Текст книги "Жгучее желание"

Автор книги: Джейн Энн Кренц

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Глава 24

Зак оказался у ее дверей менее чем через десять минут, побив все рекорды скорости в Ориане. Взгляд Рейн упал на спортивную сумку из плотной материи у него в руках, что могло означать лишь одно: он намерен провести ночь в ее квартире. Она не стала возражать, и правильно сделала.

Коты некоторое время кружили вокруг Зака и лишь потом позволили почесать за ушами. Удовлетворенные, Бэтмен и Робин потрусили назад в гостиную.

Только теперь Зак понял, что Рейн смотрит на него широко раскрытыми от ужаса глазами, а потом едва расслышал ее шепот:

– Что… что с тобой произошло?

Опустив глаза, Зак понял, что ее так испугало: волосы тоже наверняка в беспорядке. К тому же Рейн, должно быть, уловила энергию адреналина и опасности.

– Ничего серьезного – так, кое-что не поделили. Тот парень сбежал.

– Ты подрался?

– Долгая история. Потом объясню.

Глаза Рейн вспыхнули гневом.

– Ты же говорил, что никогда не ввязываешься в драки в барах.

– Это случилось не в баре. Расскажи лучше об осколке, который нашла в кармане. Ты уверена, что он от той самой чашки?

Заку на мгновение показалось, что Рейн будет настаивать на рассказе о драке, но она нехотя сдалась.

– Я не уверена… Но в моем номере была точно такая же, там и оставалась, когда я уезжала.

– Помню.

– Должно быть, он вошел в номер после моего отъезда, разбил чашку, а сегодня вечером подкинул осколок мне в карман.

Зак осмотрел замки.

– А как он попал к тебе в квартиру?

– Не знаю. – Рейн, не в силах справиться с дрожью, крепко обхватила себя за плечи. – Я не обнаружила признаков взлома, и на ручке двери не было никаких энергетических следов.

– Это неудивительно, – рассеянно произнес Зак. – Но ты непременно обнаружила бы их, если бы он шел тебя убивать. Кроме того, он мог надеть перчатки, перед тем как вломиться сюда. Психическая энергия легче и дольше остается на предметах при прямом контакте с кожей. А перчатки – это барьер.

Рейн содрогнулась всем телом и посмотрела на лакированную черную полку под настенным бра.

– Должно быть, он пребывал в ярости, когда разбивал эту чашку. От осколка исходят флюиды паники и злости.

Зак проследил за взглядом Рейн и, увидев лежащий на полке осколок, внутренне сосредоточился, затем протянул руку и взял пестрый кусочек стекла. Органы чувств Зака тотчас же пронизала мощная волна тяжелой темной энергии, а перед глазами вспыхнула и сразу же погасла яркая картинка – отрывок из ночного кошмара. Всего за несколько секунд он ощутил в руках прохладу фарфора, приступ смешанной с яростью паники и неистовое желание разбить изящную чашку о какую-нибудь твердую поверхность.

Зак вернул осколок на полку и попытался остановить просачивавшиеся в кровь потоки энергии, которой и так уже перенасытился за сегодняшний вечер.

– Да, убийца был здесь, но я не уверен, что это Поджигатель, поскольку не спускался в подвал дома твоей тети и мне не с чем сравнить.

– Уверена, это он. – Рейн смотрела на осколок как побитая собака. – Впервые за все время один из убийц осмелился заявиться ко мне домой.

– Да… это кого угодно лишит присутствия духа, – согласился Зак.

– Он попытался нагнать на меня страху.

Зак взял Рейн за плечи, осторожно притянул к себе и крепко обнял.

– Знаешь, это даже полезно. Страх заставляет проявлять осторожность.

– Не обижайся, – произнесла Рейн, зарываясь лицом в рубашку Зака, – но мне сейчас не нужны подобные объяснения.

– Извини. Наверное, это влияние «Джи и Джи». Лозунгом Фэллона Джонса было примерно следующее: если предположить, что что-то пойдет не так, то скорее всего так и будет. Его всегда ужасно раздражает, если агенты настроены слишком уж оптимистично.

– Судя по всему, парень он веселый.

