Текст книги "Участь Венеры (ЛП)"

Автор книги: Эдмонд Мур Гамильтон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 5 страниц)

Глава VI

Невероятное перевоплощение

Стентон попытался преодолеть странное чувство нереальности происходящего, что овладело им, когда он осознал себя в теле другого мужчины. Бемо Бурмер продолжал с благоговением смотреть на него.

– Я отправляюсь в дом Кендалла Клейна немедленно, – сказал землянин новым, высоким голосом. – Подожду, пока шеф свяжется со мной. Как только это произойдёт, я сразу же с вами свяжусь.

– Но разве мы не идём с тобой? – тревожно спросил Бурмер.

– Только не ты! – воскликнул Стэнтон. – Если тебя увидят рядом с Клейном, это выдаст всю нашу затею. Кроме того, – добавил он, – все подчинённые шефа ищут тебя, Бемо, и меня, я имею в виду, настоящего меня. Тебе придётся на некоторое время затаиться здесь.

Бермер неохотно кивнул.

– Знаешь, где находится дом Клайна? – спросил он.

– Один из тех больших особняков, выходящих окнами на Правительственную площадь, я прав?

Юпитерианин кивнул.

– Тот, что в юго-восточном углу. У Клайна, слава Небесам, нет семьи, но живёт он стильно.

Стэнтон направился к выходу, остановился у двери, оглянулся на гибкую, бесчувственную фигуру на столе.

– Я завишу от тебя в том, что тебе предстоит проследить, чтобы с моим… моим телом ничего не случилось. – твёрдо сказал он и его охватил ужас при мысли о несчастном случае, который может вынудить его остаться в этом чужом теле.

– Мы сохраним его в безопасности, Кларк, – заверил землянина Ним Нарт, и тот поспешил покинуть особняк плавучей виллы, выйдя в сад.

Ночь всё ещё была чёрной и тяжёлой, но далеко на востоке над вздымающимся морем начинала проступать тонкая серая бледность. Приближался рассвет. Стэнтон поспешно залез в ракетоплан Клейна и через несколько мгновений оторвался от плавучей виллы, направившись над морем в сторону города. Его вела парящая, освещённая со всех сторон белая башня здания венерианского капитолия.

Резиденция Кендалла Клейна представляла собой продолговатый трёхэтажный особняк из бледно-розового камня.

Без колебаний Стэнтон посадил ракетоплан на мощённой площадке позади дома. Выбравшись наружу, прошёл сквозь бледнеющий рассвет к заднему входу особняка. Сердце учащённо забилось – сейчас его невероятному перевоплощению предстояло подвергнуться серьёзному испытанию. Венерианский дворецкий с невозмутимым лицом открыл дверь изнутри, как только Стэнтон приблизился к ней.

– Я ждал вас, сэр, – почтительно сказал мужчина, когда Стэнтон вошёл. – Не желаете ли позавтракать?

Стэнтон быстро соображал. Похоже, у Кендалла Клейна была привычка засиживаться допоздна.

– Не сейчас, – жёстко сказал землянин. – Я позвоню тебе, если передумаю.

Он пошёл дальше по длинному коридору, отделанному панелями из редкого тёмного болотного дерева и почувствовал себя немного увереннее. Он целеустремлённо шёл по коридору, как будто прожил в этом месте всю свою жизнь, но когда вышел в круглое, отделанное мрамором фойе, остановился, засомневавшись. Потом его взгляд остановился на открытой двери, за которой находился большой кабинет.

– Я поработаю в кабинете, – решительно сказал он дворецкому. – Не мешай мне.

– Да, мистер Клейн, – почтительно ответил венерианский слуга и добавил: – Пару часов назад по аудиофону звонила мисс Крэй.

– Кто? – выпалил Стэнтон прежде, чем подумал.

* * *

На невозмутимом лице слуги отразилось удивление.

– Э-э… мисс Арлин Крэй, ваша невеста.

Стэнтон готов был откусить себе язык: первую оплошность он успел допустить.

– Что она хотела? – спросил он так хладнокровно, как только мог.

– Она просила передать вам, сэр, что будет здесь к десяти часам, чтобы пойти с вами на президентский бал.

– Хорошо, – небрежно сказал Стэнтон. – Можешь идти. И не беспокой меня до утра.

