Текст книги "Между Рассветом и Закатом (ЛП)"

Автор книги: Джейми Шлоссер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 5 страниц)

Забавно: мы расстались всего на пару часов – Хайла помогала мне собираться, – а мне уже тоскливо от разлуки с ним. Это тревожное ощущение пустоты, которое я не могу объяснить. Когда я рядом с Керитом, оно немного ослабевает, но не исчезает полностью, пока я не прикоснусь к нему.

Раздаётся тихий щелчок, и гул голосов в коридоре усиливается, когда дверь приоткрывается.

Мой слух улавливает обрывки шепотков. Один мужчина радуется тому, что я – суженая Керита, ведь во мне течёт королевская кровь. Другой недоволен: я из враждебного королевства. А одна женщина сетует на то, что не она стала суженной Керита – по её мнению, она подошла бы ему куда лучше.

Последнее задевает меня особенно сильно.

Сердце Керита никогда не дрогнет, а судьба не ошибается. Кто эта женщина, чтобы считать, будто знает больше, чем сама судьба?

Я бы никогда не назвала себя жестокой… и всё же в голове рождаются картины её наказания. Я даже не знаю, как она выглядит, но ясно вижу её запястья, закованные в железные кандалы. Волдыри. Кровь. Агонию.

И вдруг я начинаю понимать своего отца немного лучше. Мы были связаны совсем недолго, но я уже меняюсь. Я злюсь так, как никогда прежде. Если бы кто-то попытался отнять у меня Керита, я бы, не колеблясь, разорвала его голыми руками.

Мои тревожные мысли прерывает появление мужчины с идеально прямой спиной.

– Королева Зелла, пора.

– Вы прекрасно выглядите, – говорит Хайла, ещё раз взбивая мои кудряшки. Ободряюще улыбнувшись, она похлопывает меня по спине и слегка подталкивает вперёд.

Ах да. Мне нужно идти.

Ты принцесса. Нет – королева. Ты связана с королём. Твоё место здесь.

Эти тихие, упрямые слова помогают мне справиться с волнением. Я медленно иду вперёд. С каждым шагом расстояние между мной и Керитом сокращается. Я ещё не вижу его, но чувствую – всем существом.

Как только я переступаю порог, понимаю: Керита нет на балконе второго этажа, где нахожусь я. Он внизу, сидит на своём троне рядом с Сайласом. Красивая женщина с медовыми волосами устроилась в богато украшенном кресле по другую сторону от него. Вероятно, это Тейя. А рядом с Керитом – пустующий трон. Мой.

Бальный зал оказывается гораздо больше, чем я ожидала, и он переполнен. Царство Ночи обширнее Царства Дня, поэтому здесь больше горожан – а значит, и гостей.

Было бы не так страшно, если бы все выглядели счастливыми, увидев меня.

Но нет.

Оглядывая толпу, я замечаю прищуренные взгляды, скрещённые руки и нахмуренные лица. Похоже, оптимистично настроенный джентльмен, поддержавший моё присутствие, оказался в меньшинстве.

Что ж. Значит, мне придётся доказать свою состоятельность.

Я выпрямляюсь, расправляя плечи, пока распорядитель объявляет мой новый официальный титул.

Никто не аплодирует. Кажется, я слышу стрекотание сверчка.

Сердце бешено колотится. Я смотрю на окружающую роскошь. Балкон опоясывает овальный зал, а внизу расположены арфа и место для музыкантов. Длинные столы ломятся от еды и напитков: дымящееся мясо, десерты, вино.

Жаль, что мне совсем не до веселья – аппетит исчез.

Керит поднимается с трона и мрачно окидывает взглядом зал. За окнами сверкает молния, заставляя нескольких гостей вздрогнуть.

– Вы будете рады приветствовать королеву Зеллу, – его властный голос разносится под высокими сводами.

Аплодисменты вспыхивают мгновенно. Фальшивые улыбки распускаются, как по команде.

Вот так-то лучше.

Спускаясь по лестнице, я не могу сдержать лёгкой улыбки. Босоножки мягко шлёпают по тёмно-синему ковру, мраморные перила прохладны и гладкие. Я не отвожу взгляда от Керита, пока не достигаю низа, и лишь тогда он покидает своё место, чтобы встретить меня.

