355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Джулия Гарвуд » Музыка теней » Текст книги (страница 3)
Музыка теней
  • Текст добавлен: 4 октября 2016, 02:28

Текст книги "Музыка теней"


Автор книги: Джулия Гарвуд



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)

Глава 7

Габриела предотвратила убийство.

А ведь она всего-то и хотела, что развеяться, отвлечься от тяжелых мыслей. И уж точно не хотела становиться свидетелем таких страшных событий.

Поездка началась довольно приятно. Поцеловав на прощание отца и пожелав ему счастливого пути, она с трудом сдерживала себя, чтобы идти, а не бежать к своему коню по кличке Плут. Она даже позволила одному из солдат подсадить ее в седло. Плут гарцевал в нетерпении, почуяв, что ему позволят промчаться с ветерком.

Поскольку барон Джеффри наблюдал за ней, Габриела не дала Плуту пуститься в галоп, как он того хотел. Как благонравная девушка, она пустила коня легкой рысью. У нее было такое чувство, будто отец все прекрасно понимает, но она все же заставила себя повернуться и помахать ему на прощание, прежде чем скрылась из виду.

Габриела ослабила удила, и Плут пустился галопом. Ей казалось, что они летят. Не прошло и нескольких минут, как они поднялись на ближайший холм. Она смеялась от восторга, страхи, гнетущие ее, отступили.

Как обычно, впереди был Стивен, по бокам скакали Кристиан и Люсьен. Фост, самый молодой из телохранителей, ехал позади, прикрывая тыл. Солдаты были так похожи, что могли сойти за братьев. У всех были светлые курчавые волосы, голубые глаза и загорелая, выдубленная ветрами кожа. Одеты они были в мундиры из черной ткани с едва заметной эмблемой королевского дома Сент-Бил над сердцем.

Характерами они заметно отличались. Должно быть, в силу возраста и положения, Стивен, командир маленького отряда, был молчалив и редко улыбался. Кристиан чаще высказывал свое мнение, и его легко было рассердить. У Люсьена было изумительное чувство юмора, Фост был тихоней.

Все говорили на родном языке. Все четверо, как и Габриела, могли говорить на гэльском, но предпочитали не делать этого.

Габриела понимала, как ей повезло, что у нее есть такие преданные телохранители. Они были рядом всю ее сознательную жизнь. Охраняли ее, когда из-за жажды приключений она оказывалась в трудной ситуации, хранили ее секреты даже от отца. Конечно, ее безопасность была превыше всего, но умение держать язык за зубами она ценила не меньше. Они не задумываясь рисковали жизнью ради ее спасения.

Не далее как месяц назад Фосту пришлось заступаться за нее на деревенском рынке. Она прогуливалась вдоль прилавков, когда за ней увязались двое подвыпивших парней с явно распутными намерениями. Фост встал у них на пути, и они даже не поняли, что произошло, когда оказались на земле.

Вспоминался ей и другой случай, имевший место год назад. Габриела пошла в отцовские конюшни проведать жеребенка, недавно появившегося на свет. Она свернула за угол, когда лопнула веревка, которая держала телегу с зерном на вершине холма, у амбаров. Телега покатилась вниз с пугающей скоростью. Кристиан успел отшвырнуть ее в сторону, а сам получил удар колесом по ноге. Нога распухла, и он неделю не мог ходить.

Она поежилась, вспомнив, сколько пришлось пережить этим смелым людям из-за нее. Но были и другие случаи. Когда она была маленькой девочкой, а на часах у ее покоев стоял Стивен, она всегда могла улизнуть на двор, чтобы послушать, как играют музыканты. Вспомнился ей также день, когда они с подругой Элизабет вопреки воле отца убежали на речку, взобрались на иву и упали в воду. Люсьен вытащил их из реки, отвел к кухарке, чтобы та вытерла девочек насухо и нашла им одежду, чтобы барон Джеффри ничего не узнал. Она никогда не забудет день, когда на поляне за замком расположились лагерем изможденные дорогой странники. Ей велели держаться от лагеря подальше, но она считала, что любой приезжий – желанный гость и его надо должным образом приветствовать. Кухарка в это время пекла пирожки с ягодами. Габриела дождалась, пока она выставила их на подоконник, чтобы стыли, бросила пироги в подол и отнесла странникам. Те с радостью приняли дары и предложили девочке прогуляться с ними. Она согласилась и побежала переодеваться. Благо Люсьен и Кристиан были рядом и вовремя остудили ее пыл. Когда служанка спросила ее, откуда у нее на юбке жирные пятна, охранники промолчали, но вечером, оставшись с Габриелей наедине, объяснили ей, чем могло закончиться такое приключение.

Кристиан и Фост были ее телохранителями сравнительно недавно, а вот Стивена и Люсьена она помнила с детства. Что бы ни случилось с Габриелей, кто-то из верных охранников всегда был рядом. Когда матушке стало совсем плохо и она позвала к себе дочь, Габриела сердцем чувствовала, что больше не увидит мать. Два долгих и печальных дня сидели они с отцом возле умирающей женщины и гладили ее руки. Многие слуги приходили проститься с хозяйкой и уходили, а четверо охранников стояли за дверями покоев на страже и преданно ждали. Ни один не покинул своего поста.

Скача по зеленой траве Финнис-Флэт, Габриела размышляла о том, как много они сделали для нее, и возблагодарила Бога за то, что послал ей таких друзей.

Стивен свернул на восток, и Габриела отвлеклась от своих мыслей. Теперь, когда лошади размялись, они перешли на рысь. Вокруг были разбросаны крупные камни, окруженные изумрудной зеленью. Холмы поросли вереском и цветущими травами. Отец рассказывал Габриеле, что вся Шотландия необычайно красива, но здесь, в Северном нагорье, ей казалось, что краше уголка не сыщешь на всем свете.

Чем выше они поднимались, тем прохладнее становился воздух. Аромат сосен щекотал ноздри. Ветер ласкал лицо.

Они поднимались почти два часа и неожиданно оказались на вершине плато. Стивен уже осмотрел местность и доложил Габриеле, что к их цели можно добраться только одним путем.

– Поскольку мы пришли с юга, прямой путь лежит через рощу, и я не уверен, что там можно проехать верхом. Впрочем, возможно, у нас получится.

– А если не получится? – спросил Кристиан.

– Тогда мы пойдем другой дорогой, – ответил Люсьен.

– А Финнис-Флэт за лесом? – спросила Габриела.

– Да, принцесса.

Она прикрыла глаза от солнца ладошкой и осмотрела долину с востока на запад. Лес простирался насколько хватало глаз. Плато было огромным.

– А как далеко тянется лес? – спросила она.

– Я не пытался пройти его до конца, – ответил Стивен и посмотрел на солнце. – Но у нас много времени, и мы можем выяснить.

– Если деревья могут помешать нам, не проще ли объехать с запада или востока? Может, так быстрее? – спросил Люсьен.

Ответил Кристиан:

– Отец принцессы Габриелы сказал нам, что с востока лес тянется по всей равнине, а за лесом озеро Кеник. На западе также леса, и в них живут дикие Бьюкенены.

– Дикие? – Люсьен покачал головой.

– Так их называет барон Джеффри. И судя по тому, что я от него слышал, это не преувеличение.

– Насколько я понимаю, кланы никому не позволяют проходить через свои земли, – вставил Фост.

Габриела нахмурилась и посмотрела на телохранителя:

– Фост, мы сейчас на землях Макенны, и нас никто не попытался остановить.

– Нет, принцесса, – ответил он. – Мы не на землях Макенны. Их владения и впрямь примыкают к Финнис-Флэт с юга, но мы на юго-восточном склоне, а эти земли контролируются кланом Монро, вашего будущего мужа. Поэтому нас и не тронули.

Габриела устремила взгляд на горизонт, но ничего не заметила. С тех самых пор как они оказались на Северном нагорье, она не видела ни души. То ли местные жители прячутся, то ли не желают вступать в контакт, то ли их просто очень мало и они рассеяны по огромной территории.

– Стивен, а что, если нам вернуться и обойти по восточному склону, чтобы зайти с севера? – спросила Габриела.

– Принцесса, разве вы не заметили гору, преграждающую путь с севера? Вождь Бьюкенен рассказал вашему отцу, что под горой крутой обрыв с нависающей над долиной скалой.