Он зашёл в кабинет, закрыл за собой дверь и прислонился к ней спиной, прерывисто дыша от облегчения, вызванного минутной передышкой.

– Значит, у меня есть невеста, – присвистнул он про себя. – Неожиданно. И если она пойдёт со мной на бал, что будет с контактом, который шеф должен установить со мной?

Новое чувство нереальности охватило его, когда он мельком увидел себя в высоком зеркале напротив. Этот высокий, смуглый, красивый венерианин в белых шелках, хмуро смотрящий на него – может ли это быть он?

– Теперь ты Кендалл Клейн, – мрачно сказал Стэнтон. – Ты должен помнить об этом каждую минуту.

Он прошёл по полированному полу из болотного дерева к столу со всё более нарастающим волнением. В бумагах Клейна может оказаться какая-нибудь информация о «Друзьях»…

Позади раздался резкий стук в дверь и он испуганно обернулся. В кабинет с невозмутимым лицом вошёл дворецкий.

– Я же просил тебя не беспокоить меня, – сердито сказал Стэнтон.

– Извините, сэр, но президент Лорроу только что прислал срочное сообщение с просьбой срочно прибыть в Капитолий.

Стэнтон напрягся. Что президент Венеры хочет от него – Клейна – так внезапно? Может он… уже под подозрением? Конечно, это было невозможно! Нужно продолжать игру и надеяться довести её до конца.

– Хорошо, я сейчас же отправлюсь туда, – быстро сказал он.

– Ваш ракетмобиль уже ждёт вас, сэр, – сказал слуга.

* * *

Через несколько минут Стэнтон мчался сквозь утренний рассвет к возвышающемуся белому шпилю Капитолия. Это было типичное венерианское утро с небом вечно затянутыми облаками, сквозь которые пробивался яркий, но тусклый дневной свет. Венусполис пробуждался, улицы заполнялись пешеходами, ракетомобили неслись по улицам, над головой гудели ракетопланы.

Стэнтон вбежал в огромную белую башню из цемента. Внутри его встретил посыльный в чёрной венерианской униформе.

– Президент и остальные члены кабинета находятся в зале совета, сэр, – нетерпеливо сказал он. – Они ждут вас.

«Где, чёрт возьми, находится этот зал заседаний совета?» – задумался Стэнтон. Он не может бродить вокруг в поисках, пока за ним наблюдает посыльный.

– Идите вперёд, скажите, что я иду, – наконец, сказал он посыльному.

Немного удивлённый, посыльный поспешил по одному из длинных мраморных залов, выходивших из большой ротонды, в которой посыльный встретил Стэнтона. Тот последовал за ним на небольшом расстоянии. Увидел, как посыльный свернул в поперечный коридор, вошёл в какую-то дверь. Через минуту Стэнтон свернул в тот же поперечный коридор и смело вошёл в ту же дверь. И оказался в средних размеров кабинете, обшитом блестящими никелевыми панелями. Длинный стол, за одним из концов которого собрались четверо венериан. Стэнтон узнал всех четверых. Их лица были знакомы каждому на Венере, потому что это были сам президент и его министры.

Во главе стола восседал президент Джон Лорроу, седовласый мужчина лет пятидесяти с красивым измождённым лицом, в глубоких глазах читался страх и затравленность. Сессуе Гурн, вице-президент, полный, румяный венерианин, пристально смотревший на мир сквозь толстые бифокальные очки. Он тоже выглядел обеспокоенным. Ещё Тан Натал, лощёный седовласый министр иностранных дел, и Бёрк Эллерман, молодой, но солидный министр юстиции с агрессивным лицом. Похоже, он тоже находится в сильном напряжении.

– Клейн, я рад, что ты пришёл, – пробормотал президент. Измождённое лицо скривилось. – Дела становятся всё хуже.

– Что случилось, сэр? – спросил Стэнтон.

– Прошлой ночью «Друзьями» был убит председатель конгресса, – тяжело ответил Лорроу.

Стэнтон напрягся.

– Рани Кей убит?

– Да, – Лорроу печально кивнул. – Убит так же ужасно, как и все остальные. Части его тела были найдены в его кабинете сегодня утром.

Стэнтон напрягся. Потому что это были по-настоящему плохие новости. Рани Кей, председатель венерианского конгресса, был одним из немногих оставшихся членов правительства, кто осмелился открыто выступить против захвата Меркурия.