– Великолепно выглядишь, – шепчу я, наконец находя покой, обнимая его за плечо. Я видела его в официальной одежде всего однажды – когда он просил у моего отца разрешения на брак. Честно говоря, кожаные брюки мне нравятся больше.

– Нет ничего прекраснее тебя, моя королева, – отвечает он.

Он провожает меня к трону, но прежде чем я успеваю сесть, начинается коронация.

К счастью, она занимает совсем немного времени. Керит оказывает мне эту честь, произнося слова на древне-фейриском, прежде чем достать корону.

Но в его руках…

Я не верю своим глазам.

– Корона твоей матери? – шепчу я, едва не срываясь на крик. – Как тебе удалось её вернуть?

– В последние несколько дней, – тихо отвечает он, – мои люди прочёсывали место, где ты её потеряла. Они нашли корону на Лестнице, словно сам лес оставил её там – для тебя, если ты решишь вернуться.

Глаза щиплет от подступающих слёз. Я смеюсь и прикрываю лицо ладонью – не хочу плакать на глазах у всех, даже от счастья.

– Спасибо, – говорю я, переполненная благодарностью.

Керит ухмыляется и завершает последнюю строку церемонии:

– Королева Зелла, вы получаете то, что принадлежит вам по праву.

Он возлагает на мою голову привычную тяжесть – и на этом всё заканчивается.

Звучит музыка, гостям разрешают общаться и угощаться. Предполагается, что танцы начнутся лишь после нас, но прямо сейчас мне нужно время, чтобы всё осмыслить.

По крайней мере, мой трон стоит так близко к трону Керита, что мы можем держаться за руки. Я поднимаю взгляд к потолку. Купол по всему периметру сияет звёздной пылью, а прямо над нами художник уже начал фреску. Пока это лишь полоса ночного неба Царства Ночи и часть руки, сжимающей рукоять меча.

Мои уши дёргаются, когда я слышу, как группа людей примерно в шести метрах от меня гадает, не наложила ли я на Керита заклинание, чтобы он считал нас суженными.

Я громко фыркаю. Звук привлекает внимание всех поблизости, но мне всё равно. Это просто смешно.

Во-первых, так околдовать человека невозможно. Если бы это было возможно, каждый выбирал бы себе суженого.

А мы не выбирали.

Хотя, будь у меня выбор, я бы снова и снова выбирала Керита. Он идеален для меня – и именно поэтому всем стоит доверять судьбе.

Устав от бесконечной критики дворян, я тяну Керита за руку.

– Давай потанцуем.

Он ничего не отвечает, лишь одаривает меня соблазнительной улыбкой и ведёт под одну из самых ярких люстр. По нашему знаку музыканты меняют мелодию на простой вальс – беспроигрышный вариант. Все жители Валоры знают эти шаги, независимо от происхождения и статуса.

Керит притягивает меня к себе, прижимая мой торс к своему. Мы впервые танцуем вместе, и уже через несколько нот я понимаю: он великолепен. Его движения безупречны, и мы покачиваемся в такт музыке.

Я выдыхаю, сбрасывая часть накопившегося напряжения. Керит разворачивает меня и незаметно проводит ладонью по моей заднице.

И мне почти начинает это нравиться… когда кто-то выкрикивает:

– Почему бы вам не показать нам танец из Царства Дня?

В середине вращения я останавливаюсь и смотрю на мужчину. Его руки скрещены на синем жилете, а во взгляде читается вызов.

Он хочет, чтобы я поделилась секретом своего королевства.

Хочет убедиться в моей преданности.

Он и не подозревает, что больше всего на свете я ждала возможности поделиться своей культурой. Валора – это один мир. У всех нас схожие желания и цели. Если мы действительно хотим мира, нам необходимо делиться обычаями, а не прятать их за границами.

– Хорошо. – Я отхожу от Керита и оглядываю толпу. – Мне понадобится ещё шесть пар партнёров.

Нервные взгляды мечутся по залу, но желающих нет.

О, теперь вы уже не такие смелые.

– Пойдёмте. – Я указываю жестом на говорившего мужчину. – У вас есть пара?

– Да, – неохотно отвечает он и выходит вперёд в сопровождении женщины. У обоих рыжие волосы – редкость для моего королевства.

По мере того как к нам присоединяются другие пары, меня поражает, насколько отличается внешность здешних людей от тех, кто живёт у меня дома. Я вижу все оттенки кожи и волос, но блондинок почти нет. В моём дворце преобладали бы светловолосые.

