332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Денис Давыдов » Дети падшей Луны: Кровь на крепостных стенах (СИ) » Текст книги (страница 1)
Дети падшей Луны: Кровь на крепостных стенах (СИ)
  • Текст добавлен: 29 июля 2017, 17:30

Текст книги "Дети падшей Луны: Кровь на крепостных стенах (СИ)"


Автор книги: Денис Давыдов






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 20 страниц)

Дети падшей Луны: Кровь на крепостных стенах
Денис Давыдов

Пролог.

 Весь континент с севера на юг пересекали великие Ахшанские горы, которые делили его на две части. Люди давно оставили попытки обуздать водную стихию. Когда-то давно отчаянные смельчаки решались выходить на лодках в океан, но всех их ждал один конец – быстрая смерть в желудках морских драконов, поэтому о судоходстве никто давно уже не помышлял. Проникнуть с запада на восток и обратно можно было только через единственный перевал, зажатый с двух сторон ущельем с отвесными скалами. Когда-то здесь находился могучий форпост Динарской империи – город-крепость Лорель, проникнуть за стены которого врагам так и не удалось. Именно это укрепление встречало всех непрошеных гостей и останавливало их на границе. Несколько раз могучие стены пытались осаждать, но все эти попытки не принесли успеха ордам, нападавшим с Запада. Те славные времена уже давно покрылись толстым слоем песка. От могущества империи остались только раздробленные осколки, каждый из которых стал вотчиной бывших вассалов императора. Потерял своё величие и этот пограничный город. Отныне эти земли принадлежали Союзу Двух баронов, а им особого дела до политики и экономики не было. Они праздно проводили своё время в охоте, приграничных стычках с соседями и любви – трех основах существования рыцарей высокого происхождения. Господа собирали со своих подданных дань и не утруждали себя лишними заботами, а оборона границ, безусловно, была делом хлопотным. Во времена последней Великой войны, когда император Витор отстаивал неприкосновенность своих земель в кровопролитных боях, возле Лорель произошло грандиозное сражение. Крепостные стены до сих пор хранят рубцы и шрамы на каменной кладке. Часть укреплений и башен была разрушена, но  восстанавливать их никто не собирался. Звон мечей былых сражений давно утих, а новую опасность ждали скорее из внутренних восточных пределов, нежели с Запада. Поэтому с течением времени стратегическое значение города сошло на нет. Теперь здесь не было грозного гарнизона как раньше, равно как и самой империи, которую после исчезновения Витора, в виду отсутствия наследников, растащили на части знатные особы. Некогда могучее государство теперь напоминало лоскутное одеяло – у каждой провинции был свой король или королева. Время смуты обескровило многих людей, заставляя искать лучшей жизни. Лорель обжили разные люди: умные и глупые, честные и коварные – все те, кому не нашлось места в других городах некогда могучей страны.

Бароны, получив под носом такое спонтанное поселение, сначала насторожились, но потом поняли, что боги сами решили за них вопрос охраны границ. Они заключили договор с жителями пограничной крепости, которые должны были охранять вход вглубь материка и не покидать пределов своей крепости, за что хозяева этих земель позволяли людям жить в городе, формально принадлежавшем им, и пользоваться земельными наделами. Главным в Лорель бароны пытались назначить своего человека, но местный люд на это не согласился, они сами выбрали себе предводителя. Им стал капитан Каракка. Этот смуглый седовласый воин пользовался у народа большим уважением. Он повидал на своём веку много сражений, о чём свидетельствовали многочисленные шрамы и бордовая повязка, прикрывавшая повреждённый стрелой глаз. Когда-то капитан служил  в личной гвардии императора, но после его скоропостижного ухода и последовавшей за ним междоусобной войной стал наёмником, бродя по стране и предлагая свои услуги тем, кто мог за них хорошенько заплатить. Сейчас граница принадлежала именно этим людям, бежавшим от бед из разных частей бывшей империи. Они дошли до той черты, которую нельзя было переступать, и им не оставалось ничего другого, кроме как обосноваться в этом месте. По ту сторону стены находились владения тех, с кем их предки воевали ещё с незапамятных времен.

