Текст книги "Звезды в твоих глазах"
Автор книги: Джоанна Нельсон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц)
4
Ральф навестил Ли на следующее утро. У него появился прекрасный повод, чтобы заглянуть к ней: узнать, как она справляется с новыми обязанноетями. Он был поражен тому, как быстро Ли освоила новую программу. Сначала она смущалась, но потом, увлекшись, начала рассказывать о своих открытиях. Ральф, улыбаясь, слушал ее, и только спустя несколько мгновений Ли заметила, что он как-то странно смотрит на нее. На лице Ральфа было такое отсутствующее выражение, словно он ушел в свои мысли, решая какую-то сложную внутреннюю проблему. Ли умолкла на полуслове и вопросительно посмотрела на Ральфа.
– Что-то не так?
Он мгновенно опомнился, его взгляд просветлел, а со лба исчезли тонкие морщинки.
– Прости, немного задумался. Ты здорово освоилась.
Щеки Ли чуть порозовели от этой похвалы.
– Многое мне еще непонятно.
– Думаю, что кое в чем могу тебе помочь.
Ральф переставил свой стул, и Ли не успела опомниться, как он сидел так близко к ней, что их тела соприкасались. Она хотела отодвинуться, но не решилась. В конце концов, Ральф решил просто преподать ей урок работы на компьютере, а она шарахается от него, как от чумного.
Пальцы Ральфа так же– легко, как совсем недавно пальцы Аурелио, запорхали по клавишам, и Ли замерла в восхищении, сразу забыв о всех своих страхах. Она вытянула шею, стараясь не упустить ни одного движения, и даже осмеливалась просить его повторить то, что казалось непонятным, еще раз. Это совместное освоение машины вселило в Ли какую-то веселую возбужденность, которая мгновенно погасла, лишь она опять заметила обращенный на нее. взгляд Ральфа, ставший тяжелым и горячим. Ли опомнилась, поймав себя на том, что находится слишком близко к нему, и поспешно отодвинулась.
– Сразу видна рука мастера… – неловко пошутила она.
– Знать компьютер и разбираться почти во всем, что творится в моей фирме, моя первейшая обязанность. Так что не стоит удивляться моему совершенному владению компьютером. – Губы Ральфа скривились в подобии улыбки, но напряжение на этот раз не отпустило его столь быстро.
– Конечно. Несмотря на всю вашу скромность, огромное вам спасибо за консультацию, вы мне здорово помогли.
– Марко едет через два дня, – напомнил он ей о своем обещании, и опять резкая смена темы заставила ее беспомощно смутиться. – Я думаю, что ты захочешь сопровождать бабушку в больницу.
– Если можно.
– Конечно, можно. Ты могла бы и не сомневаться в положительном ответе. Марко заедет за вами очень рано, часов в шесть.
– Спасибо, сеньор Ральф, я отработаю этот день.
– Не стоит, Ли.
– Я отработаю… – упрямо заявила она, и Ральф коротко кивнул, словно говоря: «Как хочешь».
– А Марко?.. – вдруг спросила она и едва не застонала от досады. Кто дернул ее за язык!
– Что Марко?
Ли тяжело сглотнула, но отступать было поздно: Ральф ждал ответа.
– Марко не похож на простого водителя.
– С чего ты взяла? – удивился он.
– Он так странно ходит, словно боится нападения. И его взгляд, всегда настороженный… – Ли вдруг пронзила догадка. – Он ваш телохранитель?
Ральф долго рассматривал ее.
– Вроде того, – наконец соизволил он внести некоторую ясность. – Ты очень наблюдательна, Ли.
– Мы все в провинции такие. Здесь очень мало новых людей и новостей… А вам угрожает опасность?
– Нет, но в нашем кругу принято подстраховываться. Кроме того, Марко действительно прекрасный водитель. Ладно, мне пора.
Он бросил на Ли последний взгляд, поднялся и вышел из кабинета, оставив в ее душе беспокойство и ощущение, что что-то произошло. Ее сердце то билось частыми толчками, то непонятно замирало.
