![](/files/books/160/oblozhka-knigi-feniks.-iscelenie-lyubovyu-383171.jpg)
Текст книги "Феникс. Исцеление любовью"
Автор книги: Екатерина Беспалова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)
– И тебе не хворать, красавец, – буркнула Виктория, закатив глаза, после чего шагнула вправо.
Визави сделал то же самое, потому пришлось совершить похожее движение, но в противоположную сторону. Он – за ней, словно зеркальное отражение. Господи, они что, все сговорились сегодня? Решили дружно довести до белого каления (разг.: приводить в состояние крайнего раздражения)?
– Да уйди ты уже с дороги, шайтан!
Демидова оттолкнула его в сторону и двинулась вперёд. Знакомиться с кем-то желания не было, а уж тем более если этот «кто-то» имел типичную восточную внешность. К тому же, время уже перевалило за полдень – Антон наверняка заждался у главного входа. Злиться он не будет, но пару колкостей отвесит точно, отреагировать на которые простым смехом сегодня явно не получится.
Однако, когда Виктория оказалась в назначенном месте, никого у дверей не увидела. Десятиминутное ожидание тоже ничего не дало. Глаза сканировали прохожих, а внутри с каждой минутой закипал гнев. Нет, сегодня точно был не её день! И вдруг в паре десятков метров от себя она обнаружила того самого брюнета, что пытался подкатить к ней двумя этажами выше. Что ему понадобилось? Неужели тоже явился читать лекции о её непристойном поведении? Или же простое совпадение? Может быть. А возможно, и нет. Где-то внутри стала зарождаться тревога.
– Где ж тебя носит, Антон?
Достав мобильный, Виктория увидела сообщение и пропущенный вызов от Беляева. Вовремя, только не в том виде, в котором хотелось бы!
«Прости, котёнок. Свидание отменяется – внеплановое совещание»
– Офисный ботаник!
Она смахнула его имя с экрана, а следом нажала кнопку быстрого набора номера. Стараясь не выдавать волнения, как будто всё идёт по плану, Вика направилась к дверям с табличкой «Выход на парковку». Уже на лестнице она обернулась и увидела, как незнакомец двинулся следом за ней. Внутренности стянуло узлом: он явно не будет разводить светские беседы. Чёрт! Неужели обиделся, что обозвала его «шайтаном»? Впредь придётся быть более вежливой с людьми.
– Вика? – послышалось наконец в трубке.
– Влад, я в торговом центре недалеко от Охотного, – затараторила Виктория, сбегая по лестничному пролёту вниз. – Какой-то урод увязался за мной. Не знаю, зачем звоню, просто если со мной что-то случится…
– Всё нормально, – ровным голосом перебил её Горный. – Без паники, слышишь? Спускайся на парковку. Я рядом с твоей машиной.
– Ты… Но как ты?..
– Думала, твой отец так легко отпустит единственную дочку одну на спорткаре? Не смеши меня!
Вика отчётливо представила улыбку на морщинистом лице мужчины – снисходительно-заботливую. Он всегда относился к ней больше, чем с простым уважением. Романтикой, конечно, там не пахло – у Влада была жена и двое детей – но пожурить по-дружески легкомысленную девчонку Горный не упускал возможности. Наверное, поэтому она прониклась к нему доверием: он не читал нотаций, просто при удобном случае давал дельный совет.
– Я впервые искренне рада, что кто-то наглым образом вмешивается в мою личную жизнь.
Вика вышла на территорию парковки. Преследователь, по-видимому, отстал. Или же она просто перенервничала, придав себе слишком много значимости?
– Я внизу, – выдохнула с облегчением девушка.
– Молодец. Вижу тебя. Отбой.
Виктория спрятала мобильный и обогнув пару авто, выбежала в широкое междурядье. Заметив знакомую фигуру, она основательно успокоилась, почувствовав себя в безопасности: уж Влад точно не даст в обиду. Он вразвалочку направлялся к ней, широко улыбаясь. По лицу было видно: сейчас достанет шутку из арсенала бывалого вояки.
– Не говори ничего, понял? Ничего мне не говори! – пресекла его Вика. – Утро и так не задалось.