Глава 1. Посыльный.

Для начала осени стояла по-настоящему летняя погода. Солнце сегодня пекло сильнее, чем обычно. Несмотря на вечернее время оно жарило, проникая в каждую частичку тела, хотя, возможно, так просто казалось разгорячённому бегом Нилусу. Парень перешёл на быстрый шаг, восстанавливая дыхание и давая мышцам немного отдохнуть. Лёгкие горели, словно их заполнили расплавленным свинцом, но юноша знал, что совсем скоро они вновь будут готовы к усиленной работе. Нилус умел и любил бегать. Свой талант он искренне считал божьим даром. Будучи ещё совсем маленьким, когда в свободное от помощи родителям время дети посёлка играли, Нил всегда выигрывал в забегах наперегонки. А вот скрываться он не умел и не любил, поэтому во время игры в прятки отсутствие у себя этого таланта он компенсировал скоростью и всегда обгонял водящего. Ноги несли его вперёд сами, выбирая кратчайшие и удобные пути. За свою недолгую жизнь, проводимую в постоянном движении, Нил изучил досконально все тропинки, броды и топи в округе. Парень с малых лет служил посыльным, поэтому  родную местность знал так же хорошо, как своё небольшое жилище. Пожар в груди стал утихать, и Нилус вновь прибавил ходу, заставляя свои лёгкие подавать воздух ещё  интенсивнее. Ноги в мокасинах мягко ступали по ещё зелёной траве, которая только начала увядать. Совсем скоро должно показаться его селение: знакомый частокол из покосившихся брёвен, массивные ворота и Тонас, скучающий на смотровой вышке, лениво жующий соломинку или прутик. Посыльный бежал, опасаясь, что не увидит этой знакомой и по обыденному ленивой картинки. Сегодня любой, случайно забредший в эти края путник, без применения навыков следопыта безошибочно определил бы направление, в котором располагался посёлок Нила, – на него указывал упирающийся в небо чёрный столб дыма. Случилось что-то страшное. Факт этот был очевидным, и эта очевидность пугала своей неизвестностью. Дымный перст угрожающе вздымался в небо, предупреждая об опасности всех, кто мог его видеть, и привлекал внимание тех, кто надеялся поживиться на горе людей. Думать о плохом не хотелось. Парень во время бега прислушивался к стуку своего сердца, чтобы отгонять этим звуком чёрные мысли, которые стаей ворон кружили в его голове.

Нилус вновь перешёл на медленный шаг, сильнее затягивая ослабевший пояс. Ножны, скрывавшие в своих недрах короткий меч, напоминали, что он не одинок. Обоюдоострый друг мог прийти на помощь в любой момент. Он остался единственной вещью, напоминавшей Нилу об отце. Кажется, это было так давно, в другой жизни: незнакомые люди, пришедшие в дом, рыдающая мать... Если её лицо Нилус ещё помнил, то черты отца расплывались бесформенной маской. Незнакомцы принесли меч отца. Они сказали, что он погиб на войне. Казалось, что только надежда на его возвращение заставляла мать жить. Как только у неё отобрали эту надежду, она стала быстро увядать и чахнуть, за два года превратившись из красавицы в старуху. В одно осеннее утро она не проснулась, оставив Нилусу на попечение младшую сестру Зару. Неизвестно, как сложилась бы судьба двух детей, если бы дороги не привели на порог их дома Риота. Дождливым вечером он появился с просьбой о ночлеге, принеся с собой не только свежий воздух промёрзлой улицы, но и новый уклад жизни. С тех пор Риот остался с детьми, чтобы помогать им и обучать всему, что знал сам. Он был коренастым, с непропорционально длинными и мускулистыми руками. Из-за глубокого шрама лёгкая полуулыбка нашла постоянное пристанище на его мужественном скуластом лице. Уверенный взгляд и мягкая кошачья походка выдавали в нём охотника. О себе он мало что рассказывал, предпочитая отшучиваться в ответ на особо навязчивые вопросы. Случай и умение врачевать помогли Риоту развеять все подозрения у местных жителей по поводу своей персоны. Однажды старосту посёлка укусила ядовитая змея. Глава поселения уже собирался предстать пред небесными чертогами, но Риот вызвался помочь и сумел вылечить его травяными отварами и мазями своего приготовления. После этого местные жители перестали опасаться незнакомца, стерев границу, которая делит людей на достойных и не заслуживающих доверия. Понимая важность присутствия врачевателя для людей, староста позволил путнику остаться, но до конца «своим» Риот так и не стал. Люди сторонились его, как и двух угрюмых детей, в доме которых он поселился.

