Текст книги "Трудный ребенок 2"

Автор книги: Джон Томпсон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 8 страниц)

– Да ради Бога, пожалуйста! – малыш сделал вид, что даже несколько обиделся, чем доставил массу удовольствия близняшкам.

Казалось, Бена Младшего ничего больше не интересовало, и так как делать ему было нечего, он запрыгнул в высокий, стоящий неподалеку с открытыми задними дверцами джип и принялся беззаботно болтать ногами и поплевывать.

Над кварталом снова зазвенели пронзительные голоса:

– Лимонад! Свежий лимонад!

Мистер Борке уже несколько часов подряд возился в гараже со своей машиной и изо всех сил старался игнорировать надоедливую рекламу. Но всякому терпению приходит конец. Именно поэтому Мерил Борке появился в рабочем комбинезоне возле самодельного прилавка и, вытирая блестящие капельки у висков, почти искренне проговорил:

– Ух ты, черт возьми, какая жарища! Меня аж пот прошиб. Долли, Молли, как насчет стаканчика лимонада?

Дочки ответили дружно, несколько волнуясь – настал главный момент в их бизнесе:

– Конечно, папа, десять долларов.

– Десять долларов за стакан лимонада? С меня? Черт возьми, ублюдки, а! Ну хорошо, держите!

Мистер Борке протянул купюру. Долли молниеносно схватила деньги и, показав язык Молли, спрятала их в карманчик своего комбинезона. Молли с графином в руках внимательно проследила, куда положила выручку сестра и только после этого наполнила стакан.

Жидкость искрилась на солнце. Радуясь приближающейся тишине, мистер Борке важно взял стакан, отошел на два шага от прилавка и с наслаждением влил в себя его содержимое. Лимонад показался несколько солоноватым и теплым. Но чтобы не усложнять дело, мистер Борке не стал придавать этому значения:

– Отлично!

От смеха Джуниор чуть не выпал из машины. Ну и забавные же эти Борке!

* * *

Присутствие Большого Бена существенно не повлияло на жизнь семейства Хилли. Так что опасения Джуниора оказались напрасными. Дед целыми днями просиживал у экрана телевизора, отдавая предпочтение политическим дебатам. Втайне от всех он так и не отказался от идеи стать губернатором. Ведь Луизиана – не единственный штат в Америке.

Дедушка любил поспать, особенно днем, и совершенно не интересовался воспитанием своего внука. От этого чертенка лучше быть подальше. Такая позиция казалась Большому Бену весьма благоразумной. Устраивало это и Джуниора, который спокойно мог заниматься тем, что приходило в голову. Безусловно, между этими людьми существовало определенное статическое напряжение, но для вспышки нужен был проводник, то есть причина. А пока таковая отсутствовала, все было в порядке.

У отца малыш многому научился. Особенно его интересовал процесс приготовления пищи, тем более, что Джуниор очень хотел разобраться, из чего все-таки монахини в приюте делали свои котлеты. Основательное изучение кулинарии, по мнению мальчика, должно было обязательно помочь разгадать тайну. Со временем отец стал доверять сыну стряпать завтрак и ужин.

В среду Джуниор, достаточно хорошо изучивший вкусы отца, решил приготовить блюдо из лосося. Он вытащил из морозилки замерзшую обезглавленную тушку и при помощи ножа и молотка нарезал на куски.

Точно зная, что ответит отец, малыш спросил у него:

– Пап, что хочешь на ужин сегодня – макароны с сыром или рыбный бифштекс?

– Я бы с удовольствием съел рыбный бифштекс, но у меня другие планы, – мистер Хилли не обратил внимания, на то что сын предугадал его желание.

– Да! Но я же готовлю ужин.

– Я понимаю, но иду ужинать с Эмили, нашей соседкой.

У малыша мгновенно испортилось настроение:

– И что, со мной опять останется какая-нибудь нянька-сиделка?

– Нет, нет, никаких нянек-сиделок. У нас же есть кое-кто получше, у нас же есть дедушка!

Как по команде, отец и сын повернули головы по направлению к сидящему возле телевизора Большому Бену. Тот аж привстал с мягкого кресла, страстно болея за своего любимца, итальянца Кавези. Боксер как раз пошел в атаку.

– Вот так, вот так, видел? – мистер Хилли попытался отвлечь сына.

Джуниор не отступал:

– Ну пап, ну не ходи! Хватит с тебя свиданий, у тебя уже было одно.

– Да, но у меня ничего не получилось. Сынок, ну как же я найду нам новую маму, если не буду искать?

– А зачем нам новая мама?! Нам она не нужна. Все и так прекрасно. Разве нам было плохо, пока мы были с тобой вдвоем? Теперь же дед свалился нам на голову.

Все аргументы были исчерпаны. Возможно, в силу своего юного возраста малыш упрямо не хотел признавать роль женщины в своей и папиной жизни. Тогда мистер Хилли сказал твердо:

– Я сегодня иду на свидание, сынок. Сейчас я приведу себя в порядок. Если услышишь звонок в дверь, скажешь мне.

– Не волнуйся, ты и сам услышишь.

Спорить дальше смысла не было, решил сын. Отец по доброй воле не откажется от своего заблуждения. Следовательно, нужно действовать самому, попробовать переубедить папу по-другому. Осуществить мгновенно родившийся в его гениальной голове план Джуниору никто не мешал: дедушка ни за что не оторвет свой зад от удобного кресла, а папа, напевая оптимистический мотив, принимал душ.

Как настоящий мастеровой, надев защитные очки, Бен Младший просверлил замечательной дрелью фирмы «Филлипс» нужное отверстие около звонка на входной двери. Потом просунул через него изолированный мягкий электрический провод, сбегал на кухню и старательно вымыл резиновый коврик для ног с забавной надписью «Добро пожаловать в наш дом!», предусмотрительно оставив на нем воду. Под коврик незаметно положил второй провод, со знанием дела поковырял отверткой в самом звонке. Вскоре все было готово для приема гостей. Джуниор действовал быстро и умело, так как не раз собирал аналогичные схемы на уроках физики в школе. Правда, в роли гостей там выступали замечательные куклы-человечки, которые служили для наглядности при изучении нарушений техники безопасности.

В старом добром Нортвиле существовали свои традиции. Например, с тех пор, как город получил статус столицы разведенных невест, любая женщина, собираясь поужинать, могла зайти за кавалером и подождать его минут пять-десять в прихожей, пока тот будет приводить себя в порядок: бриться, сушить феном волосы, опрыскивать себя благовонными водами, утюжить брюки и тому подобное. И это не считалось дурным тоном.

Еще не привыкший к местным обычаям, мистер Хилли завершил свой туалет до прихода новой знакомой.

А вот мисс Элизабет очень торопилась, чтобы не опоздать на свидание, и на ходу приводила себя в порядок. Уже на крыльце дома Хилли, куда так спешила, она отработанным движением засунула под лифчик заранее приготовленные подушечки, от чего грудь округлилась и стала выглядеть весьма обольстительно.

– Вот так, мои малышки, вам сегодня придется поработать.

Заранее провести подобное уточнение своих форм Элизабет не могла еще и потому, что в городе ее хорошо знали.

Каблучки застучали по каменному крылечку, стройные ножки стояли на коврике, а дрожащий от волнения пальчик нажал на кнопку. Красотку затрясло, волосы, несмотря на значительное количество фиксирующего лака, вдруг встали дыбом, подчиняясь какому-то невидимому полю. Из-под каблучков пошел пар, а под глазами внезапно появились черные круги.

Мистер Хилли открыл дверь и оторопел. Утром мисс Элизабет выглядела по-другому.

– Бен, из-з-з-ви-ни-те, я неожиданно плохо себя п-почувствовала. Наверное, я т-т-только что заболела грип-п-п-пом, который гуляет по нашему городу. Н-ни-чего! До свидания!

Очень неуверенно мисс Элизабет повернулась и стала спускаться по ступенькам. Мистер Хилли растерянно кивнул головой, прощаясь, и, ничего не понимая, закрыл дверь…

Мисс Элизабет увезла «Скорая помощь», а Большой и Маленький Бены собрались на экстренный семейный совет. На нем тайно присутствовал и Бен Младший – он стоял за тонкой перегородкой и внимательно слушал.

