Текст книги "Маслобойка_Пространство(СИ)"

Автор книги: Дж Кори

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 4 страниц)

Oэстра открыл ему дверь, автоматический дробовик по прежнему был в руке лейтенанта, как если бы он не отпускал его весь день. Возможно, так и было.

Тимми вошел в главную комнату, вежливо осматриваясь. В сводки новостей мерцали беззвучно на своих экранах: на одном из них была видна та же улица, что и ранее в тот же день с пятью фургонами службы безопасности, которые стояли перед горящим жилым домом, на других, индийская женщина с суровым лицом, угрюмо говорила в камеру и реклама, на которой семь прыгающих обезьян доставали коробку бананов со вкусом тортов. Образ мира это тени на голой кирпичной стене , скрепленные историями вместо раствора. Маслобойка будет молотить пока не выдохнется. Новые истории со всей Земли и вне её будут заполнять пустоты на стене.

«Ты вернулся,»сказал Оэстра.

"Угу."

"Ты все сделал?"

"Были небольшие сложности,"сказал Тимми."Босс все ещё здесь?"

"Жди. Я позову его."

Оестра вышел в задние комнаты, был слышен звук одной пары ног, затухающий в глубине дома , а затем длинная пауза прервалась невнятными голосами, и уже двумя парами ног, идущих назад. На экране , рядом с угрюмой Индийской женщиной часы показывали 21:42. Тимми задумчиво посмотрел на шторы. Синий окрашенный хлопок с шнурками из тканого нейлона. Стул, на котором перед этим сидел Оэстра – кожа растянутая на легкой металлической раме. Кухня за широкой кирпичной аркой. Спальня в задней части с ее диваном, а также ванная комната, где-то там.

«Крошка Тини», сказал Бертон. «Какие новости, малыш?»

Белая рубашка Бертона отражала свет от экранов, с танцующими разноцветными бликами. Его брюки были темными , хорошего кроя. Тимми повернулся к нему, словно он был старым другом. Оэстра прошел мимо , занимая свое место у окна. Тимми оглянулся на него мельком, дробовик на его бедре был всего в нескольких футах от него.

«Ну,» сказал Тимми. «По правде, я застопорил.»

Бертон скрестил руки, расправил плечи . «Что? Ты не смог справиться?» спросил он, с явным неодобрением.

«Я жду, чтобы это понять,» сказал Тимми.

"Ждешь, чтобы понять, можешь ли ты справиться с этим?"

"Ну, да," сказал Тимми с широкой, открытой улыбкой. "На самом деле, это довольно забавно, что вы повернули это таким образом."

Когда этот длинный парень отступил к окну, движение было настолько случайным, таким спокойным, что ни Оэстра, ни Бертон не поняли, что происходит. Большие пальцы Тимми схватили кожаное кресло за спинку, потянув назад и вниз быстро и жестко. Oэстра крутанулся, пытаясь удержаться от падения, в то же время пытаясь поднять дробовик. Он упал на пол. Горло его, придавленное коленом Тимми, издало приглушенный рев, полное возмущения и боли. Тимми протянул руку и сорвал наушник с правого уха мужчины, а затем ударил его раз, другой, третий. Бертон побежал в задние комнаты. У него было не так много времени.

С Тимми на шее дробовик был бесполезен . Oэстра выронил его и изогнулся, пытаясь упереться руками и ногами, чтобы оттолкнуть Тимми . Тимми протянул руку и зацепил пальцем левый глаз бандита, продолжая удерживать его голову коленом и выворачивая его запястье, пока он не почувствовал , как глазное яблоко выскочило. В раздавшемся крике Оэстра были дикая паника и боль . Тимми ослабил давление, стремглав бросился влево, и поднял брошенный дробовик. Он выстрелил Оэстра в голову и тот перестал кричать.

Тимми медленно шел по комнате,с дробовиком в одной руке. Бертон выскочил из спальни, с пистолетами в обеих руках , оскалив зубы, как собака. Выстрел разнес переднее окно. Тимми нырнул через кирпичную арку на кухню, взял дробовик за ствол, и замахнулся им тяжело и низко,как битой, отведя локоть, словно игрок в крикет, когда рев Бертона раздался позади него. Звук от удара был похож на падение куска сырого бифштекса на бетон. Ноги Бертона вылетели из-под него, но инерция его движения бросила его, как камень на пол. Тимми опустил ружье к голове Бертона, но тот вертелся, отбрасывая свои пушки и хватаясь за ствол дробовика . Мгновенно запахло горящей кожей. Тимми попытался отступить, но Бертон рванул его на себя. Его правая нога ударила Тимми в колено, стараясь сломать его, но Тимми устоял. Ружье снова выстрелило, и холодильник покрылся оспинами из искореженного металла и пластика. Бертон скрючился, сдвинувшись ближе. Слишко близко для длинного ствола дробовика . Он дважды ударил Тимми локтем под ребра и приготовился ударить в третий раз. Тимми бросил ружье, а затем, они оба оказались на полу.

Они сцепились, сжали друг друга в объятиях, каждый стараясь занять позицию, где один мог уничтожить другого в этой пародии интимной любви. Пальцы левой руки Бертона прокладывали путь к подбородку Тимми, сквозь его шею, надавив ему на кадык. Тимми подавился, поперхнулся, ослабил захват на сантиметр, который был Бертону необходим. Тот всунул правую в образовавшуюся щель, напрягся, надавил, и рука, и голова Тимми оказались в замке. Бертон засмеялся.

«Ты просто гребанный мудак,» прошипел он, когда Тимми дернулся изо всех сил. "Твой маленький дружок калека ? Я собираюсь сжечь его в течение нескольких дней. Я хочу найти всех, кого ты когда-либо любил и медленно убить их всех ".

Тимми хмыкнул и отодвинулся, но замок на его шее стал только крепче.

«Ты думал, что ты сможешь взять меня, ты траханный кусок дерьма?» Бертон плюнул в ухо Тимми. "Ты думал, что ты сильнее меня? Я владел твоей мамашей, пацан. Ты просто второе поколение моей собственности ".

Вдоль их соединенных тел, Бертон почувствовал, как Тимми напрягся, а затем, с огромным выдохом расслабился, словно тая в его руках. Бертон потянул сильнее, сжимая. И вдруг до него донесся звук, как пистолетный выстрел, когда плечо Тимми выскочило из сустава и сопротивление ослабло. Захват Бертона сломался. Тимми перекатился, отвел назад кулак и опустил его на переносицу Бертону. Боль была дикой. Мир померк. Кулак спустился снова, меся крошево. Свет, казался странным, теряя яркость и переходя к серому. Бертон попытался освободить руки, чтобы прикрыть лицо, чтобы оградить лицо от ударов, но они были очень далеко, и он не мог найти их. Они были, но они онемели и стали ватными. Нападающий легко отшвырнул их в сторону . Кулак снова ударил по носу, и он не знал, это было в третий раз или четвертый.

«Дерьмо,» подумал он." Это будет продолжаться, пока засранец не решит остановиться."

Удары начались снова, и Бертон попытался закричать. Удары продолжились, и потом наступили несколько секунд темноты , тишины и спокойствия. Бертон чувствовал себя очень сонным. Удары начались снова. Тишина. И снова , снова и снова. Каждый раз, удары казались все более далеким и пустота между ними была все глубже, пока забытье не пришло к нему.

После того, как Тимми удостоверился, что он остался один , он перевернулся на спину. Его левая рука висела безвольная и бесполезная. Он встал на колени, тяжело дыша сквозь стиснутые зубы. Потом поднялся. Взял автоматический дробовик здоровой рукой и вышел в главную комнату. На экране, индийская женщина все еще говорила, грозя пальцем в камеру, чтобы обратить на себя внимание. Часы рядом с ней показывали 21:44. Пара минут. Может быть, чуть меньше. Тимми подошел к окну. Охранников на месте не было. Он кивнул и пошел к входной двери. Когда ручка повернулась, он ждал. Дверь распахнулась, и он выстрелил три раза, один раз прямо перед собой, а затем уже влево и вправо. Кто-то начал кричать , дверь хлопнула и снова закрылась.

Тимми вернулся на кухню. Он повернул горелки, потянул вниз рулон дешевых бумажных полотенец со стены, нашел бутылку арахисового масла в шкафу и вылил около половины на полотенца , прежде чем положить их на плиту. Из передней снова раздался топот ног и он опять разрядил дробовик , не целясь. Они отступили. Пропитанная маслом бумага загорелась, и Тимми взял горящий рулон, побежал в спальню, и бросил пылающую массу в кучу постельного белья. К тому времени, как он вернулся на кухню, пламя уже перекинулось за арку . Тимми поставил полупустую бутылку масла прямо на плиту и пошел к задней части дома. Лестница ведущая к аллее был узкая и белая. Он не видел никого, но он разрядил дробовик два раза на всякий случай, а затем бросил оружие обратно в огонь. Если охранников здесь не было, значит они сбежали. Тимми вышел в ночь.

Он двигался медленно, но целенаправленно. Когда его путь пересекался с незнакомцами, он улыбался и кивал. Только раз, когда он почти достиг своей цели, старик в черном пальто остановился и уставился на его ушибы и окровавленную руку. Тимми печально улыбнулся, пожал плечами, но не остановился. Старик не станет поднимать тревогу. В этом районе,вывихнутое плечо , травма головы, кровь на рукавах и ободранные костяшки ничего больше, чем неодобрительный взгляд, не гарантируют.

Силы безопасности поставили свежий замок на двери Лидии, но Тимми знал обходной путь. Он скользнул через окно в ванную, которую он узнал так хорошо за последние несколько лет. Там по-прежнему был ее запах. Они порушили все. Ее полотенца и занавески для душа были на полу. Бутылки лекарств свалены в раковину. Он рылся в них, пока не нашел некоторые обезболивающие и насухо проглотил три таблетки. На кухне, он завернул плечо в лед, а затем ждал неподвижно, пока опухоль не сойдет достаточно, чтобы он мог идти. Чтобы вправить плечо назад в сустав, ему нужно было лечь спиной на матрас, схватиться рукой, как можно крепче, а потом упереться и тянуть, как можно крепче и неумолимо, пока сустав не станет на место,с влажным и злобным хлопком. Он разделся, умылся влажными полотенцами для рук и переоделся в новую одежду, на которой не было ни капли крови.

Маслобойка, разгром, катастрофа. Цикл подъема и спада. Перемена сезонов. Какое бы имя не использовалось, неизбежный каскад событий в городе сменял точно такой же. Когда пришли пожарные машины и потушили пламя, они идентифицировали два тела, одного, как Файвел Оэстра и другого, как незарегистрированного человека. Незарегистрированный был маленький, смуглый мужчина в дорогой рубашке и брюках от портного. У него не было татуировок, но была широкая родинка на правой лопатке в форме грубого треугольника. Оба мужчины умерли от насилия. Если пожар был направлен на то, чтобы скрыть это, то он потерпел неудачу. Но если целью было то, чтобы испортить тесты ДНК или отпечатки пальцев, то, возможно, ему это удалось. Добавьте к этому тот факт, что Оэстра числился в Стар Хеликс, как тот, кого необходимо допросить, и тогда история прояснялась.

В ту же ночь, пятнадцать человек, верные Лока Грейгу, были окружены в ночном клубе. В результате чего два человека погибли и десять оказались в заключении, а также судебные процессы против Стар Хеликс и владельцев ночного клуба , которые последовали за этим, вышли на первые места местных и региональных новостных лент. Смерть Oэстра была лишь сноской, что-то упоминалось, а затем исчезло. Все остальное-мелочь, не попало даже на последние строки. Женщина продающая запрещенные обезболивающие из своей квартиры рядом с аркологией, устроила шумную драку с одним из своих клиентов, вызвала службу безопасности, и их увезли на допрос. Среди руин на одном из островов в заливе нашли небольшой лагерь скваттеров с лампой, спальным мешком, и использованной химической печью, но никого, кто жил там , не обнаружили. Антиквар обратился с просьбой о помощи к следователям и покончил жизнь самоубийством, когда они пришли. Ни одно из этих событий не вызвало какого-либо упоминания вообще.

Вскоре приступ насилия, легальный и не очень, снизится к нормальному человеческому уровню бывшему ранее. Очень серьезные люди будут утверждать, о том, что программы работают. Некоторые станут твердить, что преступления пошли вниз, другие, что они фактически выросли. Стар Хеликс возьмет свою оплату у правительства и урегулирует в судах большую часть жалоб против него. Один из выживших лейтенантов поднимется на верх, или даже весь преступный аппарат объединится в новую организацию, нового поколения. В течение года, пока новая система не настроится, чтобы работать более или менее слажено , до следующего раза. Люди немного более значимые будут обзаводиться новыми именами , чтобы выжить. Могучий упадет, в кроткий поднимется на том же месте и станет могучим. Но все это будет позже.

В жемчужном свете, что приходит перед рассветом, случилась еще одна вещь , что осталась незамеченной, бессмысленной для всех, кроме тех, кто в ней участвовал.

Это случилось на улице, что шла вниз к самой кромке воды. Восточная часть неба посветлела с рассветом , а на западной все еще красовалась россыпь звезд. Движение на улице было плотным, но еще не вставшим пробкой, что обычно происходит с рассветом. Воздух , пахнущий морем и тиной, из-за прохлады сделал запах, кажется, почти приятным. Лавка Чай-Кофе стояла открыта, спортивный сине-розовый логотип популярной сети и поднос хлебобулочных изделий так же, как миллион других лотков на пяти континентах и двух мирах. Старые мужчины и женщины на пособии шумели на тротуаре, делая дневную зарядку до того, как взошло солнце. Молодые мужчины и женщины в шахматном порядке шли домой после долгих ночей в уличных клубах и залах, с рай-рай музыкой, измученные от нескольких часов танцев, выпивки, секса и рухнувших надежд. Вскоре, улицы и станции метро будут наполнены теми, у кого была работа, на которую нужно ходить, а потом возвращаться, вливаясь в массы, для которых пособие было образом жизни.

Юноша, почти мужчина, стоял на углу возле чайно -кофейной лавки. Он был мускулистым , выше среднего роста. Его стриженые красновато-коричневые волосы начинали редеть, хотя он был молод. Выражение его лица было пустым, в его позе ощущалась сдержанность и закрытость, которые были скорее всего защитой от какого то горя или физической травмы. Его правая рука распухла, костяшки покрылись коркой. Если бы не было этой последней детали, команда безопасности, возможно, прошла бы мимо него. Три женщины и двое мужчин, все в баллистических доспехах и шлемах Стар Хеликс.

«Доброе утро,» сказал главный в команде, а сильно-избитый высокий юноша улыбнулся и кивнул. Он повернулся, чтобы уйти, но другие члены команды сдвинулись, чтобы блокировать ему путь.

Парень напрягся, а затем видимо, принял решение, чтобы расслабиться. Его улыбка была грустная. "Сожалею. Я просто пойду ".

"Я уважаю это, сэр. Благодарим, что у вас есть минута, "сказал главный, положив руку на приклад своего пистолета. «Имеется ли номер на вашей руке?»

"Да. Я помечен ".

"Это может быть хорошей тренировкой. Я должен увидеть ваше удостоверение личности ".

"Я не получил его . Сожалею."

"Тогда, мы должны проверить вас по базе данных. Это не проблема, не так ли? "

"Думаю, что у меня есть право отказаться от этого, не так ли?"

«Да, есть,» сказал главный, придав жесткость своим обычным словам. "Но тогда мы должны будем взять вас в отделение и сделать полную биометрическую проверку, чтобы исключить вас из списка лиц нас интересующих, и есть много очень неприятных людей, которые находятся в этой очереди. Вы же не хотите, болтаться с ними? Если, конечно, у вас есть место, где вам нужно быть ".

Юноша, казалось рассматривает этот вопрос. Он оглянулся через плечо.

«Что-то ищешь?» Спросил руководитель группы.

"Подумал, может есть ещё люди, что ищут меня."

"Так вы хотите поиграться? "

Парень пожал плечами и протянул руку. Аналитик данных команды сделал шаг вперед и провел коллектором по широкому запястью. Отсчет замигал красным, а затем сменился на зеленый. Секунды тикали.

«Если есть что-то, что вы хотите сказать мне,» сказал главный, «сейчас самое время.»

"Нет," сказал парень. "Я думаю, я в порядке."

"Да?"

"Ну, вы знаете," сказал он, "вполне...".

Наручный терминал командира команды запищал. Он вытащил его левой рукой, всё ещё держа правую на пистолете. Профиль высветился внутри красного контура. Тело парня замерло , пока они читали. Это был напряженный момент, прежде чем командир заговорил.

«Амос Бертон.»

«Да?» Сказал парень. Это могло означать, Да, я убил его, или что с ним? Но все, что услышал командир, было утверждение.

"У меня есть отметка о путешествии для вас. Ваш срок отправки довольно близко ".

Брови Амоса Бертона поднялись и уголки его рта опустились. «Для меня?»

"Вы отправляетесь к Луне в полдень от станции Богота, мистер Бертон. На эти программы ученичества тяжело попасть, и я слышал, что они воспринимают очень плохо, если вы пропускаете посадку. Придется ждать еще лет десять, чтобы вернуться в список ".

"Ха," сказал большой парень.

"Посмотрите, есть высокоскоростные линии около девяти блоков к северу отсюда. Мы можем взять вас туда, если вы хотите ".

«Эрих, ты сукин сын,» сказал парень. Вместо того, чтобы смотреть на север, он повернулся на восток, в сторону моря и восходящего солнца. «Я не мистер Бертон.»

«Извини?»

«Я не мистер Бертон,» снова сказал юноша. «Вы можете называть меня просто Амос.»

"Все, что пожелаете. Но я думаю, что вам лучше вывозить свою задницу из города, если вы не хотите, оказаться в каком-то серьезном дерьме, Амос ".

"Вы не единственный, кто так считает. Но я в порядке. Я знаю, где высокоскоростные линии. Я не пропущу свой рейс ".

«Ладно,» сказал командир, кивая. «Всего хорошего.»

Команда безопасности двинулась дальше, обтекая вокруг большого парня, как речной поток вокруг камня. Амос смотрел им вслед, а затем пошел в лавку чай-и-кофе , купил чашку черного кофе и кукурузную булочку. Он стоял на углу в течение целой минуты. Ел, пил и дышал воздухом того единственного города, который он когда-либо знал. Когда он закончил, он бросил чашку и обертку от булочки в мусорный ящик и повернул на север по направлению к высокоскоростной линии до станции Богота и Луне. И, кто знает, может быть, космосу за пределами Луны. На планеты , луны и астероиды, на которые человечество распространилось , и где шансы нарваться на кого либо из Балтимора были исчезающе малы. Игла в стоге всего человеческого сена.

Амос Бертон был высокий, крепкий человек с бледной кожей и любезной улыбкой, неприятным прошлым, и талантом к веселому насилию. Он покинул Балтимор с его динамическим равновесием преступности и закона, экзотики и обыденности, любви и пустоты. Людей, которые знали его и любили можно было пересчитать по пальцам одной руки и ещё осталось бы много запасных, и когда он ушел, город пошел без него, как будто его никогда не было. перевод: Краснов Евгений