            Ноги несли Нилуса по знакомой дороге. Вот и холм, с которого любила скатывать тряпичный мяч сестрёнка. Последний рывок, и он уже стоял на его вершине. Картина, открывшаяся юноше, была ужасна. Селения больше не было. Всё, что от него осталось, неторопливо дотлевало в гробовой тишине. Чёрные скелеты построек пригибались к земле, позволяя ветру заигрывать со струями дыма. Это выглядело пугающе, словно сама смерть пряла своё погребальное покрывало, вплетая между дымными нитями души убиенных. Нил прошёл мимо развалившегося частокола. Во многих местах он зиял брешами как рот дряхлой старухи. Кто мог это сделать? Кому и зачем это было нужно? С тех пор как человек укротил огонь, тот ни разу не вырывался из-под контроля по своей воле. Нил шёл, не чуя своих ног. Он споткнулся... Падая, успел подставить руки, чтобы смягчить удар о землю. Попытался встать, но ступня застряла между рухнувшей балкой и обгоревшим трупом. Нил отчаянно забился, как куропатка, попавшая в силки, освободившись, он резко отпрянул в сторону. Судорожно отстраняясь от пугающей находки, уткнулся спиной в преграду. Это был ещё один мертвец. Нил вскочил на ноги и выхватил меч. Руки его тряслись, а ноги, как два вековых дуба, монолитами вросли в землю, не давая двигаться. Лежащее тело не принадлежало ни одному из жителей посёлка. Раньше Нилус этого человека не видел. Да и был ли он человеком? Его одежда походила на старые истлевшие лохмотья. Гримаса ярости, застывшая на лице, добавляла схожести с разъярённым животным. Местами отслоившаяся тёмная кожа рваными пластами свисала с лица. В обугленной руке закоченевшего тела было зажато древко перерубленной пополам пики, вторая часть оружия торчала из земли рядом. Очевидно, это был один из нападавших на посёлок. Неподалёку Нил заметил ещё один вражеский труп. Видимо, у налётчиков не было принято забирать тела своих погибших товарищей, и они просто оставили их на попечение волков и ворон. А может быть бандиты были ещё неподалёку? Нилус насторожился, прислушиваясь к звукам, но ничто не нарушало мёртвой тишины. Он сильнее сжал рукоять меча. Дрожь в руках пропала, уступив место чувству мести, хорошо приправленной едва сдерживаемой злобой. Гнев с каждой секундой всё сильнее и сильнее заполнял его сердце: перед Нилусом раскинулась дорога, состоящая из знакомых с детства, но теперь уже мёртвых людей. Вот Пэс, парень, который был на два года младше самого Нила. Сейчас он тряпичной куклой висел на остатке забора. Падать вниз ему не давало копьё, которым он был проткнут насквозь. Лавочник Сурот – толстый весельчак – больше никогда не попросит Нила отнести куски окорока своему брату в соседнее селение. Толстяк сидел на земле в неестественной позе, прислонившись к стенке колодца, и смотрел вперёд. Это был безжизненный взгляд в пустоту, от которого становилось жутко и неуютно. Знакомые лица замелькали с неимоверной частотой...

Площадь встретила Нила большим количеством вражеских трупов. Казалось, что они стремились сюда со всех сторон, притягиваемые какой-то неведомой силой. Вскоре парень увидел причину. Сердце сжалось в маленький комочек, а тело ринулось вперёд. Это был наставник. Риот стоял на коленях, откинувшись назад. Упасть на спину ему не давали два поверженных врага. В правом боку зияла широкая рана, из которой медленно сочилась кровь. Из плеча с этой же стороны торчали обломки двух стрел. Кожаный панцирь с нашитыми металлическими пластинами, потемневший от крови, был местами разрублен. Нилус осторожно уложил своего наставника на землю. Поднёс палец к его губам, почувствовал слабое дыхание. Он был ещё жив! Сорвав с бедра небольшой бурдюк с травяной мазью, который всегда носил с собой, Нил обильно смазал видимые повреждения. Через несколько мгновений Риот едва уловимо зашевелился, а затем открыл глаза. Мази с наговорами, которые готовил наставник, были по истине волшебны.

Увидев своего ученика, раненый воин попытался встать. Гримаса боли пронзила его лицо, и он обмяк, рухнув вниз.

– Не двигайся, ты серьёзно ранен! – Нилус помог удобнее устроиться Риоту, – сейчас я отнесу тебя домой.

Фраза, произнесённая среди пепелища, звучала глупо, но юноша до сих пор не мог осознать, что селения больше нет.

– Всё сгорело, – грудь наставника стала лихорадочно вздыматься в усилиях выплюнуть наружу слова, – Их было слишком много, они напали неожиданно... Они лезли со всех сторон и подожгли...– голос Риота был слаб, но он старался говорить как можно громче – Я сражался... Силы были слишком неравными...

– Кто-нибудь ещё спасся? – после открывшейся взору юноши картины селения вопрос этот был лишён надежды.

– Я не знаю... не видел... возможно, – слова вылетали из уст раненого резко, как стрелы из охотничьего лука, только звон тетивы заменял свист из лёгких. – Зомби... Они беспощадны... Убивали всех – и женщин, и детей.

– Зомби? – выцедил из разрозненных фраз непонятное слово юноша.

– Да, зомби – живые мертвецы... Прислужники проклятого бога смерти Мора! Помнишь, я часто рассказывал тебе о них?

– Я думал, что всё это сказки! – Нилусу не хотелось в это верить. Он не желал понимать, почему восставшие из могил в одночасье превратили его жизнь в кошмар.

– Нет, это правда... Мертвецы иногда восстают, чтобы не давать жить другим, – жадно глотая воздух, промолвил Риот.

– Может быть мертвецы начнут нападать на нас сейчас? – юноша указал мечом в сторону одного из мёртвых горожан, тело которого лежало неподалёку.

– Нет, нападавшим, что остались лежать здесь, я проломил черепа, а тот, кто умер недавно, не подвластен жрецам бога смерти. В их телах ещё теплятся кровь, не пуская внутрь чужую волю.

– Что с Зарой? Ты знаешь, что с сестрёнкой? – проснувшаяся паника заставила сердце Нилуса биться ещё быстрее.

– Её забрали... Они врывались в дома, словно искали что-то, пока не схватили Зару. Я пытался её отбить, но не смог... Мертвяки приходили за ней... Именно за ней...

– Зачем? Зачем она им?! – мир стал переворачиваться с ног на голову. Нил, который ещё утром приветствовал своих знакомых, отправляясь с посланием на юг, не мог смириться с мыслью, что потерял всё.

– Я не знаю... Торопись, они понесли её в сторону Дикого леса, – наставник судорожным движением руки попытался указать направление. – Ты можешь её спасти... Иди по следам... Зомби не умеют прятать следы...

Наставник попытался крепко сжать запястье юноши и потянуть к себе, но сил на это у него почти не было. Он говорил почти шёпотом, с каждым предложением слова становилось тяжело понимать. Нил догадался, что наставник просит его ещё сильнее приблизиться.

– Проламывай им головы, только так можно убить оживших мертвецов. Вспомни, чему я тебя учил, а мне нужно немного поспасть. Я хочу увидеть свой самый красивый сон... Риот закрыл глаза, блаженно улыбнулся и затих.

Глава 2. Старая крепость.

