Текст книги "Красный холм"
Автор книги: Джейми Макгвайр
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
ГЛАВА 12
НАТАН
Через полчаса пути я увидел маленький указатель на сто двадцать третье шоссе. Узкая двухполосная дорога простиралась вплоть до Канзаса. Я вспомнил, как на нашей последней охоте Скитер рассказывал, что по пути отсюда до границы штата всего один городок, а остальное – сплошь луга и поля. Если повезет, можно наткнуться на заброшенную ферму и там заночевать. Если повезет вдвойне, ферма окажется не заброшенной и хозяева приютят нас на ночь.
Повинуясь какому-то инстинкту, я свернул на шоссе. Так или иначе, а нам с Зои нужно было ехать на север.
– Значит, мы не вернемся за моим домашним заданием? – уточнила Зои, пытаясь скрыть разочарование в голосе.
– Прости, милая, но это слишком опасно.
– А в школу мне завтра не нужно?
– Нет.
– Тебя не арестуют, если я не пойду в школу?
– Если все остальные тоже не пойдут, то нет.
Казалось, ответ девочку удовлетворил, но я-то знал: мысленно она готовит новый список вопросов и просто ждет удобного случая их задать. Перемены – это всегда тяжело. Особенно для детей, и особенно для детей вроде Зои, с рождения привыкших жить по правилам. Правила давали ощущение надежности, компенсировать которое сейчас было абсолютно нечем.
Зои качала головой в такт одной лишь ей слышной мелодии и изредка шмыгала носом.
– Ты не простыла?
Дочка оценила мою попытку завязать разговор.
– Вряд ли, я же всегда мою руки с мылом.
– Хорошо… – начал я и осекся, заметив что-то впереди.
Сначала я подумал, что это чья-то машина, но, присмотревшись, различил силуэты. Много ковыляющих силуэтов. Твари обступили автомобиль. Сигнализация продолжала надрываться, и казалось, мертвецов привлекал именно этот противный звук. Они отчаянно пытались прорваться в салон. Я не видел, были ли там пассажиры. Даже если и были, я не хотел об этом знать.
– Папочка…
– Держись, милая!
Я свернул с дороги и заехал в какой-то городок, чьи первые дома стояли совсем недалеко от шоссе. Я гнал быстрее, чем было положено, но я торопился обогнуть чудовищный затор и вернуться на шоссе. Скоро стемнеет, и мне совсем не улыбалось ночевать по соседству с кровожадными тварями. Однако каждый поворот выводил на очередную дорогу, ведущую на шоссе, или кучку мертвецов, семенящих на звук ревущей сигнализации.
Внезапно на приборной панели зажглась желтая лампочка, следом раздался тревожный писк. Сердце у меня упало. У нас заканчивался бензин, солнце садилось, и мы плутали по незнакомому городку, недостаточно безопасному, чтобы остановиться здесь на ночь. Впервые за все время я усомнился в правильности своего решения покинуть церковь.
Мы заехали в какой-то тупик, я дал по тормозам, и тут мне в глаза бросилась канистра с бензином, одиноко стоящая на крыльце домика. За ним на два квартала тянулась грунтовая дорога. Вокруг не было ни души – скорее всего, жители городка превратились в зомби и сейчас пировали там, на шоссе.
Я обернулся к дочери:
– Милая, нам нужно взять ту канистру и заправиться, чтобы ехать дальше.
– Дальше – это куда?
– Скоро вернусь, – пообещал я, проигнорировав последний вопрос. – Из машины не выходи. Поняла?
Зои кивнула. Оглядевшись по сторонам, я выбрался наружу и в три прыжка очутился на крыльце, молясь, чтобы в красной канистре и впрямь оказался бензин. Но стоило мне нагнуться и схватиться за ручку канистры, как дверь распахнулась и раздался звук взведенного курка.
Я испуганно зажмурился и скороговоркой выпалил:
– Пожалуйста, не стреляйте. Дочь увидит.
