Текст книги "Принцесса и Курд"

Автор книги: Джордж МакДональд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 6 страниц)

Глава 15. Кирка

Пока мэр города завтракал в одиночестве, Курд скучал в темноте подвала. Он пытался придумать, что делать дальше, но так ничего и не придумал. Потом он стал думать об отце и матери, об их маленьком домике, построенном высоко на горе, где такой чистый воздух. Мальчик хотел вспомнить все чистое и светлое, что было в его жизни. Он хотел заглушить печаль и тоску, охватившие его в этом унылом месте.

Вдруг какой-то шум оторвал его от размышлений. Снаружи слышались топот и голоса, которые становились все громче и громче, словно к тюрьме торопливо приближалась огромная толпа. Жители Гвунтусторма перекусили и решили развлечься. Сейчас должны были осудить чужестранца за то, что он оскорбил добропорядочных горожан.

Шум толпы напоминал рев моря. Вскоре появился мэр. Насладившись завтраком, он теперь хотел использовать свое право судить и миловать. Голоса становились все громче и громче, шум нарастал. Курд с интересом ждал, что же будет дальше. Он совершенно не боялся мэра и его жандармов.

Ключ заскрипел в ржавом замке, и дверь отворилась. Свет ослепил Курда. Он услышал голос мэра, который приказал ему выйти. Мэр говорил, что пришедший в город горняк обвиняется в страшных преступлениях: он устроил переполох в городе Гвунтусторме, обеспокоил и лишил душевного спокойствия королевского пекаря и парикмахера, а также убил любимых собак мясников его величества.

Когда глава магистрата закончил читать длинный список преступлений Курда (а надо сказать, что Курд слушал его очень невнимательно, он думал о короле, вспоминал, как тот ехал на белой лошади, и о чудесной принцессе Ирен, которая сидела рядом с королем), откуда-то издалека, из толпы, послышался крик ужаса. Курд даже подумал, что начался пожар. Мгновенно воздух наполнился ужасными завываниями и криками невыразимого страха. Толпа разбегалась. В следующее мгновение все объяснилось: в дверях появилась Лина. Ее глаза сверкали желтым солнечным светом, словно маленькие фонарики. Одним прыжком она очутилась рядом с Курдом. В дверном проеме возникли два солдата. Они быстро захлопнули дверь и оставили Курда и Лину в темнице. Лина тяжело дышала. Но теперь друзья были опять вместе.

Некоторое время Лина отдыхала. Вы только представьте, сколько ей пришлось прыгать, скакать, скалиться и рычать, чтобы разогнать толпу в несколько тысяч человек. Теперь ей нужно было немного отдохнуть.

Вскоре Лина вскочила и обвела взглядом темницу. До этого Курд не мог ее рассмотреть. А теперь глаза-фонарики Лины осветили небольшое помещение, заваленное всевозможной рухлядью. Видимо, сюда бросали ненужные старые вещи. И тут случилось нечто необычное. Лина подбежала к ближайшей куче и начала ее разгребать. Хлам полетел во все стороны.

Наконец Лина добралась до каменного пола. Ее глаза высветили плиты. Она стала царапать их. От неприятного скрипа у Курда по спине побежали мурашки. «Интересно, что там дальше, – подумал Курд. – Наверное, Лина хочет, чтобы я разломал пол. Ну, а потом? Нет, не зря старая королева прислала мне ее. Лина должна знать, что делать дальше».

Курд попросил Лину отойти в сторону. Несколько ударов кирки – и каменный пол провалился, открыв чернеющий провал. Лина наклонилась над проломом, пытаясь высветить подземелье, но свет ее глаз терялся в кромешной темноте, царящей внизу. Курд взял маленький камешек и бросил его в пролом. Где-то далеко-далеко внизу послышался всплеск. Значит – внизу вода.

Курд, опечалившись, сел на груду обломков и замер, повесив голову, но Лина не давала ему покоя. Тыча носом в его плечо, она заставила мальчика подняться и вернуться к пролому. Она дала понять, что хочет, чтобы маленький горняк расширил пролом. Курду пришлось изрядно попотеть. Наконец пролом стал достаточно большим, чтобы мальчик смог пролезть в него. А Лина не унималась. Теперь она настаивала, чтобы Курд спустился в таинственный колодец.

Пожав плечами, Курд затянул веревочную петлю вокруг ручки кирки (как замечательно, что солдаты ее не отобрали) и осторожно спустил веревку в темноту. (Вы уже догадались, откуда у него взялась веревка? Ну, конечно, это была та самая веревка, которой его связали.) Потом маленький горняк положил кирку поперек отверстия и начал осторожно спускаться в неведомую темноту.

