Текст книги "Хозяйка таверны на краю галактики (СИ)"

Автор книги: Ди Семина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

Глава 19
Лусия. Цена предательства?

Судя по данным, какие мне показывал Маркус, с Ромуса до Гиззы мы летели около

двух лет. Огромные транспортники не проходят сквозь врата древних, а курсируют в своём режиме между мирами, доставляя грузы и нищих переселенцев, таких как я и мой покойный муж.

Но этот корабль совершенно иной. За несколько дней он домчался до первых врат, затем продолжительный прыжок, на время которого нам дадут снотворное, многие люди плохо переносят эти перегрузки, но я решила отказаться ото сна:

– Я боюсь уснуть глубоким сном, этот страшный человек пару раз заглядывал в мою каюту, он ненавидит меня, – шепчу господину аль Эрэйму, потому что и правда очень боюсь.

– Хорошо я могу сидеть в твоей каюте и охранять сон, так тебе не страшно? – он отечески поправил покрывало на спящем малыше.

– Мне теперь вообще страшно, что, если на Ромусе все такие, как этот Эол, зачем меня вообще забрали? Рано или поздно кто-то решит, что мне не место среди живых, ребёнка заберут, а меня в расход.

Шмыгаю носом от слёз. Впервые так доверительно рассказала господину послу о своих страхах.

– Да, так бывает. Но у меня есть для тебя одно очень выгодное предложение! – он произнёс это таким тоном, как Люцифер, произносит обычно своё предложение, от которого нельзя отказаться, и цена ему – душа.

Обхватываю себя руками, пытаясь закрыться, но его это не пронимает, уже убедилась, что Армин действительно телепат, может, не самый сильный, но многое про меня понял.

– Обычно такие предложения ничем хорошим не заканчиваются, – шепчу в ответ, очень надеясь, что он передумает и не станет меня подставлять под очередные неприятности.

– А у тебя вообще очень мало хороших вариантов, девочка моя, – снова этот покровительственный тон.

– Вы, вы хотите со мной спать? – шепчу я, взрослая женщина, в теле уже рожавшей девушки, но претворяюсь девочкой, наивной ромашкой. Как же это его позабавило.

– Спать с тобой, чтобы потом он пришёл и убил меня, ну нет! Это не тот сценарий о котором я мечтаю. Найду себе наложницу проще, пусть не такую красивую, как ты, но и без проблем.

– Умоляю, не говорите загадками, я и так ничего не понимаю.

– Хорошо, поясню очень просто, у меня есть возможность дать тебе гражданство нашей планеты Ринор, к сожалению, отменить гражданство Ромуса может только император. Но он вряд ли это сделает, потому что сын, скорее всего, его!

– Мой сын, Антоша рождён от императора Ромуса? – простонал я, кто бы про что подумал, но для матери это и так понятно – такой папаша, это приговор на пожизненное «сидение» во дворце, пусть как нянька, но император меня не отпустит. Или убьет, а малыша заберет.

Вместо ответа он кивнул и улыбнулся, так мило и понимающе, что меня передёрнуло от ужаса, чтобы хоть немого скрыть волнение встаю и начинаю пустую суету, пелёнки перекладывать, расчёску на место, снова пелёнки, а у самой сотня вопросов в голове:

– Я суррогатная мать? Иначе зачем всё это? Зачем меня кто-то похитил почти три года назад? Зачем сейчас так показательно забрали с Гиззы? Обвинили в ужасном преступлении. За что мне всё это? Послушайте, а вы там как-то узнать не можете, может запрос, ну хоть намёк, что меня ждёт?

Сначала я в ужасе металась по каюте, словно искала выход с корабля, хоть в открытый космос, только бы не на Ромус. Но потом присела у ног посла и молитвенно сложила руки.

– Ради всего святого, помогите, я уже понимаю, что мне не выжить, не хотят они меня видеть, да вообще я жива только благодаря Вам, – всхлипываю, и зажимаю рот рукой, чтобы не скулить и не рассердить моего последнего спасителя.

– Я же сказал, что могу сделать тебе чип гражданки Ринора. Свободной гражданки, и даже предоставлю дом, или как это называется, семью.

