Текст книги "Звезда погибели (СИ)"

Автор книги: Екатерина Ильинская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)

Нейна вдруг вспомнила, что хотела найти, и двинулась вглубь помещения, по наитию повторяя путь из первого сна. И совсем не удивилась, увидев начертанную на полу пентаграмму, но какую-то неправильную. Требовалось внести исправления: чётче линии, камнями зафиксировать точки пересечения, в вершинах лучей – свечи, а в местах слабого течения энергии – усиление травами. Тёмные пятна крови для призыва сущности из Бездны. В центре рисунка заклубился чёрный туман. Через секунду он принял форму человека, но колеблющуюся, зыбкую.

Жаль, что это только сон. Нейна хорошо понимала, что все происходящее не правда, а лишь попытка сознания побыстрее закончить с неприятным делом и сбежать из академии, где все время грозила опасность. Дрожь пробирала от мысли, что ее раскроют и заблокируют дар.

– Нашла что-то интересное? – прозвучал голос сзади, а на плечо легла рука.

– А-а-а! – Нейна подскочила от неожиданности и замахнулась так вовремя оказавшейся в руках книгой.

– Э-э, тише там, – Джеймс, к счастью, успел увернуться от книжной атаки. – Не хотел тебя пугать. Но вообще, тебе пора просыпаться, а то завтрак пропустишь, – с этими словами он толкнул Нейну прямо внутрь «Звезды погибели».

Секундное чувство полёта закончилось ударом об пол уже в комнате общежития.

– Да демон тебя дери! – Нейна села и потёрла ушибленную руку. Март выглянул из-под кровати и сочувственно боднул головой в плечо. – Надо стол придвинуть, а то летать мне так каждую ночь, – Март согласно рыкнул и пошёл толкать стол. Вместе с хозяйкой они управились за минуту.

И, как водится, если день неудачно начался, так он и продолжился: по пути в столовую магический вестник призвал адептку Аркур к куратору поговорить о прогуле. С завтраком пришлось мысленно попрощаться.

Найти нужный кабинет не составило труда – экскурсия во сне как будто была на самом деле, и ноги помнили, куда идти. Мимо учебных классов, в административное крыло, на второй этаж, два поворота налево и один направо, и вот она – цель. Трижды постучав и дождавшись ответа, Нейна вошла.

– Доброе утро, угощайтесь, – добродушный взгляд куратора и чай с булочкой для голодной адептки. Странная забота от постороннего человека, но Нейна откинула сомнения, села и приняла угощение.

– Доброе утро, магистр Дарент, – как хорошо, что имена всех преподавателей были записаны на дверях кабинетов, а то могло получиться неловко.

– Заблудились вчера в нашем лабиринте? – куратор понимающе улыбнулся и продолжил: – Нам надо решить несколько вопросов. Во-первых, фамильяр, – магистр полистал бумаги и достал формуляр регистрации магических сущностей. – С документами всё в порядке: достался от старших родственников. Давайте убедимся, что он вам подчиняется. Можете его проявить?

– Март, – позвала Нейна и посмотрела на волка. Тот зевнул и стал видимым. Призрачно синие всполохи на шерсти как всегда завораживали, а клубящийся огонь в глазах пугал. В непроявленном виде волк выглядел иначе. Безопаснее, привычнее.

– Отлично, – куратор с любопытством рассматривал Марта. – Первый раз вижу такого крупного зверя. У вас, должно быть, большой резерв, чтобы поддерживать его в такой великолепной форме.

«При чём тут резерв?» – Нейна удивилась, но виду не подала. Мать говорила, что фамильяр питается энергией мира, аккумулируя её внутри себя. Но учёный магистр об этом не знал. Может, у мамы с Мартом был другой принцип взаимодействия, который перешёл и к дочери? Новая разработка? Мама много экспериментировала с типовыми схемами и весьма успешно. Выдавать секреты кому попало, в планы девушки не входило, поэтому она просто кивнула и запихала в рот последний кусочек булочки.

– Вы можете скрыть фамильяра, не тратьте силы, – магистр закопался в документы, а Нейна промычала что-то согласное. Март насмешливо оскалился и потускнел, оставшись видимым только хозяйке.

– Теперь решим вопрос с факультетом. Так как вы ещё не определились со специализацией, то вас надо временно прикрепить к одному из направлений, – какие-то очередные бумажки из груды других бумажек мелькнули в руках магистра и легли перед Нейной. – Наверное, лучше всего подойдёт факультет тёмных сил, раз уж вы интересуетесь экзорцизмами, – от такого предложения Нейна подавилась чаем. Только сверхконтроля за действиями ей и не хватало.

– Не-не-не, только не тёмные силы, – судя по изумлённому взгляду куратора, такой резкий отказ требовал объяснений. – Нечисти боюсь. Ужас как. Детская травма, – Нейна посмотрела в глаза куратору, передавая всю степень уверенности в своих словах, и глотнула из пустой чашки.

– Хм, что же, тогда, может, к целителям? Там большой недобор, – Нейна закашлялась повторно. Лечить людей? Да она могла только искренне пожелать им всем сдохнуть. Тупые, злые и жадные.

– Не-не-не, только не к целителям. Крови боюсь. Ужас как.

– Детская травма? – уточнил магистр Дарент и даже не улыбнулся, хотя в глазах плясали смешинки. Нейна закивала.

– Тогда остаются природные отделения, но лучше заранее определиться с родственной стихией, иначе потом будет сложно. Места есть на факультетах воздуха и огня, – бумажки, ещё бумажки. Размножаются они прямо тут на столе, что ли? Перед Нейной положили два свитка с описанием факультетов.

Выбор без выбора: на огненном факультете Эддерли и недоумок из библиотеки, который похабно подмигивал, а у воздушников рыжая зараза с группой поддержки. За что Нейне всё это? Всё же явная неприязнь лучше насмешек, и, тяжело вздохнув, девушка сказала:

– Воздушники, – от прямых нападок её защитит Март. А ещё там на пятом курсе учился новый знакомый Джеймс Беннет, и это делало факультет воздуха как-то роднее.

– Отлично. Записываю вас, – магистр куда-то внёс её фамилию, что-то прошептал, и лишние бумаги вспорхнули и попрятались по шкафам и в ящики стола. Остался только свиток с основным расписанием и листок с указанием места и времени проведения факультатива. – Тогда больше вас не задерживаю. Идите, знакомьтесь с однокурсниками. Данные в информационном поле академии и на табличке вашей комнаты обновились.

Нейна кивнула, попрощалась и послушно отправилась на первую лекцию. Знакомиться ни с кем не хотелось. Наверняка будут смотреть свысока, ведь они прошли процедуру контроля и связали судьбу со стихией, а она нет. Чёрный злой огонь её силы не поддавался: жёг всё, даже металл и камень, не согревал, не приносил света. Наследие проклятой крови. Ничего! Она – Нейна – ещё всем покажет! Начертит «Звезду погибели» и допросит демона. И он ответит ей на все вопросы!

В аудитории все галдели. Преподаватель ещё не пришёл, и адепты сгрудились возле окна, что-то весело обсуждая. Нейна подошла к последней парте и с вызовом положила сумку. Вызов никто не принял. Только несколько человек посмотрели на новенькую, но потом быстро вернулись к обсуждению. Она тоже отвела взгляд, достала тетрадь и перо, развернула свиток-расписание. Получать информацию в браслете было всё ещё сложно и непривычно. Первой шла лекция по истории магии, потом законоведение (не путать с магической юриспруденцией), теория магических потоков, обед и свободное время, а вечером факультатив. Щадяще. Грузить адептов с самого первого дня, видимо, не собирались.

– Эй, как тебя? Аркур? – окликнула знакомая рыжая зараза. Обсуждение у окна закончилось, и все разошлись по своим местам, а она почему-то решила продолжить общаться. Голубая мантия совершенно ей не шла. Отвечать на хамское обращение не хотелось, Нейна и не стала, только бросила презрительный взгляд. – У тебя, значит, есть фамильяр? Хомяк какой-нибудь? – все засмеялись. Что ж, ожидаемо. Но таких было легко поставить на место, сила их пугала. Гораздо сложнее справиться с насмешками.

– Март, – Нейна кивнула фамильяру, и тот материализовался, вызвав изумлённые охи и ахи. – Взять! – волк оскалился и прыгнул. Рыжая заорала, попятилась, но слишком медленно. За миг до столкновения, когда все представили, как челюсти смыкаются на её горле, Март исчез. – Ещё вопросы есть? Нет? Прекрасно.

Тягостную тишину нарушил звонок к началу занятий и приход преподавателя.

Глава 4

Нейна Аркур

– Доброе утро, адепты, – проговорил большой грузный магистр Хубер. – Адептка Селина Сталдер, вам нехорошо? – рыжая и правда побледнела, через слой пудры проступили замаскированные веснушки. – Волнуетесь перед первым уроком? Не стоит. Садитесь.

Рыжая Сталдер прошла на своё место во втором ряду, бросив ненавидящий взгляд на обидчицу, и села с брюнеткой, с которой разговаривала во дворе академии. Нейне захотелось «дружески» помахать им рукой, но нарываться ещё больше не стоило.

– Достаём тетради, перья и начинаем записывать, – преподаватель не стал тратить время и сразу же принялся диктовать. – Изначально мир был лишён магии. Изменение реальности было доступно только посредством длительного физического воздействия на предметы и материалы. Но в результате неизвестного катаклизма в мир хлынула энергия иного рода, изменив привычный порядок вещей.

Магия не только изменила уклад жизни, но и дала людям способность пользоваться ею. Появилось много тех, кто получил власть над силой. Люди, обладающие ей, стали называть себя магами. Первоначально магия не имела специализации, а была неким универсальным инструментом, стоит заметить довольно грубым. Со временем выделились четыре направления в соответствии с главенствующими стихиями. Гораздо позже сформировались ещё два ответвления: тёмное, осуществляющее взаимодействие с нечистью, и работающее с тонкими эманациями смерти, и целительское, специализирующееся на излечении и сохранении жизни.

Магистр Хубер ходил по аудитории и начитывал лекционный материал. Форменная тёмно-синяя мантия мелькала то у окна, то у двери. Мел под действием заклинания скользил по доске, записывая ключевые вехи истории. Адепты скрипели перьями, перенося информацию в тетради.

– Как вы наверняка знаете, почти сразу маги объединились в гильдии, чтобы регулировать использование силы и не дать ей выйти из-под контроля. Трагические последствия спонтанных выбросов в контексте исторических периодов будут вашим домашним заданием. Точные темы прочитаете на форзаце учебника после лекции.

Адепты дружно разочарованно вздохнули, предчувствуя как долго придется сидеть над книгами.

– Записываем дальше. В противовес набирающим силу гильдиям среди обычных людей, напуганных мощью и возможностями магов, массовую поддержку и популярность получил институт церкви. Напряжение между гильдиями и церковью росло и вылилось в череду религиозных войн, которые мы с вами обязательно подробно разберём. Однако церковь не смогла противостоять нарастающей мощи магии. И, в конце концов, не без давления светской власти, заключившей договор с гильдиями, святые отцы были вынуждены пересмотреть свои взгляды и признать, что магия является не злом, а просто инструментом, который в умелых руках может служить на благо людям.

Парни, сидящие перед Нейной, зашептались. Разговоры донеслись и с других парт. Никто из присутствующих, конечно, не застал войну между церковниками и магами, но каждый мог поделиться историей гибели или героического поступка прадеда или другого предка. Все, кроме неё. Мать была сиротой, отца Нейна никогда не знала. И быстро перестала о нём спрашивать, видя боль в родных глазах. Мать и дочь словно кто-то вырвал из мира и общества, лишил корней, почти не оставил точек соприкосновения с привычной другим людям жизнью. Сухие листья, занесённые ветром в цветущий сад.

– Но и церковь и гильдии приняли новые взгляды болезненно. Церковь стала всячески препятствовать развитию магии, используя для этого все имеющиеся у неё средства. Маги, в свою очередь, решили пойти по пути популяризации дара и интеграции магии в привычный мир, в том числе организовали обучение всех проявленных одарённых. Это привело к созданию академий, которые не подчинялись и не подчиняются сейчас ни церковным, ни светским властям. Доля магов в общей численности населения империи составляет порядка восьми-десяти процентов, и все, получившие диплом о высшем магическом образовании, указом императора признаются равными по статусу среднему духовенству и мелкому дворянству и получают часть привилегий, доступных им. Неплохой стимул хорошо учиться, да? – внезапно спросил магистр Хубер, привлекая внимание продолжавших шептаться адептов. – Не говоря уж о том, что не сдавшим выпускной экзамен блокируют дар во избежание разного рода неприятностей. Но об образовательной системе вам рассказали в рамках вводной лекции. А я ещё добавлю, что над магами находятся только высшая аристократия, высшие же военные чины, совет правления и сам император. А теперь продолжим по теме нашей лекции.

Преподаватель сделал паузу, давая возможность адептам осмыслить открывающиеся перспективы, и взмахнул рукой, заставляя мел скользить по доске.

– В этот период гильдии были расформированы, и создан Верховный совет магов, который существует и по сей день. На данный момент острого конфликта между церковью и Верховным советом нет. Магия стала привычной частью жизни любого города и села не столько через одарённых, сколько через многочисленные артефакты, облегчающие людям жизнь.

Магистр Хубер продолжил говорить, а Нейна отложила перо и отвернулась к окну. Она могла бы рассказать, каким нападкам подвергаются маги в сёлах и деревнях, и что привычной частью жизни они так и не стали. Скорее на них спускали всех собак, если что-нибудь приключалось. Но она просто смотрела на птичку на ветке и старалась не вспоминать.

Звонок ворвался в мысли, вернув к реальности, состоящей из острых взглядов и ядовитых слов, которые не выливались на Нейну исключительно потому, что преподаватель остался в аудитории, а не ушёл на перерыв. Магистр сидел за столом и листал журнал посещаемости, просматривая данные адептов. Запястье чуть кольнуло в том месте, где сомкнулся магический браслет, отмечая присутствие на лекции. И тут же чуть подпрыгнул на столе учебник, открывая форзац, на котором проступило название темы для реферата: «Алексис Тёмный и его роль в учреждении комиссии магического контроля».

Тема, в общем, была не сложной, но браться за её изучение совсем не хотелось. Не было желания в очередной раз чувствовать угрозу и страх, думать, как избежать процедуры контроля. На форзаце тем временем появился и список дополнительной литературы для подробного раскрытия темы. Остальные адепты тоже уткнулись в учебники, разглядывая собственные задания: кто-то кривился, кто-то хихикал, кто-то оживлённо жестикулировал. К Нейне никто не подходил. Ни в этот перерыв, ни после лекции, ни после скучного законоведения. Только смотрели с опаской или злобой. Но сразу отворачивались, стоило поймать их взгляды. Может, не стоило натравливать Марта на Сталдер? Но ведь иного выхода не было.

Теория магических потоков прошла быстро. Мэтресса Дилони увлечённо чертила на доске схемы, показывала взаимодействие разных стихий через заклинание иллюзии и сумела заинтересовать всех без исключения. Никто не хотел уходить. Когда прозвенел звонок, адепты окружили преподавательницу и засыпали вопросами. Нейна тоже думала подойти и спросить про избыток силы. Просто для информации. Но толкаться локтями, соревнуясь за внимание, не стала. Поколебавшись, она вышла из помещения и направилась на обед. И вроде всё сделала правильно, а чувствовала себя проигравшей.

В полупустой столовой стоял радостный шум: все делились впечатлениями от первых лекций, знакомились, обсуждали, как и где лучше всего проводить свободное время. Нейна села одна, наверное, впервые в жизни пожалев о наличии пустых столов. Хотелось стать частью этого веселья, легко перепархивать с темы на тему, смеяться над чужими шутками, шутить самой. И вроде всё так близко – просто встань и подойди, но сделать это было совершенно невозможно. Уткнувшись в тарелку, она стала медленно есть тыквенный суп.

– Не занято? – на стол опустился полный еды поднос. А затем, не дожидаясь ответа, напротив сел Эддерли. Нейна огляделась – пока она упивалась своим одиночеством, все места заняли. – С разговорами лезть не буду, – неправильно истолковал её взгляд Тейлор и молча принялся есть.

Нейна мысленно взвыла. Вот сейчас мог бы и с разговорами влезть, но огневик будто специально издевался. Хотя, признаться, выглядел он не очень: кожа была не просто бледной, а синевой отдавала, круги под глазами углубились, а волосы, словно пеплом присыпало.

– Тяжёлый день? – пересилив себя, Нейна начала разговор первой. Всеобщее веселье и оживление давили, и приход Эддерли стал спасением. Упустить этот шанс она не могла.

– Небольшие затруднения. Справлюсь, – он криво усмехнулся, так и не подняв глаз от тарелки. И снова замолчал. Нейна хотела спросить что-нибудь ещё, но не смогла придумать. Наверное, не стоило и начинать.

– Как тебе первый день? Волнительно? – вопрос раздался в тот момент, когда она потеряла всякую надежду, сидела и ругала себя, что вообще заговорила. Мысли сбились в кучу, отказываясь выходить по одной, и вместо интересного, в идеале шутливого ответа раздалось невнятное мычание.

– Э-э-эм, ну-у-у, да, – Нейна схватилась за первые попавшиеся воспоминания и сказала: – Надо написать реферат по Алексису Тёмному. И я натравила фамильяра на одногруппницу, – подумала и втянула голову в плечи. Пожалуй, это было не то, в чём следовало признаваться. Но Тейлор засмеялся.

– А я смотрю, ты чемпион по завязыванию дружеских связей, – и было в этой фразе что-то такое личное, будто и сам он в дружбе не преуспел. К тому же он сидел с первогодкой-неудачницей, а не в компании огневиков со своего курса. Поэтому его замечание не показалось обидным, а развеселило.

– Стараюсь как могу, – первый раз за этот день она искренне улыбнулась, и внутри стало тепло и радостно.

– Хочешь, дам реферат про Алексиса? Я тоже по истории про него писал. Может, не совсем подойдёт, так как темы каждый год меняются, но что-то полезное будет, – Тейлор оживился. Кажется, ему тоже хотелось простых разговоров про учёбу, преподавателей и практику, но по какой-то причине он не мог их вести со своими друзьями.

– Было бы здорово, – обрадовалась Нейна. Гораздо лучше, чем копаться в бесконечных книжках, которые советовал магистр Хубер.

– Ты на каком факультете? Точно не огонь, я бы знал. И наверняка не целители с твоей-то «любовью» к людям. Земля? – коричневая мантия не давала подсказок, и Эддерли гадал, полагаясь на интуицию, которая отчаянно его подводила.

– Нет. Осталось две попытки.

– Хм... Не думаю, что тёмный – это было бы слишком очевидно. И не воздух, – Тейлор побарабанил пальцами по столу и задумчиво нахмурился, не заметив, как у Нейны вытянулось лицо. – Вода?

– Почему это не воздух? – одновременно спросила она.

– Ты на факультете воздуха? – взгляд Эддерли потемнел и стал угрожающим, а руки сжались в кулаки. – А на кого ты фамильяра натравила? – он даже привстал.

– Ты чего? – от неожиданности Нейна вжалась в спинку стула. Сейчас Тейлор не казался ни больным, ни слабым, скорее смертельно опасным. И очень не хотелось проверять, так это или нет. Мелькнула мысль, что Март может не справиться с такой угрозой.

– На кого? – кулак грохнул по столу, тарелки подпрыгнули на подносах, а Нейна сглотнула.

– На Сталдер, – кажется, так рыжую назвал преподаватель. – Она сама напросилась, – почему-то хотелось оправдываться, но Тейлор уже успокоился. Сел на место и уставился в тарелку.

– Шелли Эридан не трогай, она под моей защитой.

– С-сестра? – страх отступил, но любопытство осталось. Вспомнить бы ещё, кто такая Шелли Эридан. Но идей не было. – Повезло ей, – Нейна сказала и пожалела: в минуты потрясения она редко могла контролировать язык.

Тейлор удивился – настолько, что подавился супом, который в тот момент ел, – и долго мучительно откашливался, пока Нейна также мучительно краснела, думая, как объяснить, чтобы её правильно поняли.

– В смысле, брат у неё есть. Я тоже всегда хотела старшего брата, – объяснение было вполне подходящим, но Тейлор, отпившись компотом, все равно странно смотрел.

– Лез бы в твои дела и давал советы? – разговор катился к демонам. И зачем было вспоминать вчерашнюю перебранку?

