355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Диана Гамова » Ночное небо (СИ) » Текст книги (страница 3)
Ночное небо (СИ)
  • Текст добавлен: 17 марта 2017, 10:00

Текст книги "Ночное небо (СИ)"


Автор книги: Диана Гамова



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц)

На всякий случай я обшарила стены, пол, даже потолок погреба. Не найдя ничего интересного, я поднялась в лачугу, прикрыла люк, заворошив его соломой.

Времени хоть отбавляй. Можно подождать вампира здесь. Можно прогуляться по городу. Только осторожно. Вдруг мое лицо по плакату кто-то запомнил?

От скуки хотелось пройтись. Снова поглядеть на уютный Хориск. На его замечательный сад, по кругу обрамлявший центральную небольшую площадь. На вырезанный из дерева памятник лошади. Кстати, особая фигура. Это не просто лошадь, а та, что притащила за собой первые бревна для крепостной стены. У города не нашлось средств на каменную фигурку лошади, зато дерево – еще один символ Хориска. Когда-то здесь приютилось поселение лесорубов. Вот, кстати, и эта лошадка в полный рост, с сильными ногами и короткой гривой «торчком».

Погруженная в свои мысли, я дошла до сада. Здешний воздух пропитался природными ароматами. На нескольких яблонях уже виднелись маленькие яблочки. Они еще зеленые и, должно быть, такие кислые…

Бывало, меня на краткий миг захватывали воспоминания из прошлой, человеческой, жизни. И сейчас я вспомнила, как сводило скулы от первых самых кислых и самых желанных яблок. Сорвав одно такое, размером с половину детского кулачка, я поднесла его к лицу. Вдохнула свежий аромат. Когда-то он мне так нравился. А сейчас, не более чем часть, атрибут природы. А вкус все тот же! С хрустом я откусила половину яблока.

Задумчиво работая челюстями, я села на деревянную скамью.

Старые вампиры иногда ели людскую или эльфийскую пищу. Вернее, делали вид. Запах для нас приобретал слишком яркие тона. Вкус, наоборот, практически полностью исчезал. Дегустировать мы могли только кровь. Или кровь с различными добавками, как Ноан. Исключение составляли фрукты. Их вкус мы воспринимали. Только, пользы нам от них никакой. Поэтому с яблоком пришлось распрощаться. А жаль.

Я долго ходила по городу, периодически погружаясь то в мысли, то в воспоминания. Ничто не отвлекало меня. И скука росла. Почуяв приближающийся восход, я заторопилась в бедняцкий квартал.

В лачугу я успела вовремя. Небо окрасилось серо-лиловыми тонами, а в домике происходила какая-то возня. Издали я заметила в крохотном окошке движущиеся тени. Внутрь я ворвалась, когда люк изнутри закрывала тонкая почти детская рука. Пришлось ее перехватить и юркнуть следом, уже самой закрыв крышку.

Нападать на меня никто не стал. Даже разгневанных или возмущенных возгласов не последовало.

На меня уставились две пары глаз. Алые и карие. Вампир и человеческий мальчишка-подросток. Последний перевел вопросительный взгляд на вампира, тот кивнул. В полном молчании мальчишка обошел меня. Став сбоку, он сделал несколько движений руками, а сверху крышку люка заворошила солома.

Так пацан – чудотворец?

– Доброго утра, сородич! – я не стала переходить на акшари[12]12
  Акшари – вампирский язык, знание которого закладывается в птенца с самого его перерождения. Акшари-ла – древний вампирский язык, гораздо сложнее и красочнее обычного акшари. По легендам, на акшари-ла говорили древние вампиры. Сейчас знанием этого языка могут похвастаться всего пара десятков старых вампиров.


[Закрыть]
– родной вампирский язык.

Вампир не спешил подходить ко мне или оказывать другие знаки уважения. На вид он был ничем не примечательным человеком лет сорока-сорока двух, если не считать алых глаз. Среднего роста, плотного телосложения с широкими плечами. Кем был он при жизни? Воином? Кузнецом?

– И тебе доброго утра, – теперь он оглядел меня с ног до головы, задержав внимание на светлой косе, брошенной на плечо. – Чего хочет от меня старший сородич? – наконец взгляд красных глаз остановился на моем лице. Интересно, это он по волосам узнал мой возраст? Или так догадался? Но это к лучшему. Молодые вампиры побаиваются старших. Меньше творят глупостей.

– Ты живешь с человеком?