– Я просто хотел сказать, что бледность тебе к лицу, – хохотнул мужчина. – Отлично оттенит яркий цвет авто.
– Зачем папа отправил тебя за мной? Настолько не доверяет? – Демидова остановилась, скрестив руки на груди. – Или слежка теперь входит в новые обязанности начальника охраны?
Правая бровь Горного изогнулась, а на лице появилась дружеская усмешка:
– Сбавь обороты, деточка. Не ты одна любишь шоппинг.
– Да? И где ж твои покупки? – улыбнулась Вика, осмотрев его с головы до ног.
– А твои? – парировал Влад, кивая на пустые руки девушки. – Только не говори, что занималась благотворительностью, ибо отросших внезапно крыльев я не вижу, да и нимб над головой у тебя никогда не светился.
С этими словами он взъерошил её волнистые волосы, словно проверяя, не затерялся ли там обсуждаемый объект.
– Ладно, давай запрыгивай в машину и не гони как сумасшедшая. Пожалей мои седины.
– В свои пятьдесят ты утрёшь нос любому молодчику, дядя Влад, – толкнула его в плечо Виктория.
– Я просил не называть меня так, плутовка. Кстати…
Но закончить фразу не получилось. Улыбающееся лицо тут же стало серьёзным, едва в поле зрения попал высокий брюнет, двигавшийся в их направлении. Виктория резко обернулась, чтобы посмотреть, кто привлёк внимание Горного.
– Влад, это он. Тот тип, который…
– Спокойно, сейчас разберёмся, что ему надо.
Мужчина шагнул вперёд, закрывая Вику собой, и, расправив плечи, обратился к приближающемуся парню:
– Притормози, приятель.
Однако тот как будто не слышал. Расстояние стремительно сокращалось. Враждебность во внешнем виде была видна невооружённым глазом. Горный хотел сказать что-то ещё, но незнакомец одним ловким движением вытащил из куртки пистолет и нажал на спусковой крючок. Влад потянулся за своим оружием, но опоздал на считанные секунды. Тишину порезал громкий выстрел, за ним – ещё один, эхом разносясь по периметру стоянки.
Схватившись за живот, мужчина медленно опустился на колено. Сквозь пальцы на асфальт стала капала кровь, вызывая приступ головокружения, смешанного с жгучей болью. Нападавший выбил оружие из рук и нанёс удар в челюсть. Последнее, что звучало в ушах, когда упал на холодный пол – это крик Виктории, медленно растворявшийся в густой и липкой темноте.
Не уберёг…
Максим вернулся домой только к вечеру. Благодаря маленькому Стёпке все утренние планы пошли псу под хвост, где им, в принципе, и было самое место. Слушать постоянные нравоучения старого друга по средам порядком надоело, а на работе в кои-то веки узнали, что Каверин не такой идеальный. Может, теперь не будут считать занудой? Хотя ему было без разницы, что говорили за спиной. Главное крылось в другом: в первый раз за долгое время Макс испытал истинное удовлетворение от того, что делал, говорил и чувствовал.
После врачебного осмотра он отвёз малыша домой, посмотрел где и как жил Степан, а между тем выяснил, что тот забыл на подземной парковке торгового центра. Оказалось, туда его позвали с собой дворовые мальчишки, пообещав «кучу развлечений, от которых дух захватит». Дух и впрямь захватило, когда один из собственников дорогого авто, застав компанию подозрительных беспризорников около своего средства передвижения, пригрозил вызвать полицию. Старшие убежали, а маленький Степан за ними не успел.
Его бабушка, Варвара Борисовна Рыжикова, оказалась миловидной старушкой преклонных лет: добрая, отзывчивая, но слишком доверчивая, потому что позволила соседскому пацану-подростку присматривать на улице за своим внуком. К сожалению, нерадивого няня встретить не удалось, чтобы поговорить с ним с глазу на глаз, зато Максим помог привести в порядок квартиру, обставленную по последним советским канонам, починил то, что не терпело женских рук – краны, петли, проводки, и вместе со Стёпкой закупил продуктов если не на месяц вперёд, то как минимум на две ближайшие недели.
Остаток дня успевшая подружиться парочка провела на ВДНХ – в огромном парке настоящих развлечений: таких, от которых глаза у малыша горели от дикого восторга, а сияющая улыбка не сходила со счастливого лица. Прощаясь с новым другом, Стёпка взял с него обещание встречаться каждый выходной, дав ответное слово впредь из дома никуда без бабушки не сбегать.
Закрыв за собой дверь, Максим включил в тёмной прихожей свет и бросил ключи на полку. Дом, милый дом! Не крепость, конечно, но от посторонних глаз, скользивших по лицу, скрывала: а этого было больше, чем достаточно. Однако сегодня абсолютная тишина, особенно после насыщенного дня, наполненного детским смехом, удручала. Сняв ботинки, Макс прошёл в просторную гостиную и включил телевизор. Диктор вещал о последних событиях, произошедших в мире современной политики. Фыркнув, Каверин щёлкнул на другой канал: уж лучше очередной сериал про ментов.
Опустившись на диван, он откинул голову на спинку и закрыл глаза, однако насладиться покоем не получилось. Зазвонивший в кармане мобильный заставил отвлечься от мыслей.
– Я слушаю, Константин Эдуардович, – ответил Макс, приняв вызов. Не вышло встретиться лично, так он решил добраться до него на расстоянии?
– Завтра в десять утра у меня, – отчеканил голос в трубке.
– Завтра не могу…
– Считай, что это приказ.
На этом разговор был закончен. Губы Максима изогнулись в ухмылке: поставить перед фактом, не дав сказать и слова, а потом сбросить вызов – отличный ход! Он заблокировал экран и бросил мобильный рядом с собой. Судя по голосу и по формулировке причины, предстоящая встреча будет носить далеко не дружеский характер. Приказ… Прошло то время, когда приходилось исполнять чьи-то приказы.
Взгляд тут же скользнул по противоположной стене: Встав, Максим подошёл к одной из фотографий. Он провёл пальцами по снимку – двое улыбающихся парней. Тяжёлое решение написать рапорт об увольнении далось с трудом, но другого выбора не было. Каверин нахмурился и посмотрел на следующее фото, рядом с которым висел большой серебряный нательный крест. С него всё началось… Он взял распятие в руку и с силой сжал его в кулаке.
Не ты выбрал – тебя выбрали. Ты лишь подчинился Судьбе.
Его задумчивый взгляд устремился к окну, через которое виднелись огни вечернего города.
Пошёл ва-банк и потерял всё.
Когда боль в ладони вернула в реальность, Максим разжал кулак и повесил распятие на место, молча направившись в ванную. Нужно убрать эти чёртовы напоминания о прошлом с глаз долой! Какой раз ловил себя на этой мысли, но рука не поднималась осквернить их память. Одно дело – написать рапорт, и совсем другое – выбросить часть жизни на помойку.
Войдя в ванную, Макс сразу же включил горячую воду. Это стало обязательным условием перед тем, как, раздевшись, смотреть на себя в зеркало. Он снял футболку и глубоко вздохнул, не смея поднять глаза на отражение. Сколько же должно пройти времени, чтобы привыкнуть к себе? На лице отразилось отчаяние: наверное, вся жизнь. Хотя пардон – не жизнь, а период существования. Перед глазами снова заплясали страшные картины прошлого.
Дыхание стало учащаться. Лоб покрыли капли холодного пота. Пульс явно зашкаливал. Дрожь в коленях спровоцировала появление фантомной боли в правой ноге. Пытаясь справиться с панической атакой, Макс положил ладони на зеркало и с силой упёрся в него. Сердце было готово выскочить наружу, отдаваясь громким эхом в ушах. Тук-тук… Тук-тук… Тук-тук…
Прошло несколько долгих минут, прежде чем Каверин смог успокоиться и снова поднять глаза к зеркалу. Себя в нём он уже не увидел – гладкая отражающая поверхность успела плотно покрыться паром. Макс бросил взгляд на вытянутые руки и поморщился.
«– Твой шрам не делает тебя безобразным. С ним ты выглядишь круто!»
– Если бы ты видел меня сейчас, малыш, ты бы тоже согласился, что имя мне – Вазимода.
Печальная улыбка коснулась губ. Теперь имя горбуна не казалось таким обидным и жестоким, но относиться к себе лучше Максим всё равно не стал. Ущербный снаружи и такой же жалкий внутри – девчонка утром определённо ясно дала это понять. Смирись и не тешься пустыми надеждами!
Выключив наконец горячую воду в раковине, Каверин включил душ. Сняв оставшуюся одежду, он встал под прохладные струи, обволакивавшие тело словно кокон. Холод не спасал от неприятных мыслей, но, по крайней мере, помогал снять напряжение.
– Завтра в десять утра у меня. Считай, что это приказ.
– В этой жизни нет больше ничего, что могло бы меня заинтересовать, – прошептал Макс, полностью переключив воду на холодный режим.
Глава 1.5. Старые (не) добрые друзья
Генерал ФСБ Седых ожидал в кабинете утренних гостей. Тёмно-серые глаза внимательно изучали политическую карту мира, висевшую на стене, пока покоившаяся на столе левая рука отстукивала по крышке ровный ритм. Редкая проседь в коротко стриженных русых волосах и морщины на лице выдавали возраст, однако армейская выправка, подтянутое тело и исходящая от мужчины аура лидера с лёгкостью компенсировали этот недостаток.
Предстоящая встреча заставляла нервничать: хотелось, чтобы всё прошло гладко, но уверенности в этом не было никакой. Левая рука вдруг с силой сжала карандаш, а потом бросила его на стол. Если и сегодняшнее предложение будет отклонено, придётся забыть об уставных отношениях. Плевать, что подумают, однако пускать дальше жизнь под откос больше не позволит! Да в свои пятьдесят восемь он психологически был моложе, чем тот в тридцать три! Донельзя спокойный, но всегда сквозивший сарказмом голос, маска абсолютного безразличия ко всему – хватит!
Внутренним возмущениям не было конца и края, это при том, что его отличительными особенностями являлись спокойствие и рассудительность. Как этому мальчишке удавалось выводить из себя, даже не присутствуя рядом? Генерал посмотрел в окно. Он ведь искренне желал помочь, но этот чёртов сукин сын в запасе упорно отвергал всё, что ему предлагали. Он и раньше-то особым дружелюбием не отличался, а теперь и подавно забыл, что это такое. Спрятался в свою толстую защитную скорлупу и никого туда не впускал!
Седых нахмурился. Что же тогда произошло между ним и людьми аль-Каюма? Важные детали явно были скрыты. Почему? Вопрос до сих пор не получил ответа, но цели своей ублюдки достигли: лучший боец с аналитико-стратегическими способностями был списан со счетов. И снова – почему? Почему его просто не убили? Вот тебе и совместные учения в рамках ШОС (Шанхайская организация сотрудничества) …
Цепочка логических размышлений прервалась, когда раздался стук в дверь. Лицо вмиг стало серьёзным – пора! Генерал встал из-за стола и пошёл встречать своего первого гостя.
– Владимир! Проходи.
– Здравствуй, Костя, – также тепло, но достаточно сдержанно поприветствовал его Демидов.
Старые друзья заключили друг друга в крепкие объятия, а затем генерал указал на мягкий диван, стоявший у окна:
– Присаживайся. Как это случилось? – перешёл сразу к делу он. – Виктория в порядке?
– С дочерью всё хорошо. – Владимир сел и, замолчав, посмотрел в окно: мысли до сих пор хаотично носились в голове. – Она сегодня должна вернуться домой, пока под наблюдением, в больнице. Горный – в коме. Прогнозы неутешительные.
В кабинете снова стало тихо. Седых терпеливо ждал, когда друг сможет продолжить тяжёлый разговор. Обстоятельства произошедшего на парковке были известны ещё вчера, не хватало лишь деталей и самое главное – причин произошедшего.
– Это моя вина, – наконец сдавленно произнёс Владимир. – Я послал к чертям возможного партнёра по бизнесу, и теперь отказ от важной сделки выходит мне боком.
Побледнев, он закрыл глаза. Одна мысль о том, что на месте Горного могла оказаться дочь, сводила с ума. Дыхание участилось, а грудь словно сдавило тисками. В кабинете было свежо, но, казалось, что воздуха не хватает.
– Выпей, – подойдя к столу, генерал налил стакана воды и протянул его другу.
Владимир сделал пару небольших глотков. Рука потянулась к галстуку и расслабила узел. Глубокий вдох – однако легче не стало.
– Что мне делать, Кость? – Полные отчаяния и безысходности глаза устремились на мужчину. – Вика – единственное, что у меня осталось.
Седых вернулся на своё место и, сев, откинулся на спинку кресла:
– Для начала прекрати панику. Ты видел себя в зеркало? Выглядишь паршиво.
– Не удивил, – отозвался Демидов, ставя стакан на стол.
– С чего ты взял, что нападение на Викторию как-то связано с твоим нефтяным бизнесом? Были предпосылки?
– Накануне утром он угрожал мне.
– Этого мало, – покачал головой Седых. – Нападение у торгового центра могло оказаться совпадением. Стечение обстоятельств – и только.
– Оно было спланировано, Кость! – стоял на своём Демидов. – Выстрелив в Горного, этот ублюдок передал мне привет. Дословно сказал следующее: «До встречи, красотка. Передавай привет отцу». О каком совпадении или стечении обстоятельств ты говоришь?! Может, для окружающих это и выглядело как случайность, я же вижу в этом прямую угрозу. Причём не последнюю.
Генерал задумчиво смотрел на друга. Предполагаемая причина ясна, но было слишком мало деталей. Слишком! Не юрисдикция ФСБ. Максимум, что он мог предложить, это порекомендовать ему нового начальника охраны.
– Кому ты перешёл дорогу? Кто этот человек, чьё предложение ты не принял?
Детали… Детали… Детали… Почему их всегда приходилось вытаскивать клещами?
– Один араб, – ответил Владимир, едва заметно сморщившись. – Мы начали сотрудничество. Он предложил условия, которые меня не устроили.
– И он посчитал это личной обидой?
– Аль-Каюм почему-то решил, что его голос решающий, а все остальные не имеют права на собственное мнение. Мне кажется, что он априори считал, что мои дочерние компании уже принадлежат ему, а предстоящие переговоры – лишь простая формальность, не более.
Седых изменился в лице:
– Как ты сказал?
– Предстоящие переговоры – лишь простая формальность, – повторил часть фразы Демидов.
– Нет, имя. Как его зовут?
– Аль-Каюм.
– Азар аль-Каюм?
– Ты о нём слышал?
Слышал ли он? Захотелось усмехнуться, но Седых сдержался: друг не оценит иронии, особенно в свете последних событий. Владимир не сводил глаз с генерала, нутром чувствуя, что прозвучавшее имя знакомо не только ему.
– Костя? Что-то не так?
– Ты влез в такие дебри, – покачал головой Седых, – что выбраться оттуда самостоятельно не получится.
– Что это значит? – в голосе Владимира звучала тревога.
– Скажу, утрируя: теперь твоя безопасность – дело государственной важности.
На лице бизнесмена отразилось непонимание. Одно дело – когда сам сомневаешься в чём-то, и совсем другое – когда начинает сомневаться вместе с тобой генерал ФСБ.
– Не говори загадками! Что не так с аль-Каюмом?
– Твой деловой партнёр – это человек, которого лучше не знать, – пояснил мужчина. – Он всегда должен быть на прямой, что идёт параллельно твоей дороге, а лучше всего на той, что направлена в противоположную сторону. Если же ты пересёкся с ним, будь готов отдать всё, что он попросит. В противном случае, Аль-Каюм не оставит тебя, пока не добьётся своего.
При других обстоятельствах Демидов бы громко рассмеялся и сказал, что в словах друга слишком много пафоса и театральной наигранности, сейчас же они казались зловещими, и истинность их не вызывала сомнений: на что способен аль-Каюм было уже хорошо известно.
– И… И что мне делать?
– Мы поможем тебе, а ты поможешь нам.
От пронзительного взгляда Седых стало неловко.
– Мы не смогли поймать его несколько лет назад в Польше, теперь же у нас появилась новая возможность: вести игру на наших условиях и на своей территории. Ты и твоя дочь – то, на что нацелен аль-Каюм.
– Не вмешивай сюда Викторию! – тут же ощетинился Владимир. – Она не имеет ни малейшего отношения к бизнесу.
– Зато она имеет отношение к тебе, – отозвался генерал. – Прямое и самое что ни на есть близкое. Она – твоё уязвимое место, а насколько – это как раз и пытался выяснить аль-Каюм.
– Проси, что хочешь, но дочь не позволю использовать в качестве наживки. Это моё последнее слово.
Седых не сводил пристальных глаза с друга, всё ещё не теряя надежды переубедить его:
– С Викой ничего не случится, я тебе обещаю. В этом будут задействованы профессионалы.
А вот тут он, конечно, поспешил: вновь открывшиеся факты заставляли по-другому смотреть на ситуацию, а тем более разговаривать с тем, кто в скором времени должен был появиться в кабинете. Чёрт!
– Профессионалы? – повторил эхом Демидов. – Из твоего штата?
– Операция будет находиться под нашим контролем. На место Горного я дам тебе отличного парня, настоящего аса, – продолжал убеждать его генерал, с трудом веря своим словам. – Он горы свернёт, но не даст Викторию в обиду.
Владимир недоверчиво смотрел на друга: теперь пришла его очередь требовать больше информации.
– Какие гарантии?
– Он был лучшим у нас и на учениях в рамках ШОС, имеет знаки отличия за успешно проведённые международные операции по спасению заложников из рук террористических группировок, награды за заслуги перед Отечеством. Кроме того, последние несколько лет до увольнения в запас Каверин находился в статусе командира элитного подразделения спецназа.
Демидов молчал, взвешивая услышанное. Характеристики и впрямь впечатляли: не человек, а просто универсальный солдат какой-то! Однако, несмотря на все аргументы, существовало одно «но»:
– Если он так хорош, тогда почему сейчас находится в запасе?
Хороший вопрос. В этот момент захотелось в очередной раз воззвать к совести Судьбы: какого чёрта она позволила уйти ему со сцены? Генерал отвернулся к окну и, казалось, не торопился с ответом. Рассказывать историю Макса не имело смысла, главное – убедить друга в сотрудничестве. Сначала друга, а потом и самого Каверина… И если первое было сложно, то второе – почти невозможно.
– Я не буду петь оды во славу своего парня. Нам в любом случае придётся работать вместе, – наконец заговорил Седых, глядя на Владимира. – Вопрос в другом: хочешь ли ты, чтобы Виктория находилась под надёжной охраной, или будешь надеяться на удачу. Максим – не Бог, но его стратегическому мышлению иногда завидовал даже я. Когда ушёл в запас, мы все негодовали, но повлиять на него не могли. – Он посмотрел на часы: – С минуты на минуту он будет здесь. У тебя есть отличная возможность посмотреть на парня со стороны, послушать и оценить, насколько он тебе подходит.
Владимир согласно кивнул. В принципе, ходатайства генерала было больше, чем достаточно, и окончательное решение уже сложилось, однако отказываться от предложения оценить качество товара он не стал.
– Правда, есть одно условие, – неуверенно произнёс Седых, чем сразу же насторожил Демидова. – Если Каверин встанет у руля, тебе и твоей дочери придётся слушаться его во всём, возможно, даже изменить свой расписанный по минутам и секундам график.
Бизнесмен прищурился – слишком много требований. Исполнить пару прихотей наёмника – пожалуйста, но менять образ жизни… Да пусть он хоть от самого президента покажет рекомендации!
– Неужели этот парень настолько хорош?
Вопрос остался без ответа. Демидов взял со стола стакан и выпил оставшуюся воду. Предложение друга гарантировало безопасность дочери, а большего было не надо.
– Мне же необязательно посвящать её во все детали этой операции?
Генерал улыбнулся:
– Конечно, нет. Пускай всё остаётся так, как есть. Виктории будет известно одно: у вас новый начальник охраны. И я хочу попросить тебя ещё кое о чём.
Владимир изогнул бровь:
– Ты поставил мне столько условий, ещё и просьба имеется про запас?
– Имя аль-Каюма не должно прозвучать в присутствии Каверина.
Серьёзность в голосе заставила насторожиться. Что за тайны?
– По крайней мере, сегодня, – продолжал Седых. – Ты меня понял? Я сам скажу ему, с кем имеем дело.
– Кость, какую игру ты затеял?
– Так надо, Володя! – стоял на своём тот. – Если хочешь получить профессионального наёмника, знающего и самое главное – умеющего защитить жизнь клиента, не говори ничего об аль-Каюме.
Демидов поднял правую руку вверх и уверенно произнёс:
– Буду нем как рыба.
– Ты не пожалеешь, обещаю.
На этом их разговор был прерван стуком в дверь: часы на стене показывали ровно десять. Оба, как по команде, посмотрели на вошедшего в кабинет. Высокий, угрюмый, серьёзный – на каждого из двух мужчин он произвёл разное впечатление. Уголок губы генерала едва заметно подёрнулся – пришёл! Владимир же нахмурился: словесные характеристики ранее впечатлили, а вот физические породили сомнения.
Крепкое телосложение, развитая мускулатура – здесь проблем не было, но вот возраст… Командир элитного подразделения? Международные операции? Награды? Он выглядел слишком молодо для того, что рассказал о нём генерал.
Глава 1.6. Нежданно-негаданно
Войдя в кабинет, Макс сразу почувствовал себя в центре внимания. Две пары глаз метнулись в его сторону, одна из которых замерла, явно оценивая то, что видела. Паршивое ощущение экспоната на выставке вновь поколебала уверенность в себе. Давай ещё задержись на лице дольше положенного!
– Максим! – встал из-за стола Седых и прошёл ему навстречу. – Рад тебя видеть.
– Взаимно, Константин Эдуардович, – ответил Каверин, протягивая руку для приветствия.
Когда со всеми формальностями было покончено, он сел в свободное кресло за длинным столом. Несмотря на то, что уже привык к пристальным взглядам, изучавшие его глаза постороннего мужчины заставляли чувствовать себя неловко.
– Зачем Вы вызвали меня? – сразу перешёл к делу Максим. Выяснить причину и уйти к чёртовой матери!
– Хочу познакомить тебя с моим хорошим другом, – Седых жестом указал туда, где сидел незнакомец. – Это Владимир Демидов.
– Каверин Максим, – кивнул в знак приветствия Макс и перевёл взгляд назад на генерала: в глазах определённо читался немой вопрос – и что дальше?
– Владимир хочет предложить тебе работу.
Краешек губы изогнулся в подобии улыбки: вот тебе на – не мытьём, так катаньем (поговорка: добиваться своего так или иначе). Похоже, постановка перед фактом стала входить в привычку.
– Я вроде резюме нигде не оставлял.
Седых улыбнулся – Мистер Сарказм снова в деле. Но выслушать всё же придётся! Набрав в лёгкие побольше воздуха, он приготовился ко сложной беседе.
– Владимиру требуются услуги человека, который сможет обеспечить безопасность ему и его семье.
– Вашему другу требуется наёмник, – коротко переформулировал фразу Макс. – Давайте называть вещи своими именами. Но я не продаюсь – это во-первых, а во-вторых – мне не место на передовой.
Мужчины переглянулись. Чётко и ясно, но достаточно грубо. Владимир молчал, считая лишним вмешиваться в странную беседу, полностью лишённую уважения к стороне в возрасте. Из того, что видел и слышал, складывалось впечатление, что этот юнец был слишком высокого мнения о себе, что уже отталкивало, не позволяя вести конструктивный диалог.
– Это не совсем то, о чём ты подумал, – поспешил внести ясность генерал. – Ему нужен начальник охраны, не телохранитель, и тем более не наёмник.
Максим молчал. Седых расценил это, как добрый знак, и продолжил:
– Ты руководил отрядом солдат, здесь будет почти то же самое. Тебе нужно обучить парней Владимира определённым навыкам и проследить, чтобы они смогли применить их на практике в условиях, опасных для жизни.
В кабинете стало тихо. Каверин буравил наставника пристальным взглядом, пытаясь понять, почему на это место пророчили именно его. Что стояло в приоритете: необходимый профессионализм или же жалость, которую он так ненавидел?
– Разве у Вас нет людей? Насколько я помню, кадровый состав системы так велик, что среди профи всегда можно найти человека на такую должность.
– Дело в том, что…
– Мне нужен лучший из лучших! – вдруг вступил в разговор Владимир. Ему надоело наблюдать, как друг клянчит снисхождение у этого молодчика, не имеющего ни капли уважения к старшим. – Если Вы обладаете нужными навыками, сейчас самое время поделиться ими. Если же нет…
Максим перевёл холодный взгляд на бизнесмена:
– Пожалуй, я прислушаюсь ко второй части Ваших «если». – Он снова посмотрел на генерала и, едва заметно кивнув, встал со стула. – У меня есть работа, Константин Эдуардович. Она вполне соответствует моему нынешнему состоянию. Рад был знакомству.
С этими словами Макс направился к выходу из кабинета. Демидов находился в полном смятении. Растерянные глаза переместились на друга, который с невозмутимым видом следил за удаляющимся парнем. Какого чёрта? Сначала вознёс его до небес, а теперь дал задний ход? Но хоть манера поведения этого мрачного типа и раздражала, одно Владимир уяснил точно: если возьмётся за дело, он не будет отвлекаться ни на что и самое главное – ни на кого.
– Моя дочь… – в полной тишине раздался его голос. – Я беспокоюсь не за себя! На неё напали, пытались убить. – Стоило только заговорить о Виктории, как чувства снова начали одерживать верх. Чёрт бы с ним! Нужно прогнуться? Пожалуйста! – Костя сказал, Вы – лучший в своём деле. Что Вам нужно? – встал с дивана Демидов. – Деньги? Недвижимость?
– Я же сказал, что не продаюсь, – остановился в дверях Максим.
Рука легла на ручку, но не торопилась её поворачивать.
– Должно же быть хоть что-то, что Вы хотите получить взамен?
Каверин молчал. Должно, но этого не было. Мозг судорожно работал. Ему надоело пытаться безуспешно наладить нормальную жизнь. Ни одна профессия не могла заменить то, от чего отказался, написав рапорт. Если примет предложение Демидова, сможет делать то, что у него получалось лучше всего – прогнозировать и защищать. А если откажется… Тёмная бездна, покрытая густым мраком. На ум снова пришла встреча со Стёпкой.
– Сразу видно, что ты сильный. И воевал. И можешь защитить таких, как я…
– Моя дочь… На неё напали, пытались убить.
Он ведь правда мог защитить. Максим обернулся и посмотрел на Демидова. Сейчас перед ним стоял не тот человек, который время от времени мелькал в новостных роликах по телевидению. Капли пота на лбу, несмотря на работавший в помещении кондиционер, бледное лицо и галстук, частично ослабленный, наверное, чтобы не затруднять дыхание. Максим нахмурился. Дьявол! И почему решение давалось с таким трудом?
– Кто «заказчик»? – Каверин перевёл взгляд на генерала Седых. И что он творил?
– Так Вы согласны? – не дал ответить другу Демидов, испытующе глядя на Макса.
– Исключительно из-за Ваших отцовских переживаний и состояния здоровья, – ответил тот, чем ввёл мужчину в ступор. – Так кто «заказчик»? – вернулся к генералу Максим.
– Один бизнесмен, – попытался как можно непринуждённее ответить на заданный вопрос Седых. – Возникли проблемы на этапе переговоров. Условия одного не совпали с требованиями другого. В итоге, несостоявшийся партнёр нанял людей, чтобы заставить Владимира изменить решение, только рычагом давления стала его дочь.
– Низко.
– Это мягко сказано, – согласился генерал.
– А что насчёт полиции?
– Дело будет находиться под нашим контролем.
Секунда – и, склонив голову набок, Максим двинулся назад к столу, не сводя подозрительных глаз с наставника. Только теперь тот понял, что только что сделал. Он ведь сам учил его анализировать ситуацию, наблюдать за деталями, чтобы собрать информацию, которую озвучивать не собирались. Загнал себя в угол, но отступать уже было поздно.