Текст книги "Без снов (ЛП)"

Автор книги: Джозефина Анджелини

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 24 страниц)

Элен ждала пока Клэр успокоиться. Кровоточившие эмоции окружающие предсмертный опыт Клэр напомнили Элен, насколько ужасный Подземный мир на самом деле. Орион так резко изменил Подземный мир для нее, что она больше не считала наказанием быть там.

Пока она была с ним, ей почти нравилось там.

"Но я люблю его не только потому, что он спас меня", продолжала Клэр, прерывая мысли Элен о Орионе. "Ясон один из лучших людей, которых я когдалибо встречала. Я восхищаюсь им."

"Тогда забудь, что думает твоя бабушка," сказала Элен и подтвердила кивком.

"Тьфу ты, я бы с удовольствием! Но старый ботинок никогда не замолкает," застонала Клер, открыла дверь и они обе рассмеявшись, вошли в школу. Елена забыла, как это здорово просто валять дурака с Клэр. Она начала свой день в приподнятом настроении.

Остальная часть утра, однако, походила на медленное погружение в состояние полного изнеможения. Элен должна была постоянно встряхивать себя, чтобы не уснуть, и несколько раз учителя делали ей выговор за то, что она почти спит на ходу. Так или иначе ей все же удалось не уснуть в течение дня, и встретиться с Клэр за обедом.

Сидя за их обычным столом, Элен увидела Мэтта с другой стороны столовой и просигнализировала ему, чтобы присоединялся к ним. Пока он шел, Клэр толкнула Элен локтем и указала на всех девчонок, которые смотрели и шептались, глядя на Мэтта.

У него был порез на губе и царапины на суставах пальцев, которые, очевидно, были от борьбы.

Его рубашка, которая была свободна месяц назад, теперь выглядела немного обтягивающей.

Через натянутый материал было легко увидеть, как у него раздались мышцы груди и плечи.

Он потерял детскую округлость в лице, и теперь выглядел более точеным и взрослым, у него даже изменилась походка, словно он был готов на все.

“О, мой Бог,” сказала Клэр с выражением недоверия на лице. “Ленни, это действительно Мэтт?”

Элен откусила свой бутерброд и стала поспешно проглатывать его, чтобы ответить. "Ты уверена?

А вдруг это не малыш Мэтт!"

Клэр и Элен сделали паузу, посмотрели друг на друга и сказали: "ЭЭЭХХХ" в одно и то же время, прежде чем расхохотаться.

“Что это вы?” спросил Мэтт, когда добрался до стола, удивляясь их странным взглядам. Он указал на бутерброд Элен и предположил. “Огурец и веджимайт [густая паста тёмнокоричневого цвета на основе дрожжевого экстракта, национальное блюдо Австралии]?”

"Нет, диньдон, не о бутерброде речь," сказала Клэр, вытирая глаза и до сих пор давясь от смеха.

"Это о тебе! Ты официально Красавчик сейчас!"

"Ох, замолчите", сказал он, и румянец мгновенно окрасил его лицо и шею. Его взгляд метнулся туда, где остановилась Ариадна, чтобы пообщаться с одноклассником, а затем быстро отвел взгляд.

"Ты должен сделать первый шаг", шепотом сказала Элен Мэтту, пока Клэр была занята, махая Ариадне.

"И получить пинок?" Он грустно покачал головой. "Черт, нет."

"Ты не узнаешь—" продолжала Элен, но Мэтт твердо прервал ее.

“Нет.”

Когда Ариадна присоединилась к ним, у Элен не стало выбора, и она замолчала, хотя, честно говоря, не смогла понять, почему для Мэтта эта была такая проблема. Она знала, что Ариадне он небезразличен, и, может быть, Мэтту просто нужно рискнуть и поцеловать ее, как Ясон поступил с Клер. Это все напомнило Элен Ориона и его губы.

"Элен"? сказала Ариадна.

Элен подняла голову и увидела, что все смотрят на нее. "Да?", Сказала она, недоумевая и немного испуганно.

“Ты не слышала ни слова из того, что мы только что говорили тебе, не так ли?” спросила Кассандра.

"Сожалею," защищаясь ответила Элен. Как Кассандра сюда попала? удивилась она.