Мгновение спустя, понимая, что еще жив, я рискнул открыть глаза. В дверном проеме стоял потный грязный старик в мешковатом бело-голубом полосатом комбинезоне и целился в меня из винтовки.
– Значит, дочь смотрит, как отец ворует?
– Я не хотел, – пробормотал я, разгибаясь и поднимая руки вверх. – Просто у нас заканчивается бензин, скоро ночь и нам негде остановиться.
Старик сощурился, задумчиво поскреб седую щетину и наконец опустил ружье:
– Бери девочку и живо в дом. Только пошевеливайтесь, а то шляется тут парочка любителей человечины.
Первой моей мыслью было воспользоваться приглашением. С другой стороны, старик едва не отправил меня на тот свет. И тут из-за спины старика выглянула женщина, очень миниатюрная, с прической почти как у Зои.
– Господи, Уолтер! Дай этим несчастным зайти в дом.
– Так я ему и сказал проходить, а он стоит там как истукан.
– Ну так убери ружье-то, дурень, – укоризненно проговорила женщина и приветливо протянула руку. – Я Джой.
– Натан Оксфорд, а в машине моя дочь Зои. Приятно познакомиться.
– Это очень мило, сынок, – проворчал Уолтер, – но давай бери ребенка и иди в дом.
Я быстро сбежал с крыльца, вернулся к машине, заглушил мотор и помог Зои выбраться. Она видела, как Уолтер наставил на меня ружье, и тоже не была уверена, что нам стоит принять приглашение старика. Едва мы переступили порог, Уолтер запер дверь на все засовы.
Джой вытерла ладони о брюки и замерла посреди гостиной. Порядок тут царил идеальный, но ковру было лет тридцать, и попахивал он соответственно.
– Переночуем в подвале, – сообщила Джой. – Уолтер заколотит там дверь от греха подальше.
– А если они пролезут в дом? – тихо предположил я.
Уолтер взял ружье под мышку:
– Там внизу есть еда и питье. Джой сейчас принесет еще. На дом пока никто не покушался. Видать, на том конце города есть чего поинтересней.
– Там у машины орет сигнализация, они собрались вокруг.
Уолтер на секунду задумался:
– Видимо, идут на звук. Поэтому не шумим, авось пронесет. Двери я запер. Если не привлекать внимания, в окна они не полезут.
Меня слегка тревожило, что в случае чего в подвале мы будем как в западне, но это лучше, чем ничего.
Зои помогла Джой отнести продукты и воду в подвал, где уже стояла кушетка и два мягких кресла аккурат напротив огромной плазменной панели.
– Джой подарила на прошлое Рождество, – хохотнул Уолтер, указывая на телевизор. – Сейчас там одни помехи.
Мы с Зои устроились на кушетке в желтую и коричневую клетку, а Уолтер принялся заколачивать дверь широкой доской. Джой накрыла нас одеялом «привет, семидесятые», и в следующее мгновение дочка безмятежно посапывала в моих объятиях. Я не думал, что ей удастся заснуть в незнакомом месте, но она явно была сильно вымотана. Я прижался щекой к ее спутанным, давно не чесанным волосам, невольно думая о повседневных радостях, которых лишил нас этот кошмар. Даже такая будничная вещь, как расческа, казалась теперь неимоверной роскошью.
– Красавица она у тебя, – с улыбкой прошептала Джой, глядя на Зои. – Моя дочь Дарла живет в Мидленде. Бывали там? – (Я покачал головой.) – Мы как раз собирались к ней на выходные, – вздохнула Джой. – Собирались еще вчера, но черт меня дернул задержаться, чтобы полить цветы. Теперь из-за проклятых цветов я больше не увижу ни дочь, ни внуков.
– Увидите, – пообещал я.
– Вы так думаете? – спросила она с надеждой в голосе.
Я улыбнулся, поцеловал Зои в висок и откинулся на подушку:
– Спасибо, Джой. Спасибо вам огромное, что пустили переночевать.