Кареглазый мальчишка старался держаться в тени. Я чувствовала его пристальное колкое внимание. Он всей душой желал, чтобы я испарилась, исчезла. На худой конец, провалилась куда-нибудь.

– Он мой воспитанник, – спокойно ответил вампир.

– И не дневной страж? – зря он не обратил пацана. Из магов получаются отличные фострэ!

– Нет. Он мой воспитанник, – с едва заметным нажимом повторил вампир.

– Представься.

Стоявший у стены паренек напрягся. Вампир же, помедлив, опустил голову:

– Это должно было случиться, – тихо проговорил он, – мое имя Игор. Я вверяю себя в руки суда. Только одна просьба, пощади мальчика!

О-па! Суд? Вампир чем-то провинился перед собратьями?

Я прошлась по маленькому подвальчику, с интересом поглядывая то на вампира, то на человека. Первый выглядел спокойным. Но глаза смотрели с тоской. Второй, напротив, готов броситься с кулаками на меня в любой момент.

Я села на одну из кроватей, опершись на заведенные назад руки:

– Я Веомага. За что тебя должны судить, Игор?

Реакция мальчика не изменилась. А вот удивленный вампир приоткрыл рот.

– Ты… Вы… та самая Веомага? Хозяйка Халайского гнезда?

– Та самая, – подтвердила я с раздражением. Не любила вспоминать гнездо, клан, птенцов. Это вызывало слишком острую боль утраты, не проходящую с годами. – Будь добр, ответь на вопрос. В чем твоя вина?

Игор облизал губы. Судя по его привычкам, оставшимся со времен человеческой жизни, вампиром он стал недавно. Лет сто назад. Но и это приличный срок. Не многие молодые вампиры способны прожить лишь сотню и покинуть клан. А раз Игора судят, он явно ушел от создателя.

– Почему ты оставил гнездо? Причем здесь мальчишка-маг?

– Я сделал это ради него, – проговорил Игор, кивнув в сторону паренька. – Он мой потомок.

Вот оно, что…

– Ты следил за родными? – помимо воли в моем голосе прорезалось сочувствие. – Знаешь ведь, это запрещено.

– Знаю, – склонил голову вампир. – Я был слишком привязан к сыну… А это его правнук…

– Ты хотел обратить мальчика?

– Нет, сударыня! Он же ребенок! Я лишь волновался за него.

– Что с ним сделается? У мальчишки магический дар.

– Его родители не смогли найти учителя.

От меня не укрылись нотки лжи. Игор не врал, но что-то искажал, недоговаривал.

– Не хочешь говорить, не надо. За тобой охотится клан? Из какого ты гнезда?

– Не говори ей! – мальчишка, наконец, вмешался. Я давно ждала этого. Мне хотелось проверить, сколько у паренька терпения. Признаться, я была разочарована.

– Жадан, помолчи! – рыкнул Игор. Пацан притих. – Прости его, сударыня!

– Из какого ты гнезда? – я сделала вид, что не заметила ни выходки паренька, ни слов Игора.

– Из Морайского.

– Клан Рорика, – в один голос произнесли мы с вампиром.

Как же! Помню! Птенец убитого мною Та'аха. Вот уж не думала пересечься с его потомством!

– Рорик твой создатель?

– Да, сударыня.

– И ты от него бежал, – я хмыкнула, представив перекошенное гневом лицо морайского вампира.

Главным отличием Рорика был гнев. Вампир постоянно пребывал в состоянии крайней озлобленности. Про Морайское гнездо ходили даже по меркам вампиров страшные истории. Говорили, Рорик за любую самую мелкую провинность мог оставить своих подопечных под палящими солнечными лучами. Какая же кара ждала своенравного птенца самого мастера? Готова поспорить на какой-нибудь мелкий алмазик, Рорик будет долго убивать Игора на глазах у всего клана. В назидание другим. Этот трусливый напыщенный морайский вампир – достойный птенец Та'аха. Надо было прибить его вместе с создателем, а не великодушно дарить свободу от оного.

– Сударыня, – нахмурился Игор. – Так вас не посылал господин Рорик?

Я от души рассмеялась. Даже слезы на глазах появились.

– Твой Рорик еще не дорос, чтоб меня посылать! Сколько ему? Чуть больше четорёхсот?

Мой смех вызвал презабавнейшую реакцию. Игор и мальчишка, как там его, Жадан, втянули головы. Они оба почувствовали себя нашкодившими детьми. Пацан даже юркнул за спину вампира.

Наконец, успокоившись, я вздохнула:

– Игор, я, Веомага, предлагаю тебе сделку. Ты раздобудешь для меня кое-какую информацию. А я щелкну по носу твоего создателя.

– Что? – вампир подумал, будто ослышался.

– Рорик мне не нравится. У нас с его создателем были личные… трения.

Если не сказать больше. Рорик – один из птенцов того, кто уничтожил мой клан. Свое Морайское гнездо он превратил в прекраснейший форт и носу оттуда не показывал. Вампир трясся от страха. Я обещала ему, что когда-нибудь явлюсь за его кровью, и он разделит участь своего создателя.

Знает об этом Игор? О том, что связывает меня с его мастером?

– Ты не сможешь вернуться в клан. – Предостерегла я. – А Рорик от вас отстанет. В этом не сомневайся.

Жадан переводил взгляд с меня на Игора и обратно. Понимал ли он, что сейчас решается его будущее? Если их поймают и доставят в Морайское гнездо, Рорик не станет церемониться. Жадана ждет вечная жизнь, но перед этим – мучительнейшая смерть на глазах Игора.

– Какую информацию ты ищещь, сударыня? – решился вампир. Он понял, выбор его не велик.

А вот Жадан, напротив, не осознал ничего. Мальчишка с вызовом взглянул на меня и хотел уже раскрыть рот в каком-нибудь обвинении, но получил несильный подзатыльник от Игора. Для Жадана я палка, вклинившаяся в колесо их скромной жизни. Он невзлюбил меня с первого взгляда.

– В Хориске помимо тебя есть другие вампиры. Следующей ночью ты расскажешь мне все, что знаешь о них.

Немного помедлив, вампир кивнул. Мое покровительство ему пригодилось бы.

Пообещав оборвать Жадану уши, если тот хоть что-то выкинет, Игор предложил мне одну из кроватей. Сегодняшний дневной сон обещал быть куда более удобным, чем вчерашний. Даже пацан не внушал опасений.

* * *

Я уловила движение, отчего мгновенно проснулась. Надо мной навис Игор. Прижимая палец к губам, он указал вверх, сделав приглашающий жест. Вампир хотел поговорить со мной, но боялся разбудить мирно посапывающего Жадана. Кивнув, я последовала за Игором.

Солнце только-только село. Небо еще оставалось светлым, несмотря на низкие тучи. В разрывах между ними проглядывали всего две звезды.

– Прости, сударыня, что разбудил. Я приму твой гнев, только выслушай меня.

Ну, да. Игор – дитя Рорика. Одна лишь фраза, высказанная неучтивым тоном, и Рорик казнил на месте неудачника. Но я же не этот придурковатый садист!

– Заканчивай со своей учтивостью, – недовольно отозвалась я. – Пустых слов уважения мне не надо. Чего ты хочешь?

Вампир опустил голову, но тут же поднял алые глаза.

– Сударыня, – Игор говорил тихо, видно, боялся, что его может кто-то услышать. Жадан, например, – У меня просьба.

– И?

– Сделай Жадана своим фострэ.

– Что? Зачем мне это? – я чуть не поперхнулась собственным зевком.

– Так он будет в безопасности. Ты не бросишь своего стража.

– Нет, – наотрез отказалась я. – Полная чушь!

Фострэ-маги высоко ценились. Но мне не нужен страж. Тем более такой, как Жадан.

– Если ты боишься за него, – я кинула взгляд на закрытую крышку люка, – почему не отдашь его какому-нибудь сильному магу-наставнику? Вампиры, даже старые, обходят чудотворцев стороной.

– Рорик не обойдет, – печально вздохнул Игор.

Скрестив руки на груди, я велела:

– Рассказывай, почему он охотится за тобой. Причина не в том, что ты наплевал на вампирьи законы. Рорику нет дела до твоей родни. Тут что-то другое.

– Истинная причина, – нехотя начал вампир, – это Жадан. Да, он мой потомок. Но еще, как ты заметила, сударыня, у него есть чудотворная сила. И дар его уникален.

– Уникален? – скептически фыркнула я. – Солому двигать на расстоянии?

– Нет, – качнул головой Игор. – его дар – слышать кровь.

– Что??? – теперь я удивилась по-настоящему.

Слышащие кровь – большая редкость. Это те, кто способны найти, поймать вампира, даже если тот прячется среди тысячи людей. Слышащие кровь никогда не ошибались. Сунжэ[13]13
  Сунжэ – «слышащие кровь» – так называют вампиры людей, которые чувствуют и слышат вампирью кровь. Сунжэ запросто могут найти вампира, где бы то ни было. Сами вампиры стремятся подчинить этих людей, чтобы те не попали в руки охотников или магов.


[Закрыть]
– как называли мы их – были нашим козырем против других кланов. Если в клане жил такой фострэ, чужого вампира он чувствовал на расстоянии. Никто не мог пробраться в гнездо незамеченным, если там находился сунжэ.

– Рорик знает о его даре. Так? – быстро оправившись от удивления, подытожила я.

– Да, сударыня.

– И почему ты говоришь об этом? Я ведь могу воспользоваться Жаданом. Неужели не боишься меня?

– Сударыня, о тебе ходят разные слухи. Говорят, ты кровожадна, как сам Беликий. Говорят, ты мстительна и коварна. Но также говорят и то, что ты чтишь законы чести.

– У вампиров своя честь, Игор, – я развела руками. – Каждый из нас соблюдает свои законы. Откуда ты знаешь, какие у меня?

Игор сделал шаг в мою сторону.

– Если ты пообещаешь защитить Жадана, то сделаешь это, – уверенно произнес он.

– Нет, – я рубанула воздух ладонью. – Вот что. Я даю тебе слово, что никому не скажу о даре мальчика. Но делать из него фострэ не стану!

– Ты боишься ответственности, – раздраженно бросил Игор, кривя губы.

– Да, боюсь, – я резко оказалась рядом с ним, гневно заглянула в самую глубину алых глаз. – Ты прав, обо мне ходят разные слухи. Вот еще один. Старая Веомага боится заводить клан, боится создавать фострэ, потому что боится все потерять. Я не связываю себя узами ни с живыми, ни с мертвыми! И никто не заставит меня действовать иначе! Надеюсь, ты понял. Это твой потомок. Коли вызвался, наберись сил и защити его сам!

Отступив на шаг, успокоив вспышку ярости, я добавила.

– Мне не нравится Рорик, – от моих слов Игор вздрогнул. Я умела переходить от жара ярости к ледяному спокойствию. Те, кто со мной не общался, всегда реагировали одинаково – вздрагивали. – И Жадана я пальцем не трону. Но мне, скажу прямо, совсем не хочется, чтобы Рорик обладал таким сокровищем. Поэтому, если на тебя охотится клан, я предоставлю защиту.

– Не понимаю, сударыня, – Игор сел на хлипкую скамейку, ошеломленно качая головой. – Мальчик полезен. Кроме того, умён.

– Ты толкаешь праправнука в мои клыки, только чтобы сложить с себя ответственность, – я улыбнулась, – нет, не пойдет. Если я соглашусь и освобожу тебя от Жадана, ты сам кинешься к Рорику. Я вижу, пацан – единственный, ради кого ты существуешь.

Он поднял глаза. Наши взгляды пересеклись. Я попала в точку. Он и впрямь решил повесить заботу о мальчике на меня. Он думал, я подходящая кандидатура, старая вампирша и своего слугу в обиду не дам.

– Игор, – уже мягче произнесла я, – тебе не надо жертвовать собой, чтобы спасти ребенка. Просто выполни свою часть сделки, которую мы заключили вчера. Расскажи мне все, что знаешь о других вампирах Хориска. А я позабочусь о Рорике.

– Хорошо, сударыня.

Поднявшись, Игор поклонился так, словно я была его мастером.

Глава 4 АННОАНСКИЙ ОБЫЧАЙ

Большой паук свесился с ветки, качнулся на паутине и засучил тонкими лапками, снова взбираясь вверх. Чего на этот раз испугался паучо: прохладного ночного ветра или кареглазого мальчишки, норовившего схватить его?

Я стояла под деревом в городском саду уже больше часа, дожидаясь Игора, и приглядывая за мальчишкой-сунжэ. Жадану моя компания не нравилась. Но Игор взял с него слово, что пока он не вернется, Жадан от меня не отойдет ни на шаг. Вот пацан и развлекался всем, что в голову приходило. Со мной он не разговаривал принципиально. По его мнению, я слишком жуткая и жестокая. Потому что именно моя жестокость заставила Игора шпионить за молодыми вампирами в купеческом квартале. Иначе Игор ни за что бы не расстался с Жаданом.

Именно так рассуждал мальчишка.

А вот Игор напротив, всеми силами хотел вызвать мое доверие. Он не лизоблюдничал, не рассыпался в комплементах и лести. Зато условия сделки выполнял отлично.

К сожалению, вампир почти ничего не знал о сородичах, обитавших в Хориске. Ему пришлось всю прошлую и позапрошлую ночь побегать по городу. В конце концов, он узнал, что в купеческом квартале есть один подозрительный дом, к которому вели следы вампиров. Именно туда он сегодня направился. Надеюсь, Сайгум улыбнется и дарует удачу моему новому знакомому.

Меж тем прошло еще полчаса.

Жадан заметно нервничал. Его пальцы постукивали по крупному стволу ясеня, выбивая незатейливый ритм. Боковым зрением я подметила, с каким «дружелюбием» он на меня смотрел.

– Пошли, – наконец, решила я и двинулась по пустынной улице.

– Куда? – Жадан удивленно застыл, но тут же догнал меня и пошел рядом.

– Туда, куда ты рвешься.

– За Игором?

– А есть кто-то еще, кто тебя интересует? – я усмехнулась, отбивая у мальчишки всякое желание болтать.

Спустя десять минут темная ночная улочка вывела нас к богатому купеческому кварталу. Дома освещали огни кованых фонарей, стоявших по обе стороны широкой улицы. Притаившись в тени большого дерева, став так, чтобы его крона скрывала нас от любопытных глаз на вторых этажах и крышах, я обратилась к Жадану.

– Ну, сунжэ, твой ход. В каком доме есть вампиры?

Мальчишка с детским невинным удивлением уставился на меня.

– Да, ладно тебе! Я знаю, ты – слышащий кровь. Поторопись.

– Ха, – зло выдохнул посерьёзневший Жадан. – Это не так просто. Тебе Игор рассказал, да?

– Я жду.

Злобно посопев, Жадан все-таки принялся за дело. На практике это выглядело печально. В моем гнезде был один человек, слышащий кровь. Он пользовался даром легко и незаметно. Я часто сравнивала его с гениальным художником, который тремя взмахами кисти мог передать всю красоту Вселенной. С Жаданом было иначе. Паренек вспотел, а дыхание стало тяжелым и рваным. Ему не хватало практики.

– Никого! – шумно выдохнул Жадан. – Здесь нет нежити. Я и тебя плохо чувствую.

– Это потому, что я старая, – отмахнулась я. – Ты уверен? Больше никого?

Он кивнул.

– Ладно. Не отставай.

Я пошла, ориентируясь по чутью. Слышащий кровь – это неплохо, но интуиция вампиров тоже чего-то, да стоит. Со временем вампиры начинают чувствовать друг друга. Пусть слабо и далеко невсегда. Но это хоть какой-то результат.

Мой взгляд зацепился за приземистый особняк. Один этаж и небольшая мансарда с маленькими окнами. По каменным стенам взбиралась глициния. Её фиолетовые гроздья уже отцвели, зато сочная зелень вплотную подступила к полуоткрытому окну. Вроде бы ничего особенного, только атмосфера тут давящая. Дернув Жадана в тень, я еле слышно прошептала:

– Проверь этот дом. И не забудь, там есть подвал. Сможешь?

Жадан, скорчив недовольную гримасу, кивнул. Едва сунже воспользовался даром, как глаза его удивленно раскрылись.

– Ты права, – выдохнул он. – Четверо. Один на первом этаже, между дверью и окном. Остальные внизу.

– Ты, конечно, не смог понять, есть там Игор или нет, – я присела, примеряясь к дому. Мое чутье говорило, что в особняк придется заглянуть лично.

– Когда бы я учился управлять даром?

Я закатила глаза:

– Ты прав, у тебя не было ни единого шанса. Особенно, живя рядом с вампиром. Иди сюда, – не дожидаясь согласия, я дернула его в узкий переулок между двумя купеческими домами. Здесь громоздились ящики, и пареньку спрятаться в них – плевое дело.

– А ты куда? Игор сказал… – начал мальчишка.

– А я говорю, сиди тут, жди меня. Понял? И тихо. По кварталу ходит стража, видишь? – я указала на приближавщийся патруль. – Если они тебя заметят, посчитают воришкой. Пожалей Игора. Не дай себя увести в крепость.

– А ты? – Жадан устроился между ящиками.

– Увидишь, сунжэ.

Убедившись, что Жадан надежно спрятался, я подождала, пока стража, патрулирующая купеческий квартал, пройдет мимо. Легким шагом направилась к приземистому особняку. Перескочив низенькую ограду, я тенью заскользила к окну. Во дворе никакой охраны не видно. Странно.

Заглянув в окно, я не заметила ни одной горящей свечи или лампы. Все тонуло в ночной темноте. Вампирье зрение уловило чуть заметное движение. Спиной ко мне в кресле кто-то сидел. Его голова наклонилась в сторону, потом в другую, будто бы некто рассматривал что-то перед собой. Вот и первый вампир. Учитывая отсутствие наемной стражи, вряд ли в особняке находились живые.

У меня сложилось впечатление, что все не просто так. Будто меня специально заманивают внутрь. Чуть ли ковровую дорожку не стелят. Слишком особняк напоминает ловушку.

Отойдя от окна, я осторожно пошла вдоль дома. Здесь должен быть второй вход. Для тех же слуг. Узкая тропинка вела вперед. И удача! За углом я нашла простенькую деревянную дверь. С той стороны ее крпеко держал засов.

Приняв форму тумана, я скользнула в щель под дверью. Решив не привлекать внимания, тем же туманом просочилась под плотно закрытую крышку подвала. И только тут снова приняла человеческий вид.

В подвале горели масляные светильники. Их мягкое пламя придавало подобие уюта холодному земляному помещению. Как и положено, в подвале купеческого дома стояли сундуки. На некоторых из них висели прочные замки. Будь я вором-домушником, непременно заинтересовалась, что в них прячет купец. Только купец ли?

Подвал делился на несколько комнат. Миновав одну, я прислушалась. Жадан не ошибся. Здесь явно кто-то есть. Кто, мне предстояло выяснить. Прислонившись к стене, я уловила шорох шагов в соседней комнате. В дверном проеме я увидела края передвигавшихся теней. Люди болтали, будто вампиры не отбрасывают таковых. Ложь. Отбрасываем.

– Кхм-кхм, – прокашлявшись, я показалась в дверях. – Простите, тут мой друг не проходил?

В небольшом помещении, свободном от сундуков, на лавке сидели два вампира. Вернее, один вампир и одна вампирша. Их лица показались мне смутно знакомыми. А затем я вспомнила, где видела их. Мельком. В темном переулке Хориска. Хо! Да это те самые вампиры, что выпили старика, с телом которого мне пришлось сбегать из города. Те, что натравили на меня стражу…

Та-а-ак. Жадан говорил, что внизу вампиров трое. Я рассчитывала увидеть Игора… и увидела. Он сидел у стены, привалившись к ней, как самый настоящий труп. Глаза закрылись. Шею украшало ожерелье из засушенных рябиновых ягод. Высушенная рябина против нас сильнее, чем осина. Это знали далеко не все.

Я перевела взгляд на ошеломленных вампиров. Они удивились. Не ждали меня? Странно…

– А вот и он. Мой друг. Кто из вас, ребятишки, повесил на него эту дрянь? – я широко улыбнулась, показав острые клыки. – Впрочем, все равно. Живо ты, парень, встал и снял с него рябину.

Тут вампиры осмелели. Меня они тоже узнали, но, наверно, решили, что нападать я не буду. А если не буду, значит, я слаба. Как иначе? Если вампир не нападает сразу на обидчиков, то он слаб. Глупый детский менталитет.

– Ты нам не мастер, чтобы указывать, – заявила девчонка. Молодая совсем. Лет десять от обращения. Да кто ж ее из гнезда выпустил?

– Будь я вашим мастером, малышка, вы б меня с первого раза послушались. А так повторять придется. Парень, – я свистнула и указала пальцем на Игора. – Живо! Пока я добрая.

Вампир встал, оглянулся на девушку, но неуверенно пошел к пленнику. Вампирша выросла между своим приятелем и Игором, зарычала на меня:

– Не смей приказывать нам, старая карга!

Кто? Карга? Я??? Слышал бы Ноан…

– Взять бы, да оторвать твой паршивый язычок, малышка. Вот так, например.

В одно мгновенье оказавшись вплотную к дерзкой малолетке, я исполнила угрозу. О, да. Такую боль вампиры чувствуют. Темная кровь хлынула по подбородку вниз, заливая ее атласную желтую рубашку. Вампирша громко замычала, пытаясь оттолкнуть меня. Двумя ударами перебив ей ноги, я подошла к парню:

– Ну, заставишь меня третий раз просить? – спокойно осведомилась я, наклонившись над вампиренышем. Он вжал голову в плечи, с ужасом глядя на подругу. Усердно закивав, он метнулся к Игору. Беликий его подери! Парень еще младше своей подельницы. Если года четыре от обращения наберется – хорошо. Откуда ж такая мелкота вылезла?

– Кто третий? Наверху. – Мне надоели завывания вампирши, и, сжалившись, я чуть сжала ее горло. Прием этот действовал только на молодых вампиров. Они, как люди, теряли сознание. Как только девчонка замолкла, вампиреныш произнес.

– Наверху Чад, – он красными пальцами, плоть которых разъедали ягоды рябины, сдирал ожерелье-ошейник с Игора. На меня он старался не смотреть.

– Такой же, как вы? Малолетка? – я проверила карманы, да и всю одежду вампирши. В куртке и рубашке ничего не оказалось.

– Нет, – заикаясь, ответил вампир, – он старше. Ему тридцать.

– О! – я делано удивилась. – Ты прав, настоящий старик. Зачем вам мой друг?

Молчание. Я отвлеклась от обыска вампирши и с нажимом произнесла:

– Отвечай. Зачем он вам?

– Чад приказал.

В небольшой сумке на поясе вампирши я обнаружила странный флакон с какой-то алой жидкостью. Сунув его в карман, я скомандовала:

– Бери моего друга и эту… свою подружку. И пошли отсюда.

Вампиреныш не спорил. Я держала его в поле зрения ровно в двух шагах перед собой. Так мы добрались до лестницы наверх…

– К-крышка заперта, – залепетал вампиреныш. – Должно быть, Чад запер.

– Так позови его. Попроси отпереть, – я пожала плечами, показывая, что не вижу серьезной проблемы.

Сглотнув, парень позвал.

– Ча-а-ад! Чад!

Я ободряюще посмотрела на него, улыбнулась.

– Чад! Надо поговорить! – громче закричал вампиреныш.

Над нами послышались легкие шаги и голос:

– Чего орешь? Договорились же, вы там, как мыши! Сидите и молчите!

Я улыбнулась еще шире, чтобы у моего парламентера даже в мыслях не было уйти на попятную.

– Чад, тут дело такое… – вампиреныш мелко задрожал, – я подумал, а что если кто-то из старых вампиров объявится… Нам с Крепой никогда не справиться…

Хм, абсолютно согласна. Никогда.

– Что ты, как маленький?! Да кто явится?

Решив, что если Чад не откроет крышку погреба в ближайшую минуту, то сама ее вышибу, я размяла пальцы. Неужели вампир наверху не слышал вопли вампирши? Она ведь издавала на редкость громкие звуки. И Чад не обратил внимание? Не захотел проверить?.. Либо тут что-то не то, либо меня окружают сплошные глупцы… или трусы.

Крышка погреба скрипнула и с грохотом открылась. Я отошла, чтоб Чад меня не заметил, и одними губами произнесла «без глупостей».

– Это еще что? – тот, кого вампиреныш назвал Чадом, удивленно охнул, когда мой пленник со своей ношей поднялся по скрипучим ступеням.

– Это цветочки, – объявила я, в один миг оказавшись рядом с вампирами. – Сейчас будут ягодки.

* * *

Игор очнулся в разгар допроса. Он слабо шевельнулся в деревянном кресле, в которое я его усадила. Обвел комнату лихорадочным взглядом. Задержался на вусмерть перепуганном вампиреныше, свернувшемся на полу калачиком. Потом заметил все еще «отдыхавшую» вампиршу, крепко привязанную к перилам веревкой, на которой когда-то держалась люстра. (Сама люстра на пятьдесят свечей была аккуратно прислонена мною к стене у камина.) Последними Игор увидел нас с Чадом.

Я связала молодого вампира и усадила на диван. Руками, обернутыми тканью, я клала ему в рот по рябинке и заставляла тщательно пережевывать, попутно приговаривая:

– Что, еще не вспомнил, откуда у тебя такие ягодки? Нет? Смотри, какая красивая! Съешь еще одну, может память прорежется.

По подбородку пленника стекала его собственная кровь, разъедая кожу. Засушенные ягоды действовали как алхимический растворитель на вампирью плоть. По опыту я знала, вампир вот-вот сдастся. У молодых слабая воля.

– Сударыня? Как ты тут оказалась? – встрепенулся Игор. – Жадан?

– Ждет, – не спуская глаз с Чада, отозвалась я. – Как тебя скрутили, Игор? Пока мой собеседник потрошит свою память, я бы с удовольствием послушала тебя. Кстати, я говорила, что люблю кормить детей? – я подмигнула Чаду.

В рот сдавленно замычавшего вампира отправилась очередная ягодка.

Игор заворожено наблюдал за этим действом. Словно очнувшись, он тряхнул русой головой. В его глазах все еще плескались отголоски боли, причиненной ожерельем из рябины. Ему бы восстановить силы. Но я должна знать, что здесь произошло.

– Я выследил этих вампиров, – Игор указал сначала на молодого парня, потом на девушку. – И пришел сюда. Только перешагнул порог, как они втроем на меня навалились. Все. Больше ничего не помню.

– Ясно, – я кивнула, срывая рябинку, – ну, а ты как? Вспомнил?

Чад усиленно затряс головой.

– Вспомнил?! – обрадовалась я, похлопав вампира по щеке. – Да ты ж умница какой! Говори!

Обожженные рябиной губы и язык слушались парня отвратительно. Его речь казалась кортавой и невнятной.

– Мы ждали гонца. Он должен был оставить распоряжения, что нам делать дальше, и принести новую рябину.

– Стой, – я подняла ладонь. – Какой гонец?

– Гонец Консолии. Из столицы. Из Гуара[14]14
  Гуар – столица Гуарского княжества. Гуар возник на плодородных землях, однако люди вскоре застроили их. Главные достопримечательности: Алмазный дворец, крепостная стена, Руинный квартал.


[Закрыть]
.

Мы переглянулись с Игором. Похоже, он ничего не понял, как и я.

– Что еще за Консолия? – я медленно стала оборачивать тканью другую руку. Скосив на меня взгляд, сообразив, к какой «рябине» это приведет, вампир поспешно затороторил.

– Консолия – объединение вампиров. Молодых вампиров, лишенных клана.

– А что, стариков не принимаете? – подмигнула я. – У меня тоже клана нет.

– Консолия сильнее всех кланов. Мы – новое поколение детей ночи. Мы – ваша замена!

– Ой, гляди, – я взяла красную ягоду рукой обмотанной тканью. – Еще рябинка. Будешь?

Проследив, чтобы ягодка была тщательнейшим образом пережевана, я глянула на Игора. Тот с серьезным видом сидел в кресле. Даже на миллиметр не сдвинулся.

– Что скажешь, Игор? Знаешь про эту Консолию?

– Я молодой вампир, сударыня. Но, клянусь Сайгумом, ни разу не слышал об этом. Однако кое-что припомнил про гонца. Те двое, – он глянул на связанную вампиршу, – говорили о каком-то гуарском посланнике, который должен прибыть этой ночью. К сожалению, больше ничего вспомнить не удалось.

Он говорил искренне. Я чувствовала.

– Не переживай. Я дождусь его и сама все узнаю. Игор, твоя часть сделки выполнена. Отправляйся в гнездо моего брата. Он защитит тебя, пока я буду выполнять свою часть.

– Нет, сударыня, – вампир поднялся, сделав несколько шагов ко мне. Все еще на почтительном расстоянии, он поклонился. – Тебе пришлось спасать меня. Я должен вернуть услугу.

– Вернуть? – Я с интересом прищурилась. – То есть, идти с повинной к своему мастеру и вешать на меня мальчишку ты передумал?

Он не смутился. Только голову опустил.

– Прости меня за малодушие. Больше этого не повторится! Но я тебя не оставлю, пока не выплачу долг.

– Хорошо, уговорил! – тяжко выдохнула я. – А сейчас иди и поешь.

– Только с тобой, сударыня!

Игор выпрямился и встал чуть позади. Именно так стояли ученики возле своих мастеров. Спокойно, выжидающе.

– Ох! Сайгум с тобой, Игор, – я отвернулась, – ну, а ты как? Готов сотрудничать? Или еще не наелся?

Чад судорожно кивнул. Я убрала руки.

– Спрашивай, госпожа! – еле выдавил вампир.

Надо же, «госпожа». Еще несколько ягодок, и стану в его глазах воплощением великого Сайгума? Хм, нет. Скорее, садиста-Беликия.

– Все хочу спросить, кому принадлежит этот дом? – картинно огляделась я. – Обстановка, конечно, заурядная. Но толстые стены мне нравятся.

– Консолии, – незамедлительно ответил Чад. Собственное здоровье ему дороже каких-то тайн.

– Игор, – обратилась я к стоящему сзади мужчине. – Обыщи дом. Только аккуратно. Чад, в доме есть ловушки?

– Нет, госпожа.

– Будь осторожен, – сказала я Игору, – если тебя что-то насторожит, не трогай, позови меня. Ищи все. Документы, карты, вещи. Даже оружие. Абсолютно все.

Он кивнул и скрылся в темноте дома. А я перевела взгляд на Чада.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю