Текст книги "Хозяйка лесопилки, или Забытая жена (СИ)"

Автор книги: Дара Хаард

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 17 страниц)

Глава 3

Ехали мы долго: спутанное сознание, постоянные, секундные отключки, сверкающая пелена, в которой я словно расщеплялась на миллионы атомов… Это потом я узнала, что мы переходили через портал, который мое сознание отключил уже полностью. Не привыкло тело Нэньки к магическому вмешательству.

Проснулась я утром в кровати. Нормальной кровати, такие, помню, у моей бабушки в деревне были, с железными спинками, в которых причудливо сплетались в красивый узор, кованые прутья. Белая постель из беленного льна… наверно.

Я быстро проверила свое тело, одетое в длинную рубаху. Мягкая ткань была приятна телу, вроде ничего не пострадало. Только странное томление в солнечном сплетении, но никаких лишних болей внизу, что говорит о том, что новоприобретенный муженек не насильник.

Да и поселили в нормальную комнату, я огляделась. Обои, правда, ляпистые, с большими темно-бордовыми цветками, но зато матерчатые, что говорит о достатке этого дома. Пол покрыт деревянным светлым паркетом, немного пошарпанным, возле кровати лежит куцый коврик, на который я спустила ноги и зябко поежилась. В комнате было прохладно.

Три двери, которые я решительно обследовала: за одной прятался шкаф, такие вроде как гардеробными называют, за второй был узкий коридор с нескольким дверями, а за третьей, настоящая ванная комната. Унитаз, правда, странный, пользоваться им побоялась, мало того, что каменный, так и не понятно, откуда воду брать, и вообще, как он работает, никаких труб я не увидела. Зато понятные вентили и кран в ванной немного успокоили. Я умылась, прополоскала рот и потопала назад в спальню, как раз вовремя. Дверь открылась, и в комнатушку набились женщины.

Первой с презрительной миной вошла свекровь, за ней, по-видимому, служанки, все в одинаковых сереньких платьях с белыми передничками и большими нелепыми шапками, такие вроде капор у нас назывались.

– Уже встала, – осмотрела меня с ног до головы, эта мадама, – я молча кивнула и решила узнать, с чем она пожаловала. – Это хорошо, рано вставать, хорошая привычка. Меня зовут миса Лариона, только так. Жить ты будешь в этой комнате. Здесь раньше жила няня Надима, так что она лучше, чем все остальные комнаты служанок. Как ты понимаешь, я не в восторге от женитьбы моего сына, это полнейший мезальянс, наш древний род, и твой торговый, это не сопоставимо. Думаю, что ты даже не знаешь, как пользоваться туалетом.

Ну что ж, тут отрицать, я кивнула, этим туалетом я пользоваться точно не умею. Баронесса фыркнула и продолжила свою речь, перебивая смешки служанок.

– Вводить тебя в наше общество я не собираюсь, пока за тобой будет закреплена Лина, – баронесса кивнула высокой мрачной женщине, а та, в свою очередь, пробуравила меня взглядом серых недовольных глаз. – Она покажет тебе, как пользоваться туалетом, ванной, проведет по дому, покажет, куда тебе ходить не следует. Ты можешь читать, а это уже плюс, так что с тобой будут заниматься учителя, которых нанял Надим. Цени его доброту. Что еще? – баронесса задумалась, – Будь послушной и старательной, может, тогда я переведу тебя в господские покои. Для всех наших родственников и друзей ты больна и не можешь принимать гостей.

Сегодня ты посетишь первый завтрак, так как Надим собирается уезжать и хочет тебя увидеть перед отъездом, но после видеть тебя за своим столом я не хочу. Ты не ровня нам, и должна знать свое место.

Вот интересно, она вообще понимает, что я могу все это ее любимому сыночку рассказать, или она уверена, что я промолчу, или сыночку плевать на жену. Во второе я верю как-то больше. Судя по всему, у семейства Сарв возникли трудности, и они решили их пережить с помощью женитьбы. А что делают с неугодными женами, от которых уже получили что хотели? Конечно же, от них избавляются. Я молча разглядывала молодую свекровь и думала, что же делать?

Пока я не знаю ничего об этом мире, деваться мне некуда. Спасибо хоть, что озаботились учителями. Посмотрим, что там дальше. Миса Лариона решила, что все сказала и удалилась с видом королевы, осталась только Лина. Хмуро посмотрела на меня, не скрывая недовольства, и сказала:

– Пошли, покажу, как нужником пользоваться.

Никакого пиетета, что я теперь как бы жена барона… Я не стала противиться, в туалет хотелось больше, чем пререкаться. Оказалось, что туалет тут магический. Не стали заморачиваться с трубами и всем остальным. После того как сделаешь свои дела, трогаешь последовательно разноцветные камешки на крышке и все, что внутри туалета спокойненько исчезает, трогаешь еще раз, туалет внутри моется. Проверила, от него даже пахнет цветами, вот до чего магия дошла. С ванной все намного проще и понятно, тут все по старинке, магия оказывается, вещь не всем доступная и очень дорогая. У Сарвов хватило только на туалеты.

– Миса Лариона сказала, тебе платьями няньки пользоваться, позже наймут швею, чтобы тебя обшила. Тут в кругу, своих швей хороших мало, они все нарасхват, – пробурчала мне Лина, когда я вышла из ванной комнаты. Она уже порылась в шкафу и расправив на застеленной светлым покрывалом кровати голубое линялое платье, водила по нему странным предметом, поблескивающим, как стилус законника. Судя по размеру, в это платье, мне можно пару раз обернуться.

– Ну чего смотришь? – грубо сказала Лина, посмотрев на меня брезгливым взглядом, – Пошли, помогу платье одеть.

– Во-первых, не ты, а вы, – сказала я холодным голосом, терпеть не могу таких вот дам, которые, как шакалье, нападают на более слабых и потявкивают в тон старшим по рангу, – Во-вторых, я сама выберу, что мне надеть.

Лина сначала побагровела, потом выпрямилась в свой немалый рост. Я со своим метр шестьдесят была как муха против слона, но не стала сдаваться, задрала голову и буравила женщину уверенным взглядом. Такой дай слабину, в бараний рог согнет.

– Недалеко ты от меня ушла, чтобы тебе выкать, – сказала она.

– Ты тоже, баронесса? – сделала удивлённое лицо, Лина побледнела, – А может, ты носишь имя рода Сарв, – я сделала вид, что задумалась, а потом взглянула на нее твердым взглядом, – Мне плевать, из-за чего ты вдруг меня невзлюбила, я тебя первый раз в жизни вижу, и помыкать собой не дам.

– Смотри, выискалась гордячка, миса Лариона тебе быстро на землю спустит.

– Спустит она, а не ты, – Лина отвела от меня взгляд бесцветных глаз, – да и не факт, что сможет, – как можно беззаботней сказала я, уже роясь в старых тряпках. Что-то подсказывает мне, что тут давно все более-менее нормальное разобрали. Лина фыркнула, я думала, что она уже сдалась, но упрямая женщина все же ответила:

– Сильно не надейся, миса Лариона тут весь круг под себя подмяла, никто за тебя? сироту, не заступится.

Я не стала отвечать, только хмыкнула, не знаю я, что такое круг, а выставлять себя еще худшей глупышкой, чем обо мне думают, не хотелось.

В воспоминаниях Нэньки были «Круги», но как-то неясно, непонятно. Необразованной была девочка и мало чем интересовалась, хорошо хоть читать могла, ее еще мама учила. Весь день Нэньки был полон работой и еще раз работой, а еще постоянными страхами, чтобы не избили и дали поесть. Ничего, девочка моя, я за тебя отомщу, вот пойму, что тут да, как и отомщу, не дам им твоим добром жить, словно так и надо.

Время завтрака подходило слишком быстро, но я его все равно проводила с пользой, доставала Лину вопросами.

В этом мире есть аналог часов, они магические. Висят они, как я поняла, почти во всех комнатах и похожи чем-то на наши часы, что примечательно, как электронные, цифры красивыми закорючками сменяются на матовом дисплее. Все магические часы – это артефакты, и связаны они между собой в сеть. Эта сеть к тому же отвечает и за освещение. Мелкие стеклянные кругляши под потолком были лампами, но днем они не светили. Лина сама мало что понимала во всей этой магической приблуде, так что понять ее было сложно.

После небольшой перепалки она немного поменялась, перестала смотреть на меня хмурым взглядом и отвечала ровно не переходя грани. Может, и отомстит потом, но до этого еще нужно дожить. Я, как полная дикарка, по мнению всех, кто тут живет, не стала стеснялась с вопросами. Не знала Нэнька о магических светильниках, все по старинке, свечами да лампами с земляным маслом, пользовались в ее доме. Так что система "умный дом" меня порадовала, значит, не в совсем отсталый мир я попала. Жаль, что о магии ни Нэнька, ни Лина не знали.

Если в воспоминаниях Нэньки это было что-то чудесное, то, по словам Лины, магия она и магия, что тут удивительного, ну, есть артефакт для глажки белья, вон она мне платье им гладит, есть часы, по которым слуги дома живут, баронесса сильно придирчивая, все ей надо по минутам делать, есть туалеты, и свет включается, когда темнота приходит. Что тут удивительного. Я задумалась, что в своем мире я тоже не знала, как создан телефон, но очень даже успешно им пользовалась. У меня будут учителя, вот у них-то все и выспрошу, а сейчас нужно настроиться на разговор с муженьком.

Платье я выбрала себе серого цвета, оно выглядело не таким затертым и было самым маленьким. Без всяких рюшек, кружев и всей другой дребедени, которую сейчас тут модно носить. На рубаху сначала одевался корсет, потом накладка на спину, что делало задницу торчком, хотела отказаться, но Лина сказала, что так платье будет смотреться странно, и по полу волочится. Одна радость – я с бывшей нянькой была одного роста. Поверх платья пришлось еще пояс надевать, чтобы оно не телепалось из стороны в сторону. Волосы Лина расчесала, фыркая, что помыть не мешало бы, уложила в высокую причёску, скрепив шпильками и гребнем. Потом осмотрела меня со всех сторон:

– На баронессу, конечно, не тянете… миса, – ехидно усмехнулась, – но уже лучше, чем то, в чем сюда приехали. Провожу вас в столовую, потом после завтрака покажу дом и двор. Вам разрешено гулять по саду.

– Как же я без разрешения, – хмыкнула.

– Можно вам совет дать миса Анэнья?

Я удивленно посмотрела на Лину, потом кивнула: раз дают, бери.

– Вы сразу напролом-то не идите, муж ваш любит свою матушку, в этом доме все происходит по ее воле.

– Не боишься, что я о твоём совете расскажу хозяйке, – внимательно наблюдала за женщиной.

– Я вам не враг миса Анэнья, у вас и без меня их много найдется, а то, что злилась на вас, так…– Лина оглядела комнатку, – тут я хотела жить, думала, что миса Лариона мне ее отдаст, служу не один год, ей, заслужила.

– Понятно, – кивнула женщине, хотя ничего, понятно, мне пока не было. Сначала нужно посмотреть, чем эта комнатка лучше других комнат служанок, да и не идти напролом, правильный совет, сама так думаю. – Я тебя услышала, Лина.

Женщина повела меня по коридорам в столовую. Я с любопытством рассматривала дом, в котором мне придется жить. Довольно большие помещения, высокие потолки, стены из серого камня, пористого, похожего на губку, но при касании он твёрдый и что удивительно, теплый.

– Драконий камень, – сказала Лина, увидя мои поползновения в сторону стен, – всегда теплый, поэтому зимой тут не холодно. Вы небось в своих избушках до сих пор печи топите.

– У нас тоже тепло, – я обиделась за свой дом, потом с удивлением подумала: это я обиделась или на меня память Нэньки так влияет.

– У каждого Круга есть и хорошее, и плохое, у вас деревянных есть свои радости, которых у нас каменных нет.

Еще один вопрос на мою голову, что такое деревянный круг и каменный, в воспоминаниях Нэньки они просто есть. Раздражала эта информативная голодуха, избаловала нас наша цивилизация, хочешь что-то узнать, интернет тебе в помощь. А тут, где знания искать?!

Я пришла первая, Лина сказала ждать и встала у стены со смиренным видом. Баронесса с сыном пришли через пару минут. Лариона с нежной улыбкой на губах смотрела на сыночка. Сыночек, надо сказать, был красив, вчера я его специально не рассматривала. Сейчас же возможность представилась. Черноволосый и черноглазый, черты лица мужественные, губы чувственные, красивый мальчик. Как воспитанный мальчик, он помог сесть за стол маме, потом и мне, отодвинув стул и задвинув его на место вместе со мной.

Слуги внесли подносы с едой: каша в большой посудине; в маленьких креманках, сметана, варенье, масло; тонко нарезанный хлеб на деревянном подносе; колбасы, сыры, уложенные рулетиками; от запаха еды у меня голова закружилась. Только сейчас я почувствовала, что ужасно голодна. Но внимательный взгляд муженька не дал мне наброситься на еду с урчанием хищника. Я терпеливо, как могла медленно, соорудила себе бутерброд и стала основательно жевать, запивая густым компотом.

– Какая вульгарщина, – свекровь ела, аккуратно разрезая все на мелкие кусочки.

– Мама, – успокоил мать Надим, потом повернулся ко мне, – со временем она всему научится. Ты хорошо устроилась Анэнья?

– Да, – лаконично ответила я, Надиму мой ответ показался неполным, и он посмотрел на мать.

– Из отремонтированных спален осталась только розовая?

– Дорогой, – заюлила маменька, – розовая спальня Евы, ты же не хочешь расстраивать подругу детства, лишив ее спальни в своем доме.

– И в какую ты поселила Анэнью? – Нахмурился Надим.

– В комнату няни Сэи.

– Это же в крыле слуг, – Надим посмотрел на мать укоряющим взглядом, – Она моя жена. И как бы ты ни относилась к ней, она носит нашу фамилию.

– Я собираюсь отремонтировать покои рядом с твоими, все давно готово. Правда, я думала, что Ева сама по своему вкусу все обставит.

– Мама, давай не будем говорить о Еве.

– Девочка оступилась, с кем не бывает.

– Не при моей жене! —повысил голос Надим, а мне не хватало попкорна, такое увлекательное кинодраму тут показывают, хотелось сказать, продолжайте, мне интересно. Из всего сказанного я уже почерпнула довольно много информации, а это только начало.

– Что может понять эта деревенщина! – маменька не выдержала, видимо, она не привыкла, что ей закрывают рот, – Она даже туалетом не знает, как пользоваться!

– Мы за столом!

– Ты должен был жениться на Еве!

– Она променяла меня на герцога, – спокойно сказал Надим, и мне хотелось ему поаплодировать, может, он и не маменькин сыночек, как я подумала вначале.

– Их свадьба не состоялась, герцог отменил помолвку.

– И что ты мне предлагаешь? – И в этом противостоянии взглядов проиграла, как ни странно, баронесса.

– Ты слишком поспешно женился, – выдохнула она, опустив взгляд в свою тарелку.

– Если бы я не женился, сейчас все наше добро растащили бы ростовщики. Пока я был в армии императора, отдавая один долг, вы сумели так залезть в другие долги, что по стоимости они превысили все, что мы имеем. Леса моей жены спасли нас от полного банкротства. Если бы фабрика встала, нам был бы конец миса Лариона.

Баронесса вздрогнула и с обидой посмотрела на сына, в глазах налились крупные слезы, но муженёк молодец, спокойно ел и не смотрел на мамашу манипуляторшу.

– Анэнья, – я удивленно посмотрела на Надима, – Я собираюсь отлучиться по делам, мне жаль, что у нас не будет времени узнать друг друга получше. Я нанял учителей, они прибудут после завтра, думаю, тебе будет интересно учится. Я постараюсь вернуться, как можно раньше, у нас впереди вся жизнь, чтобы узнать друг друга получше. Ты вышла замуж против воли, но я не злодей какой-то и хочу как-то исправить наше знакомство. Я считаю, что супружескую жизнь можно построить не на любви, а на взаимном уважении и буду стараться уважать тебя Анэнья. Ты понимаешь, что я говорю?

Я просто кивнула ему в ответ. Что еще сказать, что я не доверяю его мамочке, которая посмотрела на меня, как на ядовитую змею. Надим все же был не совсем дурак, и перевёл взгляд на свою мать.

– Надеюсь, по прибытии найти свою жену в добром здравии и довольной жизнью, мама. Буду рад, если вы проявите должный такт и, как положено аристократке, введете мою супругу в общество нашего круга. Я буду очень опечален, если вы решите переселиться в свой вдовий дом по причине нелюбви к невестке, говорят, в нем давно не было ремонта.

Баронесса сжала губы так, что он превратились в узкую линию, и который раз злобно посмотрела на меня. Вот же черт! Зря Надим ей угрожает!

Глава 4

После завтрака Лина повела меня гулять. Мы прошлись по всему дому, который насчитывал три этажа и был похож на этакий минизамок, Крыша у дома была плоской, когда-то там был небольшой садик. Сейчас тут стояли огромные ванны и горшки с землей, которые заменяли клумбы, из них памятниками былой красоты, торчали сухие веточки.

– Садом занималась покойная баронесса, бабушка господина Надима, она была из ваших деревянных.

У меня очень чесался язык спросить, почему деревянных, и чем они отличаются от каменных, но я прикусила губу, жить в этом мире и не знать основы его мироустройства – это слишком даже для такой деревенщины, как Анэнья. Она, кстати, знала, но почему-то в моем разуме эта информация не читалась, словно припорошенная мукой, непонятное нечто. Есть мир, люди живут в нем в специальных землях, которые называются круги, и фиг пойми почему, круг, а не квадраты. Почему деревянные и каменные. Я вздохнула.

– Ей растения дикие привозили, из самого леса, вот дед господина Надима ругался. Опасно это, дикие растения завозить, а вдруг пыльца попадет.

Мне хотелось прикрыть руками лицо и покричать, лучше бы Лина молчала, теперь еще есть дикие, странный лес и пыльца. Чем дальше, тем больше вопросов.

– А когда приедут учителя?

– Хотите стать настоящей мисой, – Лина хмыкнула, – после завтра приедут. Наш господин Надим, чуткий и добрый дракон, мало таких, что у деревянных, что у каменных, хищная суть в драконах, ломает их, дуреют они без неба.

Не знаю, как я не споткнулась, да я вообще не знаю, почему не упала от такой новости, Дракон! Какой дракон?! Тут что, другие расы есть. Вспомнила узкий зрачок законника мастера Бука и поняла, что не показался мне тогда его странный взгляд. Но расспрашивать Лину я сейчас о том не буду…надо же, дракон! Хотелось узнать, а он прямо превращается в ящера или остается прямоходящим. А кто тут еще есть? Может, эльфы есть? Я еле сдержала смешок, а почему бы и нет.

– Весь круг на его силе господина Сарва держится, почитай, уже десяток лет, отец господина болел, не мог сам защиту питать. Так что сыну давно пришлось взять на себя роль хозяина, а тут эта служба. Нельзя аристократу в армию императора не идти, урон чести. – Лина, конечно, не могла подслушать мои мысли и спокойно рассказывала дальше.

– А у нас что, война?

– Ох и блаженная, – служанка покачала головой, – вам разве сказки в детстве о лесе не рассказывали?

Я покопалась в памяти Анэньи и поняла, что не рассказывали. Сказки были, но лес в них был родным домом. Странно. Рассказывать о таком я, конечно, поостереглась. Вот еще одна странность: они ведь говорили о роде Суар, и что о нем все забывают. Может, в этом все дело… Я встряхнулась и подумала, что пока раздумывать о Суарах не буду, мне бы понять, как моя жизнь без присутствия муженька сложится. На удивление Надим показал себя с хорошей стороны. Вполне адекватный, с которым можно договориться, но не чувствую я его своим мужчиной. Красив, молод, рассудителен, а душа не лежит. А ему ведь наследники нужны будут…

– Сказки рассказывали, – я все же ответила Лине, – да не помню я, давно было.

Лина посмотрела на меня, покачала головой, но больше ничего не сказала. Позвала смотреть сад, который был на земле. Вот за ним ухаживали. Но сад скорее напоминал огороды. Все приспособлено для того, чтобы получить урожай, а не просто наслаждаться красотой. Ухоженные длинные грядки с овощами, аккуратные посадки плодовых деревьев и кустов. Услужливые работники, которые тут же подали мне корзинки и сказали брать все, что моей душе угодно. А мне вечно-голодной было все что угодно. Под конец Лина, которая тащила корзинку, смотрела на меня, как на врага народа и старалась обогнуть все посадки со стороны забора.

– А кто тут живет в кругу, – спросила я девушку, чтобы немного отвлечь от недовольства, я даже попыталась взяться за дужку и помочь ей с тяжестью, она фыркнула от моих потуг и убрала корзинку в другую сторону.

– Да разные люди живут, городов тут два, один наш, второй тоже драконий. Семья, которая там заправляет, испокон веков семье Савр служит. В городах в основном ремесленный да торговый люд живет, на фермах, крестьяне, вот те жируют, еды всегда вдосталь, и охраняют их стражи наши, чтобы ворье не жировало. Все как во всех кругах, не лучше, не хуже.

Я тут же подумала, что если земли мало, то и понятно, что еды может на всех не хватать, и тогда сад-огород семьи тоже понятен, все на пользу.

– А лайничные леса – они очень дорогие? – Я не отставала от Лины, которая вела меня в дом, по выложенной серыми плитами дорожке.

– Лайничные то? – Лина задумалась, – наверно, дорогие, я про то дерево слышала, его из леса завозили, все пространство круга засаживали, чтобы богатые угодья сделать. Но это так давно было, что все как сказка, почитай. Где сейчас лишний круг возьмешь, чтобы леса садить, людям жить негде, а тут леса.

Я хмыкнула и не стала говорить Лине, что как раз то из-за этих лесов на мне ее господин и женился. А еще они даже больше лесов какого-то там герцога. Х-м-м, интересно не того, который подружку Надима бросил.

– Лина, а кто такая Ева? – Служанка остановилась, повернулась ко мне с бледным лицом.

– Ох миса, лучше бы вам ее не знать, ведьма она…

– А я слышала, что она подруга господина Надима.

Лина фыркнула, потом покачала головой и оглянулась на дом в которому мы шли.

– Пошлите к скамье отдохнем, я вам расскажу.

Я согласно кивнула, в свою комнатку как-то идти не хотелось, что там делать? В потолок смотреть? А информация лишней не бывает, тем более о тех, кто может тебе подгадить. Мы устроились на скамью, я совершенно не стесняясь, сняла шейный платочек и протерла им самое румяное яблочко, и под удивлённым взглядом Лины стала хрустеть им, брызгая соком. Вкуснятина! Женщина хмыкнула, но комментировать мой выбивающийся из аристократических этикетов поступок, не стала.

– Я сюда служить пришла, когда моя дочка младшая замуж вышла, мне, тогда как раз пятьдесят лет стукнуло.

– Погоди, – я удивленно посмотрела на Лину, даже жевать перестала, – А сколько тебе сейчас?

– Что плохо сохранилась? Во мне крови драконьей нет, так что я проживу поменьше вас, хоть бы до двухсот дотянуть, мне сейчас уже восемьдесят.

Это был шок, ошарашенно посмотрела на женщину, которая выглядела на сорок, ну от силы сорок пять, а ей было уже восемьдесят. Вторая новость, которая ошарашила, что во мне есть кровь драконов. Нэнька не знала об этом, это точно.

– Ну так вот, пришла я сюда, когда молодой господин еще ребенком был. Отец господина Надима дружил с отцом Евы, и как вы понимаете дети частенько играли вместе, а как стали взрослеть, им помолвку организовали. Друзья рады, что породнятся, а дети влюблены друг в друга.

– А что потом?

– А потом оба поехали в столицу в свои академии и вернулись уже каждый сам себе. Ева нашла там себе мужа побогаче нашего господина. Самого герцога Миртая Лоу. Он как раз овдовел и в академии ректором был. Вот Ева там с ним и закрутила любовь. Только помолвку герцог через год расторг, не пришлась, видно, ему по душе девица, а может она вольная была да раньше времени ему свои прелести отдала. То мы не знаем, но после вернулась она сюда и опять к нашему господину стала в невесты набиваться.

– А почему ты говоришь, что лучше мне с ней не встречаться? Будет за то, что я теперь жена Надима, мстить?

– Так змея, она как есть, змея ядовитая. Красивая снаружи, а внутри черна, как ночь. Мы-то, слуги, лучше все видим, как она маменькой Надима крутит, как она слуг бьет за любую провинность. Как она к колдовке нашей ходила, чтобы зелье приворотное для господина купить. Только он не зря в академиях тех был, сразу в своем стакане почуял и поругался с бывшей подружкой. Она в слезах вся уехала, но думаю, как узнает, что господин Надим женился, так принесет ее зеленая хмарь. Мстить, это вы мирно сказали, со свету она вас сживет. Магиня она сильная, огнем владеет, так что какую каверзу приготовит, сам император не догадается.

– И что же мне делать? – я с жадностью посмотрела на корзинку, полную фруктов, голод все еще меня не оставлял. Тело требовало срочно набить полный желудок, а то вдруг потом не дадут… нужно избавляться от привычек Нэньки. Не думаю, что меня тут голодом морить будут.

– А что вы сделаете? – Лина встала и подхватила корзинку, – Если примчится змея, постарайтесь реже с ней видеться. Может, и пронесет, дождетесь вы господина Надима, а он в обиду не даст.

– Спасибо, что просвещаешь меня, Лина, – сказала я женщине, а та кивнула мне.

– Да я не вам помогаю, а господину Надиму, все ж на моих глазах вырос, счастья я ему желаю. А с Евой не видать ему счастья, злая она, ненасытная, сама, как в печи живет, злостью, жаром пышет и его утянет на погибель.

– Все равно спасибо, – я улыбнулась ей открыто, поймала в глазах небольшое сомнение. Может, и не будет мстить, за то, что я ее приструнила, посмотрим. Я, конечно, понимала, что Лина права, даже с моими мозгами не тягаться мне со здешней магиней, если только хитростью да неожиданностью. Но пока думать об этом рано, чего зря страдать, может бывшая моего муженька и не заявится.

Лина корзинку с фруктами мне не оставила, утащила на кухню:

– Помою да принесу вам в комнату, – проворчала она, – вы лучше приведите себя в порядок, господин Надим уезжать уже собрался, вас позовут попрощаться.

Я согласно кивнула и решила последовать совету Лины. Умылась, расчесала волосы и заплела простую косу. Вечером обязательно приму ванну, и наконец-то их нормально вымою.

Платья Лина убрала на место в шкаф, но я приметила из них парочку более-менее мягких и светлых и решила сшить себе трусы. У покойной няньки были панталоны, длинные бриджи, вместо трусов, но носить я их не собиралась. Уж до чего я не брезгливая, а я тут не смогла себя заставить, и все тут. Отдала их Лине на тряпки, и попросила принести мне потом швейные принадлежности. Швея из меня, конечно, так себе, но простые вещи нас еще в школе кроить и шить учили. Как-нибудь справлюсь. Пока мне настоящую швею представят, нужно же в чем-то ходить.

Прощаться к Надимом позвала молоденькая служаночка, она с любопытством рассматривала мою комнатку и таращилась на меня, словно я чудо-юдо какое. Лина ее отпустила и сказала, что проведет меня на задний двор сама.

Оказалось, что в каждом круге есть портал, но стоит он не прямо в главном городе, а посередине земель, как сердцевина круга. Порталом, конечно, дорого ходить, но зато безопасно, ведь на простой дороге и дикие могут напасть, и зверье хищное. Это мне Лина по пути на выход рассказывала.

Надим уже стоял возле своей красивой черной кареты и прощался с маменькой. А красивый у меня муж, я залюбовалась его стройным телом и широкими плечами.

– Анэнья, – Надим заметил меня и слабо улыбнулся, – спасибо, что вышла проводить.

Я удивлённо покосилась на Лину, и недовольную свекровушку. Скорей всего, это заслуга Лины, что я тут мужа провожаю, плюсики зарабатываю. Надим взял мою ладошку и поднес ее к губам, мягко поцеловал, вызвав этим жестом у маменьки недовольное фырканье:

– Твоя галантность, дорогой, ей непонятна.

– Мама, я надеюсь, что за Анэньей будет хороший уход, Лина, – он обернулся к моей помощнице, – полагаюсь на тебя.

Надим все еще держал мою ладонь в своих теплых руках и не отпускал. Он странно вглядывался в мое лицо, рассматривал, задумчиво кусал уголок губы.

– Учись хорошо, Анэнья, и привезу тебе из столицы подарок, что бы ты хотела?

Меня чуть смех не разобрал, хотелось ответить по канону про аленький цветочек, но я сдержалась и улыбнулась мужчине:

– Привезите себя, целого и невредимого.

Улыбка меняла его лицо, сразу видно, что Надим еще очень молод.

– О, это с превеликим удовольствием.

Он еще раз коснулся поцелуем моей руки, оставляя теплое пятнышко, которое странно согревало, и лихо, явно красуясь, залез в карету. А не плохой мне муж достался, хоть и аристократ. Правильно говорит Лина, нужно держаться его, а там стерпится – слюбиться…