Текст книги "Душа обмену и возврату не подлежит (СИ)"

Автор книги: Елена Боброва

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

Глава 29
Ложные обвинения

Милана Левина

Проснулась поздно, с больной головой. Потерла виски, жалея, что Рида нет рядом. Он бы точно помог. Улыбнулась помимо воли, хочу его увидеть немедленно!

Осмотрелась, Тони не было. Наверно, она решила, что мне нужно поспать сегодня подольше после всех событий и переживаний. У меня и пары попозже. Перевела взгляд на тита. Моя птичка беспокойно прыгала в клетке.

– Ой, прости свою хозяйку-соню! Прости, маленький! – я подскочила с кровати и подсыпала корма Лапке, налила водички.

Но птичка продолжала прыгать, не прикасаясь к еде. Протянула руку, и малыш тут же перескочил на нее.

– Что случилось? – с беспокойством уставилась в глаза титу.

– Мила! – услышала голос Рида в голове. – Мне нужно срочно отправиться во дворец. Не знаю, сколько там пробуду. Ситуация серьезная. Не хочу тебя пугать, но прошу переехать пока в мою комнату и не выходить оттуда до моего возвращения. Вход настроен только на нас с тобой и Марка. Все необходимое ты найдешь внутри. Возьми лишь немного вещей. И ничего не ешь, и не пей нигде, кроме того, что доставят в мою комнату через окно. Береги себя, моя любимая!

Так и села обратно на кровать с титом на ладони. Что за новости? Сердце тревожно сжалось, и боялась я вовсе не за себя. Если с Ридом что-то случится, я не переживу.

Эта мысль поразила меня. Глупо, очень глупо ставить свою жизнь в зависимость от чужой, но так уж вышло. Мужчина, из-за которого началось мое необычное приключение, перевернувшее всю мою жизнь, сам стал моей жизнью.

И ни капельки не жалею об этом. Жалею только о том, что я сейчас не с ним.

Следующей не совсем здравой мыслью было то, что мне нужно во дворец. Но кто меня туда пустит? Можно было, конечно, позвать Марка с собой, но он наверняка уже там, с Ридом.

– Так! – дала себе мысленный подзатыльник. – Без паники, Мила. Надо собраться!

И действительно начала собираться: покидала в сумку немного сменных вещей, переоделась. Форму и плащ брать не стала, сейчас не до занятий. Рид сказал сидеть в комнате, значит, буду сидеть. Не хочу добавлять ему проблем.

Оставила записку Тоне, чтобы не волновалась. Захватила с собой свое зеркало-смартфон на всякий случай, клетку с титом и вышла из комнаты с плохим предчувствием. Будто делала шаг в бездну.

По-хорошему бы сходить к Люмис и попытать ее о происходящем, но она на занятиях. Отправила ей сообщение через зеркало, надеюсь, она скоро ответит.

Риджал Аламир Уолан

Вышел из бабушкиной спальни и выдохнул. Слава Небу, ей уже легче. Остальным лекари тоже смогли помочь. Всем, кроме дяди Дирка. Он был совсем плох. Не приходил в сознание. Тетя Виктория не отходила от него.

Как, впрочем, и Марк от Коры. Зато ее муженек, хоть и не чувствовал больше на себе влияние странного, внезапного недомогания, к принцессе не торопился. Встретил его в дядиной гостиной, слизняк утешал королеву Викторию. Его чародейские навыки поражали. Так умело изображать сочувствие может только великий актер.

– Ты куда? – именно Фердинанд задал мне вопрос, когда я хотел пройти к дяде в спальню.

– Рид, он без сознания, – отозвалась тетя. – С ним лекари.

– Мне нельзя пройти? – возмутился я.

– Нельзя, – приказным тоном ответил слизняк.

– Ну почему нельзя, – параллельно с ним ответила тетя, – но зачем?

– Хочу посмотреть на него.

– Он тебе что музейный экспонат? – Фердинанд явно не желал, чтобы я заходил к дяде. – Что на него смотреть? Ты ничем помочь не сможешь!

– Мальчики, не ругайтесь, – вмешалась тетя, подскочив к нам, и при этом пошатнулась. Она до сих пор чувствовала недомогание. Вгляделся в ее лицо, стараясь считать признаки болезни, отразившиеся на сознании. Сумбурные проявления. Ничего не понятно.

– Хорошо, зайду позже, – решил не спорить и направился к Коре.

– Как ты, сестра? – я кивнул находящемуся в комнате Саше, который прибыл, как только получил плохие вести.

– Уже лучше, – Кора прошелестела уставшим голосом.

Перевел взгляд на Марка, он сидел рядом с кроватью и держал сестру за руку. Его бледность бросалась в глаза даже при тусклом свете зашторенных окон. На лбу можно было разглядеть капельки пота. Сколько же он влил в нее сил? Но ладошку Коры не отпускал.

Я слегка качнул головой. Надо было убить слизняка раньше! Пусть бы стал врагом для сестры, но зато освободил бы путь к ее истинному счастью.

– Расима тоже во дворце? – спросил брата.

– Да, она осталась с мамой. Ей гораздо лучше, но под присмотром спокойнее. Рид, Марк, объясните, что происходит?

– Выйдем, поговорим? – предложил Саше.

– Хорошо.

Марк не захотел покидать любимую, и я его прекрасно понимал. У самого сердце тревожно билось при мыслях о Миле. Как она там? Смог ли тит воспроизвести послание? После разговора с братом постараюсь связаться с ней.

– Саша, никто не знает, чем больны практически все жители дворца, – начал я погромче, а затем понизил голос до шепота и перешел на язык землян, который успел выучить с помощью обучающего артефакта, – но похоже, что все отравлены.

– В их крови нашли яд? – Саша тоже перешел на земной.

– В том то и дело, что нет. Но уже были похожие случаи… с летальным исходом.

– Как с летальным? Никто же в этот раз не умер!

– Надеюсь, так и будет. Меня больше всего тревожит дядя. Наш зятек меня не пустил к нему, заручившись поддержкой тети, но мне сдается, что в его крови яд можно было бы найти.

– Надо пробиться к дяде. Если он умрет, Фердинанд сможет занять трон.

– Ты предлагаешь напасть в открытую? Но армия не станет на нашу сторону. Кора и Фердинанд наследники трона. Нас обвинят в измене короне.

– Но надо же что-то делать!

– Нужно оттащить Марка от Коры и пересмотреть записи с камер. Нападая на Фердинанда без доказательств, мы просто выроем себе яму.

Мы направились обратно, нам нужна помощь Марка, а Кора справится сама. У нее осталась лишь слабость, она сможет ее преодолеть всего-то хорошенько выспавшись.

Проходя по коридору, я бросил взгляд в висящее над небольшим диванчиком зеркало. И нахмурился.

– Подожди, – попросил Сашу и подошел поближе к овальному зеркалу в ажурной рамке. И разглядел подсвеченную надпись. Написано было, собственно, лишь мое имя. Догадка ошпарила кипятком. Мила в беде! – Саша! Мне срочно нужно в свою комнату в академии.

– Я могу построить портал лишь ко входу в ворота академии. Ты же сам наложил запрет на порталы в пределах академической территории.

– Хорошо-хорошо! Бежим!

Мы помчались во внутренний двор. Саша выстроил легкую временную рамку, стараясь действовать как можно незаметнее.

– Брат, – попросил я прежде, чем шагнул в портал: – займитесь камерами, просмотрите записи. Я заберу ее и вернусь.

Саша серьезно кивнул.

«Дурак, надо было забрать Милу с собой!» – эта мысль билась в голове, пока я бежал к своей комнате. Уверен, она там.

«Богиня, прошу тебя, во имя Неба, защити ее!» – я редко о чем-то молил саму Жизнь. Но в мгновения, когда перемахивал через несколько ступенек, поднимаясь по лестницам академии, я просил, я взывал к ней.

Влетел в комнату и сразу увидел ее: Мила лежала на диване в неудобной позе с опущенной рукой, из которой выпало зеркало.

«Нет!» – выдохнул и рванул к ней.

– Девочка моя, очнись, – стал трясти Милу, бить по щекам, пытался проверить зрачок. Ругал себя за то, что не потащил за собой Марка.

Сердце любимой билось, но очень медленно, явно с огромным трудом. Огляделся и увидел рядом на столике чашку чая и кусочек торта. Торт. Конечно! Все, кто его ел на свадьбе, сегодня были больны.

Рванул к потайному шкафчику, в нем должно быть универсальное противоядие!

Нашел!

Постарался влить в ротик Милы хотя бы несколько капель. И взял ее на руки. Баюкал, как маленького ребенка. Прислушивался к стуку любимого сердца. Кажется, стал ровнее.

Судя по дыханию, Мила спала. Это хорошо. Ей необходимо отдохнуть.

Встал вместе с ней на руках и подошел к кровати. Положил ее и прилег рядом. Не отойду больше ни на минуту. И раздавлю гада голыми руками, как только увижу. Он достиг точки невозврата.

Наступил вечер, а любимая все не просыпалась. Опершись на одну руку, лежал рядом с девушкой и охранял ее сон. Гладил по нежной, немного порозовевшей щечке. Значит, ей легче. Быстрее бы очнулась. Нужно возвращаться во дворец. Чутье подсказывало, что времени все меньше.

Глянул на столик с куском торта для Милы. Говорил же, не ешь ничего, что не принесут в окно. Наверняка, открыла кому-то дверь. Глупышка. Глаз да глаз за ней нужен. Стоит оставить без присмотра, как снова попадет в беду.

– Рид? Что случилось? – посмотрел на Милу.

– Это я хотел тебя спросить, что случилось? – спросил строго, а у нее уже и глаза на мокром месте. – Не плачь! – прижал к себе и провел рукой по мягким волосам. – Все хорошо, я рядом.

– Прости, – уткнувшись в плечо, произнесла моя бедовая девочка. – Постучали в дверь, сказали новости из дворца, точнее от тебя. Передали записку. Явно мужской почерк. Я была уверена, что от тебя! Там было написано, что все хорошо, что ты скоро придешь, а чтобы не скучала, передаешь мне кусочек свадебного торта.

– Мила, я просил получать все через окно, и не открывать дверь! И с каких пор я передаю записки? Я бы через тита с тобой связался.

– Так и связался бы! Я же тут себе места не находила, – справедливо возмутилась Мила, – а вестей все не было, вот я и была готова поверить кому угодно, лишь бы не сойти с ума от беспокойства… за тебя!

– Извини, не подумал, – покаялся я.

– Меня отравили? – дрогнувшим голосом спросила Мила.

– Любимая, – не хотел пугать ее еще сильнее, – ты…

В дверь громко постучали.

– Откройте! – узнал голос одного из наших гвардейцев. – Именем короля!

– Что-то случилось, жди тут, – приказал Милане оставаться в спальне, а сам отправился открывать дверь. Небольшую гостиную заполнили гвардейцы.

– Именем короля, вы обвиняетесь в государственной измене!

– Объясните в чем меня обвиняет собственный дядя?

– Вы обвиняетесь в убийстве Дирка первого и именем Фердинанда первого вы арестованы, герцог Уолан.

И тут последним в комнату зашел сам новоиспеченный король.

Я сжал кулаки.

Глава 30
Взять предателя!

– Значит, все-таки добился своего, – тихим, обманчиво смиренным голосом произнес я. Фердинанд не спускал с меня глаз, знает, что перешел все границы. И я буду его убивать.

– Что вы стоите, уводите его!

– Нет! – на пороге спальни появилась Мила. Она испуганно переводила взгляд с гвардейцев и Фердинанда на меня.

– Уйди, – приказал одними губами, и она, хвала Небу, послушалась.

– Прости, дорогой зятек, что отвлек тебя, но не переживай, скоро тебе будет не до девушек. И вообще не до чего, – радостно прошипел гаденыш.

– Что с дядей?

– А ты будто не знаешь? – ответил слизняк и сделал многозначительную паузу. Знаю, конечно, знаю. – Ты убил его! Ты пытался отравить всю королевскую семью, включая меня! Мы нашли яд в твоей комнате во дворце. Ты хотел занять трон, но у тебя ничего не вышло, почти. Короля мы, к сожалению, не спасли, – эту чушь он нес с таким видом, будто сам в это верит.

Я сделал полшага вперед.

– Взять предателя! – истерично завопил Фердинанд. Струсил, гаденыш.

Гвардейцы кинулись на меня. Тесновато нам всем в моей не слишком большой гостиной. Но увернутся получилось. Их было четверо, одного тут же схватил за голову и применил силу, мужчина закричал и лишился сознания. Остальные выставили вперед магически заряженные штыки.

Снова выпад, перехватил оружие у одного, откинул гвардейца, тот удачно упал на Фердинанда. Их барахтанья отметил краем взгляда. Двое кинулись ко мне, пытаясь достать штыком. Магический заряд мог вырубить моментально, особенно, если коснуться голой кожи. Этим и воспользовался, дотянувшись шеи одного из противников.

Остался последний, самый умелый. Он служил лично королю. Гвардеец явно был настроен серьезно. Взгляд сосредоточенный, злой, неужели он верит гаденышу? Думает, что я из-за власти готов убить родных? Ему явно промыли мозги.

Мы дрались довольно долго и отчаянно. Пытаясь вырубить противника, посшибали все, что было в комнате, в том числе и отравленный торт вместе со столиком.

– Это Фердинанд всех отравил! – пытался мысленно достучаться до гвардейца. – Дай мне убить его! – но мои слова возымели обратный эффект. Стражник стал нападать еще активнее. Его злость ослабила реакцию, и я, сделав подсечку, смог вырубить мужика.

Огляделся, не увидел Фердинанда, сбежал гаденыш. Услышал полузадушенный всхлип и обернулся. Не сбежал.

Слизняк схватил Милу и прижимал к ее шее нож. Дернулся в их сторону.

– Стой, где стоишь, Риджал, – прошипел урод. – Я могу нечаянно уколоть ножом твою милашку, и она вмиг околеет. Я давно занимаюсь ядами, выучил действие и нейтрализацию каждого. Так вот этот ничем нельзя погасить, как только он достигнет сердца, оно остановится. Хватит и пары его последних ударов. Сложи оружие и отступи.

Я смотрел в глаза уроду, пытаясь ментально его перебороть.

– И не пытайся, – злобно расхохотался Фердинанд, – Не узнаешь?

Слизняк потянулся к своей груди рукой, которой обхватывал шею Милы. Чуть не придушил. Я снова дернулся, когда она жалобно пискнула.

– Это амулет твоей матери. Помнишь? – ах ты, тварина! – Да, это твой. Луция очень старалась мне угодить. Жаль бедняжку. Она могла проболтаться, пришлось с ней попрощаться, – сумасшедший убийца, разорву гадину. – Кто же виноват, что ты настолько увлечен женщинами, что не видишь дальше своего носа. И лучше бы ты оставался в том пустом мире без магии, раз уж остался в живых. Луция тебя пожалела, а должна была убить.

– Отпусти Милу! – Фердинанд удивленно скосил глаза на свою жертву, словно забыл, что она в его руках.

– Не думаю, что для меня это безопасно. Магией ты мне ничего не сделаешь, амулет слишком силен, да и настроен на тебя, – понятно теперь, почему этот слизняк отражает мою силу. – А драться я с тобой не намерен, – он кинул короткий испуганный взгляд на лежащих без сознания стражников.

– Отпусти ее, – повторил глухим голосом.

– Решай, ты или она, – прошипел гаденыш, а я посмотрел в родные оливкового оттенка глаза. Сейчас в них стояли слезы. Сжал челюсти и опустил оружие. – Отличное решение, – усмехнулся слизняк и кивнул очнувшемуся стражнику, – вырубай.

И я почувствовал, как тело пронизывает магический разряд.

Милана Левина

Рида утащили, а я все смотрела на закрытую дверь и не могла поверить, что происходящее реально.

Куда его повели?

Во дворец в темницу? А потом что? Неужели принцу Виджеты все поверили и винят в чем-то Рида? Немыслимо. Полнейший абсурд.

Потрясла головой, пытаясь сосредоточится. Мне нужно ему помочь. Села на пол прямо у двери. Ноги не держали, жуткая слабость после выплеска адреналина лишала равновесия.

Скользила взглядом по комнате, напряженно думая. Одна я ничего не сделаю, мне нужен Марк. А, если и его арестовали? Что же делать?

Взгляд зацепился за легкое сияние на полу. Полупрозрачная ракушка пульсировала приглушенным светом. Неужели работает? Подскочила и схватила артефакт. Остановила запись и перемотала, легонько касаясь пальчиком гладкой округлой поверхности.

Все записалось! И, главное, речь Фердинанда о ядах. Да, он не признался напрямую, но это уже что-то. Но кому эту запись показывать, чтобы поверили, а не отобрали?

– Мила! – я вздрогнула от громкого выкрика, и тут же оказалась в объятиях. – Хвала Небу, тебя не утащили, – Расима крепко прижала меня к себе. За ней в комнату зашел и Саша.

– Как вы тут оказались? – я обняла Расиму в ответ.

– Мы пришли за братом, но опоздали. Еле сбежали из дворца, – сказал Саша.

– Здесь тоже опасно, – предупредила я, – вас никто не видел?

– Нет. Мила, в академии есть, где спрятаться. Пойдем с нами, тебе нельзя тут оставаться.

– А Марк, он где?

– Честно говоря, не знаем, – вздохнула Раси, – как только мы услышали о смерти короля, сразу бросились бежать, понимая, что новый король тут же нейтрализует других возможных претендентов на трон.

– Хотели объединиться с Ридом, и уже вместе что-нибудь придумать. Но не успели, – Саша говорил все это, сжимая и разжимая кулаки, явно готовый вцепиться в одну конкретную отвратительную злую морду.

– Мы уже придумали, – показала прозрачную ракушку, зажатую в ладони.

– Еще записывающий артефакт? – удивился парень.

– Именно. И он записал все, что сейчас здесь было.

– Отлично! Спрячемся на чердаке и посмотрим. Уверен, запись поможет нам оправдать Рида. Жаль другие записи мы так и не успели посмотреть. Рид говорил о них.

– Без Марка ничего не получится, здесь слишком мало информации. У него есть данные с других камер, – сообщила я.

– Но как нам с ним связаться? – спросила Раси.

– Я могу отправить ему сообщение через тита и через зеркало. Что-нибудь да сработает! – приманила птичку на руку, отыскала зеркало возле дивана.

– Попробуем, а сейчас бежим.

Пока мы бежали, Саша приговаривал: «И на кой он запретил делать тут порталы?» Раси спорила с мужем: «Если бы можно было, нас бы давно схватили».

Мы поднялись практически под самую крышу академии. Забежали на чердак, который оказался вполне приятным. Здесь не было хлама, наоборот, стояло какое-то оборудование и пара диванчиков.

– Чердак зачарован от поиска и просто так на него тоже сложно наткнуться. Марк постарался. Хм, а вот этого тут не было, – Саша подошел к большой мигающей различными огоньками установке. – Интересно, что это?

– Кажется, эта установка управляет экранами во внутреннем дворе. Возможно, и камерами тоже.

Я подошла к небольшому круглому окну и сосредоточилась на присмиревшей птичке в моей руке. Лапка вела себя спокойно даже во время нашего скоростного забега.

– Найди Марка, – я постаралась передать титу образы зеленоволосого высокого мужчины в очках. Примерно представила, где он может быть. Если он сейчас не в комнате Коры, то это проблема. На этот случай обратилась к зеркалу:

– Миленькое, передай поскорее Марку, что он очень нужен здесь, в академии. Но, прошу, никто кроме него не должен увидеть сообщение.

– Слушаюсь, хозяйка, – в этой ситуации даже моему зеркалу с обостренным чувством юмора было не до шуток.

– Отправила? – уточнил Саша. Я кивнула. – Тогда, пока ждем Марка, покажи, что записалось на твою камеру.

Мы посмотрели запись несколько раз, при этом у нас с Раси уши свернулись в трубочку от того, как ругался Саша. И это он еще сдерживался при дамах, и все равно жене приходилось пинать его локтем, когда совсем заносило.

Наступила ночь. Саша с Расимой легли на диване пошире, а мне достался небольшой, но мягкий диванчик. Но какой тут сон? Мы переговаривались, лежа в темноте.

Когда друзья уснули, я осталась наедине со своим страхом. Он как огромное чудовище жрал меня медленно и с наслаждением.

Что с Ридом? Как ему помочь? Неизвестность пугала. И ждать непонятно чего было невыносимо. Рассвет встретила, стоя у окна и выглядывая во двор. Никого пока не видно, тихо и мирно. Будто ничего не случилось.

Обхватила плечи руками, зябко. Встрепенулась, увидев, как во двор забежал человек. Присмотрелась. Марк! У меня даже сердце забилось быстрее. Он остановился, глянул вверх. Показалось, что он меня увидел. И, кажется, кивнул.

Я кинулась будить Сашу и Расиму. Через несколько минут на чердак ворвался Марк. Я бросилась к нему:

– Говори, что с Ридом?

– Его собираются казнить. Сегодня же на закате. Прямо во дворе академии.

– Что⁈ – вскрикнули мы втроем в один голос.

Глава 31
Борьба за самое главное

Это какой-то бред. Этого не может быть на самом деле. Они не могут казнить герцога, ректора академии. Они не могут тронуть Рида!

Повторяла себе, как мантру.

Просто так, без суда и следствия казнить представителя королевской крови? Честно говоря, я была лучшего мнения о Несанете. Что за законы в этом государстве? Или такие решения вне закона?

Не верилось, мне просто не верилось.

Но, когда в привычном уже, уютном дворе академии стали сооружать самый настоящий эшафот, у меня волосы встали дыбом. Охнула стоящая рядом Раси.

Парням было не до охов. Марк с помощью чердачной установки подключился ко всем установленным камерам в городе, дворце и академии. Мы с Расимой тоже присоединились к просмотру материалов, чтобы не терять время попусту, вздыхая и охая.

Мы разошлись каждый со своими воспроизводящими артефактами и изучали файл за файлом. Если находили что-то, способное помочь, собирались и обсуждали.

– У меня есть кое-что, конечно. Личный помощник Фердинанда крутился там, где недавно вскрыли склады, но опять же это ничего не доказывает, – говорил Марк.

– Вот! Посмотрите! – воскликнула Раси. – Что он тут делает? Не понимаю.

На этой записи Фердинанд доставал из сумки небольшие свертки и отдавал каким-то трем людям. И все это прямо во дворце.

– И я кое-что нашел, – сказал Саша. – Гляньте, – и он показал запись Фердинанда, где он что-то наливает в чашку Коры.

– Я его закопаю, – рядом зашипел Марк, на его руках, с виду худых, но жилистых, вздулись вены. На шее тоже.

– Друг, не кипятись. Судя по всему, это противоядие. Кору он не тронет… во всяком случае пока.

– Вот именно, пока.

– Как думаете, доказательств достаточно? – перебила парней. Судьба Коры меня не особо волновала, ведь не ее сегодня собираются казнить прямо у всех на глазах.

– Надо склеить все в одну запись, тогда у нас хотя бы будет шанс остановить казнь. Уверен, вся королевская семья будет здесь, – ответил Марк.

– Займись этим, а мне кое-куда нужно, – сказал Саша.

– Ты куда? – испуганно спросила Расима.

– К своим парням. Хоть я уже и не учусь здесь, но разведчики, уверен, поддержат меня. Я знаю многих старшекурсников.

– Думаешь, они будут сражаться за Рида? – с надеждой спросила я.

– Надеюсь.

– Я могу поговорить с чародеями, – тут же предложила Раси, – их магия может пригодится.

– Хорошо, но будь осторожна.

– И я могу поговорить с заклинателями, – я не хотела оставаться в стороне.

– Нет, Мила. Мы сами. Я не знаю, почему Фердинанд не схватил тебя сразу. Но ты не должна попасться на глаза его людям. Они используют тебя против Рида. Слишком рискованно.

– Но вы-то рискуете.

– Нас Рид не так сильно любит, – усмехнулся Саша, а я покраснела.

– Ты ошибаешься, – тихо ответила я, опустив голову. Саша лишь потрепал меня по плечу и ушел.

Раси обняла меня и прошептала:

– Береги себя, Мила.

– Давай, иди сюда, будешь мне помогать, – проворчал Марк.

Я задумалась об отце Рида. Ведь Кеншин – брат короля. Почему он не смог повлиять на решение о казни Рида? И где он вообще.

Мы смонтировали видео из тех кусочков, что мы успели раскопать. Получилось вполне демонстративно. Но захотят ли в него поверить?

Во двор постепенно стали сходится обитатели академии. Даже с большой высоты было заметно, что они растеряны. Люди оглядывались, спрашивали друг у друга, что случилось. Когда местное солнце стало снижаться, окрашивая стены академии багряным цветом, послышался шум моторов, и в открывшиеся ворота въехало несколько машин.

Из них выходили стражники. Появилась и вся королевская семья. Почти вся. Королева Исис, королева Виктория, Кора, герцогиня Силили – мать Саши, и, конечно, принц или теперь уже король Фердинанд. Кеншина среди них не было.