– Найди определение слова «веселый» в словаре и увидишь рядом его фотографию.

Рейн издала какой-то странный приглушенный звук, похожий на сдавленный смех, немного расслабилась и, подняв голову, попросила:

– Расскажи, что ты увидел.

– Это была визуальная интерпретация услышанных тобой слов. Негодяй разбил чашку в порыве ярости и отчаяния, потому что испугался, и обвинил в крушении своих планов тебя.

– Должно быть, он наблюдал за мной в Шелбивиллье. Ждал, когда я уеду. Он сильно рисковал, войдя в мою комнату. Интересно, кто-нибудь его видел?

– Хороший вопрос. Но, возможно, все было не так.

– О чем ты?

– Возможно, он не боялся, что его увидят. Может, он имел полное право находиться в гостинице. – Зак ненадолго задумался. – Это вполне может быть кто-то из обслуживающего персонала или гость. Ведь тогда было полно репортеров и фотографов всех мастей. В толпе затеряться очень легко.

– Ты прав.

– Меня интересует другой вопрос. Что заставило его сосредоточить свое внимание именно на тебе? Ведь всем в Шелбивиллье известно, что вы с агентом по недвижимости наткнулись на жертву Поджигателя совершенно случайно.

Рейн, немного отстранившись, произнесла:

– Не знаю, не знаю… Из собственного опыта мне известно, что психи, подобные Поджигателю, не признают случайностей. Для них все события являются знаковыми.

Зак глубоко вздохнул:

– Ты права.

– Девушку обнаружили в моем доме. В доме ведьмы. Убийца знает, что я племянница ведьмы, и меня тоже считает ведьмой. Кроме того, ему известно, что его жертва была обнаружена в моем присутствии. Его последняя охота сорвалась, и он обвинил в этом меня.

– Может, он оставил еще какие-нибудь следы?

– Нет. Я все просмотрела, пока ждала тебя. – Рейн сморщилась от отвращения. – Но это вовсе не означает, что он не ходил по квартире.

– Сомневаюсь, что он осмелился задержаться здесь надолго. Слишком рискованно. – Зак достал из кармана телефон.

– Кому ты собираешься звонить?

– Прежде всего шефу Лангдону из Шелбивилльа. У тебя есть его номер?

– Есть, но зачем ему звонить? Ведь у нас нет ни единого доказательства. Лангдон ясно дал понять, что не верит в паранормальные способности. Кроме того, у меня сложилось впечатление, что он считает меня этакой властной стервой. А такие женщины не в его вкусе.

– Очевидно, у него очень скудное воображение. И все же дай мне его номер.

Рейн одарила Зака недовольным взглядом – и он наверняка заслужил это, – но все же нехотя потянулась за сумочкой и достала визитную карточку.

– Наши личные ощущения не имеют никакой силы, – произнесла Рейн, протягивая ее Заку. – У нас есть только осколок фарфоровой чашки, что ровным счетом ничего не значит. Не удивлюсь, если Лангдон сочтет, будто я самолично разбила чашку и увезла осколки с собой, чтобы привлечь к себе внимание и поднять шумиху в прессе. Знаешь, когда я с ним разговаривала, он так и ждал, что вот сейчас я во всеуслышание заявлю о своем даре.

– Но ведь ты не доставила ему такого удовольствия?

– Шутишь? Сделай я подобное признание, он вообще не стал бы меня слушать: наверняка решил, что я все придумала.

– Но позвонить надо. Он волен оставить мои слова без внимания, зато не сможет потом сказать, что его не предупреждали.

Зак набрал номер, и лишь после четвертого гудка неприветливый заспанный голос ответил:

– Лангдон слушает.

– Просыпайтесь, шеф. Похоже, ваш убийца побывал сегодня в Ориане.

– Кто вы, черт возьми, такой? – Похоже, собеседник Зака проснулся окончательно.

– Закари Джонс, частный детектив. – Именно так он себя именовал, когда занимался расследованием, и это была правда: у него даже имелась лицензия, как и у всех сотрудников «Джи и Джи». Агентство действовало вполне легально и было должным образом зарегистрировано в каждом штате, где имелся его филиал.

Зак вкратце изложил ход событий, только его рассказ не произвел впечатления на шефа полиции Шелбивилльа.

– Вы хотите сказать, что мисс Талентайр поверила, будто убийца отправился за ней в Ориану, лишь на основании осколка? – раздраженно спросил Лангдон. – Не смешите, она вполне могла разбить чашку сама.

– Нет, не разбивала, – терпеливо произнес Зак.

– Откуда такая уверенность?

– Я был в номере, когда мисс Талентайр покидала гостиницу: чашка стояла на столе.

– Она ваша клиентка? – с подозрением поинтересовался Лангдон.

– Именно так.

– В таком случае у вас есть основания верить ей, а у меня – нет. Имеются другие, более веские улики, а на ваши глупости мне не хочется тратить свое время.

– И все же я утверждаю, что убийца был сегодня в ее квартире.

– Зачем она ему? – поинтересовался Лангдон, теряя терпение.

– Отличный вопрос.

– Послушайте, судя по тому, что пишут в газетах, девушку обнаружил Даг Спайсер. Имя мисс Талентайр в прессе не упоминалось.

– Шелбивилль – маленький город, шеф. Всем известно, что она была вместе со Спайсером, когда тот обнаружил девушку. Кроме того, все произошло в доме ее тетки, поэтому вполне логично, что убийца обрушил свой гнев на мисс Талентайр. И раз уж мы с вами об этом заговорили, было бы неплохо позвонить господину Спайсеру и проверить, все ли у него в порядке. Возможно, опасность грозит и ему.

– Этого делать я не стану, – устало произнес Лангдон, – но, так и быть, позвоню тому детективу из полицейского управления Орианы и попрошу заехать завтра к мисс Талентайр и посмотреть на этот осколок.

Ну что ж, это лучше, чем ничего: Бредли Митчелл уж точно не станет сомневаться в правдивости слов Рейн.

– Спасибо, – заставил себя произнести Зак, хотя для этого ему потребовались немалые усилия.

– Не обижайтесь, Джонс, но ваша клиентка весьма странная особа. У меня сложилось впечатление, что она… как бы повежливее выразиться… не вполне уравновешенна.

– Спокойной ночи, шеф.

Зак отключил телефон, не дожидаясь ответа, и посмотрел на Рейн.

– Он хочет попросить Митчелла заехать и взглянуть на осколок.

– Что ж, по крайней мере, Бредли мне поверит.

– Да. Я тоже так подумал.

Зак принялся набирать другой номер.

– Кому ты звонишь теперь?

– Фэллону Джонсу.

– Почему?

– Потому что двадцать минут назад какой-то сукин сын пытался выпотрошить меня как селедку с помощью огромного ножа. Бр-р… не люблю ножи.

Рейн в ужасе посмотрела на Зака.

– Это… один из тех охотников, о которых ты мне рассказывал? Из тех, что способны видеть в темноте?

– Да. Похоже, Фэллон оказался прав.

Шок Рейн сменился гневом в мгновение ока.

– И в чем это, позволь тебя спросить, он оказался прав?

– Что ловить надо на живца. Похоже, мое появление здесь заставило подняться на поверхность более крупную рыбу.

Фэллон ответил сразу же. Голос его, как всегда, звучал неприветливо и раздраженно:

– Порадуй меня чем-нибудь, Зак.

– Моя новость сродни вишенке в сливочном мороженом. Меня сегодня чуть не убили на парковке возле мотеля. Охотник.

Несколько мгновений воцарилось молчание, потом Фэллон наконец произнес:

– Полагаю, с тобой все в порядке, иначе я бы сейчас с тобой не разговаривал…

– Ты не представляешь, насколько приятно с тобой общаться. Да, со мной все в порядке.

– А как насчет того?..

– Сбежал.

– Черт.

– Согласен. Но я узнал то, что ты захочешь занести в этот свой компьютер, который предпочитаешь именовать мозгом.

– Я весь внимание.

– Этот сыграл со мной злую шутку, на глазах превратившись в миловидную старушку с ножом в руке. Тебе когда-нибудь приходилось драться с… прабабушкой?

– Давай-ка поподробней о трансформации, – не принял его ерничанья Фэллон.

– Сначала я увидел бродягу, который спал в подворотне возле мотеля, закутанный в тряпье. Вполне стандартная уловка, надо сказать. Выдали его кроссовки, новые и, главное, дорогие. А потом на меня бросилась старушка с зонтиком в руке. Таких шустрых старушек я в жизни не встречал, и мне почему-то не удавалось сосредоточить на ней взгляд, будто ее на самом деле не существовало – так, иллюзия. Прямо на ходу она превратилась в этакого ниндзя – в черном трико и черной лыжной маске. Ты когда-нибудь слышал о чем-либо подобном?

Фэллон некоторое время молчал, и Зак готов был поклясться, что слышит, как шуршат в его голове мысли.

– Может быть, – произнес наконец тот. – Кажется, в архиве есть несколько старинных легенд. Постараюсь найти, а потом тебе перезвоню. У тебя все?

– Черт, нет. Я еще даже не перешел к самой захватывающей части своего рассказа. Уж больно суетный выдался сегодня вечерок. Похоже, Поджигатель последовал за Рейн из Шелбивилльа в Ориану.

– Послушай, Зак, я не хочу, чтобы ты отвлекался от основного расследования!

– Мне очень жаль, но проигнорировать то обстоятельство, что сумасшедший садист преследует Рейн Талентайр, я не могу. Не все же обладают твоим талантом четко отграничивать одно от другого.

– Вот как? Стало быть, вы с ней сблизились. Впрочем, именно за это тебе и платят. Рядом с тобой она будет в большей безопасности, нежели под охраной вооруженного до зубов копа. Что же, защищай ее, пока вы оба будете выполнять поставленную задачу – выяснить, что произошло с Лоуренсом Куинном.

– Слишком уж ты прямолинеен.

Фэллон проигнорировал это замечание и продолжил:

– Если у тебя все, выслушай, что удалось выяснить нам. Не так много, конечно, но все же. Мой аналитик сделал очень интересное открытие, касающееся Лоуренса Куинна. Похоже, наш ученый был большим любителем блюза. Так вот: в Ориане есть ночной клуб, где играют джаз и блюз. Место это называется «Калитка».

Глава 25

Гудини. Он ненавидел этот псевдоним. Ведь его звали Шон Таннер, и еще недавно это имя было довольно известно. Когда к нему явился человек из «Ночной тени», он работал уличным фокусником в Вегасе, но довольно быстро набирал популярность и готовился стать одним из ведущих артистов главного казино на Стрип-стрит. Никто больше не мог делать того, что делал он. Его магия была настоящим даром.

Но «Ночная тень» пообещала ему больше. Гораздо больше. И не обманула. У организации было другое, официальное название, но она свыклась с именем, данным ей Тайным обществом. Это имя нравилось Шону, поскольку вполне соответствовало его артистической натуре.

Ремесло заштатного актеришки осталось в прошлом. Препарат не только подарил ему дополнительный талант охотника, но и усилил врожденную способность к созданию иллюзий. Ему сказали, что он приобрел совершенно новые и неповторимые паранормальные способности, а именно талант охотника-иллюзиониста десятого уровня, чем заслужил уважение к себе. Но так и не дождался такового от Дженуарии.

– «Ночная тень» не терпит ошибок, – заявила ему Джен, и Шон с трудом сдержался, чтобы не свернуть ей шею: такая ярость с разочарованием обуяла его.

К сожалению, Джен снабжала его препаратом и, пока Шон не найдет какой-то иной источник – ее шеф, например, – придется подчиняться приказам.

– Это было ошибкой, – возразил Шон, напряженно всматриваясь в полутемную улицу сквозь лобовое стекло внедорожника. – Вы сами все видели. Меня осветило фарами, и пришлось скрыться: другого выхода просто не было. Вы же сами говорили, что мы не должны привлекать к себе внимание полиции.

– Я наблюдала за вами. Джонс вынудил вас обороняться. Очевидно, трюк со старухой не сработал.

– Он сработал.

Правда, его реакция замедлилась, но он не мог контролировать процесс, и это сильно его беспокоило. Шон боялся признаться Джен, что в момент схватки был не способен удерживать иллюзию. Образы беспорядочно менялись местами, то вспыхивая, то угасая подобно сломанному фонарю.