– Вас никто не гонит. Живите, сколько хотите. – Женщина посмотрела на мужа, который все еще возился с дверью. – Неизвестно, когда все это закончится… и закончится ли вообще.
МИРАНДА
Я не почувствовала разницы, когда открыла глаза, – в алтаре было очень темно. Шорохи и стоны за окном прекратились. Брюс тоже не спал и смотрел прямо перед собой. Я выпрямилась и стала растирать затекшую спину. Потом тихо спросила его:
– Удалось поспать?
Брюс покачал головой, потом посмотрел на меня и улыбнулся:
– Подремал минут пять. Но я рад, что тебе удалось. – Он наклонился и впервые за последние сутки поцеловал меня. – Ты была молодцом. Не знал, что ты так хорошо водишь.
Я обхватила себя руками, пытаясь согреться. Брюс прижал меня к себе. Конечно, он не качок, но жилистый, и я всегда таяла от его улыбки. Уже два месяца он не стригся, и темные волосы отросли сверх меры. Челка так и лезла в глаза, когда мы целовались. Надоедливую прядь он всегда убирал рукой, а не тряс башкой, как большинство сверстников.
«Как эпилептики», – презрительно фыркал в таких случаях Брюс. Мне тоже это не нравилось, но я была готова смириться даже с этим глупым жестом, лишь бы видеть его голубые глаза. Меня покорила не его обворожительная улыбка или покладистый характер, а именно глаза. Наверное, в них я влюбилась раньше, чем в самого Брюса.
Эшли и Купер сидели, крепко прижавшись друг к другу. Кардиган, белая тенниска и нежно-голубой шарф явно не спасали сестренку от холода, как и моя футболка с ветровкой. Парни, казалось, не мерзли совсем.
– Что это за шум? – насторожился Брюс, прислушиваясь.
Странный звук шел из кухни. Вскочив, мы бросились туда. На кухне царил полумрак, нарушаемый тусклым светом нескольких свечей. Скитер Макги, рыдая, склонился над женщиной на полу. Он старался не шуметь, и понять, что он плачет, можно было только по его тихим всхлипам.
– Господи! – выдохнула Эшли.
Брюс приложил палец к губам и повернулся к Скитеру:
– Она что?..
Дорис принесла из коридора одеяло и накрыла несчастную.
– Покойся с миром, Джил. Царствие тебе небесное.
Наступила тишина, прерываемая лишь хриплым дыханием Скитера. Минут через двадцать он поднялся и вытер слезы:
– Наверное, будет лучше… будет лучше похоронить ее.
– Но как же это сделать, когда эти твари бродят вокруг? – испугалась Дорис.
– Просто взять и вышвырнуть тело мы не можем, – возразил ей седой старик, – но оставлять ее здесь тоже нельзя.
Дорис смущенно отвела взгляд и приложила пальцы к губам:
– Прости, Скитер… Но я не пойду.
– Я пойду, – вызвался Брюс. Скитер посмотрел на него мокрыми от слез глазами. – Надо, чтобы кто-нибудь нас прикрыл, ну и отвлекающий маневр не помешает, пока мы со Скитером будем рыть могилу.
Я скрестила руки на груди, отчаянно пытаясь не сказать того, что собиралась, но слова сами сорвались с языка:
– Я тоже пойду. Отвлеку их.
– Лучше прикрывай с тыла, – решил Брюс. – Купер у нас спортсмен, вот пусть и побудет приманкой.
– В смысле? – вытаращил глаза Купер. – Почему я?
На помощь ему ринулась Эшли.
– Нет! Он не станет приманкой для этих уродов.
Купер обнял ее и взглянул на Скитера:
– Слушай, мы тебе очень обязаны за все, что ты для нас сделал, но соваться на улицу сейчас слишком рискованно. Тут женщины, дети… Что будет с ними, если твари прорвутся сюда, пока мы роем могилу?
– Я должен похоронить жену, – сказал Скитер, вставая. Ростом он не уступал Брюсу, но смотрелся куда внушительнее. – Я никого не прошу мне помогать.
– Мы вас понимаем, – попытался урезонить его Брюс, – но давайте присядем на минутку и все как следует продумаем.
Скитер оттер слезу и кивнул. Седовласый старик склонился над покойной и стал шепотом читать молитву.
– Скоро рассвет, – заметила я. – Надо разработать план и спокойно похоронить ее при свете дня.
– Спасибо, – кивнул Скитер.
Все еще спали, пока мы думали над нашим планом. Скитер хотел похоронить жену на церковном кладбище, метрах в пятидесяти отсюда. У меня сердце замирало при мысли стоять в утреннем тумане и высматривать зомби. Фильмы ужасов меркли по сравнению с такой перспективой.
– На северном участке могила ее деда, – объяснял Скитер. – Копать нужно там.
– Хорошо, – сказал Брюс. – Эрик и Гэри идут на крышу и расчищают черный ход. Купер заманивает тварей подальше и отвлекает, пока мы не закончим.
– Сколько времени это займет, как считаешь? – насторожился Купер. – Вырыть могилу, я имею в виду.
– Как пойдет, – пожал плечами Брюс, – но постараемся побыстрей.
– Не нравится мне это, – буркнула Эшли.
– Значит, я слежу за обстановкой, вы копаете, а Купер бегает как приманка, – резюмировала я.
– Я прочту молитву. – Преподобный дрожащими руками поправил галстук, нервничая даже сильнее, чем Эшли. – А после, черт возьми, бежим внутрь!
– Но прежде, – согласился Скитер, – прежде мы должны убедиться, что Джил не вернется.
Я кивнула. Таков был план. Все довольно просто. Наверняка у нас ничего не выйдет, но другого плана не было.
ГЛАВА 13
СКАРЛЕТ
Пока я бежала, за спиной продолжали греметь нескончаемые выстрелы. Похоже, патруль ударился в панику при виде ошалевшей толпы мертвецов. Я же спешила к дому Тавии в надежде уговорить Тобина отправиться со мной на ранчо доктора Хейза.
На лужайке перед домом моих дедушки и бабушки я заметила темную фигуру, распростертую на земле.
– Тобин? – тихонько позвала я, надеясь, что это не его труп. Но тут я узнала заплетенные в короткие косички волосы.
– Тобин? – повторила я и осторожно приблизилась. Тобин лежал ничком, не подавая признаков жизни. Я приготовилась вскочить и побежать в любую секунду, если он бросится на меня. Я ведь не знала, от чего он умер.
Я подняла глаза и на стенах дома Тавии заметила следы от пуль. Я наклонилась к телу своего друга и поняла, что он умер от этих пуль.
К горлу подступил комок, и меня вырвало. Ублюдки, которые расстреляли целую семью на мосту, теперь убили Тобина. Надо было похоронить его, но как? Где? Внезапно с улицы донесся рокот мотора.
– Прости, друг, – шепнула я напоследок и что есть мочи бросилась бежать туда, откуда мы пришли, гадая, что хуже – попасться в лапы солдатам или в потемках пробираться через лес.
После недолгих колебаний я свернула к мосту, а оттуда – на шоссе. Я посчитала, что так будет безопаснее, чем вновь пробираться через заросли высокой травы вдоль берега. Шума мотора больше не было слышно, и я метнулась через дорогу в гущу деревьев – туда, где оставила джип. Очутившись в салоне машины, я заперла все двери, осмотрелась и только потом дала волю слезам. Морально я не была готова к тому, что уеду из Андерсона без своих крошек, увижу изрешеченный пулями труп Тобина и переживу чуть ли не главный кошмар своей жизни.
Яркие фары «рэнглера» прорезали мрак. Я мчалась по одиннадцатому шоссе и уже через полчаса сворачивала на сто двадцать третье. Впереди завыла сигнализация, но вскоре смолкла. Точь-в-точь как бластеры в старых фантастических фильмах, которые так обожала мать.