– Фамилию? – ляпнула я и, кажется, сдала свою Московскую сущность. У них нет такого понятия, но ринориец меня понял.

– Да, именно. Как только я поставлю тебе чип, ты сразу станешь Лусией аль Эрэйм, госпожой из моего дома, что скажешь? – снова испытывающий взгляд.

– Имя красивое, но я что, ваша жена?

– Нет, скорее сестра! Этот чип сохранит тебе жизнь, никто не смеет посягать на ринорийцев. Но есть один момент, наши женщины одни не путешествуют, а я скоро вынужден буду пересесть на другой корабль, срочное дело меняет планы.

– Возьмите меня с собой! – я чуть не задохнулась, хватаю его руку и сжимаю, страх заставляет меня делать глупости.

– Не могу, но я навещу тебя на Ромусе, дам сопроводительное письмо, что ты знатная госпожа моего дома. Император не посмеет тебя обидеть.

– Но вы же захотите что-то взамен? – я опомнилась, вспомнила о цене, которая есть всегда.

– Твой мужчина, его зовут Рэндо, ведь так?

– Не могу сказать, – я отшатнулась, села на кровать и загородила собой Тони дура, не поняла, что этому монстру нужен Рэндо, вот почему он так ласков со мной Снова предательство, и на этот раз моё, но я не могу. Нет, нет и ещё раз ней.

– Не упрямься, когда он найдёт тебя, ты просто должна будешь подмешать в его еду этот безопасный порошок. Это метка, такая же как он поставил на тебе. Только я буду знать, где Рэндо находится.

– Извините, я справлюсь как-нибудь сама. Не могу так поступить с ним, не могу.

Лучше вы убейте меня прямо сейчас.

Начинаю рыдать в голос, но Армин неожиданно быстро вкалывает мне снотворное:

– Вот поэтому он тебя и выбрал, девочка. Но у меня есть другой вариант. Я помечу тебя, и когда он найдёт вас, и как бы его ни звали, кем бы он не притворялся, я получу его. И ты мне с этим поможешь. Лусия аль Эрэйм, уснёте с малышом, и я поставлю вам чипы Ринора, думай о ребёнке, глупышка, думай о Тони!

Я дёрнулась, но быстро провалилась в глубокий сон, как наркоз. Теперь ему ничто не помешает нашпиговать меня чипами и маячками.

В такого можно и влюбиться? Пусть это будет ОТМЫТЫЙ))) Рэндо)))

Глава 20
Ромус. Сердитый Гай

– О, великий! У меня новости, от которых кровь стынет в жилах, – начал театрально секретарь, и неестественно низко поклонился. Обычно он быстренько кивает и сразу к делам.

– Что случилось? Бунт? – император на секунду прикрыл глаза, шумно выдохнул и едва заметным жестом приказал подойти и приватно рассказать новость.

– Другой корабль захватил женщину с ребёнком. На неё публично надели ошейник рабыни, объявили преступницей, укравшей имперского наследника, прокричав Ваше имя. Дело случилось в Колизее Гиззы при огромном количестве свидетелей, много знати, плюс кто-то сделал запись захвата, и его пустили по многим каналам связи на потеху публики.

Гай сделался пунцовым, а позже дошёл до бордовой кондиции бешенства.

Вот он, ПОЗОР! Которого боялся Северин. А теперь и император! Позор самого Ромуса!

– Рассказывай всё по порядку, откуда сведения? Почему налоговый крейсер опоздал? – прохрипел Максимус, резко встал и отошёл, чтобы хоть немного привести себя в нормальное состояние, бешенство – удел слабаков.

Секретарь быстрыми движениями нашёл информацию на прозрачной панели, и сначала зачитал, а позже протянул императору, для личного ознакомления.

– Налоговый опоздал на пару суток, у них не такой мощный движитель, как у имперского крейсера «Рим-005» с дипломатической миссией, корабль возвращается с совета альянса, везёт депеши. На борту посол Армин аль Эрэйм, а капитан корабля – Вариус Эол, двоюродный брат Октавии. Простите, о, великий! Но они, кажется, не оставили выбора. Это уже позор. Теперь любую женщину, кроме Октавии, мир сочтёт преступницей в вашем доме. Это не просто позор, это скандал Тем более, на крейсере самый свирепый и непримиримый наш соперник во всех делах – ринориец, они повсюду суют свой нос, а потом и армию. Если инцидент произошёл при его свидетельстве, то этого младенца лучше посчитать чужим сыном, а случай ошибочным. Просто проигнорировать. Перед женщиной публично извиниться, сыграть роль безутешного вдовца и отца пропавшего сына. Иначе, я даже боюсь последствий. В это дело вмешается не наш сенат, а совет альянса свободных планет, из принципа влезут. А там скоро выборы, они через этот скандал подвинут наших представителей!

Император сжал кулаки, он сам весь этот расклад прекрасно знает, если враги хотят унизить Ромус, то лучшего предлога и не найти – скандал с гражданкой Ромуса.

Любовницей или даже женой самого императора, а про младенца даже вспоминать страшно, такие интриги всегда дорого обходятся. Это предательство, и предали его самые близкие люди: мать и жена! Октавию ещё можно понять, но Клодия? Как она могла?

Да очень просто, императрица-мать ненавидела своего мужа, возможно, ненавидит и сына, как начала тихую, скрытную войну против мужчин дома Максимусов, так и не может остановиться. Но такое злодеяние нельзя оставлять безнаказанным.

Секретарь переступил с ноги на ногу, мечтая сбежать, иначе ему первому попадёт от горячности императора за плохие новости, можно и десять ударов по спине получить, потому что самое ужасное, император пока не успел узнать.

– Ты много на себя берёшь, давая такие советы. Император не извиняется!

Женщину-преступницу убить, ребёнка забрать и отдать кормилице. Её чип пусть не забудут изъять и уничтожить. Это первое.

Внезапно молодой человек упал в ноги, опустил голову к коленям и застонал.

– Вы ещё не знаете самого ужасного!

– Она уже умерла? Ребёнок умер? Так, это избавит нас от всех проблем.

– Нееет Лорд посол альянса, распространил на неё дипломатическую неприкосновенность, она теперь имеет двойное гражданство. Ринорийка и гражданка Ромуса, за убийством такой персоны, неминуемо последует дипломатический скандал. Простите, не наказывайте меня слишком строго.

Гай побелел, с такой силой сжал челюсти, что секретарь поморщился от скрипа императорских зубов. Несколько секунд зловещей тишины, за такой поворот событий всем причастным грозит неминуемая показательная кара. И она не заставила себя долго ждать.

– И 6ез тебя есть кому понести наказание за этот прискорбный инцидент.

Записывай приказ, и начнёт он своё действие сразу после подписания. Сообщишь и на крейсер тоже.

– Слушаюсь, готов записывать, о великий! – секретарь тут же сел на полу, скрестив ноги, и на прозрачной панели приготовился набирать текст приказа. Но когда услышал первые слова, после традиционного имперского обращения замер, посмотрел снизу вверх как испуганный пёс, но опомнился и продолжил работу.

– Я, император великого Ромуса Гай Максимус, приказываю разжаловать адмирала Вариуса Эола до звания лейтенанта флота и сослать на боевой крейсер «Ромус-4500» на границу обжитых миров за превышение полномочий и самоуправство против гражданки Ромуса и Ринора Лусии Мерцо из дома аль Эрейм. Он не получил приказа от императора о депортации, не имея доказательств вины, опозорил женщину без суда и дознания, незаконно упомянул имя императора при аресте. Чем опорочил честь имперского флота в глазах посла альянса. Это тяжелейшее преступление. Наказание вступает в силу немедленно. Командором корабля становится старший помощник адмирал из дома Локус.

Император тут же приложил руку к табло и тем подписал приказ, разрушающий дружбу с домом Эолов. Но они могут праздновать победу, их дочь остаётся императрицей.

Секретарь вскочил и хотел убежать, но император жестом задержал, продолжил:

– Второй приказ по дому, но имперский совет должен получить уведомление, записывай!

– Слушаюсь – снова сел на полу и начал набирать, и теперь у парня волосы на

голове пошевелились.

– Приказываю лишить голоса императрицу Клодию и мою жену Октавию, женщин из дома Максимусов. Любые их приказы только через моё слово. Все, вплоть до распоряжения кредитами, рабами и распорядком дня!

Глаза секретаря от ужаса округлилась. Теперь эти женщины, имея самый высокий статус, не имеют никакой власти, даже над собой. Самое жестокое наказание, какое может быть, но никогда не применялось.

– Обоснование сего приказа, пожалуйста! – простонал секретарь.

– Эти женщины влезли в государственные дела, оповестили корабль императора и заставили ради своей корысти изменить курс, обвинить без суда женщину в смертельном преступлении, опозорили моё имя, которое с их подачи назвали вслух в Колизее, эта запись – достаточное доказательство.

Император завизировал и этот приказ. И раз не сказал о сроке, значит, лишение голоса – бессрочное.

– Эти женщины убьют или вас, или эту несчастную женщину, опозоренную. Ох.

– Когда они решились на преступление, то не подумали о последствиях, теперь у них появится время на размышления. Следующий проступок повлечёт за собой изгнание в дальнюю колонию. Я и это могу!

– Да, величайший! – секретарь снова резко поклонился и побежал «радовать» ненавистных первых дам империи.

– И последнее, приказать Северину не принимать дочь, она с этого дня подданная другой планеты, чужестранка. Это в его же интересах. Ребёнок родился через два года после зачатия, наш вид вынашивает дитя чуть более восьми месяцев. Мальчик физически не может считаться наследником. На этом дело приказываю закрыть, за слухи, домыслы и сплетни – штраф в казну от тысячи до десяти тысяч кредитов.

Секретарь быстро создал и этот документ, протянул императору панель для подтверждения. Поклонился и убежал радовать всех «заинтересованных».

Через несколько минут по дворцу прокатился дикий вопль Клодии, как волна хаоса распространилась, звеня ледяным ужасом мести, но мать не решилась войти к сыну и потребовать объяснений, это рискованный шаг, можно навлечь ещё более суровую кару на свою голову.

– Начинать войну со своими женщинами, замечательная идея, но они не оставили мне выбора, – проворчал император, пересматривая тёмную запись захвата Лусии, и снова смотрит в её синие испуганные глаза, наполненные слезами. Эта женщина когда-то улыбалась ему, и мечтала только о нём, клялась в любви и преданности. А теперь с каждой секундой стена или пропасть между ними ширится.

Ему к ней даже приблизиться нельзя.

Император еще какое-то время пересматривал запись, не выдержал, швырнул планшет на рабочий стол и вышел из кабинета, теперь и у него такое же неприятное чувство стыдливости, как недавно у Северина. И только у Октавии с Клодией стыда нет, о них в этом деле никто не упоминает.

– Иезекиля ко мне в приватные апартаменты, срочно! – прошептал в переговорное устройство секретарю, словно опомнился, что ещё один приказ остался не отданным, ведь Лусия с сыном летят сюда.

Глава 21
Опасная штучка

– Госпожа, проснитесь, через несколько часов прилетаем на орбиту Ромуса! – меня трясёт за плечо паренёк в форме имперского флота и пытается разбудить. Но глаза как склеенные, с трудом понимаю, где я и что происходит. Наконец, вспоминаю последний разговор с послом.

– Он дал мне снотворное, не могу проснуться. А малыш? – не только глаза, меня и тело не слушается. От неподвижного «сна» руки и ноги онемели, всё болит.

– Мальчик тут, тоже проспал два дня. Поэтому вам пора просыпаться, госпожа.

Скоро объявят посадку на шаттл, и в космопорт, там вас встретит специальный человек.

Я с трудом поднялась, хочется в туалет, Тони давно пора менять пелёнку, к счастью, мне выдали в медотсеке внушительную пачку одноразовых и непромокаемых почти «памперсов», стало намного проще жить, хоть с этим делом.

Тру пальцами виски, лицо, хоть немного очухаться от «наркоза», изобилие информации о скором будущем дезориентирует и пугает.

– Прости, а где посол?

– На корабле его уже нет, недолгая стыковка в космосе, и господин пересел на другой корабль, секретно у них всё:

– Другими словами, он нас оставил одних? – эта новость меня разбудила.

Неприятным холодом прокатилась по телу, с минуты на минуту могут войти гестаповцы и отыграться на мне.

Сердце от испуга стало колотить с такой силой, что затошнило, или давление скачет, но ужасное ощущение, и называется оно – беззащитность.

– Не пугайтесь! Посол ясно дал понять, что вы его родственница, жена его сына или племянника, как-то у них там эти связи семейные сложно называются, но вас уже никто не тронет. Простите, пойду, не хочу вам мешать.

Тошнота усилилась! Рэндо его родственник? Или это просто подлог, ложь, чтобы как-то заставить сдать моего мужчину?

Паренёк уже в дверях, пришлось его окрикнуть, потому что кроме вселенских, есть ещё местечковые проблемы и их надо решать сейчас:

– ОЙ, у меня просьба. Очень нужна помощь.

– Да, я готов, что нужно?

– Я пока приведу в порядок Тони, покормлю его, а ты, пожалуйста, принеси еду мне. А потом посиди с малышом, он уже начал ползать, боюсь его оставлять одного, пока сама в душ сбегаю.

– Да, конечно, буду рад помочь. Ну, я пойду за едой?

– ОЙ, да, а то сейчас от голода сознание потеряю, – улыбаюсь и начинаю разворачивать ароматные подгузники сына. Парень мигом выбежал.

Малыша помыла, ветрела и завернула в простынку, он сонный, но быстро присосался, эх маловато ему уже молока. Надо бы прикорм давать, но тут нечего предложить привередливому сыну повара, синтетическую еду сама с трудом ем, а уж сынок её и тем более плюёт. После бульончика в нашей с Эли таверне, эта еда кажется просто ужасной.

– Ну что, мой сладенький, покушал? Теперь легче? Сейчас прибежит парнишка и посидит с тобой. А я в душ, ты же не станешь плакать? – приговариваю, меняю очередной подгузник и кладу сына на кровать, неожиданно резкий стук в дверь заставил меня вздрогнуть. Слишком настойчивый, не спрашиваю кто, быстро открываю и замираю от ужаса.

– Что, портовая шлюха, не хочешь меня порадовать напоследок. Дрянь. Из-за тебя меня лишили всего! А раз так, я просто тебя придушу, – рука Эола сжимает мою шею, да с такой силой, что я начинаю хрипеть. Сильный гад! Никакие удары на него не действуют. Бьюсь как рыба на крючке, ещё немного и он сломает мне шею, в глазах всё темнеет.

И тут ой.

Я вдруг вспомнила один ужасный приём! Да простят меня боги! Пальцем, каким у нас обычно показывают непристойный жест, ткнула его в глаз, да с такой силой…

Я выбила ему глаз! Я! Пацифистка, шеф-повар, добрейшей души тётка из Москвы выбила настоящий глаз уроду!

Я выбила ему глаз! Я! Пацифистка, шеф-повар, добрейшей души тётка из Москвы выбила настоящий глаз уроду!

Он от неожиданности так громко взвыл, что прибежали ещё служащие. Но моя шея свободна, отпрыгиваю от своей нечаянной жертвы. С ужасом смотрю, как кровь стекает по его щеке.

– Грязь, дрянь. Мой дом отомстит тебе за всё! Тебе не жить – прошипел и тут же заткнулся, старший офицер буквально выдернул Вариуса из моей каюты!

– Отставить! Вы что себе позволяете? Она женщина посла! Какого вселенского позора на свою голову вы искали в каюте знатной дамы? – прорычал мой новый заступник. И скулящего Эола утащили в медотсек.

– Госпожа с вами всё в порядке? – уже чуть более спокойно спросил офицер.

– Он, душил меня, простите, мне ничего не оставалось, как защищаться.

Простите.

– Должен признать, что это очень эффективно! Сразу видно, что вы ринорийской расы! Они все такие! – в голосе незнакомого собеседника нотки любопытства и уважения.

– Какие? – всё ещё сипло переспрашиваю, самой интересно, какие же мы.

– Опасные! Не буду вам мешать, Рэмус сейчас принесёт еду, и больше вас не побеспокоят. И как он решился, хм, попытаться убить ринорийку, ну, идиот – ворча себе под нос офицер, слегка поклонился и прикрыл за собой дверь.

А я в шоке.

Это я теперь, значит, опасная штучка? Да уж! Слыть опасной, порой очень выгодно!

Глава 22
Ромус

Кое как смогла успокоиться после инцидента с глазом Вариуса, или как там его. Не ожидала от себя такой агрессии. Может, это «метка» Рэндо так работает?

Но в сознании чётко появилось объяснение: «Я – мать, и защищая своего ребенка, на многое способна, так что извиняйте».

Ну так-то да, это многое объясняет, сама себя теперь боюсь. Хоть табличку вешай «Внимание, это опасная женщина»

Шутки шутками, но меня всё ещё трясёт. Без лишних слов Рэмус забрал Тони в холл, где закрытый аквариум с разными рыбами инопланетными, очень красиво.

Пока мальчики развлекались, я за это время успела привести себя в порядок.

Собрала и завязала в узел остатки пелёнок, второе платье еще более откровенное, эх негусто с вещами. Ну хоть сланцы появились, а то босиком совсем неприятно по космопорту ходить, кто-то на корабле нашёл некое подобие женской обуви, собрали меня люди добрые всем миром, так сказать. Другими словами, я нищенка, которую сейчас выкинут и забудут. И поэтому пусть меня простят, за пару полотенец и покрывало, как туристка в турецком отеле, ей богу, стыдоба.

Вроде собралась, присела на дорожку и сразу печальные мысли. Переживаю за Эли, за Рэндо. А теперь переживаю, что из-за метки и чипов посла, я не посмею приблизиться к тому, о ком мечтаю каждую минуту, он теперь под запретом.

А о своих перспективах, мне ещё страшнее думать. Малыш на руках, денег нет, родных нет.

Хотя, можно же найти родственников Маркуса. Но вряд ли я им нужна.

Думаю обо всём, только не о главном.

Есть же ещё император, и одному богу известно, что у него на уме. Забрать сына?

Убить меня или признать женой?

От неопределённости слегка мандражит, вспомнился тот день, когда я вышла с корабля на Гиззу, плетясь за Маркусом. У него вид виноватого, побитого пса, а у меня еще хуже. Беременная, бездомная женщина, совершенно не понимающая что вообще с ней происходит. Помню, как меня стошнило у «трапа» шаттла.

И сейчас похожее чувство, и Маркуса нет, посла нет, и даже Рэндо нет.

Не заметила, как начала тихо плакать от безысходности

Только бы оставили в живых.

– Госпожа, не переживайте! Посол оставил чёткие инструкции на ваш счёт И пансион назначил, небольшой, но вполне достаточный для столичной планеты, – внезапно рядом со мной возник какой-то щуплый мужчина, вздрагиваю от неожиданности.

– Он мне ничего не сказал.

– А зачем? Для инструкций есть я. Второй секретарь. У меня дела в сенате, но и ваше обустройство на новом месте проконтролирую.

– Вы тоже ринориец? – сама понимаю, что на ринорийца он не тянет, слишком щуплый.

– ОЙ, нет, что вы. Я секретарь альянса, с планеты Ою-рис, госпожа. Делогис моё имя, – он поклонился, и я не успеваю ответить, что мне приятно познакомиться, потому что началась посадка по шаттлам. Нам пришлось очень быстро идти к терминалу.

– Спуск скоростной, так что малыша советую держать крепче.

На удивление мы летим довольно легко и без перегрузок, в маленькие иллюминаторы уже видны просторы мегаполиса. Если бы не летающие шаттлы, то я бы приняла этот город за сказочный древний Багдад, Рим, но это Ромус – планета город. Очень напоминает Землю. И так много чистых оттенков: небо, облака, океан, и воздух тут не такой, как на Гиззе. Очень надеюсь, что моему сыночку здесь понравится, Гиза не место для младенцев.

– Нравится? Вы тут бывали раньше? – секретарь задал такой вопрос, словно не в курсе, что я вроде как отсюда.

– Я потеряла память после долгого стазиса. Так что ничего не помню.

– Понимаю! Вот, мне уже ответили. Некто Иезекииль вас встречает в порту, пока я займусь дипломатическими вопросами, он вас проводит и поможет устроиться.

– Хорошо. Я боялась, что меня выкинут и забудут, – шепчу свои переживания. Но Делогис лишь улыбнулся. Кажется, господин посол основательно подготовился к моему переезду.

Через несколько минут шаттл замер на стоянке, двери открылись, и я поняла, что в сравнении с Гиззой, это рай, напоминающий средиземноморский климат. Вот почему Маркус так мечтал сюда вернуться.

Стоило мне ступить на поверхность планеты, как жизнь вокруг закрутилась.

Быстро подлетел летательный аппарат, нас удобно рассадили и умчали в шикарное здание космопорта.

– Госпожа аль Эрэйм? – не успеваю выйти, как меня окрикнул мужчина, высокий, холёный, как все вокруг, и что странно в одеждах, напоминающих древнеримские.

Казалось, что тут-то люди носят что-то современное и удобное, но нет.

А я постоянно отвлекаюсь, меня здесь поражает всё. Такой невообразимо странный микс футуризма и античности. Голова кругом.

Мужчина снова меня окликнул.

– 0Й, простите, да, это я! Вы меня встречаете? – пытаюсь улыбнуться, словно я расслабленная, и вполне привычная к такому богатству и фантастическим «видам» вокруг.

– Да, госпожа. Меня зовут Иезекииль, к вашим услугам. Так как вы родственница посла, то Его Величество император приказал мне позаботиться о вас наилучшим образом из всех возможных.

– Простите, а разве не господин аль Эрэйм всё устроил? – что-то нет доверия у меня к императорским заботам.

– Да и он тоже, но благосклонность императора вы должны принять, в качестве извинений за инцидент на Гиззе.

Он уже ведёт меня по залу, за нами молча следует Делогис. В этот момент пожилая пара буквально преградила нам дорогу. Но я предусмотрительно сделала шаг в сторону, и почти сбежала вслед за Иезекиилем.

– Это не она, – услышала сзади голос мужчины. Поворачиваюсь, смотрю на них долго, но не узнаю. Может, старые знакомые Лусии.

Стоило отойти немного, и я спросила шепотом сопровождающего:

– Эти люди, преградили нам дорогу, они меня знают?

– Родители погибшей Лусии Улисс, вы очень на неё похожи. Но они вас не признали. Инцидент исчерпан, госпожа аль Эрэйм.

И туг я решительно встаю в позу, не хочу зависеть от императора, даже в мелочах.

– Господин, прошу меня понять правильно! Я не желаю принимать от императора подачки за унижения и издевательства, какие пережила по вине захватчиков. Этот Эол, ненормальный извращенец. Поэтому, вынуждена отказаться от вашей помощи. Если императору так хочется загладить вину, то я извинения принимаю кредитами. Я по его милости потеряла всё и близких, и бизнес! Всего хорошего!

Делогис, проводите меня в дом посла, я верю только моему ринорийскому родственнику.

Разворачиваюсь, отдаю секретарю свой узел с пелёнками, и мы быстро уходим.

Наверное, гордые ринорийки так и должны поступать. И нечего тут извинения лепетать. За эти унижения можно заплатить, а уж после извиняться.

Да и не доверяю я императору. А вот родителей Лусии стало искренне жаль. Позже найду, как с ними связаться. Может, удастся наладить контакт, не чужие же люди, да и внук. Но, есть одно очень большое НО, через которое я не желаю больше переступать! Раз я ринорийка, то никому не позволено смотреть на меня сверху вниз. Если император или родители Лусии выкажут пренебрежение или хоть намёк на то, как со мной обращался Вариос Эол, то простите и прощайте.

Делогис повеселел. Похоже, что по уставу именно он не посмел бы отказать этому Иезекиилю, а я посмела и послала его за деньгами, раз выдернули меня с Гиззы от любимых людей, то путь теперь отвечают, и точка.