"Ты спала прошлой ночью?" спросила Кассандра, словно повторяла вопрос. Элен покачала головой. Кассандра откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди, ее естественно ярко красные губы поджались и она задумалась.

“Почему ты ничего не сказала?” заинтересованно спросила Клэр у выглядевшей виноватой Элен.

"Я не знаю", пробормотала Элен. "Я не спала так долго и просто забыла упомянуть об этом."

“Ну, это сделал Орион,” сказала Кассандра своим устрашающе спокойным способом. Потом ее лицо резко изменилось, и она склонилась к Элен, на секунду перестав быть похожей на нормальную девочку. “Орион всегда такой... ” Она запнулась, не зная, как задать свой вопрос должным образом.

"Забавный? Упрямый? Огромный?” выпалила Элен последовательно, пытаясь ответить на вопрос Кассандры, характеризуя Ориона этими словами, которые пришли в ее загроможденную голову.

"Он действительно большой?" с любопытством спросила Ариадна. "Какой в оригинале Орион"?

"Он огромный," быстро ответила Элен, стараясь не покраснеть. Еще несколько описательных слов возникли в ее голове, когда она подумала об Орионе, но она продолжила их про себя.

"Помоги мне, Касс. Он всегда и что?"

"Непредсказуемый", наконец, решила Кассандра.

"Да. На самом деле это именно то слово, чтобы описать его. Подожди, откуда ты можешь знать это?"

"Я не видела, что он придет", сказала она, скорее себе, чем комуто.

"Что ты говоришь? Он написал тебе, что ли?" спросила Элен, все более и более запутываясь. "Я никогда не давала ему твой номер."

"Лукас дал." выступила Кассандра, как будто все знали, что это значит.

"Когда?"

"Орион впервые написал моему брату сегодня утром."

"Как получилось, что Орион. . . " Элен ужаснулась и перестала дышать. Она не могла назвать имена Ориона и Лукаса вместе в одном предложении.

Раздался звонок, и все стали собирать свои вещи, в то время как Элен продолжала смотреть в пространство, не переставая думать о Лукасе. Элен понимала, что она настолько лишена сна, что уже стала умственно ослабленной, но несмотря на это, она знала, что именно имя Лукаса, а не Ориона, нанесло нокаутирующий удар ее нервной системе.

"Почему ты молчишь, Лен?" обиженно спросила Клэр. Она автоматически схватила повисшую руку Элен и потащила ее на следующий урок, потому что сама Элен на звонок не реагировала.

"Что ты сказала?" попрежнему находясь в тумане пробормотала Элен.

“Этим утром! Ты не рассказала мне о том, что ты, ну ты знаешь... ты позволила мне говорить и говорить о Ясоне, как будто ничего не произошло.”

“Смешинка, не надо,” мягко сказала Элен. “Я как услышала о том, насколько ты счастлива, что мне совсем не захотелось говорить о себе. Честно. Это помогает мне понять, что хорошие вещи все еще происходят в мире, особенно когда они происходят с тобой. Я хочу, чтобы ты была оскорбительно счастлива в остальной части твоей жизни, независимо от того, что происходит со мной. Ты ведь знаешь это, не так ли?”

"Боже, ты действительно умираешь?" тихо ахнула Клэр. "Ясон говорил, но я ему не поверила."

"Я еще не умерла", сказала Элен улыбнувшись, и пошла в аудиторию. "Пойдем на урок, Смешинка.

Я уверена, что переживу социологию, по крайней мере."

Клэр печально махнула на нее, и побежала по коридору, в то время как Элен вошла и села на свое обычное место. Она обернулась в шоке, когда Зак подошел и сел рядом с ней. Он попытался чтото сказать, но она оборвала его.

"Я не могу поверить, что у тебя хватило наглости," сказала Элен. Она встала и взяла свои вещи, но Зак схватил ее за руку, когда она проходила мимо.

"Пожалуйста, Элен, ты в опасности. Завтра. . . ", Сказал он шепотом.

"Не трогай меня", прошипела Элен, потянув свое запястье из его захвата.

Лицо Зака вытянулось, а его глаза смотрели на нее в отчаянье. На мгновение Элен почувствовала жалость к нему. А потом она вспомнила о том, как изза него чуть не убили Гектора на соревнованиях по легкой атлетике и ее смягчившееся сердце, опять превратилось в камень. Она, возможно, и знала Зака с начальной школы, но те дни давно в прошлом. Элен подошла к другому столу, села и больше не смотрела на него.

После уроков Элен и Клэр пошли на трек бегать, а затем вместе отправились к Делосам. Когда они добрались туда, там никого не было. Даже Ноэль, оставив сообщение, приклеенное к холодильнику, сообщала, что любой голодный человек, который войдет в кухню, ничего там не найдет из еды, она вернется через несколько часов и принесет продукты. Клэр и Элен покривлявшись друг с другом, и прочитав сообщение, совершили набег на шкафы, чтобы чего нибудь найти, и успокоить их грохочущие животики. Покончив с ворованной закуской, они разобрались почему дом был так чертовски пуст.

Паллас и Кастор все еще были в НьюЙорке, в эпицентре бесконечной грызни Тайного совета. В их последнем письме, не было еще никакого решения об окончательном избавлении от Мирмидона, хотя они постановили, что ему не было позволено селиться на острове. Правда это было бесполезно, потому что оказалось, что все это время он жил на яхте. Ясон и Лукас были на футбольной тренировке, а так как виолончель Кассандры отсутствовала в библиотеке, Элен и Клэр предположили, что она и Ариадна были в школе на репетиции пьесы.

Так или иначе, две девочки Делос, участвовали в музыкальной постановке пьесы "Сон в летнюю ночь". Ни у одной из них не было времени, а Кассандра особенно была раздражена изза этого.

Она больше не видела смысла пытаться казаться нормальной, когда ее слаборазвитое тело и ее странная неподвижность так, очевидно, сигнализировали, что она не была нормальной. Элен понимала, что нужно поддерживать видимость, но должна была согласиться, что никакое количество постановок не могло заставить Кассандру походить на нормальную четырнадцати пятнадцатилетнюю, и, зачем тогда мучить бедную девочку с театром?

"Эй, Смешинка?" размышляла Элен, в то время как она и Клэр покончили с последним, из скрытого тайника Ясона, шоколадным печеньем. "Сколько ты весишь?"

"Прямо сейчас? Наверное, около тысячи фунтов", сказала Клэр, счищая крошки печенья с колен.

"Почему спросила?"

"Я хочу попробовать коечто, что может быть даже опасно. Ты в игре?"

"Я в игре, только сменю свое имя на Yahtzee[игра в кости]," вкрадчиво ответила Клэр с игривой усмешкой.

Элен повела ее на арену, по дороге они с Клэр валяли дурака, та постоянно неудачно пыталась то ударить, то опрокинуть, то бросить через плечо свою сверхъестественно сильную подругу.

Когда они наконец пришли, после долгих кривляний и хихиканий, и встали на середину арены, Элен стала серьезной, и сказала Клэр не двигаться. Она близко подошла к Клэр, и сосредоточилась на маленьком весе подруги.

"Лен, щекотно!" хихикнула Клэр. "Что ты делаешь?"

"Я пытаюсь сделать тебя невесомой и, наконец, показать тебе, каково этолетать", пробормотала Элен с закрытыми глазами. "Может быть, положишь свои руки на мои плечи?"

Клэр охотно сделала, как попросила Элен. Ей всегда хотелось знать, что испытывали Элен и Лукас, когда легко взлетали в воздух, но до сих пор, Элен не была слишком уверена в своей способности, чтобы согласиться попробовать это с Клэр. Лукас предупредил ее, что с пассажиром будет трудно, но это больше не пугало Элен. Она решила, если не попробует сейчас, то уже никогда такого шанса не будет.

Как только Клэр наклонилась к Элен, они вдвоем взлетели на десять футов в воздух. Клэр задохнулась от страха.

“Я чувствую себя... удивительно! ” Голос Клэр дрогнул от восторга, и хотя Элен все еще была сконцентрирована, чтобы удержать их двоих наверху, она улыбнулась.

Полет действительно был удивительным, и, несмотря на то, что говорил Лукас, Элен с удивлением обнаружила, что подъем с Клэр был сложным, но не выматывающим. Она знала, что Лукас не стал бы вводить ее в заблуждение, и поэтому сделала вывод, что возможно она была сильнее, чем он. Осмелев, Элен поднялась еще выше.

"Какого черта ты делаешь?" закричал Ясон с земли под ними, испугав их обеих.

Клэр завизжала, и концентрация Элен дрогнула. Прежде чем она успела восстановиться, они начали быстро падать. Глядя вниз, Элен увидела, что они взлетели выше, чем она думала. Даже при том, что они с Клэр быстро падали, они все еще были почти в тридцати футах над Ясоном, Кассандрой, Ариадной, и Мэттом, которые смотрели на них с паникой лицах.

"Спусти ее сейчас же!" яростно скомандовал Ясон.

"Ясон, я в порядке", успокаивала его Клэр, но он не слушал.

"Сейчас же, Элен," прорычал он. Даже с такой высоты, Элен видела, что Ясон был яркокрасным от гнева. Она решила, что лучше сделать, как он сказал, пока у него не полопались вены или еще чтонибудь, и начала осторожно опускать Клэр к нему.

Они все еще были в десяти футах над землей, когда Ясон подпрыгнул и схватил Клэр в воздухе, заставляя Элен освободить ее полностью. Он был так разгневан, что не мог даже смотреть на Клэр, когда поставил ее на ноги. Он повернулся к Элен, как только она приземлилась перед ним.

"Как ты можешь быть такой эгоисткой?" спросил он хриплым голосом.

"Эгоисткой?" пискнул недоверчиво Элен. "Я эгоистка?"

"Ты когданибудь задумывалась, насколько сильную боль ты могла причинить Клэр, если бы не удержала ее?" Он говорил все громче и заводился с каждым словом. "У тебя есть понятие, как долго болит сломанная нога у смертным даже после того, как ее вылечат? Она может болеть всю жизнь!"

"Ясон", попыталась прервать его Клэр, но Элен уже кричала на него.

"Она моя лучшая подруга!" орала Элен. "Я никогда не позволю ничему плохому случиться с ней!"

“Ты не можешь гарантировать это. Изза того, кто мы есть, ни один из нас не может гарантировать ей!” орал он в ответ.

"Яс. . . " Ариадна успокаивая положила руку на руку своего близнеца. Он стряхнул ее грубо, а затем повернулся к ней.

"Ты не лучше, Ари. Не ты ли встречаешься с Мэттом, и думаешь, что, обучив его, поможешь ему?"

осуждение выплескивалось из него. "Сколько раз мы должны смотреть на это, прежде чем, наконец, примем правду? Смертные не живут долго рядом с Сционами. Или ты не заметила, что у нас нет матери?"

"Ясон! Хватит!" воскликнула Ариадна. От шока у нее навернулись слезы на глаза.

Но Ясон уже высказался. Одним быстрым движением он развернулся, уклоняясь от руки Клэр, и направился прямо на пляж. Клэр пошла за ним, умоляюще посмотрев на Элен. Элен одними губами сказала "извини" а Клер в ответ, вздохнула и пожала плечами, как будто ни кто из них, ничего не мог сделать. Потом она побежала, чтобы догнать Ясона, который быстро уходил в тень пляжа.

* * *

«Это моя мама, Эйлин, и тетя Ноэль, когда они были вместе в колледже в НьюЙорке,» сказала Ариадна. Она достала фотографию, которая была зажата между страницами книги на полке над кроватью, и прыгнула вниз, чтобы вручить ее Элен.

С фотографии смотрели две ошеломляюще молодые женщины за стойкой переполненного бара, разливая напитки. У них был нахальный вид, который сразу же восхитил Элен, и они вместе шумно смеялись, когда подавали разноцветные коктейли людям перед ними.

"Посмотри на Ноэль!" удивилась Элен. "Она носила кожаные штаны?"

“Носила,” сказала Ариадна с болезненной гримасой. “Я предполагаю, что она и моя мама были немного дикими, когда были молодыми. Они работали в ночных клубах и модных ресторанах по всему городу, чтобы заплатить за обучение. Фактически там, они и встретили моего папу и дядю Кастора. В ночном клубе.”

“Ваша мама была очень красива,” сказала Элен. Эйлин была стройной, очень соблазнительной и ультраженственной. У нее были темные волосы и темнозолотистокоричневая кожа латиноамериканки. “Но она не ...”

"Похожа на нас? Нет. Сционы похожи на других Сционов из истории. Мы не наследуем ничего от наших смертных родителей," грустно сказала Ариадна. "Я думаю, моему папе было бы намного легче, если бы он мог смотреть на нас и видеть ее. Он очень любил ее, и до сих пор любит."

"Да, я знаю," пробормотала Елена, и с удивлением поняла, что действительно знает. Какимто образом она прочувствовала, насколько глубоко эта незнакомка с фото была любима. Глядя на то, как Эйлин и Ноэль прикалываются друг над другом, Элен не могла не подумать о себе и Клэр.

"Они были очень близки, да?"

"Лучшие подруги, с детства," многозначительно сказала Ариадна. "Все в наших жизнях повторяется, Элен. Некоторые циклы всплывают снова и снова у Сционов. Два брата или кузены, которые были воспитаны как братья, влюбляются в двух сестер, или почти сестер, это один из тех циклов."

"И только одна из этих женщин все еще жива," тихо сказала Элен, наконец, осознав беспокойство Ясона. "Ну, Ясону не о чем волноваться. Я умру прежде, чем позволю чемунибудь случится с Клэр."

“К сожалению, иногда у Сционов нет выбора,” сказала Ариадна прищурив глаза. “Мой отец умер бы за мою мать, но это не всегда героическое сражение, чтобы спасти человека, которого ты любишь, знаешь ли. Иногда, людей просто убивают. Особенно тех, которые находятся рядом с нашим видом.”

"Что случилось с твоей мамой?" за все время, Элен ни разу не задавала этот вопрос ни кому из Делосов. Может быть, подумала Элен, Ясон прав. Может быть, она действительно эгоистка.

"Неправильное место, неправильное время," ответила Ариадна, забрала фотографию своей смеющейся матери и нежно засунула ее назад между страницами книги. "Большинство Сционов будет делать что угодно, чтобы избежать убийства смертного. Но чаще всего, смертного убивают совершенно случайно, только потому, что он или она рядом с Сционом. Вот почему мой отец и мой брат думают, что мы должны держаться подальше от тех, кто может пострадать."

"И ты тренируешь Мэтта".

“Я никогда не знала свою маму. Все говорят мне, что у нее были острый язык и огненный латиноамериканский характер.” покачала головой Ариадна. “Но быть жестким не достаточно.

Мой отец никогда ничего не показывал моей матери, я имею ввиду, как Сционы борются, и я думаю, что это, имело некоторое отношение к тому, почему она умерла. Я не спятила. Я знаю, что Мэтт никогда не сможет побить Сциона, но я не об этом говорю. Если я не научу его, по крайней мере, некоторому набору навыков, то я никогда не смогу простить себя, если ему причинят боль.

Это имеет какойлибо смысл?”

Елена кивнула и взяла руку Ариадны в свою. "Да, имеет. Я понятия не имела, насколько все серьезно между тобой и Мэттом."

"Это не так," быстро сказала Ариадна, но потом она раздраженно откинула голову назад и вздохнула в потолок. Это был жест, который Элен много раз видела у Ясона, когда он боролся с чувствами к Клэр. "Честно говоря? Я не знаю, что между нами. Я не могу решить, оскорблена ли я, что он не пытается чтолибо предпринять или я счастлива, что он не искушает меня ".

Было очевидно, как подавлена, была Ариадна. Элен не знала, что сказать, и в конце концов решила, что, может быть, Ариадне и не нужно, чтобы ей ктото говорил, что делать. Вместо того, чтобы давать советы, Элен просто сидела и держала ее за руку.

"Ари, ты знаешь, где. . ." сказал Лукас, когда открыл дверь спальни. Он замер, увидев Элен.

"Извини. Я должен был постучать".

"Кого ты ищешь?", Сказал Ариадна, как будто проверяла его.

Лукас опустил глаза и закрыл дверь, не отвечая на ее вопрос. Элен приказала себе дышать и заставила себя двигаться какнибудь, чтобы не показать насколько она ошарашена, но Ариадна все равно заметила.

“Ты что же? Все еще?” с недовольством спросила она. “Элен. Он твой кузен.”

“Я знаю это,” напряженно сказала Элен, протягивая свои руки в просительном жесте. “Ты думаешь, что я хочу чувствовать это? Ты знаешь, что я фактически предпочитаю находиться в Подземном мире теперь, потому что, по крайней мере, там я знаю, что вдали от этой болезни?

Насколько же неправильно все это!”

“Все это очень, очень неправильно,” сказала Ариадна с состраданием, но почти умоляя Элен. “Я так сочувствую вам двоим, но ты должна остановить это. Кровосмешение, даже если это неумышленное кровосмешение, где двое Сционов не знают, что связаны, является другим циклом, который повторяется снова и снова. Это всегда заканчивается худшим способом. Ты знаешь это, не так ли?”

“Да. Я читала Царя Эдипа – я знаю, как эта история заканчивается – но каковы мои варианты?

У тебя есть какоенибудь древнее домашнее средство, которое заставит меня разлюбить его?”

спросила Элен, будучи только частично саркастичной.

"Держитесь подальше друг от друга!" Отрезала Ариадна.

“Ты была там, когда он сошел с ума и сказал мне, что не разрешает мне даже смотреть на него,” крикнула в ответ Элен. “И это продлилось сколько? Девять дней? Мы не можем избегать друг друга. Обстоятельства всегда сводят нас вместе, независимо от того что мы делаем друг другу.”

Большой пузырь отчаяния поднимался и раздувался в груди Элен, и жалостливого взгляда Ариадны было достаточно, чтобы он взорвался. Она встала и начала шагать. “Я буквально пошла в Ад, ища место, чтобы свалить свои чувства, которые у меня к нему, но я не нашла отверстие достаточно широкое или достаточно глубокое. Так, пожалуйста, скажи мне, какие у тебя есть идеи, потому что у меня их нет, и если то, что говорит Кассандра, верно, у меня и времени то нет тоже.”

Элен услышала отрывистый звук под глазами и подняла руку, чтобы прикрыть поток теплой крови, капающий на ее губы. Ариадна тихо сидела ошеломленная на краю своей кровати, в то время как Элен подбежала к окну, распахнула его, и выскочила.

Элен все быстрее и быстрее летела прямо вверх. Она хотела, увидеть тонкую голубую линию воздуха вокруг земли, как она растворяется в черном небе. Она хотела, освежить в своей голове, как она опустила голову в ту ночь, перестала бороться. Она была почти уверена, что, если не случится никакого чудесного прозрения, она никогда не сможет поднять свою голову вверх снова.

Очищая замерзающую кровь со своего лица, лучше всего это получалось краем ее рубашки, Элен уставилась на медленно вращающуюся землю. Это были сумерки на ее стороне планеты, но она все еще могла разобрать легкий слой атмосферы. Это была просто хрупкая щепка, почти ничего, что держало жизнь на одной стороне и замораживало до забвения на другой. Элен восхитилась этим чемто, что выглядело настолько тонким, а могло быть настолько сильным. Еще один подарок от Лукаса, подумала она, улыбаясь непритязательному виду.

Элен закрыла глаза и поплыла. Она была высоко, выше, чем когдалибо прежде, и притяжение земли было настолько мало, что на мгновение она задумалась, а смогла бы она оборвать нить силы тяжести, которая привязывала ее к миру и дрейфовать на луну.

Стальная рука, схватила заднюю часть ее куртки, дергая ее вниз и почти разрывая одежду. Элен обернулась, когда стала лететь назад к земле и увидела измученное лицо Лукаса, который притянул ее к себе.

"Что ты делаешь?" Выдохнул он ей в ухо, прижимая ее крепко к своей груди тяжело дыша, пока он быстро тянул их обоих вниз. Его горло свело от волнения, а голос сломался, когда он попытался заговорить. "Ты пыталась улететь прочь в космос? Ты знаешь, что это убьет тебя, не так ли?"

“Я знаю, Лукас. Я... чувствую себя хорошо, и просто плыву.” Она поняла, что вслух произнесла его имя впервые за столько времени. Это было такое облегчение, наконец произнести его имя своими губами снова, что она рассмеялась. “Мне нравится делать это иногда. Разве ты не делаешь так?”

“Да. Я делаю,” признал он, все еще сжимая ее и прижимая лицо все ближе и ближе к ее шее, пока они плыли по холодному ночному небу. Он прошептал ей на ухо. “Но твои глаза были закрыты. Я подумал, что ты потеряла сознание.”

"Прости. Я думала, что была одна," прошептала она.

Она знала, что должна бы спросить, как Лукас добрался сюда, но если честно ее это не заботило.

Она держалась за него, прижимаясь все сильнее и сильнее, как будто пыталась раствориться на его груди и обернуться кожей вокруг него.

Это был Лукас, и она хотела держаться за него, держаться за человека, каким он был в этот момент, прежде, чем он снова превратиться в сердитого незнакомца. Он вздохнул глубоко и произнес ее имя перед тем, как отстранился из ее объятия и опустил Элен на крышу.

“Где Джерри? ” спросил он, когда они нависли над ее домом. Поросенок, древний Jeep Wrangler Джерри, отсутствовал на дорожке, и не было света ни в одном окне.

"Наверное, попрежнему работает," сказала Элен, не спуская с него глаз. "Ты войдешь? Или начнешь снова угрожать?"

“Я обещаю тебе, больше не угрожать. Так или иначе, это все равно не сработало,” сказал Лукас и потащил Элен вниз, чтобы приземлиться с ней на "вдовьей дорожке"[огражденная платформа на крыше].

"Ты ведь нарочно так сделал, не так ли?" На мгновение они замерли, уставившись, друг на друга в густой тишине. "Разве твой отец не имеет к этому отношение?"

"Это был мой выбор," тяжело сказал он.

Она ждала, что он объясниться, но он этого не сделал. Он не пытался оправдаться или свалить вину на когото другого. Вместо этого, Лукас предоставил решить Элен, что должно произойти между ними. Она ударила его в грудь от разочарования, не так сильно, как могла, но достаточно сильно, чтобы заставить его почувствовать чтото. Он не пытался остановить ее.

"Как ты мог так поступить со мной!" Закричала она, чуть не завыв.

"Элен". Он поймал ее маленькие кулаки и прижал их к месту на своей груди, по которому она била. “Что еще я мог сделать? Мы снова были вместе все время. Сидели вместе, рассказывая, друг другу наши самые глубокие тайны, и это смущало тебя. У тебя есть более важные вещи, о чем нужно думать, чем я.”

“Ты хоть представляешь, насколько это больно?” спросила она хриплым голосом, желая, ударить его еще раз, но, обнаружила, что ее руки расслабились сами собой, и гладят его.

“Да.” сказал он так ласково, что Элен поняла, что он разделял ее боль. “И последствия, останутся со мной до конца моей жизни.”

Она наморщила лоб от беспокойства, понимая, что он не преувеличивал – Лукас изменился. Его лицо было таким бледным, что отражало лунный свет, а его глаза были темносиними, почти черными. Казалось, что она смотрит на полуночного близнеца ее солнечного Лукаса. Он был все еще красив, но так грустен, что было очень больно на него смотреть.

После всего через что она прошла по его вене, Элен понимала, что должна хотеть наказать его, но ей не хотелось. Вместо этого она сомкнула руки вокруг его шеи, а он вздрогнув, начал водить руками вверх и вниз по ее спине, и она знала, что больше нисколько не сердится.

Смотря в его глаза, она увидела, что странный мрак клубясь проникает туда, пытаясь потушить свечение, которое она всегда находила в них. Но прежде, чем она смогла придумать, как спросить его, что он подразумевал под "последствиями", Лукас сменил тему разговора и отстранился от нее.

“У меня была долгая переписка с Орионом сегодня,” сказал он, открывая дверь с "вдовьей дорожки", которая вела вниз в дом и придерживая ее открытой для Элен. “У него возникло чувство, что ты не все рассказываешь нам о том, что происходит в Подземном мире. Он попросил, чтобы я помог. Он очень заботится о тебе.”

“Я знаю это.” Элен повела его вниз в дом к ее холодной спальне. “Но он неправ. Я ничего не скрываю ни от кого. Просто, я думаю, что помочь мне невозможно, так, зачем вникать в детали?

Я не сплю, Лукас. А что Орион думает, что ты, или ктолибо еще может исправить это?”

Лукас в задумчивости, резко сел на край кровати Элен, сбросил куртку и скинул ботинки. Он настолько правильно смотрелся в ее комнате, как будто принадлежал ей. Все инстинкты Элен кричали, что Лукас действительно принадлежал ее спальне, несмотря на то, что они оба знали, что он не должен быть здесь.

"Я спустился в Подземный мир в ту ночь. Сначала чтобы увидеть, чем я могу помочь тебе—не вмешиваясь, конечно. А потом, несколько часов просто наблюдал за вами. По целому ряду причин," Лукас наконец, признался, и выложил все свои карты на стол. "Так или иначе я был неаккуратен. Орион увидел меня там и догадался, как я сделал это. Он связался со мной сегодня, чтобы сказать мне, почему ты умираешь, и вместе мы поняли, что у меня возможно есть одна вещь, которая поможет тебе выздороветь. Так что я думаю, я нашел способ, помочь тебе в конце концов." Он положил ноги на ее кровать и откинулся на подушки.

Элен замерла. Ей захотелось смотреть на него всю ночь, столь красивого, лежащего в ее кровати, но тут до нее стало доходить, что он только что сказал ей.

"Ты спускался в Подземный мир? Когда? Как?" спросила она, стараясь не пищать.

“В субботу вечером. Арес увидел меня, скрывающегося в могильнике и разговаривал со мной. Я был ‘маленьким божком.’ Помнишь? Потом я отвлек Цербера, когда она погнался за тобой”.

"Йодлер?" не веря, спросила Элен. "Подожди, она она?"

"Да", сказал он усмехнувшись. “Я был йодлер, и Цербер волчица. Теперь иди в душ. Я побуду здесь.”

"Но. . ."

"Поспеши," призвал он. "Мне и так пришлось ждать до тех пор, пока ты общалась с нашей семьей, чтобы рассказать тебе это, и я больше не могу видеть тебя такой больной."

Элен убежала в ванную и почти вымыла рот с мылом и почистила лицо зубной пастой, она ужасно дрожала. Она разделась, вычистилась, расчесалась, быстро забралась в чистую пижаму и прибежала обратно в спальню.

Он все еще был там, как и обещал, и последние мучительные сомнения Элен испарились.

Неестественное разделение закончилось, и они не собираются больше начинать кричать друг на друга или отталкивать друг друга.

"Ох, прекрасно. У меня нет галлюцинаций", сказала она, только наполовину шутя. "И я не сплю."

“Но ты должна спать," мягко сказал он через комнату, и посмотрел на нее. Элен покачала головой.

“Наверное должна,” сказала она,. “Но даже если это убьет меня, бодрствовать и видеть тебя в моей постели лучше, чем какойлибо сон.”

“Ты не должна говорить подобные вещи," напомнил он ей.

Он на секунду прикрыл глаза. А когда он открыл их, то решительно улыбнулся и поднял край одеяла. Элен подбежала и счастливая нырнула под него. Она больше не заботилась правильно это или неправильно. Она умирает, рассуждала она; по крайней мере, может ведь она умереть счастливой?

Элен перевернулась на спину и призывно подняла к нему руки, но он взял ее лицо в свои ладони и заставил ее лечь обратно в кровать. Он завис над ней, поверх одеяла, закрепив его для безопасности между ними.

"Это обол", сказал он, держа в руках небольшую золотую монету. "Мы Сционы кладем их под язык наших погибших близких, прежде чем сжигаем их тела на костре. Обол это деньги мертвых, используются для платы Хирону, перевозчику, для того чтобы оставить теневые земли, пересечь реку Стикс, и войти в Подземный мир. Но этот обол особенный, и очень редкий. Он не был сделан для Перевозчика. Это для другого жителя теневых земель".

Лукас поднял монету для того, чтобы Элен смогла хорошо ее рассмотреть. С одной стороны, были звезды, а с другой стороны был цветок.

"Это мак?" Спросил Элен, пытаясь вспомнить, где она видела эту маленькую золотую монету раньше. В ее мыслях мелькнул газетный заголовок. "Ты украл ее из Гетти! Лукас, ты ворвался в музей!"