Текст книги "Сердце у моря (СИ)"

Автор книги: Дарья Беженарь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 7 страниц)

Глава 4

Глава 4

– Куда мы едем? – спрашиваю, не глядя на него.

– Как куда? К Арсену. Ты же к нему бежала? – он бросает на меня короткий взгляд, ухмыляясь.

– Ты серьёзно? – я резко поворачиваюсь к нему, глаза расширяются от возмущения. – Ты что, совсем с ума сошёл? Отвези меня домой! Я не хочу к Арсену! Открой, слышишь! – я дёргаю ручку двери, но та, конечно, заблокирована.

Пока я пыталась договориться с Ромой, чтобы он меня выпустил, мы подъехали к какому‑то пляжу.

– Выходишь? – Роман открывает дверь со стороны пассажира и слегка толкает её локтем, будто я всё ещё сопротивляюсь.

Я открываю дверь, оглядываясь по сторонам. Пляж выглядит так, будто кто‑то решил устроить вечеринку прямо посреди сказки: гирлянды из лампочек натянуты между старыми соснами, на песке разложены пледы и подушки, играет музыка, а в центре – огромный костёр, вокруг которого уже собралась весёлая компания. В воздухе пахнет морем, жареным мясом и дымом от костра.

Мы подошли к компании ребят.

– О, Лис приехал! – к нему подошёл парень в футболке и спортивных шортах. Он хлопнул Романа по плечу так, что тот слегка покачнулся. – Ты же говорил, что у тебя семейная посиделка у Миронова в гостях. – Парень перевёл взгляд на меня и приподнял бровь. – А это что за красавица?

– Эта? – Роман небрежно махнул в мою сторону. – По дороге нашёл. Арсену в подарок.

– Арсену? – переспросил парень. – Он вроде на пляже был.

– Арсен! – крикнул Роман, и его голос разнёсся над пляжем.

Мои глаза полезли на лоб. Он что, хочет отдать меня бандиту?!

К нам подбегает высокая овчарка – блестящая шерсть, умные глаза и хвост, который виляет так энергично, что, кажется, может создать небольшой ураган.

– Арсенчик, к тебе гостья, – Роман погладил пса и посмотрел на меня с улыбкой, в которой читалось: «Ну что, попалась?»

Пёс подбежал ко мне и лизнул руку.

– Это и есть твой бандит? – я недоверчиво посмотрела на Романа.

– Ты не смотри, что он с виду приличный, бандит ещё тот, – серьёзно произнёс Роман, но глаза его смеялись. – Особенно если Пират и Майкл с цепей сорвутся и начнут носиться вместе с ним по улицам.

Арсен продолжал тереться об мою ногу, тыкаясь носом в ладонь и явно намекая на ласку.

– Сказал же, лучше не сопротивляться. Любит молоденьких девочек, – добавил Роман, еле сдерживая смех.

– Шутник ты, Ромашка, ещё тот, – фыркнула я, но всё‑таки погладила пса. Тот тут же перевернулся на спину, подставляя живот для почёсывания.

Я развернулась и пошла к морю. Волны мягко накатывали на берег, оставляя на песке белую пену. Я вдыхала солёный воздух, пытаясь успокоиться. В голове крутились мысли: «Ну вот, опять всё испортила. И зачем я так сорвалась? Мама расстроена, дедушка в ярости, а я… а я тут стою, как дура, в своей вызывающей юбке и с жвачкой во рту».

– Стой ты, – Роман догнал меня, чуть не споткнувшись о корягу на песке. – Пойдём с друзьями познакомлю.

– Спасибо. Обойдусь, – я скрестила руки на груди. – Посижу здесь. Как навеселишься, отвези, пожалуйста, меня домой.

– Оу! Ты даже знаешь волшебные слова, удивила! – он ухмыльнулся. – Пойдём, познакомлю – нормальные ребята. Ты же не на один день сюда приехала, знакомства ещё пригодятся.

– Да, если дед меня не убьёт сегодня же или не выгонит из дома, – буркнула я.

– Ну, если выгонит, тогда…

– Что? Предложишь пожить у себя? – я резко повернулась к нему. – Нет уж! Уволь. На это я не подписывалась. И не надейся.

– Я хотел сказать, что можешь пожить здесь, на пляже, с бандитом Арсеном! – он расхохотался, отступая на шаг.

– Придурок, – прошипела я, но губы сами собой дрогнули в улыбке.

Мы вернулись к компании. Роман познакомил меня с ребятами. Они все так или иначе относились к винодельне – или сами там работали, или их родители. Атмосфера была расслабленной: кто‑то жарил маршмеллоу над костром, кто‑то разливал лимонад по стаканам, кто‑то играл на гитаре.

– А Каролина приехала к дедушке с бабушкой в гости, – сказал Рома, представляя меня ребятам.

– И кто твой дедушка? Мы здесь всех знаем, – улыбнулся мне Ваня, парень, который первым подошёл к Роме, когда мы приехали.

Кстати, очень симпатичный: высокий, загорелый, спортивного телосложения, крепкие руки, накачанные ноги, светлые волосы. Даже чем‑то похож на Ромашку. Только не такой шутник и придурок и с милыми ямочками на щеках, когда улыбается.

– Миронов Макар Олегович, – ответил за меня Рома. – Прикинь!

– Да ладно? У Миронова есть внучка? – Ваня приподнял брови, искренне удивлённый.

– Как видишь, – кивнул Рома, разговаривая так, будто меня тут и нет.

– Да я сама в шоке. Не меньше вашего, – вставила я, закатив глаза. – Представьте моё удивление, когда мне сказали: «Лина, собирайся, едем к дедушке, которого ты никогда не видела».

Я пыталась шутить, хотя, по сути, смешного мало в этой истории.

– А ты вообще откуда? – спросил Ваня, присаживаясь на край надувного матраса.

– Выборг, Ленинградская область, – ответила я.

– Ого! Далековато.

– Ага, не близко. Полтора дня ехали.

– Значит, на всё лето к нам? – подмигнул Ваня.

– Похоже, что так, – вздохнула я. – Если, конечно, меня не отправят обратно завтра же.

– Не отправят, – уверенно сказал Рома. – Макар Олегович просто не успел осознать, какое сокровище к нему приехало.

– Сокровище? – я фыркнула. – Ты видел мой наряд? Я больше похожа на сбежавшую цирковую артистку. Или на танцовщицу из кабаре, которая перепутала гастроли и оказалась в виноградниках вместо Ниццы.

– Зато яркую, – подмигнул Ваня. – Нам тут как раз не хватало красок. Всё больше виноград да бочки.

Компания снова взорвалась хохотом. Даже Арсен, который до этого мирно спал у костра, поднял голову, посмотрел на нас с осуждением и снова свернулся клубочком.

– Ладно, сокровище, – Рома протянул мне стакан с лимонадом, украшенным долькой лайма и крошечной соломинкой в полоску. – Прими мирный напиток. И давай договоримся: ты не убегаешь, а я не напоминаю про Арсена.

– Договорились, – я взяла стакан, сделала глоток и невольно улыбнулась. Лимонад был идеальным – холодным, кислым и чуть сладким, с лёгкой цитрусовой ноткой. – Но, если ещё раз назовёшь меня сокровищем, я утоплю тебя в море.

– Понял, – он поднял руки в знак капитуляции. – Просто Каролина. Без титулов.

– Лучше Лина, – поправила я.

Ваня подвинулся, освобождая место на матрасе:

– Садись, Лина. Рассказывай, как там в Выборге? У вас там, наверное, каждый день парад пингвинов по главной улице?

– Почти, – подхватила я игру. – Только вместо пингвинов – чайки, которые воруют булочки у туристов. А ещё у нас есть памятник комару в натуральную величину. Очень популярный объект для селфи.

– Впечатляет, – кивнул Ваня. – У нас тут такого нет. Зато есть памятник винограду. И фонтан в виде бокала.

– О, теперь я понимаю, почему вы так радуетесь гостям, – подмигнула я. – Вам просто не с кем обсудить культурное наследие.

– Точно! – рассмеялся Рома. – Мы уже двадцать лет ждём, когда кто‑нибудь приедет и скажет: «Вау, какой крутой фонтан‑бокал!»

– Ну что ж, – я сделала ещё глоток лимонада, – вау, какой крутой фонтан‑бокал! Теперь вы счастливы?

– Безмерно, – Ваня поклонился с надувного матраса, чуть не потеряв равновесие. – Теперь ты официально принята в клуб ценителей местной архитектуры. В качестве бонуса – ещё один лимонад и право первым выбрать песню для караоке.

– Караоке? – я подняла бровь. – О нет, только не это. Последний раз, когда я пела в караоке, бармен выключил микрофон.

– Тем более надо реабилитироваться! – Рома достал телефон и начал листать плейлист. – Итак, что выберем? «Экспонат», «Кукушку»? Или сразу «Батарейку», чтобы уж точно всех до слёз довести?

– Я выбираю тишину, – засмеялась я. – Но раз уж вы так настаиваете… Давайте «Матушка-земля». Но предупреждаю: если кто‑то начнёт подпевать фальшиво, я использую свой стакан лимонада как оружие.

– Принято! – Ваня хлопнул в ладоши. – Начинаем операцию «Реабилитация певицы».

Арсен, услышав шум, снова поднял голову, вздохнул, как будто думал: «Опять эти люди со своими странными ритуалами», – и снова уснул.

Я села на матрас, поджала ноги и оглядела компанию.

Может, это лето и правда будет не таким уж плохим?

Глава 5

Глава 5

Я спустилась к завтраку. На веранде все сидели молча – так тихо, что слышно было, как муха бьётся о стекло где‑то в углу. Дедушка хмуро размешивал сахар в чашке, мама разглядывала скатерть с таким видом, будто там зашифрована тайна вселенной, а бабушка нервно постукивала ложечкой по блюдцу – так ритмично, что можно было подумать, она репетирует партию ударных для местной рок‑группы.

– Доброе утро! – произнесла я, стараясь звучать бодро и оптимистично, как ведущий утреннего шоу, который не в курсе, что у зрителей ещё не включился режим «жить».

– Доброе утро, – коротко ответила мама, не поднимая глаз.

Бабушка тоже кивнула – так энергично, что её кудряшки смешно подпрыгнули.

– «Чё похавать есть» сегодня не будешь интересоваться? – резко спросил дедушка, поднимая на меня взгляд, полный праведного гнева.

Он явно ещё обижался – и обижался так основательно, будто я не просто устроила вчера сцену, а лично отменила День вина в деревне и заодно испортила прогноз урожая винограда на ближайшие пять лет.

– Я понимаю, что ты обижаешься и злишься на меня, – продолжил дедушка. – Но зачем же позорить перед друзьями?– – Макар, успокойся, – бабушка взяла его за руку. – Она просто шутила так.

– Да, я начинающая артистка, разыгрывала сценку, – подхватила я, изображая вдохновлённый взгляд и даже слегка воздев руку к небу, как актриса немого кино. – Это был перформанс. Современное искусство, понимаешь?

– Лин, садись уже, – тихо сказала мама, бросая на меня предупреждающий взгляд.

– И вообще, я поняла: Ромашка явно ни при чём, – я откусила кусочек оладушка. – Но вы с его дедом сто процентов что‑то задумали насчёт нас. Это точно заговор.

– Ромашка? – бабушка удивлённо посмотрела на меня. – Ты про Романа?

– Ага, про него. Нормальный, кстати, парень, придурковатый, правда, немного, – я пожала плечами. – Но и я не образец здравомыслия. Короче, думаю, мы с ним зафрендимся.

– Вы хоть предохраняться не забывайте, – в ужасе произнесла бабушка, чуть не уронив чашку. Её глаза расширились так, будто она только что увидела привидение.

– О боже, бабушка Роза, ну ты чего? – я закатила глаза. – «Зафрендимся» значит – подружимся. А не то, что ты подумала. Фу‑у! Как парень он меня не интересует. Он слишком громко смеётся. У меня от его хохота уже голова болит.

– Можно подумать, ты его заинтересовала, – вставил дедушка, отпивая чай из кружки с видом человека, который только что поставил шах и мат.

– То есть я не чета Лисовским? Правильно, Макар Олегович? – я скрестила руки на груди.

– Ну, так как ты вчера выглядела и вела себя – явно не чета, – дедушка снова отхлебнул чай, всё ещё избегая моего взгляда. – Рома – серьёзный парень, с хорошим образованием. У него будущее, перспективы…

– Ну да, ну да. Куда уж мне до него, – я усмехнулась. – Я же только и умею что жвачку жевать.

Я взяла со стола еще один оладушек и чашку кофе и встала из‑за стола.

– Куда пошла? – спросила мама.

– В сад. Подышать свежим воздухом, – я направилась к выходу. – И, может, найду там какого‑нибудь местного кота, чтобы обсудить с ним философию бытия. Он точно не будет меня осуждать за вчерашнее.

Выйдя на дорожку, я вздохнула полной грудью. «Серьёзный парень с хорошим образованием» меня и не интересует, – подумала я, разглядывая клумбу с розами. – А вот его друг Ваня – попроще будет. И не ржёт, как невменяемый лось, каждые три минуты. И фамилия у него не Лисовский.

Остановившись у куста жасмина, я сорвала маленький белый цветок, покрутила его в пальцах. Улыбнулась, вдохнула аромат жасмина и пошла дальше по тропинке, оставляя позади утренние споры и обиды. Где‑то вдалеке послышался лай – вероятно, Арсен приветствовал новый день.

Лай Арсена снова навеял воспоминания о Ромашке. «Как он там, интересно?» – мелькнуло в голове. Точно! Он же мне вчера оставил свой номер. Надо позвонить, узнать…

Я нервно покрутила телефон в руках, поправила прядь волос, и нажала на вызов. Гудок, ещё один.

– Да, – серьёзно ответил мне Рома.

«И чего это он такой серьёзный? – подумала я, нервно постукивая ногой. – Что, с утра ещё шардоне не бахнул, поэтому не в духе?» Ладно. Ничего умнее, чем начать петь ему песню группы «Винтаж», я, конечно же, придумать не могла. Вдохнула поглубже и, стараясь попасть в ноты, завела:

– Я сочиняю роман, мужчина всей моей жизни,

Иду по вечному кругу,

Я так решила сама, перепечатаю мысли

И разошлю всем подругам.

Я сочиняю роман, Рома‑Рома‑Роман, Роман,

Мужчина всей моей жизни…

– Хм… Каролина, – раздался голос Ромашки. – У меня сейчас совет директоров, и ты на громкой связи.

«Твою мать… Стыдно‑то как!» – пронеслось у меня в голове. Я почувствовала, как краснеют уши, и инстинктивно спряталась за куст жасмина, будто Ромашка мог меня увидеть.

– Ладно, расслабься, артистка. Какой в отделе маркетинга может быть совет директоров?

Слышу в динамике заразительный смех. Ну наконец‑то! А то я уже подумала, что ошиблась номером.

– Фух… Ох уж твои шуточки.

– Но песня, кстати, хорошая. Можешь поставить её на звонок.

– Обязательно! – фыркнула я.

– Так что ты хотела? Помимо того, что спеть мне в девять утра о том, что я – мужчина всей моей жизни?

– Ничего. Просто позвонила.

– Как Макар Олегович? Из дома не выгнал?

– Нет, пока.

– Жаль. Арсен бы обрадовался.

– Не сомневаюсь. Тебя только дай повод надо мной посмеяться.

– Ну ты сама эти поводы даёшь. Мне и придумывать ничего не надо.

– Ладно. Рада была пообщаться. Мне пора. У меня дела.

– Какие, интересно? Пугать котов своим пением?

– Именно. И как ты догадался?

– Увидел в окно стаю перепуганных котов, убегающих от вашего дома. Они мчались так, будто за ними гнался сам дьявол… или ты с микрофоном. – Он снова, конечно же, начал хохотать.

– Ладно. Не дуйся, ты хорошо пела.

– Я и не дуюсь. Я уже начинаю привыкать и не обращаю внимания на твои глупые шутки.

– Вот и молодец. Какие планы на вечер?

– Пугать котов и бегать за Арсеном.

– Ну, если у тебя такой загруженный вечер, то ладно. Я думал пригласить тебя в ресторан поужинать.

«В ресторан поужинать? Меня? Он же шутит?» – сердце ёкнуло, а в животе запорхали бабочки размером с голубей. Я чуть не выронила телефон от неожиданности.

– У вас есть рестораны?

– Представь себе. Не только виноградники и погреба. Ну, так что?

– Я согласна.

– Отлично. Тогда в восемь вечера заеду за тобой.

– Ладно.

– Ну, тогда до встречи, артистка.

– До встречи, Ромашка‑ка… – Я вовремя прикусила язык. «Он в ресторан меня зовёт. А я его какашкой хотела обозвать!»

– Что‑то? – переспросил Ромашка.

«Блин! Ну почему я вечно так?»

– Говорю, до встречи, Ромашка‑… обаяшка! – выпалила я с наигранной бодростью.

Он снова засмеялся. А я быстро отключилась, прижала телефон к груди и сделала маленький победный прыжок на месте.

И так, что мы имеем? Роман вечером заедет за мной, и мы едем в ресторан.

А как же Ваня? Он же мне вроде понравился… Ой, да какая разница. Я ж не замуж собираюсь, а просто поужинать. Тем более Ваня сам виноват – даже номер мой не взял вчера. Значит, не заинтересовала я его. Пусть потом локти кусает, когда поймёт, какое сокровище упустил.

Глава 6

Глава 6

На ужин с Ромой я решила выбрать не такой откровенный наряд, как вчера. После десятиминутного изучения гардероба и трёх паник «мне нечего надеть! Я остановила выбор на розовом платье в стиле baby doll – с пышной юбкой до колен и кружевными вставками. Дополнила образ белыми кедами – чтобы не выглядеть слишком нарядно и сохранить свой фирменный стиль «я не старалась, это просто магия».

Накрутила волосы на бигуди, потратив на это добрых полчаса и пару нервных клеток (одна прядь упорно отказывалась завиваться). Затем – макияж: блеск для губ персикового оттенка, чёткие стрелки, три слоя туши для ресниц. Осмотрела себя в зеркале, покрутилась… «Ну что ж, Каролина, сегодня ты не просто красавица – ты произведение искусства!» – подмигнула своему отражению и поправила выбившуюся прядь.

Спускаясь по ступенькам крыльца, я увидела дедушку – он сидел в плетёном кресле под раскидистой яблоней, читал газету в очках и попивал чай из кружки с надписью «Лучший винодел региона». Неужели в наше время кто‑то ещё черпает информацию из газет? Я невольно улыбнулась: вот он, живой анахронизм – с газетой, в соломенной шляпе и с трубкой.

– Куда собралась? – спросил он, опустив очки на нос и разглядывая меня с прищуром, будто пытался разгадать какую‑то загадку.

– Виноград собирать, – бодро ответила я. – Потом под весёлую музыку буду его давить ногами.

– Так ещё не сезон для сбора.

– Так и я не Челентано, – рассмеялась я, но тут же осеклась, увидев серьёзное выражение его лица.

– Каролина, присядь, – он кивнул мне на стул рядом.

– Макар Олегович, я не настроена на серьёзные разговоры, – я покосилась на часы. До приезда Ромы оставалось совсем ничего , а мне еще нужно придумать, о чём говорить с ним сегодня за ужином.

– Придётся. Иначе никакого винограда.

Я вздохнула, поправила платье и села напротив. Бабочка в животе, которая порхала там с момента приглашения Ромы, вдруг превратилась в тяжёлый камень.

– Ладно… слушаю вас.

– Я хотел извиниться перед тобой, – произнёс он, отложив газету и сложив руки на коленях.

– Начните с мамы, – буркнула я.

– С ней я уже поговорил…

– То есть она вас простила?

– Каролина, ты ещё очень молода и…

– Глупа? – перебила я.

– Я этого не говорил. Ты молодая и не понимаешь, что чувствует родитель, когда отдаёт свою единственную дочь замуж.

– Вы её и не отдавали замуж, – я почувствовала, как закипает внутри. – Даже не приехали на её свадьбу с отцом.

– А меня никто и не звал, это во‑первых. А во‑вторых, свадьбы‑то и не было, просто роспись. Твой отец был военным, и ему некогда было не то что свадьбу играть – он даже познакомиться не соизволил приехать.

– Потому что вы его не любили. Он вам не нравился. Он же не Егор Лисовский. Да?

– Он не Егор. Но дело даже не в этом. Я не хотел, чтобы моя дочь жила жизнью жены военного.

– Папа – герой! Он погиб, исполняя долг перед родиной, – мой голос дрогнул.

– Герой он для своей страны. А для меня моя дочь осталась вдовой в тридцать лет, с семилетним ребёнком на руках.

– А вы, наверное, сильно переживали по этому поводу? – мой тон стал язвительным.

– А я поседел за одну ночь. И в больницу попал с сердечным приступом в пятьдесят лет, – он опустил глаза, и я впервые заметила, какие у него глубокие морщины вокруг рта.

– Если вы так переживали за маму, почему не пригласили её сюда двенадцать лет назад – после того, как погиб папа?

– Гордость не позволила позвать напрямую. Но Роза звонила и приглашала не раз. Но Нина всегда отказывалась. Пока я не прибегнул к хитрости и не затянул вас сюда чуть ли не силой.

– К хитрости? Значит, про операцию на позвоночнике – это ложь? То‑то я и думаю, слишком вы активный для такой операции.

– Операция была, но не сложная. Три месяца назад…

– Ясно. Значит, помощь особо вам и не нужна была. Я могу идти?

– Ничего лучше я придумать не мог. Пойми меня.

– Не пойму, и не просите. Почему вы сами ни разу не приехали к ней?

– Я не знал, захочет ли она меня увидеть…

– А я? Почему мне не позвонили ни разу?

– Когда звонила Роза, я всегда сидел рядом и слушал твой голос, – он поднял глаза, и в них мелькнуло что‑то, чего я раньше не видела – какая‑то тихая боль.

– Как мило, сейчас расплачусь. Но это вас не оправдывает. Я ждала вашего звонка. А вы просто слушали мой голос, – в горле встал ком.

Я встала из‑за стола, стараясь не показать, как дрожат руки.

– Я ушла, – сказала я ему, отвернувшись, чтобы он не увидел моих слёз.

Вышла за двор, вдохнула полной грудью свежий воздух. Где‑то вдалеке слышался лай Арсена, а машина Ромы уже стояла перед двором. Я подошла к пассажирской двери, поправила платье, улыбнулась сама себе – и тут увидела, что внутри кто‑то есть.

В салоне на переднем сиденье сидела девушка – стройная, с длинными светлыми волосами, уложенными так идеально, будто она только что вышла из салона красоты.

– Привет, я Леся, – улыбнулась она, повернувшись ко мне. – А ты Лина?

– Привет… – заторможенно ответила я, чувствуя, как внутри всё сжалось.

– Садись назад, зефирка, – весело сказал Рома, выглянув из окна. Судя по тому, как он это произнёс, имея в виду моё розовое платье, шутка показалась ему невероятно смешной и искромётной – как и все его остальные.

Я села на заднее сиденье, стараясь не задеть подол платья. Настроение упало ещё ниже. Хотя, когда выходила из дома, была уверена, что хуже некуда.

«Это подружка Романа. Всё понятно, – пронеслось в голове. – Только зачем он позвал меня с ними поужинать? Это какой‑то странный тест на стрессоустойчивость?»

«Эх, Роман, ты точно не герой моего романа», – мысленно вздохнула я, глядя в окно.

– Как дела? Чего такая пасмурная? С утра была веселее, – спросил Рома, глядя на меня через зеркало заднего вида.

«Ты ещё расскажи при своей подружке, как я идиотка тебе пела сегодня утром», – подумала я, стиснув зубы.

– Всё отлично. Как всегда, – выдавила я из себя улыбку и отвернулась к окну.

Мы подъехали к зданию, действительно похожему на ресторан, с вывеской «Fishka» – буквы были стилизованны под рыбьи хвосты, а рядом красовалась большая деревянная рыба, будто только что выловленная.

Леся вышла из машины и пошла ко входу в ресторан, покачивая бёдрами так, будто участвовала в показе мод. Я тоже вышла, но идти мне никуда не хотелось. Настроение – минус сто, да и вся эта ситуация – какой‑то сюр.

Рома подошёл ко мне.

«Ой, шёл бы ты за своей Лесей, – мысленно огрызнулась я. – Что тебе от меня‑то надо?»

– Лин, у тебя что‑то случилось? – спросил он, заглядывая мне в глаза. И в этот раз его взгляд казался таким искренним, будто ему и правда было не всё равно.

– Я же сказала. У меня всё чики‑пики. Идём? – я отошла от него и направилась в ресторан следом за Лесей, стараясь идти ровно и не споткнуться на неровной брусчатке.

В зале, за столиком у окна, я увидела Ваню и ещё несколько ребят с пляжа. Рядом с Ваней сидела девушка – кажется, Мия или Мая… как‑то так. Она смеялась, откинув голову назад, а Ваня улыбался ей в ответ.

«Так вот, значит, на какой ужин меня позвали, – поняла я. – Просто приятельские посиделки. Не могу сказать, что я не разочарована. Но, может, это и к лучшему».

Тем более Ваня вдруг поднял глаза и посмотрел прямо на меня. Его взгляд задержался на мне чуть дольше, чем на остальных, и он слегка кивнул, будто говоря: «Я рад, что ты здесь».

«Глупая, – одёрнула я себя. – Он ведь изначально мне больше понравился, чем Рома. Одни только ямочки на щеках чего стоят. Так чего расстраиваться‑то? Пусть Роман тусуется со своей Лесей гидропиридной. Вот я – блондинка натуральная, в отличие от неё», – мысленно добавила я, расправляя плечи и стараясь выглядеть увереннее.

– О, Лина-Каролина! – Ваня встал из‑за стола и шагнул ко мне навстречу. – Наконец‑то! Мы уже думали, ты не придёшь.

– Да вот… немного задержалась, – улыбнулась я, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает.

Рома, который шёл позади, слегка нахмурился, но тут же снова улыбнулся и хлопнул Ваню по плечу:

– Ну что, все в сборе? Тогда заказываем?

Я оглядела стол, полный блюд с морепродуктами, бокалы с белым вином и весёлые лица друзей. Может, этот вечер всё‑таки будет не таким уж плохим?