– Ну что, это маленькое чудовище снова тебя подвело, да?

– Может быть, я с ним был слишком строг. С тех пор, как я начал встречаться с женщинами, он чувствует себя так неуверенно.

– Что значит неуверенно? Он псих, он ревнует, он вообще опасный тип.

– Не понимаю, отец, о чем ты говоришь.

– О том, что такого ребенка нужно оставить на обочине дороги, а самому ехать дальше.

– Да нет, мальчик просто хочет почувствовать, что его любят. Я уверен, что мне нужно проводить с ним больше времени.

«Наконец-то до отца дошло, – ликовал Джуниор. – Так что прощайте, бабоньки!»

* * *

На перемене, прогуливаясь по школьным коридорам, Джуниор заметил свою обидчицу и не удержался, чтобы не окликнуть ее:

– Эй ты, морда собачья!

– Дурак! – не замедлила с ответом Трикси, а именно так звали эту вредную в глазах Джуниора девчонку.

Полный решимости как следует намылить ей шею, мальчуган бросился за нахалкой. Та быстренько засеменила по коридору, только подпрыгивали на плечах аккуратненькие косички. Перед самым носом догонявшего захлопнулась дверь женского туалета.

– Ну, это нечестно.

Трикси выглянула наружу и мило защебетала:

– А тебе сюда нельзя! А тебе сюда нельзя!

– Вот стерва… Стерва должна умереть! – Джуниор был слишком взбешен, чтобы остановиться даже, казалось бы, перед непреодолимым препятствием. Отомстить хотелось любой ценой, пусть даже и в запретной зоне.

Как ветер, Бен Младший ворвался в туалет и на мгновение растерялся – все кабины были закрыты. Он наклонился и стал снизу по очереди заглядывать в каждый отсек, чтобы по ногам обнаружить нахалку. К большому удивлению, эта маленькая хитрость не принесла положительных результатов: Джуниор никого не увидел. Тогда он нарочно громко, как будто с огорчением, произнес:

– Черт возьми, она меня снова надула! Да, мне бы ее голову: хорошо соображает девка. Ну что ж? Завтра, найдем ее завтра.

Преднамеренно сильно хлопнув дверью, малыш затаился, приготовившись к новой атаке.

Довольная ходом событий, Трикси спрыгнула с унитазного бачка, на котором она, оказывается, пряталась, и выглянула в коридор. Этого как раз и ожидал мальчуган, он снова рванул за девчонкой. Та забежала в кабину, но Джуниор успел заметить место, где опять надеялась укрыться Трикси. Он заскочил в кабину и сходу толкнул противницу. Не удержав равновесия, Трикси шлепнулась на сиденье, на котором обычно устраиваются, предварительно спустив штанишки.

Малыш торжествовал:

– Жалкое зрелище. Ну что, попалась?!

– Ну подожди, ты пожалеешь, что на свет родился! – девчонка скорчила такую грозную мину, что любой бы испугался. Любой, но не Джуниор.

– Ой, как мне страшно, мне угрожает королева унитаза, – поддел малыш и тотчас перешел к серьезному разговору: – Ты чего ко мне пристаешь?

– Я пристаю, к кому хочу. Это моя школа!

– Да? Кто это сказал?!

– Я сказала. Я…

Неизвестно откуда в руках у Трикси появились настоящий взрывпакет и зажигалка. Она поднесла огонь к фитилю, и тот весело затрещал, разбрасывая искры, как бенгальский огонь. Малолетняя разбойница всучила опасную шипящую игрушку растерявшемуся Джуниору и, вскочив с унитаза, победно заулыбалась.

– Ты что, сумасшедшая, что ли? – пролепетал ранний шестиклассник, держа штуковину на вытянутой руке, подальше от себя.

Большой жизненный опыт, участие в крутых переделках все-таки не замедлили сказаться – к Джуниору вернулось самообладание. Он швырнул взрывпакет в унитаз и спустил воду – бочоночек динамита завертелся. Фитиль явно не собирался гаснуть.

– Бежим отсюда!

Перед лицом грозящей катастрофы Трикси и Джуниор на время забыли о своих разногласиях. Оба дружно выскочили из туалета и без оглядки с криками понеслись по школе, стараясь отбежать подальше от эпицентра предстоящего взрыва.

Учитель Джимми Бонс, не подозревая о том, что произошло в женском туалете, очень спешил по весьма неотложному и знакомому каждому нормальному человеку делу. Естественное желание посетило его еще на уроке, но пришлось задержаться и любезно разобраться с директором школы насчет оформления журнала. Поэтому понятно, что теперь мистер Бонс чрезвычайно торопился.

– С дороги, с дороги! – проклятые, хоть и любимые дети то и дело путались под ногами.

Вот она, заветная дверь в мужской туалет. Еще несколько шагов – и он у цели. Джимми Бонс на ходу расстегнул ремень и наконец с облегчением плюхнулся на заветное очко:

– Боже, Боже, какое блаженство.

Учитель расслабился… и вдруг взмыл над унитазом, подброшенный упругой волной взрыва, произошедшего где-то в глубинах канализации. Он мягко опустился на прежнее место и, закатив глаза, удовлетворенно прошептал:

– Ах! Как хорошо!

В свободной от перегрузки голове замелькали образы давно минувших дней, когда сержант Джимми Бонс добросовестно служил в морской пехоте. Подумать о смысле жизни, сидя на корабельном очке в самый разгар боя, было так романтично.

* * *

Иногда Большой Бен все-таки выходил из дома, чтобы размять старые кости. У него не возникало желания поездить по городу на машине сына. Нет, он просто степенно прогуливался по ближайшим кварталам.

Как-то его внимание привлекли звонкие детские голоса, доносившиеся из соседнего двора.

– Распродажа, большая распродажа!

В старом бизнесмене что-то екнуло, и он с любопытством отправился поглазеть, тем более что торги проходили совсем рядом.

Долли и Молли, предчувствуя что-то неладное, с тревогой поглядывали на пожилого соседа, с интересом рассматривающего их товар.

– Так, так, так. Что ж вы тут продаете, небось, старые папины вещи? Ну вот, посмотрите-ка, почти новая рубашка всего за 20 центов, костюм за 25… У меня есть один вот точно такой же, но я за него 2 тысячи платил, – старик внимательно ощупывал пиджак и вдруг на лацкане обнаружил до боли знакомый значок. Растягивая слова, прочитал: «Биг Бен баллотируется в мэры».

Большой Бен не на шутку разволновался: его костюм продавали за 25 центов! Когда же старик увидел заточенного в клетку своего пятнистого друга, он совершенно растерялся:

– Что, что, что? Ниппи? Ниппи, а ты что здесь делаешь, в этой клетке? Что, тебя продают за 10 центов?

Цена аккуратно была обозначена на самодельном ярлыке, висевшем на клетке. Опознание состоялось. Обращаясь к сестренкам, дед яростно закричал:

– Ах вы мелкие мошенницы! Откуда вы все это взяли?

– Мы оптовые продавцы…

– Да это все – мои вещи!

– Нет, нет, они не ваши, нам их уже продал Бен Младший, все вместе за 10 долларов.

– Да?! Ну посмотрим еще…

Большой Бен бросился домой, испытывая неописуемое желание стереть с лица земли обнаглевшего внука.

Джуниор стоял у раскрытого шкафа, радуясь, что наконец-то появилось место для его собственных вещей, когда в комнату ворвался взбешенный дедушка.

– Ах ты, маленький психопат! Ты слишком далеко зашел на этот раз.

– Закрой пасть, дедуля! – внук разговаривал так, как, по его мнению, должен был говорить настоящий хозяин дома.

– Вредный, гадкий мальчишка! Ты должен уважать старших. Если тебя собственный отец ничему научить не может, то я смогу!

Разъяренный Большой Бен был готов прибегнуть к самой крутой мере воздействия на непослушных детей: в руках у него появился сложенный вдвое кожаный ремень.

– Да?! Разбежался, это мы еще посмотрим!

Поведение внука перешло всякие границы, и старик ринулся на малыша. Шустрому ребенку удалось увернуться, и дедушка, раскрыв собой ставни, со всего размаху вылетел в окно второго этажа.

