Текст книги "Наруто - Тень дракона (СИ)"
Автор книги: Денис Мухин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 49 страниц)
Глава 18
Одним притопом ноги, я воздвиг на расстоянии примерно сорока метров десяток широких столбов с отчетливо выделенными кругами мишеней на них, после чего, под заинтересованными взглядами окружающих, распечатал из свитка кучу кунаев.
– Готова? – спросил ее.
– Да, – подавив лыбу, Анко видимо сосредоточилась и кивнула мне.
Я подбросил один кунай в воздух и в тот же момент, девочка подняла руку и из пальца вырвалась тонкая нить чакры, впившись в рукоять оружия. Взмах и кунай со свистом разрезаемого воздуха отправляется точно в центр круга, с грохотом уйдя в камень почти по самое кольцо и явно намного сильнее, чем может кинуть рука генина. Я подкинул два куная, затем три. Их постигла та же участь, что и первого, с каждой новой волной все увеличивавшегося количества отправляемых в воздух снарядов, зрители были все больше впечатлены. На шести, Анко подключила вторую руку, а некоторые столбы уже начали крошиться и разваливаться, не выдержав постоянной бомбардировки острым металлом. Успешно отправив в цели девять кунаев, на следующей и последней волне, ученица промахнулась нитью чакры мимо десятого, но не растерялась и отправив девять в полет, подхватила и отправила последний следом за остальными, не дав упасть на землю. Пусть, с семи кунаев меткость у Анко начала падать, но даже с такими недочетами, это было потрясающее зрелище от такой малявки. С подобным навыком, обычные генины ей не противники. Открытый рот Акико, до сего момента не знавшей об этой нашей тренировке, был тому свидетельством. Конечно, троих ветеранов подобными трюками поразить было труднее, но учитывая возраст исполнительницы, своей цели я добился.
– Вот теперь я верю в твои прогнозы, Рью-кун, – изумленно покачал головой Шенесу.
Старшая Митараши облегченно вздохнула, ободряюще улыбнувшись уставшей дочери, для которой показанная концентрация стоила солидных усилий. Пока. Годика через два она сможет управляться с нитями даже во сне.
– Кроме этого, Анко-чан освоила две из трех основных техник, – с гордостью похвастался ему, уточнив, – всего за полторы недели ежедневных часовых занятий, – и кивнул немного переведшей дух девочке.
Она создала точное хенге своей мамы и затем продемонстрировала иллюзорных клонов уровня выпускников академии в этом хенге. Пусть это смотрелось не столь впечатляюще, как недавнее представление, но больше не меньше.
– Полностью одобряю твой выбор личной ученицы, – хлопнул меня по плечу дядя, – а также переезд в клановый квартал.
– Поддерживаем, – присоединились к нему куда более сдержанные в выражениях старейшины, – отличное физическое развитие и лучший контроль чакры для ее возраста, не дать такому таланту соответствующего обучения будет преступной ошибкой для клана.
– Контроль я начал развивать первым делом, вместе с физической формой, – счел нужным пояснить соклановцам, – а вот всему остальному нужно будет обучать.
То, что ученица пойдет по моим стопам в ирьенины, помимо других направлений искусства шиноби, когда достаточно для этого подрастет, даже не обсуждалось.
– Не волнуйся, Рью-кун, мы этим займемся и определим наиболее подходящие группы для обучения Анко-чан всему, что полагается знать успешной куноичи.
– Не сомневаюсь, Нариса-сан, – повернулся я к пожилой куноичи.
– А комплекс упражнений для нее ты разрабатывал лично? – спросил Ииро, скорее стремясь подтвердить собственные выводы, чем действительно задавая вопрос.
– От начала и до конца, с учетом строения тела и свойств чакры, – подтверждающе кивнул, – конечно, с возрастными изменениями его придется корректировать, но с этим справится и ирьенин третьей степени, имеющий соответствующий опыт, поскольку, база останется неизменной.
Старейшины переглянулись и едва заметно друг другу кивнули.
– Тогда, у нас вопросов больше нет, – объявил Ииро, – можешь вести Анко-чан отдыхать, а когда закончат с переездом, я сам загляну оценить объем необходимых занятий.
Ну да, к самым маленьким ее не запихнешь.
Хмыкнув – и так было ясно, что они хотят поболтать без свидетелей – я взял за руку устало улыбавшуюся девочку и повел на выход с территории дома главы, махнув следовать за мной Акико.
– Ну что, все оказалось не так уж страшно? – с мягкой улыбкой спросил ученицу.
– Да, Ииро-сан и Нариса-сан очень добрые, – покивала Анко, после чего продолжила, почти заставив меня споткнуться на ровном месте, – и глава клана оказался намного меньше и вовсе не уродливым.
– Ладно рост, но почему он должен быть уродливым? – изумленно спросил я, косясь на вероятную виновницу такого мнения малышки.
– А как иначе он должен быть страшным, чтобы все его боялись? – недоуменно подняла пальчик ученица.
Какого биджу Акико ей наговорила?! Прочистив горло и послав убийственный взгляд старшей Митараши, что не могла внятно объяснить ребенку положение вещей, заставив прийти к подобным выводам, я попытался исправить положение:
– Видишь ли, Анко-чан, главы кланов не должны быть огромными и страшными, чтобы все их боялись и уважали, – подбирая слова, объяснил девочке, – достаточно того, что по их слову могут напасть на обидчика десятки и даже сотни сильнейших шиноби деревни, в зависимости от величины клана.
– То есть, они могут позвать на помощь кучу сильных дядь, вроде дяди Сакумо, потому их боятся и уважают? – после непродолжительных размышлений, интерпретировала мой ответ Анко.
– Именно, – пожав плечами, согласился я – суть она уловила верно, а остальное сейчас не важно, – с той лишь разницей, что я являюсь одним из этих сильных дядей, а когда ты подрастешь, то станешь не менее сильной тетей.
– Я согласна стать прямо сейчас! – с энтузиазмом помотала головой ученица.
– Прямо сейчас ты будешь отдыхать, а твоя мама – собирать вещи для переезда, – притушил я энтузиазм малявки и обернулся к упомянутой личности, – клановый дом готов, так что я отправлю с вами клона, и он обо всем позаботится, – сообщил ей, выходя за пределы защиты дома главы.
– Хорошо, Рью-сама, – склонила голову старшая Митараши.
Переместив шуншином гостий к воротам, я создал каге буншина и отправил с ними, после чего поспешил домой – доче обещал устроить утром тренировку вместе с призывом и если опоздаю, то опять будет крику и истерик, а Ньярла будет только подзуживать, мелкая вредительница. Вот соберусь с духом и устрою порку обеим, чтобы не повадно было и никакие грустные глазки им не помогут.
* * *
Проводив взглядом юношу и его спутниц, трое Нара переглянулись.
– Третья? – вопросительно вздернул бровь старик, поглаживая бороду.
– Судя по объему груди – очень может быть, как раз в его вкусе, – многозначительно ухмыльнулся Шенесу, давно успевший подметить предпочтения племянника.
Но не успели присутствовавшие мужчины развить столь интересную тему, как схлопотали от сухонькой старушки молниеносные подзатыльники каждый.
– Хватит болтать не по делу, – закатила она глаза, не обращая внимания на возмущение бурчание мужчин, – юная Анко-чан продемонстрировала несомненный талант уже в таком возрасте, что редкость и в более крупных кланах, не говоря уж про наш и большая удача, что Рью смог ее найти и разглядеть потенциал.
– Вечно ты все веселье портишь, как будто сама не будешь обсуждать поднятую тему со своими подружками и знакомыми, как только появится такая возможность, – тихо фыркнул Ииро, но уловив опасный блеск в глазах другой старейшины, предпочел не рисковать и поддержать более безопасную тему, – если Рью-кун продолжит тренировать девочку столь же результативно хотя бы в ближайшие пять-шесть лет, то на выпуске из академии, ей и большая часть клановых чунинов не будет годиться в подметки, – он покачал головой и повернулся к главе, – и задумка твоего племянника с соперничеством сработает, то клан получит в новом поколении действительно сильных куноичи.
– Кацуми не менее талантлива, просто ей не хватает мотивации, – хмыкнул Шенесу и расплылся в широкой улыбке, – а ведь на подходе еще один ребенок и если тенденция сохранится, то Нара впервые окажутся действительно грозной силой в ближайшие пятнадцать-двадцать лет и я буду спокоен за будущие поколения.
Трое ветеранов отлично понимали всю ценность талантливых детей, ведь даже один гений упрочил положение клана как лидера в тройственном союзе, увеличил значимость на политической арене Конохи, а также лично поспособствовал увеличению защищенности клана, выживаемости его членов и просто общему благосостоянию одними только отчислениями в казну от продаж печатей. А если таких гениев будет несколько…
– Нам очень повезло, что у Рью-куна имеется несомненный талант учителя, ведь собственная огромная сила далеко не всегда означает способность подтянуть всех учеников до своего уровня, – покачало головой Нариса, – пока это удалось только Хирузену Сарутоби, а вот Джирайя оказался на этом поприще куда менее успешным.
– Кто мог знать, что решение разрешить брак Саи-чан с тем ловеласом Узумаки окажется настолько удачным решением? – ехидно усмехнулся Шенесу старый шиноби.
Глава Нара только закатил глаза, но дальновидно не стал отвечать на шпильку – в отличие от отца, он был полностью против подобного союза, поскольку, Рюта Узумаки успел здорово погулять по Конохе и прославиться своим ветреным нравом и способностью менять любовниц чуть ли не каждый день. Едва ли отличная партия для любимой младшей сестры и запасной наследницы клана, несмотря на очевидные плюсы усиления крови главной семьи. Оставалось только радоваться, что Рью хоть и перенял некоторые черты отца, но оказался удивительно основателен и последователен в своем выборе партнерш, руководствуясь принципом «все в клан», вместо того, чтобы разбрасываться своим семенем где попало, как поступает большинство шиноби кланов, не обладающих ярко выраженным кеккей генкаем, вроде додзюцу.
– Шенесу-кун, ты поднимал вопрос посещения Рью нескольких наших вдов? – спросила престарелая куноичи, бросив раздраженный взгляд на коллегу.
Она уже не раз поднимала эту тему с главой клана, как старейшина, весьма беспокоящаяся о сокращении численности членов клан в результате естественной убыли, так и в результате потерь в боевых действиях, независимо миссия это или мировые войны. Увы, но шиноби Нара вовсе не стремились к восстановлению прежней численности естественным путем в необходимых масштабах, редко когда заводя больше двух детей, а то и вовсе довольствуясь одним, как сам Шенесу и его сестра, вот и приходилось заботиться этим вопросом совету старейшин, выбирая перспективных шиноби для оплодотворения потерявших мужей бездетных вдов, тем более, сейчас клан мог позволить себе и не такие траты, несмотря на общее сокращение выполняющих миссии членов, а уж если в данном случае, дети унаследуют таланты отца хотя бы наполовину или четверть, то будет просто прекрасно.
Не держи кто-нибудь из совета руку на пульсе в отношении популяции и Нара через поколение-другое рисковали оказаться на уровне Хатаке или Шимура, не насчитывавших больше пары десятков членов.
– Конечно упоминал, но прямого ответа не получил, да и едва ли получу, пока не даст добро Сая и Линли, – развел руками Шенесу, – но тут действуй сама, а мне моя жизнь еще дорога, чтобы рискнуть и пытаться требовать разрешения племяннику пуститься во все тяжкие.
И как на зло, жена стала на сторону сестры в этом вопросе, реагируя соответствующим образом и не желая понимать нужды клана и необходимость долгосрочного вложения в человеческий ресурс.
– Мужчины, ни в чем на вас положиться нельзя, – вздохнул куноичи, насмешливо хмыкнув, – ладно, займусь этим сама.
– Отлично, о результате расскажешь мне, – заметно обрадовался скидыванию ответственности шиноби, закрывая тему и возвращаясь к причине собрания, – что касается Анко-чан, как только Митараши переедут, составите для нее индивидуальный план занятий и если это будет возможно, сделайте хотя бы одно занятие с Кацуми.
– Не учи ученых, – почти синхронно фыркнули старейшины, – сделаем все в лучшем виде и будем внимательно следить за обеими.
– Тогда, я больше не буду вас задерживать, – кивнул им Шенесу.
Ииро и Нариса слегка поклонились и поспешили удалиться – как и в любой день, дел у них было много и необходимо было успеть все запланированное.
Глава 19
Новую встречу змеиный саннин назначил у себя в лаборатории, официальной, естественно, по «политическим причинам», как он сообщил посланному клону, что должен был об этом договориться и передать Орочимару небольшой список выбранных техник для подготовки. Сам я давно уже написал свиток из трех запрошенных ниндзюцу и просто прихватил его с собой, когда отправился к рабочей вотчине джонина с визитом в назначенное время.
Это было небольшое двухэтажное здание на отшибе деревни, почти у самой стены, недалеко от ворот, ведущих в Лес Смерти, откуда Орочимару приходится добывать себе подопытные образцы для экспериментов. По крайней мере, так считает вся деревня с подачи двух стремных стариков, но главы кланов отлично знают, что настоящие подопытные, использующие чакру, доставляются ученому из тюремных застенков и ничуть этому не возражают, учитывая контингент, там оказывающийся. Это либо выловленные шпионы и предатели, либо местные шиноби, совершившие серьезное преступление – Учиха баклуши не бьют, а работают очень даже эффективно, вылавливая личностей, позорящих самую мирную и безопасную деревню в мире. Несмотря на чакру и супер силы, шиноби остаются людьми, со всеми возможными внутри социума конфликтами, помноженными на не самую здоровую психику. Как не трудно догадаться, профессия накладывает свой отпечаток и трупы в спорах двух наемных убийц вовсе не редки, даже если это союзники или даже друзья.
Дверь в здание оказалась открыта и после небольшого замешательства, я вошел внутрь, попав в сумрак после яркого солнечного дня снаружи. Небольшое применение чакры в глазах позволило быстрее адаптироваться к слабому освещению и осмотреться. Змеиный саннин не стал делать на первом этаже рабочую зону, вместо этого предпочтя оставить короткую прихожую и гостиную с парой диванов, столом и одиноким креслом, очевидно, предназначенным для хозяина. Две двери вели в другие комнаты, а в дальнем от меня углу была двойная винтовая лестница, ведущая на второй этаж и в подвальный. Помещение производило впечатление пустого и явно необжитого, уж я-то знал, что самый умный ученик Хокаге даже ночевать предпочитал в кабинетах своих лабораторий, а не принадлежавшей ему крохотной квартирке в трехэтажном доме для одиноких шиноби. Казалось бы, человек с его доходами давно должен был прикупить себе домик, как это сделал Джирайя, даже еще не начавший зарабатывать на своих, начавших набирать популярность, книжках.
– Орочимару-сан, – громко позвал я, чтобы оповестить о своем присутствии, не став спускаться вниз по лестнице, где ясно ощущалась его чакра.
Спустя мгновение, рядом с ним возник источник поменьше, начавший подниматься вверх, змеиный саннин поднялся в гостиную, точнее, его каге буншин, если судить по отсутствию стихийного окраса чакры.
– О, Рью-кун, ты уже пришел, – улыбнулся он, найдя меня взглядом и отвешивая небольшой приветственный поклон.
– Как и договаривались, Орочимару-сан, – отзеркалил я его действие.
– Прошу прощения, но оригинал немного не рассчитал с временем проводимого эксперимента, – вздохнул клон, разведя руками, – так что придется немного подождать.
Собственно, заляпанный чем-то темным белый лабораторный халат, накинутый поверх обычного облачения джонина, в котором предпочитал ходить Орочимару даже в повседневной жизни, в отличие от своих напарников, как бы намекал, чем может в данный момент заниматься хозяин дома.
– Знакомая ситуация, – фыркнул я, слегка улыбаясь – сам так же зависал, если родные не отрывали от работы, напоминая о времени и необходимости трехразового приема пищи.
Вот только у данного шиноби напоминать некому, кроме сокомандников, и становится понятно происхождение постоянных темных кругов под глазами. При хроническом недосыпе, даже у меня такие появлялись.
– Ку-ку-ку, тогда вы меня понимаете, – усмехнулся клон и предложил, – как насчет чашечки чая?
– Если можно, – кивнул ему.
Клон удалился в одну из боковых дверей, за которой оказалась кухня, к моему удивлению, заполненная упаковками из под обедов из разных забегаловок конохи и даже не открытыми упаковками лапши, за несколько минут заварив вполне сносный зеленый чай, подогрев воду простым огненным ниндзюцу, не требующим даже печати.
К чашке ароматного напитка, я распечатал из свитка неприкосновенного запаса, всегда таскаемого с собой, мешочек сладких печенюшек. Пусть клон не стремился составить мне компанию в перекусе, но развлек разговором, продолжив тему ниндзюцу, что была затронута на прошлой встрече и к концу третьей чашки с наполовину съеденным кульком печенья, когда из нижних помещений поднялся настоящий Орочимару, я успел узнать довольно много нового по чередованию разных ручных печатей не стандартного вида.
– Рью-кун, прошу прощения за ожидание, но прерваться возможности не имелось, – усмехнулся змеиный саннин, одним взглядом заставив каге буншина развеяться и устало опустившись на его место в кресло.
От лабораторного халата он уже успел избавиться и даже где-то освежиться, если судить по слегка влажным волосам. Налив себе чаю в подготовленную чашку, он с удовольствием захрустел угощением, запивая мелкими глоточками, но несмотря на кажущуюся неторопливость и плавность в движениях, очень быстро умял все, что оставалось на столе, заставив меня заподозрить, что упомянутый эксперимент или научный угар начался еще со вчерашнего дня, и хозяин дома не только давно не ел, но еще и не спал прошедшей ночью, работая до утра, когда заявился я.
– Надеюсь, эксперимент увенчался успехом? – вежливо осведомился у первого ученого Конохи.
– Не совсем, хотя результаты были, – задумчиво потер подбородок Орочимару и тихо пробормотал, скорее всего, для себя, – так и не разобрался, почему одни приживаются нормально, а другие отторгаются.
– Практикуете пересадку органов? – не составило для меня труда догадаться, о чем это он. – Не знал, что вы интересуетесь еще и ирьенинством, Орочимару-сан.
Готов поспорить, что в попытке пересадить кеккай-генкай, путем пересадки органов им обладающего подопытного в простого шиноби.
– С Тсунаде-химе или тобой, Рью-кун, меня сравнивать сложно, но кое-чего успел за свою жизнь нахвататься, – пожал плечами саннин и поднял на меня заинтересованный взгляд, – судя по всему, ты сам успел столкнуться с похожей ситуацией?
– Рано или поздно, с такой ситуацией сталкивается любой опытный ирьенин от третьей степени и выше, – потому что это минимальное требование для проведения такой сложной операции, – и либо работает перебором, находя орган, что не отторгается организмом пациента, либо разбирается в причинах происходящего и у него получается все с первого раза, – просветил я джонина, немного горделиво улыбаясь.
Как правило, для подавляющего большинства ирьенинов это первый вариант, а до второго доходят только хорошие сенсоры, вроде меня, или действительно гениальные люди.
– О, судя по этим словам, причины отторжения тебе выяснить удалось? – заинтересованно подался вперед Орочимару. – Не поделишься опытом?
– Почему бы и нет? – пожал я плечами. – Факторов, влияющих на удачность пересадки органа от одного человека или животного к другому, несколько – общий тип крови, хотя бы частичная стихийная предрасположенность и отсутствие враждебных стихий у донора с пациентом, все остальные проблемы решаются ирьениндзюцу.
Что самое странное, несмотря на все имеющиеся инструменты и техники для исследования, местные ирьенины просто не дошли до разделения крови на несколько групп. Полагаю, наличие чакры, которой при большом желании и умении достаточно, чтобы заставить работать неработающее, сыграло решающую роль.
– Тип крови? – недоуменно нахмурился змеиный саннин.
– Кровь большей части людей различается, но даже в таком разнообразии можно выделить четыре группы, похожих между собой, – пояснил ему, – и в каждой группе, кровь такого человека можно переливать другому с минимальными последствиями, в то время, как человеку из другой группы такая кровь уже не подходит и может вызвать негативные реакции организма.
Это заранее зная о такой информации, вовсе не сложно обнаружить закономерности, а вот самому дойти да такого едва ли получится без обследования десятков тысяч людей и продолжительных экспериментов.
– Ты сам вычислил подобную закономерность, Рью-кун? – вскинул брови Орочимару, во взгляде которого появилось нечто, похожее на уважение.
– Через мои руки прошли тысячи шиноби и куноичи, – фыркнул я, – была возможность сравнить.
– Как интересно, я о подобных нюансах и не задумывался, – облизнулся змеиный саннин и продолжил расспросы, – а как ты определяешь предрасположенность чакры у бессознательных пациентов?
– Обычная бумага для определения предрасположенности, – я порылся по карманам и вытащил искомое, протянув собеседнику, – добавить небольшую печать пассивного вытягивания чакры и вопрос решен.
Приняв квадратик бумаги, Орочимару шлепнул ее себе на руку с импульсом чакры и с интересом наблюдал, как она покрошилась и сгорела, демонстрируя огонь и землю.
– Просто и полезно, – покачал головой ученый и поднял на меня предвкушающий взгляд, мгновенно заставив вспомнить, перед кем метаю бисер, – Рью-кун, у меня как раз имеется внизу пара еще целых смертников, только недавно доставленных из тюрьмы Конохи, тебя не затруднит продемонстрировать на практике свои находки?
– Кхм, Орочимару-сан, мы сегодня встретились для обмена ниндзюцу, – намекающе прочистил горло.
Змеиный саннин недоуменно моргнул, выходя из исследовательского ража.
– Прошу прощения, иногда на меня находит, – кивнул он и вытащил из кармашка жилета свиток, – вот запрошенные тобой ниндзюцу.
– Благодарю, – принял я свиток и вручил Орочимару свой, – а это запрошенные вами.
Орочимару взял его, и мы почти синхронно развернули бумагу, быстро пробежав глазами, после чего свернули и удовлетворенно кивнули друг другу. Естественно, проверять их будем на полигоне и не лично – здоровая паранойя даже с союзниками продлевает жизнь, потому что с некоторыми и врагов не надо. Нара и Узумаки выучили это на собственном опыте.
– А сейчас…, – многозначительно протянул Орыч, кивая в сторону лестницы в подвал.
Согласно кивнув, я допил остававшийся в чашке чай и встал, хрустнув шеей. Ну что, пора продемонстрировать класс Орочимару? Последовав за хозяином вниз по каменной лестнице, наверняка сделанной техникой, если судить по общей грубости я оказался в просторном зале, освещаемом всего несколькими лампами, но и этого света было достаточно, чтобы разглядеть столы с наваленными кипами бумаг, двумя персональными компьютерами, сейчас стоявшими выключенными, выстроенными вдоль стен громадами аппаратов, перемигивавшихся лампочками, из которых я узнал только рентгенный аппарат. А в дальнем конце под мощными направленными лампами были зафиксированы четыре тела мужчин от двадцати до тридцати лет, буквально прикованных к операционным столам, а рядом с каждым стояли аппараты жизнеобеспечения и диагностики. То, что шиноби в основном пользуются чакрой для лечения, вовсе не означает, что нужно отказываться от техники, производимой всего в нескольких городах элементальных стран, где промышленный уровень ощутимо выше развит. У меня в лаборатории стоят похожие из страны Снего, только немного более навороченные. Видно змеиного саннина финансами не сильно балуют старые пердуны.