– Защищал бы! – рявкнула Нейна. Захотелось встать и уйти. Или дать Эддерли подносом по голове, чтобы прекратил бесить. Но в глазах парня появилась такая тоска, что вся злость испарилась.

– Так себе из меня защитник, – горько сказал он и начал собирать посуду на поднос, хотя рис и котлеты остались нетронутыми.

– Меня впечатлило. – Хотелось успокоить его, вернуть ту лёгкость, которая развеялась как дым на ветру. Но попытка утешения с треском провалилась.

– Первокурсниц пугать много ума не надо, – Тейлор встал и отправился относить посуду.

– А вот и надо! – Нейна схватила свой поднос и бросилась вдогонку, решив не оставлять за ним последнее слово. – Я даже сферу смерти могу создать.

– Ты бесконечно крута, кто бы спорил, – подносы звякнули о стол приёма грязной посуды. – Страх и ужас Верлийской академии магии.

– Я не стра… – Нейна начала было спорить, но засмеялась, когда поняла, что её просто подкалывают.

– Улыбка тебе идёт, – подмигнул Эддерли. – Давай отдам сейчас реферат, а то потом могу не успеть, – и пошёл вперёд.

– Как тебя сестра терпит? – Нейна поравнялась с ним и пошла рядом. Это оказалось… приятно. Совсем не так, как во время поисков её комнаты, когда приходилось тащиться следом, проклиная всё на свете и ненавидя всех вокруг. Сейчас, наоборот, возникло чувство безопасности. Первый раз со дня смерти матери.

– Да примерно так же, как ты: то смеётся, то обижается. Сейчас вот не разговариваем, потому что Шелли считает, что я лезу в её личную жизнь.

– А ты лезешь? – вообще легко представлялось, как Эддерли раздаёт советы и раздражает уверенностью в своей правоте.

– А я лезу. Потому что знаю лучше. – Они поднялись по лестнице на третий этаж и начали плутать по лабиринту коридоров.

– Откуда ты знаешь, что для неё лучше?! – Возмутительное заявление заставило вступиться за незнакомую девушку. Сейчас Нейна ей сочувствовала, а не завидовала.

Тейлор тяжело вздохнул и не стал отвечать. Кажется, именно таким образом проходили все братско-сестринские разговоры, и Нейна прикусила язык. Всё-таки это было не её дело. К счастью, они как раз дошли до нужной комнаты, и щелчок двери нарушил неловкую тишину.

– Зайдёшь? – Тейлор выглядел мрачным, но пытался оказывать гостеприимство. Заглянуть к нему было любопытно, но чувствовалось, что неловкость только возрастёт, когда они окажутся в одном помещении, поэтому Нейна помотала головой, пробормотав, что подождёт снаружи.

Эддерли скрылся в комнате, а она стала разглядывать коридор, который ничем не отличался от других таких же. Из-за приоткрытой двери доносилась тихая ругань, шелест страниц, грохот от падения книг. Нейна повернулась на звук и заметила табличку.

«Тейлор Эддерли, адепт четвёртого курса, факультет огня. Кубок за первое место в 70-х соревнованиях факультетов (второй курс). Кубок за первое место в 71-х соревнованиях факультетов (третий курс). Благодарность за вклад в разработку заклинания огненной плети. Медаль за боевые заслуги (Красная пустыня, Мёртвая долина, 3454 г.). Императорская милость (Верлия, 3454 г.)».

– Нашёл, – Тейлор помахал перед носом свитком с рефератом, отвлекая Нейну от бесконечного перечитывания данных на табличке.

– А-а-а, это?.. – Слов не нашлось, поэтому она ткнула пальцем в надписи. Как можно было говорить о своей неспособности защищать после всего перечисленного на двери?

– Случайно повезло, – буркнул Тейлор, впихнул Нейне в руки свиток и специально встал так, чтобы закрыть табличку.

– Но там же… – Она вытянула шею, чтобы ещё раз увидеть надпись.

– Не важно, – Тейлор сдвинулся в сторону, снова закрывая обзор. – На бумаге это выглядит красивее, чем в действительности.

– Теперь понятно, за что тебя девушки любят, – вспомнила она слова Джеймса об адептках, павших к ногам огневика. Брови Эддерли взлетели вверх, и Нейна вдруг сообразила, что и кому говорит. Кровь прилила к щекам. Захотелось закрыть лицо руками и закричать. Или провалиться сквозь пол, желательно прямо к себе в комнату, и там орать в подушку. Демоны, Всегосподь, кто-нибудь, вырвите у неё язык!

Тейлор рассмеялся. Но не обидно, а мягко, по-дружески.

– Не думал, что до первокурсниц так быстро доходят сплетни. Многое изменилось, Нейна. Пойдём, провожу до твоего этажа, мне нужно в главный корпус, – она кивнула, но так и не решилась поднять на него глаза.

Всегосподь, Тейлор же не подумал, что она в него влюбилась? Только не это! Сердце продолжало лихорадочно стучать в груди, словно хотело выйти вон и покинуть нерадивую хозяйку. Была бы возможность, Нейна тоже рванула от этого стыда и позора, но побег виделся ещё более унизительным, чем идти рядом с Эддерли и мечтать, чтобы коридоры, наконец, закончились.

– Я ничего не подумал, – первым прервал затянувшееся молчание Тейлор.

– Я ничего не говорила, – невнятно ответила Нейна.

– Ты так громко думаешь, что аж буквы на лбу проступили.

– Ничего не… – рука рефлекторно взметнулась ко лбу, чтобы стереть иллюзию, но на полпути остановилась. И хоть Нейна опять попалась, она была благодарна за эту фразу, разрядившую атмосферу. – Ах, ты, – она дружески пихнула его в плечо, надеясь, что и он улыбнётся. Но Тейлор болезненно поморщился. – Прости, я не…

– Всё нормально, – поспешно оборвал её Эддерли, явно не желая продолжать тему.

К счастью (или наоборот) показалась лестница. Идти в комнату не хотелось, но и оставаться в обществе огневика было невыносимо – вполне реальным представлялось умереть от смущения. Да и повода продолжить разговор не нашлось. Так ничего и не придумав, Нейна просто махнула ему рукой и отправилась к себе делать домашнюю работу и готовиться к факультативу.

Свиток с рефератом Тейлора оказался весьма интересным, а главное, там использовалась вся необходимая дополнительная литература. Списывать, конечно, было плохо, но и терять время на то, чтобы угодить историку, не хотелось. Она тут максимум до зимней сессии, так что об оценках можно было не беспокоиться.

Сев за стол, Нейна заскрипела пером по бумаге. Самостоятельно дописать пришлось только фрагмент с бесконтрольным выплеском тёмного дара, который истончил защиту мира. Тогда полчища нечисти хлынули на людские земли из портала в Бездну, открывшегося в Красной пустыне, которая тогда была вполне благополучным сельскохозяйственным районом империи.

«Именно масштабы произошедшей трагедии и многочисленные жертвы послужили причиной принятия решения об учреждении процедуры контроля дара, в рамках которого сравнивается объём доступных магических сил и ёмкость нервной системы носителя, то есть способности человека этим даром управлять.

В процедуру также входит посвящение мага тому или иному направлению, то есть привязка к выбранной стихии, которая помогает в освоении специализированных заклинаний и, таким образом, снижает затраты психики на взаимодействие с силой».

В этом-то и была проблема, психика Нейны не справлялась с сокрытой внутри разрушительной энергией. Она могла вызвать мощную сферу смерти, но не призвать щелчком перо. Могла поджечь всё вокруг, но свечу зажигала только кресалом-артефактом. А при спонтанном выбросе три месяца назад чудом не выгорел целый лес. Сила ощущалась топором, слишком тяжёлым для слабых рук – того и гляди на ногу уронишь или себе же по лбу заедешь. Единственной реальной защитой для Нейны был только Март.

Вот и сейчас, почувствовав настроение хозяйки, он положил голову ей на колени, позволив тонким пальцам зарыться в едва ощутимую призрачную шерсть и перебирать, пока печаль и тревоги не уйдут. Это действие всегда успокаивало Нейну, и даже давление дара становилось посильным, переносимым, внушало надежду, что она найдёт ответы на вопросы, научится управлять своим демоническим огнём и просто… найдёт отца.

Вздохнув последний раз, она благодарно чмокнула волка в нос и вернулась к реферату.