– А ваш отец сказал, что единственная тропка, по которой можно спуститься с севера, охраняется. Если вы посмотрите вон туда, то ее можно даже увидеть, – объяснил Люсьен.

– Гора с севера и тропа контролируются кланом Макхью, а они не терпят чужаков, – добавил Фост.

– Не терпят? – переспросила Габриела с усмешкой.

– Они быстры на расправу, – сказал Кристиан.

– Мы не можем допустить, чтобы вы пошли там, – сказал Стивен.

– Вождь Макхью человек опасный, – сказал Фост.

– Верно. Мы слышали, что клан Макхью отличается жестокостью, а их предводитель настоящий дикарь, – добавил Кристиан.

Она покачала головой:

– Мало ли что могут сказать о человеке. Любую гадость.

– Тогда какие будут распоряжения, принцесса? – спросил Стивен. – Какой выберем путь?

– Пойдем прямо и попытаемся пробраться через лес, – сказала она. – По-моему, это самая короткая дорога. Кроме того, неплохо размять ноги.

Стивен поклонился:

– Как скажете, принцесса. Я предлагаю ехать на лошадях так долго, как получится, чтобы спрятать их от посторонних глаз. Фост, останешься с лошадьми, когда нам придется спешиться.

Им удалось довольно далеко углубиться в лес. Дважды они возвращались и искали объездные пути вокруг колючих кустов. Но когда пересекли ручей, лес стал реже и они пошли быстрее. Доехав до опушки, спешились. Габриела передала поводья Фосту и пошла за Стивеном.

Кусты расступились перед ними, когда Стивен поднял руку, чтобы принцесса остановилась. Она замерла и напрягла слух. Сняла с плеча лук и переместила под руку колчан со стрелами. Вскоре она услышала смех.

Она стояла не шелохнувшись. Доносились мужские голоса, но слов было не разобрать.

Габриела подняла руку, чтобы никто не вздумал ей перечить, и осторожно пошла вперед. Она сместилась чуть левее, и долина стала видна как на ладони. Она насчитала семерых мужчин. Все семеро были облачены в монашеские одеяния с накинутыми на голову капюшонами.

Сначала ей показалось, что они хоронят одного из братьев, вознесши молитву за упокой его души. Они стояли вокруг ямы. Рядом с ямой возвышалась куча свежего грунта. Поняв их истинное намерение, Габриела ахнула. Восьмой человек лежал на земле. Одет он был не в монашеское платье, а в перекинутый через плечо выцветший клетчатый плед. Руки и ноги его были связаны, тело покрывали синяки и ссадины.

Габриела подошла ближе. Она почувствовала на плече руку Стивена, но покачала головой и стала продвигаться дальше. Деревья все еще прикрывали ее, но теперь она могла прислушаться к разговору.

Мужчины спорили о том, каким образом бросить пленника в яму. Трое хотели похоронить его головой вниз. Еще трое возражали, предлагая бросить его в могилу вперед ногами. Тот, что молчал до сих пор, вероятно, их главарь, принял окончательное решение.

Но все сходились в одном: пленника нужно привести в чувство, чтобы он понимал, что с ним делают.

Габриеле стало дурно от таких разговоров, хотя ветер доносил до нее лишь обрывки фраз. В каком грехе повинен этот несчастный? Какой закон он нарушил? Но она уже решила для себя, что ни за одно преступление, каким бы тяжким оно ни было, человек не может быть так жестоко наказан.

Вслушиваясь в их разговоры, Габриела поняла, что единственный грех бедолаги в том, что он брат вождя Кольма Макхью.

Наконец их предводитель изрек:

– Хэмиш, присматривай за тем выступом. Мы не станем закапывать Лайама Макхью, пока не объявится его брат.

– Гордон, ты уже говорил мне, что делать, именно этим я и занимаюсь. Но хотелось бы знать, как мы поступим, если вождь Макхью не объявится вовсе, чтобы спасти братца?

– Объявится, – ответил другой. – Когда поймет, что тут происходит, бросится со всех ног, только все равно не поспеет. Братец его уже испустит дух, а мы будем за границей его владений.

– А как он узнает, что это его брата хоронят заживо? – последовал вопрос.

– До него наверняка уже дошли слухи, что его брат в беде, – сказал Гордон. – Лиц он, конечно, с такого расстояния не разглядит, зато разберет тартан на пледе.

– А если не разберет? Расстояние-то большое, – заметил Хэмиш.

– А я говорю, он увидит, что мы хороним Лайама заживо.

– А зачем мы облачились в монашеские платья? Ведь если он не увидит лица брата, то и наших лиц не увидит. Я уже чешусь под этой робой. По мне вши ползают, и воняю, словно свинья.

– Хватит ныть, Кеннет, – приказал Гордон. – Мы надели эти ворованные одежды, чтобы Макхью не признал нас.

– А признает… – Хэмиш замолк, поежившись. – Придумает для нас казнь пострашнее.

Воины согласно загомонили.

– Может, оставить его и унести ноги? – спросил Кеннет и отошел от ямы.

– Не говори ерунды, – сказал Гордон. – Вождь Макхью никогда не узнает, кто мы такие. Думаешь, почему нас наняли в низине? – добавил он быстро, пока не появились новые жалобщики. – И заметь, нам неплохо платят. Хочешь уйти?

– Нет, но… – начал Хэмиш.

– Хватит болтать! – рявкнул Гордон. – Пни его, Роджер, – велел он воину, который стоял к пленнику ближе других. – Может, удастся его расшевелить. Я хочу, чтобы он был в сознании, когда мы бросим его в яму.

Роджер сделал, как ему велели, но Лайам не пошевелился.

– Вряд ли он очнется, – заметил Кеннет. – Похоже, ему недолго осталось жить.

– Не надо было его так сильно бить, Гордон, – пробормотал Хэмиш.

– Мы все приложились, – напомнил ему Роджер.

– Мы делали то, что нам велели, – парировал тот.

Гордон кивнул:

– Вот именно. Хороший солдат должен выполнять приказ.

Кеннет откинул капюшон и почесал за ухом.

– Напомни-ка мне, что сделал Лайам Макхью?

– Я тебе уже десять раз повторял! – гаркнул Гордон, подкрепив слова такой оплеухой, что Кеннет едва не свалился в яму.

– А ты еще разок повтори.

– Мы схватили Лайама и собираемся убить его, чтобы выманить брата из-за гор. А уж здесь его застанут врасплох воины, притаившиеся в леске на востоке.

Кеннет снова почесал за ухом.

– А что с ним сделают, когда поймают?

Гордон покачал головой:

– Убьют и похоронят рядом с братом.

– А из какого клана воины? Ну те, что прячутся в леске? – Он кивнул в сторону деревьев на востоке и вытянул шею, пытаясь хоть кого-нибудь разглядеть.

– Не твоего ума дело, из какого они клана, – ответил Гордон. – Меньше знаешь – крепче спишь.

– Гляньте-ка, похоже, Лайам очухался, – заметил один из воинов и пнул пленника.

Роджер удовлетворенно хмыкнул:

– Отлично, значит, все поймет, когда мы бросим его в яму. Ману, у тебя есть еще вода, чтобы полить ему на голову? Пусть окончательно придет в себя.

– Да ничего он не очухался, – возразил Кеннет. – Даже глазом не моргнул. Подох, похоже.

– Но если мы плеснем на него водой…

– Нету больше воды, – перебил его Ману. – Но можно плюнуть ему в лицо.

Наемники рассмеялись. Габриела услышала последние два имени: Фергус и Катберт. Солдаты вели себя будто на ярмарке. Она знала, что важно запомнить все семь имен, потому что в один прекрасный день их настигнет кара.

Смех Хэмиша оборвался, когда он заметил вождя Макхью.

– Вон он! Вон он едет! – завопил Хэмиш, натягивая на голову капюшон. – Это Макхью!

Все, включая Габриелу, посмотрели на вершину холма. На солнце силуэт воина на коне выглядел размытым золотым пятном.

– У нас полно времени, – сказан Кеннет. – Макхью не сможет прилететь сюда на крыльях.

– Посмотрите, сколько с ним народу. Я насчитал двадцать человек! – воскликнул Ману. Голос его дрогнул.

Гордон был словно на иголках. Ему показалось, что сзади кто-то есть. Он повернулся и схватился за меч. Никого. Осмотрел западный и восточный склоны, но и там никого не увидел.

– Зря теряем время, – сказал он. – Бросайте его в яму. Зароем – и в путь.

Роджер и Катберт схватили Лайама за ноги и потащили к яме. Голова его дернулась на кочке. Фергус схватил его за волосы и посмотрел ему в лицо.

– Глаза у него закрыты, – произнес он разочарованно.

– Они и были закрыты, – вставил Кеннет. Наемники поволокли Лайама к яме, когда услышали отдаленный шум. Огляделись и увидели, что с дальнего конца долины к ним приближаются всадники.

– Наверное, Бьюкенены, – пробормотал Ману. – Отсюда не разглядишь, но, похоже, они.

– Они убьют нас! – вскрикнул Хэмиш. Он обежал вокруг ямы. – Надо спрятаться. Но где?

Катберт и Ману выронили бесчувственное тело Лайама.

– Поднимите его, черт возьми, – прикрикнул Гордон. – Ну, живо! Когда я стаскивал его с лошади, он видел меня. Придется убить его и только потом бросить в яму. Нет времени закапывать его живьем.

Но Катберт, Ману, Роджер и Кеннет не выполнили приказ. Они бежали в кусты следом за Хэмишем и Фергусом.

Гордон вытащил меч. В тот же момент Габриела достала стрелу из колчана и вложила в лук.

Бьюкенены были слишком далеко, так же как и Макхью, их стрелы не могли достать семерых наемников.

Неожиданно дело приняло новый оборот. Из засады выскочили солдаты и бросились в сторону Бьюкененов. В гуще сражения могла оказаться Габриела с ее телохранителями.

Габриела не сводила глаз с Гордона, предводителя этих крыс. Его пленный не шевелился. Лайам лежал на земле, а Гордон стоял над ним с обнаженным мечом, нервно поглядывая на север. Он попятился было, но передумал и решительно шагнул вперед. Габриела понимала, что Гордон не может оставить Лайама в живых, ведь тот видел его лицо.

– Стивен, – прошептала она, – если я промахнусь…

– Вы не промахнетесь.

– И все же. Если я промахнусь, будь наготове.

Гордон решился. Он взмахнул мечом, намереваясь разрубить Лайама пополам.

Стрела Габриелы остановила его. Рука ее не дрогнула, острие пронзило черное сердце Гордона.

Секундами позже земля задрожала у нее под ногами, потому как Бьюкенены и их враги сошлись на поле брани. Звон стали и крики наполнили воздух. Сеча началась.

Битва переместилась в ее сторону. Габриела молилась, чтобы Лайама не затоптали в сражении. К счастью, подоспели Фост и Кристиан с лошадьми. Габриела вскочила на спину Плута и надвинула капюшон на голову. Она надеялась, что в пылу битвы ее не заметят.

Но Стивен преградил ей путь. Он знал, что она задумала.

– Мы с Кристианом проследим за этим. Люсьен и Фост отведут вас к ручью. Торопитесь, принцесса. Вам нужно уходить отсюда.

Габриела не стала тратить время на препирательства. Она пришпорила коня и помчалась к лесу. Спустя какое-то время Стивен и Кристиан присоединились к ним. Она возблагодарила Бога за то, что они не пострадали в сражении.

– Он жив? – Она спешилась и подбежала к Стивену. Лайам Макхью лежал поперек крупа лошади.

– Пока еще дышит, – ответил Стивен.

– Тогда надо спешить. Я знаю, где искать помощь.

Глава 8

Вот и еще одна битва сотрясает криками и лязгом воздух.

Макхью присоединился к сражению. Плотной линией воины надвинулись на врага. Бьюкенены надавили с другой стороны. За считанные минуты враг оказался в окружении. Никакой пощады. Око за око. После окончания битвы поляна была усеяна телами.

Бродик покачал головой:

– Это не его воины, и это не их стрелы. Я не видел такого клейма раньше. Макенна не оставил следов. – Он поднял кусок оборванной веревки. На ней были пятна крови. – Этим они связали твоего брата.

– А я все равно уверен, что это дело рук Макенны, – проворчал Кольм.

– Без доказательств ты не сможешь обвинить его на совете кланов.

– Лайам где-то рядом. – Кольм осмотрелся по сторонам. – Будем искать, пока не найдем его и того, кто его забрал.

– Бьюкенены с тобой, – сказал Бродик. – Пока не свершится возмездие.

Два вождя разделили своих людей на небольшие отряды, несколько часов прочесывали местность, но Лайама Макхью так и не нашли.

Он словно сквозь землю провалился.

Глава 9

Лайам Макхью находился в плачевном состоянии. Его избили, спина была исполосована плетью до костей. Все тело покрывали синяки, на голове кровоточила рана.

Габриела знала, что раненому окажут помощь в Арбейнском аббатстве. Скорее бы туда добраться.

Они скакали, пока не стихли звуки побоища. Тогда Стивен снял безжизненное тело Лайама Макхью с коня и положил на землю. Габриела промыла раны воина, смочив оторванную от платья тряпицу в ручье. Ему нужны были лекарственные настои и мази. Нужно было зашить рану на голове, но она не хотела делать этого сама, дабы не причинять ему боль.

Ручей делал поворот в сосновом бору, уводя их дальше от Финнис-Флэт. Здесь они были в безопасности. Габриела надеялась, что погони не будет. Люсьен и Фост стояли на страже, а Стивен и Кристиан помогали Габриеле. Рана на голове Лайама не переставала кровоточить.

– Принцесса, у вас все платье в крови, – заметил Стивен.

– Не имеет значения, – ответила она. – Меня волнует только раненый. Он потерял много крови.

– Вряд ли он выкарабкается, – сказал Кристиан. – Что мы будем делать с его телом?

Габриела не удивилась прямоте Кристиана. Он не был бессердечным. Просто он был самым практичным среди них.

– Если он умрет, на то воля Божья. Но я сделаю все, чтобы этого не случилось.

– Как и мы, – заверил ее Стивен и добавил: – Этот воин не видел вашего лица.

Она мягко улыбнулась:

– Разумеется, он же не открывал глаз.

– Вы не поняли нас, принцесса, – произнес Кристиан. – Вы можете оказаться в опасности.

Стивен согласился:

– Мы не знаем, кто эти люди, видели они нас или нет. Ваша стрела прервала жизнь предводителя наемников, но остальные сбежали. Если они узнают, что это вы убили их вожака, они могут отомстить. Никто не должен знать, что вы были здесь.

Габриела поняла, что они правы. Но беспокоилась не только о своей безопасности. Если наемники узнают, что она убила одного из них, они станут мстить не только ей, но и ее охране. Этого она допустить не могла.

– И что вы предлагаете? – спросила она.

– Когда приблизимся к Арбейнскому аббатству, Люсьен и Фост проводят вас к свите, – сказал Стивен.

– Вы можете надеть накидку, чтобы скрыть пятна крови на платье, – сказал Кристиан.

– А как же раненый? – спросила Габриела.

– Мы доставим его в аббатство другим путем. Монахи позаботятся о нем.

Кристиан кивнул:

– Если он умрет, вождь Макхью может обвинить в этом вас. Вы слышали, что наемники говорили о нем.

– Да, слышала. И все же они собирались похоронить ни в чем не повинного человека заживо. Так что я не верю ни слову из того, что они говорили. – Они хотели возразить, но она продолжила: – Этот человек теперь на нашей совести. Мы вместе найдем путь в аббатство и войдем туда, чтобы не привлекать внимания. Я оставлю его, лишь когда буду уверена, что он в надежных руках.

– Но, принцесса… – начал Кристиан.

Она не дала ему договорить:

– Монахи – слуги Господа, ведь так? Я попрошу их никому не говорить, как Лайам попал в аббатство. Если я возьму с них слово, они не станут его нарушать.

– Есть еще одно обстоятельство, принцесса, – сказал Стивен. – Вы не можете оказаться посреди распри.

Она знала, что они не отступятся.

– Хорошо. Я предлагаю компромисс. Как только я удостоверюсь, что Лайам в безопасности и за ним присматривают, я удалюсь.

– И вы никому не расскажете о случившемся?

– Никому.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю