Текст книги "Пробуждение (СИ)"

Автор книги: Егор Аянский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 24 страниц)

Трое. Лиц не видно. Ведут себя осторожно. Даже такому новичку, как я, сразу стало понятно: пробрались они сюда явно не потому, что их собственный нужник закрыли на ремонт.

Заорать?

А толку? До КПП метров четыреста, до ближайшей избы – не меньше полтинника, да и пустая она. Только внимание грабителей на себя привлеку.

Меж тем двое встали у забора деда Паши, подсадив руками третьего, который легко вскарабкался наверх и тут же спрыгнул на другую сторону.

Странно. Если они собрались обокрасть старика, то почему сразу из поселка к нему не полезли?

А может потому, что здесь их со сторожевой вышки не видно?

Логично.

Второй поднимался чуть дольше из-за тяжелой комплекции. Оказавшись наверху, он не стал спрыгивать, а развернулся и подал ладонь первому. В этот момент луна хорошо подсветила его лицо, обозначив азиатские черты.

Китаец?

Что-то не вяжется. Миха говорил они тихие и безобидные.

Последний участник отряда вскарабкался на гребень стены, после чего оба скрылись в ночи. Можно было выходить из своего убежища и думать, как поступить дальше.

Тихонько сдвинул щеколду, открыл дверь…

И вот тут меня торкнуло:

«Он двух тувинцев позавчера голыми руками убил, можешь у бати спросить!»

А ведь тувинцы тоже азиаты!

И значит пришли они вовсе не грабить…

Лезть следом за ними с моей дырявой ключицей было безумием; бежать за подмогой – слишком долго. Так что я решил рвануть вдоль забора до ворот, рассчитывая разбудить хозяина электронным звонком.

Твою мать!

Что-то твердое воткнулось в голень, из-за чего я споткнулся и пролетел часть пути кубарем. Плечо незамедлительно отозвалось болью, а по животу побежала струйка жидкости.

Кровь?

Да и хер с ней! Там хорошего человека убивают…

Подняться на ноги стоило нескольких бесценных секунд, потеряв которые, я снова похромал к воротам, правда уже не с такой прытью.

Наконец-то!

Лихорадочно нажал кнопку несколько раз, но ничего не услышал. На всякий случай проверил рукой дверь, и та легко поддалась.

Нет электричества?

А ребятки, похоже, основательно подготовились, даже провода рубанули.

Че делать-то теперь? Орать?

Две вспышки в окне дома, и раздавшиеся следом выстрелы окончательно отшвырнули сомнения. Не раздумывая, рванул на помощь к старику, схватив по пути торчащий из колоды топор, который приметил еще днем.

Черт! А тяжеловат для одной руки.

Из дома прозвучал новый выстрел и донеслись чьи-то вопли. Понять, кто именно кричал было сложно.

Вот и крыльцо…

На всякий случай подготовительно вскинул инструмент над собой и устремился вверх по лесенке. Почти в эту же секунду входная дверь распахнулась, и на меня лоб в лоб вылетел тот коренастый тувинец, чье лицо я смог рассмотреть из туалета.

Секундное замешательство. Блеск металла в его руке…

Реагируем одномоментно. Я отскакиваю назад, опуская свое оружие, он взмахивает своим. Лезвие ножа кончиком чиркает по одежде на моей груди.

Вот только у меня руки подлиннее будут…

Хруст ломающегося черепа. Кусок грубой стали наполовину погружается в голову тувинца, и тот валится на меня, словно мешок. Равновесие удержать не удается.

Ситуация почти как с Гридом. Я опять лежу на спине, а на мне в конвульсиях дергается очередной труп с дырявой башкой. Снова кровь, снова мозги, снова смерть…

Вот только в этот раз я ничего не чувствую. Нет пьянящей радости; нет той безумной эйфории. Нет даже состояния шока. Я просто его убил, потому что иначе он бы сделал это со мной. Вот и все.

Но размышлять некогда – из дома доносится тяжелый стон. Отбрасываю обмякшее тело, вскакиваю на ноги и кричу в темноту:

– Деда Паша, вы живы⁈

– Это ты, приз-рак? – раздается булькающий клекот старика. – Ты все-таки… пришел за мной…

Призрак?