Малышу было интересно узнать, насколько успешно приземлился Большой Бен, и он выглянул в окно. Как раз в это время в комнату вошел отец и бодро спросил:

– Эй, сын, ты уже готов?

– Да, конечно. А куда? – Джуниор как бы невзначай прикрыл распахнутые ставни.

– Сюрприз. Я запланировал веселье на целый день.

– Здорово!

– Поехали.

По счастливой случайности Большой Бен не упал прямо на землю. Вряд ли тогда удалось бы собрать его кости. Но повезло – он прямиком угодил на достаточно толстую ветку огромного дерева, стоящего перед домом, обхватил ее руками и ногами и застыл. Слишком вспыльчивый воспитатель боялся шевельнуться, чтобы не потерять равновесия и не шлепнуться вниз. Случись это лет 40 назад, он бы уже давно бегал по земле. Теперь обрюзгшее тело было совершенно непослушным. К тому же еще и неожиданно подступивший страх сковывал движения.

Висевший на дереве дед стал свидетелем происходившего внизу. Маленький Бен спрашивал у чудовища-внука:

– Ты видел дедушку?

– Последний раз, когда я его видел, он выходил из дома.

В отличном настроении потомки Большого Бена уселись в машину и, хлопнув дверцами, уехали.

Боясь вот-вот свалиться с дерева, дед, как ему казалось, изо всех сил, а на самом деле почти шепотом бесполезно прокричал вслед уезжавшим:

– Бен! Бен! Эй, помоги мне.

К огромной радости жаждующего спасения Большого Бена, на дорожку, ведущую к особняку, повернули три необычных для здешних мест машины. Впереди – крытая трехколесная мотоколяска выпуска 60-х годов, а за ней – прекрасный кабриолет «Мерседес-бенц». Таких в Нортвиле все замечающий седоусый мужчина еще не видел. Последним следовал джип. Из первого транспортного средства проворно выскочил толстый, лысоватый, в очках мужчина и извлек из своей жестяной коляски огромный букет великолепных цветов.

Из второй машины озабоченно и уверенно спрыгнула дама в шляпке и многозначительно произнесла:

– Бенджамин Хилли, тебе пора встретиться со своим будущим!

С интересом наблюдающий за происходящим Большой Бен вдруг вспомнил о своем затруднительном положении и позвал на помощь:

– Помогите! Помогите!

– Что делает этот человек? – подняв голову, спросила недоумевающая дама.

– Я Большой Бен, старший Бен Хилли, я здесь живу.

– Вы что, живете на этом дереве?

– Мисс Дюмор, похоже, это отец Бена Хилла, – весьма резонно предположил толстяк с букетом.

– Заткнись, я сама это знаю, – и уже обращаясь к подбежавшим работникам, дама отдала лаконичное распоряжение: – Шевелитесь, снимите его с дерева и работайте!

Но посторонней помощи не понадобилось, старик Бен Хилли сам не удержался и попросту свалился с дерева. Толстяк, проявив удивительную шустрость, успел положить на место приземления будущего тестя своего шефа роскошный букет. Именно это обстоятельство помогло сохранить Большому Бену прежние формы.

* * *

Мысли о судьбе дедушки совершенно не беспокоили Джуниора, который отлично проводил время в городском парке в замечательной компании – со своим отцом. Они опробовали множество аттракционов: покатались на небольших забавных моторных лодках, вдоволь поорали на русских горках, настрелялись в тире и наигрались на автоматах.

У Бена Хилли было замечательное настроение, главным образом потому, что у Джуниора было такое же. Отец на радостях так удачно и мощно ударил по силомеру, что контрольная стрелка взлетела гораздо выше призовой черты. Служащий наградил отца огромной обезьяной.

– Это тебе, сынок! – сияя от счастья, проговорил мистер Хилли.

– Здорово! Спасибо, папа.

– Не за что. Слушай, здесь мы, по-моему, все попробовали, а теперь пошли в луна-парк. Я тебе обещал, что весь день проведем вместе. Правда, здорово? Ты и я – больше никого.

