Текст книги "Остров Судьбы (СИ)"

Автор книги: Докс Ен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

Глава 25. Амнистия. Часть 1

Конец 32 года новой эры.

Полицейская машина на полной скорости неслась к тюрьме в Небесный город. Дождь в этот день лил очень сильный, и даже водителям было не очень ясно, подлетают они или нет, поэтому они доверились навигатору. По прибытию на место, машина остановилась на земле и из неё вышли десять сотрудников полиции. Они достали электро-дубинки и открыли заднюю дверь машины. Оттуда полицейские вывели большого мужчину с мешком на голове. После нескольких ударов дубинками, он свалился на землю. Силовики пристегнули его к дронам, и те потащили его к воротам тюрьмы.

Ворота представляли из себя гигантские металлические стены, которые выглядели, как и сами стены вокруг тюрьмы. Не знающему человеку и не отличить вход на территорию тюрьмы от стены. Дорога к ним тоже не вела, вокруг был просто лес. Ворота отодвинулись сначала внутрь территории, а потом по бокам. Дроны продолжили тащить за собой заключённого. На территории тюрьмы было десять вышек со снайперами и пять одинаковых зданий, располагающихся звездой, на территории тюрьмы. Мужчину тащили в то, которое являлось бы верхним концом звезды, в место содержания особо опасных преступников. Хотя, место содержания было громко сказано, ни кому было невыгодно их содержать, да и сам Мэр не видел перспективы в содержании маргинальных слоёв общества. Поэтому в саму тюрьму приводили тех, кто должен был просто мучительно дожить свои дни, без какой-либо заботы. Речи о перевоспитании остались в прошлом, но и сейчас смерть в стенах тюрьмы простая только на бумагах. Начальники тюрьмы вышестоящее начальство организовали самый крупный тотализатор, где делаются ставки на людские жизни. Жизни грабителей, маньяков, мучителей, насильников и оппозиционных общественных деятелей. Дроны подлетели к дверям здания и у них из брюшка выехали ключи, которыми они и открыли проход. Затащив заключённого, они отцепились от него и улетели обратно, на патруль территории. Офицер подошёл к мужчине и снял с него мешок.

– Настоящая звезда криминального мира. Кан. Просто Кан. До сих пор, ума не приложу, как ты смог стереть о себе всю информацию из всех источников. Но есть то, что волнует меня куда больше, почему ты не сделал тоже самое для своих подельников или хотя бы второго босса Рене Де Поула? – Спросил офицер, поставив на грудь Кана ногу.

– Ну, поставил ты на меня свою ногу, считаешь себя победителем? Посмотрим, что ты скажешь, когда мы сойдёмся в честном поединке.

– Честного поединка не будет, но я скажу тебе, что будет. Посидишь тут пару лет и когда местный криминалитет, силовики, уставы сломают тебя, ты будешь готов просить то, чего другие привыкли избегать. Смерть. Согласишься принять лишнее обвинение и всё, лёгкая смерть, это лучше, чем тяжёлая жизнь, а она у тебя теперь только такая. – Договорив это, тюремщик убрал ногу и ушёл за стекло приёма заключённых. – Вставай и не двигайся.

– А если я двинусь? – Поднимаясь, спросил Кан.

– Придётся нести тебя в медпункт и надеяться, что тебе не помогут.

Кан встал и не двигаясь ждал следующего указания, но его не последовало. Вылетел дрон, который, при помощи своих лезвий, срезал с него всю одежду, оставив Кана в одних наручниках. С него падали элементы его бывшего величия. Его фирменный китель директора «Cold Ship». Среди тканевых и кожаных кусков одежды он увидел разломанный знак сопротивления. Кану уже было и не вспомнить, когда он его оставил в кителе, но он отчётливо знал, что знак был сломлен задолго до того, как над его костюм поработал дрон.

– Проходи в следующую дверь, индикатор над ней горит зелёным. – Сказал тюремщик и занял своё кресло, уставившись в монитор.

Кан прошёл за следующую дверь и ждал указаний. По громкоговорителю ему сказали взять одежду новичка. Чёрный комбинезон с синими полосками. Наручники у Кана отключились и упали на пол. Он надел форму и перед ним открылась дверь. Перед собой он увидел дивную картину, о которой он знал только по слухам, но в них было крайне сложно верить. Тюрьма не была коридором с кучей камер, в которые приносят еду. Это была грязная яма, в которой стояли самодельные бараки. Кан не понимал, как подобное можно контролировать, и он хотел скорее узнать всё, но примут ли его и сможет ли он справиться? Вопросы не оставляли его, они лишь перерастали в другие, более масштабные. Трое офицеров, что были позади, подошли к Кану и предложили ему спуститься по-хорошему. Кан схватил одного из них и ударил им двух других, после чего скинул его в яму. После нескольких крепких пинков по голове каждому, Кан решил их обыскать и не нашёл ничего полезного. Всё же он решил взять их и тоже скинуть в яму. Спрыгнув после них, он не смог нормально балансировать по наклонной горе ямы и упал. Поднявшись, он посмотрел на то в каком он виде. Он весь был в грязи, но его это не смутило, Кан принял это как вызов.

«Я был в грязи, в неудобной одежде, без оружия и защиты. На меня смотрели все заключённые. Особо опасные преступники, явно не тупые служители правопорядка, которые принимают заключённых без оружия, поэтому нужно быть осторожнее. Я закинул себе на плечи двух охранников, а третьего тащил за собой. Дойдя до середины ямы, я оглянулся в поисках свободного места, и я увидел пустой барак. Туда я и направился, но было прекрасное понимание, что просто так он мне не достанется, тогда было принято решение сделать жест доброй воли. Я бросил самого большого охранника посередине ямы, на глазах у всех и ушёл с двумя мелкими в пустой барак. Зайдя туда, я закрылся и стал снимать с охранника всё обмундирование, складывая его в уголок барака. Я снял всё снаряжение и выкинул тела на улицу. Ко мне внутрь зашли пять человек, и я видел, что за ними, по всей видимости, стоят все остальные. Было чувство словно я не в своей тарелке, ведь они зашли не получать указания, а раздавать их. Это было не по мне и пришлось быть настороже, чтобы в случае чего, быть способным дать предсмертный отпор».

– Ты Кан. А это барак Борна. – Сказал заключённый.

– Я рад, что Борн имеет такой дивный барак, но его здесь нет. Барак был пуст. – Ответил Кан

– Я Борн. – Ответил мужчина с татуировкой «Сенсей» на шее.

– Тогда, могу поздравить тебя, глядя в глаза. У тебя чудесный барак.

– Хорошо, что тебе нравится. Те охранники, которых ты убил и бросил на улице, на тебя напали?

– Нет.

– Зачем ты их убил?

– Инстинктивно, ненавижу псов режима. Что мне за это будет?

– От нас уважение, но небольшое. Убить именно этих было не сложно. От администрации, бластерный ожог или три дня в карцере.

– Что меня ждёт в карцере?

– То же самое, что и здесь, только в игру вступаю силовики, жаждущие унизить кого-то и заслужить уважение или даже боевой статус.

– Так это не слухи?

– Только не те, что гуляют на свободе.

– Своё положение я осознал, за что и могу вас поблагодарить, а теперь вернёмся к насущному. Зачем вы собрались в этом бараке?

– Мы хотим работать на тебя. Я Борн Розмари дарю тебе этот барак, в знак преданности. Мы знаем кто ты такой, Кан. Ты легенда в криминальных кругах. То, как вы с Рене поднимались в начале карьеры, это настоящая мантра и библия для нас. Мы с тобой построим здесь настоящее королевство и будем боссами!

– Нет, мой друг, если моё слово для тебя что-то значит, то ты должен понять, что нам нужно выбираться отсюда и строить королевство в Загоне. Но для этого мне нужно знать про тюрьму и её режим всё.

Сейчас. Конец 33 года новой эры.

Рене и Эван летят на байке, среди гор, севернее Небесного города.

– Напомни-ка мне, мы и правда летим в таинственную избушку, лидера сопротивления? – Спросил Рене

– Именно так.

– А зачем и как ты вообще её нашёл? Этого ты мне так и не сказал.

– Нужно проверить кое-что и уничтожить саму избушку, не хочу, чтобы о ней узнали Мэровские уроды. А нашёл я её… не знаю, что это было. Случайность или судьба. Виги, как-то во времена университета и нашей работы говорил, что хочет на север и не говорил почему. Так он туда и не отправился. За то я побывал и не пожалел.

– Ладно, мы на месте.

Герои слезли с байка и выбили дверь в деревянном доме. Пройдя внутрь, Рене осматривал всё то, что Эван уже видел. Сам же детектив сразу спустился в подвал и прошёл к загадочной панели, которая была активна, но ничего не активировала. Эван достал из кармана пальто бумагу, на которой были написаны цифры. Рене встал сзади и наблюдал.

– Один, восемь, семь, четыре, пять, два, девять, ноль. – Эван называл числа и вводил их на панели.

– Чего ты остановился?

– Я не уверен в том, что хочу знать, что там. Хотя, до этого были только приятные сюрпризы. Была не была. – Эван нажал на зелёную кнопку и панель погасла.

– Новый дар, это отключение питания? – Спросил Рене.

– Я не понимаю. – Эван ударил по панели, и она упала на землю, разбившись на две части.

В одной из половин панели лежала рукоять и дневник. Эван взял рукоять и осмотрел её. Она была прямой, с овальным основанием и гардой в виде символа мотылька. Сама ручка была чёрной с фиолетовыми полосками, а гарда была золотой. Эван убрал рукоять на ремень и открыл дневник, после чего тут же его закрыл.

– Так и знал. – Сказал Эван.

– Что именно? Что здесь будет меч и книжонка? – Спросил Рене.

– Нет. Лидер сопротивления, по совместительство хозяин всех этих вещей, это Дуэйн Духарес.

– Шериф Загона?

– Именно. Он умер в том году, ему было семьдесят три. Один его шифр был зашифрован на один, девять, семь и три, по шрифту Цезаря. В записке подпись Д.Д. и в этом дневнике, он как автор. – Сказал Эван и пошёл на улицу – Идём, нужно уничтожить прошлое.

– Не уверен, что это прошлое. – Сказал Рене, выходя за Эваном. – Ты новый лидер сопротивления. У тебя теперь все его атрибуты. А встал на этот путь ты уже окончательно, когда показал лицо.

– Я решил это сделать, чтобы не распыляться на две жизни. Хотя, она всегда была у меня одна. Эфрейд. просто, имя я узнал не так давно.

– А Эван Редсти? – Спросил Рене.

– Он был полезен и делал добрые дела, но последний раз его видели все вчера. Теперь в маске я или нет, я Эфрейд. Враг государства номер два. – Ответил Эван и бросил пару бомбочек в дом, стоя с Рене на улице.

– Играешь в скромность? Почему номер два и почему Эфрейд?

– Мэр так меня назвал. Тогда, в порту. После испытания на острове Дикарок, я понял, что это для меня значит. Я боюсь, чертовски боюсь всего этого дерьма, которое надвигается, но как мотылёк на огонь, иду к этому. Потому что это правильно и это мой путь, моя судьба. Но она не была прописана заранее, я в это не верю. Я выбрал её сам. А враг номер один для Мэра это народ.

– Знаешь, насчёт судьбы. Я раньше думал, что она у меня в том, чтобы быть большой шишкой в бандитских кругах, строить из себя крутого и опасного парня. Но с появлением тебя, Галиона и всех людей, которые готовы умирать, не по приказу, а зову сердца, борясь за что-то большее, чем власть, я понял, где моё место. Среди вас.

– Я рад, что ты с нами Рене, ты крутой парень, и я рад быть твоим братом по оружию. – Сказал Эван и пожал руку Рене, уходя дальше от дома, чтобы посмотреть на горы.

– Касательно братьев по оружию, твой друг Виги. Ты его, как я понимаю, не искал. Так?

– Нет. Тебя интересует почему?

– Да.

– Нас было трое. Трое лучших друзей. Мы с Виги поняли, что хотим быть детективами и посвятили этому свою жизнь. А наш друг Эзра, хотел вернуть честь слову «Солдат», которую оно потеряло из-за последней войны. Вот он получил контракт на четыре года и не вернулся. До недавних пор я считал его погибшим. Я не мог простить себе то, что на какой-то период забыл о нём и посвятил всё время себе и своему ремеслу. И когда пропал Виги, я не находил в себе сил признать, что ещё один мой друг пропал, а я ничего не могу с этим сделать. Я не искал его и надеялся, что он объявиться сам, чтобы не узнать в процессе поиска чего-то, что знать я бы не хотел. Я проявил слабость вот и всё. И чем это обернулось? Два моих друга модернизированы и являются моими врагами, которые напали на меня в пентхаусе и оставили умирать. Получил то, что заслужил. Виги, а теперь уже Вигури, сказал мне: «Ты даже нас не искал». И он прав.

– Кроме них у тебя никого не было?

– Родители, но силовики Мэра их убили. Это всё что я помню, никаких подробностей. Всё детство, юность и подростковую жизнь, перетекающую во взрослую, я провёл с Виги и Эзрой. Если бы я умирал, я бы собрал в себе все силы, чтобы провести хотя бы ещё один день с ними так, как раньше.

– У меня не было никого, до того момента, пока я не встретил Кана. Не сказал бы, что мы стали друзьями. Мы до последнего момента были коллегами и не более. Он не простой человек, но даже такому как он нужен, хоть, кто-то. У тебя теперь есть мы, как и вы у меня. Может это и не равносильно потерянной дружбе, и семье, но может это не хуже, а просто что-то новое. То, что тебе необходимо. – Сказал Рене, стоя рядом с Эваном.

– Ты прав.

Они смотрели на завораживающую природу и наслаждались спокойными минутами, которые прервал взрыв, позади них.

– Что это было? – Спросил Эван.

– Это не в доме, это за ним… – Ответил Рене и после этих слов, они направились искать причину взрыва.

Тюрьма Небесного города. Серидина 32 года новой эры.

«Борн Розмари поведал мне всё, что я хотел знать. Также я провёл и свои наблюдения, после того как провёл три дня в карцере, после благородного выстрела из бластера мне в грудь, со стороны начальника тюрьмы Ральфа Альмаматера, который по счастливой случайности был проездом. Яма, что является нашем временным домом также выступает в роли грандиозной площадки для теле-шоу, которое транслируют по закрытым каналам. Там на тотализаторах люди ставят деньги на жизнь определённых заключённых и уже сотрудники тюрьмы устраивают ситуации в которых должен остаться один выживший. Все кто здесь сидят, как оказалось, узнали об этом и приняли правила игры. Теперь тут выстроилась настоящая иерархия. Лучшие шоумены – в лучших бараках. Им завозят еду и приводят шлюх, главное условие – это проявить себя в эфире. Но не это меня заботит. Не знаю кто ставит на мою смерть, но они определённо станут банкротами в будущем. У них нет никакого понимания того, куда нужно вкладывать имеющиеся средства. Что меня действительно заботит, так это то, что у дронов есть ключи, которые нам необходимы, нужно будет их раздобыть. Из самой ямы выбраться не просто, но есть идейка. Главная проблема, это снайперы. При нас, он пристрелил четырёх повздоривших новичков, за пару секунд. Чувство, что там Рене за прицелом, ей Богу. Для того, кто это читает, хочется сказать следующее: Как мы, сбежать больше не получится. Выкуси, подонок. Последнее для тюремщика, в том случае, если мы не встретимся.»

– Что пишешь? – Спросил Борн.

– Послание, для того, кто будет здесь, после нашего побега. У нас все готово?

– Ещё пара штрихов, если не хотим умереть здесь.

– Принимайтесь за работу Борн. И ещё, передайте это нашему троекратному чемпиону, который ещё не определился с подарком от администрации. – Кан вложил свёрток Борну в руку и он покинул барак.

Глава 26. Амнистия. Часть 2

Тем временем. Рене и Эван прошли за дом и увидели, что байк Рене горит.

– Дерьмо. – Сказал Рене – Новый байк, старый ведь был старый, а этот новый и уничтожен, теперь нужен старый… А, какого хрена?

Между ними кто-то пронёсся, и друзья отлетели в разные стороны.

– Сучий Ланс Хлистер, я наводил о тебе справки. Не стыдно использовать технологии Галиона против него? – Спросил Рене.

– Ты его уже встречал? – Спросил Эван.

– Он был в тот день, когда мне руки отхреначили. Что даже ничего не скажешь, будешь кружить вокруг нас?

Вокруг них кружил синий луч, словно чего-то дожидаясь. Эван побежал прямо в него и его отбросило обратно. Рене сам настроился на прыжок и с локтём влетел прямо в Хлистера. Они начали драться, и у бегунка явно было преимущество, но тут вступился Эван, пальнув бластером в голую руку Хана, оставив глубокий ожог. Из которого, сквозь пузырящуюся плоть сочилась кровь. Другие выстрелы отскочили от брони и шлема, которые напоминали мотоциклетную броню, разве что из будущего. Началась драка два против одного и Рене с Эваном, только так смогли сровнять шансы. Ведь, двигался гад очень быстро. Эван достал второй пистолет и выстрелил крюком в реактивный рюкзак Ланса, а после этого стрелял обычными пулями, которые пробивали его броню. Ланс упал на землю и Эван потащил его на верёвке к пылающему дому. Но противник поднялся и на огромной скорости понёсся в сторону города. Эван отцепил крюк и постарался попасть во врага ещё пару раз, но не успел.

– Пора уходить. – Сказал Эван.

– Поддерживаю. – Ответил Рене.

Герои побежали прямиком в лес, через который они планировали добраться до маяка на северо-западе Северного острова и вызвать Галиона, чтобы он их забрал.

– Ну и чаща, может Виги знал, что нам сулит будущее политических преступников и подыскивал место, где нас точно не найдут.

– Ага, как Духарес. – ответил Рене. – Мне кажется всё куда проще. Здесь пиздец красиво.

– Сказал, слепой.

– Пошёл ты, Эван. У меня в шлеме есть зрительный образ, который показывает мне мир на триста шестьдесят градусов. Но чаще всего я использую систему эхо-локации. До того как мне сделали этот шлем, я прожил полгода без всех этих приблуд.

– Крутой-крутой.

– Спасибо, дружище.

Странный диалог с сбивчевым голосом из-за бега по лесной и горной местности прервался шумом приближающегося водопада.

– Минуем его запросто, но… – не закончил Эван.

– Насладимся чудесным моментом?

– Именно.

Ледяной воздух вокруг ещё более холодной воды создавал приятную морозную атмосферу. Грохот воды затмевал всё вокруг. Рене так и вовсе в эхо-локационном режиме видел невероятные картины вокруг себя.

– Вот это я понимаю природный бэд-трип. – Сказал он, потирая шлем.

Конец 33 года новой эры.

Кан и Борн вышли в центр ямы. Все собрались вокруг них и проговорили все шаги операции, после этого все разошлись по баракам. Офицеры наблюдали сверху через камеры, за тем, что происходит. Ничего подозрительного. Но через некоторое время, деревянные бараки поднялись и двинули в сторону выхода. В них стреляли, но они всё равно подошли вплотную и стали кидать верёвки с крюками, чтобы зацепиться за край. А те, кто не кидал верёвку, стреляли из самодельных луков прямо в охранников. Убив всех, они натянули верёвки и стали по ним карабкаться. Щепки и целые элементы бараков падали, иногда даже вместе с заключёнными, которых в итоге отстреливали. Но большинство успевало перебираться на цельные элементы и прятаться за ними. Работая за барабаном, что натягивал верёвку или стреляя в надоедливых охранников. Взобравшись наверх, они подошли к двери, перегруппировались и открыли её ключом из дрона.

– Откуда у них ключи, вы, уроды? – Спросил тюремщик.

– На прошлой неделе, когда была борьба в карцере, один из участников с нашей стороны использовал дрона, как помощника. Может тогда и взяли, дрон то уничтожен был.

– Где этот идиот? Дронов не должно быть в игре.

– Он уволился сразу после инцидента.

– Дай угадаю, а он и из системы пропал не так ли?

– Да, сэр, я не хотел говорить.

– Блять, вот что бывает, когда умный человек попадает в коррумпированную систему. Этот гандон Кан на крючок его взял. Глуши сигнал, я пойду и закончу эту ебень.

– Сэр, компьютеры заблокированы, а сигнал идёт из ямы. Вот дерьмо, все же сейчас поймут, кто выйграет.

– Долбоёб, а помимо того что мы проебём все деньги тебя что-то заботит? Заключённые сбегают. Ты знаешь, что со мной Мэр сделает? Ты знаешь? Побег, тотализатор, коррупция. Казнь, мучения, кремация.

Охранники побежали на встречу заключённым, и они встретили их в комнате с одеждой. Началась драка. Заключённые прикрывались частями брони охранников и атаковали самодельным оружием. Охранники проигрывали и теряли снаряжение и дубинки, которое забирали заключённые. Убив всех полицейских, они прошли дальше.

– Сдавайтесь, вы на прицеле у десяти дронов, они превратят вас в котлеты, как только вы, суки, двинетесь. Сдавайтесь! – Кричал тюремщик.

Заключённые кидали электро-дубинки в дронов и те, падали на землю. После чего их уже добивали.

– Твою мать. – Тюремщик отошёл от защитного стекла и прижался к стенке.

– Ты был прав… – Сказал Кан и разбил защитное стекло. – …Честного поединка не будет. И, кстати, я сорвал банк – Кан схватил две дубинки и не дал тюремщику достать бластер. Он сломал ему руки и стал забивать его в кровавую кашу. Когда Тюремщик перестал быть похожим на себя, да и вообще на человека, Кан остановился. – Я открываю дверь, и мы бежим к главным воротам. На нас достаточно брони, чтобы защититься от бластерных выстрелов, я открываю ворота, и дальше все садимся в машину, после её зачистки конечно.

Борн рассказал, что машина прибывает именно в третий четверг месяца, привозит бандюгов и забирает хлам. Это единственный транспорт, который может помочь сбежать, а транспорт нужен, иначе никак. Они бежали через площадки, где по одному снайперу и некоторые всё равно были подстрелены и падали замертво, но большинство добежало до ворот. Подбежав к воротам, Борн убил из лука одного снайпера, а второй и те, кто прибежали со своих точек, стали обстреливать группу беглецов. Все прикрывали своими телами Кана и Борна. По итогу сбежать смогли только десять. Они выбежали за пределы тюрьмы и столкнулись с силовиками. С трудом с ними разобравшись, бандиты сели в машину и полетели прочь, ликуя, ведь они совершили невозможное.

– Довольно вам радоваться, мы ещё не дома, так что поумерьте пыл. – Сказал Кан. – А теперь, Борн, расскажи мне кто такой Сенсей.

– Да, конечно, но прежде взгляни на это. – Борн ткнул пальце в экран на перегородке внутри машины и включился эфир новостей, где обсуждалась команда загона, устроившая побоище в центре Небесного района. Кан с интересом смотрел на это и в его голове уже зрел план.

Где-то в шумной подворотне, освещённой синими неоновыми лентами, за грязной жёлтой дверью сидел удивлённый мужчина в очках без одной линзы. Он снял их и пошатываясь пошёл в конец своего странного, пустого и пыльного заведения. Он отдёрнул ширму и его же тёмная комнатка озарилась светом казино, что скрывалось за этим полотном. Там сидело много полицейских и простых работяг. Мужчина лицезрел странную картину. Часть зала ликовало, но среди этой части было всего пара полицейских, а остальной зал состоял только из служивых ребят и они были в томном расположении духа. Один из них встал и закричал:

– Азартные игры и тотализаторы незаконны в нашей стране, какого хрена здесь происходит? – он достал пистолет, начиная задерживать ликующих работяг.

К нему присоединились все остальные полицейские, даже те, кто тоже радовался, быстренько натянули фуражки или шлемы, хватая убегающих. Мужчина прикрывающий этот бардак, поинтересовался:

– Господа полицейские, но может ещё не всё потеряно?

Вразумительный удар дубинкой по лицу дал ему вполне чёткий ответ.

Вернувшись на базу, Эван снял маску, а Рене взял бутылку виски, проходя в кабинет к Галиону, он сказал:

– Какого хрена ты не отвечаешь, старый? – Подняв взгляд, они увидели, как Кан держит Галиона на прицеле.

– Поговорим? – Спросил Кан.