Текст книги "Маслобойка_Пространство(СИ)"

Автор книги: Дж Кори

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 4 страниц)

«Что за хрень?» спросил Эрик, и голос ему самому показался пронзительным..

Тимми перевел его через улицу и почти втолкнул в двери пятиэтажного здания перед тем, как Эрих рванулся наружу." Моя панель. Мои заготовки. Мы должны забрать их,"

Резкий, нечеловеческий голос разрезал воздух, Разработанный в специальной лаборатории он проникал в душу своим чистым пронзительным звуком. "Это служба безопасности. Стой, где стоишь, руки на виду, пока офицер не позволит тебе идти.Это служба безопасности."

На перекрестке команда из трех вооруженных людей уже допрашивала троих. Один из гражданских – худой, раздраженный человек с коротко-подстриженными черными волосами и темно-оливковой кожей– что-то орал, пока его ставили на колени.

Биометрическое сканирование радужки глаза, отпечатки пальцев, экспресс анализ ДНК заняли какие-то секунды, пока мужчине руки заводили за спину.

«Может раньше ты и имел панель,» сказал Тимми. «Но не думаю , что теперь она у тебя есть».

Эрих стоял неподвижно, разрываясь между животным желанием сбежать и вернуться , чтобы скрыть все забытые им доказательства его преступления. Тимми сжимал свои сильные пальцы вокруг его здорового плеча. Его одолевало почти юношеское волнение.

"Мы никуда не пойдем или они схватят тебя со всем твоим барахлом. Я не могу проигнорировать слова Бертона, сказанные мне. Давай не будем палить мой второй шанс из-за твоих желаний."

"Это служба безопасности. Стой, где находишься , руки на виду, пока офицер не позволит идти. "

Эрих судорожно сглотнул. Он приблизился к Тимми как мог близко, чтобы поговорить, но тот развернул его и легонько толкнул вперед.

На улице, служба безопасности медленно продвигалась от человека к человеку, от двери к двери,этажа к этажу. До окончания операции им нужно было проверить триста сорок три человека и задержать четверых , отмеченных в базе данных, как интересующие их лица. Троих из них они уже нашли, завели в систему и открыли расследование. Двое из незарегистрированных, которые отказались назвать свои имена получили имена, которые им присвоили. Операция , которая затронула территорию в три городских квартала, обнаружит в них нелегальную клинику, трех детей в неадекватном состоянии, семь фунтов психотропных веществ С-класса, восемьдесят две нелегальных рабочих места, и подсоединенную к сети панель с интерфейсом и подготовленным пакетом документов на голубовласую арестованную, которые должны были помочь ей избежать наказания.

.

« Я, мертвец,»сказал Эрик. «Бертон грохнет меня. Они взяли мою панель, они взяли все.»

" Подожди, " спросил Тимми." Все, всё, всё? Что и документы Бертона были на...."

" Нет, не настолько же я глуп. Я не хранил там записи, как я сделал Бертона чистым. Но я не протер панель после ввода данных. Я хотел это сделать после того, как мы закончим. А теперь на ней мое ДНК. Черт, там могут быть даже мои отпечатки пальцев. Я не знаю."

«Ну, и что, если так?» спросил Тимми беззаботно." Тебя же нет в системе."

"Сейчас, нет." ответил Эрик.

"Но если они когда-нибудь возьмут меня за что угодно, эта гребанная панель буде,т как луч света, направленный в прошлое. Они будут знать, что это был я, и тогда они начнут задавать вопросы."

«Ты ничего не скажешь.» , сказал Тимми тоном не терпящим возражения.

«У меня не будет шанса. Бертон выяснит, что у них мое ДНК и поймет, что я скрыл это. Я просрал всё, чувак. Я мертвец.»

По всему городу были слышны выстрелы.

К северу, пять десятков вооруженных сотрудников безопасности блокировали перекресток и закрыли выходы из станции метро. Обыскам от двери к двери подверглось семиэтажное офисное здание управляемое Лока Крейгом. Местные жители , и мужчины и женщины , искали укрытия , где только могли, скрываясь в ванных комнатах, подвалах и покрытых сажей кирпичных каминах. Во всем , что казалось достаточно плотным, чтобы избежать сенсоров СТАР ХЕЛИКС , реагирующих на сердцебиение, тепловое и инфракрасное излучения. Сигналы компьютерной сети глушились. Сотрудники СТАР ХЕЛИКС продвигались вперед плотными рядами , стараясь пользоваться технологиями вместо глаз, покрытые бронированными щитками на груди , спине и животе, делающими их похожими на огромных жуков в осеннем солнечном свете. Потом вокруг здания был установлен периметр и поставлены станции слежения, считывающие звуковые вибрации. Тучи стрекозо-подобных дронов скрытого наблюдения были запущены и в тот же момент всякая возможность бунта была исключена. А потом , в один миг , сотни крошечных , дешевых роботов СТАР ХЕЛИКС упали на землю, определили потенциальные жертвы и все здание потонуло в грохоте выстрелов. Семнадцать из людей Лока Крейга пали еще до захода солнца, включая Эдуарда Хопкинса и Джехона Дзурбана, считающимися представителями преступного синдиката Пояса Астероидов на Земле. Столб дыма, часы стоявший над потемневшим зданием , оставил небо над городом серым и мглистым даже на следующее утро.

В то же самое время на западе, где муниципальные ограничения дали возможность быть невидимым для местных властей, помещение склада, оформленное во владение и управляемое через сеть подставных компаний , было блокировано. Команды служб безопасности очистили территорию в три квартала, используя небольшую армию бронированных автобусов,сконструированных специально для оперативных действий и ответа на газовую атаку зарином. Когда незадолго до полуночи периметр был нарушен, внутри обнаружили десять тысяч незарегистрированных штурмовых ружей, полмиллиона обойм трассирующих снарядов, семьдесят ящиков гранат и компьютерную комнату по щиколотку в плавленном шлаке. Там не было никаких доказательств присутствия кого бы то ни было на этом складе , и никаких следов его хозяев.

Контрольно-пропускные пункты установленные возле эвакуированной железнодорожной станции, морского порта и доков выявили семьдесят человек, путешествующих по фальшивым документам. Все они были внештатниками или мелкими служащими в крупной организации. Силам безопасности не удалось задержать никого из верхних строчек их списка в их первый заход. Эти люди, более могущественные, с хорошими связями были достаточно умны , чтобы не пользоваться транспортом во время облавы или даже иметь чистые документы для того, чтобы пройти проверку.

Вместо этого была идея, что среди недавно принятых на работу головорезов и оперативников, может оказаться один или два отчаянных и достаточно глупых, чтобы привести их к кому-то покрупнее. Кому-то с властью . И так, не зная, кто был Бертон, как он выглядел, его имя или описание и точной роли в криминальной иерархии Балтимора, они охотились за ним. Они также охотились на других, многие из которых имели гораздо более высокий приоритет, чем он . Организация Байо имела присутствие в городе, как и Золотая Ветвь. Тамара Слуидан контролировала несколько блоков к северу от аркологии , а Баасен Tагничен область в два раза большую, чем у Бертона – хотя и не такую доходную– в жилищном комплексе Долина Патапско. Было много преступников, организованных и не очень, и , как бы силы закона не старались, нет ни одной сети настолько крепкой, или идеальной, что никто не проскочил сквозь неё.

В такое время, когда Бертон не мог быть уверенным, где и когда его могут задержать, он предпочитал прятаться в безопасном месте. У него было штук шесть апартаментов и складов оборудованных, как временные командные центры, и он перемещался между ними в произвольном порядке. Некоторые из его людей, он знал это, будут схвачены. Некоторые из них , захотят купить себе снисхождение за толику информации , которой они обладали. Он знал, что так и будет, и у него были планы и места , которые должны были защитить его от поисков , скрыть любое упоминание о его участии в любых действиях , и жестоко покарать всякого, кто попробует его предать. Было понятно, что всякий задержанный предпочтет предложить службе безопасности свои услуги вместо того, чтобы выгораживать Бертона. Дерьмо покатится с холма, как это и бывало с начала времен, и тебя предаст какой-нибудь мелкий засранец. Что и произошло с Лиевом к несчастью для всех.

Лиев Андропулос работал на Бертона с тех пор, как приехал в Балтимор из Парижа более двадцати лет назад. Это был плотно-сбитый человек с большим животом , достаточно сильный , но применявший свою силу довольно редко. Его пристрастие к женщинам вызывало шутки, как и то, что он пристраивал своих бывших любовниц на теплые места в организации, когда их отношения заканчивались , но никто не рисковал шутить при нем. Будучи одним из лейтенантов Бертона, он надзирал за тремя круглосуточными складами, небольшой сетью драг-дилеров, специализирующихся на низкокачественных наркотиках, психотропных веществах и поддельных мед-препаратах, которые распространялись среди незарегистрированного населения. В частности, он работал в маленьком бетонном здании у самой воды, но когда началась маслобойка, он перебрался в Пратт, в апартаменты к с своей любовнице. Женщину звали Кэти и у нее были оливковая кожа и темные губы, как и у Лидии двадцать лет назад. Лиев был человек привычки и устоявшихся вкусов. Он поцеловал её на прощание, стоя на улице перед её домом, а потом пошел на север, потому что она пошла на юг. Это был такой небрежный жест, объяснить который можно было лишь понимая, сколь часто он целовал её на прощание.

Улица была полна людей, воздух душный и тяжелый. Запах соленого океана и гниющей рыбы казалось был повсюду, как это всегда бывало в жаркие дни. Движение частного транспорта было запрещено и автобусы , набитые распаренными телами, медленно двигались по улицам, как вереница слонов. Нищий схватил Лиева за рукав и испуганно отскочил, когда тот повернулся к нему хмурым лицом. Среди этой городской какофонии, жужжание дронов не должно было быть слышно, но тем не менее что-то привлекло его внимание коснувшись кожи у него на спине. Он споткнулся.

С высоты, волнующаяся толпа выглядела как поверхность стоячей воды, нарушаемая движением пяти рыб, плывущих в одном направлении. Но для Лиева, это было лишь внезапно возникшее чувство страха, всплеск бесполезного адреналина, и обиженные крики кого-то из гражданских отодвинутых одетыми в броню людьми из службы безопасности. Как будто по волшебству, вокруг него образовалось открытое пространство . Лиев мог ясно видеть все трещинки на бетонных плитах , по которым он шел. Перед ним стоял человек в униформе Стар Хеликс, держа пистолет, точно по инструкции, в обеих руках, ствол направлен в центр груди Лиева. За прозрачной защитной маской шлема, взгляд человека лет двадцати пяти , сосредоточенный и испуганный. Лиев почувствовал возбуждение и сожаление. Он держал свои руки разведенными в стороны, крестом, так как еще пятеро бойцов безопасности вывалились из толпы.

«Лиев Андропулос!» закричал парень."Вы арестованы за рэкет, владение живым товаром и убийство! Вы не обязаны отвечать на вопросы без адвоката или представителя профсоюза!". Крошечные точки от разлетевшейся слюны разлетелись по внутренней поверхности лицевого щитка. Его глаза широко раскрылись от страха. Лиев вздохнул.

"Спроси меня," сказал он медленно и четко,"что я всё понял."

"Что?" мальчишка продолжал кричать.

"Ты сказал мне, что я арестован и произнес формулу о допросе, теперь ты обязан спросить меня , все ли я понял."

"Вы все поняли?" мальчишка закашлялся и Лиев кивнул.

"Неплохо. Гораздо лучше." сказал Лиев." А теперь, пошел нахер."

Тюремный транспорт включил сирену, прокладывая себе путь через толпу, но еще до того, как он достиг Лиева, еще до того, как его засунули в стальную коробку и поместили под охрану, новость о его задержании разнеслась по всему району. К тому времени, как транспорт снова начал двигаться, прокладывая себе путь на север к командному центру, Бертон уже получил запись его ареста. Кэти сидела в лапшичной со своим младшим братом, когда ей на наручный терминал пришли новости, вызвав ее плач.

Страх волной прокатился по всей сети Лиева и постоянным работникам, и всякой мелкой сошке на подхвате. Каждый знал, что может произойти дальше, а что нет. Лиев будет посажен за решетку, оформлен и допрошен. Если он будет молчать, то его оставят в заключении, осудят и отправят в лагерь куда-нибудь в Северную Африку или на западный берег Австралии. Более вероятно, что он заключит сделку и выдаст сеть, которую он контролировал, кусочек за кусочком в обмен на снисхождение-имена и идентификационные номера сутенеров за то, чтобы он смог тянуть свой срок в Северной Америке или Азии, детали того, как он отмывал деньги за личную камеру , а то, кто из докторов работал по ночам в его подпольной клинике за доступ в библиотеку.

Они также будут спрашивать его на кого он работал , но этого он не скажет.

Для других лейтенантов Бертона, будущее было непросто, но в настоящем все было совершенно ясно. Один из них ушел и вряд ли вернется. Когда плохие времена минут и маленькое королевство Бертона вернется к более-менее нормальному состоянию, бизнес, который принадлежал Лиеву будет поделен между ними, передан новому выдвиженцу на эту позицию или решение будет сочетать оба эти варианта. Как именно , это будет решаться на долгих переговорах и в упорной борьбе, но все это будет позже. Позже. А в ближайшее время все их усилия будут направлены на то, чтобы избежать встреч со службой безопасности, защитить активы , которые они имеют и донести до каждого, что продавать информацию в расчете на прощение или снисхождение в суде, это очень, очень плохая идея.

В подвальной лаборатории на углу Лексингтон и Грин , восемьдесят галлонов реагентов, используемых для производства синтетических алкалоидов были введены в замкнутую водяную систему. Две слишком разговорчивые проститутки незаметно исчезли за закрытыми дверями недавно отремонтированного дома на Боер стрит. Тело Микеля «Бэтмена» Чандури было найдено в двухкомнатных апартаментах на заходе солнца и было ясно, что смерть его была долгой и мучительной, но ни кто из соседей не сказал ни единого слова представителю власти, пришедшему допрашивать их. Еще до захода солнца лейтенанты Бертона – Сирано, Оэстра, Саймонсон, Малыш Коул и Рэгмен– ушли под землю, как лисы, готовые переждать плохие времена, каждый надеясь , что он не станет тем следующим разрывом в цепи, каким стал Лиев , и тайно желая, что кто– то другой из лейтенантов, но конечно не все, оказался тем самым прорванным звеном. Для одного или двух, даже трех из них, имевших свои тайные планы , это была хорошая возможность увидеть, что без организации Бертона они подвержены большей опасности. Но они , разумеется , не обсуждали это друг с другом.

В нелицензированном кофе баре, расположенном на крыше и смотрящем вниз на улицы, битком набитые людьми, Эрих сидел, сгорбившись над произведенной на сером рынке панелью, и прикрученной хозяином кафе прямо к столу. Он пытался скрыть свою панику, волнуясь , чтобы Бертон не узнал о том, что его собственную панель захватили и надеялся , что куда бы Тимми не убежал, услышав про арест Лиева, он вскоре вернется. Кофе был черный и крепкий , и Эрик не мог точно сказать, что было не так, то ли металлический привкус обжаренных зерен, то ли непреходящий привкус страха. Он просматривал страницу новостей , установив пассивный поиск в страхе , что его смогут отследить по запросам, и одновременно наблюдал, как один за другим захлопываются капканы, сжимая кольцо вокруг него все туже и туже.

Когда Лидия услышала, что случилось с Лиевом, её первым действием было нанести макияж и сменить стиль её длинных , c проседью волос. Она сидела в своей спальне перед зеркалом и наносила на кожу тонировку до тех пор , пока линии тату не перестали быть видны. Она подкрасила губы, сделав их полнее, и темнее, и краснее, чем раньше. Глаза она подвела черным, тени под глазами красноватым и подрумянила щеки темным тоном. Несмотря на опасность , она оставалась дома и никуда не спешила. Жизненный опыт говорил ей, что сексуальная привлекательность, страх и покорность судьбе укажут на нее , как на потенциально виновного, если они примут её за кого-то ещё. Она обернула волосы вокруг головы, уложила их повыше и закрепила их так, чтобы они спадали каскадом в стиле , который нравился Лиеву в те времена, когда он вытащил её с улиц и сделал своей. Она рассматривала это , как последний знак преданности, как почтение к мертвому.

Она сняла свой костюм и одела простую, повседневную одежду. Кеды. Её походная сумка представляла собой не подписанную заплечную сумку с трехмесячным запасом медикаментов, двумя сменами белья, четырьмя упаковками протеинов, пистолета, двумя обоймами к нему, бутылки воды, тремя тысячами долларов, проложенных шестью кредитными чипами. Она вытащила её с верхней полки своего шкафа и , не открывая её , положила на стул, напротив окна.Тонкие прозрачные почти выцветшие занавески смягчали вечерний свет, делая предметы вокруг бесцветными.

Она накинула желтый шарф на волосы, закутала шею, и стянула в узел на груди, сделав что то наподобие ее старого хиджаба. Потом села неподвижно, ноги поставила ровно, локти на колени, сосредоточилась и стала ждать, кто первым откроет её дверь, служба безопасности или Тимми. Тьма или все ещё свет.

Большая часть часа прошла. Спина ныла , но боль никак не отражалась на ее лице. Ни улыбка, ни гримаса, ни какое иное выражение не тревожило ее макияж. А потом послышались шаги в коридоре и легкое покашливание. Дверь открылась и Тимми вошел в комнату. Он взглянул на нее, на её лицо. Пожал плечами и кивнул в сторону холла, как бы говоря -Можем мы идти?– его жесты было столь же ясны, как и слова. Лидия встала, подняла сумку и пошла к дверям, покидая свою комнату навсегда. Она прожила здесь почти десять лет и это были неплохие годы . Ожерелье, которое Лиев подарил ей в ту ночь, когда сказал ей, что уходит, осталось висеть на крючке в ванной комнате. Дешевая глиняная кружка, которую Тимми разрисовал глазурью, когда ему было восемь лет, и он подарил ей по ошибке, думая , что у нее день рождения, осталась на полке. Наполовину законченное вязание , которое оставила женщина, что жила здесь прежде , перед тем , как исчезнуть, так и осталось лежать в пластиковом мешке под кроватью, собирая пыль.

Лидия не оглядывалась.

«Во мне живет дух змеи,» сказала она, когда они шли вместе на юг. Они шли рядом , не касаясь дркг друга. «Я скинула мою кожу. Я просто дала ей сойти с меня.»

"Ладно," сказал Тимми. "Сворачивай сюда.Нас кое-что ждет."

Рядом с новым портом кромка воды была намного чище. Там, корабли и плавучие дома отдыхали в чистых стапелях из гибкой керамики и остовы утонувших зданий были срезаны и убраны прочь. С каждой милей дальше от порта, обломки казались всё менее живописными, прелесть восстановленного города уступала мусору из его реального прошлого. Маленькие пляжи образовывались на асфальте, серый песок крутился вокруг старых столбов из бетонных блоков, стоящих в зеленых от водорослей волнах и белых от птичьего дерьма. Вонь от гнили шла от воды и мертвых разлагающихся медуз, выброшенных на берег. Лодка у Тимми была маленькая. Белая краска хлопьями отходила от металла, там где царапины были закрашены недостаточно хорошо. Лидия сидел на носу, поджав ноги , гордо задрав подбородок вверх .Размещенный под ватерлинией двигатель был импульсного привода, тихий, как гул. Вода в кильватере бурлила громче. Солнце почти село, тень от города ложилась на волны. Несколько других лодки были на воде, по большей части набитые детьми. Людям на пособии нечего было делать с их времени, кроме как кататься в сумерках по воде,а затем возвращаться домой.

Тимми вел их вдоль берега какое-то время, а затем повернул к востоку, вглубь океана. Луна скрылась, но огни города были достаточно яркими, чтобы плыть. Острова когда-то были частью города , но теперь это были руины. Тимми, направился к одному из них, тому, что поменьше, горбом торчащему из воды , длиной не более двух городских кварталов и три шириной. Несколько древних стен все еще стояли. Лодка причалила к твердому берегу, и Тимми выскочил, замачив штаны на бедрах, и вытянул остальной часть руками. Раздался металлический скрежет от соприкосновения с разрушающимся бетонным тротуаром.

Руины, куда он привез ее были немного больше чем просто площадка для лагеря. Спальный мешок ярко-желтой окраски спасательных служб лежал развернутый на пенопластовом матрасе. Светодиодный светильник стоял рядом . Шнуром от него, вился вверх по грязной стене к солнечной батарее, установленной в окне. Небольшая химическая походная плита стояла на деревянной доске, лежащей поверх двух керамзитовых блоков, маленький, не подключенный ни к чему холодильник, предназначался для хранения пищи. За дверным проемом находились еще две пустые комнаты . Если в дом когда-либо имелась кухня или ванная комната,то они давно превратились в кучу щебня.

Там вдали, город светился огнями. Насилие и суета, царящие в нем, делали спокойствие и красоту такими достижимыми. Вой сирены и грозный рев предупреждения системы безопасности становился своего рода музыкой здесь, превращаясь в таинственный акт, приходящий из-за волн.

Тимми снял промокшие штаны и вытащил свежие из под спального мешка.

«Это то место, куда ты ходишь?»спросила Лидия, кладя свою руку на потрескавшееся оконное стекло."Когда ты не со мной, то ты приходишь сюда?"

«Никто не найдет тебя здесь»сказал Тимми."Или, ты знаешь. Не дважды."

Она кивнула, слегка, сама себе, как бы соглашаясь с ним. Тимми оглядел комнату и потер рукой свой высокий лоб.

«Оно не такое симпатичное, как твое местечко, но оно безопасно. Пока что.»

«Да,»сказала она."Пока что."

«Даже если Лиев расскажет им о тебе, это не значит, что всё кончено.Ты можешь взять себе новое имя. Сделать новые документы.»

Лидия отвернулась от окна и обхватила себя руками, словно пыталась защититься. Её взгляд метнулся к пустому проему двери и вернулся обратно.

"Где Эрих?"

"А, не получилось встретиться," Тимми говорил, облокотившись на стену. Ей никогда не прекращало нравиться его тело. Тело, созданное для насилия , и в то же время такое невинное и уязвимое.

"Расскажи мне,попросила она и он рассказал. Все, медленно и подробно, как – будто боялся пропустить что-то, что ей хотелось бы знать..Что могло её заинтересовать. Низкая гул ракетного запуска раздался, как бесконечный раскат грома, и струя выхлопа выросла в ночном небе, пока он говорил. Ракета еще не вышла на орбиту, когда он остановился.

" И где он сейчас."спросила она.

"В кафе-баре. В том, ну, знаешь, на углу Франклина и Сент Пол? На крыше старой высотки . Я оставил его там, после всего этого. У них есть компьютерная панель, ты можешь арендовать поминутно, а так как его панель была захвачена, я подумал, что это то, что он хочет . Должен сказать, что он очень волновался. Эта ДНК ? Я не понимаю, как это может закончиться хорошо. Если он прав в том, как Бертон отреагирует ... "

Лидия качнула головой , крошечный жест, почти невидимый при свете единственной светодиодной лампы. "Я думала, что ты его телохранитель. Ты был назначен, чтобы защитить его ".

«Я охранял», сказал Тимми. "Но работа была сделана. Бертон не сказал мне, что я прикреплен к нему на всю оставшуюся жизнь, так ведь? Что сделано, то сделано ".

"Я думала, что ты его друг."

"Я", сказал Тимми. "Ну, ты знаешь...Твой друг."

"Не беспокойся обо мне. Все, что происходит со мной, я заслужила тысячу раз. Не спорь со мной! Не перебивай. Бертон попросил тебя защитить его, потому что Эрих ценен для него. Конечно, работа, которую он поручил тебе может быть закончена, но в город пришла беда, а Эрих по-прежнему ценен. "

"Я понимаю, это," сказал Тимми. "Только после того, как они заполучили Лиева -"

"Я переживала маслобойки и раньше, мой милый . Я знаю, как это происходит. "

Она повернулась к окну, показывая на золотые огни города. "Лиев был только первый. Будут и другие. Возможно, много, возможно мало, но Бертон потеряет какую-то часть своей организации. Их либо схватят, либо убъют. А те, которые останутся, после этого станут более важными для него. Он человек, который ценит выживших. Он ценит верность. Что он будет думать, дорогой, когда он услышит, что ты оставил Эриха ради меня? "

«Работа была сделана,» сказал Тимми, как ей показалось, немного раздраженно.

«Недостаточно хорошо,» сказала она. "Уже нет. Ты больше не мальчик , выпивающий с Эриком. Ты теперь даже не сын своей матери . Эти версии тебя прошли и они никогда не вернутся. Ты человек, который устроился на работу к Бертону ".

Тимми молчал. Далеко над ними в небе поднимался огонь. Лидия подошла ближе к нему и положила руки ему на плечи. Он не стал встречаться с ней взглядом. Она подумала, что это хороший знак. Это означало, что она достучалась до него.

"Мир меняется и ты не можешь остановить его . Ты должен отпустить тех, кто не имеет значения. Потому что, если ты жив, то нужно просто пережить это время и ничего больше, и ты будешь иметь более важное значение для Бертона. Ты не можешь избежать этого. Ты можешь выбрать только то, что имеет значение . Будешь ли ты кем-то на кого он может полагаться или кем-то, на кого не может? "

Тимми глубоко вздохнул. Его взгляд застыл. «Я думаю, что, может быть, снова облажался .»

«Только, может быть,» сказала Лидия. "Там еще может быть время, чтобы исправить ошибку, да? Найди своего друга. Ты можешь привезти его сюда. "

Голова Тимми дернулась. Лидия нежно потерла ему плечи , массируя, начиная у основания шеи к плечам, а затем обратно. Она делала так, когда он был ребенком. Для них это было словно фраза на языке жестов. Ее сердце разрывалось . Мир меняет тебя, подумала она. Кто бы только ей сказал, как?

"Привести его сюда? Ты уверена в этом? "

"Все в порядке," сказала она. "Это лишь временно."

"Хорошо," сказал он. Она почувствовала, сожаление, что он так легко сдался, но это быстро прошло. "Я оставлю тебе хорошую лодку."

"Хорошую лодку?" Спросила она его удаляющуюся спину.

"Ту, в которой мы пришли."

Дверь закрылась. Серая, надвигающаяся тьма поглотила его, и через пять минут она услышала звук удаляющейся по волнам лодки. Или может быть это только ее воображение. Она потянулась в теплом, воняющем пластиком спальном мешке , уставилась в потолок и стала ждать, вернется ли он.

* * *

По всему Балтимору борьба между законом и миром возможностей продолжалась, но большинство граждан не примкнули ни к одной из сторон. Нелегальные кафе были заполнены клиентами, которые искали возможности поесть подешевле, а также молодыми людьми, у которых либо не было денег или же была склонность принимать амфетамины перед выходом на забаррикадированные улицы в, так называемые, клубы "рай на одну ночь " . Некоторые родители, приходящие домой с реальных рабочих мест, с гордостью тратящие свои деньги на несвежую сдобу и беря кредиты на взятки за детский садик, сбегали из своих микрорайонов . Очень немногие люди стояли полностью за закон или полностью против него, и поэтому для них катастрофа маслобойки была лишь неудобством, которого следует избегать или всего лишь строчкой в новостных лентах. То, что являлось вопросом жизни и смерти для одних людей, для других было лишь развлечением.

Эрих, сидел за арендованной панелью, наблюдая за новостной лентой с хроникой прошедших событий, и чувствовал дистанцию между собой и другими, кто находился с ним рядом. Ему казалось, что он переживает ситуацию гораздо более остро. Его чувство страха, окончание одной из глав его жизни , было безразлично для полной женщины, варящей кофе, и для худого человека, сидящего с краю крыши и проводящего свое время, отправляя сообщения о своих запутанных романтических отношениях. Для других завсегдатаев кафе, Эрих был просто калека, который мучил компьютерную панель. Никто бы и не заметил, и не взволновался, если бы он исчез из мира.

Тимми пришел сразу после полуночи, его широкая, любезная улыбка смягчала холод в его глазах. Для тех, кто не смотрел на него внимательно, он казался безобидным, но никто и не смотрел на него внимательно. Он взял сварной стальной стул , придвинул его к прикрученной намертво панели и сел рядом с Эрихом. Лента новостей была настроена на местные новости. Бледнокожая женщина из Ассоциации внешних планет и Лока Грейг со слезами на щеках , кровь капает из носа и левого глаза после схватки с двумя солдатами Стар Хеликс в настолько механизированных костюмах, что они едва казались людьми. Эрих улыбнулся, пытаясь скрыть облегчение, которое он почувствовал при возвращении Тимми.

«Лока», сказал Эрих, кивая на экран. «У них тоже была плохая ночка.»

"Много чего происходит вокруг," сказал Тимми.

"Да, верно? Ты ... слышал о Бертоне? "

"Нет , его пока не нашли ", сказал Тимми, пожимая плечами. "Ты хочешь поболтаться здесь еще немного, или готов идти?"

"Я не знаю, куда идти", сказал Эрих со скулящими нотками в голосе.

"Я нашел укрытие", сказал Тимми.

"Ты нашел нору? Иисус, вот где ты был все это время, не так ли? Искал безопасное место, где можно спрятаться? "

"Типа того. Ну, ты решил, ты готов? "

"Мне нужно остановиться где-нибудь. И достать панель".

Тимми нахмурился и кивнул на стол перед ними. Панель была прямо перед их глазами. Эрих указал на болты, вкрученные в деревянную столешницу. Взгляд Тимми стал пустым и он встал.

«Эй,» сказал Эрих. «То, что ты ... Тимми? Что ты такое-»

Толстая женщина, которая варила кофе, посмотрела на широкоплечего молодого человека. Кофе-бар был у нее в течение трех лет, и она видела достаточно завсегдатаев , чтобы распознавать проблемы.

«Эй,» сказал здоровый парень,а на самом деле – еще мальчишка, голосом почти извиняющимся. "Это, того... смотрите. Я не хочу показаться засранцем или кем-то еще, но мне,как бы сказать, нужна эта панель ".

"Ты можешь пользоваться ею здесь, если ты покупаешь кофе. Или вали отсюда,"сказала женщина, скрестив руки.

Большой ребенок кивнул, хмуря лоб . Он взял потертый, напечатанный на черном рынке кредитный чип и сунул в ее ладонь.

«Дерьмо, Джонс,» сказала она, проверяя кредитный баланс на крошечном дисплее. «И сколько кофе вы хотите?»

Парень тут же повернулся к столу , где калека с детской рукой просидел целый день. Он ударил кулаком по столу достаточно сильно, чтобы сидящие на крыше люди обернулись на него. После третьего удара столешница начала разламываться. На костяшках его пальцев появилась кровь , а калека отскочил в сторону, когда стол начал рушиться. Парень с треском потянул панель на себя . Болты остались торчать в ней , вывернутые вместе с деревом. Кровь текла по его рукам, когда он засунул прибор подмышку и кивнул калеке.