

– Кушать? – перебираю возможные варианты, чего может хотеть ребёнок.

– Нет, – крутит отрицательно.

Гадаю, а в голове крутится только один вопрос: зачем Егору нужен мой муж.

Пару звонков во входную дверь, и я понуро принимаю участь повторной встречи, открываю дверь.

Глаз поднять не решаюсь, но чувствую удивлённый взгляд Смирнова.

– Интересно… – единственное слово, но сколько в нём эмоций. – Значит, не живёт никто, говоришь, в квартире семьдесят? И как надолго съехал Илья Зотов? – снова оценивает меня взглядом с прищуром. – Сбежала-то чего? Могли бы и на улице поговорить. Сказала бы сразу, что это номер твоей квартиры и твой муж.

Глава 4

– Чего надо? – я обычно не грублю людям, а ему неожиданно хочется.

– Ну как маленькая, – усмехается, а я сквозь землю готова провалиться. – А ты не очень приветлива со старым знакомым. Позволишь зайти? – смотрит выжидающе.

Не знаю, как мне реагировать, и как поступить.

В квартире Алиса, оставить её одну и выйти, чтобы поговорить не могу, но и впустить его в наш дом у меня нет никакого желания.

– Нет, не позволю. Уходи, жди того, кто тебе нужен внизу, – мне очень хочется спросить, зачем ему мой муж, но шестое чувство даже без вопросов подсказывает, что, Илья вляпался во что-то и это «что-то» как-то связано со Смирновым.

Но почему именно с ним!?

Кого-кого, а его даже случайно встретить я не имела никакого желания.

– Ладно, давай адрес, где в другом месте его можно найти. Только прошу, не ври в этот раз.

– Мама, ты где? – слышу, как меня зовёт Алиса, и отвлекаюсь на неё, – мамочка? – дочь выходит в коридор и тянет меня за руку на кухню. – в одички дай, пить хочу.

Пока я наливаю дочери воды и жду, пока она напьётся, Смирнов, человек, который никогда не обладал комплексами пользуется ситуацией и заходит в дом.

Краем глаза вижу, как Егор уже стоит в коридоре и наблюдает за нами через зеркало в прихожей.

– Я тебя не приглашала, – еле слышно говорю ему, не поворачивая лица, чувствуя его присутствие.

– Мне, муж твой нужен. Где он? – игнорирует. – Только, пожалуйста, Лада, не говори мне, что он здесь не живёт. Не ври в этот раз.

Пока разговаривает, смотрит теперь то на меня, то на Алису.

Дочь хочет спать, потирает глазки, но при этом точно так же не сводит с него глаз.

Такое ощущение, что они изучают друг друга, и каждый не скрывает своего любопытства.

Я-то наивно полагала, что встреча с представителями банка будет моей единственной проблемой в ближайшее время, а теперь понимаю, что нет.

Ещё большей проблемой стала неожиданная встреча с Егором.

– Красивая у тебя дочь, – говорит серьёзно. – На тебя очень похожа, – понимает, видимо, что ляпнул лишнего, и быстро возвращается к той причине, по которой пришёл в наш дом. – Ну что, когда вернётся твой мужик? Хотя какой он мужик…

– Он что-то натворил? – всё-таки спрашиваю.

– Да. Стукнул мою тачку, а затем сбежал с места ДТП. Причём, сбежал как крыса, в надежде, полагаю, что я его не найду.

– А с чего ты решил, что это он стукнул её? – мне так хочется верить, что Егор ошибается.

Вспоминаю, что говорил мне про товарную стоимость машины представитель банка, и с ужасом догадываюсь, что ситуация становится ещё хуже, чем я могла подумать.

– Не сомневайся, не ошибся. Стукнул именно он. Сердобольные люди номерок его запомнили, когда он уезжал с места ДТП. Даже пытались остановить, но бесполезно. Записали номер, дождались меня, рассказали, как всё было, ну а я, в свою очередь, нашёл… вас. В общем, эти прекрасные люди сдали мне твоего мужика с потрохами.