– Ты знаешь, что это значит, – тяжело продолжил Лоррой. – Когда конгресс соберётся завтра, он неизбежно проголосует за аннексию. Смерть Рани Кей ещё больше запугает остальных.

Его плечи поникли.

– Захват Меркурия настроит каждую планету в системе враждебно по отношению к Венере, а это будет означать тёмное, неопределённое будущее для нашего мира.

Тан Натал, лощёный, утончённый министр иностранных дел, задумчиво кивнул.

– Другие планеты, безусловно, будут встревожены и возмущены, если мы получим контроль над солнечными электростанциями на Меркурии, – тихо сказал он. – Что повлечёт за собой, вполне вероятно, войну.

Сессью Гурн, дородный вице-президент в очках, печально вздохнул.

– Убийство... интрига... война... – тяжело вздохнул он. – С каждым разом становится всё хуже. Я бы хотел, чтобы небеса оставили меня в моей лаборатории, где мне самое место. Учёному не пристало лезть в политику.

Бёрк Эллерман. Агрессивный молодой министр юстиции, всё это время пытался заговорить, и теперь, наконец, прервал Гурна.

– Прежде, чем продолжим, – проскрежетал молодой министр юстиции, – я хочу сказать всем, что в нашем кабинете, как мне кажется, есть предатель.

– Кого вы имеете в виду? – Президент Лорроу был поражён.

Эллерман обвиняюще ткнул пальцем прямиком в Стэнтон-Клейна.

– Я имею в виду его!

Глава VII

Ужас на балу

Кларка Стэнтона как громом поразило. Неужели он где-то промахнулся и выдал себя, а зоркий взгляд Эллермана это увидел? Или его вот-вот разоблачат, как шпиона в теле Клейна? Жёсткий взгляд Эллербана был устремлён ему в лицо с горьким обвинением и ненавистью. Пару мгновений Стэнтон не знал, что ответить. Затем молчание нарушил президент.

– Что, чёрт возьми, ты имеешь в виду, утверждая, что Клейн – предатель? – спросил он.

– То, – резко ответил Эллерман, – что я точно уверен: Кендалл Клейн – один из «Друзей Венеры».

От всех присутствующих вырвалось испуганный вскрик. И всё же, сам Стэнтон испытал чувство облегчения. Получается, Эллерман не подозревает о странном перевоплощении, а тот факт, что он уверен в связи Клейна со смертоносным тайным орденом, был не так опасен.

– Вы, должно быть, сошли с ума, если выдвигаете такие обвинения, – с некоторой горячностью сказал президент Лорроу. – Клейн проработал в кабинете дольше вас!

– Тем не менее, я убеждён, что он один из «Друзей», пусть даже тайный, и поддерживает идею захвата Меркурия! – бросился в атаку Эллерман. – Почему Клейн никогда не высказывался против плана аннексии? Почему он отказывается сотрудничать с моим отделом в поисках «Друзей»?

Стэнтон понял, что если он не станет защищаться, обвинения могут принять всерьёз. Он презрительно посмотрел на Эллермана.

– Ты бредишь, – с нажимом сказал он. – Твоя работа, как министра юстиции – разгромить «Друзей». Ты не справляешься, и поэтому пытаешься обвинить в своей неудаче меня? – Стэнтон сжал кулак и в притворной ярости подался вперёд.

Как он и ожидал, вмешался президент Лорроу.

– Никаких драк! – голос президента прозвучал властно. Затем он сурово обратился к министру юстиции: – И больше никаких обвинений, вроде вашего выпада, Эллерман. Вы позволяете своей неприязни к Клейну затуманить свой взор.

– Извините, сэр, – ответил Эллерман, – но я остаюсь при своём мнении. И когда я получу доказательства…

– Достаточно, – авторитетно приказал Лорроу. – У нас здесь дела поважнее ваших необоснованных обвинений. Нужно подумать о том, что будем делать завтра, когда соберётся конгресс.

Сэссуэ Гурн безысходно пожал толстыми плечами.

– Что мы можем сделать? – печально спросил вице-президент. – Члены конгресса и так запуганы до смерти, а убийство Рани Кей вовсе прикончит их. Будет двести голосов за аннексию и не больше двадцати против. Если только такие найдутся.

