Текст книги "Абьюзер (СИ)"

Автор книги: Эл Лекс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

Глава 22

Черт возьми, в этой бумажке же натурально написано про меня! Проект как-его-там, сокращенно «абьюзер» – это, получается, я⁈ То есть, я – это результат какого-то научного проекта⁈

Так, ладно, хрен с ним, с проектом, что там еще интересного написано⁈

Я углубился в чтение, на сей раз уже по-серьезному. Не по диагонали, а с чувством, с толком, с расстановкой, вглядываясь в каждое слово и не продолжая, пока не убедился, что все понял правильно.

Впрочем, действительно что-то понять было отнюдь не просто. Грубый научный язык, куча всяких разнообразных терминов, которые без бутылки не выговорить. не то что понять – вот что составляло основу документа. Какие-то формулы, какие-то выводы, и прочее всякое, до чего мой мозг не способен додуматься. Все, что я смог выудить из документа и понять, в общем-то, укладывалось в несколько несложных мыслей.

Проект «абьюзер» задумывался синим сектором как попытка создать универсального читера, который сможет применять неограниченное количество читов. Для этого они изучили множество читеров и вроде бы даже придумали, как обойти ограничения метаболизма на принятие всего одного чита. Как именно они собирались это сделать, я так и не понял, там что-то связанное с генной инженерией и другими заумными словами. Но своего они все же добились, по крайней мере, в теории – создали человека, который предположительно мог абсорбировать несколько читов и пользоваться способностями, которые они даруют, без ограничений. Однако, как водится, что-то пошло не так, и выяснилось, что получившиеся люди вообще не способны стать читерами – их организмы отвергали любые читы, словно бы внутри них уже какой-то артефакт находился. При этом использовать читы в качестве внешнего атрибута они были способны, на уровне простых людей, «казуалов». В общем, совсем, как я.

После череды новых многочисленных исследований выяснилось, что на самом деле ученые не сняли ограничение на один чит с организма, они его просто «переделали». Попытка подсадить абьюзеру чит, вытащенный из мертвого читера, увенчалась успехом, и артефакт прижился! Последующие аналогичные тесты привели к таким же результатам, и ученые сделали вывод, что эксперимент-то увенчался успехом! Абьюзеры действительно могли абсорбировать несколько читов одновременно. Вот только это должны быть не первые попавшиеся читы, а читы, которые однажды уже использовали для того, чтобы стать читером. Говоря проще – вытащенные из трупов. Будто бы организмы абьюзеров лишились какого-то важного механизма, нужного для того, чтобы подружиться с читами, и это стало возможно только в отношении тех читов, которые уже однажды с чьим-то организмом подружились.

Донорские читы… Даже звучит как-то жутко.

Однако, как ни крути, а находка внесла какую-то ясность в мою дальнейшую судьбу. Да, с одной стороны новости плохие – получается, я все это время копал не в том направлении в общем и зря взялся за эту работу в частности… Но сделанного уже не вернуть, так что нет смысла об этом печалиться. В конце концов, лишняя «панацея» лишней не будет ни при каких раскладах, ведь до того момента, пока я не найду возможности обзавестись «панацеей», с которой смог бы ужиться в одном теле, пройдет неизвестно сколько времени. Вполне возможно, что за это время я успею несколько раз умереть от поедающей меня изнутри болезни…

Кстати, что интересно – про болезнь-то ни слова не сказано. Во всем чертовом документе ни слова не сказано ни об одном об аутоиммунном заболевании… Получается, мое состояние не имеет отношения к проекту и это моя личная болячка? Тогда это вдвойне обидно.

Я снова пролистал документ, убедился, что ничего не пропустил и не недопонял, и закрыл его. Уже не сомневаясь, скопировал все содержимое папки себе на хад – пригодится. Пригодится точно так же, как «панацея», которую мне обещал Шмель. На крайний случай, все всегда можно продать, главное найти тех, кто заинтересован в покупке. А чтобы не продешевить с ценой, свяжусь со Скит. Что-то мне подсказывает, что в любом из случаев мне понадобится обращаться за помощью к Вивику, а там и сама Скит недалеко окажется.

Сложив все содержимое контейнера обратно в его мягкое губчатое нутро и закрыв защелки, я принялся за остатки сухпайка, не забывая мониторить обстановку вокруг себя.

Правда о том, что я оказался результатом лабораторного эксперимента, да еще и не особо удачного, почему-то совершенно не трогала. Наверное, кто-то другой на моем месте начал думать о том, как бы восстановить свою память и узнать, кем я был раньше, но я прекрасно понимал, что до этого еще как до Луны ползком. Сначала надо разобраться с моей болячкой и тем, как ее вылечить. А это, оказывается, вовсе не так просто, как я надеялся.

Доев и привычно собрав за собой весь мусор, я закинул рюкзак на плечо, подобрал автомат, щелкнул туда-сюда переводчиком режимов огня и отправился дальше по своему пути.

Остаток пути прошел без каких-то проблем. Огибая изредка встречающиеся по пути баги, я спокойно шел по пустошам. Я уже наловчился их определять на местности, это оказалось совсем не так трудно, как казалось поначалу. Даже на ровных плоских участках, вроде утоптанной земли или асфальта, если присмотреться, всегда можно было рассмотреть что-то неправильное, не такое, как везде. То марево над асфальтом, словно бы в жаркий день, то легкая взвесь прямо в воздухе, то слабое мерцание, словно танцующие в фонаре снежинки. Особенно заметны были те баги, которые шутили с гравитацией – все, что оказывалось в их радиусе действия, спрессовывалось в плоскость тощиной в один атом, поэтому такие области были заметны, как ничто другое. Пробы ради, я кинул в одну такую камешек, и даже его сплющило в тоненький блин, чего он не выдержал и рассыпался на мелкую пыль.

Несколько раз на горизонте возникало что-то похожее на силуэты людей, и я в таких ситуациях сбрасывал скорость и уменьшал силуэт. Где возможно – укрывался за укрытиями, где невозможно – падал прямо на землю. Ни с кем встречаться в мои планы не входило, поэтому я спокойно пропускал их мимо, пока не исчезнут из виду, и продолжал движение.

До Виндзора я добрался уже когда стемнело. Последний километр пришлось идти со включенным фонариком, иначе я просто не смог бы увидеть попавшийся на пути баг и влетел в него на полном ходу. А перспектива заночевать где-то в пустошах меня прельщала еще меньше, чем переться с фонариком, демаскируя себя. Так меня, может, никто и не увидит и не подстрелит, а вот если решишь поспать на открытом пространстве на территории Аномалиона, то точно проснешься от того, что какой-нибудь спидхак твою ногу глодает.

Каждую секунду ожидая, что вокруг меня защелкают пули и придется падать на землю, выключать фонарик и ползти в кромешной тьме, надеясь, что пули не найдут, что у противника не найдется тепловизора или хотя бы ПНВ, что не закатишься сослепу в баг…

Короче, готовый сразу ко всему, я все же дошел до города и без каких-либо проблем вошел внутрь. И только оказавшись за городскими стенами, позволил себе расслабиться.

Почти возле входа меня встретила пара полицейских, которые смерили меня недовольными взглядами, но приставать не стали – видимо, поняли, что я только что прибыл. Я демонстративно у них на глазах отстегнул магазин, разрядил оружие и закинул его за спину. Этого блюстителям порядка оказалось достаточно, и они сразу же потеряли ко мне интерес, а я направился прямиком в бар Шмеля.

Интересно, откуда они берут электричество? На улице считай ночь почти, а светло как днем благодаря уличным фонарям. У них тут есть откуда брать ток или они каким-то хитрым образом приспособили какой-то баг или что-то еще? Ну, вроде как тот ученый умудрился запустить лишенный питания проектор, воспользовавшись тем, что генерация насыпала ему кучу дармовой энергии? Было бы очень круто, если так – считай, из пустоты электричество. Вечный двигатель, как он есть.

Бар встретил меня все тем же неоновым лоском и приятной музыкой. На шесте привычно крутилась девушка, правда не моя старая знакомая, а какая-то другая. Зато вот за стойкой стоял все тот же Шмель, самолично разливая напитки и натирая бокалы.

Не мешкая, я сразу направился к нему, и, перехватив его внимательный взгляд, слегка кивнул. Он тоже едва заметно кивнул, снял с плеча полотенце, хлопнул по плечу своего напарника и вышел из-за стойки. Жестом позвал меня за собой и мы отправились к нему в кабинет.

– Пить снова не будешь? – спросил Шмель, как только мы оказались вдвоем.

– Нет желания. – честно ответил я, снимая рюкзак.

– Тяжело далось?

– В какой-то мере. – уклончиво ответил я, не уточняя, было мне тяжело физически или морально. – На модератора наткнулся.

– Да ты что? – удивился Шмель, но как-то не сильно. – И унес ноги?

– Не. Убил. – я отстегнул контейнер и поставил его на стол.

– Во даешь. – Шмель покачал головой, наливая себе из пузатой бутылки. – Не зря я выбрал именно тебя для этого дела. Если бы кто-то другой рассказал, что убил модератора, я бы, наверное, не поверил.

– А мне значит веришь? – хмыкнул я.

– Ты вернулся. Причем вернулся, успешно выполнив задание. Этого уже достаточно, чтобы тебе верить. Даже если то, что ты говоришь, звучит как сказки. Я открою?

Я пожал плечами и кивнул, не понимая, зачем он спрашивает разрешения.

Шмель развернул к себе контейнер и открыл его. Несколько секунд смотрел на содержимое, потом закрыл и убрал под стол:

– Добро. Примерно то, чего я и ожидал. Но смотри у меня, если окажется, что ты что-то прикарманил, я узнаю.

Он не угрожал, в общем-то. Он предупреждал. И я даже не собирался проверять, действительно ли он способен узнать и что он способен сделать в этом случае. Ведь я ничего не прикарманил. Я лишь скопировал, а это вовсе не одно и то же.

– А что там с моей проблемой? – спросил я, игнорируя его фразу.

– Как в аптеке. – ответил Шмель, снова запуская руку под стол и доставая оттуда небольшой сверток. – Забирай. Новехонькая, только-только из пустошей, можно сказать.

Я развернул сверток размером примерно с гранату Ф-1. Внутри оказалось что-то вроде багрового камня, сильно напоминающего и размером и цветом усохшее человеческое сердце.

– Это и есть «панацея»? – удивился я.

– А ты что, до этого видел какие-то другие «панацеи»? – усмехнулся Шмель.

– Я вообще ни одной не видел. – признался я. – Но я думал, она… другая.

– Ну, если не веришь мне, у тебя всегда есть хад с энциклопедией.

Точно! А я-то думал, что я все это время упускаю! У меня же есть хад, а в нем есть энциклопедия Аномалиона, мне еще Скит об этом говорила! А я и думать про нее забыл!

Решив воспользоваться предложением Шмеля, я достал хад и принялся копаться в меню в поисках приложения с энциклопедией. Запрятано оно оказалось глубоко, в отдельной папке, поэтому, наверное, я не обращал на него внимания раньше. Сейчас же я вызвал его и, открыв меню «читы», нашел там пункт «панацея».

Открылось описание артефакта вместе с фотографией, и да, это выглядело очень похоже на настоящую «панацею». По описанию я лишь пробежался глазами, так как все равно уже знал все, что мне нужно об этом чите.

– Отлично. – я кивнул, протянул руку и забрал чит. – Получается, мы в расчете?

– Пока что да. – усмехнулся Шмель. – Но, я думаю, это не последнее задание, которое тебе от меня перепадает. Я уже понял, что ты человек многих талантов, так что… Не пропадай.

– Обменяемся контактами? – без задней мысли предложил я.

– Незачем. – Шмель отмахнулся. – Линда уже взяла твой контакт, будем держать связь через нее.

– Не вопрос. Я перекантуюсь у тебя еще денек? Кстати, не знаешь, есть тут кто-нибудь, разбирающийся в оружии? Не в смысле купить, а в смысле подшаманить кое-чего.

– Есть такой человек, да. Недалеко, кстати, обитает – домов пять пройти. Можешь хоть прямо сейчас к нему зайти, он круглосуточно работает. Кличут Механиком. Если что-то несложное у тебя, то к завтрашнему утру уже готово будет.

– Круглосуточно, говоришь… – протянул я. – Ладно, тогда я сейчас скину вещи в комнате и отправлюсь к нему.

– Давай-давай. – Шмель махнул рукой. – Как надумаешь покинуть нас, к Линде обратись. И вообще по любым вопросам к ней обращайся, она у меня за правую руку тут.

– Договорились. – я кивнул и вышел из кабинета.

Комната дожидалась меня в том же виде, в каком была, когда я ее покинул – даже кровать никто не заправил. Наверняка, это произошло бы только в том случае, если бы в баре выяснили, что я умер. Вряд ли раньше.

Я оставил в комнате все, что было, оставив на себе только гражданскую одежду, которую не мешало бы выстирать, вместе с «панацеей», которую мне лень было вынимать из кармана, и автомат, причем автомат полностью разряженный – даже магазины оставил в номере. И в таком виде, повесив автомат за спину, я направился к указанному Шмелем Механику.

Мастерская этого типа оказалась неприметным местом. Все, что ее выдавало на улице – это крошечная неоновая вывеска, торчащая перпендикулярно стене, изображающая два перекрещенных пистолета. Даже никакого названия не было. Судя по всему, это место было только для своих. По крайней мере, я бы, проходя мимо, даже не задумался о том, что здесь что-то есть. А если бы и задумался – все равно бы не понял.

Я толкнул неприметную дверь и вошел внутрь, оказавшись в царстве оружия. Будто снова попал на склад к Скату, только в уменьшенную его версию. На многочисленных стеллажах лежали полуразобранные образцы оружия, а рядом с ними – россыпи деталей, тут и там торчали разнообразные стволы, в смысле, именно стволы, как часть оружия, а на стенах висели уже собранные и готовые, очень круто затюнингованные, образцы оружия. Настолько мощно обвешанные, что даже не всегда с первого раза получалось угадать изначальную пушку. Снайперские винтовки длиной во всего меня, марксманские, чуть покороче, штурмовые автоматические, из-за тюнинга прибавившие в весе еще половину от своей массы… Чего тут только не было.

Сам же Механик оказался мужичком лет тридцати пяти с каштановыми, зачесанными набок волосами, и в очках. На столе перед ним лежал разобранный голографический прицел, в котором он что-то паял до моего прихода, судя по разложенным рядом приблудам вроде канифоли и припоя. Механик внимательно выслушал меня, осмотрел цевье автомата, на который я попросил его придумать как приделать выносную кнопку, и кивнул.

– Пятьсот купонов. – сказал он. – Готово будет завтра. Устроит?

– Что, прямо так? – удивился я. – А спать когда?

– Я вообще не сплю. – ответил Механик, опуская на нос очки. – Никогда.

Тон, которым он это сказал, явно не подразумевал продолжения разговора, так что я пожал плечами и вышел. Не спит так не спит. Я тут и более удивительные вещи видел. Может, он в какой-то баг влетел, который сна лишает, в конце концов?

Кстати, о сне. Неплохо было бы и мне отправиться на боковую. Будь моя воля, я бы уже пару часов как дрых без задних ног… В прямом смысле причем – их, натруженных многочасовым пешим переходом, хотелось просто отстегнуть и поставить в угол, чтобы отдыхать отдельно.

Но я даже не успел дойти обратно до бара, как на хад мне упало сообщение… Ну надо же – от Медведя! Даже интересно, что ему могло понадобиться в такой поздний час? Вряд ли он решил пропустить со мной по кружечке пива внезапно.

Однако именно это он, по ходу дела, и задумал. Поскольку его сообщение было коротким, но достаточно емким.

«Ты где? Мне срочно нужно с тобой увидеться!»

Глава 23

Интересно, что могло понадобиться здоровяку так быстро? Прошел всего один… Ну, полтора дня с того момента, как мы разошлись, и он уже соскучился? Хотя судя по его формулировкам, скорее, ему что-то от меня было нужно, нежели просто появилось желание пересечься и выпить по стопочке.

Конечно, можно было проигнорировать его и отправиться на боковую, как я и собирался… Но это будет невежливо, после всего того, что мы с ним вдвоем пережили. В конце концов, может, я что-то забыл в Легионе и сейчас он хочет мне это вернуть? Короче ладно, отвечу.

Я набил короткое сообщение, сообщив, что я временно расквартировался в том же баре, в который он меня доставил в самом начале. Ответ не заставил себя ждать.

«Жди. Скоро буду.»

Вот так. Накрылся мой сон… Ну или как минимум – отодвинулся на какой-то срок. Впрочем, и хрен с ним, высплюсь потом, благо завтра никуда не надо и спать можно хоть до обеда. Выясню, что Медведю нужно от меня и на боковую. В самом деле, не для того же он хочет меня увидеть, чтобы прямо сейчас потащить на охоту за каким-нибудь местным стегозавром. А если и так – придется ему подождать, как минимум, пока мне не вернут основное оружие. Как максимум – пока я не отосплюсь.

Поэтому я со спокойной душой дошел до бара, нашел свободный столик и сел за него, решив дождаться Медведя тут. Ко мне тут же подскочил услужливый официант, предложив меню, я, решив, что неплохо было бы и подкрепиться, заказал макароны с тушенкой и чай, и, получив свой заказ буквально через десять минут, принялся за еду.

Медведь пожаловал, когда я уже закончил с трапезой и почти допил чай. Я его сразу заприметил, так как сел, само собой, так, чтобы видеть вход. Войдя в помещение, для чего ему пришлось даже немного пригнуться, здоровяк быстрым взглядом окинул зал и я поднял руку, чтобы он меня заметил. Конечно, он бы и так меня нашел, но с моей помощью это будет быстрее, и, возможно, я на минуту раньше освобожусь.

Медведь проплыл ко мне как ледокол среди маленьких айсбергов и сел на соседний стул. Удивительно, но на нем не было никакого оружия, даже пистолета – видимо, Центурия тоже соблюдала законы Виндзора. Наверняка в машине, на которой он приехал (не пешком же он сюда пришел) спрятан целый арсенал во главе с револьверным гранатометом, но то в машине, а здесь Медведь выглядел даже практически мирно. Плитник и очки не в счет, а наушники и вовсе висели на шее.

– Чай будешь? – спросил я, показывая глазами на чайник.

– Не, я быстро. – Медведь помотал головой. – Занят чем-нибудь прямо сейчас?

– Чай пью. – я усмехнулся. – Ты для этого мне написал, чтобы выяснить, чем я занят?

– Да это я так, разговор поддержать. – Медведь кисло пожал плечами. – Ладно, к делу! Мне нужно, чтобы ты сейчас поехал со мной.

– Здрасьти-приехали! – я удивился. – Это с какой такой радости?

– Ох… – Медведь вздохнул. – Если коротко, то тобой заинтересовался наш командир, Земекис.

Я даже удосужился изобразить некоторую заинтересованность:

– Что за Земекис?

– Наш командир, говорю же. Самый главный в Центурии.

– Это я понял, но почему это должно меня убедить? Я, видишь ли, устал и собирался спать. С чего мне сейчас срываться с места и ехать к тому, кого я даже не знаю?

– Как можно не знать Земекиса? – удивился Медведь. – Он же… Ах, да. Я и забыл.

Я улыбнулся и покрутил рукой в воздухе, призывая Медведя продолжать.

– Земекис это, можно сказать, живая легенда. Человек, который управлял всем красным сектором, еще когда существовала корпорация. Мало того, что он выжил во всем том хаосе, что творился под куполом, он еще и удержал от распада практически весь сектор. Он поменял идеологию, он поменял цели и задачи, но главное – он сохранил его единство тогда, когда, казалось бы, возможностей для этого не осталось.

– И как же он это сделал? – поинтересовался я. – Ну, я это про цели и задачи. Когда существовал красный сектор как часть Кроноса, мотивация логична и прозрачна – деньги. Каждый тупо зарабатывал тем, что являлся частью корпорации. А когда купол закрылся, что произошло? Я думаю, всем было не до денег.

– Зришь в самый корень. – Медведь кивнул. – О чем я тебе и толкую – Земекис смог преодолеть даже это и сделать так, что почти весь красный сектор остался… ну, или вернее сказать, перешел в состав Центурии. Не разбрелся, не развалился на мелкие банды, которые бы кошмарили простых людей, пользуясь своим оснащением и навыками, а очень даже наоборот – стал чуть ли не единственной структурой, которая бы обеспечивала защиту от этих банд. Это… Ну, ты, наверное, просто не помнишь того, что тогда творилось под куполом…

Я даже больше скажу – я не то что не помнил, я даже не знал, что что-то где-то когда-то творилось. И поэтому причин восхищаться неведомым Земекисом все еще не имел.

Но то, как им восхищался Медведь, меня почти что поразило. Если бы я видел его глаза, даже в полутьме бара скрытые под темными очками, я бы, наверное, увидел в них фанатичный блеск – настолько жарко звучали его слова. Он действительно искренне восхищался незнакомым мне Земекисом, а, учитывая все то, что я успел узнать о самом Медведе, это что-то да значило.

Только вот не для меня. Я все еще не услышал ничего такого, из-за чего готов был бы сорваться неведомо куда неведомо зачем… А даже и ведомо куда – зачем оно мне?

Судя по всему, на моем лице все было написано понятнее некуда, поскольку Медведь вздохнул и бросил в бой последний аргумент:

– Ладно, я вижу, ты непрошибаем. Тогда вот тебе последний аргумент – Земекис очень нелюдимый человек и на моей памяти, кроме своих приближенных, в число которых, как ты понимаешь, вхожу и я, официально приглашал к себе на разговор только трех человек. Двух после этого он наградил… Ну, ты не поймешь, поскольку потерял память, но выражусь кратко – по-царски наградил. Так, что они потом половину жизни могли бы ни в чем не нуждаться.

– А третьего? – поинтересовался я.

– А третьего велел казнить. Это был один из тех немногих, кто вышел из состава Центурии и подался в кочующие банды. Но ты же не из таких, правильно? Мы же оба знаем, что ты не из таких.

– Хочешь сказать, что он меня хочет видеть для того, чтобы наградить? – я усмехнулся. – Что-то с трудом верится. За какие такие заслуги, интересно?

– Я не говорил, что он хочет тебя наградить. – Медведь покачал головой. – Но он хочет тебя увидеть. Познакомиться. Помимо того, что Земекис великий человек, он еще и очень умный человек… Собственно, благодаря чему он и стал великим. Он водит знакомство со всеми более или менее заметными фигурами Аномалиона.

– Это я-то заметная фигура⁈ – изумился я. – С каких, интересно, пор⁈

– Да с того самого момента, как ты в одиночку убил технобиота! – Медведь развел руками. – И тут дело даже не в том, что ты его убил, это делали и раньше, правда редко и никогда – в одиночку. И дело даже не в том, как ты его убил – в этом тоже нет ничего удивительного. Дело в том, что ты в принципе решился пойти на тварь в одиночку, практически с голыми кулаками. Это или полная глупость или абсолютная отвага, что в ряде случаев – одно и то же. В общем, хочешь ты того или нет, но теперь ты – действительно яркая фигура в Аномалионе. Или вернее будет сказать – в Аномалионе есть некий псих, который представляет из себя яркую фигуру, рискнувшую в одиночку напасть на биота.

– Но, судя по всему, Земекис знает, что это конкретно за псих? – уточнил я.

Медведь неопределенно повел плечом:

– Когда я писал рапорт обо всем произошедшем с моей группой, то писал его, разумеется, с самого начала. С того момента, как мы оказались в северной станции четырнадцать и всего, что там увидели. Ну и само собой, я там упомянул о тебе, кто в одиночку уничтожил биота. К тому моменту, как рапорт дошел до командования, ты уже уехал, а к тому, как информация добралась до Земекиса – минули еще сутки. Вот и получилось, что, когда он выяснил о твоем существовании и захотел тебя увидеть, прошло так много времени. Ну а послали, понятное дело, именно меня, как из-за того, что у меня уже есть твой контакт, так и из-за того, что я в принципе с тобой хоть сколько-то знаком.

Я глубоко задумался. С одной стороны, ехать никуда жутко не хотелось. С другой стороны, заполучить в список своих знакомых, а то и друзей, если повезет, такую видную фигуру, как глава всей Центурии – дорогого стоит. И пусть сейчас мне это не особенно поможет, мне бы скорее помогло знакомство с аналогичным человеком из бывшего синего сектора, но смотреть-то всегда стоит в будущее.

Поэтому, для вида потянув время, делая вид, что взвешиваю все «за» и «против», я вздохнул и кивнул:

– Ладно, уговорил. Только я оружие сдал здешнему механику на проведение некоторых… улучшений, так что прямо сейчас ехать не могу. До утра подождет?

– Да что ты начинаешь! – Медведь махнул рукой, судя по тону явно обрадованный тем, что я не отказался сразу же. – Дался тебе этот автомат! Мы же тебя на броневике доставим, в лучшем виде, тебе не то что стрелять – тебе даже увидеть противника не суждено! Да и какие тут противники, тут же ехать десять километров, от самого большого и вооруженного города Аномалиона до Легиона, который сам себе – оружие! Да тут все банды и бандиты если и появляются, то лишь на то время, что им нужно, чтобы понять, куда они забрели, и побыстрее сделать отсюда ноги!

– Ты предлагаешь ехать без оружия? – изумился я.

– Да мы тебя как короля отвезем! – продолжал убеждать меня Медведь. – У нас три машины, никто и не посмеет на нас сунуться!

– Ну да, овощам расскажи. – ухмыльнулся я.

– Слушай, вот честное слово, если вдруг начнется какой-то замес, я тебе свой гранатомет отдам. – проникновенно сказал Медведь. – Вот насколько я уверен, что ничего не произойдет.

– Твоими бы словами… – вздохнул я.

Но на самом деле я уже готов был согласиться. Я банально вспомнил о том, что в Аномалионе может случиться все, что угодно, всегда, когда угодно. И пытаться спрятаться от неведомой и возможно даже несуществующей опасности в городе, который годами зарабатывал себе репутацию безопасной тихой гавани – плохая идея. Как минимум, потому что, по теории вероятности, чем дольше тут ничего не происходит, тем больше вероятность, что что-то все-так произойдет.

Не говоря уже о том, что потенциальная выгода от этой поездки многократно превышает вероятный риск. Где-то в глубине души шевельнулся параноидальный червячок, тихо вякнувший про то, что меня хотят убить, но я отмахнулся от него – если бы хотели убить, то просто не выпустили бы из Легиона. Если внезапно захотели убить уже после того, как я покинул Легион – я думаю, они вполне могли бы просто запереться в бар и выволочь меня за пределы города под ручки. И никто не то что не сказал бы им и слова против, а даже не успел бы среагировать и обратиться к той же полиции, которую еще попробуй найди. Короче, нет, они сюда ехали явно не для того, чтобы меня убить.

Да и потом – в разговоре с Земекисом, если придется, можно будет даже мягко надавить на то, что они меня вообще-то оторвали от заслуженного отдыха и заставили ехать даже без оружия, если к тому подойдет беседа. Тоже аргумент, как-никак. Пусть с самого начала чувствует себя моим должником.

– Ладно. – я хлопнул ладонью по столу. – Поехали. Но, если что, я останусь ночевать у вас.

– Да мы тебя обратно доставим раньше, чем ты заснешь! – хохотнул Медведь, явно довольный тем, что удалось меня уговорить. – Поехали!

Мы вышли из бара и погрузились в машину уже знакомого вида с пулеметной турелью. Еще две таких же пристроились к нам на выезде из города и таким составом мы поехали к Легиону. По пути все, включая меня, хранили молчание и лишь озирались по сторонам, сурово хмуря брови, мониторя обстановку и вообще изо всех сил делая вид, что везут и охраняют очень важную персону.

Добрались до Легиона быстро – я даже заскучать не успел. По уже знакомому пандусу машины поднялись в нутро железного острова, и Медведь выполз наружу, жестом приглашая меня за собой.

Мы снова шли по гулким стальным переходам и я снова ловил себя на мысли, что здесь настоящий лабиринт, ориентироваться в котором не представляется возможным. Даже если кто-то вздумал бы захватить Легион себе, даже если бы смог каким-то образом прорваться через заградительный огонь всех стволов и подняться в основные помещения, тут бы все и увязло. Атакующие просто рассеялись бы в этих коридорах и застряли, не зная, куда идти дальше. Возможно, на то и был расчет.

Через несколько минут Медведь остановился возле ничем не примечательной двери, точно такой же, как сотни других, уже пройденных, дверей и жестом пригласил меня войти. Я не стал заставлять его ждать, потянул дверь на себя и шагнул внутрь.

Я ожидал увидеть роскошный кабинет большого начальника, вроде того, что был у Шмеля – с баром и деревянным столом, но все оказалось намного проще. Земекис явно не страдал никакими комплексами, кроме, может быть, комплекса аскета. В его кабинете главенствовал металл. Из него был сделан стол, стулья, стеллажи и даже пол ничем не был покрыт и представлял из себя металлические листы с крупными клепками по швам.

Единственное, что в этом помещении не выглядело казенно-утилитарным – это окно. Это, кажется, вообще было единственное помещение из всех, что я тут видел, в котором было окно. И возле этого окна, заложив руки за спину, стоял человек в простом зеленом камуфляже и такой же расцветки кепи на голове. Он словно и не замечал моего присутствия, хотя я был уверен, что он знал о нем с первой секунды моего появления здесь.

– А я уже думал, вы не согласитесь принять мое приглашение. – наконец бархатным баритоном произнес Земекис, даже не оборачиваясь. – Опасался этого.

– Были такие мысли. – не стал скрывать я. – Но я решил, что это будет невежливо.

– Знакомый голос… – человек внезапно повернулся ко мне. – Мы не…

Орлиный, изломанный посередине нос, кустистые седые брови и серые глаза, которые моментально просканировали меня, будто тепловизор – вот и все, что я успел увидеть, пока Земекис не произнес пораженно:

– Сорок… пятый⁈

Я едва подавил в себе желание обернуться и посмотреть, нет ли кого-то у меня за спиной. Кого-то, знакомого этому человеку, которого лично я видел впервые в жизни.

– Простите, не понимаю, о чем речь?

– Сорок пятый! – пораженно повторил Земекис. – Черт побери, ну конечно! Разве обычный человек смог бы в одиночку уничтожить биота из жалкого автомата⁈ Я должен был догадаться, что это ты, что ты выжил!

– О чем речь⁈ – я слегка повысил тон. – Я не понимаю, о чем вы говорите!

– Проект «абьюзер»! Знакомое словосочетание?

– Черт возьми, да! Вы о нем что-то знаете? Вы можете мне рассказать⁈ Я потерял память, и ничего не помню!

– Потерял память? – Земекис внезапно полностью успокоился. – А что… Может, это даже и к лучшему. Но нет, рисковать я не могу. Никак не могу. Это против всех правил.

– Да о чем вы говорите⁈

Но, уже не слушая меня, Земекис достал из кармана хад и поднес его к уху:

– Медведь, зайди.

Буквально через несколько секунд, словно ждал под дверью, здоровяк ввалился в помещение:

– Да, командир?

– Выведи этого человека на доску.