Аттракцион «Безумные пляски», возле которого остановились Хилли, сразу же понравился Джуниору. Огромное металлическое колесо вращалось не только вокруг оси, но постоянно меняло угол наклона еще и по отношению к земле. На нем было установлено две пары трехместных площадок, каждая из которых вертелась вокруг своего собственного центра. Одним словом, у малыша не было сомнений, что тут стоит потратить деньги.

– О, смотри! Вот это здорово! Прокатимся?

– Конечно, мы же ради этого и приехали.

Стоять в очереди пришлось недолго, но зато Джуниора ожидало крупное разочарование. Хозяин «Безумных плясок» решительно преградил малышу дорогу:

– Нет, не спеши, парень! На этот аттракцион тебе нельзя.

– Почему?

– Потому что нужно быть вон такого роста, который помечен на щупальце.

До щупалец фанерного осьминога Джуниор действительно еще не дорос, но покататься очень хотелось. Мальчик попытался убедить дотошного служащего:

– Ну, я-то всего на миллиметр ниже.

Аргумент явно не возымел действия:

– Убирайся отсюда, ты задерживаешь очередь.

– Большое спасибо… – только и сказал мистер Хилли. Кроме издевательского тона, он не принял никаких мер защиты достоинства своего сына – все-таки техника безопасности. Может быть, действительно рановато.

А у Джуниора бесследно растаяло прекрасное настроение. Отец всеми силами пытался успокоить его:

– Очень жаль, малыш, но может, на следующий год? Хочешь, пойдем поиграем в индейцев? Не хочешь. Так, так… А как насчет глазированного яблока? – отцу показалось, что Бен Младший утвердительно кивнул головой. – Я куплю тебе глазированное яблоко, – обрадовался он. – Подожди, сейчас вернусь.

Отец встал в небольшую очередь.

Возможно, Джуниор и оправился бы от обиды, если бы все несчастья на этом закончились. Но, как на зло, свидетелем его неудачи стал небезызвестный Мерф Мердок. Так как вне школы Бен Младший еще ни разу не делал заявок на лидерство, то «вечный» шестиклассник чувствовал себя на улице королем. Да и случай показать превосходство был исключительный – Джуниор явно был не на высоте.

– Ой, а малыша не пускают на аттракцион! Конечно, они боятся, что ты напикаешь в пеленочки. Ха-ха-ха!

Толстяк эффектным, перенятым у мистера Бокса ударом ноги с разворота снес фанерного осьминога, стоящего чуть подальше от того, возле которого опозорился Джуниор.

– Смотри, чтобы тебя самого пустили, а то еще все сломается от перегрузки! – попытался защищаться Бен Младший, но голос его звучал далеко не радостно.

Конечно же, Мерфа пропустили и даже не взяли двойную плату.

– Эй, ты, малявка! Тяжело, наверное, быть недоростком!

Тут внимание Джуниора привлекла Трикси. Малыш ничего не понимал: девчонка, которая с трудом доставала до унитаза, стояла возле мерки и прекрасно вписывалась в нормативы. Отдав служащему жетончик, Трикси направилась к свободному креслу. По дороге, убедившись, что контролер занят, она повернулась в сторону Джуниора, показала язык, и, приподняв подол длинной юбки, открыла секрет: к ногам были прикреплены высокие, сантиметров в 30 колодки.

Зная характер Джуниора, трудно предположить, что он так легко согласился с поражением. В маленькой белобрысой голове с компьютерной скоростью прокручивались возможные варианты.

– Готовы? Готовы! Поехали, держитесь крепче. Дикая пляска началась! – хозяин аттракциона привычным движением оттолкнул микрофон и нажал на кнопку «Пуск».

Безусловно, очень большой просчет в данной ситуации сделал мистер Хилли: нельзя было оставлять малыша одного в такие тяжелые минуты. Возможно, все бы и обошлось. Но очередь за глазированными яблоками вот-вот должна была подойти.

На щите управления аттракционом, который элементарно нашел Джуниор, никем не замеченный проскочив под вывеской «Осторожно! Высокое напряжение», было всего два переключателя: скорости вращения большого круга и скорости вращения дочерних платформ с посадочными креслами. Не раздумывая, Джуниор повернул до отказа за красные метки и один, и второй. Электромоторы завизжали еще пронзительней. Но по-настоящему оценить свою работу юный мститель смог только тогда, когда снова оказался в праздной толпе отдыхающих.