«Скарлет, не видишь, я смотрю телевизор! Можешь хоть немного помолчать, а то ноешь весь день. Мне тоже нужно отдыхать! Уйди!»
Следом я услышала себя восьмилетнюю.
«Ты же весь день работала».
«Вот именно! А теперь я хочу посмотреть телевизор!»
«Но мне так одиноко», – плакала я, мечтая, чтобы мама наконец обратила на меня внимание.
С презрительной гримасой мать брала пульт и прибавляла громкость. «Затерянные в космосе» были единственной радостью этой женщины, которая пахала на трех работах и растила меня в одиночку. Моя потребность в ее внимании, вероятно, сильно портила ей жизнь. В ответ мать едва не испортила мою своим вечным:
«Меня прям тошнит от тебя, Скарлет. Ты как твой папаша! Бессовестная эгоистка».
Говорилось это уже под конец, давая выход накопившемуся гневу, но слова жгли меня каленым железом даже сейчас, когда я пыталась выжить в условиях зомби-апокалипсиса. Эгоизмом ли было уехать из Андерсона? Может, стоило остаться и подождать своих? Быть может, выбор, сделанный мной, навсегда лишил меня возможности снова увидеть моих дочерей?
Свет фар выхватил из темноты с десяток шаркунов. Точно стадо овец, они брели прямо посреди дороги. И среди них – дети с алеющими следами укуса на шее. Кожа вокруг ран свисала клочьями, изо рта торчали куски окровавленной плоти. Мне сразу вспомнились невинные мордашки Холли и Дженны, и по щекам ручьем потекли слезы.
Я ударила по тормозам и покрепче вцепилась в руль. Ехать в гущу толпы опасно. Если шаркуны окружат джип, мне конец. Чуть поодаль виднелся пригорок, увенчанный камнем с выбитым на нем словом «Шалот». В предрассветных сумерках к моей машине стекались все новые кучки шаркунов. Они явно шли на звук.
Слева простирались пшеничные поля, еще не просохшие после вчерашнего ливня. У меня был выбор: либо протаранить шаркунов, молясь, чтобы никто не запрыгнул на капот и не разбил ветровое стекло, либо рискнуть поехать через поле, где в любой момент можно было завязнуть в грязи.
Я все никак не могла собраться с духом. Каждый удар сердца гулким эхом отдавался в груди. Я медленно положила руку на клаксон, готовясь нажать на него, как только приведу нервы в порядок. Я сделала глубокий вдох и посигналила. С дюжину тварей повернулись в мою сторону. Сердце бешено колотилось, грозя выскочить из груди. Я задыхалась, как после хорошей пробежки. Через секунду часть мертвецов уже брела по направлению к джипу. Я снова надавила на клаксон и не отпускала его, пока все без исключения ублюдки не засеменили ко мне, предвкушая легкую добычу. От страха ладонь буквально прилипла к рулю. Я мысленно подгоняла шаркунов, чтобы поскорее проехать мимо них в противоположном их движению направлении.
Когда толпа этих тварей подобралась совсем близко, я круто вывернула руль влево. Джип устремился в поле.
– Только бы не застрять, только бы не застрять! – все повторяла я, не помня себя от страха. Я сделала огромный крюк, огибая шаркунов, и вдруг забуксовала в грязи. – Давай, давай! – завопила я, выкручивая руль.
Джип раскачивался вперед-назад, я отчаянно хваталась за руль, боясь потерять управление. Из-под колес во все стороны летела мокрая земля, но вот наконец, еще пару раз забуксовав, я снова выбралась на дорогу. Издав победный крик, я устремилась к белой водонапорной башне, маячившей над кронами деревьев.