Снова⁇!

Он часто и хрипло дышит где-то в глубине дома справа. Мне ничего не видно, приходится идти на ощупь. Спотыкаюсь обо что-то мягкое, но удерживаю равновесие.

Кажется это тело второго бандита.

– Я здесь… Почему вы называете меня «призрак»?

Вместо ответа в темноте загорается луч света, который вдруг начинает катиться по полу и ударяется об мою ногу.

Фонарик!

Поднимаю его и направляю к источнику звука. Старик лежит в одних трусах опершись спиной на стену. Он часто дышит, прижимая ладонями кровоточащую рану в области живота. В его ногах валяется третий тувинец с пистолетом в правой руке и неестественно вывернутой головой.

– Старею… сука. Упустил одного… – он сильно закашливается и смотрит на меня мутными глазами: – Убьешь меня, призрак? Убьешь такого… такого беспомощного?

– Где у вас бинты или аптечка? – несмотря на любопытство, я решил повременить с расспросами.

Его правая рука медленно поднялась до уровня лица и указала в глубину дома.

Я уже было собрался развернуться, чтобы двинуть в том направлении, как мое внимание приковала любопытная деталь. Днем боевой дед был в кожаных перчатках и потому у меня не было возможности увидеть…

Надпись «Абдулла» на его запястье!

Я моментально вспомнил деда-наркомана из краснодарского подвала с такой же нелогичной татуировкой. Только у того было набито имя «Мустафа», причем куда более красивым почерком.

Но помимо похожих наколок имелось у этих двоих еще кое-что объединяющее. Оба были примерно одного возраста, и оба жутко недолюбливали кого-то, кого опознали во мне.

Кого-то, кого называли призраком!

И вот это уже навряд ли могло быть простым совпадением.

Мимолетный ступор ушел также быстро, как и пришел. К раненому деду возникло не меньше миллиона вопросов, но я понимал, что время для них было крайне неподходящим. Человека нужно было срочно спасать.

– «Там» – это где? Где именно у вас хранятся медикаменты?

– В се… В серванте н…найдешь, – он бессильно уронил голову.

– Э-э-э! Только не вздумайте умирать! Вам еще многое предстоит мне рассказать.

Я устремился в указанный им проход и через пару секунд оказался в соседней комнате, по всей видимости столовой. Луч света неровно запрыгал по стульям, перескочил на оклеенную обоями стену и отразился от стеклянного шкафчика с керамической посудой.

Это сервант?

Торопливо открыл створки и почти сразу обнаружил на верхней полке коричневый ящичек из искусственной кожи с выдавленным на его поверхности аккуратным крестиком.

– Есть! – я схватил находку устремился обратно к раненному

Если честно, у меня понятия не было, что делать дальше. Одно дело остановить кровотечение из конечности при помощи жгута, и совсем другое – обработать дыру в животе.

К счастью вопрос решился сам собой:

– Дай! – требовательно прохрипел старик.

– Держите.

Тот дрожащими ладонями ухватился за коробку и небрежно опрокинул ее содержимое на пол:

– Посвети…

Фонарь поочередно выхватил из темноты блистеры с таблетками, какие-то овальные ампулы, древний ртутный градусник и еще кучу самой разной всячины. Дед активно пошарил пальцами среди этого добра и наконец удовлетворенно хмыкнул:

– Вот ты где!

Источником его поисков оказался небольшой тубус из зеленого пластика.

– Открой!

Я послушно вскрыл упаковку и извлек наружу шприц-капсулу:

– Готово.

– Обколи иглой рану… По краям. Дави по чуть-чуть, – он убрал вторую руку в сторону, обнажив небольшое круглое отверстие на левой половине живота.

Сомневаясь в способности оказать первую помощь правильно, я, тем не не менее, осторожно ввел острие ему под кожу и впрыснул немного жидкости. Затем поставил еще несколько таких же уколов, отступая от предыдущих по полсантиметра. Все это время раненый дед наблюдал за мной с каменным лицом, будто совсем не чувствовал боли.

– Пойдет?

– Вполне, – в его голосе появилось заметное облегчение. – Давай, беги за помощью, Костя. Не бойся – теперь умру нескоро.

Ну хоть по имени назвал!

– А призрак – это кто? – осторожно поинтересовался я, поднимаясь с корточек.

– Тень забытого прошлого, – натянуто улыбнулся старик. – Беги, потом поговорим.

Далеко бежать не пришлось. Старшина с пятеркой автоматчиков подловил меня прямо у выхода со двора. Хорошо я вовремя среагировал и догадался нырнуть за одну из кирпичных построек, иначе бы, не ровен час, сам словил пулю.

– Я тебя видел, студент! Выходи на свет с поднятыми руками!

– Выхожу! Не стреляйте…

Медленно выбрался на освещенный луной участок, держа ладони на виду, и взглядом указал на дом:

– Там это… деда Паша ранен в живот. Огнестрел. Я сделал уколы. Маленьким шприцом из зеленой упаковки.

– Стас – за Семенычем! Коля и Киря – вы за носилками! – Виганд быстро раздал приказы людям, после чего снова покосился на меня: – Так а я не понял, студент… Если ты ему помогал, то кто тогда стрелял?

– Азиаты, трое. Кажется тувинцы. Деда Паша двоих в доме убил, а последнего… Последнего я завалил. Он на меня с ножом кинулся – пришлось защищаться.

Ну а смысл что-то придумывать? Самооборона в чистом виде.

– Ты? – губы старшины подернула недоверчивая ухмылка. – И чем же ты его «завалил»?

– Топором. Труп у крыльца лежит – можете сходить посмотреть. Я по нужде в туалет пошел, а они через крышу забрались к нам и…

– Все, завязывай! – Виганд отмахнулся от меня, словно от назойливой мухи. – Дуй в свою избу. До утра на улицу не выходить; о том, что произошло – никому не говорить. Усек?

Просьба выглядела так себе, но я согласился без лишних вопросов:

– Усек.

– Дима, проводи. Он в двадцать шестой живет.

Один из двух оставшихся автоматчиков повернулся ко мне:

– Пойдем?

– Ну пошли, – вздохнул я.

По уверенному поведению Мишкиного отца, мне стало ясно, что подобное событие для них не впервой, а потому я не удержался от вопроса навязанному спутнику:

– И часто у вас здесь стариков по ночам убивают?

– Бывает, – улыбнулся он. – Ты главное никому не болтай о своих подвигах, тогда Виганд все оформит как надо. Он мужик золотой; глядишь – вообще скроет твое участие в этой истории.

– Зачем скрывать?

– А ты перед здешними уголовниками хвастаться собрался?

– Нет, но…

– Ну вот и забудь. Рановато тебе заводить врагов среди местных.

– Врагов? – опешил я. – Типа они за мной тоже могут прийти?

– Ты чем-то от остальных людей отличаешься? – рассмеялся провожатый. – Тувинцы – ребята принципиальные и смерть своих не прощают. Даже если это была самооборона.

– Понял, – кивнул я. – Буду держать рот на замке.

– Вот и правильно. Вроде твоя хата?

– Ага, пришли. Спасибо за подсказку, – я протянул ладонь. – Меня, кстати, Костя зовут.

– Бывай, Костя, – он пожал руку и поспешил обратно к своим.

Что происходило дальше мне неизвестно. Еще с полчаса я слышал за дверью обрывки разговоров и суетливую беготню, а затем все стихло. И впору бы попытаться воспользоваться тишиной, да выспаться, но бесконечный поток мыслей не дал сомкнуть глаз до самого рассвета.

Зачем русские люди делают себе таиуировки с восточными именами?

Кто такой Призрак?

Почему мое второе убийство было настолько…

Пресным?

Пожалуй самое подходящее слово. Куда делось то невероятное ощущение, заставившее каждую клеточку тела трепетать от восторга?

И кого еще надо убить, чтобы снова его испытать?

Интерлюдия III

Санкт-Петербуржская Метрополия, сектор А, резиденция графини Бессоновой

Наталья Викторовна Клейменова открыла веки и ошеломленно уставилась на круглолицего мужчину, нависшего прямо над ней. Мысль о том, что в ее квартире находится посторонний побудила немедленно вскочить с кровати, но затекшее тело оказалось повиноваться. Единственное, что у нее получилось хорошо сделать – истошно заорать:

– А-а-а!!!

– Тише, тише, милочка! Вам еще рано вставать.

Взгляд женщины лихорадочно заскользил по сторонам, изучая обстановку: стойка с капельницей, прикроватный столик, включенный монитор состояния здоровья. Поначалу все указывало на больничную палату. Однако затем она заметила четырехметровый потолок с барельефом и огромные панорамные окна, выходящие на просторный цветущий сад.

– Где я? – ошеломленно выдохнула она.

– В безопасности, – тон незнакомца звучал максимально благожелательно.

– А вы кто?

– Ваш лечащий врач. Зовите меня Сергей Витальевич.

Она с подозрением уставилась на его лицо. Слишком лощеное и ухоженное для мужика. Гладко зализанные назад волосы, тщательно выщипанные брови – от него прямо-таки веяло искусственной приторностью. Разве что голос оказался необычайно хорош. Такой мягкий, успокаивающий.

Может и впрямь доктор?

Наталья Викторовна зажмурилась, пытаясь восстановить пробелы памяти, но мозг словно затянуло дымкой. Последнее, что она смогла вспомнить был клубничный коктейль, приготовленный сыну перед школой.

А дальше – пустота.

– Может все-таки объясните, как я сюда попала?

– Мне это не известно, – пожал плечами незнакомец. – Я был приглашен уже после переливания крови, так что…

– Крови? – перебила она его. – То есть я была сильно ранена?

На лице врача отобразилось удивление. Несколько секунд он задумчиво молчал, после чего выдал напрочь ее огорошившую фразу:

– Простите я не уполномочен отвечать на ваши вопросы.

– А кто уполномочен?

– Ее сиятельство.

– Сиятельство? – вспылила женщина. – Какое еще, нахрен, «сиятельство»?

– Э-э-э… Невестка ваша будущая – Алена Дмитриевна.

– Невестка⁈

От последних слов Наталья Викторовна чуть не поперхнулась. Происходящее все больше напоминало бессмыслицу. Она уже было собралась яростно опротестовывать сказанное врачом, однако в последний момент изменила решение:

– А поговорить я с ней могу? С невесткой своей.

– Конечно, – кивнул круглолицый. – Но только если пообещаете не вставать с постели в мое отсутствие.

– Да куда же я теперь встану!

Женщина смиренно указала глазами на тонкую трубку капельницы отходящую из вены и сделала новое открытие – предплечья оказались туго перебинтованы.

– Что с моими руками?

– Скоро заживут, – торопливо ответил врач. – Так я позову Алену Дмитриевну?

– Да поскорее бы уже!

Мужчина спешно покинул комнату и Наталье показалось, что сделал он это с плохо скрываемым облегчением.

В одиночестве пациентка пробыла не более пяти минут. Все это время она внимательно изучала умопомрачительно дорогой интерьер, а еще пыталась вспомнить, кого именно принято называть «сиятельством».

Вроде бы графа…

Получается ее сын крутит роман с графиней?

– Бред несусветный!

– Простите, что вы сказали?

Женщина вздрогнула и повернула голову на звонкий голос, а затем чуть не лишилась дара речи. Появившаяся на пороге комнаты особа была не просто красива – она была идеальна! Ни халат, ни домашние тапочки, ни отсутствие косметики на лице не смогли испортить то, чем ее так щедро одарила природа. Осанка, манера держаться, уверенный взгляд – в ней все выдавало аристократку.

– Извините, Ваше сиятельство… – спешно пробормотала Наталья Викторовна. – Просто доктор сказал, что вы назвались невестой моего сына.

– Ах-ха-ха! – звонко засмеялась вошедшая. – Ну разумеется это глупости! И пожалуйста, оставьте ваши слащавые «сиятельства». Терпеть их не могу.

– Тогда зачем вы ему так сказали? Алена… Дмитриевна, кажется?

– Можно просто – Алена, – поморщилась девушка. – Чтобы лучше делал свою работу, конечно. Некоторые господа, добившись определенного статуса, начинают относиться к простому люду, как к скоту. К сожалению, при всех своих несомненных достоинствах, наш Сергей Витальевич не исключение.

– А вы, значит, не такая? – недоверчиво покосилась на нее женщина.

Хозяйка дома молча обошла кровать и уселась на стул у изголовья. Несколько секунд она внимательно изучала глазами свою гостью, а затем тихо произнесла:

– Вам не кажется, что сходу лезть в душу к незнакомому человеку, к тому же спасшему вашу жизнь, несколько нагловато?

– Нет, конечно! То есть… – запнулась и даже растерялась Наталья Викторовна. – Просто…

– А знаете, что? Давайте и вправду пооткровенничаем! – внезапно повеселела девушка. – У меня ведь тоже имеются к вам вопросы личного характера, и я потребую ответной честности, даже если это будет касаться интимного. Согласны?

– Было бы у меня еще это «интимное», – саркастически заметила гостья. – Живого мужика за задницу лет десять не держала.

– Значит договорились? – рассмеялась графиня.

– Договорились.

– Тогда вы первая. Спрашивайте.

– Хорошо. Для начала хотелось бы знать, что со мной произошло? – женщина приподняла руки и указала взглядом на предплечья.

– А вы ничего не помните?

– Вообще ничего.

– Выходит он вам поставил ментальный блок, что выглядит весьма странно, – хозяйка поместья на секунду задумалась, но затем быстро продолжила: – Хотя нет – это вполне объяснимо. Вероятно он сначала решил ограничиться частичной амнезией, но потом по какой-то причине передумал.

– Да кто «он»⁈ – нетерпеливо воскликнула гостья.

– Тот, кто вас пытался убить. Точнее подстроить ваше самоубийство.

– Убить⁈ – на лице Натальи Викторовны отобразился неподдельный ужас. – За что? Что я кому сделала?

– Не знаю. Вероятнее всего что-то узнали или увидели, – пожала плечами девушка. – Что-то, что не предназначалось для ваших глаз и ушей. Ничего вчера странного не заметили?

– Я же сказала, что не помню! Разбудила сына в школу, приготовила ему питательный порошок, а потом… А потом – как отрубило!

– Ясно, – заключила Алена. – Тогда вот вам известный мне расклад. Вашего убийцу зовут Шерстобитов Сергей Алексеевич. Он начальник Управления Карательных Операций Краснодарской Метрополии и крайне сильный психокинетик. Именно при помощи своего дара этот человек убедил вас вскрыть себе вены. А еще заставил вымыть полы моющим средством отлично уничтожающим органику. И он что-то унес из вашего дома в черных пакетах. Сложив все вместе, я прихожу к выводу, что причина, по которой он захотел избавиться от вас, была спрятана внутри них.

– Откуда вы знаете такие подробности? – испуганно произнесла женщина.

– Потому что я следила за ним.

– Следили? Но для чего?

Графиня заметно скривилась, сделав вид, что размышляет. А затем вдруг резко махнула рукой и произнесла:

– Ладно. В общем я ищу способ занять его место. Он – мой начальник.

Наталья опешила от такой откровенности. Мало кто готов вот так взять и сознательно расписаться в своем стремлении идти по головам.

– И какое отношение ко всему этому имею я?

– Не вы, а ваш сын. Он ввязался в некую авантюру с фалью, чем и привлек внимание нашей службы. Полагаю…

– Фалью? – на лице собеседницы отобразился страх. – Он жив? Пожалуйста скажите, что мой Костя жив!

– Жив, – поторопилась ее успокоить Алена. – И, судя по всему, очень хорошо спрятался. Но если Шерстобитов жаждет его смерти, то моя цель – не дать ему этого сделать. Так получилось, что Константин узнал некоторые вещи, способные упрятать моего начальника за решетку. Именно поэтому я не позволила вам умереть. И его гибели тоже не допущу ни в коем случае. Разумеется если вы мне в этом поможете.

Гостья замерла с открытым ртом, пытаясь осознать масштабы случившегося. На самом деле она прекрасно знала характер сына и предполагала, что однажды тот может вляпаться во что-то посерьезнее обычной драки.

Но фаль?

Это было круто даже для него.

Тем не менее, при своей кажущейся простоте и вспыльчивости, Наталья вовсе не была склонна терять голову и уж тем более слепо доверять всему, что ей говорят.

– Знаете, Алена, – осторожно подбирая слова начала она. – Не поймите меня неправильно, но мне тяжело до конца поверить во всю эту историю. Может быть у вас есть доказательства тому, что вы сейчас рассказали? Ну хоть какие-нибудь?

Графиня пожала плечами и вынула из кармана халата смартфон:

– Здесь он заходит в ваш дом.

– Да, это наш подъезд! Я узнаю.

– А вот в таком виде я вас нашла в ванной.

– Ох, господи… На стене! Да это же мой почерк!

– Ну разумеется ваш! А вот здесь у меня распоряжение на ликвидацию вашего сына и его друзей. А тут…

– Друзей? – вздрогнула женщина. – Они прячутся вместе с ним?

– Увы, – вздохнула собеседница. – Им повезло куда меньше, чем Константину. Но смотрите, дальше…

– Хватит! – Наталья мягко отстранила ее руку в сторону. – Вы сказали, что этот ваш Шерстобитов поставил мне ментальный блок на воспоминания?

– Верно.

– Его получится снять, чтобы я смогла стать свидетелем? Это поможет засадить ублюдка за решетку?

– Разумеется, – кивнула графиня. – Так что наши цели полностью совпадают. Надеюсь у вас больше не осталось сомнений относительно моих мотивов помогать вам? Или все еще думаете, что я праматерь божья вытаскивающая каждого встречного из ванны с кровью?

– Не осталось. Да я бы и не поверила в такую благотворительную чушь. Говорите, что от меня нужно?

– Чтобы с вами плотно поработал опытный психокинетик экстра-класса. Правда в этой процедуре есть один неприятный нюанс…

– Какой?

– Вы сможете вспомнить только те моменты, в которые не были под его контролем.

– Да хотя бы и так! Вот только… В общем у меня нет на это денег.

– О деньгах не беспокойтесь, – улыбнулась Алена. – Я оплатила вам телепорт в Санкт-Петербург, оплатила лечение, оплатила молчание участвовавших в этом людей. Неужели вы думаете, что я все брошу на полпути?

– Мы в Санкт-Петербурге? – глаза Натальи широко раскрылись.

– Ну не оставлять же вас в краснодарских больницах! Несмотря на скромный титул барона, Шерстобитов обладает серьезным могуществом. Он не подвластен вашему князю, а еще имеет длинные руки, способные достать нужного ему человека где угодно. Но навредить вам в Питерской Метрополии, да еще и в моем личном поместье у него не получится, как бы он не старался. Так что предлагаю на время забыть о ваших проблемах и сконцентрироваться на чем-то более позитивном. Все-таки у вас сегодня второй день рождения.

– И на чем мы должны концентрироваться?

– Сейчас решим, – графиня на секунду задумалась: – А знаете что?

– Что?

– Не хотите отметить это дело и снять напряжение? У меня, между прочим, есть натуральное красное вино без грамма синтетики!

– Но… – оторопела женщина. – Это же дико дорого! Да и, боюсь, ваш доктор не одобрит.

– Ну, во-первых, красное вино помогает восстановить организм после потери крови. Во-вторых, я не предлагаю нам напиваться. А доктору… – Алена медленно наклонилась к уху гостьи и заговорщически прошептала: – А доктору мы ничего не скажем.

– Ах… Ну тогда ладно.

Неустановленная локация.

Яков Натанович вышел из портального перехода и поморщился. Место, в котором он очутился ему было прекрасно знакомо, но только изнутри. О его внешних границах ученый не имел даже малейшего понятия. Это легко могла быть другая страна или даже континент. Здесь не работали паранормальные способности; отсутствовала мобильная и беспроводная связь, а также любая другая возможность определить географическое положение. Полностью глухой бункер, лишенный связи с внешним миром.

Эдельштейн вопросительно уставился на встречающего его парня, но тот лишь произнес короткое: «Идите за мной», после чего развернулся и направился к ближайшему выходу за которым их встречал длинный каменный коридор, разделенный массивными стальными переборками с электронными замками. Уж что-что, а на безопасности Треугольник никогда не экономил.

Примерно через пять-шесть минут они вышли в просторный холл и очутились перед парочкой здоровенных мордоворотов, охраняющих узорчатую металлическую дверь. Провожатый отошел в сторону и сделал пригласительный жест:

– Анатолий Федорович ждет.

Ученый было собрался идти вперед, но один из телохранителей остановил его упреждающим жестом:

– Порядок есть порядок, Яков Натанович.

Старик понимающе кивнул и поднял руки. Здоровяк тщательно прощупал его одежду, после чего дополнительно прошелся по ней сканером:

– Проходите.

Кабинет руководителя Структуры не блистал кричащей роскошью, как это можно было бы подумать, учитывая финансовый оборот организации. Напротив, здесь царила почти аскетичная обстановка: длинный стеллаж с бумажной документацией, ряд металлических шкафов, стеклянный столик и два больших кресла, одно из которых прямо сейчас занимал хозяин.

– Садитесь, Яков Натанович, – Треугольник чуть приподнялся и указал на свободное место напротив. – Есть новости о нашем парне?

– Здравствуйте, Анатолий Федорович, – кивнул профессор, усаживаясь. – Вообще-то мы с ним только-только приступили к работе. Однако я полагаю вы не для этого меня вытащили с другого конца Империи.

– Вы правы. Не буду тянуть время и объясню ситуацию. Завтра наши китайские партнеры планируют прислать мне образцы некоего вещества, получившегося в результате пребывания фали внутри одной необычной аномалии.

– О, Господи! – воскликнул Эдельштейн. – Поди опять очередная пустышка?

– Возможно, – согласился Треугольник. – Тем не менее вам нужно будет встретиться с нашим посредником из главной городской лаборатории и помочь ему провести полный химический анализ.

– Но я же…

– Возражения не принимаются. Я понимаю, что вы сейчас очень заняты, однако дело срочное и, в какой-то мере, даже политическое. В свою очередь обещаю оказать любую необходимую поддержку и продлить срок проверки вашего парня на сутки.

– Продления не потребуется, – вздохнул ученый. – У нас в руках оказался настоящий алмаз, который мы обязаны превратить в бриллиант.

– Поясните? – в голосе собеседника проснулся неподдельный интерес.

– Разумеется поясню. Что вы знаете о технике телепортации высших мутантов?

– Да то же, что и любой охотник. Они умеют открывать порталы к местам, в которых однажды побывали без постановки маяка.

– В точку!

– И? – вскинул брови его собеседник. – Что вы этим хотите сказать?

– А вы еще не догадались?

Треугольник медленно поднялся со стула, снял очки и неверящим взглядом уставился на старика:

– Хотите сказать он ТАК умеет?

– Умеет. В его истории еще остаются темые моменты, но к Борису в кабинет он попал именно так. Парень понятия не имеет о тонкостях работы с пространством и при этом прыгает куда захочет. Правда с некоторыми нюансами, вроде укола адреналина, но это уже мелочи.

– Да ведь это… – обычно сдержанный Анатолий Федорович натурально схватился за голову. – Это же дает нам невероятные возможности! Любая база противника или хорошо защищенная резиденция… Да хоть личная спальня Императора!!!

– Ну не любая, а только та, куда его пустят – все же парню необходимо четко представлять конечную точку. К тому же мы все еще не смогли провести замер его количественного потенциала из-за ограничений Ольхона.

– Да пусть даже десять баллов! – выдохнул Треугольник. – За такую способность я готов в него заливать хоть по ампуле ежедневно! Где он сейчас? Вы уже с ним наладили доверительный контакт? Может вам нужно поставить какое-то редкое оборудование? Раздобыть закрытую информацию? Говорите!

Старик лишь улыбнулся произведенному эффекту:

– Об этом я и хотел побеседовать, раз уж вы меня сюда вытащили.

Санкт-Петербуржская Метрополия, сектор А, резиденция графини Бессоновой

Через полчаса две раскрасневшиеся женщины вели себя, как заправские подруги, словно и не было начальной неловкости при знакомстве. Красное вино, натуральный сыр, свежие фрукты… А что еще нужно для душевной беседы? И если поначалу гостья пыталась держать дистанцию, ища подвох в каждом вопросе, то вскоре забылась и расслабилась полностью. Алена не давила, не расспрашивала о местах, где бы мог спрятаться ее сын. Напротив! Казалось ее куда больше интересовала жизнь новой знакомой.

– А как и где вы познакомились с отцом Кости?

– Ой, – мечтательно вздохнула Наталья Викторовна, поглаживая ножку бокала. – Вот скажите, Алена, вы верите в любовь с первого взгляда?

– Честно? Хочется думать, что она существует. Я много слышала о ней, да только испытать пока не довелось.

– А я вот испытала! И ничуть не жалею. Это была всего одна ночь, но зато какая!

– Симпатичный?

– Не то слово! Красивый, высокий, уверенный в себе. Мы познакомились в ночном клубе, и Юра мгновенно покорил меня. До него я никогда не позволяла себе лишнего на первом свидании, но с ним…

– Его звали Юра?

– Да. Я вообще поначалу подумала, что он из ваших… В смысле из аристократов. Манеры, движения, речь – в гетто детей такому не учат.

– И-и-и? – на лице собеседницы отобразилось искреннее нетерпение.

– И все. Потом он привел меня в самую обычную квартиру, где прожил всю жизнь. А свое изысканное поведение объяснил будущей работой. Вроде как он окончил школу дворецких и находился в поиске вакансии.

– Расстроились из-за его бедности?

– Ничуть, – улыбнулась Наталья. – Я тогда была молода и высматривала в мужчинах совсем другие качества. А он… Он обладал ими всеми!

– Красивая история, – вздохнула графиня. – Но вы сказали, что у вас была всего одна ночь. Получается бросил?

– Да лучше бы бросил! – выражение лица гостьи сменилось на печальное.

– Неужели погиб?

– На следующий день, представляете? Про бульвар Восточный слышали?

– Слышала, но без подробностей. В те годы я только в школу пошла.

– Да нет там никаких подробностей, – покачала головой Наталья. – Был человек – и нет человека. Даже сфотографировать его не успела. Хотела разыскать его родственников, но князь и Император все засекретили. Может быть вы с вашими связями поможете? Премного буду благодарна!

– Может быть и помогу, – задумчиво произнесла хозяйка поместья. – Но мне будут нужны его личные данные.

– Так я вам все запишу! – обрадовалась женщина. – Там совсем немного: имя и год рождения взятые с монументальной плиты. Но этого должно хватить. У него фамилия очень редкая – Строп.

– Пишите, – графиня протянула ей свой смартфон. – Думаю я займусь этим прямо сегодня – все равно взяла выходной. А заодно поищу специалиста, способного вернуть вашу память.

– Спасибо!

Спустя пару часов довольная Алена вернулась в свои покои. Как и любой высокофункциональный психопат она прекрасно умела манипулировать людьми, так что очаровать простушку из гетто оказалось делом несложным. И пусть информации насчет убийцы родителей удалось выудить немного, но у нее впервые в жизни появилась реальная зацепка. Сомнительно, конечно, что он представился этой хабалке настоящим именем. И еще более сомнительно, что погиб в той заварушке.

Ведь Алена, как никто, знала о его уникальном умении становиться невидимым. На него не реагировала программа «Свой-чужой». Его не замечали инфракрасные камеры, не отзывались сверхчувствительные датчики движения и тепла. И самое невероятное: плевать он хотел на демолитовое излучение! Способность недоступная никому больше; полностью противоречащая всем физическим законам. Даже высшие мутанты с запредельными показателями силы становились беззащитными перед черным минералом.

А он тихо вошел в одну из самых защищенных резиденций Российской Империи, отрезал головы ее спящим родителям и также тихо ушел, подарив их неспящей дочери прощальный взгляд цвета пламени.

Ей никто тогда не поверил: ни родственники, ни прислуга, ни прибывший на место преступления следователь. И даже любимый дедушка сказал, что людей-невидимок с огнем в глазах не бывает, а она просто пересмотрела мультиков.