Представители короны были облачены в черное, женщины выглядели удрученными и растерянными. Зато Фердинанд при всех его актерских талантах не мог скрыть горделивой королевской осанки.

У меня вырвалось сдавленное шипение при виде этого властолюбивого урода. Так бы и вцепилась в его довольную морду. Надеюсь, к ночи ему сотрут эту улыбочку. Очень надеюсь.

Последним из машины вышел Рид.

Прильнула к окну, он был связан и явно избит, но держался не хуже Фердинанда. У него на шее было что-то странное, похожее на оковы.

– Антимагический ошейник, – проговорил Марк. Я не слышала, как он подошел, и вздрогнула. – Новое изобретение Виджеты.

– Марк, я боюсь. Вдруг мы его не спасем? – смахнула крупные слезы, побежавшие по щекам.

– Все получится, – мужчина утешительно потер мои предплечья, согревая ледяные от страха руки. И задумчиво добавил: – По-другому просто не может быть.

Повернулась глянуть на Марка. Его взгляд был прикован к Коре. Глубоко вздохнула. Никогда не жаждала мести, но Фердинанд напросился. Если он не переживет сегодняшнюю ночь, горевать точно не буду.

– Когда начнем показ? – мне было страшно упустить время.

– Терпение, Мила. Все готово, но нужно дождаться момента.

Я закрыла лицо руками, но тут же отняла их, снова уставившись на Рида.

– Марк, а мы можем как-то услышать, что там творится?

– Да, сейчас подключу репродуктор.

Пока мужчина налаживал оборудование, все выстроились. Рида завели на эшафот. У меня скрутило живот, слезы снова покатились по щекам. Я смотрела на него и мысленно пыталась сказать, что все в порядке, что мы его спасем.

Рид вскинул голову и посмотрел в мою сторону. Неужели получилось⁈ Он улыбнулся, кажется, с облегчением. Даже будучи на волосок от смерти, он переживал за меня? Глаза снова наполнились слезами. Любимый, мне не нужна жизнь без тебя.

– Ты чего улыбаешься, убийца? – завопил Фердинанд. Рид тут же опустил голову.

Звук был слышен очень хорошо, я бы даже сказала отлично. Так, что я подпрыгнула. Показалась, мерзавец заорал мне прямо в ухо.

– Зачитывайте приговор! – приказал он.

Один из гвардейцев поднялся к Риду и начал вещать несусветную чушь. Хотя, впрочем, говорил он все верно, но не о том человеке.

Меня до сих пор поражало, что этому мерзкому типу с легкостью поверили. Неужели родные Рида будут спокойно смотреть, как его убивают. Что там говорила его бабуля… любит внука она, как же. А сестра, тетя? Королевский род, называется. Родные люди и так поступают.

У меня теплилась надежда, что сейчас кто-то из них остановит этот абсурд.

Но нет. Приговор все выслушали молча.

На плоском и довольно длинном эшафоте с одного конца выстроились странные люди в балахонах. Вовсе не гвардейцы.

– Любопытно, – была реакция Марка на этих балахонщиков. Он уже вовсю подключал экраны.

Они засветились, привлекая всеобщее внимание. Шепотки, проносившиеся по толпе собравшихся, усилились.

– Скорее! Прошу, поторопись, – меня трясло, я никак не могла унять нервную дрожь. Да и не пыталась.

Запись начала воспроизводится. Мелькали кадры, на которых были неопровержимые доказательства вины Фердинанда и в заговоре, и в гибели короля. Запись не успела подойти к концу, как мерзавец заорал:

– Не стойте, стреляйте!

Балахонщики направили заряженные боевые сферы вперед, на Рида, я со всхлипом задержала дыхание. И тут все стало происходить, как в замедленной съемке.

Один из балахонщиков резко скинул просторное одеяние. Профессор Кеншин!

Развел руки в стороны и стреляющих откинуло назад, но заряды выпустить они успели.

В тот же миг перед Ридом возникла ледяная стена, которая защитила его от попадания смертельных лучей.

К Риду подскочил Саша и утянул его в портал, но они тут же появились рядом с Фердинандом.

Тот отреагировал молниеносно и тоже вытащил сферу, защищаясь. Луч полосонул Рида по плечу. Я вскрикнула и рванула к двери.

Марк схватил меня и удержал.

– Ты помешаешь, Мила. Не смей! – он с силой откинул меня. Я полетела на пол.

– Пусти меня! – но Марк лишь замкнул дверь.

Мне ничего не оставалось, как вернуться к окну. Там все смешались, боролись. Я могла различить лишь женщин из королевской семьи, которых окружили гвардейцы, защищая. Искала глазами Рида, он мелькал то тут, то там. Отметила, что балахонщиков стало неимоверно много. Яркие лучи то и дело пронизывали темнеющий на закате двор.

Какое-то фантастическое кино. Но людей в нем ранят и убивают по-настоящему.

Неожиданно в дверь громко постучали.

Марк приложил палец к губам, показывая, чтобы молчала, и указал глазами на диван, чтобы я спряталась за ним.

– Господин Марк, откройте, это Рональд.

Марк осторожно приблизился к двери, вооружившись странным артефактом, похожим на кривой нож со светящимся кончиком.

– Пароль! – потребовал Марк.

– За свободу до конца! – ответили ему.

– Проходи, Рональд. Ты вовремя. Останешься охранять Милу, а мне надо вниз.

– Господин Марк, я принес вот это, – гвардеец держал на раскрытой ладони еще одну камеру.

Оказалось, что она находилась в спальне короля Дирка. Именно там записалось самое важное, но файл был недоступен удаленно из-за неисправности артефакта. Без лишних вопросов Марк приступил к загрузке записи на экраны.

– Не получается! – крикнул он.

– Попробуй еще, – я снова напряженно вглядывалась в происходящее внизу, картина так себе. У врагов боевые сферы и они не стеснялись их использовать.

– Сейчас! Мне нужно немного времени, – еще раз посмотрела во двор, мелькнула светлая рубашка Рид, на ней явственно проявились пятна крови.

– Нет у нас времени, Марк! – и я рванула к открытой теперь двери.

– Мила! – крикнул Марк, но я уже бежала наверх.

За мной рванул тот гвардеец, но я применила приказ заклинателя: «Стоять!» Вложила в эту технику все эмоции, что бурлили во мне, и мужчина подчинился.

Марк предусмотрительно трогать меня не стал. Лишь крикнул вслед: «Будь осторожна, я постараюсь скорей передать запись».

Еще по пути на чердак я заметила лестницу на крышу. По ней и начала взбираться. Слава Небу, люк не был закрыт. Тяжелый зараза, со всей силы толкнула его вверх. Вылезла на крышу. Подошла к самому краю. Борющиеся внизу меня не заметили.

Поднесла руку к шее и наложила на связки максимальную громкость. Сосредоточилась и запела.

Пела о том, как мне дорог этот мир, потому что в нем есть самый лучший, самый родной, самый любимый человек. Слова шли от души:

Ночная мгла скрыла твои глаза,

Но твоя любовь светит ярче звезд.

Сколько лет за тобою шла,

За спиною немало верст.

Другие миры, другая судьба,

А любовь лишь одна. Твоя.

Внизу все постепенно замерли. В свое пение я вплетала силу заклинателя. Как тогда, с потерявшими сына. Неумело, не слишком крепко, но я плела сеть оцепенения, стараясь накинуть ее на каждого внизу. Нам нужно время.

– Что вы стоите⁈ Убейте ее! – услышала знакомый мерзкий голос и зажмурилась.

– Нет! Мила! – теперь прозвучал любимый голос.

Продолжила петь, пусть еще мгновение, но я буду бороться за тебя, милый.

Открыла глаза от странного звука. Словно град бьет в окно. Передо мной ледяная стена, а за ней шквал из ярких тонких желтых лучей.

Улыбнулась. Спасибо, Раси.

И продолжила петь.

Но вдруг на стене появилась трещинка. Сначала небольшая, но разрасталась она очень быстро. Слишком быстро. Как молния прошивает небо.

Резко лопнув, стена рухнула, осыпавшись множеством хрустальных осколков. Я только и успела, что закрыть лицо руками. Кожу обожгло острым инеем.

Отвела руки от лица, чтобы увидеть, как в мою сторону снова устремились смертоносные лучи. Толпа внизу ахнула.

– Мила! – услышала срывающийся голос, и Рид помчался в здание. Жаль не увижу его в последний раз. Мог бы уже остаться на месте, все равно не успеет.