Текст книги "Ошибка призыва. Самозванка в Академии драконов (СИ)"
Автор книги: Екатерина Евгеньева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)
– Мы заметили это, профессор.
О, нет! И зачем он злит её ещё больше? Я, конечно, понимаю, что отношения с её родственницей дают определённые поблажки в общении с руководством, но не до такой же степени!
Я шикнула на Германа, призывая помолчать хотя бы пока она рядом, но в этот момент Белинда остановилась перед дверью ректора и громко постучала.
Стук глухим эхом разнёсся по коридору, а я закусила губу в слабой надежде, что сейчас уже поздно, и ректора не окажется на месте.
– Да что ж такое, – я с неохотой вошла внутрь, когда дверь приоткрылась, впуская нас в кабинет, где горел свет.
Глава 9
Дамиан Герц
Бывают такие дни, когда всё идёт не так, как должно, с самого утра. Видимо, сегодня был как раз такой случай. Вначале он проспал, словно студент, что кутил всю ночь без остановки. Единственное отличие – таким непотребством он уже давно не занимался. Должность и груз ответственности не позволяли вести себя подобным образом.
– Замолкни! – махнул рукой, и трель звонка магфона резко оборвалась на самой верхней ноте. Даже не посмотрев на сообщение, поднялся и направился в ванную.
Через полчаса чисто выбритый и одетый с иголочки, ректор академии драконов с унылым видом взирал на такую же унылую серого цвета овсянку.
– И ты предлагаешь мне съесть это? – он гневно смотрел на чёрную тень, пристроившуюся в углу. – Молчишь?
Тень после его слов стала будто бы темнее, а потом и вовсе исчезла, оставляя после себя следы глубоких царапин на полу.
– Развею! – крикнул он в сердцах, хотя и понимал, что абсолютно не властен над духом, что прислуживает ему по собственной воле.
Сделав глоток крепкого горького и уже порядком остывшего кофе, ректор поморщился и отложил столовые приборы в сторону.
В приёмной было пусто: ни секретаря, ни толпы нерадивых студентов, прибывших за получением листков с наказаниями. Только шум маятника часов, висевших на стене, изредка нарушал оглушительную тишину.
Не успел он сесть за стол, как стены кабинета задрожали, извещая ректора о скором открытии портала. Вскоре в кресле уже сидел высокий черноволосый мужчина, небрежно закинув фиолетовый сюртук на журнальный столик.
– Что-то ты рано, стало скучно во дворце?
Глаза гостя на секунду сверкнули жёлтым, а затем вернули свой первоначальный цвет.
– Ты, наверное, там слишком долго не был, раз думаешь, что в этом рассаднике лизоблюдов может быть скучно. Только отвлечёшься – и тебе уже лобзают руки, – мужчина грустно засмеялся, с досадой посмотрев на оппонента. – Вот ты – другое дело.
– И чем же это кресло ректора, по твоему мнению, привлекательнее? – Дамиан вопросительно приподнял бровь.
– О, чудное время моей молодости! – гость мечтательно закатил глаза, мыслями возвращаясь в прошлое. – Дамиан, скажи, а студентки сейчас всё такие же красивые, как и в наше время?
– Не знаю, как в твоё, – ректор чуть закашлялся, – ты всё-таки старше меня лет на пятнадцать. Но в моё всё было довольно неплохо.
– От, шельмец, выкрутился! Так, а что же сейчас? Красивые? – он придвинул кресло чуть ближе, проскрежетав резными ножками по полу.
– Странные вопросы для женатого человека, ты не находишь?
– Не язви! – в голосе моментально прорезались стальные нотки, а температура в комнате упала на несколько градусов.
– Ох, дядя, и в мыслях не было! – мужчина за столом поднял руки вверх, будто капитулируя. – Филипп, может, всё же расскажешь, что привело тебя в обитель знаний? Вряд ли желание обсудить учеников.