Платформы резко увеличили скорость, ожидавшие внизу родители перестали различать в сплошном мельтешащем, словно спицы в колесе, потоке своих наследников. Хозяин аттракциона растерянно кивал головой в такт взбесившимся «Диким пляскам».

Не сразу поняли, что произошло, и пассажиры. Их резко прижало к креслам, небо перепуталось с землей, желание рассматривать достопримечательности парка сильно поубавилось.

Мерф больше не прыгал на своем сиденье и не пританцовывал в такт звучащей музыке. Волосы у него встали дыбом, глаза округлились, а из раскрытого рта сам собой вырывался крик ужаса. Примерно так же реагировала Трикси, как, впрочем, и все остальные катающиеся. Вопли их слились в один сплошной звук постоянной частоты, сильно напоминающий то, что можно услышать на мощном распределителе электроэнергии.

Время растянулось: шестьдесят секунд, оставшиеся до конца сеанса после того, как рука Джуниора повернула переключатели, для многих превратились в вечность. Уже через двадцать секунд страстных любителей острых ощущений начало тошнить. Заработала цепная реакция. Спустя пару мгновений платформа стала щедро разбрызгивать вокруг себя продукты неоконченной переработки детских желудков – съеденные завтраки, обеды, мороженое и коктейли.

Теперь выворачивало внутренности не только у катающихся, но и у стоящих на земле наблюдателей.

Когда «Дикие пляски» наконец-то закончились, аттракцион выглядел далеко не привлекательно. Спускаясь на дрожащих ногах на родную, вращающуюся значительно медленней землю, многие пострадавшие по несколько раз шлепались на скользкой платформе. Впрочем, это уже не могло как-нибудь существенно повлиять на их внешний вид.

Купленные отцом глазированные яблоки пришлось выбросить. Джуниор оказался не очень устойчивым к созерцанию массовых блеваний и все запачкал.

Понятно, что поход в луна-парк не состоялся.

* * *

Абсолютно закономерно, что по дороге в машине домой произошел серьезный разговор.

– Сын, ну почему ты так себя ведешь? Зачем ты так? Я думал, мы переехали в Нортвил, чтобы начать новую жизнь. Мне всегда говорили, что ты трудный ребенок. Я не соглашался, считал, что люди ошибаются. Мне казалось, что тебе нужно дать возможность показать себя с хорошей стороны. Но у нас с тобой не получается нормальной жизни, особенно у меня. Стоит мне пойти с кем-нибудь на свидание или отлучиться на пять минут, обязательно случается что-нибудь ужасное.

– А может, тебе не стоит ходить на свидания?

– Сынок, от того, что я общаюсь с другими людьми, я отнюдь не люблю тебя меньше. Неужели ты этого не понимаешь?

Отец оторвался от дороги и взглянул на сына. Тот упрямо смотрел себе под ноги.

– Ну, наверное…

– Наверное? Уже хорошо. Начнем хотя бы с того, что ты это допускаешь. Давай мы с тобой договоримся. Я обещаю тебе, что всегда буду рядом с тобой, когда ты этого захочешь, а ты должен пообещать, что отныне будешь вести себя хорошо.

– Обещаю, – малыш все еще боялся поднять глаза.

– Это слишком просто – сказать «обещаю» и все. Это не должно быть пустым обещанием. Сегодня мы с тобой заключаем договор, союз, с тем чтобы восстановить наше прежнее доверие друг к другу.

Казалось, Джуниор что-то серьезно обдумывал. Отец продолжал:

– Ну, что скажешь? Ты постараешься вести себя лучше, чтобы я мог хвалиться тобой перед друзьями, говорить, что ты самый лучший сын в мире?

– Конечно. Я буду вести себя лучше.

Обещание Джуниора прозвучало весьма скромно, просто он будет вести себя лучше. Но именно эти слова подняли настроение Маленького Бена, уверившегося, что до мальчика что-то дошло. Тем более что теперь Джуниор не прятал свои глаза.

– Вот умница… – после этих слов мистер Хилли, достаточно опытный педагог, резко сменил тему разговора.

О происшествии на «Диких плясках» не было сказано ни слова. Как будто ничего не случилось.

* * *

Когда повеселевшие отец и сын шумно ввалились в помещение, оба на мгновение опешили, озадаченно изучая существенные изменения в их прежде уютном жилище. Мебель была расставлена совершенно по-другому, откуда-то появились абсолютно бесполезные мраморные тумбы, масса больших и маленьких пальм в горшочках, на стенах – огромные зеркала, которые никак не смогут уцелеть во время первого же розыгрыша мяча. На скользком и удобном для игры полу – цветастое ковровое покрытие. Даже стены стали другими.

– Что случилось с нашим домом?

По лестнице спускался Большой Бен, не в обычном махровом халате, а в отутюженных светлых брюках и легком шерстяном свитере. Он выглядел помолодевшим лет на двадцать, и не только от того, что поблескивал тщательно выбритым подбородком. Артистичным жестом обведя помещение и счастливо улыбаясь, дед объявил:

– Сюрприз!

– Папа, что ты сделал?

– Я? Ничего. Это чудо сотворено одной необыкновенной женщиной, – дед многозначительно засмеялся.

– Я не понимаю, она что… она что, маньячка?! – Бен младший, без сомнения, не разделял восторга деда.

– Нет. Она – прекрасная фея, – сверкая, как надраенный чайник, подытожил Большой Бен и жестом указал на вышедшую из столовой мисс Дюмор.

Стройные ноги, обнаженные плечи, причудливая, но со вкусом сделанная прическа, бриллиантовое колье на шее – словом, мисс Дюмор не прятала своих достоинств. Без всяких прелюдий она с патетикой заговорила:

– Бенджамин, как приятно, что в нашем городе появилась струя свежей, новой крови. И я решила, что люди, которые приезжают в наш город, должны полюбить его больше. И все это – Луанда многозначительно окинула взглядом комнату, – в знак нашего внимания к новоселам. Меня зовут Луанда Дюмор.

– Так вы что, все это сделали только потому, что я открыл счет в вашем банке? – мистер Хилли еще больше удивился, когда понял, с кем имеет дело.

– Нет, нет, вы у нас совершенно особый клиент!

Никаких сомнений у Джуниора не оставалось: это очередная попытка занять вакантное место его мамы. Ну до чего напыщенная и неестественная эта тетка! Из головы Бена Младшего напрочь вылетело данное отцу обещание. Не без его помощи с мраморной тумбы вдруг упал горшок с дорогой карликовой пальмой. Земля высыпалась на мягкий ковер.

– Ой! – малыш сделал вид, что он тут ни при чем. Но все без исключения присутствующие отлично разобрались, что к чему.

– Сынок!

– Ничего страшного. Подумаешь, это всего лишь песок. Я запросто все уберу. В мгновение ока, – конечно же, Луанда Дюмор благоразумно не заметила проделку Джуниора.

– Извините, мой сын иногда бывает таким неуклюжим.

Миллионерша мисс Дюмор взяла в руки пылесос, подошла к месту трагедии и принялась убирать грязь. Она заняла настолько выгодную позицию по отношению к взрослым представителям семейства Хилли, что даже у деда потекли слюнки: такая аппетитная попка не могла не произвести впечатления.

– Ничего страшного! Господи, нужно же понимать друг друга. Без понимания и сострадания наш мир во что превратится? Верно, милый? – последний вопрос адресовался представителю молодого поколения.

Пока мужчины восхищались формами и дипломатичностью «прекрасной феи», та с искривленным от ненависти лицом шепнула малышу откровенную глупость:

– Попробуй еще что-нибудь выкинуть в таком же духе! Я тебе отрежу ноги по колено и похороню тебя живьем. Понял, детка?

Джуниор улыбнулся и понимающе кивнул головой.

– Невероятная женщина! – Маленький Бен был поражен достоинствами гостьи.

– Да-а, – протянул дед, – кроме того, у нее состояние в пятьдесят миллионов долларов.

– О Господи, совсем забыла, который час? Мне очень жаль, но я должна уже бежать, у меня встреча с этими противными акционерами. Но мы скоро вместе выберемся куда-нибудь или поужинаем дома. Я приготовлю что-нибудь необыкновенно вкусное!