Текст книги "Наруто - Тень дракона (СИ)"

Автор книги: Денис Мухин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 49 страниц)

Глава 12

Постучав в дверь, я дождался быстрых шагов с той стороны и через несколько мгновений мне открыла старшая Митараши. Она была, что называется, при полном параде – традиционное одеяние небесно-голубого цвета, замысловатая прическа на голове и легкий налет макияжа, лишь подчеркивавший природную красоту. Лишь домашние тапочки немного выбивались из стиля, но не ходить же ей в босоножках дома?

Причина для этого была довольно проста – несмотря на свою загруженность в последние несколько дней, я все же выбрал время для посещения, заранее отослав с клоном весточку для Акико во сколько буду, вместе с предметом разговора. И так тянул с этим делом слишком долго, оправдываясь перед собой занятостью и кучей других дел. Раз уж собрался переселять семью Митараши в клановый квартал, то стоит сперва узаконить наши отношения официально и после того, как новость разойдется, действовать. Собственно, это неплохая дымовая завеса перед большим шухером у Хьюга, на которую обратят внимание буквально все, как это было с Минато и Джирайей перед экзаменом на чунина и Шенесу со мной полностью согласен. Документы уже заполнены и ждут своего часа на подпись, вот только до заветного момента, должен быть серьезный разговор как с родителями, в данном случае, родителем, так и самой поступающей в обучение.

– Рью-сама, добро пожаловать, – уважительно поклонилась бывшая куноичи и посторонилась, пропуская меня, – прошу.

Кивнув, я вошел в дом и сняв сандалии шиноби, пересек прихожую, входя в гостиную, где меня уже ждала кандидатка в личные ученицы. Облаченная почти в такие же одежды, что и мама, но в алом цвете, явно чтобы угодить мне, с очень серьезным выражением на маленьком личике, что только вызывало умиление и желание потискать девочку, Анко вскочила с диванчика и глубоко мне поклонилась.

– Рью-сама! – явно замотивированная старшей Митараши по самое не могу.

Учитывая то, что я приобрел им обеим билеты на прошедший экзамен на чунина, чтобы продемонстрировать собственные возможности на ниве обучения наглядным примером, трудно было ожидать иного отношения, и я это полностью одобрял – гораздо лучше работать именно с ученицей, как следует замотивированной самостоятельно, чем придумывать способы эту мотивацию обеспечить, что отлично видно на примере трех моих бывших подопечных.

– Здравствуй, Анко-чан, – кивнул ей и не удержавшись, потрепал по голове, разом нарушив всю атмосферу торжественности.

Мгновенно это почувствовав, девочка вскочила и широко улыбаясь, устроила свои обычные обнимашки, вызвав обреченный вздох у матери, на что я лишь легкомысленно пожал плечами, никогда не приветствуя церемониал, хотя, как запасной наследник, был прекрасно обучен и при случае, мог не ударить в грязь лицом. Другое дело, что чем сильнее ты становишься, тем больше тебе становится пофиг на все эти заморочки и мнение окружающих людей, принимающих такое поведение как должное. Право сильного во всей красе.

– Так, Анко-чан, сейчас у нас должен был бы состояться серьезный разговор об ответственности, усердии и тому подобных вещах, в результате которого я принял бы свое решение о взятии или не взятии личного ученика, – стартовал я с места в карьер, – но так как мы все понимаем, что по факту, это уже произошло, то эту часть пропустим, – у меня действительно мало времени, чтобы еще и на это тратить зря, – девочка ты умненькая, так что просто обсудим, что будет после подачи документов и закреплении за тобой статуса.

– Хорошо, Рью-ни! – с огромной лыбой покивала головой упомянутая, отцепляясь от меня и усаживаясь на прежнее место, всем видом выражая готовность слушать, а позади раздался тихий шлепок.

Обернувшись, застал картину рука-лицо в исполнении старшей Митараши, явно настроенной именно на торжественный церемониал с паданием на колени и отбиванием пола головой перед мудрым учителем всей семьи, которой сопровождается процедура. Там еще много всякой фигни, соблюдать которую я был не намерен.

– Так вот, через некоторое время, я намереваюсь забрать тебя с мамой в клановый квартал на постоянное проживание, – вывалил я новость, опустился я в кресло напротив малявки, игнорируя прерывистый вздох девушки, – все же личная ученица должна находиться под рукой, а не где-то там, вдалеке, – помахал я рукой, – тем более, у тебя возраст как раз подходящий для начала обучения в академии шиноби, но без наставников Сенджу, качество меня откровенно не вдохновляет, а наши клановые учителя прекрасно справятся с подачей общей базы, – и кинув взгляд на замершую словно каменное изваяние Акико, добавил, – естественно, без обучения клановым хидзюцу и комплексу упражнений.

Шенесу буквально вчера дал добро, посоветовавшись со старейшинами, которые оказались обеими руками за, едва только услышали о возможности вырастить в клане куноичи уровня Тсунаде. Старички вообще очень активно поддерживают мои начинания с тех пор, как поправил здоровье имевшихся ветеранов настолько, что мешки на всех возить можно, хотя и раньше особых проблем не наблюдалось.

– Рью-сама, вы уверены, что это возможно сделать? – спросила выдохнувшая девушка, даже так понимая значимость упомянутого события и явно опасаясь негатива со стороны клана в сторону семьи и меня.

Как хорошо, что мы не Хьюга или Учиха с их повернутостью на некоторых вещах.

– Конечно, это одобрено не только главой клана, но и всеми старейшинами, – успокоил ее, – мы же не какие-нибудь белоглазые или красноглазые чудики, а ленивцы Нара, не придающие таким вещам большое значение, так что кроме слуха о появлении у меня очередной любовницы, ничего не будет.

Акико смерила меня задумчивым взглядом, игнорируя вопросительное выражение лица дочери, почти ничего не понявшей из произнесенного и молча взывавшей помощь зала, после чего решительно кивнула, заставив меня закатить глаза.

– Не обращай внимание, Анко-чан, это значит, что ты будешь обучаться в группе вместе с другими детьми своего или около того, возраста, – со вздохом пояснил девочке, – на первых порах я буду лишь отслеживать общее развитие и вносить корректировки, если это понадобится, все же возраст у тебя небольшой для серьезной нагрузки, но постепенно буду включаться в процесс.

– Хорошо, – послушно кивнула младшая Митараши.

– Это что касается основных моментов, теперь частности, – перешел я к более важной части, – я тебе говорил, что у меня имеется дочь лишь немного младше тебя и твоей задачей будет стать ей достойной соперницей.

– Соперницей? – удивилась она. – Не подругой?

– К сожалению, Цуми-чан очень здорово не хватает мотивации в последнее время, – покачал я головой, – и появление личной ученицы может здорово с этим помочь, а так как девочка она весьма одаренная во всех отношениях, то всегда быть впереди будет весьма сложно, но безусловно полезно – ничто так не стимулирует, как дышащий в затылок соперник.

А там, с потенциалом Анко, могут получиться две куноичи весьма впечатляющего уровня, вместо одной.

– Почему нельзя быть одновременно и подругами, и соперницами? – смешно свела глазки в кучку девочка.

– Если у тебя получится, то дерзай, – улыбнулся я и тут же серьезно ее предупредил, – только если Кацуми-чан будет устраивать пакости и подзуживать других детей, обязательно говори мне, не надо скрывать и бояться – это важный момент взросления, когда прикладываемые усилия ребенка лучше пустить именно в русло соперничества, а не позволять подобное поведение.

– Обещаю, – серьезно кивнула Анко и добавила, – но подружиться точно попытаюсь.

– Отлично, тогда самое время закрепить ученичество документально, – взглянул я на часы и поднялся на ноги, – собираемся и выходим.

– Мы готовы, Рью-сама, – тут же вскинулась Акико, следуя за мной к выходу из дома.

Мы переобулись и на улице я положил им руки на плечо и шуншином мгновенно перенес к зданию Академии Шиноби. Конечно, можно было бы и к башне Хокаге, но зачем делать два дела, когда можно совместить? Войдя в главное здание, я уверенно прошел по знакомым лестницам на третий этаж, не обращая внимание на высыпавшую в коридоры мелюзгу, как раз закончившую уроки и найдя нужную дверь, вошел в приемную, где клевал носом дежурный чунин.

– Нара-сама? – вскочил он, сразу опознав меня и бросая любопытные взгляды на спутниц. – Чем могу помочь?

– Аои-сан у себя? – спросил у него.

– Да, еще не уходил, – доложился молодой парень.

– Тогда сообщи, что к нему по личному вопросу Рью Нара, – кивнул шиноби, решив соблюсти приличия, хотя мог и просто войти без предупреждения – статус позволял.

– Конечно, Нара-сама, минутку, – он открыл дверь кабинета главы академии и проскользнул внутрь.

Зазвучали приглушенные голоса и спустя мгновение, парень выскользнул наружу, широко улыбаясь.

– Нара-сама, Ширануи-сан вас примет.

Кто бы сомневался! Я кивнул чунину и распахнув дверь, прошел в просторный кабинет шиноби, ответственного за образование подрастающего поколения Конохи. Как можно заметить по результатам, не особо старающегося преуспеть в своей задаче, но справедливости ради, пожилой токубецу джонин пытался хоть что-то делать при явно неважном качестве учителей и очень средненьким финансированием.

– Нара-доно, чем могу помочь? – встал из-за стола с бумагами и слегка приветственно поклонился мужчина чуть старше сорока.

– Аои-сан, добрый день, у меня к вам имеется две просьбы, – кивнул ему.

– Помогу, чем смогу, – опустился в кресло шиноби.

– Первое, это записать Анко Митараши на обучение с последним курсом текущего набора учеников, – указал ему на скромно пристроившуюся сбоку и чуть позади девочку, во все глаза рассматривавшую спартанское убранство кабинета.

Через три с копейками месяца должен начаться новый учебный год с новым набором потенциальные шиноби, в то время, как через пару недель закончится текущий.

– Это легко сделать, Нара-доно, – кивнул он, кинув оценивающий взгляд сперва на потенциальную ученицу, а затем и на ее мать, – вы будете поручителем?

– Естественно.

– Шенеске-кун сейчас принесет форму, – кивнул гревшему уши у незакрытой двери парню, глава академии.

– Один момент, – упомянутый метнулся к своему столу и спустя пару мгновений шебуршания по ящикам, вернулся с парой листков.

– А вторая? – спросил пожилой шиноби, принимая бумагу и быстро ее заполняя.

– Стать свидетелем принятия Анко Митараши личной ученицей с согласия ее родителя, – просто ответил ему и вытащил из кармана подготовленные документы, положив на рабочий стол, – насколько я помню, это так же входит в перечень ваших возможностей.

Чунин, не успевший покинуть кабинет, шокировано втянул воздух, а его начальник на пару мгновений замер, прекратив писать.

– Почту за честь, Нара-доно, – поднял он на меня взгляд, – а это?

– Акико Митараши, мать ученицы, – представил девушку.

– Акико Митараши, я обязан спросить, как представитель несовершеннолетней, вы согласны отдать Анко Митараши в Ученики Рью Нара? – обратился Аои к бывшей куноичи, явно поняв, что весь остальной церемониал уже проведен и осталась лишь формальность оформления для канцелярии Хокаге.

– Да, согласна, – твердо ответила девушка под завистливым взглядом чунина.

– В таком случае, прошу поставить ваши подписи, – кивнул токубецу джонин, сам быстро пролистав и расписавшись в нужным местах на бумаге.

Подписи заняли свои места, один экземпляр остался у главы академии для последующей отправки чиновникам, а один остался у меня. Затем оставалось только в формах на обучения, причем для меня в новом статусе как поручителя и наши дела в академии были закончены.

– Поздравляю, Анко-чан, – улыбнулся теперь уже официальной личной ученице, – твоя персональная дорога к куноичи S ранга началась.

Глава 13

– Кац!

Бум! Взрыв разметал в щепки деревянного манекена, а я вычеркнул этот способ блокировки из списка в девять позиций, после чего махнул рукой помощнику.

– Следующий!

– Кац!

Бум! Прикрепленная на манекене полигона бумажка мгновенно исчезла в клубах огня и дыма, а я покачал головой. Этот тоже в минус.

– Следующий!

– Кац!

И тишина…

– Отлично, еще один рабочий вариант есть, следующий, – скомандовал я клону.

– Кац!

Бум!

– Следующий!

– Кац!

Тишина…

– Уже третий есть, давай последний.

– Кац! – каге буншин опять сложил печать, активируя кибакуфуду (взрывная печать).

Тишина…

– Просто прекрасно, четыре работающих способа блокировки импульсов из девяти испытываемых показали свою пригодность к дальнейшей модификации, – задумчиво постучал я карандашом по губам, оценивая не зачеркнутые строчки.

После пары дней копания в имевшейся у меня библиотеке по фуин, я использовал целых девять черновых вариантов для проведения испытаний на простейшей печати, наглядно показавшей бы их состоятельность. Сработали сразу четыре, превысив мои ожидания, если честно. Но сперва…

– Босс, устроим стресс тест оставшихся? – повернулся ко мне каге буншин.

– Читаешь мои мысли, – кивнул ему, – давай-ка импульс помощнее на каждый, а потом разом широкий поток на все оставшиеся.

Если уж главную ветвь прижмут, то я не думаю, что они будут разбираться с силой активации и шибанут на полную всех взбунтовавшихся родственников, несмотря на риск сделать овощами большую часть клана.

– Окей, босс, – кивнул двойник и сложив руку в ручную печать концентрации, приступил к делу.

– Кац!

…

– Кац!

Бум! Менекен разорвало, и я вычеркнул еще один пункт.

– Кац!

…

– Кац!

…

Сильного напора не выдержала всего одна печать, но ничего страшного, ведь это всего лишь прототипы, сделанные на скорую руку и если уж они выдержали стресс тесты, то при доведении до ума, будут работать с гарантией. Тем временем, клон направил руки раскрытыми ладонями вперед и из тенкецу хлынул вперед настоящий поток видимой чакры, почти сразу принявшись рассеиваться, но свою работу он выполнил.

Бум!

Не выдержала напора еще одна версия блокировки, заставив меня вычеркнуть пункт и в итоге, осталось всего две наиболее простые и надежные экспериментальные печати, названных мной условно «барьером» и «лабиринтом», чтобы не скатываться в банальную нумерацию, наиболее точно отражая свои принципы работы.

«Барьер» изолировал в печати распознающий элемент, отсекая доступ любой чакры к нему, но требовал постоянной подпитки для своей работы и оказался еле заметен даже для первой степенью додзюцу Учиха, что практически гарантировало обнаружение даже самым худшим бьякуганом, если взять труд приглядеться, хотя и отличался изрядной простотой в создании и установке. «Лабиринт» же служил своеобразной дамбой, надстраиваясь на распознающий элемент, но ничего не меняя, а просто мягко принимая и незаметно отводя всю поступившую импульсом чакру в сторону, не пропуская через себя к распознающему элементу даже небольшой ручеек и убирая саму возможность активировать Хьюга Соке но Джуиндзюцу (Техника проклятой печати главной ветви клана Хьюга). Преимущества варианта были в пассивной работе и общей незаметности, в отличие от прямого как палка первого варианта. Пока не будет попытки активации проклятой печати, даже бьякуган ничего не сможет определить – ведь чакра-то на создание будет использована одна и та же, будет поступать туда, куда надо, вот только без желаемого результата. Но, как и у любого пассивного варианта, сложность применения на бумаге будет немного выше кеккайной вариации, что скажется на скорости производства и требованиям к опытности пользователя фуин. Были еще варианты с сейшитсухенка, но они не выдержали испытаний.

Конечно, пока это черновые варианты печатей, которые будут дорабатываться, улучшаться и упрощаться до уровня качества, требуемого от любого Узумаки, вставшего на путь печатей, но даже возможность выбора между парой вариантов будет отличным подспорьем Хизаши при планировании своей маленькой революции, выбирая между скоростью и незаметностью. Тем более, подавляющее большинство Хьюга, живя в одном большом здании, пачками приобретали в лавке барьерные фуин, предназначенные обеспечить долговременную приватность комнат даже от бьякугана… Бьякугана в особенности, поскольку, жизнь в клане ходячих обладателей рентгена оставляет очень мало возможности сохранить тайну личной жизни даже в собственной комнате. Не удивительно, что некоторые Хьюга пытаются усвоить хоть основы фуиндзюцу, как Хизаши, чтобы обеспечить себе немного приватности.

Это же позволит испытать печати и то, как они замечаются додзюцу перед тем, как использовать их на публике, не боясь быть замеченным, тем более, как снять обе версии, я так же добавлю в инструкции по созданию. Пусть это даст знающему человеку небольшую возможность подобрать ключик и к другим моим печатям – методы создания у каждого мастера фуин свои, кроме общего базиса и если знаешь примерный процесс нанесения и снятия, справиться с другими печатями будет на порядок легче – вот только на кон поставлено слишком многое, чтобы давать волю паранойе и уменьшить шансы переворота из-за раннего обнаружения. В конце концов, сомневаюсь, что у белоглазых найдется фуинщик моего уровня, ведь Узумаки Мито кого попало в обучение не берет.

– Ладно, испытания прошли успешно, пора обратно в подвал, дорабатывать, – пробормотал я себе под нос, выныривая из размышлений, пока каге буншин приводил полигон в порядок, – осталась всего пара дней, чтобы завершить работу.

– Пфф, ты работаешь над одной, я над другой и можем завершить уже к концу этого дня, может ночью, – уверенно фыркнул двойник, – и у нас останется еще день полноценного тестирования уже на живых подопытных, тем более, похожая по функции печать в арсенале Узумаки имеется, пусть и воздействует на нервные окончания, а не непосредственно мозговые клетки, где боль является побочным продуктом уничтожения.

– И то верно, – согласился с ним, – времени хватит.

А пока, следует провернуть одно дельце, не требующее моего прямого участия – хватит и теневого клона – но не менее важное, чем текущее.

* * *

Здорово, Мейдо! – за столик к шиноби в возрасте, присел другой клановый шиноби, со стуком сгружая пару бутылочек саке и тару для распития принесенных напитков.

Собственно, там уже стояло пара пустых и еще столько же полных, свидетельствуя о некоторой продолжительности расслабления своего хозяина в одном из многих баров Конохи.

– Привет, Сарутоби, – махнул рукой тот.

– Что-то давненько тебя не видел, Кинтаро, – хлопнул друга по плечу первый мужчина, – где пропадал?

– На миссиях, Рин, где же еще? – пожал плечами и вздохнул черноволосый, с козлиной бородкой и тоненькими усами, выходец из клана Мейдо, – только позавчера вернулся с границы.

– Ааа, патруль, – понимающе протянул джонин Сарутоби, – пусть платят хорошо, но торчать в заставе или нарезать круги по пограничной территории несколько месяцев слишком тоскливо, особенно в мирное время.

– Меня дома никто не ждет, так что здесь или там время проводить – разница невелика, – пожал плечами второй джонин и немного оживился, – какие-нибудь новые события, пока меня не было в Конохе?

– Нуууу…, – на мгновение задумался Рин, – недавно прошел слушок, что Рью Нара взял личную ученицу с отличным потенциалом, оформив ее на последний курс следующего набора в академию.

– Опять Нара? – вздернул брови Мейдо, наливая в пиалу из бутылочки и медленно цедя прозрачный напиток, – в последнее время только и слышно, что про этого пацана Нара – то спор с Джирайей и Сакумо, то скандал на экзамене с его командой, то потрясающие выступления вышедших в финал учениц, на фоне которых даже победительница выглядит бледно, то он становится ирьенином первой степени, то уже джонином, сразившись по нулям с мощным Учиха, теперь вот ученица появилась, такое ощущение, что скоро мы узнаем о его избрании Хокаге, через годик другой, – было видно, что последнее предположение было высказано в шутку, но собеседник на это ощутимо поморщился.

– Судя по тому, как писает кипятком наш глава только при одном упоминании данного кланового гения, – вздохнул Сарутоби, одним залпом осушая свою тару, – то твое предположение вполне может оказаться правдой, а насчет ученицы ты не прав, я тебе скажу.

– Пфф, когда Джирайя брал в личные ученики этого Намиказе, вокруг этого тоже развели столько шума, – отмахнулся Кинтаро, подперев голову кулаком и лениво наблюдая кипящую в баре жизнь, – а в итоге оказалось, что он слился уже на втором матче девчонке младше и слабее себя.

– Вот и большинство остальных так думают, – наклонился к собеседнику и понизил голос Рин, – вот только с этим не все так просто – Хирузен-сама как об этом услышал, так сразу поручил о малявке все подробно разузнать, явно не веря, что второй наследник Нара что-то сделает просто по велению сердца.

– Ну и? – против воли заинтересовался второй джонин, – очередная приютская, что уже принимали в клан умники Нара?

– Как бы не так! Этим делом занялась жена моего двоюродного брата, потом поделившись по секрету – эта Анко Митараши потомственная куноичи оказалась, а не приютская.

– Митараши? Где-то я эту фамилию слышал, – задумчиво пробормотал Мейдо, напрягая немного затуманенную алкоголем память.

– Была на слуху такая куноичи из потомственных лет шесть-семь назад, Акико Митараши, рано выпустилась с отличием из академии, уже в двенадцать получила чунина, – развеял затруднения собутыльника Сарутоби.

– Точно, ей еще прочили жилет джонина до восемнадцать, настолько талантливая была, за ней еще клановые парни увивались, – треснул кулаком по ладони просветлевший джонин, – вот только потом она куда-то исчезла, толи на миссии погибла, то ли еще что произошло.

– Замуж она выскочила и сразу забеременела, – фыркнул Рин, – за Шиори Ро, может слышал?

– Не только слышал, но и вместе работать довелось, – покивал собеседник, – сильный был мужик, жаль, встретился с бандой нукенинов. Помянем за упокой.

– Помянем, – оба шиноби осушили заново наполненные пиалы.

– Ну так что там? – поторопил друга Кинтаро.

– Так вот, он на Митараши и женился, и все бы ничего, да при беременности у молодой матери были осложнения, которые вовремя не вылечили, поставив крест на карьере куноичи, – вздохнул Сарутоби, – в итоге, когда Анко-чан подросла, Акико медленно умирала и тут, как на белом коне, рядом оказывается наш Нара, лечит ее и берет дочь в личные ученицы.

– Ну и что? Таких историй сотни, кроме разве что счастливого конца, – развел руками настроенный скептически собеседник, – и у талантливых родителей не всегда такие же дети.

– Вот только в этом случае, девочка таланты родителей унаследовала в полной мере, а учитывая, какую конфетку слепил Рью Нара из откровенных бездарностей, – завистливо покачал головой Рин, – ты только представь, что он сможет вылепить из подобного материала? Прям завидно становится – я бы от такой ученицы тоже не отказался.

– Допустим, годиков через десять-двенадцать Нара получат еще одного сильного шиноби, – безразлично пожал плечами собеседник, – до этого времени еще надо дожить – сколько мы видели гениев нашего поколения, как клановых, так и бесклановых, а сколько из них остались в живых?

Было хорошо заметно горечь в словах кланового шиноби, за которой скрывался опыт личных потерь.

– И то верно, оставшихся в живых можно пересчитать по пальцам одной руки, – согласился с ним Сарутоби, – вот только, лучше иметь этих гениев и потерять, чем не иметь вовсе – талантливые дети определяют будущую силу клана.

– Давай выпьем, чтобы и в наших кланах рождались гении, – предложил тост джонин Мейдо.

– И чтобы они всегда доживали до пика своей силы, – согласно кивнул второй шиноби, – на зло врагам.