Свет, спотыкаясь о развалины, растягивался на земле широкими тенями. Осень только начиналась, поэтому привычное летнее тепло делало утро комфортным. Широкое и длинное ущелье упиралось в крепостные стены Лорель. Первая линия укреплений была разрушена почти до основания, но вторая, несмотря на прорехи, выглядела достаточно грозно. Маленькая ящерица грелась на камне, подставляя своё серое тельце под солнечные лучи. Неожиданно она дернулась и стремительно побежала вперёд. Зверёк пересек некогда глубокий ров, заваленный останками тел воинов и песком, принесённым вездесущим ветром. Сейчас он выглядел как неглубокая выбоина на дороге, напоминавшая о былых сражениях.

Ящерица пробежала мимо походного лагеря караванщиков. Между двух повозок дотлевал небольшой костерок. Рядом с ним, завернувшись в плащ, дремал нерадивый сторож. Он сидел на тюке с вещами, склонив голову вперёд, опираясь руками на рукоять меча, воткнутого в землю. Невдалеке на привязи паслись четыре ящера-гаркха. Жители западных земель часто использовали их в качестве тяговой силы или для верховой езды. Позволить себе иметь настоящих коней могли только состоятельные высокородные. Любопытная ящерка юркнула под ногу спящего караванщика и устремилась дальше в сторону городской стены. Один из гаркхов, заметив движение, резко дернулся. Клацнули зубы, и маленькое животное пропало в его пасти, оставив снаружи лишь длинный хвост. Ящер запрокинул голову вверх, судорожно сглатывая пищу. Он удовлетворённо заурчал и пару раз как кнутом резко стеганул языком воздух. Запахи, которые он учуял, заставили насторожиться. Зверь агрессивно зашипел, и его сородичи всполошились. Вскоре появилась причина этого беспокойства – два путника. Один из них был невысокого роста и с головой кутался в дорожный плащ, пряча лицо в тени капюшона. Другой – высокий и худой – смело подставлял свои длинные светлые волосы ветру. Спадать им на глаза не давал прочный металлический обруч с выпирающей пластиной, прикрывавшей переносицу. Лошади выглядели уставшими – видимо, они давно находились в дороге. Путешественники проехали мимо спящего каравана и направились к крепостным воротам, словно их не волновало то, что они закрыты. Кони остановились перед стеной из древней каменной кладки, покрытой многочисленными выбоинами. Крепость познала много сражений и продолжала быть надежным щитом для жителей востока. Массивные, окованные железом ворота, были закрыты.

– Эй, там, на стене, впустите нас! У меня важное сообщение для вашего капитана! – крикнул один из воинов в сторону наблюдательной башни.

Ответа не последовало, лишь ветер надрывно завыл, играя в салочки с песчинками, заставляя одинокие засохшие кустарники раскачивать своими ветвями. Ничто не потревожило утренний сон крепости Лорель. Бойницы продолжали безмолвно смотреть на путников, создавая ложное ощущение давно покинутого людьми места.

Один из странников слез с коня, достал из дорожной сумки верёвку с металлическим крюком-кошкой на конце. Размотав её, человек встал поудобнее, раскрутил, а затем метнул свой снаряд в сторону стены. Лишь третья попытка оказалась удачной, и металлический крюк прочно засел в трещине между камнями. Дернув несколько раз за веревку, человек удостоверился, что она крепко держится. Хватаясь за равномерно затянутые узлы и подтягиваясь на руках, он опирался ногами о выступы каменной кладки и поднимался вверх. Не торопясь человек взобрался на стену и пролез в проём между мерлонами.

Совсем рядом с тем местом, где прочно засел крюк-кошка, завернувшись в потрепанный засаленный плащ, спал упитанный часовой, блаженно обнимая свое копьё. Его двойной подбородок сотрясался каждый раз, когда из его горла вырывался храп. Он не выглядел бывалым солдатом, скорее походил на человека, который по воле судьбы был вынужден нести бремя воинской службы.

– Ну, что там, Бриар? – нетерпеливо выкрикнул снизу второй путник. Голос его был моложавым и высоким.

– Всё нормально, – ответил воин, поднимая руку в успокаивающем жесте. Часовой пошевелился, но лишь для того, чтобы перевернуться на другой бок и блаженно улыбаясь, тихо засопел ноздрями. Бриар пнул его в толстый зад, после чего охранник громко заскулил, смешно засеменив ногами по воздуху, и проснулся. Солдат вертел головой, не понимая сон это или реальность? Многозначительно посмотрев на своё копье, которое он крепко сжимал, и переведя взгляд на воина с развивающимися на ветру волосами, часовой, наконец, понял что происходит... Незваный гость резким движением наступил на грудь толстяку, опрокинув его навзничь, вынул кинжал из-за голенища сапога и приставил его к горлу ошалевшего от испуга человека.

– Я могу убить тебя, – чётко выговаривая слова, произнёс Бриар, – скажи мне хотя бы одну причину, по которой мне не стоит этого делать?

– Не нужно, господин! – в голосе незадачливого часового тревожно поигрывали нотки страха. Он сильно нервничал, бегая взглядом то по стоящему перед ним воину, то озираясь по сторонам, видимо, разыскивая союзников. Было заметно, что солдат сильно напуган и боялся смотреть в глаза воинственному незнакомцу.

– Где капитан Каракка? – голосом, не терпящим неповиновения, спросил воин.

– Он у себя в оружейной, добрый господин, – кося глазами на лезвие у своего горла, промямлил солдат, – как и всегда в это время...

– Где Каракка только набирает такой сброд?

Вопрос был адресован скорее пролетавшему ветру, но часовой воспринял его на свой счёт и тут же осмелился ответить:

– В городе! У нас в Лорель каждый мужчина выходит на дежурство, а очерёдность определяет лейтенант Лондайк...

Поняв, что его жизни ничего не угрожает, часовой продолжил: «Милостивый государь, я всего лишь сапожник, я не солдат, но я подчиняюсь законам, установленным в крепости, – теперь тон незадачливого сторожа звучал открыто заискивающим, – я прошу вас не сообщать нашему капитану об обстоятельствах нашей встречи. Он у нас человек вспыльчивый и суровый, и мне бы не хотелось...»

– Обещай мне, что больше не будешь спать на посту, – перебил дипломатические изыски часового Бриар, – клянусь, в следующий раз, если я застану тебя спящим в карауле, то лично выпорю на площади! Думаю, десяток плетей зададут тебе бодрости до конца твоих дней.

Тон, которым воин произнёс эту фразу, красноречиво свидетельствовал о том, что своими обещаниями он не разбрасывается и всегда их выполняет.

– Я исполосую твою спину кровавыми бороздами! Клянусь Матерью Луной, так и будет! – поставил пугающую точку в своём обращении незваный гость.

– Нет, нет, что вы, – затараторил солдат, понимая, что удалось легко отделаться, – такого больше не повторится! Видите ли, в этом году выдался отменный урожай, – стражник так волновался, что начал съедать окончания у слов, – все мы устаем на уборке, а тут еще эта служба... – поймав строгий взгляд воина, часовой решил больше не вдаваться в подробности своего быта и не искать оправданий для своего проступка.

– Ладно, я сегодня слишком устал для того, чтобы быть строгим. Открой ворота и пропусти моего спутника, – воин спрятал кинжал и усмехнулся.

– Сию минуту, – упитанный часовой, смешно перебирая короткими ногами, сполз вниз по приставленной к стене деревянной лестнице. Забрало шлема постоянно падало, прикрывая глаза, заставляя солдата одной рукой периодически поднимать его вверх. Это движение делало и без того неуклюжего стражника настоящей карикатурой на воина.

Спустившись вниз, он несколько раз легонько пнул кучу тряпья, которая валялась у стены. Тут же из неё, словно на пружинках, выскочил парнишка лет шестнадцати в кожаном нагрудном панцире. Он судорожно пытался понять, что происходит, ошалело натирая сонные глаза, грязными кулаками.

– Вставай, лоботряс! – упитанный часовой, недавно оказавшийся в такой же ситуации, принялся вымещать накопившееся раздражение на своём молодом подопечном, – как ты смеешь спать на дежурстве, балбес!

Бриар укоризненно покачал головой, смотря, как постовые, прилагая все свои мышечные усилия, с невероятным трудом, пыхтя и сопя, поворачивают колесо механизма, открывавшего ворота. Состояние крепости оставляло желать лучшего, ровно как и её гарнизон. Против небольшой, но хорошо обученной армии защитники ущелья долго не продержатся. Скрипя сухими досками и скрежеща ржавыми цепями, ворота отодвинулись в сторону, открывая небольшой проход. Внутрь города зашёл спутник Бриара, ведя коней под уздцы. Он был укрыт дорожным плащом, скрывая в глубине капюшона свое лицо от лучей утреннего солнца и посторонних взглядов. Бриар смотал верёвку с крюком и присоединился к своему компаньону. Эта парочка пересекла внутренний двор и направилась вглубь спящего города, оставляя позади себя двух незадачливых часовых.

– Кто это такие? Могли бы и до утра подождать! Велика честь вставать в такую рань и пускать в крепость непонятно кого, – заворчал сонный юноша, сладко зевая. И тут же получил затрещину от своего старшего товарища.

– Это гвардейцы императора! – назидательно пояснил тот, – ты разве не заметил на одежде герб – два скрещенных меча на фоне Луны? Марш на стену!

***

Капитан Каракка стоял, широко расставив ноги и подперев бока кулаками, всем видом показывая строгость занимаемой должности. Это был могучий человек с широкими плечами, глядя на которого сразу становилось понятно, что позади у него богатый военный опыт. Его белёсые волосы огромной гривой спускались чуть ниже плеч. Огромная нечёсаная борода, скрывавшая половину лица, и повязка, закрывавшая пустую глазницу, позволяли воину легко прятать свои эмоции. Единственной ухоженной деталью на лице были огромные закрученные вверх усы.

– Как вы прошли через охрану? – капитан принялся буравить незваного гостя своим единственным глазом.

– Бравый капитан всегда на чеку, – улыбнулся Бриар, – не суди строго своих часовых, нужный урок я им уже преподал.

– Бри! Старина! – усы коменданта крепости поползли вверх, обозначая улыбку. Узнав своего старого приятеля, он молниеносно оказался совсем рядом и по-дружески очень крепко обнял гостя, который в его могучих руках казался детской игрушкой.

– Хо-хо-хо! Как давно я тебя не видел! – радостно рычал капитан, сжимая своими мускулистыми ручищами своего старого боевого товарища, – мне кажется, ты пропал на миллион лет! Куда ты исчез?

– Осторожнее, дружище, ты же меня раздавишь! – охнул Бриар, – побереги силы для врагов. У меня было много дел по ту сторону стены.

– Чувствуй себя как дома, я прикажу накрыть на стол, наверняка ты устал с дороги! Сейчас тебе выделят комнату... – засуетился капитан, размахивая руками, словно заботливая хозяйка во время нежданного визита дорогих гостей. Такой внезапный приступ гостеприимства совсем не соответствовал его брутальному образу. Хотя все, кто давно был знаком с ним, отлично знали, что для своих людей он может быть как строгим судьёй, так и заботливым отцом.

– Не в этот раз, – голос Бриара стал серьёзным, он положил свою руку на плечо могучему капитану, который был на голову выше его, – на это нет времени. Прикажи заменить нам коней и наполнить сумки запасами провизии – нам нужно двигаться вглубь континента дальше на восток.

– Нам? – переспросил удивлённый капитан, – дружище, моё место здесь! С тех пор как гвардия перестала существовать, а империя была разорвана высокородными на множество земель, Лорель – единственное место, ради которого я живу! Эти люди нуждаются во мне!

– Нет-нет! Тебе, я уверен, найдётся занятие и в крепости, – пояснил гость, – я имел в виду нам...

Словно ожидая именно этой фразы, порог комнаты переступил человек.

– Добрый день, – звонко поздоровался он, входя внутрь и снимая капюшон, за которым скрывался не то парень со смазливым лицом, испачканным дорожной пылью, не то девушка с короткой копной засаленных грязных волос.

– Я не узнаю тебя Бри. Чтобы ты болтался с молоденькой девицей в мужском наряде... – не без труда определил пол гостя великан и на пару секунд застыл от удивления.

– Каракка, у нас нет времени на лишние объяснения! Беда идёт на наши земли, и нам нужно её остановить. Все восточные города скоро заполыхают в огне пожарищ. Зови своих лейтенантов и распорядись, о чём я тебя просил. У нас в запасе пара дней, прежде чем здесь появятся вражеские передовые отряды. Гангены объединили всех воинов западных земель, они снова идут в наши края, но сейчас всё не так, как раньше, мы разобщены, и с нами нет нашего императора!

– Гангены... Эти вонючие собаки никак не могут успокоиться. Сколько раз они пытались пересечь рубеж Лорель?! Эти стены помнят три великих битвы! Мы всегда останавливали их! – военачальник на несколько мгновений позволил эмоциям взять верх, но тут же стал серьёзным, – Я понимаю, что сейчас не те времена. На границе у меня лишь группа простых людей...

– Об этом я и говорю. У нас мало времени!

– Лондайк! – крикнул капитан вглубь помещения, – вызови ко мне командиров отрядов! И тут же вновь переключил внимание на своего старого боевого товарища. – Хорошо, я прикажу исполнить твою просьбу.

– И ещё, – Бриар сделал несколько шагов по комнате, – ты прекрасно знаешь, мы, гвардейцы, давали клятву императору и никогда её не нарушим. Похоже, настал час для того, чтобы исполнить свой долг. Нужно собрать всех наших воинов. Ты знаешь, где они находятся?

– Кто-то осел и обзавелся семьей, кто-то совсем притаился. Вассел обосновался в Олдингбурге, Радомил сейчас служит у Двух баронов, Риот нашел свой приют здесь, неподалеку, в одной деревушке, – капитан тыкал толстым пальцем по точкам на карте из бычьей кожи, что висела на стене вместо обычного гобелена, – это те, кто поблизости. Скоро полнолуние и я смогу послать всем сигнал к сбору. Кто ещё жив и в здравом уме, прибудут в столицу, но многие уже потеряли былую хватку, мы ждали слишком долго...

– Ожидание иногда делает нас сильнее, – возразил Бриар, запоминая места, на которые указал Каракка. Затем положил руку на плечо своего старого командира. – Друг, ты знаешь, что при долгой осаде хорошо обученными отрядами Лорель падет. Силы неравны. Дом Гангенов объединил все западные земли, даже племена зверолюдов встали под его штандарты. Тебе нужно задержать его хотя бы на неделю, – воин пристально всмотрелся в глаза своего товарища, – или несколько дней, и живым отойти вглубь страны. За это время я попробую уговорить Двух баронов прислать вам резервы, хотя надежда на это слишком мала или попробовать организовать следующий рубеж обороны там. Затем я отправлюсь дальше и соберу силы в единый кулак под столицей.

– Я даже не буду надеяться на скорую помощь. Встретить врага здесь, под стенами полуразрушенной крепости, объединенной армией, – возможно, это был бы самый простой вариант. Решить всё одним разом, в одном сражении, как раньше! Но резервы не подойдут. Я в этом уверен. И дело даже не в том, что они не успеют добраться до нас. С тех пор как империя перестала существовать, а прямого наследника не осталось, высокородные думают только о себе. Объединить всех лордов? – Каракка нахмурился, и стали видны сетки морщин, которые длинными линиями рассекали лоб и маленькими молниями разрезали кожу в уголке единственного глаза, – это невозможно! После смерти императора мы погрязли в междоусобицах, и лишь последние пару лет на наших землях высокородные сэры не пускают друг другу кровь по поводу и без с такой же частотой, как они лили её совсем недавно! Но они с легкостью могут вспомнить свои молодецкие забавы. Ведь старые обиды, как вино, с годами становятся только сильнее и крепче.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю