Текст книги "Американские дикари (ЛП)"

Автор книги: Дж. МакЭвой

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 24 страниц)

ГЛАВА 33

«Это ваша жизнь, и она заканчивается миг за мигом».

– Чак Паланик

МЕЛОДИ

Я глубоко вздохнула, когда вышла из нашей машины и направилась к федеральному зданию. Казалось, что все и вся работает против нас. Действительно ли так должны были закончиться наши жизни? Была ли это карма? Подвергались ли мы пыткам за все наши грехи перед смертью?

Шагая по белому гравию к зданию, мое сердце колотилось о ребра, а теплый летний ветер бил в лицо, как тупой нож для намазки масла. Я чувствовала, как капли пота стекают по лицу, шее и груди, и история, которая была нашей жизнью, прокручивалась в моей голове – моя первая встреча с Лиамом; первый выстрел в него; первый секс, а затем первое занятие любовью; наше первое совместное убийство; наш первый выкидыш и наш первый ребенок.

Солнце, словно гигантский допросный фонарь, жгло кожу, и я тихонько застонала от отвращения. Никогда еще я не ненавидела солнце так сильно, как в этот проклятый момент. Я чувствовала себя настолько незащищенным, потому что такой ерундой днем не занимаются – все бодрствовали, были начеку, бегали.

– У нас осталось девять часов, Мел, – прозвучал голос Лиама в наушнике. Я знала, что у нас есть девять гребаных часов и наблюдала за тем, как летит время, пока мы стояли в пробке в час пик. Это был иной вид ада – быть беспомощным в машине, пока время летело незаметно. Целый гребаный час, если бы я не знала точно, я бы подумала, что Авиан и это спланировал.

– Ваша сумочка и удостоверение личности, мэм, – сказал охранник на входе.

Я отдала ему и то, и другое, и когда я прошла через металлоискатель, другая женщина похлопала по бокам моего платья.

– Цель вашего визита?

– У меня встреча с директором Доерсом, – солгала я.

Он кивнул, протягивая мне мою сумку и удостоверение личности.

– Извините за все эти дополнительные меры безопасности, миссис Каллахан. Учитывая продолжающиеся угрозы, мы должны проводить проверки тщательно. Просто подойдите к стойке регистрации, и вас пропустят.

– Конечно, я все понимаю. – Я улыбнулась, сунула сумку под мышку и подошла к черной стойке, которая находилась перед лифтом. Когда мы вернулись в Вашингтон, мы планировали ворваться в здание Дж. Эдгара Гувера. Я знала, что мне нужно взглянуть на компьютер Авиана, учитывая, что я не могла взломать его извне. Однако наш план основывался на том, что здесь будет только ночной персонал, а не каждый чертов агент.

Я пересекла линию фронта и оказалась на территории врага.

– Добро пожаловать в здание имени Дж. Эдгара Гувера, миссис Каллахан. Я уже не надеялся, что вы приедете. Ваш муж уже наверху.

– Я приехала прямо из спа, совершенно забыла об этой встрече, – хихикнула я.

– Все в порядке. мисс Мина Сун уже сняла с вас обоих подозрения от имени Президента. Однако, как я уже сказала вашему мужу, директор Доерс еще не прибыл, – сказала женщина на ресепшне.

Я не хотела использовать Президента или Мину для этого – это было грязно; однако мы никак не могли проникнуть внутрь, не привлекая ненужного внимания.

– Все в порядке. – Я прислонилась к стойке. – Он сказал нам, что мы можем просто подождать в его кабинете. Мой муж сейчас там?

Она нахмурилась.

– Извините, мэм, это противоречит протоколу.

Кому какое дело?

– Сара, – читаю я на ее бейджике. – Ему нужно позвонить вам или что-то в этом роде?

Она села прямее.

– Извините, мэм. Даже если бы он позвонил мне и дал разрешение, мне бы не разрешили этого сделать просто потому, что это противоречит протоколу и я могу потерять свою работу. Лучшее, что я могу сделать, это дать вам пропуск, чтобы вы поднялись наверх и подождали вместе со своим мужем.

– Спасибо. – Я взяла у нее пропуск и медленно пошла к лифтам. Когда ее взгляд переместился на кого-то другого, я направилась к кристально чистому коридору, который вел к туалету.

Заглянув во все туалеты, чтобы убедиться, что я одна, я сняла свои жемчужины и быстро засунула их в вентиляционное отверстие.

Дорогой Боже, пусть это сработает. Это должно сработать. Это наш единственный шанс.

Я так спокойно, как только могла, вернулась к лифтам и увидела, к своему большому облегчению, что ее внимание уже было сосредоточено на новоприбывшем. Двери лифта открылись, и я вошла.

– Придержите лиф…. – кто-то крикнул, когда двери начали закрываться, но я не стала утруждать себя.

– Сработало? – Спросил Лиам меня.

– Да. Я на месте, – прошептала я.

Когда двери открылись, я увидела его сидящим в холле, в то время как агенты продолжали работать за стеклянной дверью. За ним все пространство занимали ряды серых кабинок.

– Как ты думаешь, сколько у нас времени? – Прошептала я, садясь рядом с ним.

– Пока они ее очистят все здание? Несколько часов, если нам повезет. Сделаем это сейчас.

Достав телефон, я набрала 411.

– Мистер и миссис Каллахан, вам что-нибудь принести? – мужчина с папками подмышкой остановился и спросил.

– Нет, у нас все в порядке, спасибо. Вы все и так достаточно заняты, – ответил Лиам.

Я не обращала внимания на его болтовню. Вместо этого я уставилась на свои часы.

– Начинается, – прошептал Лиам, и я проследила за его взглядом на вентиляционные отверстия. Белый дым начал распространяться, как чума. Сначала он был медленный. Затем он начал проникать через все вентиляционные отверстия. Он был не смертелен, но они этого не знали.

– Включите уже чертову тревогу, – прошипела я себе под нос.

Мне не пришлось долго ждать, прежде чем она сработала.

– КОД ЧЕРНЫЙ! Всем двигаться к лестнице! – крикнул мужчина, когда дым хлынул внутрь.

Почти ничего не было видно, и мы с Лиамом были вынуждены пробираться вдоль стен. Мы с ним не разговаривали, решив вместо этого сосредоточиться на полумраке комнаты, пока двигались по офису. Кабинет Авиана был заперт с помощью клавиатуры; однако мы уже знали большинство кодов. Введя код, Лиам придержал для меня дверь.

Лиам подошел к столу и встал на него, чтобы закрыть вентиляционные отверстия в офисе. Затем он открыл окно.

Сидя за его столом, я заметила все его награды и фотографии с выдающимися людьми: президентами, мировыми лидерами, королевой гребаной Англии, даже чертовым Папой Римским. Он был готов все это оставить…вот как сильно он нас ненавидел, как сильно хотел уничтожить… Должно быть, в моей семье действительно царит безумие.

Самодовольный сукин сын.

– Деклан подключился. – Лиам подошел ко мне сзади, когда я приступила к монументальной задаче по попытке взломать компьютер.

– Как продвигается дело, Деклан? – Спросила я, войдя в мейнфрейм Авиан.

– Медленно. Слишком много имен и у нас недостаточно гребаного времени, чтобы просмотреть их все и разобраться с каждым по отдельности. Пожалуйста, ради любви к Богу, скажите мне, что вы нашли нужный компьютер.

Мое сердце учащенно забилось, когда я нашла программу. Неужели это действительно было так просто?

– Я думаю, что да…

В тот момент, когда я открыла ее, таймер снова вышел из-под контроля. То, что когда-то было чуть меньше девяти часов, сбросилось на чуть более чем четыре часа. Это было похоже на пощечину, и мое сердце вырвали из груди.

– Черт возьми! – Лиам прошипел рядом со мной.

– Вам, ребята, нужно немедленно убираться оттуда, это не тот компьютер, и весь Вашингтон собирается обрушиться на это здание, – сказал Деклан.

Я не хотела прикасаться к нему. Я не могла. Но куда мы могли бы убежать, если бы не закончили дело? Мы пришли сюда и загнали себя в угол.

– Попробуй еще раз, – сказал мне Лиам.

Мои руки были на клавиатуре, и строки кода текли по экрану. Это был лабиринт ловушек, некоторые я могла видеть, другие были спрятаны, ожидая, когда я облажаюсь, чтобы проклятые часы снова сбились.

– Мел, попробуй еще раз, – сказал он.

С тихим щелчком таймер сбился. Два часа, две минуты. Как будто он знал каждое мое заранее. Как будто Авиан дразнил меня через экран.

– Мы не победим его, Лиам, – слова слетели с моих губ, и никогда за всю свою жизнь я не чувствовала себя такой неудачницей.

Между нами повисла тишина, когда снаружи завыли сирены.

– Я знаю, – наконец сказал Лиам, – но мы не сдаемся, мы боремся до последнего вздоха. Деклан, ты все еще слышишь нас?

– Да, Нил тоже здесь и слушает.

– Итан в самолете? – Мой голос был напряжен.

Перестань быть трусихой, Мелоди.

– Пока мы говорим, они все в воздухе, – ответил Нил. И страх исчез. Я смирилась с ситуацией и отказалась сдаваться.

– Хорошо, у вас будет час или два после того, как мы станет достоянием общественности. Собирайтесь и уходите, – сказала я им.

– А что делать с Авианом? – Нил спросил в ответ.

Пошел он!

– Оставьте его там, это то, чего он хотел. Когда полиция приедет, они найдут и его.

Последовало короткое молчание, прежде чем Деклан заговорил.

– А как же вы?

Лиам вытащил свой пистолет и разрядил, оставив только одну пулю.

– Не беспокойся о нас, брат.

– Лиам, у нас все еще есть два часа. Мы все еще можем сбежать! – Нил закричал, когда понял, что мы планируем сделать.

Лиам посмотрел на меня и кивнул.

Наступает время, когда ты должен признать свое поражение и понять, что ты не неприкасаем. Что найдется кто-то еще более безжалостный, чем ты. Что каким-то образом, каким-то ебанутым жалким способом мир должен был перезагрузиться. У нас был хороший… отличный путь. Нас будут помнить вечно. Чикаго, да и вся эта проклятая страна, никогда нас не забудут.

– Мел, какого хрена ты делаешь? – Деклан заорал, когда я нажала на следующую ловушку.

– Я прекращаю пытку, – сказала я ему, нажимая на бомбу. Два часа превратились в двадцать три секунды.

– Вы что, оба, блядь, с ума посходили? – Нил закричал.

– Прощайте, братья мои, – сказал им Лиам, прежде чем отключить связь.

Вынимаю наушник и вытаскиваю пистолет, как и Лиам, и вытаскиваю все пули, кроме одной, когда встаю к нему лицом. Мы смотрели друг другу прямо в глаза, его зеленые глаза, казалось, пронзали меня насквозь.

Двенадцать.

– Я не фанатка федоры, – сказала я, приставляя пистолет к его голове.

Одиннадцать.

– Коричневый – не твой цвет, – признался он, его пистолет был всего в нескольких дюймах от моего лица.

Десять.

– Когда я впервые встретила тебя, я возненавидела тот факт, что мне придется убить тебя, потому что ты симпатичный.

Девять.

Он ухмыльнулся; мне нравилась эта ухмылка.

– Я просто хотел тебя трахнуть.

Восемь.

– Я это знала.

Семь.

– Я знаю, что ты знала, мне нужно было сказать это вслух. Кстати, ты мой лучший секс в жизни.

Шесть.

– Ты гребаный ублюдок, – сказалв я, хотя не смогла удержаться от хихиканья.

Пять.

Мое сердце забилось быстрее, когда хватка на пистолете усилилась.

– Ты когда-нибудь хотела еще детей? – спросил он, медленно сглатывая.

Четыре.

– Я не думала об этом. Я просто хотела быть лучшей матерью для Итана. Наконец-то он начал принимать меня, – прошептала я.

Три.

Дурацкие слезы.

Мне потребовалась вся моя сила, чтобы побороть натиск слез, когда моя решимость рухнула. Он протянул руку и вытер их большим пальцем.

Два.

– Я, блядь, не самый эмоциональный человек в этих отношениях. – Я улыбнулась ему.

Один.

– Я люблю тебя, Мелоди Никки Джованни-Каллахан.

И мы нажали на курок.

ГЛАВА 34

«Смерть обрывает жизнь, а не отношения».

– Митч Албом

ЛИАМ

Нужно быть хладнокровным сукиным сыном, чтобы посмотреть любви всей своей жизни в глаза, а затем всадить пулю ей в череп. С того самого момента, как мы заговорили об этом, я знал, что не смогу этого сделать. Однако я был шокирован тем, что она, похоже, тоже не смогла этого сделать. Она уставилась на меня, ее пистолет все еще был поднят и горячий от пули, которую она выпустила в стену позади меня, в то время как моя пуля застряла в рамке картины позади нее.

Прижавшись лбами, мы постояли так мгновение, вдыхая аромат друг друга. Были ли мы слабы, что не убили друг друга, или это сделало нас сильными? Я больше не мог говорить. Я чувствовал себя мертвым внутри, но она все еще была со мной, и это было все, что имело значение.

– Ты не дал мне шанса сказать: Я тоже люблю тебя, Лиам Каллахан, – прошептала она.

Я хотел улыбнуться, но не смог. Это был конец. Отстранившись от меня, она повернулась к компьютеру. Все цифры на таймере были установлены на ноль.

– Мы должны идти, – сказал я ей как раз в тот момент, когда все данные начали зашифровываться, и все файлы на диске были отправлены различным журналистам.

– Что за черт? – Пробормотала Мел, прежде чем сесть.

– Мел, нам нужно…

– Файлы удаляются сами собой, – прошептала она,

Мое сердце учащенно забилось.

– Что?

Она попыталась ввести текст, но система немедленно заблокировала ее, и документы, фотографии, учетные записи, все, что у него было на нас, стерлось само собой. Это было все равно что наблюдать за окончанием пасьянса.

– Это ты сделала? – Я спросил ее.

– Ничего… Программа мне не поддалась….

Она остановилась, когда появилось видео, и внезапно на нем появилась Авиела с широкой улыбкой на лице и бокалом белого вина в руке.

– У тебя там проблемы, отец? – хихикнула она. – Хотела бы я видеть твое лицо прямо сейчас. О боже, ты, должно быть, готов взорваться от ярости. Ты, наверное, хочешь избить меня до полусмерти. Ударить меня еще несколько раз, запереть меня в яме, пока я не буду вести себя хорошо. Это позор; ты, скорее всего, уже убил меня. Физически убил меня, по крайней мере. Но мне плевать, я была мертв долгое время и терпела твое дерьмо еще дольше. Возможно, я недостаточно сильна, чтобы уничтожить тебя, но я, черт возьми, не позволю тебе уничтожить мою дочь.

– Верно… если выбирать между ней и тобой, я всегда выбрала бы ее. Ты думал, что мог как-то это изменить? И я позволила тебе поверить, что мне было все равно, я подстрелила ее, чуть не убила ее семью, просто чтобы насладиться этим единственным моментом. Эта единственная победа. Все, что ты когда-либо заставлял меня собирать на нее, здесь. Работа моей жизни – единственный альбом с ее фотографиями, который у меня есть, – и я стираю его. Никаких копий нет, я проштамповала их все кодом, чтобы удалить. Делай свою гребаную грязную работу сам, ты, больной, тупой сукин сын. Шах и мат, папочка.

У меня отвисла челюсть, когда она подняла свой бокал за него – за нас.

– Увидимся в аду, – сказала она, выпив весь бокал. – О, и еще кое-что, если ты у себя в кабинете, тебе действительно лучше выйти, я установила несколько взрывчатых веществ, готовых взорваться в этом проклятом месте. Если у тебя получится, передай моей малышке привет от меня… и что мне жаль, что пришлось причинить ей боль.

Этими словами видео закончилось, и я не уверен, как реагировать. Мелоди в шоке откинулась назад, ее глаза блуждали по экрану компьютера, в то время как файлы продолжали удаляться сами по себе, и все было стерто начисто. Она снова включила видео, но раздался внезапный и сильный взрыв, в результате чего окна и стены вокруг нас треснули.

– Мел, нам нужно идти! – Я закричал, когда пол сильно затрясся под нами. Фундамент здания, без сомнения, проваливался.

– Дай мне секунду, – сказала она, когда взяла свой телефон и подключила его к процессору.

Какого черта она сейчас делает?

Я бросился выглянуть на улицу и увидел, что власти внизу уже расчищают квартал.

Еще один громкий взрыв эхом прокатился по всему зданию, в результате чего все, что еще не упало, рухнуло на пол.

– Мел…

– Пойдем, – сказала она, сняла туфли и пошла к двери.

В тот момент, когда она открыла ее, нас окутал густой, тяжелый серый дым. С потолка свисала электропроводка, а часть стен обрушилась.

Она побежала по проходу, когда пол под ней внезапно провалился.

– Мел! – Я прыгнул вперед и схватил ее за руку. – Я оставил тебя в живых не для того, чтобы ты пошла и умерла!

– Я не просила, чтобы меня спасали, ты, осел! Отпусти меня. Мы можем выбраться по этому пути.

Закатив глаза, я сделал, как она просила, и отпустил ее, не предупредив. Она тяжело ударилась о стол.

– Черт возьми, Лиам!

– Извини. Я был слишком занят тем, что вел себя как задница, – хихикнул я, когда она скатилась со стола, и я спрыгнул вниз.

Я поднялся на ноги только для того, чтобы получить удар в челюсть.

– Сука! – Рявкнул я, вытирая кровь с уголка рта.

– Прекрати ныть, нам нужно добраться до лестницы.

Схватив ее за руку, я притянул ее к себе и поцеловал. Мои пальцы запутались в ее волосах, когда она вцепилась мне в шею.

– Это еще не конец, – сказал я ей, когда взял ее за руку и побежал. Я прикрыл рот рукой, пытаясь защитить легкие от дыма.

Мы добрались до лестничной клетки и спустились на один пролет, когда позади нас обрушился потолок.

– Здесь кто-нибудь есть? Помогите мне, пожалуйста! – позвал мужчина этажом ниже. Его нога была сломана; сломана под странным углом и кровоточила.

Мел раздраженно посмотрела на меня.

Мы можем просто оставить его.

– Кто-нибудь, помогите! – взмолился мужчина.

– Мы можем использовать его, чтобы сбежать, – прошептал я. В конце концов, мы все еще были окружены почти всеми правоохранительными органами. Они бы удивились, почему мы не покинули здание во время первоначальной эвакуации.

Мел придвинулась к нему и прижимала большой палец к его шее, пока он не потерял сознание.

– Ему не обязательно видеть нас, чтобы помочь нам, – сказала она.

Хорошее замечание.

Положив его руку нам на плечи, мы направились вниз по лестнице. Его ноги волочились, но за спасение была своя цена, верно?

– Еще трое! – крикнул пожарный, бросаясь к нам. Мы оба опустили головы и уставились на гравий, когда они подошли к нам.

– Сэр, мэм…

– Мы в порядке, но он тяжело ранен, – сказала Мел, когда они укутали нас одеялами.

– Там есть кто-нибудь еще? – прокричал полицейский, перекрывая громкий вой сирен и растущую толпу, собравшуюся посмотреть, как горит здание позади нас.

– Мы ничего не могли видеть, заблудились и оказались в ловушке, и нашли его, когда пытались выбраться, – крикнул я.

Они кивнули как раз в тот момент, когда внутри прогремел еще один взрыв, выбивший все окна на верхних этажах.

– Шевелитесь. Шевелитесь! Освободите дорогу! – крикнул офицер, ведя нас к машине скорой помощи.

– У нас все в порядке, я просто хочу домой, – сказала им Мел.

– Мэм, нам нужно проверить…

– Я хочу домой. Этот проклятый город пытается убить меня! Массовые убийства, взрывы! Я чувствую себя так, словно нахожусь на гребаной войне! – огрызнулась она, когда взорвалась еще одна бомба. Задняя часть здания начала разрушаться, посылая в нашу сторону густой столб дыма.

Не идеально, но это дало нам прикрытие, в котором мы нуждались, чтобы сбежать.

– Лиам! – Крикнула Мел с улыбкой на лице, когда мы отошли от места происшествия.

– Что?

– Мы только что победили?

– Почти.

В конце концов, нам все еще предстояло разобраться с Авианом.

МЕЛОДИ

Грязь и пыль покрывали каждый дюйм моего тела. Мои волосы были тяжелыми от этого, и я заметила, что даже кончики обгорели. Лиам выглядел так же плохо, и по самодовольному выражению наших лиц было бы трудно представить, чего мы только что избежали. Мы вошли в подвал, не ожидая найти там никого, кроме Авиана.

Однако Монте, который сидел за компьютером, наставил на нас пистолет, когда мы вошли.

– Реально? – Спросил Лиам, приподнимая бровь.

– Босс! Что случилось? Все пропало. Как вы это сделали? – спросил он, разворачивая свое кресло лицом к нам.

– Какого хрена? – Лиам проворчал, заметив, как Нил и Деклан выбивают дерьмо из Авиана. – Я сказал им уходить!

– Нил сказал, что у него ничего не осталось, Деклан позвонил Коралине, а затем они оба вошли туда, прежде чем я смог с ними поговорить, – ответил Монте.

– Правда? Прежде чем ты смог поговорить с ними? – Даже с одной ногой он мог бы что-нибудь сказать.

– Ладно, может быть, я хотел, чтобы ублюдок, который отнял у меня ногу, получил по заслугам. – Он подавил усмешку.

Покачав ему головой, я подошла и схватила кресло, затем подкатила его к стеклу.

– Тогда вот тебе место в первом ряду, – сказала я ему. Я похлопала его по плечу как раз в тот момент, когда Лиам вошел в комнату.

– Хватит! Он нужен мне живым, чтобы я мог убивать его медленно, – сказал Лиам своим братьям.

Они застыли, их лица были покрыты брызгами крови, без сомнения, они были потрясены, увидев его.

– Лиам, какого черта ты делаешь?….

– Убирайтесь, – сказала я им, когда вошла.

Бросив кастеты, они покинули комнату, но не раньше, чем плюнули в Авиана.

Голова Авиана упала, и кровь закапала с кончика его носа. Он сделал несколько неглубоких вдохов, прежде чем сплюнул кровь. Собрав последние силы, которые у него оставались, он откинулся на спинку стула. Один его глаз заплыл и был закрыт синяком. Я должна была отдать ему должное, он был крепким стариком.

– Судя по реакции твоих братьев, я предполагаю, что дело сделано? – спросил он Лиама, когда его здоровый глаз оглядел нас. – У вас у всех больше наглости, чем я думал. Я был уверен, что вы покончите с собой. Это в вашей природе.

– Оно того стоило, Авиан? – Я спросила его. – Я была в твоем офисе, видела всю твою тяжелую работу, а ты от всего этого отказался. Я этого не понимаю.

– Ты не сможешь победить, если не потеряешь все. Я ничего не боюсь. Я ничего не теряю. Я ни о ком не скорблю, и взамен я могу провести свою жизнь, мучая тебя, как ты мучила меня. Страх, исходящий от тебя, того стоил. Кроме того, если бы я действительно хотел, я мог бы заключить сделку с Министерством юстиции и провести остаток своей жизни под домашним арестом…

– Ты думал, что сможешь выпутаться из этого? – Спросил его Лиам. – Почему бы не пойти прямо в Министерство юстиции и заключить сделку? Почему ты позволил нам сделать это с тобой?

– Я не боюсь боли, приветствую ее. Она делает нас сильными. Кости, ушибы, порезы – все заживают. Мой разум – это то, к чему ты никогда не сможешь прикоснуться.

– Министерство юстиции не приблизится к тебе ближе, чем на 10 метров, – сказала я ему.

Он захихикал, выплевывая еще больше крови.

– Я не добрался бы туда, где я сейчас, не собрав грязи. До Оливии я подкупил твоих горничных, порылся в твоем мусоре и взломал спутники, чтобы триангулировать твой самолет. У меня есть компромат на них всех. Они скорее высадят меня на необитаемом острове, чем позволят мне раскрыть их секреты. Я непревзойденный охотник, я знаю, как защитить свою спину.

– Ты имеешь в виду, что моя мать знала, – поправила я.

Он покачал головой.

– Твоя мать не могла и шагу сделать без меня, не говоря уже о том, чтобы думать. Она сделала, как ей сказали. Она не была охотником, а лишь приманкой, пешкой.

– Она была умнее, чем мы все думали. – Я достала свой телефон и включила видео.

– У тебя там проблемы, отец?

Я наблюдала, как его глаза расширились, а рот открылся от шока.

– Нет, – прошептал он, прежде чем начал кричать. – Нет! Тупая стерва! НЕТ!

– Что ж, мистер Охотник, похоже, лиса обманула тебя, – сказал Лиам, пока Авиан боролся со своим стулом. Он обошел его, встал у него за спиной и положил руку ему на плечо, наклонился к его уху и прошептал: Но все в порядке, ты не боишься боли, верно?

– Я задам свой вопрос еще раз. – Я улыбнулась, убирая телефон. – Оно того стоило?

Лиам начал снимать рубашку.

– Жена, я могу не прийти на ужин, – тихо сказал он мне, и я знала, чего он хотел. Мести. Кровь на его руках ради его отца, и я позволю ему сделать это. Я забрала у него рубашку и кивнула.

– Задержись на столько времени, сколько тебе нужно, – сказала я, прежде чем повернуться к Авиану. – Прощай, дедушка. Всегда было неприятно тебя видеть.

– Я буду настоящим варваром, – прошептал ему Лиам, когда я выходила за дверь.

ЛИАМ

Я присвистнул, когда вкатил его в крематорий. Он кричал сквозь клейкую ленту, но для моих ушей это было подобно музыке. Когда я нажал на кнопку, стальные заслонки открылись, и тепло из предварительно разогретой духовки вырвалось наружу. Огонь взревел, возбуждая меня еще больше. Он был не способен двигать ничем, кроме шеи.

– Ты когда-нибудь читал «Тысячу ужасных способов умереть»? – Я спросил его, зная, что он не сможет ответить. – Отличное чтиво: распятие, яма со змеями, сажание на кол. Я собирался выбрать случайный способ из этой книги, но жена сказала, что нам нужно разобраться с Рспав сейчас. Я и так потратил на тебя слишком много минут своей жизни.

Он не сопротивлялся ремням, так как уже был слаб от потери крови. Я похлопал его по груди и понял, что она горит.

– Останься в живых еще несколько мгновений. В конце концов, мне нужно увидеть, как ты горишь. Ты умрешь в огне, в то время как мы возродились из пламени, которое Авиела развязала в твоем офисе. Все это довольно поэтично, тебе не кажется? Мы не можем все быть фениксами, некоторые из нас должны стать пеплом.

Нажав кнопку, я с радостью наблюдал, как пламя охватило его до того, как закрылись двери.

– Просто думай об этом как о возвращении в ад, – сказал я, когда его инстинкты сработали, и он начал сопротивляться.

Его громкие крики могли бы разбудить мертвого.

– Шах и мат, – сказал я, поворачиваясь, когда двери захлопнулись.

МЕЛОДИ

Когда Лиам поднялся в самолет, я посмотрела поверх кресел и помахала ему рукой.

– Наконец-то, – пробормотал Деклан с места в первом классе позади нас.

– Жадный ублюдок даже не позволил нам посмотреть, – хихикнул Нил.

Я повернулась к ним обоим, и они немедленно надели наушники и расслабились на своих местах.

– Извините, я опоздал, – сказал он, ставя свою сумку в верхний отсек.

– Повеселился? – Спросила я, прекрасно зная, что ему было весело.

Муж улыбнулся и подмигнул в ответ.

– Джинкс знает, где с нами встретиться? – спросил он несколько секунд спустя, и я кивнула.

Я отправила Коралине сообщение, в котором просила их остановиться в Англии. В любом случае, они не могут быть в воздухе так долго. Нам всем нужна была передышка от хаоса, даже если это было всего на день или два.

Внезапное движение привлекло мое внимание, и я посмотрела вперед, чтобы увидеть Мину с маленькой девочкой на руках, разговаривающую со стюардессой. Она прошла мимо нашего ряда и остановилась там, где сидели Нил и Деклан. Я наблюдала, как она посмотрела на свои билеты, которые, без сомнения, были теми самыми, которые я ей отправила, прежде чем посмотреть на Деклана.

– Я думаю, ты сидишь на моем месте, – ее мягкий, но уверенный голос заставил Лиама удивленно посмотреть на меня.

– О, извини, – сказал Деклан, встал и повернулся в замешательстве. Затем он прошаркал к своему месту. Маленькая девочка на руках Мины потянулась и шлепнула Нила, пытаясь привлечь его внимание.

– Извини, – сказала ему Мина.

– Это не проблема. – Он улыбнулся.

Я повернулась на своем сиденье и посмотрела вперед с легкой улыбкой на лице.

– Дамы и господа, пожалуйста, включите ваши экраны, чтобы просмотреть сообщение от Президента Соединенных Штатов, – произнес пилот по внутренней связи.

– Как раз вовремя, – прошептал Лиам, прежде чем включить его.

– Добрый вечер. Сегодня вечером я рад сообщить американскому народу и всему миру, что Соединенные Штаты провели операцию, которая привела к дезорганизации и уничтожению террористической группировки, известной как Рспав.

– Как вы все знаете, они виновны в убийстве десятков невинных мужчин и женщин в течение последнего месяца. Сегодня по моему указанию специальные агенты провели операцию в маленьком городке Ростер, штат Алабама. И после перестрелки люди, ответственные за бойню в «Голубом Саду», взрыв здания имени Эдгара Гувера и убийство федеральных агентов по всей стране, включая мою дочь, а также многих ваших сыновей и дочерей, были привлечены к ответственности.

– Сегодня всем тем, кто стремится сеять террор, напоминают о величии и абсолютной нетерпимости этой страны и решимости американского народа. Мы не поддадимся террору. Мы посмотрим правде в глаза и скажем: не сегодня. Никогда. Таким образом, в память о павших будет построен мемориал. Мы должны – и мы будем – хранить бдительность. Спасибо. Да благословит вас Бог и да благословит Бог Соединенные Штаты Америки.

Пассажиры разразились радостными криками, когда Лиам поцеловал тыльную сторону моей руки.

– Мы победили. Все кончено, – прошептал он мне.

– Это никогда не должно повториться, – прошептала я в ответ.

– Я знаю.

Я кивнула, но не могла говорить. Да, мы выиграли эту войну, и я была чертовски уверена, что это будет последняя война, в которой мы когда-либо сражались. Все должно измениться. Но прямо сейчас – прямо сейчас все, что меня волнует, это мой сын и муж.