– Нам нужно попытаться заставить проголосовать их против аннексии! – заявил Лорроу. – На сегодняшнем балу я свяжусь с как можно большим количеством членов клуба, и вы все должны сделать то же самое. Это наш последний шанс.

– Если у нас вообще есть какой-то шанс, – безнадёжно сказал Тан Натал, когда они начали расходиться.

Стэнтон был рад покинуть здание капитолия, где он каждую минуту испытывал ужасное напряжение, пытаясь не выдать себя.

– Даже отец ни разу не оказывался в такой безумно фантастической ситуации, в какой оказался я, – пробормотал он себе под нос. Потом расправил плечи и добавил: – Но если бы оказался, обязательно довёл дело до конца!

Сквозь толпу встревоженных граждан он пробрался к своему ракетомобилю и помчался домой. В голове у него царила лихорадочная сумятица. Ситуация осложнялась!

Когда он добрался до вычурного особняка Кендалла Клёна, почувствовал крайнюю усталость.

– Я иду спать, – сказал Стэнтон венерианскому дворецкому, встретившего его с невозмутимым лицом. – Разбуди меня вовремя, чтобы не опоздать на бал.

Сон Стэнтона был хаотичным. Когда он проснулся, обнаружил, что на улице давно стемнело и что дворецкий легонько трясёт его.

– Пора одеваться для бала, сэр, – сообщил слуга. – Ваша невеста скоро будет здесь.

* * *

Стэнтон почувствовал себя немного не в своей тарелке, растерянно оглядел комнату, после чего осмотрел своё незнакомое тело. Только после этого к нему вернулось полное воспоминание о роли, которую он играл.

Он принял ванну и начал облачаться в элегантный вечерний костюм из чёрного шёлка, заранее приготовленный слугой. Когда он уже почти закончил, вернулся слуга.

– Мисс Крэй здесь, сэр, – доложил он.

Арлин Крэй, его невеста, или, если точнее, невеста Клейна. Ещё одно опасное испытание для Стэнтона. Собравшись духом, он спустился в мягко освещённый мраморный холл. К нему быстро подошла девушка в белом шёлковом вечернем платье, облегающем тело.

Она оказалась одной из самых красивых венерианских девушек, которых Стэнтон когда-либо видел. Смуглая и стройная, с волосами цвета полуночи и бархатистой оливковой кожей, которые делали женщин планеты облаков синонимом красоты. Стэнтон собрался с духом, намереваясь играть роль до конца. Эта девушка – его невеста, и он должен действовать соответственно.

– Арлин, дорогая! – воскликнул он, делая шаг вперёд, заключая её в объятия, пытаясь поцеловать.

Он почувствовал аромат её приоткрытых губ на своих губах. А потом, к его изумлению девушка яростно оттолкнула его от себя.

– Убери от меня свои руки, Кендалл Клейн! – сердито воскликнула она.

Стэнтон был поражён.

– Не понимаю, почему…

– Ты достаточно хорошо всё понимаешь! – яростно заявила Арлин Крей. – Только потому, что я играю роль твоей невесты ради «Друзей», не значит, что ты можешь пользоваться мной.

Заявление обрушилось на Стэнтона, как удар грома. Девушка тоже была членом ужасных «Друзей Венеры», а помолвка с Кендаллом Клейном – всего лишь фикция, вероятно для того, чтобы они могли часто встречаться, не вызывая никаких подозрений. А он, как дурак, думал, что помолвка настоящая, и пытался сыграть роль горячего любовника. Стэнтон понял, что только что совершил серьёзную ошибку. В бегающих глазах прекрасной венерианки виднелось горькое негодование и злость.

– Ты знаешь, что я ненавижу тебя, Клейн, – сказала она, – и играю эту роль только потому, что таков приказ Шефа. Ты, должно быть, не в своём уме.

Обвинение оказалось настолько опасно неуместным, что Стэнтон напрягся и попытался исправить ошибку.

– Нет ничего плохого в том, чтобы смешивать удовольствие с делом, разве не так? – холодно спросил он. – Ты красивая девушка, Арлайн, и, в конце концов, мы должны вести себя как любовники.

– На публике и больше нигде, – с пылом возразила венерианка. – Сегодня, когда увидимся с шефом, я пожалуюсь ему на твоё поведение.

– А я, когда шеф появится, буду отрицать всё, что ты скажешь, – парировал Стэнтон с ухмылкой, которую он счёл уместной ситуации.

– Когда появится шеф? – удивлённо повторила Арлин Крэй. – Ты же прекрасно знаешь, что шеф никогда никуда не является, это мы должны явиться в Цитадель и доложиться ему, как только сможем покинуть президентский бал.

Стэнтон проклял собственную опрометчивость. Правда, теперь стало очевидно, что он, вместе с Арлин Крэй, должен явиться к шефу «Друзей Венеры» в некое место под названием Цитадель.

– Именно это я и хотел сказать, естественно, – проворчал он. – Давай уже прекратим спор и отправимся на бал.

* * *

Когда они вышли к ожидавшему ракетомобилю, Стэнтону показалось, что в глазах девушки мелькнуло подозрение. Неужели его ошибка заставила её заподозрить, что он не Кендалл Клейн? Клубок, в который он оказался вовлечён, становился попросту фантастическим, но он отчаянно цеплялся за мысль, что если продержится ещё немного, сможет добраться до шефа «Друзей» в его таинственной Цитадели.

Президентский дворец был залит светом. Стэнтон и Арлайн вошли в его широкие двери. Бальный зал сверкал, как бриллиант. Под огромными люстрами толпились сотни великолепно одетых мужчин и женщин – члены венерианского конгресса, офицеры армии и космического флота, послы и атташе других восьми планет. Но над всем этим великолепием, казалось, доминировал напряжённый страх.

– Военный министр и мисс Арлин Крэй! – громко объявил мажордом, когда в зал вошли Стэнтон со спутницей.

Со Стэнтоном заговаривали люди из толпы, тот отвечал кивками, улыбками и односложными фразами. Он не знал большинства этих людей, но понимал, что в роли Кендалла Клейна должен их знать. С некоторым облегчением заметил дородную фигуру и обеспокоенное лицо Сессуэ Гурна в очках. Он шёл прямиком к ним. Толстый вице-президент вытер со лба пот.

– С членами конгресса разговаривать бесполезно, – тяжело дыша, сказал Гурн, подойдя ближе. – Я пытался, как того хотел президент, но никто меня не слушает. Они все настолько боятся «Друзей», что завтра обязательно проголосуют за захват, лишь бы их не убивали.

Стэнтон напрягся, увидев приближающегося Бёрка Эллермана. Молодой министр юстиции приветствовал его коротким кивком, но взгляд был жёстким и подозрительным. Обратив внимание на Арлин Крэй, лицо министра тут же расслабилось.

– Рад вас снова видеть, мисс Крэй, – сказал он прекрасной венерианке. – Мне жаль встречать вас новостью, что мы до сих пор не нашли никаких следов вашего отца, – серьёзно добавил он.

– Я знаю, что вы делаете всё возможное, чтобы найти его, – сказала Арлин Крэй министру юстиции.

Эллерман покачал головой.

– Кажется невероятным, что такой известный учёный, как Уилсон Крэй, мог вот так бесследно исчезнуть. И всё же, по прошествии шести месяцев мы всё ещё не имеем ни малейшего представления о том, что с ним случилось.

Кларк Стэнтон почувствовал прилив волнения. Значит, отец Арлин исчез шесть месяцев назад? Как раз, когда «Друзья Венеры» начали свою деятельность! Возможно ли, что отец девушки и есть лидер «Друзей», таинственный шеф?

Лихорадочные мысли были прерваны хором довольных восклицаний людей вокруг них.

– Смотрите – воздушные танцоры!

Начинались развлечения, устроенные по случаю бала. Первым номером должны были выступить знаменитые венерианские воздушные танцоры. На полу в центре бального зала установили сорокафутовый стальной диск, другой диск точно такого же размера был подвешен под потолком. Пространство между дисками освещал бело-голубой прожектор. К дискам выбежала группа стройных белых венерианок, одетых в облегающие туники из стальной чешуи.

Девушки нырнули в пространство над диском, установленным на полу, и полетели! Два огромных диска оказались невероятно мощными электромагнитами, притяжение которых было настолько сбалансировано, что каждый диск притягивал девушек в стальных туниках с такой силой, что зрителям казалось, что гравитация между дисками попросту отсутствует.

Стэнтон наблюдал за парящими девушками, когда они начали исполнять знаменитый воздушный танец. Помогая себе двигаться руками, к которым были прикреплены лёгкие крылышки, сияющие девушки начали извиваться, нырять и кувыркаться в трёхмерном хореографическом узоре, бесконечно более сложном и красивом, чем старомодные двухмерные сценические балеты.

Под ритмичную венерианскую музыку они двигались всё быстрее и быстрее, пока, наконец, как показалось, не закружились в ослепительном узоре, за которым не мог уследить глаз. С минуту они кружились так в голубом луче света, затем музыка замолкла и девушки нырнули к нижнему диску и убежали под гром аплодисментов.

* * *

Сессуе Гурн приблизился к Стэнтону и беспокойно забормотал ему в ухо:

– Президент должен появиться, как только закончится представление. Он проводит совещание с лидерами конгресса. Надеюсь, он сможет что-нибудь сделать.

Стэнтон задумчиво кивнул и принялся смотреть следующий акт представления. Это была труппа цирковых животных, собранных со всей Солнечной системы, искусно обученных толстым, жизнерадостным уранианцем. Большой унипед с Ио демонстрировал удивительные прыжковые способности, подпрыгивая на единственной ноге, пока, наконец, его плоская голова не коснулась высокого потолка. Чудовище-хамелеон с Юпитера мгновенно менял цвет и форму по команде уранианского дрессировщика. В одно мгновение это была ярко-зелёная сфера, в следующий – красный куб, а потом жёлтый цилиндр. В конце концов зверюга сменила дюжину различных форм и цветов быстрее, чем мог уследить глаз.

Последним номером развлекательной программы был плутонианский телепат. По толпе прошёлся предвкушающий ропот, когда высокий, мертвенно-бледный человек вышел в центр толпы. Плутонианцы развили телепатию более полно, чем любой другой народ, и их способности были источником нескончаемого интереса для остальных народов Системы. Плутонианин стоял неподвижно, уставившись на одного венерианского чиновника, не сводя с него глаз. Затем он начал говорить:

– Дуун Нуро – это ваше имя, – глухим голосом сказал телепат. – Вы – заместитель министра департамента Северной Венеры. В этот момент вам интересно, как я читаю ваши мысли и расскажу ли я о ваших приключениях с марсианской девушкой в прошлом…

– Достаточно! – испуганно завопила ошеломлённая венерианская жертва.

* * *

Из толпы донёсся взрыв смеха, и плутонианец спокойно уставился на другого человека. Он безошибочно читал мысль за мыслью, пока объект не умолял его остановиться.

– Вы Бёрк Элерман, министр юстиции, – говорил плутонианец, не сводя глаз с молодого министра юстиции. – Сейчас вы обеспокоены и подозреваете…

Элерман резко вскинул руку и плутонианин тут же замолчал. Его взгляд переместился на лицо Стэнтона-Клейна.

Стэнтон встретился взглядом с пустым взглядом плутонианина и увидел, как на его лице появилось выражение странного, растерянного замешательства.

– Я вас не понимаю, – нерешительно пробормотал телепат. – Что-то в вас странное – инопланетный разум с унаследованными преступными инстинктами. Так не должно быть…

– По мне так этого достаточно, – быстро сказал Стэнтон. Он улыбался, но под улыбкой ощущал пробирающий внутренности холод.

Плутонианин всё ещё казался сбитым с толку, уставившись на него, но потом, всё же, переключил внимание на других. Когда телепат закончил представление и снова зажёгся свет, Стэнтон обнаружил, что Арлайн с удивлением смотрит на него. Но в этот момент раздался резкий звук венерианских рожков, за которым последовал громкий голос мажордома:

– Президент!

Оркестр заиграл гимн планеты: «Облака Венеры». Взгляды всех присутствующих обратились к двери наверху короткой лестницы, та только что открылась и из неё вышел президент Лорроу, сопровождаемый несколькими официальными лицами. Красивое лицо президента выглядело измождённым под небрежной улыбкой. Когда он начал спускаться по лестнице, раздался взрыв. На глазах охваченной ужасом толпы Лорроу исчез. Он исчез, как будто его никогда и не было, а на лестнице, где он стоял, не осталось ничего, кроме жутких крошечных клочьев плоти и ткани.

Стэнтон услышал, как хриплый крик Сессью Гурна нарушил тишину ужаса:

– Президента Лорроу убили «Друзья Венеры»!