Он очутился в бездонном, как ему показалось, колодце. Кругом были гладкие стены, по которым стекала вода. Где-то внизу тоже журчала вода, Курд ясно слышал это. Зачем же Лина хотела, чтобы он спустился сюда? Курд повнимательней оглядел стенки колодца. Наконец он заметил темный пролом – вход в коридор, ведущий неведомо куда.

Качнувшись на веревке, Курд легко добрался до коридора. Аккуратно привязав веревку, по которой он спускался, к вделанному в стену кольцу, Курд пошел вперед, выставив перед собой руки. Света, который исходил из глаз Лины, не хватало, чтобы осветить его путь. Что же дальше? Внезапно он наткнулся на маленькую окованную железом дверь. Но разве запертая дверь сможет его остановить?

Однако Курд решил сперва вернуться за Линой. Нельзя же бросать друга! Первым делом маленький горняк нашел подходящую деревянную палку и привязал к ней веревку. Кирка еще пригодится. «Нельзя бросать такую нужную вещь», – решил Курд. Еще он навалил много мусора и хлама на плоскую дощечку и установил ее так, что если бы он сдвинул с места палку с веревкой, то дощечка, упав, как раз закрыла бы пробитое им отверстие, а рассыпавшийся мусор полностью скрыл бы все их следы.

После этого Курд обвязал Лину особым скользящим узлом и осторожно спустил ее в бездонную, черную пропасть. Потом, когда Лина добралась до коридорчика, ведущего к загадочной двери, Курд последовал за ней и, встав на твердую землю, дернул за веревку. Палка, к которой она была привязана, сдвинулась, и хлам завалил отверстие. Путь к отступлению был закрыт.

Теперь Лине и Курду волей-неволей надо было идти вперед. Они быстро добрались до двери. В свете глаз Лины Курд увидел, что дверца очень старая и почти целиком сгнила. Он со всего размаха ударил по ней и пробил дыру. Просунув руку, мальчик нащупал засов, но сколько ни пытался, он не смог его открыть. Запоры заржавели и не поддавались. Несколькими ударами кирки Курд расширил отверстие, и Лина просунула в него голову. Острые зубы необычного животного лязгнули, перекусив щеколду. Дорога вперед стала свободной.

Глава 16. Винный погреб

Курд и Лина осторожно шли вперед. Они смутно различали огромные бочки. Значит, они попали в винный погреб короля. Мальчик осторожно пошел вдоль бочек. Их было очень много. Курд обнаружил маленькую лесенку и дверь, ведущую из подвала. Она оказалась запертой. Сперва Курд решил было воспользоваться киркой, но потом подумал, что за дверью может оказаться кто-нибудь из слуг. А еще раз нарушать местные обычаи ему не хотелось.

Тут в замочной скважине заскрипел ключ. Курд юркнул под лестницу. Лина спряталась за бочками. Дверь открылась. Высоко подняв свечу над головой, появился дворецкий с большим кувшином. Он прошел вдоль бочек, а потом, открыв краник, стал наполнять кувшин, который принес с собой. Не наполнив кувшина, он резким взмахом выплеснул его содержимое на каменные плиты пола подвала. Курд, затаив дыхание, наблюдал за ним. Ему сразу показалось, что здесь что-то не так, но долго не мог понять, в чем дело. Дворецкий тем временем еще раз наполовину наполнил кувшин и снова выплеснул его содержимое. Странно! И только когда дворецкий, в третий раз наполнив кувшин вином, хорошенько приложился к горлышку и Курд услышал бульканье – вино из сосуда переливалось в огромный живот дворецкого – он понял: этот слуга короля был пьян! Высунувшись из своего укрытия, маленький горняк заметил, что дворецкий оставил ключ во входной двери.

Тогда он тихонько свистнул, подзывая Лину. Та, видимо, поняла замысел мальчика и, взвыв, выскочила из-за бочки прямо на дворецкого. Тот аж поперхнулся, увидев перед собой чудовище со светящимися глазами и двумя рядами великолепных острых зубов.

Уронив свечу и кувшин, дворецкий пулей вылетел из подвала, что-то крича на бегу. Курд последовал вслед за ним вверх по маленькой лесенке, осторожно вытащил ключ из двери и побежал. У него было очень мало времени. Он знал: на крики дворецкого сюда быстро сбежится дворцовая стража и многочисленные слуги. Мальчик успел только отломить небольшой кусочек от свечи дворецкого.

Курд и Лина быстренько проскочили через подвал и нырнули в дверь, через которую проникли в погреб. Через отверстие, пробитое в ней, мальчик и его зверь следили за тем, как медленно, держа оружие наготове и высоко подняв свечи, ходили по подвалу стражники, а за ними – дворецкий и куча придворных. Дворецкий рассказывал, как на него напал ужасный зверь с чудовищными светящимися глазами и невероятно огромными клыками.

Но зверя в подвале не нашли. Потом все увидели брошенный кувшин и огромную бочку: из незакрытого крана вино тонкой струйкой текло на пол. Кран закрыли, а дворецкого стали убеждать, что увиденное им чудовище всего лишь пригрезилось ему, что никого он на самом деле не видел. Почти все слуги тоже были под хмельком, поэтому они очень долго разбирались, где явь, а где сон и что на самом деле видел дворецкий. Вскоре и сам дворецкий потерял нить разговора и стал утверждать, что никаких чудовищ не бывает.

Наконец они направились к выходу. Тут дворецкий обнаружил, что не может нигде найти ключа от подвала. Немного подумав, он рассудил: все равно никто не полезет в подвал, тем более после того, как там видели чудовище.

Так они и ушли...

Выждав, пока замок вернулся к спокойной жизни (а надо сказать, что на это ушло много времени), путешественники осторожно вылезли из винного погреба. Они попали в кладовую, где хранились копченые окорока и всякие припасы, а оттуда, прихватив ливрею слуги, висевшую на крючке, Курд отправился на разведку. В коридорах было полно слуг. На огромных подносах они носили всевозможные яства. Курд испугался, что его узнают и, обвинив еще в чем-нибудь, отправят из дворца назад в темницу. Он решил дождаться ночи.

Глава 17. Королевская кухня

Когда в замке короля все стихло, Курд и Лина, осторожно ступая (Курд на всякий случай надел ливрею), поднялись в коридор. Курд шел немного впереди, подсвечивая себе дорогу небольшим огарком, а Лине пришлось прикрыть глаза, так как они слишком ярко светились.

Когда они попали в коридоры замка, все спали. Прежде чем войти внутрь дома, Курд оставил свою кирку у входа в винный погреб. Вокруг никого не было видно. Сначала коридор привел их в большую, хорошо обставленную залу. Огромный стол был завален едой. Там же спали семь человек. Некоторые прямо на столе, а двое сидели на стульях, положив головы на стол. Запах помог Курду догадаться, что они так пьяны, что уснули прямо за столом. Маленький горняк из любопытства прикоснулся к их рукам. И что же он обнаружил?! Свиные и лошадиные копыта, лапы обезьян и собак. На вид это были обыкновенные люди, но внутри у них прятались звериные души. Еще Курд нашел на столе несколько свечных огарков. Он сунул их в карман. Через другую дверь они вышли из обеденного зала. Пройдя через небольшой коридорчик, Курд и Лина попали на кухню.

На полу лежал пьяный повар, а сама кухня была очень грязной. Раскормленные до безобразия кошки спали на шкафах, а по полу шныряли отвратительно толстые крысы.

По широкой галерее Курд и Лина отправились в глубь замка. Наконец Курд заметил дверь, на которой была нарисована королевская корона. «Наверное, тут живет король», – подумал Курд.

Он осторожно приоткрыл дверь и проскользнул внутрь.

Лина последовала за ним.

Глава 18. Королевские покои

Курд очутился в большой комнате. Серебряная лампа под потолком давала тусклый свет. Сердце Курда тревожно забилось. Странная лампа для королевских палат, погруженных в сон. В противоположном конце комнаты стояла большая кровать с балдахином.

Когда Курд был уже на полпути к кровати, возле нее появилась маленькая, удивительно знакомая фигурка; девочка шагнула к нему, и Курд удивленно застыл на месте. В тусклом свете он плохо видел ее лицо, но она подходила все ближе и ближе и наконец остановилась перед мальчиком.

– Ты – Курд, – сказала она.

– А вы – принцесса Ирен?

– Раньше мы дружили, – сказала она с печальной улыбкой. – Ты пришел помочь мне?

– Наверное, – ответил Курд. Он не сказал: «Если смогу». Теперь он знал, зачем Королева Изумрудов послала его сюда. Все ведь знают, что человеку может помочь только человек. Волшебники могут лишь подсказать, и делают они это так, что понимают их только дети.

– Могу ли я поцеловать вашу руку, принцесса?

Курд знал, что принцессе исполнилось только девять лет и десять месяцев. Но выглядела она намного старше. У нее были глаза взрослой женщины. Она подала руку.

– Я больше не маленькая принцесса. С тех пор, как мы виделись в последний раз, я очень выросла, горняк.

Улыбка, сопровождавшая эти слова, показалась мальчику печальной и в то же время какой-то странной.

– Я вижу, госпожа принцесса, – тихо сказал Курд. – Однако ты осталась принцессой, моей принцессой. Я пришел сюда, потому что меня послала твоя прапрапрабабушка. Могу я спросить, почему ты не спишь в такой поздний час?

– Потому что мой отец постоянно всего боится. Если он проснется и не увидит меня рядом с собой, не знаю, что и случится. Ах, он просыпается!

Она нырнула под балдахин. Курд остался стоять на месте.

Голос, доносившийся из-под балдахина, отнюдь не походил на голос того короля, которого Курд видел скачущим верхом на белой лошади. Это был писклявый, тонкий, ломающийся голосок вздорного ребенка.

– Нет-нет. Я – король. Я буду королем. Я ненавижу тебя!

– Не надо злиться, дорогой папочка, – говорила принцесса. – Я здесь, рядом с тобой. Они будут слушаться тебя, ты же знаешь.

– Они хотят отнять у меня корону. Но разве я отдам свою корону? Что за король без короны!

– Они никогда не получат твоей короны, отец, – успокаивающе говорила Ирен. – Тут ты в безопасности. Я посижу с тобой.

Курд приблизился к кровати и заглянул под балдахин с другой стороны. Там лежал старый, величественный король. Да, выглядел он величественно, как и раньше. Его тело возлежало на подушках, у него выросла длинная белая борода. Король сжимал в руках корону с драгоценными камнями и изумрудами, сверкающими в тусклом свете. Его лицо напоминало лицо мертвеца. Но особенно странными оказались его глаза, бегающие туда-сюда. Это были пустые глаза. Он не видел ни дочери, ни короны. А губы его все время что-то шептали.

Представьте только эту ужасную сцену! Старый король лежал на кровати. С одной стороны над ним склонилась прекрасная принцесса, а с другой – маленький горняк. В глазах старого короля читалось безумие. Лина же, хоть и вошла в комнату, осталась у порога, словно знала, что ее внешний вид может испугать принцессу или короля.

Вскоре губы короля замерли. Его дыхание стало спокойным. Принцесса, взглянув на него еще раз, обошла кровать и приблизилась к Курду.

– Давай немного поговорим, – сказала она, выводя Курда на середину комнаты. – Мой отец теперь будет спать до тех пор, пока не придет доктор. Он лечит его не настоящими лекарствами, а вином. По словам доктора, оно поможет ему прожить подольше. Доктор обычно приходит к папочке после полуночи. И он обычно заставляет меня кричать, чтобы разбудить отца.

– А что он за человек, этот ваш доктор? – спросил Курд.

– Такой милый, хороший человек! – ответила принцесса. – Он говорит так мягко и так печально о своем короле! Он скоро будет здесь и, наверное, очень удивится, увидев тебя. Но я думаю, что ты ему понравишься.

– Твой отец давно болеет? – спросил Курд.

– Около года, – ответила принцесса. – А ты не знал? Мой отец ведь так и не прислал твоей матери теплую юбку, как обещал. Мэр Гвунтусторма говорил о том, что вся страна скорбит о болезни короля.

Однако Курд ни слова не слышал о болезни короля за все свое путешествие. Нехорошие мысли закрались в сердце маленького горняка, но он пока ничего не сказал принцессе.

– А король так бредит каждую ночь? – спросил он.

– Каждую, – ответила Ирен, беспомощно встряхнув головой. – Я не сплю ночами. А днем он чувствует себя лучше. Тогда мне удается немного поспать прямо тут, в гардеробной. Как плохо, что у него есть только я! Как плохо, что рядом с ним нет моей мамы!

– Давай сделаем так, – предложил Курд. – Иногда ночью я буду дежурить возле него. Тогда ты сможешь немного поспать.

– Но ведь ты тоже ничего не сможешь сделать! – воскликнула принцесса. – Кстати, откуда ты взялся? Ах да, ты же говоришь, тебя послала моя прапрапрабабушка. Знаешь, мой отец иногда звал тебя во сне.

И она широко открыла свои голубые глаза.

– Меня? – удивился Курд, но в глубине души он был этому очень рад.

– Он говорил, что если бы не был так болен... если бы он не был так болен... то обязательно бы съездил и посмотрел, как ты живешь.

–Я ничего не знал! – пробормотал Курд.

– Папа даже приказал своему секретарю, чтобы он написал старосте горняков. В письме говорилось, что необходимо тебя разыскать и привезти сюда. Но тебя не смогли найти, а может, и не искали. Мой отец тогда горько вздыхал и говорил, что боится, как бы гоблины не задумали отомстить тебе. А потом ему стало хуже. Но однажды ко мне, хлопая крыльями, прилетел прапрапрабабушкин голубь, и я подумала, что в горах все в порядке. Где же ты был, Курд? Почему никто не мог найти тебя?

– Мы поговорим об этом в другой раз, после визита доктора, – сказал Курд.

Его глаза гневно сверкнули. Принцессе показалось, что это отблеск света от лампы. Сердце Курда тревожно забилось. Но мальчик беспокоился не за себя.

– Не нравится мне все это, – прошептал про себя Курд. – Когда же придет этот ваш доктор? – спросил он.

И словно в ответ на его вопрос кто-то, распахнув дверь, тяжело ввалился в комнату и, споткнувшись о Лину, упал.

На полу лежал маленький круглый человечек. Курд подумал о своей кирке и огорчился, что оставил ее внизу.

– Ах, дорогой доктор Келман! – воскликнула принцесса и, подбежав к нему, взяла его за руку. – Извините! – она тянула и тянула его, но он оставался на полу, лишь чуть-чуть приподнимаясь и подпрыгивая, как воздушный шарик. – Вы не ушиблись?

– Нет, нет, все в порядке, – ответил доктор, силясь улыбнуться и в очередной раз пытаясь подняться.

– Если бы он спал на полу, то всегда опаздывал бы к завтраку, – подумал Курд и протянул руку, чтобы помочь доктору встать.

Но, едва коснувшись его руки, он почувствовал, что перед ним какая-то скользкая тварь, и отдернул руку. Доктор наконец-то изловчился и встал на ноги.

– Ваше королевское высочество, вы постелили у порога чересчур толстый ковер, – сказал доктор, сплетая пальцы. – Надеюсь, мое появление не разбудило его величество.

Он не заметил Курда, притаившегося за дверью, а Лина тоже на всякий случай спряталась за портьеру.

Доктор направился к кровати.

– Как вы думаете, принцесса, король спит? – спросил врач.

– Не слишком крепко.

– Ах, это очень хорошо, – воскликнул доктор. – Тогда нам не придется его долго будить, чтобы полечить. Он и сам проснется.

Только тут Курд заметил в руках доктора большой кувшин. Доктор хотел налить из него вина, но, к его удивлению, кувшин оказался пуст.

– Проклятый дворецкий! Я слышал, говорили, что он пьян! – воскликнул доктор громким шепотом и поставил кувшин на пол.

– А вы, молодой человек, – сказал доктор (он только сейчас заметил Курда), – почему бы вам не сбегать и не принести королю вина из подвала.

– Это совершенно невозможно. Я должен быть здесь, – ответил Курд, вежливо поклонившись.

– Ну что ж, тогда придется самому, – проворчал доктор, подозрительно поглядывая на мальчика.

Как только он исчез, из-за переплетения занавесей бесшумно, как призрак, появилась Лина. Мальчик показал ей на пустой кувшин.

– Пойдем-ка в подвал.

Они быстро выскочили из комнаты и поспешили за доктором. Курд даже не попрощался с принцессой. Но по пути Курд передумал. Не лучше ли остаться в комнате и посмотреть, как доктор будет лечить короля? Вернувшись назад, Курд кивнул принцессе. Теперь они спрятались за портьерой вместе с Линой.

Он увидел, как вернулся доктор с полным стаканом вина, понюхал его, но не стал пробовать, а просто сел в изголовье королевской кровати. Доктор наклонился и что-то прошептал королю на ухо. Тот чуть приоткрыл глаза и проснулся, но вроде бы не до конца. Одной рукой держа стакан, а другой осторожно приподняв голову короля, доктор влил вино ему в рот. Потом он опустил голову короля обратно на подушку.

Маленький человечек тревожно огляделся, словно боялся, что кто-нибудь схватит его за руку. Он встал и собирался выйти в коридор, но на пороге комнаты остановился.

– Странно, – произнес он вслух, – никакого ковра. А я уверен, что тут был ковер.

И сказав это, доктор ушел.