– Не может быть, чтобы он был настолько идиотом. Неужели действительно уехал… – говорю это вслух не задумываясь.

Смирнов улыбается, а я готова за эту улыбку его придушить.

– Да, – кивает. – Уехал. Расчёт его, думаю, был прост. Машина очень дорогая, никто не осмелится стать свидетелем этого происшествия. А люди не побоялись.

Становится стыдно перед ним за мужа.

– Егор, Илья на работе, – выдавливаю из себя. – Мне некогда болтать с тобой, – киваю в сторону дочери. – Адрес сейчас напишу, езжай к нему туда, – достаю ручку и листок. – Там решайте вопросы. Разбирайся с ним, меня не втягивайте только. Я тебе не царапала машину, с места ДТП не сбегала, ответственности никакой перед тобой нет. Поэтому прошу тебя покинуть мой дом.

– Согласен. Только боюсь, что всё равно ты ощутишь все прелести этого ДТП.

Смотрю на него с вопросом, не понимая, о чём он.

– Деньги всё равно придётся искать вместе, вы же семья, – поясняет. – Только нужно делать это побыстрее. По страховке ничего не получится взыскать, ведь он уехал. Не затягивайте! Ты меня знаешь, я слишком долго ждать не люблю.

Да, я знаю, терпение и Смирнов вещи несовместимые.

Один-единственный раз, когда он сам захотел подождать – это наше желание заняться любовью.

Егор знал, что я не была опытна в этом вопросе, поэтому не торопил меня, не принуждал, не заставлял, не уговаривал.

Как говорил сам Смирнов: ему захотелось, чтобы я запомнила этот день на всю жизнь, и моё желание, без сомнений, было для него самым важным.

Вспоминая это, теперь все его слова и поступки никак не вяжутся у меня с его реальным образом подлеца и последующими событиями.

Если было всё так, как он говорил мне тогда, и между нами было что-то большее, чем сексуальное влечение, почему я так быстро ему надоела.

Но есть ли смысл теперь об этом?

– В общем, я даю твоему муженьку два дня для того, чтобы связаться со мной и найти деньги на ремонт моей машины. Заявлять пока на него не буду, но он должен понимать, что прав я его лишу в момент. Ведь он покинул место ДТП, а такие вещи бесследно для водителя не проходят. Если не хочет стать пешеходом, пусть выходит на связь. Вот моя визитка, пусть позвонит мне и не будет трусом.

– Хорошо, – киваю, – обещаю, он позвонит тебе.

Ничего больше не сказав, мазнув взгляд по моей дочери взглядом снова, Смирнов разворачивается и уходит, тихо прикрыв дверь.

Глава 5

Я дочь вполне состоятельных родителей. Точнее, была.

Всё прекратилось несколько лет назад, когда отец посчитал, что пора моему мужу выходить во всех вопросах в свободное плавание и обеспечивать свою супругу, то бишь меня, самостоятельно.

Мои родители настаивали на браке с Зотовым.

Отец предпринял много усилий, чтобы выдать меня замуж удачно.

Только понятие «удачно» у нас понималось по-разному.

В свои девятнадцать я мечтала выйти замуж по любви, и это было бы моим пониманием слова «удачно».

Отец хотел выдать меня замуж на умного и перспективного в его понимании парня, и в его случае он считал, что я вышла замуж удачно.

Что-что, а предпринимателем мой отец был настоящим.

Голый расчёт и никаких эмоций.

Он учил меня тому же самому, но в этом вопросе я, как показала жизнь, оказалась полной двоечницей.

Тогда, когда папа задумал выдать меня замуж за перспективного парня, ему, словно вселенная помогала.

Ну и Илья старался изо всех сил мне угодить заботой и вниманием.

Довольно сложно было не поверить в искренность сильных, светлых чувств другого парня, при условии разбитого сердца от признаний Егора.

Отец, это я теперь понимаю, знал, на что давить. И он не ошибся.

Я тогда верила родителям и не верила в себя.

Никогда не разочаровывала своего папу, была послушной и примерной девочкой с самого детства, которая без сопротивления и каких-либо сомнений соглашалась с мнением родителей.

Да, так и было, но ровно до того момента, пока в моей жизни не появился бунтарь Смирнов.

Уверенный и слегка нагловатый, дерзкий и амбициозный, имеющий свою точку зрения на всё.

Таким он был, и мой мир перевернулся для меня с ног на голову.

Закончив школу, поступив на первый курс престижного Вуза, я абсолютно счастливой и наивной выходила, как мне казалось, во взрослую жизнь.

Отец баловал меня, любил, обожал, но в ответ требовал беспрекословного подчинения, пока я росла.

Хочет папа, чтобы дочка отличницей была, будет!

Школа с золотой медалью, первая во всех олимпиадах везде, умница и красавица.

Сопротивление началось, когда я поняла, что Смирнов тот, с кем я хочу быть в будущем. Именно с ним я поняла, что такое любовь, когда увидела, тогда и пропала.

В животе бабочки, а в сердце отбойный молоток. В голове пустота и образ единственного человека на этой планете в любую свободную минуту.

Егор дарил мне подарки и старался баловать, насколько это было возможно в его возрасте и при его небольших тогда доходах.

Конечно, эти подарки были не те, к которым я привыкла, но каждому из них я совершенно искренне радовалась.

Отец пару раз делал акцент на том, что это слишком дёшево, но мне было всё равно. Я любила Егора, а не его подарки.

Любила в нём всё: уверенность в себе, которой у меня не было, честность и открытость, и многое другое.

Я призналась отцу, что безумно влюбилась в этого парня, но, когда он через свои каналы узнал, что Егор из простой семьи, для него такой аргумент, как любовь стал совершенно неважным.

Он потребовал от меня, чтобы рассталась с ним, но именно тут я впервые проявила свой характер и сказала твёрдое «Нет».

Отец был обескуражен, зол, удивлён и возмущён.

Но он не из тех, кто отступит.

Мы праздновали моё девятнадцатилетние, и был снят целый ресторан для встречи гостей. Мама настояла на том, чтобы я выглядела как принцесса.

Отец настоял на том, чтобы этот праздник гремел на весь район.

А я постеснялась отказать им, увидев, сколько сил и внимания было вложено.

В душе мне было плевать на всех тех, кто окружал меня, я думала только о любимом, который не смог прийти.

Я тогда летала в облаках и была абсолютно счастлива.

Всё, что происходило вокруг, не замечала.

Зачем всё эти старания, я поняла позже.

– Одень это красное платье, – настаивала мама. – Посмотри, как оно струится по твоим бёдрам, и обтягивает красивое тело, грудь. Волосы уложим на одну сторону. Они будут сверкать в лучах яркого света.

– Мама, ты меня как на парад невест наряжаешь, а не на празднование дня рождения.

– А вдруг, – загадочно улыбалась.

– Мам… я Егора люблю. Хоть ты меня пойми, – гладила её руки и просила поддержки.

Визажист, стилист, парикмахер сделали из меня настоящую красотку, которая выглядела чуть старше своих лет: больше макияжа, больше открытого тела, и непривычный образ.

Скинув фото любимому, я ожидала восхищения, но в ответ получила лишь скромное смс «Малышка, ты сама на себя непохожа».

Как расценивать его не поняла, а потом закрутилась в водовороте внимания новых людей и хаоса, который творился вокруг меня.

– Здравствуй, дочка, – широко улыбался и целовал меня отец в щёку, – познакомься, это Илья Зотов, – представлял очередного молодого человека.

Парень улыбался мне широкой улыбкой, не скрывая своего открытого интереса к моей персоне.

А отец наблюдал за нами со стороны и удовлетворённо кивал каждый раз, когда тот появлялся возле меня.

– Обрати внимание на Зотова, – кивал в его сторону, – он очень умён и перспективен. Я взял его к себе на работу, и парень очень удивляет меня своими суждениями, – настаивал отец.

Я отмахивалась, смеялась и повторяла, что люблю Егора.

Отец злился, настаивая на своём, постоянно напоминая, что Смирнов – это всего лишь детская влюблённость, а настоящие чувства придут позже.

– Он не сможет обеспечить тебе достойное будущее, – апеллировал.

– Вместе обеспечим, – этим аргументом он меня не пугал.

– Поиграется и бросит, – душил меня страшными прогнозами, но я лишь улыбалась, не допуская такой вероятности.

Только не прошло и нескольких месяцев, как выяснилось, что отец оказался прав.

Егор охладел ко мне и в итоге признался, что я скучна для него и больше не интересна.

– Ну, и что я говорил? Ты впервые ослушалась Эллада и получила то, что получила, – я молчала. – Отвечай, я прав? – давил авторитетом. – А на Илью всё-таки обрати внимание, как я советовал. С ним у тебя будет надёжный тыл.

И я обратила. Я снова сделала как хотел отец, ведь свои плохого не пожелают, правда?

Говорят: стерпится – слюбится.

Но спустя семь лет, встретив снова Смирнова, такого чужого, но одновременно родного, я поняла, что и не стерпится, и не слюбится.

Смирнов одной встречей вывел меня из «анабиоза», позволил понять, что жить, как прежде, я больше не хочу.

Глава 6

Я мерила шагами квартиру, стараясь отвлечься на щебетание дочери, но у меня ничего не получалось.

После ухода Смирнова меня словно разрывало от эмоций на части.

Попробовала лечь на дневной сон вместе с Алисой и поспать, но как только я закрывала глаза, в голове снова и снова возникал Егор и эта неожиданная встреча.

Я гнала его из собственных мыслей, но снова и снова возвращалась к нашему разговору о ДТП и Илье.

Думаю, не только мне была неприятна эта встреча. По его лицу было заметно нескрываемое разочарование, что я жена Зотова, и я совершенно точно это почувствовала.

Сжатые губы в единую тонкую полоску и нахмуренные брови говорили сами за себя. Смирнов не умел скрывать свои эмоции. По крайней мере, так было раньше.

– Мама, а кто этот дядя? – спросила дочь, проснувшись после обеденного сна, почему-то не забыв о незнакомце.

– Никто, – единственный ответ, который пришёл мне в голову мгновенно. Хотя таковым для себя Смирнова я не считала. Но так думать удобнее и выгоднее для моей нервной системы.

Мне вдруг стало неожиданно тесно в стенах этой квартиры, хочется открыть окна и вдохнуть полной грудью, но я боюсь застудить Алиску.

На природных инстинктах прежде всего думаю о дочери, а потом о своих «хотелках» и эмоциях.

Вот и сейчас собрать бы чемодан и уйти на фоне всех разочарований, но банковский счёт сдерживает мои порывы.

Денежный вопрос завязывает тяжёлый узел на моих ногах, не позволяя сделать лишние движения.

Съём жилья подразумевает совершенно другие расходы, нежели я имею по своим личным возможностям. Но это не значит, что надо опускать руки и искать оправдания, чтобы продолжать жить с Ильёй так как мы жили.

Открываю объявления, пролистываю предложения и ужасаюсь от цен на аренду даже самых скромных квартир на окраине города. Но выбора для себя не оставляю даже при таких условиях.

Мне просто необходимо начать жить с чистого листа.

Конечно, в идеале было бы, чтобы Алиса привыкла к детскому саду, я вышла из декрета на работу, и потом уже подавать на развод.

Но согласится ли Илья на такие условия, пока не знаю.

Только моё чутьё подсказывает, что просто не будет.

Выстраиваю в голове разговор с ним, связывая мои объяснения, с тем, что я устала от наших отношений, но всё невольно сводится к Смирнову и его появлении сегодня на пороге нашего дома.

Звонок прерывает мои мысли.

– Привет, мам.

– Что с голосом? – чувствует меня.

– Ничего.

– С Ильёй не ладится? – настаивает на откровениях.

– Мам, давай не по телефону.

– Значит правда, – вздыхает. – Он звонил мне на днях. Ты с ним очень холодна. Доченька, ну ты же уже взрослая женщина и должна уметь обеспечивать своему мужу уют, комфорт, – закрываю глаза, злюсь, зная, что будет сказано дальше. – Так много зависит от женщины, – заводит старую шарманку, забыв про наш уговор не лезть в мою семью. – Папе он очень нравится. Кроме того, у вас дочь. Совместный ребёнок – это ведь очень важно.

– Мам, помнишь Егора? – перебиваю.

Чувствую, как мама замирает.

– А он здесь причём? – мне даже фамилию называть не нужно. Каждая из нас знает о ком идёт речь.

– Я случайно встретилась с ним.

– И что? Только не говори, что ты уходишь к нему от мужа?

– Нет, нет. Мы только сегодня увиделись. Знаешь, я поняла, что совершила ошибку, выйдя за Илью. Зря я тогда так… А ещё поняла, что сердцу не прикажешь, – признаюсь самому близкому человеку в своих чувствах.

– Это что ещё за разговоры, Лада? О дочери подумай, прежде чем Смирнова вспоминать! Ерунда это всё! Всегда можно приказать сердцу! Уговорить, убедить, обмануть. Как угодно, так и называй!

– А ты как раз так и живёшь, – срывается с губ. – Счастлива?

Моя мама из той категории женщин, которую воспитывали в привычном понимании патриархальной семьи, где женщина – это хранительница очага, и как бы ни складывались отношения, нужно терпеть ради сохранения семьи.

Иногда мне кажется, что сама она несчастлива в браке с моим отцом, но признавать этого категорически не хочет.

Она как тот страус, которому проще засунуть голову в песок и притвориться, что всё вполне неплохо. Главное – не гневить отца.

– Не руби сплеча, дочка, – не отвечает на мой вопрос мама, – жизнь больше и сложнее, нежели чувства. Неужели ты это так и не поняла?

Я снова набираю мужу, настаивая на разговоре о кредите. О том, что я знаю о ДТП говорить по телефону не хочу.

– Я говорил, много работы, но постараюсь пораньше.

Закрутившись в делах ближе к вечеру, не замечаю вибрирующий бесконечно телефон.

«Лада, нужно срочно встретиться. Оставь дочку с кем-нибудь и приезжай в ресторан «Х» – смс от подруги.

«Возьми трубку» – следом.

«Это важно! Связано с твоим мужем!» – как последний аргумент.

– Привет. Что случилось? – перезваниваю.

– Привет, – голос моей подруги Наташки очень взволнован. – Ты игнорируешь моим смс. Прочитай!

– Прочитала. Что случилось?! – повторяю вопрос.

– Я сейчас сижу в ресторане с девчонками, и твой муж недалеко от меня в компании какой-то девицы. Только он меня не видел. Они вглубь ресторана ушли.

Действительно, на заднем фоне я слышу отчётливо музыку.

– Илья!?

– Ну да, а у тебя что ещё с какой-то есть муж? – пытается разрядить обстановку.

– Он же вроде, на работе, – смотрю на время и понимаю, что такое вполне реально.

– Ну да, они все так говорят, – вздыхает. – В общем, некогда болтать. Думаю, тебе лучше приехать.

Между нами повисает молчание.

– Алло, Лада, ты приедешь? – настаивает на ответе. – Или… или, если не хочешь, сделаем вид, что я тебе не звонила? – даёт заднюю Наташа.

– Нет, зачем. Сейчас попрошу соседку или маму, чтобы они посидели с Алисой, и приеду.

– Жду! – победно отвечает мне Наташа.