– Ты прав, – взгляд его вмиг стал серьёзным. – Меня беспокоят недавние события в академии. Есть ли какая-либо новая информация? Но ещё больше меня беспокоит Герман. Насколько я понял, он встречается с девчонкой, чья подруга была найдена в душевых. Мне бы не хотелось, чтобы его имя хоть как-то фигурировало в этом деле. Микаэля я уже предупредил об этом.
– Твой цепной пёс хоть раз тебя подводил? Если ты дал чёткие указания своему дознавателю, то можешь быть уверен, что всё будет в порядке, – Дамиан чуть поморщился от излишнего внимания царственной особы к этому делу. Он не любил, когда из благих, по мнению его дяди, побуждений, в дела академии начинали лезть люди, которые с ней не связаны и радеют лишь за свои интересы.
Зная Филиппа, можно было ожидать глубокого расследования, но лишь с целью удостовериться, что его сыну ничего не угрожает. Сам же он хотел, чтобы дело расследовалось без оглядки на статус задействованных в нём лиц.
– Если ты посодействуешь тому, что мой сын по какой-либо причине расстанется со своей нынешней пассией, то я буду премного благодарен. Например, расщедрюсь на ремонт в крыле преподавателей, а то я смотрю, у вас там давно не обновляли интерьер.
Дамиан тяжело вздохнул: в этом весь его дядя. Он давно смирился с тем, что его просьбы всегда больше похожи на приказ, даже в том случае, когда дело касается семьи. Спорить и выдвигать свои аргументы абсолютно бесполезно. Как можно заставить будущего наследника престола и двадцатилетнего студента бросить девушку, с которой он встречался уже больше года? И надо ли ему вообще этим заниматься? Не хотелось портить отношения ни с кем из родственников, но если выбирать между будущим правителем и ныне действующим – ответ очевиден.
– В общем, племянничек, надеюсь, что мы друг друга услышали. Всё, мне пора, не провожай, – с этими словами, не дожидаясь ответа, он исчез в сизой дымке, не забыв предварительно захватить свой пиджак.
– И это только десять утра! Что же будет дальше? – Дамиан устало опустился в кресло, потирая переносицу. Впереди его ждал целый ворох бумаг, неаккуратной стопкой разложенный на столе. – И где же тебя носит, помощник?
Спустя несколько минут мужчина уже вовсю зачёркивал строки в пергаментах, периодически качая головой в удивлении: «И как можно было додуматься написать такую чушь?»
Стопка проверенных работ постепенно росла, грозя перевернуться, когда в дверь громко постучали.
***
Дамиан
– Кто там?
Ответа не последовало, зато дверь приоткрылась, и в неё быстро впорхнула женщина, принеся с собой приторный запах лавандовых духов.
– Дами, милый, я так соскучилась! – не дожидаясь ответа, она подошла к столу, забрала из руки опешившего мужчины перо и положила его рядом.
– Почему секретарь не доложил о твоём визите, Изабелла? Или ты снова отправила его за стаканом воды и прошла, пока того не было на месте?
– О, я просто подумала, что тебе необходимо развеяться! Весь день сидеть с этими скучными бумажками просто невыносимо, – она говорила быстро, жестикулируя руками и одновременно медленно усаживаясь на краешек дубового стола.
Дамиан поморщился, когда поток слов превратился в лавину звуков, что грозила полностью затопить его сознание. Никогда раньше ему не было настолько неприятно от звука голоса своей пассии. Сейчас же хотелось попросить её говорить тише и безо всяких этих «охов» и «ахов».
В какой-то момент вдруг осознав, что она рассказывает ему о цвете шляпки своей подруги, Дамиан резко встал из-за стола и отошёл к окну. С удивлением отметил, что её речь не прервалась ни на секунду и всё так же лилась без остановки.
Сквозь стекло он смотрел на гуляющих студентов, отмечая вновь сформировавшиеся парочки и мысленно ставя себе заметку обратить внимание на их успеваемость. Он ещё помнил те времена, когда и сам носил учебную мантию – как только появлялся намёк на серьёзные отношения, то на учёбе временно ставился крест вплоть до расставания, и так по кругу. А во время практики и дипломной личная жизнь стандартно ставилась на паузу, дабы не портить отметки.
Он всё стоял и размышлял, как докатился до того, что женщина в его присутствии говорит о своих подругах, когда внезапно стало тихо, а позади послышались приглушённые ворсом ковра шаги.
– Дами, сладкий! – Изабелла нежно обвила руками его торс, а пальчиками игриво пробежалась по животу, вытаскивая из-за пояса брюк рубашку.
Уверенный, что сейчас тело привычно откликнется на такую ласку, он даже приготовился притормозить её. Но, как ни странно, никакой реакции не последовало. Немного щекотно, но не более того. Да и мысли остались кристально чисты, безо всякой постельной ерунды.
Немало удивлённый, он развернулся, встав лицом к своей любовнице, и глядя прямо в её глаза, наклонился поцеловать. Губы терзали губы, иначе это не назвать – но никакого удовольствия. Лишь слабый стон Изабеллы, что повисла в его руках, вызвал хоть какую-то эмоцию, и то это был еле сдерживаемый смех.
– Белла, прекрати, – он перехватил её руки, что уже тянулись к застёжке на брюках, и немного отстранился.
– Какой ты всё-таки скучный, Дами! – она капризно надула губы с размазанной по ним ярко-красной помадой. – Мы столько лет с тобой вместе, а ты всё такой же.
– Какой же? – впервые уловил обиду в её тоне. Обычно лёгкая и весёлая, она не давала даже намёка на недовольство.
– Помешанный на своих студентах! – Белла махнула рукой прямо по бумагам, что лежали на столе, отчего те рассыпались по гладкой поверхности.
– Если ты забыла, то я ректор этой академии. И это моя прямая обязанность – быть, как ты выразилась, помешанным на них. Мне за это платят.
Он не стал говорить, что любит свою работу и задерживается допоздна не только потому, что его никто не ждёт дома. Ещё в начале отношений договорившись проживать раздельно, они так и не смогли перейти эту невидимую черту. Пять долгих лет встречались лишь по выходным и праздникам, до сих пор редко выходя вместе в свет.
За какую-то долю секунды в голове всплыли все яркие моменты отношений, и Дамиан с горечью осознал, что того трепета, что будоражил кровь в первые годы знакомства, больше нет. Да и можно ли вообще называть происходящее между ними отношениями? Так, физиология, способ снять стресс, не более.
Решение пришло быстро:
– Больше не стоит приходить ко мне. На этом всё.
– Что? – она непонимающе хлопала ресницами, что почти касались бровей.
– Нам надо расстаться, – он не был уверен, что говорит всё правильно, сказывалось отсутствие опыта в таких делах. Но знал точно – если не закончит эти отношения сейчас, то пожалеет впоследствии. Всё внутри бунтовало и бурлило при мысли о продолжении встреч с Беллой.
– О, великие драконы, только не говори мне, что я впустую потратила на тебя столько времени, и сейчас ты меня бросаешь после того, что между нами было? – Белла пристально смотрела на мужчину, но не было в этом взгляде и капли горечи. Лишь досада от несбывшихся надежд.
Внезапно Дамиану всё в ней показалось фальшивым: и белоснежные волосы, закрученные в мелкие кудряшки, и нарочито длинные ресницы, что делали глаза по кукольному большими. И даже красное платье с расстёгнутыми сверху пуговицами сейчас смотрелось на ней нелепо.
Положение спас его секретарь Фредерик. Он без стука открыл дверь, заставив Беллу отскочить от стола на приличное расстояние.
– Господин ректор, вас хотят видеть… – Дамиан кивнул ему, и секретарь бесшумно покинул кабинет.
– До встречи, Дами, – Белла протянула было руки для поцелуя, но под строгим взглядом мужчины стушевалась и повернулась к выходу.
– Прощай.
В дальнейшем день прошёл как обычно: встречи с попечителями, лекции, работа с документами и подготовка к практикумам. Иногда ему казалось, что не будь этой бумажной волокиты, он успевал бы намного больше. Но от неё никуда не деться, и приходилось отправлять в министерство множество исписанных листов пергамента, чтобы они осели на столе какого-нибудь секретаря.
Смета затрат для обновления инвентаря была сделана и проверена несколько раз. Он уже был готов погасить светильник и отправиться к себе в комнату, как неожиданно в дверь постучали.
***
Дамиан
Дамиан посмотрел на часы, они показывали половину одиннадцатого.
Громкий требовательный стук повторился, и ректор нехотя подошёл к двери.
– Неожиданно, но прошу, – он посторонился, пропуская поздних визитёров.
Первой зашла новенькая, Лина, опасливо озираясь по сторонам. За ней уже смелее, но также медленно двигался Герман, и завершала процессию сама Белинда Джефферсон.
Почему-то тот факт, что они явились вместе, неприятно кольнул.
– Господин Герц, Дамиан, – профессор по зельеварению прошла вглубь кабинета и сразу же взяла слово. – Это вопиющее нарушение правил академии. Я прошу, нет – требую наказать их!
– Больше фактов, Белинда. Наказать за что? – Дамиан чувствовал себя слишком уставшим за сегодня, чтобы тратить на разборки больше времени, чем это необходимо.
– Они были в коридоре вдвоём после сигнала к отбою. И ещё неизвестно, чем занимались ДО этого, – она многозначительно поиграла бровями, сделав акцент на этом «до».
– Не буду спорить, нарушение комендантского часа я рассмотрю. А вот чем студенты занимаются в свободное время, остаётся на их усмотрение. Если это, конечно, не противоречит Уставу академии. Герман?
– Я учил Лину вызывать магический огонь. В коридоре было пусто, я держал всё под контролем до появления профессора, – парень был спокоен и уверен в своей правоте.
Дамиан не мог его судить за это. Покровительство императора играло свою роль и давало определённые поблажки. И одна из них – личное заступничество ректора в случаях, если это не грозило потерей репутации.
– Герман, напомню тебе, что практические занятия проводятся в специальных комнатах. Уж ты-то должен это знать, – Дамиан с неохотой вернулся за свой стол. – Неделя отработки в зверинце за нарушение пункта пятого Устава, и ещё неделя за двадцать пятый.
– Как скажете, господин ректор, – Герман принял наказание со всей стойкостью, даже не попытавшись вступить в спор.
– Теперь, что касается вас, Лина. Я понимаю, что вы в академии совсем недавно…
Девушка смотрела на него, ловя каждое слово и боясь пропустить что-то важное. Это было так… необычно. Чаще всего студенты прячут глаза в пол, что-то невнятно мямлят в оправдание, чем злят неимоверно. Здесь же всё наоборот. Хотелось утешить её и объяснить, что практически каждый из адептов хоть раз за всё время учёбы попадал к нему в кабинет на выволочку. Да, неприятно, да, он вынужден следовать правилам. Но такова студенческая жизнь, и ошибки – неотъемлемая и важная её часть.
– Вам тоже неделя за нарушение режима. А про места, где можно тренироваться, вы можете узнать у коменданта. Профессор, вы удовлетворены наказанием?
– Вполне, – она кивнула, и с волос мелким дымком посыпались остатки сажи. – До свидания, господин ректор.
После того как за профессором закрылась дверь, в кабинете воцарилась тишина. Лина и Герман всё так же стояли напротив стола, а глава академии задумчиво на них поглядывал.
– Я обычно не вмешиваюсь в личную жизнь студентов, – Дамиан с какой-то затаённой болью смотрел на подростков. – Но попросил бы вас впредь быть осмотрительнее.
В душе шла борьба. С одной стороны, он был рад, что поручение дяди так быстро исполнено, и Герман переключил своё внимание на другую девушку. Поэтому технически задание Филиппа выполнено, хоть и без его прямого участия. С другой же стороны, Лина – прямая участница инцидента в душевой, так что император и её кандидатуру забракует.
Ну и оставалось самое странное – сама мысль о том, что Лина встречается с наследником, вызывала необъяснимую злость. Хотелось взять щенка за грудки и объяснить, что с такими, как она, нельзя обращаться так, как он привык. Что она не из тех, кем можно заполнить скучный вечер.
– О, нет, мы не вместе, – Лина смело взяла слово и вышла чуть вперёд, словно закрывая собой Германа. – Я заблудилась, когда шла в комнату, а он мне помог. Я не претендую на место Оливии. Да и вообще, ни на чьё место, наверное.
– Всё верно, можно мы пойдём? А то уже так поздно, а подъём завтра довольно ранний.
Когда за студентами закрылась дверь, а шаги стихли, он всё так же сидел в кресле, собираясь с мыслями. В голове стоял образ черноволосой студентки с небольшой родинкой на лице, заставляя возвращаться к их диалогу вновь и вновь. Будто на перемотке, Дамиан вспоминал её ответы и свою реакцию на них, и всё никак не мог понять, в какой момент его вдруг стало это волновать.
Глава 10
Виталина
Очередной мой день в логове драконов начался с головной боли. Я не выспалась настолько, что казалось, звонок к пробуждению прозвучал сразу же, как только я закрыла глаза. Всю ночь мне не давали покоя образы драконов – ректора и Германа. Мне снилось, как я гуляла по парку с Германом, держась с ним за руку и что-то обсуждая. Но потом вдруг прилетал большой чёрный дракон, в котором я подсознательно узнавала ректора, и между ними обязательно завязывался бой.
Я видела себя со стороны – девушка одиноко стояла на земле, глядя, как в небе извиваются в схватке два хищника. А потом один из них падал, а я вновь оказывалась под руку с Германом в парке.
В итоге проснулась с диким желанием оказаться где-нибудь подальше от преподавателей и лекций. Но кто бы мне это позволил? Надо продолжать играть роль примерной ученицы, тем более сегодня в расписании стояла лекция по зельвеварению с последующим практикумом по ней.
В общем, ссориться ещё больше с профессором не хотелось, поэтому с трудом заставив себя встать с кровати, начала собираться.
В зельеварении основным преимуществом, на мой взгляд, является усидчивость. Все эти ингредиенты мало того, что надо запомнить, так ещё и соединить в определённой пропорции, не забывая при этом помешивать не столько нужное количество, сколько в правильном направлении. В общем, не совсем моё, но я настроила себя на то, что хочешь не хочешь – надо постараться.
Сев вместе с Джессикой, я с удивлением заметила, что помимо студентов боевого факультета, с нами в аудитории находились ещё и другие.
– Кто это? – я обвела рукой ту часть аудитории, где были незнакомые мне ученики.
– А, это с артефакторики. Зелье для них идёт факультативом, поэтому они с нами ненадолго – освоят необходимый минимум – и всё, прощай, – Джессика была на удивление любезна. – Я хотела тебя кое о чём спросить…
Договорить она не успела, потому как в аудиторию вошла профессор, и за ней, как ни странно, с плохо скрываемым неудовольствием семенила Оливия.
Встречаться с ней, после того как меня с её парнем застала в коридоре её же тётя, совсем не хотелось. Успев узнать склочный характер этой девицы, я не сомневалась, что пара пройдёт не так гладко, как могла бы.
– Здравствуйте, студенты! Как приятно, что все в сборе, и нет отсутствующих, – преподаватель прошлась взглядом по ученикам, задержавшись на несколько секунд на мне. – Тема сегодняшней лекции «Кровоостанавливающие травы и разновидность их применения». Для начала нас ждёт немного теории, а затем небольшой практикум с обязательной отметкой в ваш табель успеваемости. Итак, записываем: «Крапива лесная это многолетнее травянистое растение…»
А дальше нас ждал час непрерывной писанины о том, как выглядит крапива, где её можно найти, какие растения могут заменить её и прочее-прочее-прочее. В итоге я исписала несколько листов пергамента, натёрла мозоль на пальце, ну и отсидела то самое место, на которое все обычно ищут себе приключения. Оливия же всё это время молча находилась за столом преподавателя, и я то и дело ловила на себе её недовольные взгляды.