Вечером Ли долго не могла уснуть, вспоминая в мельчайших подробностях выражение лица Ральфа, его запах и ощущение тепла, исходящее от сильного тела. Вспоминая о длинных пальцах, с легкостью «порабощающих» капризную машину, она почувствовала, что в животе словно порхают сотни бабочек. Ли улыбнулась и, перевернувшись на спину, уставилась в потолок. Завтра она приедет на ранчо и вновь увидит Ральфа, будет с ним рядом. Ли не думала больше ни о чем, не забегая в своих мечтаниях дальше чем в «завтра», но и эти мысли будоражили ее душу. Он жила сегодняшним днем, не думая о том, что может произойти «потом».
На следующее утро Ральф снова пришел и принес пачку бумаг, необходимых для учета. Это был довольно примитивный повод увидеться, ведь бумаги ей всегда приносила Фернанда Пилар, но Ли даже не задумалась об этом. Она потеряла всякую осторожность и просто упивалась тем, что видит Ральфа.
Отдав Ли бумаги, он завел разговор «ни о чем», который вдруг превратился в красочный рассказ о годах его учебы. Ли слушала с восторгом, позабыв обо всем. В эти два дня он стала стремительно утрачивать связь – с действительностью, погружаясь в пьянящее чувство влюбленности, просто наслаждаясь присутствием Ральфа. Она и не заметила, как за разговором он осторожно, но настойчиво выуживал у нее сведения о ее семье и жизни.
– Тебе ведь было очень тяжело, когда твои родители погибли?
– Да… Но я так плохо помню то время, мне было всего семь, а Сэму пятнадцать. Я почти не помню маминого лица. Смотрю на фотографию, а в голове никаких воспоминаний. Ваш отец, сеньор Гарсиа, тогда все взял на себя. Иначе мы бы просто не выжили. – Ли грустно улыбнулась. – Вы же помните, что я всегда была в вашем доме. Наверное, это было необычно, но мне тогда все казалось в порядке вещей. Иногда я думала, что было бы, если бы дед не захотел оставить Англию и отправиться на поиски лучшей доли. Я даже как-то высказала это бабушке, но она только улыбнулась и сказала, что Уильям не был бы собой, если бы в нем не горел этот пожирающий авантюрный дух. Именно за это она его и любила… Мой отец был копией деда и не испытал ни грана дискомфорта, забрав жену и маленьких детей и отправляясь «в никуда». Они с дедом свято верили, что обретут свой «рай».
– А в Англии твой дед был?..
– Фермером. Но Англия для него казалась слишком предсказуемой и цивилизованной, там не было «размаха». Поэтому он продал землю своему младшему сыну, мое, му дяде Джону, за чисто номинальную цену. Потому что в случае оформления дарственной пришлось бы заплатить огромные налоги. Денег едва хватило на то, чтобы переехать и обустроиться, но папа и дедушка не унывали. Они были здоровыми мужчинами, полными сил и энергии, а руки у них были поистине золотыми. Они взяли в аренду часть земли у сеньора Гарсиа и стали строить свой «рай». У них это здорово получалось… Счастливая жизнь закончилась в тот момент, когда наша семья получила приглашение на свадьбу. Женился младший сын дедушки Джон. Мы с Сэмом как раз заболели гриппом, и нас оставили дома с бабушкой. Самолет, на котором летели мои родители и дед, попал в грозовой фронт и разбился. Почти у берега…
– Вам повезло.
– Но ведь могло так статься, что по какой-то причине, из-за меня, например, мы могли задержаться хотя бы на день, и тогда все остались бы живы… – тихо сказала Ли.
– Глупо думать о том, что «было бы». И потом, каждому человеку предначертана своя судьба.
– Я знаю, – согласилась Ли, – но иногда эти мысли продолжают мучить нас и тогда, когда мы вовсе этого не хотим… Мы остались втроем.
– Именно тогда ты решила, что безопасность и надежность – это приоритеты твоей жизни?
Ли кивнула.
– Когда мы остались одни, то стали буквально неразлучны. Сэм и бабушка – единственные родные люди, которые у меня остались. Сэм учился так хорошо, что ему дали государственную стипендию для обучения в колледже, и он смог Осуществить свою мечту – стать археологом. Я тоже выучилась…
Во время самых грустных минут ее рассказа Ральф сочувственно сжимал руку Ли, но потом, выразив свои чувства, не спешил отпустить ее ладонь. Ей было и сладко, и тревожно, и внизу живота все сжималось и трепетало.
Вечером Ральф проводил Ли до машины и помог сесть. Всю дорогу до дома она мечтательно улыбалась, вспоминая его прощальный взгляд.
Но утром следующего дня ее настроение несколько омрачил разговор с Фернандой Пилар, которая дожидалась Ли в ее кабинете. Обнаружив, что дверь отперта, Ли похолодела, подумав, что вчера по рассеянности забыла ее запереть. Войдя, она обнаружила в кабинете Фернанду Пилар.
– Уф, вы меня напугали, я и забыла про вто– рой ключ. Что-то случилось?
– Мне нужно поговорить с тобой, Ли, присядь. Такое вступление насторожило Ли, но она
послушно села на стул.
– Я заметила, как много времени вы стали проводить с молодым сеньором… – Фернанда Пилар резким жестом пресекла попытку Ли возразить. – Выслушай меня, девочка моя. Ральф красив, богат и умен. Видит Бог, я люблю сеньора, он рос на моих глазах, но мужчины… У них одно на уме, и ты должна быть очень осторожна. Они умело кружат головы, а нам, женщинам, приходится жестоко расплачиваться за придуманные фантазии. У мужчин в голове всего две извилины, и обе работают в одном направлении. Удовольствие для них – главное. Мы легко верим в то, что предполагаем, но они устроены совсем иначе…
– Спасибо вам за заботу и предупреждение, буду осторожна, – пообещала Ли.
– Вот и славно. – Фернанда Пилар вздохнула и слабо улыбнулась. – Ты ведь не обиделась на меня?
– Конечно нет.
Как только Фернанда Пилар ушла, Ли почувствовала смятение. Неужели ее чувства так очевидны? Со свойственным ей трезвомыслием Ли признала, что влюблена и скоро просто воспарит в розовом тумане. Решив больше не поддаваться обаянию Ральфа, она уселась за счета.
Но стоило ей лишь увидеть улыбающегося Ральфа, как вся ее решимость полетела в тартарары. Он опять провожал ее вечером. Он подошел так близко, что Ли слышала его дыхание. Холодок пробежал по ее позвоночнику, а волосы на затылке чуть не зашевелились от охватившего ее напряжения. Его пальцы легко тронули выбившийся из прически завиток и словно ненароком коснулись шеи, потом щеки, и это легкое движение воспламенило ее так, что Ли едва не вскрикнула. Она обернулась и увидела красиво очерченные губы Ральфа, изогнутые в легкой полуулыбке, и заворожено уставилась на них.
В стремительно сгущающихся сумерках пронзительный взгляд Ральфа обрел неимоверную притягательную загадочность, и Ли настолько утратила контроль и самообладание, что едва не приникла к Ральфу, когда он осторожно коснулся горячими сухими губами ее губ.
– Ты такая красивая… – отстранившись, тихо прошептал он.
Ли невольно качнулась к нему, словно притягиваемая невидимым, но мощным магнитом. Ее губы приоткрылись, а дыхание стало коротким и частым.
– Ли, мы не можем… здесь…
Эти слова заставили ее опомниться. Она густо покраснела, смущенная тем, что именно Ральф остановил ее, а не голос ее собственного рассудка.
– Завтра мы не увидимся, – тем временем продолжил Ральф, – ведь ты уезжаешь с бабушкой в клинику. А послезавтра уезжаю я: у меня деловая поездка.
– Хорошо… – разочарование отчетливо прозвучало в голосе Ли, а черты лица слегка исказились.
– Встретимся через два дня. Я буду скучать.
– Я… я тоже…
Ли почти не помнила, как добралась домой. В ушах продолжал звучать голос Ральфа, а в ее душе пела музыка. Он неравнодушен к ней, ее чувства не безответны! В неясных мечтах она видела Ральфа и… себя рядом с ним. В своем самообмане она поверила, что он влюблен в нее.
5
Лору Браун обследовали в одной из лучших клиник. Медицинский персонал был очень обходителен и приветлив. Конечно, такое обслуживание стоило очень дорого, но теперь у Ли была хорошо оплачиваемая работа, а перед поездкой в клинику Ральф выдал ей аванс. В ее душе помимо любви росла огромная благодарность к Ральфу. Доктор Мелькиадес сказал, что результаты будут готовы через пару дней, потому что на обработку полученных данных и анализов требуется время.
– Не стоит слишком торопиться, мы должны поставить полную картину, чтобы назначить правильное лечение, – объяснил он Ли. – Позвоните мне вот по этому телефону.
Домой они вернулись поздно. Ли приготовила легкий ужин, но ела без аппетита, думая о том, что завтра она не увидит Ральфа. Два дня без него – это слишком много. Она скучала.
Следующий день начался с мелких неприятностей: испортилась погода, и, хотя дождя не было, небо заволокли тяжелые тучи. Воздух стал влажным, и каждый вдох давался Ли тяжело. Уж лучше бы пошел дождь! Ли села в машину, повернула ключ зажигания и едва не выругалась: ее «старушка» отказывалась заводиться.
– Ну давай же… – она бросила взгляд на часы и поняла, что уже опаздывает. Тут, на ее счастье, мотор взревел, и Ли облегченно перевела дух.
На ранчо дела шли по давно заведенному порядку, Ли отбросила все мысли и сосредоточилась на работе. Но, когда она сделала перерыв на ланч, тоска с новой силой охватила ее. День, проведенный без Ральфа, казался ей пустым и унылым. Она часто поглядывала на часы, досадуя на то, что стрелки ползут слишком медленно и еще долго ждать того вожделенного «завтра», когда она вновь сможет увидеть Ральфа.
Работы сегодня было особенно много, и Ли даже пришлось задержаться. Закончив необходимые расчеты, она отложила ручку. Как ни замечательно иметь механического помощника, но у нее по-прежнему было много писанины. Ли подхватила сумочку и вышла из кабинета. Она взглянула на такое же хмурое, как и утром, небо и раздосадованно вздохнула. Погода и не думала налаживаться. Ли уселась в машину и попыталась завести мотор. Автомобиль не подавал ни малейших признаков жизни.
– Черт… – пробормотала она, – неужели утренние «капризы» машины были предвестниками серьезной поломки?
– Сеньорита…
Ли вздрогнула, когда в боковое стекло постучали. Она повернулась и увидела Диего, одного из рабочих.
– Что произошло, сеньорита?
– Машина не заводится… – Ли взглянула на часы. Бабушка уже, наверное, беспокоится.
– Я позову Марко, он здорово понимает в машинах.
Марко появился через несколько минут. Вчера в машине он не проронил ни слова, но Ли поймала на себе несколько его взглядов, от которых ей стало не по себе. Вот и сейчас, когда Марко взглянул на нее с тем же выражением, что и вчера, она поёжилась, остро чувствуя желание отказаться от его услуг. Но разум взял вверх над эмоциями – Марко не сделал ей ничего плохого, так что не стоит придумывать исходящую от него опасность. – Что случилось, сеньорита?
Ли впервые услышала его глухой голос с сильным акцентом.
– Моя машина не заводится.
– Будьте добры, откройте капот. Диего, посвети мне…
Диего быстро принес фонарь и стал светить, пока Марко пытался определить поломку. Потом он вынырнул из-под капота и вытер руки ветошью.
– Сеньорита не может ехать. У нее не работает генератор.
– Да, плохи дела… ~– сокрушенно пробормотал Диего. – Я бы мог подбросить вас на джипе, но как раз сегодня он тоже сломался, а грузовичок сеньор Ральф разрешил взять одному из арендаторов…
– Что же делать? – упавшим голосом спросила Ли.
Нечего было и думать о том, чтобы добраться домой пешком. И как она завтра попадет на работу?
– Я починю машину сеньориты, – предложил свою помощь Марко, – она будет готова завтра…
– Мне очень нужно сегодня.
– Сегодня нет. Слишком много работы.
Ли сникла. Что ж, остается только переночевать здесь. Она поплелась в свой кабинет, чтобы оттуда позвонить бабушке и объяснить сложившуюся ситуацию.
– Со мной будет все хорошо. Ли, дорогая, я же не маленький ребенок, – укорила ее Лора. – Сейчас у меня в гостях Жижи, мы закончим партию в триктрак, я провожу ее и лягу спать. Есть я не хочу, мы недавно пили чай. Так что ни о чем не волнуйся.
Ли вздохнула. Она так привыкла опекать бабушку, что даже после заверений Лоры у нее на душе было неспокойно.
Фернанда Пилар появилась на пороге кабинета подобно доброй волшебнице.
– Ли, дорогая, Диего мне сказал, что машина сломалась. Пойдем в дом, я уже приготовила для тебя комнату. Конечно, это будет удобно! – сказала она, хотя Ли даже не успела задать этот вопрос. – Не думаю, что сеньору Ральфу понравилось бы, что ты ночевала в кабинете. Здесь даже прилечь негде. А кроме того, ты голодна, надо поужинать. И не беспокойся о Лоре, она же не маленький ребенок.
– Вы прямо мысли мои читаете. – Ли вздохнула. – Бабушка сказала мне то же самое.
Поужинав, Ли отправилась в комнату, которую отвела ей Фернанда Пилар. Она распустила и расчесала волосы и прилегла поверх покрывала на кровать. Ли стала думать о Ральфе. И точно в ответ на ее мысли в окна ударил свет фар. Ли вскочила и подбежала к окну. Во дворе разворачивалась машина Ральфа. Ральф здесь! Сердце Ли заколотилось в бешеном ритме, она отступила от окна и бросилась на кровать. Мысль о том, что они будут ночевать под одной крышей, странно взволновала ее.
Глупая… – попыталась она урезонить себя, комнаты Ральфа находятся в другом крыле дома, а ты волнуешься так, словно вам предстоит спать по соседству…
Ли вздрогнула, услышав тихий стук в дверь. Она приподняла голову, уверенная, что во всем виновато ее богатое воображение. Но стук повторился, и из-за двери донесся голос Ральфа:
– Ли, ты не спишь?
Она вскочила с кровати и, подойдя к двери, приоткрыла ее.
– Нет. Извините, что мне пришлось занять эту комнату, моя машина сломалась…
Он улыбнулся ее торопливым извинениям.
– Да, я знаю, мне сказал Марко. Он обещал починить твою «старушку» к утру. А Фернанда Пилар сказала, будто ты пыталась переночевать в своем кабинете прямо на стульях. Учитывая твою безмерную скромность, я побоялся, что в комнате ты уляжешься прямо на полу, лишь бы не причинять излишних беспокойств.
Ли невольно покраснела.
– Нет, я предпочитаю кровать.
– Ты хорошо устроилась?
– Да, спасибо.
– Можно войти?
Вопрос застал ее врасплох. Но прежде чем Ли успела сказать хоть слово, Ральф уже вошел в комнату. Ли занервничала. Час поздний, дом погружен в темноту, все спят, а Ральф стоит с таким видом, словно эта комната – его собственная спальня. И долго он так и собирается стоять, неотрывно глядя на нее? Ли почувствовала головокружение и приливший к щекам жар. И очень сильную неловкость. От Ральфа исходила опасность, и Ли мигом припомнила все предостережения Фернанды Пилар.
– Сеньор, уже довольно поздно, – пролепетала она.
– Ты хочешь спать?
Эта, казалось бы, невинная фраза заставила Ли задрожать.
– Да, я сегодня устала, – с трудом выдавила она из себя.
Ральф двинулся к ней, и Ли невольно попятилась.
– Ты боишься меня, Ли? – обманчиво мягким голосом спросил он.
– Конечно нет! Просто ваше появление…
– Да?..
– Вы как будто преследуете меня! – невольно вырвалось у Ли.
Ральф непринужденно рассмеялся, и Ли удивленно приподняла брови, досадуя на его смех и не понимая, чем он вызван.
– Что вас рассмешило?
– Преследую? – Ральф хмыкнул. – Это слово напоминает мне некие события давно минувших дней. Помнишь, как вы с Самантой следовали за мной по пятам, как две тени? По-моему, как раз это и было преследованием…
– О! – Ли смутилась так сильно, что это вызвало у Ральфа новую волну веселья.
– Тебе до сих пор неловко, да? – угадал ее состояние Ральф.
– Вы нас здорово напугали тогда.
– А каково пришлось мне? Ваша слежка здорово доставала меня, я совершенно не мог расслабиться! Не говоря уже о сорванном свидании с прекрасной Петрой…
Ли до мельчайших подробностей помнила ту сцену: поднятое в ожидании поцелуя девичье лицо и медленно склоняющуюся голову Ральфа…
– С того раза ты мне осталась должна, Ли.
– Что? Мне помнится, что я тогда попросила прощения и дала вам обещание, что подобное болыпе не повторится.
– Да-да… – рассеянно сказал он. – Но теперь думаю о том, что тогда был слишком мягок к тебе. Тебе, Ли Браун, хотя и с огромным опозданием, придется заплатить за нарушение моего спокойствия.
– Что же вы хотите, сеньор, в оплату того страшного долга? Отшлепать меня?
Ли попыталась как-то смягчить ситуацию, может быть, придать ей вид некой игры, из которой можно выйти в любой момент. Но ее голова соображала так плохо, что Ли сама себя поставила в положение, которым Ральф тотчас же воспользовался. Его глаза удовлетворенно вспыхнули, а губы изогнулись в хищной улыбке.
– Нет, думаю, что до таких радикальных мер дело не дойдет, – промурлыкал он, начиная медленно приближаться к Ли. – Я хочу лишь того, что так и не получил в тот раз.
– А именно? – пробормотала Ли, отступая и запоздало осознавая свою непоправимую тактическую ошибку.
– Поцелуя… – хрипло проговорил Ральф.
От страстного желания, прозвучавшего в его голосе, колени Ли едва не подогнулись. Несмотря на свою неопытность, она совершенно четко уловила это желание, и жестокая действительность начала просачиваться в ее затуманенный разум подобно холодному сквозняку, проникающему в теплую комнату. Сердце тяжелым молотком стучало в груди, от страха и возбуждения Ли дрожала в нервном ознобе. И, когда Ральф в два шага одолел расстояние, еще пару секунд назад разделяющее их, она испуганно вздрогнула и забилась в его руках, обхвативших ее.
– Пожалуйста, не надо… – прошептала Ли, чувствуя, как предательски подрагивает ее голос, и упираясь руками в его мощную грудь.
– Ли…
Она ответила на этот мягкий зов испуганным взглядом.
– Не бойся меня, Ли. Это будет не страшно… Она почувствовала горячее дыхание Ральфа на своих губах, а секундой позже он стал мягко водить по ним своими губами, чуть прихватывая, нежно касаясь кончиком языка.
Ральф не торопился. Ли показалось, что он бесконечно долго, едва касаясь, ласкает ее губы, и, только после того, как она беспомощно застонала, его поцелуй стал жарким.
Ли едва не теряла сознание, погружаясь в огненную гибельную пучину. Прикосновения и поцелуи Ральфа разбудили в ней вулкан, о существовании которого она и не подозревала. Ее руки сами собой обхватили его широкие плечи, потом под ее пальцами оказалось его бешено бьющееся сердце. Своенравные пальчики Ли расстегнули пуговицу на рубашке Ральфа, и ее ладонь коснулась груди Ральфа, ощутив покалывание жестких волосков.
Ральф замер, напрягся, когда кончики пальцев Ли коснулись старого шрама. Она прекрасно помнила, когда появился этот шрам, и тот давний страх за Ральфа снова прокрался в ее душу, сломив остатки сопротивления и заставив Ли подчиниться его страсти. Но сначала были слова, слова признания, которое она мысленно говорила ему и которое Ральф так никогда и не услышал.
– Твой шрам…
– Он уже давно не болит.
– Да, но я прекрасно помню тот день, когда это случилось. Мы с Самантой ночевали в ее комнате, она давно спала, а я не могла уснуть. – Ли прикрыла глаза, сдерживая признание, что она ждала, пока Ральф вернется с одной из вечеринок, которую устраивал его приятель. – А потом и услышала, что в доме началась какая-то суматоха. Я попыталась растолкать Саманту, но она спала очень крепко. И я пошла одна. Дверь кабинета сеньора Гарсиа была приоткрыта, – Ли судорожно вздохнула, – я услышала, что твой отец вызывает врача, потому что с тобой произошел несчастный случай. Я так испугалась, что у меня ноги приросли к полу. Потом я заметила тебя, ты полулежал в кресле, твои глаза были закрыты, а сеньора Ремидиа прижимала к твоей груди полотенце и плакала… И эта окровавленная рубашка на полу… – Ли прикрыла глаза, вновь переживая тот далекий ужас. Кончики ее пальцев скользнули по шраму, пересекающему грудь Ральфа. – А потом я узнала, кто это сделал, и была готова тут же пойти и убить человека, причинившего тебе боль.
– Кто бы мог подумать, что моя маленькая Ли окажется такой кровожадной…
«Моя маленькая Ли»! От этих ласковых слов Ли почувствовала себя на вершине блаженства.
– Ты ведь была влюблена в меня?
– Да, – призналась она, – я так давно…
– Не говори больше ничего. Просто поцелуй меня.
Ральф склонил голову, Ли робко коснулась его губ и тут же отпрянула. Он усмехнулся.
– Я хотел вовсе не этого.
– Вот так? – На этот раз губы Ли чуть дольше задержались на его губах.
– Уже лучше.
– Так?… – Она продолжала игру, пока Ральф не притянул ее к себе вплотную.
– У тебя чертовски хорошо получается, – пробормотал он. – Но ведь никогда не поздно получить более обширные знания.
Их глаза встретились.
– Научи меня…
Эти слова, непроизвольно сорвавшиеся с губ Ли, вызвали у нее страх и смущение, а у Ральфа усмешку.
– Конечно, – прошептал он.
Она и не заметила, как они оказались в постели. Ли подняла тяжелые веки, встретившись с его горящим взглядом.
– Вот так, Ли… – выдохнул он, словно только этого и ждал, – смотри на меня!
Он снова целовал ее, а его умелые пальцы искусно ласкали, соблазняли, покоряли ее. Вдруг Ральф глухо застонал и напрягся. А потом неожиданно он захватил в горсть ее длинные распущенные волосы и накрутил на руку.
– Что ты делаешь, Ральф?.. – прошептала она в изнеможении.
– Я больше не могу… Мне этого мало, Ли… Я хочу тебя… – хрипло проговорил он.
Наверное, она что-то ответила или подала какой-то иной знак, потому что Ральф больше не сдерживался. Его неистовые ласки сводили ее с ума.
Ли потонула в его бешеном натиске и вскрикнула от слепящей боли, когда Ральф вошел в нее. Он замер на мгновение, а Ли шевельнулась, пытаясь оттолкнуть его и избавиться от этой боли.
– Все хорошо, маленькая, – сипло пробормотал Ральф, снова-начав двигаться, на этот раз медленно и осторожно.
Горячая влага обожгла Ли, а потом Ральф скатился с нее. Ли повернулась на бок, подтянула колени к груди и свернулась клубком. Все оказалось вовсе не так, как она ожидала. Боль охватила ее душу, боль и жестокое разочарование.
Ральф коснулся ее плеча, а потом молча развернул Ли и прижал к себе. Удары его сердца отдавались в ее груди, сливаясь со стуком ее сердца. Невероятная боль постепенно отступила, и Ли уже начала засыпать, когда Ральф шевельнулся.
– Нет… – успела она прошептать, прежде чем Ральф опять накрыл ее губы своим ртом.
Ли больше не хотела его объятий, этой раздирающей все внутри боли, но ее слабые попытки оттолкнуть Ральфа ни к чему не привели. Он выпустил из плена ее губы, захватил ртом сосок, и Ли вздрогнула от пронзивших ее огненных стрел удовольствия. А Ральф продолжал свои неистовые ласки, словно мечтал свести ее с ума. Когда он наконец вошел в нее, Ли забилась от восторга, а из ее груди вырвался протяжный стон наслаждения, который Ральф заглушил поцелуем.