Солнце только-только показалось над горизонтом. В голове у меня зазвучал голосок Холли, напевающей песенку-маршрут. Улыбаясь, я уверенно мчалась по проселочной дороге, счастливая, как ребенок. На повороте у кладбища сумеречное небо озарилось солнцем, превратившись из темно-синего в ярко-голубое. От вчерашних туч на небе не осталось и следа. Чудесный денек, если бы не зомби. На первом километре джип круто взял вправо – я гнала во весь опор. Чем ближе к ранчо, тем сильнее меня охватывала паника. Педаль газа почти ушла в пол. Двигатель взревел, но ходу не прибавилось. Пять минут от башни до ранчо показались мне вечностью.
Выехав на дорожку к дому, я инстинктивно нажала на тормоз. Во дворе ранчо стоял пикап доктора Хейза. Рядом был припаркован серебристый «мерседес». Слава богу, он успел добраться до дома!
Я выскочила из машины, не потрудившись даже захлопнуть дверцу, и в три прыжка очутилась на крыльце.
– Доктор Хейз? Доктор Хейз, это я, Скарлет! – кричала я, молотя кулаком по деревянной двери. – Доктор Хейз, я не заражена! Пожалуйста, впустите меня! Пожалуйста…
Радость стремительно сменялась разочарованием. У Хейза, при его зарплате, пикапов было штук пять. И на ранчо он со своей девушкой Ли приезжал только в его свободную неделю. Все рентгенологи работали две через одну, и у всех было ранчо или ферма, чтобы отдохнуть от суеты больницы. Ли работала адвокатом и жила в двух часах езды к северу отсюда. Как правило, я убиралась в доме за пару дней до их приезда. Серебристый «мерседес» принадлежал ей. Скорее всего, они приехали много раньше, пересели в машину Хейза и отправились куда-то вместе. Может, забрать его дочерей.
Фонарь над крыльцом сверкнул и погас. Идти мне было некуда. Только в дом.
Я медленно потянула за ручку, вздрогнув от скрипа открывающейся двери. Входная дверь была не заперта. Надавив на ручку, я толкнула дверь и замерла на пороге, прислушиваясь.
– Доктор Хейз? – позвала я вполголоса, отчасти надеясь, что меня услышат, отчасти – что не услышат.
Все указывало на то, что дом пуст. Обойдя комнаты, я вышла на веранду и, облокотившись на сушилку, задумалась, что делать дальше. Может, заколотить окна? С одной стороны, дом чужой, не мне решать такие вещи, но если доктор Хейз вернется сюда с Эшли и Мирандой, то наверняка оценит мои труды. Взгляд лениво скользил по сторонам, и тут меня охватил восторг пополам со страхом – на полу виднелись грязные следы, ведущие во внутренний дворик. Спрыгнув с сушилки, я припала к окошку в верхней части двери. Снаружи на бетонном полу было что-то разлито – что-то вязкое и мерзкое на вид, скорее всего, лужа рвоты. Следы от нее вели внутрь дома, шли справа от меня, а потом спускались вниз по лестнице – в подвал.
Мне не раз приходилось там убираться. Просторное, устланное коврами помещение служило кладовкой и не имело ничего общего с тем, что показывают в фильмах ужасов, но теперь спускаться вниз я боялась.
Я долго смотрела на грязные следы, прежде чем решилась сделать первый шаг. Доска под ногой предательски скрипнула. Я крепко зажмурилась от страха, что сейчас на меня набросится одна из этих тварей и прикончит на месте. Но ничего такого не произошло. Глаза у меня моментально распахнулись и забегали по кухне в поисках подходящего оружия. На счастье, на полу лежал открытый ящик с инструментами. Схватив покрепче молоток, я стала спускаться по лестнице, морально готовясь к тому, что я могу там увидеть.
«Только бы не прибить доктора, если он жив. Сперва разберись, потом маши молотком. Разберись, потом маши», – билось у меня в голове все громче с каждым шагом, заглушая все прочие звуки и не давая сосредоточиться на том, что действительно могло потребовать крепкого удара молотком.
Толкнув дверь, я с опаской заглянула в подвал. Шагнув внутрь, я чуть не споткнулась о чьи-то ноги. Прямо у порога ничком лежала Ли. Чуть поодаль, привалившись спиной к стене, сидел доктор Хейз. На шее у него зияла рваная рана, но умер он от выстрела в висок. Рядом лежал револьвер – один из многих, что имелись у него в арсенале. Ли перед смертью тоже получила пулю, но подбородок и грудь женщины были залиты кровью, а изо рта торчал ошметок кожи с шеи доктора.
Кровь была повсюду: на распахнутом сейфе с оружием, на стенах, на полу. Наверное, доктор Хейз спустился в подвал за оружием, а Ли догнала его и напала. Наверное, она быстро превратилась в зомби. Доктор Хейз, осознав, что после укуса вскоре сам превратится в чудовище, застрелил сначала ее, а затем и себя. Было похоже на правду.
Внезапно я поняла, что осталась тут совсем одна. Мне не приходило в голову, что на ранчо может никого не быть. Ли мертва, доктор Хейз тоже, его дочерей нигде не видно. Хотя… Миранда и Эшли вроде как должны были приехать к отцу на выходные. А если нет, то велик шанс, что им, как и мне, придет в голову мысль переждать кошмар тут. Тогда они возьмут мать и приедут. Лучшего варианта, чем ранчо, им сейчас не найти. Да, отца они навещали редко, но, как и все девочки, считали защитником, а где искать защиты, как не здесь. Значит, должны приехать. По крайней мере, мне очень хотелось в это верить.
Только вчера утром доктор Хейз радовался грядущей встрече со своими девочками, а теперь сидел на полу в луже крови всего в нескольких метрах от меня. Разум просто отказывался воспринимать происходящее. Не знаю, что я чувствовала в этот момент, душа словно оцепенела. Мой взгляд был прикован к окровавленным телам на полу, но в следующую секунду до меня вдруг дошло, что если дочери Хейза приедут на ранчо, нельзя допустить, чтобы они увидели своего отца таким!
– Черт, – выругалась я сквозь зубы. – Черт!
Из-за своей страсти к пончикам доктор Хейз страдал избыточным весом. Чтобы поднять его грузное тело вверх по лестнице, придется попотеть.
Подойдя к покойнику, я подняла с пола пистолет. Предохранитель был снят. Потом подошла и пнула Ли, одновременно целясь ей в голову. Лучше перестраховаться. Тело женщины содрогнулось от моего удара и замерло. Я поставила пистолет на предохранитель.
Убедившись, что никто из них не собирается на меня нападать, я поднялась в дом и вышла на веранду. Стоя там и разглядывая окрестности, я лихорадочно думала, что надо сделать прежде всего.
От внезапно нахлынувшей усталости ноги у меня подкосились, и я плюхнулась на ступеньки, больно ударившись копчиком. Все получилось. Мы говорили, что ранчо – идеальное убежище на случай апокалипсиса? И вот, пожалуйста, апокалипсис настал, я тут. А девочки – нет.
Я затрясла головой, лишь бы не разреветься. Девочки приедут, они наверняка уже в пути, а пока нужно подготовиться. Дел предстоит куча, но я понимала, что скоро меня срубит сон, и поэтому прежде всего необходимо было принять меры, чтобы не проснуться в компании зомби. В загоне наверняка есть доски, но и бык тоже, скорее всего, там. На то, чтобы заколотить окна, обезопасить периметр и похоронить Ли и доктора Хейза, наверняка уйдет весь день. Я тяжело вздохнула и поднялась, гадая, сколько еще смогу продержаться, прежде чем упаду.
Лопата нашлась за сараем. А вскоре нашлось и подходящее место для могил – под раскидистым кленом на южной стороне дома. Я взялась за черенок и стала копать.
НАТАН
Проснувшись, я несколько раз моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд и понять, где мы. Мне привиделся какой-то жуткий кошмар, но Зои по-прежнему спала в моих объятиях, и, судя по тому, как тут все пахло плесенью, мы были не дома.
Вспомнив наконец, что и как, я испытал облегчение пополам со страхом. Но страх вскоре без труда возобладал над прочими эмоциями. Страшный сон обернулся кошмаром наяву. Джил наверняка при смерти или уже мертва, моя жена пропала, а мы с Зои в бегах.
Пожилая чета, что приютила нас на ночь, была справа от меня. Уолтер дремал в кресле и громко храпел, втягивая воздух через нос и со свистом выпуская изо рта. Джой уже проснулась и с улыбкой глядела на меня.
– Вечно он так, – шепнула она вполголоса. – С ума сводил меня своим храпом. Теперь это меня успокаивает.
Я выпрямился, стараясь не разбудить Зои. Сквозь маленькие прямоугольники окон под потолком в подвал било солнце. Беззвучно работал телевизор.
– Новостей можно не ждать, – вздохнула Джой. – Электричество есть, и ладно.
– Не боитесь, что вам пришлют счет?
Джой тихонько засмеялась:
– Это вряд ли. Наш почтальон вчера прошел мимо.
Шутка показалась мне забавной, невзирая на чудовищный подтекст. Я расхохотался, следом ко мне присоединилась Джой. Смеяться старались осторожно, чтобы не разбудить Уолтера и Зои. Сморгнув набежавшие слезы, Джой встала:
– Я собираюсь сделать себе кофе. Вам налить?
Я кивнул:
– Давайте я вам помогу.
Хорошенько укрыв Зои одеялом, я поднялся вслед за Джой по лестнице. Она поставила турку на плиту. Мой взгляд с опаской скользил по сторонам. Окна были не тронуты, двери тоже, и мертвецов поблизости не наблюдалось. Поразмыслив, я вышел на крыльцо. Вдалеке по-прежнему надрывалась сигнализация. Мне вдруг вспомнились Скитер, Джил и даже Обри. Где они, живы ли? В памяти один за другим вставали образы знакомых и родных. Мой шеф, редкостный козел, но жена и детишки у него были чудесные. Мой двоюродный брат Брендон и шестеро моих племянников, наши соседи, миссис Грейс – моя учительница младших классов. Неужели они все мертвы или того хуже?..
Я вернулся на кухню, где Джой уже приготовила для меня чашку ароматного кофе.
– Натан, вы с Зои можете оставаться тут сколько угодно.
Я добавил сахар, сливки и тщательно их размешал:
– Спасибо огромное, но, по-моему, оставаться в городе опасно. Там, в Фэрвью, мы попытались укрыться в церкви, но зомби выследили нас и начали осаду. Рано или поздно они своего добьются. Именно поэтому нам с Зои пришлось уехать.
– Даже не знаю, смогу ли покинуть этот дом… И потом, куда нам идти?
– А вы не знаете, есть у кого-нибудь неподалеку дом или ранчо на отшибе? Я надеялся найти что-то в этом роде.
Вместо ответа Джой задумчиво отпила кофе. В ее светло-голубых глазах, красиво гармонирующих с сединой, светилась доброта, но они и выдали женщину с головой. Она явно что-то скрывала и сейчас; пока мы одни, было самое подходящее время выяснить, что именно.
– Понимаю, – кивнул я. – Мы с Зои для вас совершенно посторонние люди. Простите, не хотел навязываться.
– Ну что вы, Натан, – виновато спохватилась Джой. – Дело не в этом. Просто я не совсем уверена…
Я подался вперед:
– В чем не уверены, Джой?
И тут из подвала выглянул Уолтер.
– Натан, твоя девчушка проснулась. Пытался заговорить с ней, но, кажется, она меня побаивается. Думаю, тебе надо спуститься и проверить, как она, – предложил Уолтер. – А потом возвращайтесь сюда, будем завтракать. Может, это отвлечет ее ненадолго от мрачных мыслей.
Я благодарно кивнул и поднялся из-за стола. Надеюсь, у нас с Джой еще будет возможность поговорить наедине.
