Текст книги "Наруто - Тень дракона (СИ)"
Автор книги: Денис Мухин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 49 страниц)
Zang
Наруто – Тень дракона
Пролог 1
– Данзо-сама, доклад от агента из Каминари но Куни, – в рабочий кабинет руководителя Корня заглянул подчиненный.
– Положи, позже ознакомлюсь, – отмахнулся стареющий шиноби, не отрываясь от чтения бумаг, уже лежавших на столе.
Оперативник Анбу Не положил доклад на стол и быстро скрылся, не желая находиться поблизости от начальства дольше необходимого – последнее время, характер оного, итак не самый легкий, стал еще хуже, словно под давлением свалившихся на организацию испытаний и мигом мог найти для «мающегося бездельем» подчиненного занятие по силам, обычно, не особо приятное и безопасное.
Вздохнув, Данзо отложил в сторону бумаги и с силой потер лицо, откинувшись в кресле. Кто бы что не говорил, а возраст давал о себе знать и даже хорошо тренированное тело шиноби порой не выдерживало нагрузок двадцатичасового рабочего дня. Вот только, даже этого времени порой не хватало, чтобы разобраться со всеми делами большой организации. Порой, ученик второго даже подумывал передавать часть дел (не самых важных), подчиненным, но привычка все контролировать и быть в курсе событий, вместе со здоровым чувством паранойи, сделать этого не давали. Тем более, сейчас, когда Корень переживал не лучшие свои дни, требовалось держать руку на пульсе и то, не всегда получалось среагировать вовремя, как не такой давний провал в столице Страны Огня.
Но, есть дела срочные, но способные подождать, как работа Орочимару, вместе с запросом на увеличение финансирования и закупки нового оборудования с несколькими подопытными, а есть дела, которые откладывать просто нельзя. К последним относились донесения шпионов и осведомителей из стана противников, что доставил подчиненный.
Взяв в руку пухлый конверт, запечатанный с помощью фуин, Данзо сложил печать концентрации и быстро начертил определённый символ на его обратной стороне. На бумаге проявились и начали стягиваться в одну точку символы, образовав иероглиф, на мгновение вспыхнувший и тут же пропавший, после чего Шимура спокойно распечатал бумажный конверт, сломав восковую печать.
Полученные знания по фуин позволили здорово усилить безопасность организации, начиная от передачи корреспонденции, сгорающей при вскрытии человеком, не осведомленном о небольшом сюрпризе и заканчивая лучшим сокрытием баз с коридорами ловушек, основанных на печатях. Пусть в процессе освоения новых знаний специалисты Корня и не обходились без несчастных случаев, но оно того, безусловно, стоило.
Достав пять листов, плотно покрытых с обеих сторон мелким текстом иероглифов, Данзо погрузился в чтения, начиная хмуриться с каждой проходящей минутой. Наконец, отложив в сторону бумагу, он глубоко задумался – новости из Кумогакуре но Сато были с одной стороны немного приятными – в очередной раз вырвался биджу, гробя джинчурики – а с другой стороны, очень тревожащие.
Несмотря на случающиеся происшествия, влекущие за собой довольно большие жертвы, кумовцы медленно, но верно оправлялись от удара, нанесенного им ушлыми Узумаки перед прошлой великой войной шиноби и медленно, но неуклонно наращивали военную мощь поселения, явно намереваясь взять реванш и потеснить Коноху на пьедестале сильнейшей из великих деревень.
И ладно бы только они – шпионы докладывали о бурлении в Иве – с восстановлением мощи деревни, среди проклятых ивовцев все чаще стали раздаваться призывы о мести Конохе за прошлое поражение. Пока Ооноки удавалось держать ситуацию под контролем, но еще года два-три и оправившаяся Ивагакуре могла вновь начать войну. Киригакуре уже год как пощипывала территорию текущего союзника, одновременно крутя какие-то дела с Казекаге, но то, что они влезут в кровавую свалку общей войны, пусть еще и не оправившись от прошлой, можно было даже не гадать.
Данзо сильно подозревал, что лидер Суны использовал кровожадных соседей для избавления от неугодных людей и просто соперников на свое место, но подтвердить этого не мог – завербовать находящего достаточно близко к власти человечка пока не удавалось, а рядовые шиноби мало что знали о происходящих подковерных разборках верхушки Суны.
По самым примерным прикидкам, следующая Великая Война Шиноби должна была начаться через два-четыре года, когда все стороны полностью восстановятся и Конохе опять придется вновь воевать на несколько фронтов. Конечно, если просто ждать у моря погоды. К сожалению, даже несмотря на точно такие же отчеты, попадающие на стол Хокаге, ожидать решительных действий от Хирузена не стоит – его больше заботит удержать свою задницу в кресле, что уже начало ощутимо шататься под усилиями кланов. Слишком многим давний соратник наступил на мозоли.
А Лист… Лист не готов воевать против всех. Пусть еще сильны кланы, а количество бескланового мяса растет, но с Ивой им не сравниться, не успел восстановиться Корень и в этот раз уже не будет Узушио, на которое можно натравить врагов, чтобы потом добить остатки. Теперь войну придется вытягивать самим, а на Суну особой надежды нет – как бы в спину не ударили, воспользовавшись моментом.
Необходимо было действовать сейчас, пока враги еще слабы и не на пике мощи, но благодаря политике Хирузена, у Конохагакуре но Сато слава миротворцев, не нападающих первыми, что открывает многие двери в политике, позволив брать заказы далеко за пределами Хо но Куни и привлечь на свою сторону немало малых скрытых деревень, использовав их как буфер между окружающими великими деревнями, что было очень полезно, это признавал даже Данзо. Но одновременно, это служило и сдерживающим фактором в тех случаях, когда необходимо было действовать первыми, пока преимущество в силе позволит выйти победителями даже при самых неблагоприятных условиях.
Конечно, Шимура мог организовать провокацию уже в текущий момент, не говоря уж про постоянное ведение подрывной деятельности в стане противника, но Анбу Не тоже далеко до прежней мощи и необходимо время на восстановление. Сейчас, когда вновь появился стабильный источник дохода, превышавший урезанное финансирование из бюджета Конохи раз в три-четыре, появились в достаточном количестве новые рекруты, необходимо было только время, чтобы вновь вернуться в строй и быть готовым к войне. А через годик можно было потихоньку и подготавливать почву, выставив одну из великих деревень агрессором.
Конечно, не только внешняя ситуация тревожила Данзо. Из-за ошибок старого соратника, кланы активизировались на политической арене Конохи, почувствовав отличную возможность уменьшить влияние Хирузена и сменить его на своего, более устраивающего, кандидата. Несмотря на недавние личные разногласия, глава Анбу Не по-прежнему выступал единым политическим блоком вместе со старейшинами и Сарутоби, продвигая давно определенный курс на незаметное ослабление кланов в пользу власти Хокаге и возможное смещение соратника на кланового лидера было нежелательно. В тоже время, текущая ситуация полностью устраивала стареющего ветерана – Хирузен стал активно продвигать кандидатом на свой пост Орочимару, даже увеличив финансирование его исследований, очевидно, пытаясь таким образом увеличить свое влияние на ученика. Вот только, змеиный саннин уже давно и плодотворно сотрудничал с Корнем, получив не только отлично оборудованный лабораторный комплекс, подопытных и деньги, но и накопленные организацией знания. И был настроен куда более лояльно к Данзо, нежели к старому учителю. А сменить одного Хокаге на другого, куда более лояльно относящегося к нему лично и проводящего куда более жесткую политику, Шимура вовсе не отказался бы. Тем более, он знал Орочимару очень хорошо и понимал, что исследования для змеиного призывателя значат куда больше власти как таковой – пост Хокаге ему нужен именно затем, чтобы получить свободу в этом отношении. А пока он днями занят в лаборатории, кто-то должен управлять деревней и решать повседневные проблемы. Одноглазый шиноби был уверен, что сможет перетянуть на свою сторону не только Кохару, но и Хомуру, приобретя куда больше власти, чем сейчас.
Хирузен же… Хирузен останется всего лишь главой своего клана и не больше. Пусть он тешит себя напрасными надеждами изменить сложившийся расклад и работает на благо соратника, но когда придет время, пусть и не рассчитывает встать у кресла Хокаге в качестве советника.
Вздохнув, глава Анбу Не выбросил долговременные планы из головы – всему свое время – и вернулся к работе, написав на запросе Орочимару «одобрено» и отложив в готовую стопочку.
Пролог 2
Шенесу Нара со вздохом откинулся в любимом кресле и позволил себе закурить трубочку ароматного табака, поставляемого кланом Сарутоби. Делал он это только в наиболее значимые моменты своей жизни, переняв данную привычку у отца. Собственно, повод был соответствующий – подготовка к смещению Хокаге с поста шла полным ходом и довольно успешно. Хирузен почти всем кланам был как кость в горле, а недавняя ошибка отвратила от него и большую часть бесклановых шиноби, что в последние годы набрали силу и уже могли ощутимо влиять на политику деревни. Нара проделал солидную подготовительную работу, чтобы Сарутоби не смог, как прежде, выбраться из той ямы, что сам себе и вырыл, а между тем, это позволило начать переговоры с остальными кланами, ранее занявшими выжидательную позицию, о смене текущего лидера на кандидатуру, всех устраивавшую – главу клана Хатаке. Помимо отличной репутации среди вооруженных сил, Сакумо имел достаточной личной силой, чтобы претендовать на звание Каге, обладал достойными личными качествами и имел желание побороться за пост. И что не менее важно – лояльно относился к Нара, благодаря дружбе с племянником.
На данный момент, в ходе напряженных переговоров, Шенесу удалось перетянуть на сторону образовавшейся коалиции клан Инузука, и так бывших очень недовольными политикой Сарутоби, благодаря личным симпатиям новой главы и ряду финансовых махинаций, что вывели собачников из-под влияния Сарутоби. Так же удалось добиться дружественного нейтралитета со вторым кланом Основателей, пообещав Учиха сделать полицию Конохи обще клановым образованием под их началом, а освободившихся шиноби зачислить в основные вооруженные силы деревни, чему ранее препятствовал Хирузен и старейшины. Пока были под вопросом Абураме, почти всегда поддерживавшие Третьего Хокаге, и наиболее многочисленный клан деревни – Хьюга. К сожалению, последние доставляли больше всего хлопот – обладая сильным политическим влиянием и числом, клан обладателей додзюцу был полностью на стороне Хирузена, державшего их старейшин на коротком поводке и как это изменить, Шенесу не знал. Пока. Но даже так, получавшийся союз имел очень большие шансы сменить главу деревни и Сарутоби это отлично понимал, принявшись активно продвигать в претенденты на пост своего ученика Орочимару, имевшего большую поддержку среди бесклановых джонинов и даже среди некоторых клановых, хотя раньше удерживался от подобного шага, предпочитая видеть преемником Джирайю. Вполне ожидаемый ход со стороны противника и Шенесу уже подготовил пару контрмер, чтобы это компенсировать.
Что вызывало недоумение и даже опаску у главы Нара, так это полное отстранение от подковерной борьбы Данзо, ранее всегда поддерживавшего соратника, несмотря на внутренние разногласия. Столь необычное бездействие заставляло напрягаться и рыть землю в поисках причины – слава у Шимуры вполне определенная, пусть и слегка раздутая слухами, но одноглазый шиноби способен на все, если считает, что это пойдет на пользу Конохе. Конечно, даже в его организации имелись ниточки, за которые можно было подергать в случае необходимости, но едва ли ими можно было воспользоваться больше одного раза, так что Шенесу предпочитал приберечь должников для действительно важных случаев. К тому же, в союзных кланах имелись личности, сочувствовавшие главе Анбу Не и отслеживание их активности и попыток повлиять на политику родных кланов по тем или иным вопросам, могло дать много информации, умеющему думать шиноби.
Малые кланы можно было не принимать во внимание, поскольку, склонить чашу весов в ту или другую сторону они не могли, чего не скажешь о совете джонинов, но тут у Шенесу все было схвачено, несмотря на постоянные попытки Сарутоби укрепить свое положение за их счет. Не обладая корнями, большинство бесклановых джонинов сильно радели за Конохагакуре и достоинство деревни даже в глазах соперников и врагов, не говоря уж про союзников, вот только Хирузен в этом отношении здорово облажался, откровенно подставившись, чего не простили бы даже Первому Хокаге. Потому, при прощупывании почвы, подавляющее большинство членов совета были согласны поменять текущего лидера на более щепетильного в вопросах чести и собственных поступков, а остальные вовсе не прочь оказать услугу единственному практикующему ирьенину первой степени.
Шиноби с удовольствием затянулся и выпустил несколько колечек дыма.
Рью-кун очень вовремя вручил в руки Шенесу такой весомый политический козырь, а уж инициатива с частным клановым госпиталем вообще должна была вывести Нара в ряды наиболее влиятельных кланов Конохи, на ряду с теми же Хьюга. Но главный умник Нара уже сейчас начинал чувствовать давление, что приходит с подобным статусом – в среде шиноби влияние необходимо подкреплять силой, а в этом отношении пользователи тени, увы, подкачали, больше предпочитая шевелить мозгами, чем надрываться на тренировках, даже в прошлом не имея в своих рядах бойцов эС ранга.
Собственно, наиболее близко к этому уровню подобрался Рью-кун, благодаря крови Узумаки, вот только он до сих пор был токубецу джонином и пока не предпринимал никаких движений в сторону повышения, предпочитая заниматься делами и не демонстрировать собственную силу широкой публике. До недавнего времени, глава Нара полностью поддерживал подобную позицию, предпочитая иметь в рукаве козырь-другой, чтобы вытащить в нужный момент, как было на собрании после второго этапа Экзамена на чунина, но сейчас клану нужен сильный боец, входящий в самую элиту сил Конохи. Пусть все знают, что ирьенин первой степени неминуемо дорастет в силе до упомянутой планки, рано или поздно, достаточно лишь взглянуть на Хиши Хьюга и Тсунаде Сенджу. Но никто не ожидает, что Рью-кун уже может встать почти на одном уровне с учениками Хокаге, пусть пока и не обладает должным опытом более старших коллег. Вот только, это не помешало ему дать отпор древнему нукенину, сражавшемуся еще с Хаширамой и ушедшему при этом живым.
Учитывая почти гарантированное вмешательство Сарутоби в выбор противника для экзамена, Шенесу вполне обоснованно сомневался, что кто-то сможет заставить племянника раскрыть все свои возможности для уверенной победы. Наоборот, победа над сильным джонином еще больше увеличит репутацию молодого шиноби, обратив все усилия противника себе на пользу. Конечно, был маленький шанс, что Хирузен совсем потеряет остатки здравомыслия и выставит кого-либо из двух своих учеников, но даже в этом случае, он только глубже выкопает яму, в которой сидит, а повторно пройти экзамен можно и при новом Хокаге. А уж если Рью победит…
Шенесу на мгновение зажмурился, позволив себе помечтать несколько мгновений, глубоко затянувшись табачком, но потом отогнал непрошенные мысли и сосредоточился на настоящем.
План хорош, но прежде чем начинать его подготовку, следует пообщаться с племянником и обсудить все нюансы – пусть Рью-кун пока юн, но голова у него варит отлично, к тому же, Шенесу уже вышел из того возраста, когда считал, что все соклановцы должны повиноваться главе клана беспрекословно и необходимо сперва прозондировать почву, чем в самый последний момент узнать, что главный винтик плана имеет совсем другое мнение относительно своей роли в этом самом плане. Портить отношения с племянником из-за простого отсутствия коммуникации вовсе не стоит, ведь на его личности и влиянии многое завязано и стоит Рью взбрыкнуть, как выстраиваемый главой Нара карточный домик планов мигом рассыплется. Допускать же этого нельзя – еще год-другой и будет новая мировая война, это опытный шиноби видел по донесениям шпионской сети вполне ясно. До этого времени, необходимо усадить на трон Хатаке, иначе, после окончания следующей Мировой Войны Шиноби, клан Нара вынужден будет прощаться с еще большим количеством своих членов, а Шенесу давно устал хоронить семью и близких, о благополучии которых обязан заботиться.
– Шенесу, хватит просиживать задницу в кабинете без толку, – возникла в приоткрывшейся двери голова жены, – иди позови Шикаку и его вертихвостку, обед будет готов через пару минут.
И дверь захлопнулась.
– Хорошо, любимая, – вздохнул шиноби и вытряхнув скуренную трубку в пепельницу и убрав в ящик, себе под нос пробормотал, – проблемная женщина.
Дверь распахнулась и на пороге снова показалась Сецура, угрожающе сжимая между пальцами правой руки сенбоны и приторно улыбаясь.
– Ты что-то сказал, дорогой?
– Я всего лишь сказал «будет исполнено», – не моргнув глазом ответил Шенесу и поспешил ретироваться сквозь открытое окно, – пойду, позову Шикаку-куна.
Какие тут планы, коль лучшая половина изволит находиться в плохом настроении.
Глава 1
– Все же возвращаешься? – вздохнул я, наблюдая, как Мито запечатывает последние вещи в свиток.
– Ну-ну, Рью-кун, не грусти, – обернулась ко мне аловолосая красавица, слегка насмешливо улыбнувшись, – у тебя достаточно женской компании, чтобы долго не скучать по этой старой женщине, хо-хо-хо.
– Как будто я это имею ввиду, – фыркнул, закатив глаза на ее слова, но затем продолжил уже серьезно, – из всех людей, что делились знаниями со мной, ты больше всех заслуживаешь звания Учителя, пусть никогда и не признавала этого, спасибо, – не поленился отвесить уважительный поклон.
И я был полностью правдив в своем признании, ведь, несмотря на спасенную жизнь и очень дальнее родство, прекрасная Узумаки вполне могла отплатить куда меньшим, ведь клановые знания в этом мире ценятся намного больше, чем чья-то жизнь. Пусть она почти наверняка, многое из своих знаний удержала, учитывая прожитую жизнь и накопленный опыт, но даже сравнивая с тем объемом учебников по фуин, что достался от отца, разница будет в десяток с лишним раз, а ведь это не только чистые знания, но и обучение их применению на практике и детальное разъяснение всех нюансов фуиндзюцу, что не будут упомянуты на бумаге просто потому, что все Узумаки об этом и так знают с самого детства от наставников. Одно то, что с помощью Мито, удалось не раз спасти жизнь и здоровье дорогих мне людей, уже заслуживает глубокой благодарности. Ну и постоянные тренировки с противником ее силы и опыта, позволили мне подняться на текущий уровень силы куда быстрее, чем это получилось бы в ином случаю, несмотря на все прилагаемые усилия.
– Ох, Рью, настоящий Учитель дал бы тебе куда больше, – вздохнула красавица, подойдя ко мне и нежно проведя рукой по щеке, – тем более, такой усердный и талантливый ученик как ты, окажет честь любому.
На это я мог только хмыкнуть про себя – когда точно знаешь, что уже завтра на миссии тебя могут прирезать просто потому, что сегодня ты гонял балду, вместо того, чтобы выкладываться в тренировке на полную, мотивация появляется такая, что горы готов свернуть.
– К тому же, – внезапно, усмехнулась Мито, – нечего тут наводить похоронные настроения, ведь здесь остаются мои клоны, – оставить без присмотра Кушину она не решилась, как и сообщать о своей отлучке, – и при большой необходимости, ты всегда сможешь использовать призыв для отправки сообщения, и я вернусь в Коноху, тем более, поучаствовать в смещении Хирузена желаю лично.
Ну да, теперь, когда в Конохе имеется еще один контрактор пантер, перемещение с помощью призыва будет возможно из Узушио в любой момент времени, как и возвращение обратно.
– Ты уверена, что не хочешь посвятить Кушину-чан в истинное положение дел? – вопросительно вздернул я бровь. – Рано или поздно она обнаружит подмену и предсказать реакцию нашей помидорки я не возьмусь, но то, что это будет громко, могу гарантировать.
– Именно из-за ее импульсивности я и приняла такое решение, – отметающе помахала рукой Узумаки, возвращаясь к сборам, – готова поспорить, без скандала дело не обошлось бы и через пол часа вся деревня окажется в курсе моего возвращения домой.
– Пожалуй, – вынужден был согласиться с ее словами.
– Возможно, после смены Хокаге это стоит сделать, – все же согласилась с моей точкой зрения Мито, после небольшого молчания.
– Только меня не стоит упоминать при этом, – попросил ее, – и так Кушина-чан сильно зла после всего произошедшего.
И так пришел проводить старшую Узумаки только потому, что младшая отправилась выполнять курьерскую миссию с Сакумо и оставшимся генином вне деревни.
– Возможно, не стоило изображать из себя поросенка, когда впервые увидел ее в таком виде? – иронично заметила аловолосая красавица, неодобрительно покосившись в мою сторону. – Это был огромный удар по ее гордости.
А я с трудом сдержал смех при одном только воспоминании того лысого чуда, что появилось в гостиной, лупая глазами, когда я пришел проведать победительницу турнира через пару дней и предложить свою помощь в восстановлении бровей и шевелюры. Зрелище было настолько неожиданным, что я не только выплюнул чай, что в тот момент пил, но и не смог замаскировать вырвавшийся смешок под кашель. Естественно, после этого мне пришлось очень-очень быстро удирать от разъяренной джинчурики, чтобы не оказаться в состоянии мясной отбивной.
– Иногда, я забываю, что ты такой же импульсивный ребенок, что и сама Кушина-чан, – вздохнула Мито, не разглядев на моем лице и следа раскаяния.
– Эй, я намного лучше ее! К тому же, тут любой на моем месте не смог бы удержаться, – немного оскорбился на такое сравнение.
Оказавшись в безопасном месте, я еще пол часа самым натуральным образом ржал при одном только воспоминании о лысой как коленка, сверкающей голове Кушины, прежде чем смог успокоиться.
– О Ками! – закатила глаза Мито, но продолжать тему не стала.
Сборы продлились еще десять минут, после чего, Узумаки создала каге буншина, потратив львиную долю своего объема чакры, после чего налепила на него печать стабилизации и вручила пачку подготовленных свитков.
– Клонов примерно на полгода хватит, а там я новых пришлю, если будет надобность, – повернулась она ко мне, – держи меня в курсе событий, Рью-кун.
– Обязательно, – кивнул ей и подойдя, крепко обнял, – передавай привет деду и родне, скажи, что у меня все хорошо и покажи фотографии с семьей.
Вынув давно приготовленный конверт, я протянул его Узумаки.
– Не волнуйся, все передам, тем более, мы с Рюджи-куном в любом случае встретимся, – предвкушающе оскалилась куноичи, принимая конверт.
Блин, по альбом-то она и не забыла, несмотря на то, сколько лет прошло. Мне оставалось лишь помолиться за здоровье деда, когда принцесса Узумаки будет воздавать по всем заслугам.
– Кучиесе но дзюцу, – сложив печать, куноичи прикусила большой палец и прижала руку к полу.
В тот же момент, окруженная клубами дыма, возникла крупная, черно-серая полосатая киса.
– Мито-сама, пора? – спросила она неожиданно тонким и звонким голосом, больше подошедшим бы юной девочке.
– Да, Аошо-чан, – кивнула она, – полагаюсь на тебя.
И в следующее мгновение они с громким хлопком исчезли одна за другой, оставив после себя только небольшой дымок.
– Ладно, пока, Мито-чан, я буду иногда забегать, проведать, – кивнул я клону.
Со стабилизирующей печатью и огромным резервом, каге буншин способен продержаться не один месяц, прежде чем надо будет распечатывать следующего и отсутствие Узумаки никто не сможет заметить, включая и Кушину.
– Полагаю, это немного скрасит мое существование, – улыбнулась красавица, – и не забывай, что пока оригинал отсутствует, забота о храме масок ложится на твои плечи, сама я преодолеть защиту не смогу по очевидным причинам.
– О, спасибо, что напомнила, – поблагодарил ее, – совсем вылетело из головы.
Эх, еще и эта забота свалилась на меня, хотя Мито вполне могла бы переложить эту обязанность на Кушину, что постоянно здесь живет и уже вполне выросла для выполнения ответственных обязанностей, в отличие от времени, когда только появилась в Конохе.
Покинув клан Сенджу, я забежал в лавку печатей, проверить беременную любовницу, как раз в этот день работавшую там, после чего поспешил домой – время приближалось к обеду и скоро должны были подойти ученицы со своими трофеями. Раньше мне в руки не попадались настоящие боевые куклы, пусть и уровня генина, так что было любопытно посмотреть на их строение и разобраться в принципах использования.
Конечно, нечего и думать взять искусство кугутсу на вооружение – этому учатся с самого детства долгие годы и секреты создания и управления передаются через поколения в практикующих это семьях или от учителя к ученику, иначе, джонин кукольника из Суны уже давно требовал бы возвращения трофеев. Вот только, хоть сам я уже нифига не помню, кроме основных событий сюжета, но в записях о наиболее примечательных личностях мира шиноби, описываются совершенно крышесносящие вещи, что творили старейшина Чиё и ее внук Сасори, с помощью искусства кугутсу. Взять мертвый труп обладателя кеккей генкая и превратив его в боевую марионетку, использовать все доступные при жизни силы? Оставить от родного тела только сердце в покрытом печатями цилиндре и при этом оставаться живым и способным сражаться на уровне элитных шиноби? Использовать сотни марионеток одновременно как маленькую армию? Дать куклам возможность использовать натуральные силовые щиты? Воскресить недавно умершего, заплатив собственной жизню, да еще и без помощи Шинигами? Вещи, звучащие потрясающе даже для сильнейших шиноби, оказывается, вполне реальны для пользователей кугутсу высокого уровня мастерства. Сплав ирьёдзюцу и фуиндзюцу с уникальным уклоном, если я не ошибаюсь, сулит очень соблазнительные возможности. Положим, использовать пленных врагов я и сам научился с пользой, пользуясь знаниями из прежней жизни, а вот как остаться в живых с уничтожением почти всего тела, включая мозги, если ты не жрец Дзясина, я пока совершенно не могу представить.
Конечно, сомневаюсь, что поделки генина способны меня удивить, но надо же с чего-то начинать? Ну и теперь уже чунины хоть чему-то научатся и может, даже возьмут на вооружение.
– Добрый день, сенсей, – с небольшим поклоном поприветствовали меня девушки, преодолевая защиту участка по моему кивку.
После формальной сдачи команды, я убрал их чакру из списка людей, что имели возможность беспрепятственно проходить на охраняемую территорию.
– И вам привет, – кивнул им в ответ и махнул рукой идти следом.
Мной уже был подготовлен рабочий стол и инструменты для разбирания-распиливания-разрубания марионеток, так что я не стал терять времени, проведя учениц в подвал, лишь задержавшись на пару мгновений, чтобы предупредить жену об этом и попросить позвать на ужин, когда будет готов – зная себя, мы можем копаться в новых игрушках до самого вечера без перерыва, а ученицы и словом не обмолвятся о необходимости перерыва. Было, проходили, втык от женщин получал и теперь всегда их предупреждаю заранее.
– Выкладывай свои трофеи, – похлопал я по массивному столу-верстаку из грубых досок, сколоченному на скорую руку и способному выдержать довольно солидный вес.
Естественно, о безопасности я не забыл, нанеся по краю несколько барьерных печатей, призванных обеспечить сохранность исследователей даже при самых неблагоприятных ситуациях.
– Какую распечатывать? – спросила Хоши, доставая пару свитков. – Обе они здесь не поместятся.
– Давай ящера, а многоножку оставим на потом, – выбрал после секундного колебания.
Деревянная туша в клубах дыма появилась на столе, и я сразу же обнаружил, что изначально ошибался в определении использованного материала – поделка генина оказалась лишь снаружи выполнена из дерева, но в немногих щелях между щитами проглядывал каркас из металла. Очевидно, дерево было просто дешевле в использовании. После предварительного осмотра, было ясно, что для креплений дерева между собой использовались обычные скобы там, где это было возможно без уменьшения подвижности марионетки, а к каркасу внешний слой надежно крепился болтами. Шарниры пяти массивных конечностей оказались – неожиданно! – из дерева и смазанные чем-то вроде масла или смазки. Полагаю, из-за большей простоты обработки с помощью чакры, что изрядно упрощала технологическую цепочку. Собственно, простым осмотром со всех сторон, больше ничего узнать не удалось – челюсти головы оказались заклинены намертво, а в хвосте было видно только плоское отверстие.
Вооружившись инструментом и монтировкой, мы приступили к аккуратной разборке ящера, предварительно зарисовывая и отмечая положение отделяемой части, чтобы потом можно было все собрать обратно. И в первую несколько минут, я обнаружил довольно любопытную печать, что была нанесена на как на внутренней стороне каркаса марионетки, так и ее лапах, хвосте и голове. Попытки ее активировать чакрой ничего не дали, но следуя логике, это что-то вроде управляющей печати, причем, защищенной от «взлома» чужой чакрой, что вполне разумная предосторожность от захвата своего оружия более опытными пользователями кугутсу. Как любопытно.