– Вы споткнулись и упали, – произнесла Джен.

Ей не зря дали такой псевдоним[1]1
  Джен, Дженуария – от англ. January – январь. – Прим. ред.


[Закрыть] – эта женщина была на самом деле холодна, как кусок льда.

– Подобное иногда происходит во время схватки, – возразил Шон. – Результат был бы таким же и без моего падения. И вообще Джонс и вполовину не так быстр, как я.

– Зато обладает зеркальным талантом. Он предвидел каждый ваш шаг.

– Неправда. У меня все могло бы получиться, если б не тот проклятый автомобиль.

– Надеюсь, вы понимаете, что ваш провал плохо отразится на моей репутации? Джонс остался жив. А это означает, что мне предстоит крайне неприятный разговор с одним хорошо известным вам человеком. Уверена, вам не нужно напоминать, благодаря кому мы с вами получаем препарат.

Шон усилием воли заставил себя промолчать. У него было одно очень важное преимущество: в отличие от Джен его было не так-то просто заменить. Он представлял собой достижение научной мысли. Ему объяснили, что талант создания иллюзий встречается крайне редко, а уж такой человек, как он, способный при определенной лекарственной стимуляции стать еще и охотником, явление и вовсе уникальное.

Еще немного, и он станет настоящей легендой. «Ночная тень» нуждалась в нем.

– Я разберусь с Джонсом в следующий раз, – пообещал Шон.

– А вот будет ли у вас второй шанс, решать мне.

Он знал, что спорить бесполезно, поэтому стал разрабатывать свой собственный план.

Глава 26

К тому времени, как Зак закончил разговор, Рейн начала понемногу закипать, а потом и вовсе с трудом удержалась, чтобы не выхватить у Зака трубку и не высказать Фэллону Джонсу все, что о нем думает.

– Мне показалось, что этот твой работодатель не слишком приятный!

Зак пожал плечами:

– Вообще-то он для меня скорее клиент – ведь я работаю на контрактной основе и, насколько мне известно, другие агенты и аналитики тоже. У него нет постоянного штата сотрудников, да и вряд ли ему это нужно. Он предлагает работу тем, чей талант ему нужен в тот или иной момент.

– Да я не об этом! – Рейн в гневе развела руками. – Тебя едва не убили, а судя по последним фразам вашей беседы, Фэллону Джонсу все по барабану!

– Его интересует лишь результат. И, поскольку я еще жив и готов действовать, мои последующие шаги.

– Да, теперь я убедилась, что абсолютно права: он крайне неприятный тип.

– Фэллон – это… Фэллон. Оценить его способен лишь тот, кто хорошо его знает.

– Готова поклясться, таковых не так уж много… – пробормотала Рейн.

– В целом ты права, но его это совершенно не беспокоит.

Рейн вздохнула:

– Ну и что дальше?

Зак посмотрел на свою сумку, а потом перевел взгляд на Рейн:

– Поразмыслив над недавними событиями, я пришел к выводу, что должен пожить некоторое время у тебя. Куда мне можно положить свои вещи?

Она ведь знала, что это рано или поздно случится. Кроме того, Зак приехал лишь потому, что ей угрожает опасность. Их связывают деловые отношения, не более того. И тем не менее при мысли о том, что Зак будет находиться с ней под одной крышей, по телу Рейн прокатилась волна предвкушения.

– Хорошо, – произнесла она, стараясь держаться холодно и отчужденно.

– И даже возражать не станешь?

Рейн вскинула брови:

– Серийный убийца проник в мой дом и недвусмысленно дал понять, что охотится за мной. Я не глупая и, конечно же, рада, что рядом будет человек, способный справиться с теми, кто бросается на людей с ножом.

– Обожаю торжество здравого смысла. Не собираешься рассказать Эндрю и Гордону о том, что происходит?

Рейн покачала головой:

– Нет смысла. Они тут же примчатся и не отойдут от меня, хотя помочь ничем не смогут. К тому же они попадут в поле зрения убийцы. Он поймет, как мне дороги эти люди… – Рейн внезапно осеклась.

– Наверное, ты права. Где я буду спать?

– Думаю, в библиотеке: там есть раскладной диван.

– Чего-то подобного я и ожидал. Веди.

Рейн вышла в коридор, за ней – Зак с сумкой и курткой в руках, а следом, заинтересованные необычной ситуацией, Бэтмен и Робин.

– Может, тебе стоит завести еще и собаку, – предложил Зак. – Коты – это замечательно, но их возможности ограниченны, так что защитить дом им не под силу.

Рейн оглянулась через плечо:

– А ты обсуди это с Бэтменом и Робином. Что-то мне подсказывает, договориться с ними будет крайне затруднительно.

Рейн открыла дверь библиотеки. Вдоль стен здесь тянулись стеллажи с многочисленными полками, у окна стоял деревянный стол, покрытый стеклом, а в центре располагался кожаный диван – такой же черный, как и остальная мебель в квартире.

Рейн отправилась в гардеробную за постельным бельем и подушками, а когда вернулась в библиотеку, Зак уже раздвигал диван. Постель они стелили вместе, и все происходящее казалось Рейн таким чувственным, каким, впрочем, казалось все, что она с ним делала.

– У меня две ванные комнаты, – указала Рейн на двери в противоположном конце коридора. – И одна из них теперь твоя.

– Спасибо.

Не в силах придумать причину остаться, Рейн направилась к двери, пожелав ему спокойной ночи.

Зак не предпринял попытки остановить ее, но по жаркому огню в его глазах Рейн видела, что он очень этого хотел.

А хотела ли она? Хотела ли, чтобы он бросился за ней, подхватил на руки и отнес в постель? Чтобы принял решение за нее?

Конечно. Да и какая женщина из плоти и крови не желает развития событий именно по такому сценарию? Да, ситуация становилась все более запутанной.

Рейн вышла в коридор, так и не поддавшись желанию броситься в объятия Зака. Пусть пока все остается как есть.

Но не успела Рейн сделать и пары шагов, как услышала за спиной голос:

– Да, чуть не забыл. Фэллон дал мне кончик ниточки, ведущей к Лоуренсу Куинну. Он, оказывается, был страстным любителем блюза. Говорят, в городе есть какой-то клуб, где можно послушать эту музыку.

Рейн развернулась и подошла к двери библиотеки.

– «Калитка». Я никогда там не была, но слышала, что это место пользуется популярностью.

– Фэллон считает, что туда необходимо наведаться. А поскольку подозрения – его специализация, я, пожалуй, действительно туда схожу. Завтра вечером… – Зак взглянул на часы. – Вернее, уже сегодня мы с тобой отправимся в клуб «Калитка».

В душе Рейн шевельнулось любопытство.

– Звучит интригующе.

Зак одарил ее понимающим взглядом.

– Тебе ведь нравится охотиться. Я прав? Даже несмотря на весьма непривлекательную оборотную сторону такого рода деятельности.

– «Нравится» не совсем верное слово, – медленно произнесла Рейн. – Но ты прав: эта деятельность действительно кое-что мне дает – например, удовлетворение от возможности использовать свои способности. Я не могу объяснить почему, но мне действительно это время от времени необходимо.

– Мне тоже. Я пришел к выводу, что, помогая в расследованиях, мы пытаемся хоть на время избавиться от голосов и видений.

Рейн охватило смешанное с любопытством удивление.

– Да, именно. Никогда не думала об этом, но мне действительно помогает.

Зак подошел ближе, обхватил ладонью ее лицо и, неспешно поцеловав, произнес:

– Спокойной ночи.

Рейн стоило недюжинных усилий дойти до своей спальни и при этом ни разу не обернуться. Да ей и не нужно было: она знала, что Зак наблюдает за ней с порога библиотеки, чувствовала на себе его взгляд, и от этого по телу разливалось божественное тепло.

Спустя несколько минут Рейн забралась в постель, откинулась на подушки и взяла с прикроватного столика колоду карт. Бэтмен и Робин свернулись калачиком подле нее.

Рейн разложила пасьянс, стараясь отделаться от приглушенно звучащего в ушах навязчивого голоса:

«…Гори, ведьма, гори…»