Это лишь подчёркивает, насколько глубоко укоренилось наше соперничество. Насколько мы далеки от настоящего мира.

А что, если даже из чумы может родиться что-то хорошее?

Царство Дня потеряло почти всех своих женщин, тогда как здесь их в избытке. Возможно, судьба сделала это не из жестокости, а для того, чтобы королевства научились сотрудничать. Ладить. Объединяться вместо того, чтобы воевать.

Мы с Керитом – живое доказательство того, что свою вторую половинку можно найти далеко от дома.

Меня переполняет волнение: возможно, мне удастся хоть немного приблизиться к разгадке этой ужасной трагедии.

– Встанем в круг, – беру я инициативу на себя. – Повернитесь лицом к своему партнёру. Музыканты, можете сыграть что-нибудь бодрое? Весёлое.

Флейтист извлекает несколько задорных нот, и я удовлетворённо киваю. Вместе с Керитом мы показываем движения. Касаясь правым локтем его левого, я делаю полукруг, затем меняю руки и двигаюсь в противоположном направлении. Есть несколько непростых шагов, но освоить их несложно.

Вскоре мы танцуем как единое целое, каждый раз меняя позицию по часовой стрелке. Мы повторяем фигуры, пока не возвращаемся на то же место, с которого начали.

Когда всё заканчивается, я хлопаю в ладоши – и остальные подхватывают.

– Вот и всё. Кто ещё хочет попробовать?

Желающих оказывается много, и я решаю уступить им танцевальный зал. Мы с Керитом возвращаемся на свои места, и он одобрительно подмигивает мне.

По крайней мере, теперь мне улыбаются. Я чувствую, что стала на шаг ближе к сердцам этих людей.

Пока мы сидим, Сайлас наклоняется к Кериту и тихо говорит:

– Ты всё ещё не рассказал мне, что произошло. Мне нужно знать.

– Любимая, – Керит притягивает меня к себе и целует в висок. – Мне жаль так скоро тебя покидать, но он прав. Нам нужно поговорить наедине. Я оставлю тебя в компании Тейи.

Тейя подходит и тепло улыбается мне, когда мужчины уходят. Они исчезают за дверью под лестницей – я понятия не имею, куда она ведёт. Вероятно, туда, где никто не сможет подслушать.

– Похоже, теперь мы сёстры, – говорю я, ощущая укол тоски по дому при мысли о Зефине.

– Верно, – соглашается Тейя. – У меня никогда не было сестры. Я единственный ребёнок.

Неплохое начало.

Я всегда считала себя неплохим собеседником, поэтому решаю затронуть тему, которая, вероятно, интересует её больше всего.

– Итак… как вы познакомились с Сайласом?

– Случайно, – пожимает она плечами. – Он был в Царстве Снов – оттуда я родом – и увидел меня идущей по дороге. Я была простолюдинкой. Крестьянкой. Но наши взгляды встретились, и остальное стало историей.

– Этого вполне достаточно, – улыбаюсь я, вспоминая собственный момент любви с первого взгляда.

– Вы когда-нибудь пробовали вино из жимолости? – спрашивает Тейя, когда мимо проходит официант с подносом.

Я оживляюсь.

– Да. Много раз.

– Тогда вы обязаны попробовать последнюю партию. – Она показывает мужчине два пальца, и прежде чем я успеваю что-либо сказать, у нас уже по бокалу того, что здесь считается запрещённым.

– А откуда у вас ингредиенты? – спрашиваю я. – Жимолость растёт только на землях Рассвета и Заката. Она принадлежит Царству Дня.

– Эти цветы не с Валоры, – понижает она голос. – Они растут в другом мире. Он называется Земля.

– Мир людей, – говорю я, и она кивает.

– У нас есть человек, который путешествует через порталы и приносит жимолость. Но пейте сегодня, сколько сможете. Запасы очень малы.

Я знаю Тейю совсем недолго, но она мне уже нравится.

Делаю глоток и довольно вздыхаю.

– Он гораздо слаще, чем тот, к которому я привыкла.

Она гордо улыбается.

– Наша винодельня потрясающая. Я с радостью показала бы её вам однажды.

– С удовольствием приму приглашение. – Чувствуя себя непринуждённо, я смотрю на окна вдоль стен. Ночное небо усыпано звёздами, а один из полумесяцев висит над чем-то похожим на сад. – Мне нравится, как здесь много света, несмотря на темноту снаружи. – Я обвожу рукой белые стены и полы. – В Царстве Дня мы предпочитаем тёмные интерьеры. Это даёт глазам отдых от постоянного сияния.

Тейя кивает.

– Мраморные колонны – моя идея. Их добывают в горах Царства Снов. Если присмотритесь, заметите кристаллизацию звёздной пыли в узорах.

– Они прекрасны, – искренне отвечаю я.

Между нами воцаряется короткая пауза, пока мы наблюдаем за танцующими. Немного неловко, но красота вокруг настолько завораживает, что мне не приходит в голову ни одной шутки.

К счастью, Тейя продолжает:

– Вы, наверное, задаётесь вопросом, почему у нас с Сайласом до сих пор нет детей.

В её голосе слышится грусть и – если я не ошибаюсь – стыд.

– Мы надеялись, что к этому времени станем родителями. Возможно, было наивно ожидать этого так быстро.

Меня огорчает, что она чувствует необходимость объясняться. Плодовитость – слишком деликатная тема.

Я протягиваю руку и мягко касаюсь её запястья.

– Всё обязательно случится. Вы суженные. Я редко слышала о предназначенных парах, которым судьба отказала в детях.

– Спасибо, – она тяжело вздыхает, словно долго носила это в себе, и теперь ей стало легче.

– В любое время, – добавляю я. – Если захотите поговорить, я рядом.

– Я воспользуюсь этим предложением, – улыбается она. – Сайлас ошибался на ваш счёт. Он бывает резким, но у него доброе сердце. – В её тоне звучит нежность. – Он скептик и долго помнит обиды. Прошу прощения, если он был с вами холоден.

– Напряжение между нашими королевствами слишком велико, – дипломатично отвечаю я. – Естественно, что он сомневается в моих намерениях.

– И всё же я считаю, что ваш союз с Керитом – это прекрасно. Есть ли лучший способ искупить прошлые ошибки, чем объединить два королевства? – Она обводит зал бокалом. – Со временем они простят вас.

Что?

– Простят? – я наклоняю голову. – За что? О каких ошибках вы говорите?

– Нападение на короля Каллума и королеву Вину. Вы тогда были младенцем. Вы не имеете к этому никакого отношения.

На мгновение мне кажется, что сердце останавливается, а затем начинает биться с удвоенной силой. Кровь приливает к голове.

– Вы хотите сказать… – мой голос дрожит, – что Царство Дня приказало их убить?

Тейя смотрит на меня в замешательстве.

– Вы… не знали?

Конечно, не знала. Если бы знала, я бы никогда не согласилась на торговые переговоры. Я была бы слишком напугана, решив, что это смертельно опасно.

– Мои родители убили родителей Керита?

Голова идёт кругом. Комната словно накреняется, а осуждающие лица расплываются в мутное пятно.

Неудивительно, что меня здесь ненавидят.

А я-то думала, что это всего лишь соперничество. Но всё гораздо глубже.

Всему виной – убийство.

Тейя, мягко поддерживая меня за локоть, извиняющимся тоном говорит:

– Мне очень жаль. Я была уверена, что вы знаете.

– Вы… вы уверены? – хрипло выдавливаю я.

Она тяжело сглатывает.

– После этого ходили слухи… будто шпион видел письмо с приказом об устроенной засаде. Но он так и не вернулся, чтобы донести это до короля Керита. Вместо него он сумел отправить фея-вестника, однако того жестоко замучили, и его слова было трудно разобрать.

Внезапно утратив всякий интерес к вину, я подхожу к ближайшему столику и ставлю бокал.

Все разговоры Керита – о том, как он скучал по своей семье, как сильно скорбел, – сливаются в моей голове в одну болезненную нить. Всё это время он знал. Знал о моей вине.

Я чувствую себя глупой… и преданной.

Керит скрыл это от меня. Намеренно. Он ни разу не упомянул о причастности Царства Дня.

И всё же позволил мне войти в этот бальный зал – неподготовленной. Не зная, какую ненависть питают ко мне эти люди.

Желудок сжимается, к горлу подкатывает тошнота. Я прижимаю ладонь к животу, вспоминая родителей. В детстве я знала, что отец был жестоким человеком. Но мать… она была его полной противоположностью. Нежная. Мягкая. Она уравновешивала его.

Мне трудно представить, что она могла спокойно одобрить засаду на короля и королеву. Но отец не сделал бы этого без её согласия.

Я потираю висок. Эта мысль заставляет меня усомниться во всём, что я когда-либо знала: в своём счастливом детстве, в образе родителей, который хранила в сердце. В маминой колыбельной перед сном. В утрах, когда я тренировалась с отцом в стрельбе из лука.

Тогда я верила, что они не способны на зло. Считала их источниками мудрости, терпения и любви.

Теперь я сомневаюсь в их честности.

Хуже всего – я сомневаюсь в Керите.

Как он вообще мог полюбить меня, зная, что моя семья отняла у него всё?

Я поднимаю взгляд и замечаю группу женщин в другом конце зала. Их глаза холодны и устремлены на меня. Одна из них что-то шепчет, прикрывая рот ладонью, и остальные торжественно кивают.

Они действительно ненавидят меня.

И я не могу их винить. Никакие танцы Царства Дня не изменят их мнения.

Я никогда ещё не чувствовала себя настолько чужой.

– Мне нужно уйти отсюда, – говорю я, отчасти себе, отчасти Тейе.

– Подождите, – окликает она меня. – Керит против того, чтобы вы гуляли одна.

– Очень жаль, – резко отвечаю я.

Пройдя через распахнутые двойные двери, я делаю глубокий вдох.

Свежий ночной воздух ласкает кожу. Я вдыхаю аромат полуночных роз – чистый, пьянящий. Спускаюсь по ступеням и направляюсь во внутренний дворик и сады. Там журчит фонтан, тянутся бесчисленные розовые кусты и раскинулся лабиринт из живых изгородей, увитых плющом.

Желая потеряться, я вхожу в лабиринт.

– Здесь небезопасно, – догнав меня, Тейя бросает обеспокоенный взгляд назад, в сторону зала, оставшегося далеко позади.

Вероятно, она пытается понять, следит ли за нами кто-нибудь.

Мне всё равно.

Мне нужно время. Пространство. Возможность осмыслить услышанное, не ощущая на себе осуждающих взглядов.

А если кто-то решит напасть на меня… что ж. Благодаря новой связи моя огневая мощь всё ещё при мне.

Я сумею защитить себя.

Глава 13

~ Кирит ~

Что-то не так.

Я обрываю себя на полуслове, когда меня внезапно захлёстывают гнев и смятение.

Зелла.

Оттолкнув Сайласа, я вырываюсь из секретного кабинета и бегу по коридору.

– Э-э, ты ещё не закончил, – протестует он, устремляясь за мной следом.

– Ты услышал достаточно.

И это правда. Он знает подробности смерти короля Зеда – как Зарид убил его, чтобы захватить трон. Я рассказал ему и о просьбе Зарида не вмешиваться. Сайлас не согласился с тем, чтобы похищения продолжались, но единственная альтернатива – война, а её мы не хотим.

Единственное, о чём я умолчал, – это о том, насколько сильно Зелла была расстроена по дороге обратно. Но её горе – личное дело. И брата оно не касается.

Сайлас по-прежнему ей не доверяет, но ему придётся с этим смириться. Со временем. Он узнает её лучше.

Добравшись до большого зала, я окидываю взглядом бальный зал в поисках светлых волос и фиолетовых глаз, которые знаю и люблю.

Но я её не вижу. Тейи тоже нигде нет.

– Где моя суженая? – тихо рычит Сайлас, нагоняя меня, когда мы выходим наружу. – Если Зелла что-нибудь с ней сделала…

– Заткнись уже! – резко обрываю я. – Ты ведёшь себя нелепо.

Скинув пиджак, я расправляю крылья. Так будет легче найти её сверху. Я чувствую её приближение – тело отзывается лёгким покалыванием, и я следую за этим ощущением, пока оно не становится сильнее.

Сайлас поднимается в воздух вслед за мной, когда мы пролетаем над садами.

Звёзды заливают всё вокруг серебристым светом, и сердце радостно подпрыгивает, когда я замечаю светловолосую макушку в центре лабиринта. Я стремительно снижаюсь и приземляюсь на вымощенную булыжником поляну.

Зелла и Тейя сидят на скамье у большого фонтана. Хотя они рядом, кажется, между ними повисла тишина.

Сначала я думаю, что они просто вышли прогуляться. Но потом вижу слёзы на щеках моей суженой.

– Что случилось? – спрашиваю я, едва коснувшись земли ногами.

Зелла поднимает на меня взгляд. В её глазах – раскаяние. И почему-то я сразу понимаю: она знает. Я вижу её вину – безмолвное извинение и настойчивый вопрос.

– Кто тебе сказал? – гнев вскипает во мне. Кто-то сделал это, чтобы причинить ей боль. – Скажи мне, кто это, и я…

– Это была я! – восклицает Тейя, прежде чем я успеваю договорить.

Я прищуриваюсь.

– Ты пытаешься настроить мою пару против меня?

– Нет, – она качает головой. – Я случайно коснулась этой темы.

– Случайно? – вспыхиваю я. – И как в обычном разговоре дошло до этого?

Сайлас встаёт перед ней, загораживая Тейю собой.

– Не смей на неё кричать. Она сказала Зелле правду. Ту, которую ты, судя по всему, решил утаить.

Он прав. И это бесит меня сильнее всего.

Я перевожу взгляд на любимую.

– Зелла, я…

– Ты собирался мне об этом рассказать? – перебивает она.

– Нет, – тихо признаюсь я.

Глупо было думать, что она никогда не узнает. Пусть факты и не были обнародованы, слухов хватало. Если бы не Тейя – это сделал бы кто-нибудь другой.

Я просто хотел избежать того, что происходит сейчас. Я почти физически вижу, как в хорошенькой голове Зеллы вращаются шестерёнки. Она переосмысливает своё детство. Видит родителей иначе. Такими, какими они были на самом деле.

– Это ничего не меняет, – говорю я горячо, взмахнув рукой. – Не в том, как ты их любила. Ты всё ещё можешь любить память о них.

– Могу? – её голос дрожит, когда она поднимается. – Как выяснилось, я их не знала. И теперь они для меня хуже незнакомцев.

– Это неправда.

– Скажи мне, Керит, – она скрещивает руки на груди. – Ты был разочарован, когда понял, что я твоя пара?

Я резко отшатываюсь.

– Конечно, нет.

Удивлён? Да. Кто бы мог предположить, что моя вторая половина окажется дочерью человека, которого я ненавидел сильнее всех? Но разочарован – никогда.

Медленно я подхожу к ней.

– Я бы ни на кого тебя не променял. Ты моя. И я горжусь этим.

Она принимает мои объятия, растворяясь в них.

– Но как мне теперь здесь вписаться?

– Время, – отвечаю я. – Просто дай им время. И, пожалуйста… прости меня.

Она поднимает на меня измученный взгляд.

– То, что говорил мой отец… о том, что ты вызвал чуму в отместку. Это правда?

– Нет.

– Ты можешь сказать мне правду. Лучше я узнаю сейчас. Я пойму…

– Нет. – Я сжимаю её плечи и слегка встряхиваю, подчёркивая серьёзность своих слов. – Поверь мне. Я никогда этого не делал. И никогда бы не захотел.

– Думаю, ясно, что должно произойти, – вмешивается Сайлас, упирая руки в бока и напуская на себя властный вид. – У вас двоих есть проблемы, которые нужно решить. А до тех пор вы не годитесь для правления. Передайте корону мне.

Опять.

За эти годы он хватался за любой предлог, чтобы заполучить власть. Возможно, он и справился бы. Но по праву трон принадлежит мне.

– Ни за что, – отрезаю я.

– Королевству нужен стабильный лидер.

Я коротко смеюсь.

– И ты считаешь, что это не я?

– Ваши отношения – нет.

Моё настроение резко портится. Оскорбления в адрес моей пары – самый быстрый способ вывести меня из себя.

– Не говори так.

– Это правда. Поданные не одобряют. Вы теряете их уважение.

Он пытается загнать меня в угол, используя мою преданность королевству как оружие. Он знает: я не откажусь от Зеллы. И потому намекает, что, уступив трон, я поступлю «правильно».

Но есть и другой вариант. Люди умеют адаптироваться – хотят они этого или нет.

– Я король, – заявляю я жёстко. – И так будет всегда.

– Так и думал, что ты это скажешь, – протягивает Сайлас, разводя ладони.

В его руках появляются два меча.

Зелла напрягается и прижимается ко мне. Вероятно, она никогда не видела, как предмет возникает из ниоткуда, но Сайлас способен перенести любой объект из любой точки Валоры, если когда-то касался его.

Он бросает мне мой меч. Я отхожу от Зеллы, ловя оружие.

Я не могу отказаться от вызова. Это означало бы добровольный отказ от титула.

Я бросаю взгляд на Зеллу – страх в её глазах прикован к острым клинкам.

Во мне вспыхивает ярость. Конечно, он решил сделать это именно в ночь её коронации. Это должно было быть особенное время для неё. Но он снова превращает всё в игру ради себя.

– Никаких способностей, – предупреждает Сайлас, обходя меня по кругу. – Только оружие и рукопашный бой.

– Согласен, – цежу я сквозь зубы, чувствуя, как клятва откликается дрожью в груди. Мои силы связаны обещанием так же крепко, как и я сам.

– Керит… – Зелла нервно потирает ладони. Я знаю, о чём она думает. Совсем недавно она видела, как двое членов её семьи причинили друг другу боль.

Это лишь подливает масла в огонь.

– Всё будет хорошо, моя дорогая. Ты и Тейя отойдите подальше. Скоро всё закончится.

Надеюсь.

Сайлас всегда был достойным противником. Мы близнецы: равные по росту, весу и мастерству. Единственный способ завершить бой – чтобы один из нас одолел другого.

Без моих способностей это будет жестоко. Прольётся кровь. Именно поэтому у меня в десять раз больше причин покончить с этим как можно быстрее. Ради Зеллы.

Я наношу первый удар без колебаний. Сайлас блокирует мой клинок своим.

Снова. И снова.

Я тесня его к другой стороне фонтана, подальше от женщин.

Как только расстояние становится безопасным, мы бросаемся друг на друга всерьёз.

Лезвия рассекают воздух. Металл с лязгом сталкивается с металлом. Я уворачиваюсь, пригибаюсь.

Первый порез приходится на бедро Сайласа. Рана неглубокая, но я слышу, как Тейя всхлипывает. Если их связь так же сильна, как моя с Зеллой, значит, она чувствует боль. Мне жаль – но это выбор её избранника.

Сайлас на миг отвлекается на неё.

Этого достаточно.

Я тыкаю кончиком меча ему в живот, но он успевает увернуться.

– Зелла, – зовёт он, не сводя с меня взгляда. – Твой отец был прав насчёт чумы.

– Что? – выдыхает она.

Ах. Значит, вот его новая тактика. Он пытается ослепить меня яростью.

И у него это получается.

– Сейчас не время для подобных слов, – рычу я.

Лязг.

Лязг.

Вращение.

– Я не шучу, – усмехается он. – Я хорошо заплатил ведьмам за их труд. Вызвать такую болезнь непросто.

Если он говорит правду – а мне кажется, что так и есть…

– Ты стал причиной чумы?

– Верно.

Он пользуется моим потрясением и наносит удар мечом в грудь. Клинок проскальзывает между рёбрами всего на дюйм, не больше. Зелла вскрикивает, и я в ответ бью его рукоятью по глазу.

– Почему? – сердце сжимается. В одно мгновение этот поединок перестаёт быть простым состязанием. Сайлас совершил преступление. Он убил мать Зеллы – и многих других. – Как ты мог пойти на такую жестокость? Погибли невинные люди, Сайлас.

– Потому что ты был недостаточно силён! – орёт он. – Ты ничего не сделал!

Рана над его бровью кровоточит так сильно, что зрение подводит его. Пока он вытирает лицо, я взмахиваю мечом и успеваю рассечь ему предплечье.

– Остановись! Немедленно! – умоляет Тейя дрожащим голосом. – Сайлас, пожалуйста.

– Всё в порядке, дорогая, – отвечает он. – Поговорим позже.

У меня складывается отчётливое ощущение, что она не знала о том, что он сделал. Они познакомились спустя несколько лет после эпидемии, и он, должно быть, скрывал от неё эту часть своего прошлого.

Он перекладывает оружие в левую руку – и я делаю то же самое.

Между нами вспыхивает всё более ожесточённая жажда крови.

Мы медленно отступаем, огибая фонтан, шаг за шагом. Наши лезвия снова и снова сталкиваются, и мы приближаемся к живой изгороди, окружающей центр лабиринта. Мы движемся синхронно, предугадывая действия друг друга ещё до того, как они происходят.

Подобрав момент, я бью его по колену. Он с криком падает на землю, но почти сразу же вскакивает на ноги.

Меня сбивает с толку то, как он вдруг смотрит мне через плечо. Его глаза расширяются. Испугавшись за Зеллу, я совершаю ошибку – следую за его взглядом. Я отворачиваюсь всего на секунду.

Этого достаточно.

Его клинок рассекает мне плечо.

Я отвечаю ударом кулака. Он не ожидает этого, и я попадаю ему во второй глаз, надеясь оставить и там порез.

Дезориентированный, он качает головой.

Размахнувшись изо всех сил, я подсекаю его меч своим, выбивая оружие из его руки.

Оставшись без клинка, он не успевает отреагировать.

Я набрасываюсь на него, прижимаю его руки к земле и приставляю меч к его шее.

– Сдавайся.

Он плюёт мне в лицо.

Отбиваясь из последних сил, он не сдаётся. Из-за резкого движения я задеваю артерию, и кровь тут же заливает камни.

Я слышу, как Тейя тихо рыдает где-то позади, но сочувствие сейчас не может меня остановить.

– Хватит, Сайлас. Сдавайся, – требую я.

От наших проклятий волосы встают дыбом, и электрический разряд пробегает от моей ладони к его плечу.

Он лишь ухмыляется.

Замирает.

На краткий миг мне кажется, что я победил.

Моя самая большая ошибка – я позволяю его руке выскользнуть из-под захвата.

Прежде чем я успеваю понять, что у него в ладони, он вонзает мне в грудь шип.

Зелла кричит.

Резкий, мучительный запах железа ударяет в нос. Я вижу, как смертельный шип вошёл в грудину, едва не задев сердце. Я чувствую, как орган судорожно сжимается, словно пытаясь отшатнуться от ядовитого металла.

– Мы договорились не использовать способности, – выдыхаю я, отступая назад, ослеплённый болью.

– Я и не использовал, – ухмыляется Сайлас, прижимая ладонь к кровоточащей шее. – Он был спрятан в моём ботинке.

Хитрый ублюдок.

– Промахнулся, – хриплю я и выдёргиваю шип из груди.

Жжение внутри всё ещё адское, но, по крайней мере, теперь он у меня. Я могу использовать его, если понадобится. Хотя это совсем не то, чего я хочу.

За все годы наших поединков мы ни разу не наносили друг другу смертельных ран. Осознание того, что сегодня он действительно пытался меня убить, ранит сильнее любого клинка.

Это меняет всё.

Как и его признание о чуме.

Наши отношения больше никогда не будут прежними.

Я уже собираюсь подняться и продолжить бой, когда чувствую запах дыма. Встревоженно я смотрю на Зеллу.

Её руки опущены вдоль тела. Пламя лижет пальцы. Дыхание прерывистое – она сдерживается. Изо всех сил.

Соглашение о том, что я не буду использовать способности, на неё не распространялось. Мне следовало подумать о том, что случится, если эмоции захлестнут её слишком сильно.

Когда я перевожу взгляд на Сайласа, то впервые вижу на его лице неподдельный страх. Тейя стоит слишком близко к Зелле. Слишком.

Если моя суженая потеряет контроль, последствия будут непредсказуемы.

– Любимая, – я поднимаюсь и протягиваю руку в примирительном жесте. – Со мной всё в порядке.

Она меня не слышит.

Её взгляд устремлён в пустоту, фиолетовые радужки поглощены чёрными зрачками. Камни под её ногами начинают плавиться.

– Тейя, – Сайлас сглатывает, всё ещё прижимая ладонь к горлу. – Подойди ко мне. Медленно.

– Уходите оба, – приказываю я, не глядя в их сторону.

Они повинуются без колебаний. Их шаги затихают, когда они бегут по лабиринту обратно во дворец.

Тело Зеллы дрожит от напряжения – она борется сама с собой.

Я знаю, каково это – быть молодым и терять контроль. Желание выплеснуть боль и ярость растёт, пока не достигает точки кипения. И сейчас это не просто метафора.

– Отпусти, – прошу я.

– Не могу, – всхлипывает она. – Я не хочу причинить тебе боль.

– Ты этого не сделаешь. Я знаю. Я верю в тебя. Я люблю тебя, Зелла.