– Теперь вы узнали чуть больше о крапиве. Всё, что вы сегодня записали, советую выучить назубок, так как эта тема будет на экзамене. Это касается вас, боевики. Всем остальным тоже желательно знать, у вас в тесте будет подобный вопрос. Продолжим. Для грамотного боевика важно уметь делать такой отвар, так как иногда остановить потерю крови – значит спасти себя или товарища. Рецепт вы можете найти на пятьдесят второй странице, а ингредиенты расположены прямо за вашими спинами в шкафу, – профессор махнула куда-то рукой и сосредоточилась на своих записях.
– Ты пока начинай разводить огонь, а я схожу за травами. Справишься? – я видела, что Джессика боится оставлять меня одну, но идти вдвоём и создавать толкучку у шкафов, где уже и так скопился народ, было глупо, поэтому я лишь кивнула и поставила котелок на горелку.
– Помочь нам сегодня с практикумом любезно согласилась Оливия, – Белинда подпихнула вперёд свою племянницу. – Поэтому, если у вас вдруг возникнут вопросы, то не стесняйтесь и спрашивайте её.
– Да я лучше практикум завалю, чем у тебя хоть что-то спрошу, – я недовольно бурчала себе под нос, разводя огонь.
– А вот и я! Ну что ж, пока ты справляешься неплохо, молодец! – Джессика вывалила на стол несколько пучков с травами и пару бутыльков с незнакомыми мне эссенциями.
– Я всё спросить хотела у тебя, – я дождалась, пока соседка по парте обратит своё внимание на меня, и продолжила: – Почему ты изменила отношение ко мне? То нос воротила, уж прости за выражение, то на похвальбу расщедрилась. С чего вдруг такие перемены?
Я, правда, хотела знать, в чём тут подвох. Ну не могла такая, как она, ни с того ни с сего поменять мнение обо мне. Да и вряд ли Анжела сумела бы хоть как-то на это повлиять. Стоило ли мне ждать злого умысла?
– Да так, потом расскажу. Давай сначала с заданием справимся, – с этими словами она начала ловко отделять от стебля крапивы листки и бросать их в ступку.
На первый взгляд рецепт отвара был простым: немного крапивы истолочь по часовой стрелке в ступе, добавить один грамм сушёного четырёхлистного клевера, всё это смешать на огне и настаивать около пятнадцати минут, помешивая ровно тринадцать раз. Ну и в конце не забыть про каплю слёз гарпии и каплю яда пятнистой гадюки.
Насколько я поняла, то необходимый минимум баночек с основными ингредиентами для большинства зелий и отваров студенты всегда носили с собой, начиная со второго курса. Поэтому в экстренной ситуации к ним оставалось добавить нужные травы, и всё было готово.
– Интересно, как можно запомнить состав стольких зелий? Ведь они все разные. Записывать, а потом листать тетрадку с записями? А если я забуду, что тогда? – Джессика негодовала, и я бы даже сказала, что паниковала.
– Смотри, есть такая схема, чтобы не пришлось зубрить всё подряд, – я взяла перо и быстро начала рисовать на пустом листе. – Вот это основные ингредиенты, они в свою очередь делятся на ядовитые и безопасные в зависимости от вида животного, от которого были получены. Если животное не несёт опасности или травоядное, то значит и зелье получится для лечения или восстановления. А с травами ещё проще. Красные ягоды, лепестки и цветы, а ещё ядовитые – это признак опасности, поэтому их используют для защитных зелий и обороны. В принципе, не так сложно. Надо только запомнить некоторые травы, которые могут мимикрировать под безопасные, и всё.
– И ты это знаешь, потому что… – Джессика с удивлением смотрела на исписанный мною лист, пытаясь разобрать чертёж. Я же думала, откуда мне это известно.
Я, конечно, неплохо разбиралась в зельях, но не до такой степени, а только по листку, где чётко прописан рецепт и последовательность приготовления. Откуда же я могу это знать? Если подумать, то я рассказала всё верно. При желании можно составить таблицу трав, и тогда приготовление любого зелья будет делом простым.
Пока я пыталась вспомнить, где и при каких обстоятельствах могла видеть что-то похожее на то, что нарисовала, а Джессика уже готовилась добавлять последнее составляющее, к нам не спеша подошла Оливия.
– Я смотрю, вы неплохо справляетесь.
– Да, мы почти закончили. И, судя по всему, даже справились первыми.
– Давайте дадим нашей новенькой завершить процесс. А то я за вами наблюдала, и практически всё сделала ты, Джесс. Мне кажется, так будет правильно, правда, профессор? – Джессика отложила бутылёк на стол, и мы втроём посмотрели на преподавателя по зельеварению в ожидании вердикта.
– Да-да, конечно. Лина, вам надо попробовать, вдруг у вас скрытый талант к этому предмету? Это может открыть многие двери, – она посмотрела прямо на нас, отложив бумаги на стол и спрятав руки за спину.
– Или закрыть. Тут уж как повезёт, – подытожила Оливия елейным голосом. Её улыбка больше походила на оскал, что наводило на мысль о том, что Герман хоть и носит очки, но явно и в них видит плоховато, раз до сих пор встречается с такой, как она.
Да, внешность неплоха – рыженькая и стройная, она, конечно, притягивала взгляды, но вот характер подкачал. Стоило ей открыть рот, как вся миловидность уходила, уступая место стервозности и желанию подколоть хоть кого-то. В данном случае меня.
Я взяла бутылёк с чуть мутноватой жидкостью и занесла прямо над небольшим потёртым котелком, в котором медленно кипела вода. На секунду показалось, что я видела отблеск чьего-то зелёного глаза, да будто бы чёрный хвост мелькнул у окна, но, отбросив видение, сосредоточилась на отваре.
Итак, одна капля, всего одна – и будет готово.
– Прекрасно! – профессор подошла ближе к нам. – Ну а теперь осталось лишь остудить его и дать продегустировать кому-нибудь из присутствующих.
– А разве здесь есть кто-то с ранами? – я удивлённо оглядывалась на окружающих.
– Ах, – Джессика сморщилась и показала нам свой палец, – я поранилась о край бумаги. Неприятно-то как.
– О, а вот и пациент, – мисс Джефферсон чуть ли не захлопала в ладоши от радости. – Один глоток – и рана должна затянуться. Конечно, при сильном ранении такого эффекта ожидать не следует, но на царапинах результат должен быть именно такой.
Я смотрела, как Джессика медленно подносит к губам ложку с отваром, и меня не покидало смутное чувство беспокойства. На первый взгляд мы всё сделали правильно, следуя рецепту. Даже мешали ровно столько раз, сколько написано – Джессика считала вслух. Но червячок сомнения всё разрастался.
Озарение пришло внезапно.
***
– Стой! – от страха опоздать я быстро махнула рукой и выбила ложку из рук своей соседки. Но это меня не сильно расстроило.
– Ты что творишь? – на меня гневно смотрела Оливия, а по её платью медленно стекало содержимое ложки. Странно, а с виду казалось, что там было мало. Я бросила взгляд на котелок и с удивлением отметила, что он заполнен меньше, чем на половину. – Снова испортила мне платье!
– Ой, возьми уже за правило надевать мантию, как все учащиеся, и проблем не будет, – я махнула рукой и, не обращая внимания на поток ругани, что лился из её рта, повернулась к Джессике. – Ты как?
– Я-то в порядке, но, может, объяснишь нам, что это сейчас было?
– Мне бы тоже хотелось узнать.
Если бы профессор умела испепелять взглядом, то это были бы последние секунды моей жизни. Она практически метала молнии.
– Мы, кажется, немного перепутали составляющие, – весь класс смотрел в нашу сторону, затаив дыхание, я же опустила глаза в пол. – Тот бутылёк, что я брала последним, был с мутной жидкостью, тогда как слёзы гарпии в стекле абсолютно невидимы.
После моих слов Белинда наклонилась к котелку и, махнув рукой, заставила пары воды подняться вверх. Подышав немного над отваром, она развеяла капельки и кивнула, подтверждая сказанное мною.
– Ну что ж, очень плохо, что вы не справились с таким простым заданием. Но могу похвалить вас за то, что не дали сделать глоток своей напарнице, – профессор вернулась к доске и продолжила: – Кто скажет мне, с чем девушки перепутали слёзы гарпии? Напомню, Лина утверждает, что в бутыльке была светлая мутная жидкость.
Один смельчак потянул руку:
– Моча гоблина?
– Субстрат колокольчика?
– Хвойная выдержка?
Вскоре класс заполнился смехом и такими вот одиночными выкриками, среди которых и близко не было правильного ответа.
– Это был сок мухомора.
– Ну наконец-то! Хоть кто-то небезнадёжен. Ставлю пять баллов за ответ. Кто это сказал?
– Это я, профессор.
– Ну что ж, Лина, неплохо для первого занятия. Но впредь, мой вам совет – смотреть более внимательно.
– А что было бы, выпей я его? – Джессика несмело подняла руку.
– О, небольшое несварение. Некритично, но приятного мало, пришлось бы пропустить пару лекций, и всё. Всем остальным задание – вылить отвар в мензурки и сдать мне на проверку. Напоминаю, что все ваши работы я отнесу лекарям, поэтому если вы не уверены в том, что получилось, то прошу не сдавать. Мне будет жаль ваших коллег, если им при лечении дадут не то лекарство, так что пожалейте их и вы, боевикам и так неслабо достаётся на практиках.
Сигнал об окончании занятий спас нас от дальнейших расспросов, и я, крепко ухватив Джессику за руку, пулей вылетела из аудитории, таща её за собой, чтобы затеряться в коридоре. Дыхание уже сбивалось, но я не останавливалась. Упорно шла вперёд, пытаясь сбежать от толпы студентов, что со звонком спешили по своим делам.
Джессика, нужно отдать ей должное, не задавала вопросов и лишь пыхтела мне в спину.
– Лина, стой, не успеваю.
Мы остановились под небольшой лестницей, что вела куда-то наверх в складские помещения. Я оглянулась и, убедившись, что никто нас не видит, потянула её в тень.
– Джессика, послушай, мы, конечно, с тобой не подруги, а только соседки, но я не меняла бутыльки и, честно, не знаю, как у нас оказались эти мухоморы.
– Да я и не думала на тебя, ты что! – она удивлённо вскинула брови. На секунду показалось, что хотела взять меня за руку, но вовремя опомнилась и отошла. – Я, наверное, сама ошиблась. Такое бывает, что уж тут поделать.
– Если честно, я не уверена, что всё было именно так. Мне показалось, что изначально мы всё делали правильно. К тому же сверяли описание состава с тем, что ты принесла. Такое трудно пропустить.
– Ты хочешь сказать, что кто-то специально их поменял? Но к нам подходила только Оливия, да и она, насколько я помню, всегда держала руки при себе и не трогала на столе ничего.
Мы замерли в тишине, осмысливая всё, что нам известно. Я не хотела верить, что кто-то специально подменил ингредиенты, и была уверена, что Джессика в них не ошиблась.
Помимо этого терзал вопрос: как я определила, что это сок мухомора? Почему мне известно, что при добавлении его в отвар можно заработать расстройство желудка? А также, что самое странное, откуда я знаю, что если смешать его с ядом пятнистой гадюки, можно впасть в летаргический сон, а затем не проснуться?
