Текст книги "Кинжал"

Автор книги: Дана Посадская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 5 страниц)

18
Триумф

– Мы все ошибались! – объявила Белинда.

Она восседала в центре гостиной с поистине царственным видом. Это подчёркивало и платье из пурпурного бархата, и высокая причёска, на сооружение которой у Клотильды ушло два часа.

Все, кто собрался в гостиной, слушали Белинду с почти подобострастным вниманием – включая дядюшку Магуса (которому, как главе рода, это никак не пристало) и Ульрику. Только Энедина, ласкавшая очередную кошку, казалась, как всегда, абсолютно равнодушной и погружённой всецело в собственные мысли и кошачью шерсть.

– Мы все ошибались! – повторила решительно Белинда.

– Даже я, – добавила она, опустив ресницы (изящный мазок поистине сказочной скромности на золочёном полотне её триумфа).

– Мы все считали, что инквизитор вселился в одного из нас и будет пытаться убить остальных – одного за другим. Но на самом деле всё было наоборот! Ему было намного проще вселиться в одного, затем убить его, вселиться в следующего, снова убить его и так далее.

– Значит, Люций… – еле слышно выдохнула бледная, как утренний туман, Ульрика.

– Да! – кивнула Белинда. – Люций! Я самого начала его подозревала. Поэтому, когда я услышала, что он зовёт на помощь, я подумала, что это ловушка. Так оно и было. Но я, когда увидела Люция убитым, решила, что во всём ошибалась, и что Люций погиб по моей вине. И, – вы были правы, дядюшка Магус, – я утратила веру в себя. Но когда вы сказали, что главное – верить в себя, я подумала: а что, если я всё же была права? Что если инквизитор был в Люции? И тогда всё встало на свои места.

(Гудящая торжественная пауза. Так, все взгляды скрестились на ней, лаская немым восхищением – изумительно – да, благодарю вас… нет, аплодисментов пока не надо).

Итак.

– Я поняла, что это мог быть только Люций! Иначе как он оказался в той комнате, где был убит? Настоящий Люций просто не мог среди бела дня бродить по замку; он мог только спать в гробу до заката. И потом, серебряный кинжал! Только Люций мог его достать. Ведь он был единственный, кто покидал в эти дни наш замок и летал в иные миры!

Ульрика закрыла лицо руками. (Хорошо, бедняжка, тебе простительно – а вы, остальные, извольте смотреть на меня).

– Но если инквизитор был в Люции, а Люций убит, в кого же он мог снова вселиться? Только в Мартина! Он один подходил к умирающему Люцию! Перед смертью Люций повторял моё имя – почему? Да потому, что инквизитор мечтал вселиться в меня – ведь одна я была вне подозрений! Но я не подошла, подошёл Мартин, и ему пришлось вселиться в него – ведь без тела – или сосуда, созданного магией, ему не прожить, он бы умер вместе с Люцием.

Поэтому, когда возникло новое предупреждение, я, невидимая, стала следить за Мартином – вместе с Вивианой. И увидела, то, что ожидала увидеть, – как Мартин вынул кинжал, (который, простите, дядюшка Магус, вам стоило прятать получше), и сам вонзил его себе в грудь! Теперь я была абсолютно уверена!

(А вот теперь можно поаплодировать. Кстати, хоть кто-нибудь мог догадаться и нарвать цветов – букет из чёрных орхидей был бы весьма уместен).

– Ему нужно было, как и в прошлый раз очень точно рассчитать момент и позвать на помощь, когда Мартина уже нельзя будет спасти, а он успеет покинуть его тело. Но я следила за ним и созвала всех раньше. Если бы он вселился в кого-то другого, а Мартина спасли, всё бы раскрылось! Но Мартин умирал, и он не стал рисковать, – испугался за своё жалкое существование. И вселился в Вивиану. Именно этого я и хотела! – она бросила на девочку отчасти смущённый взор. (Нет, довольно, выше подбородок, победителей не судят. И, вообще, ты мне жизнью обязана, детка, так что не вздумай даже взглянуть с укором)! – Ведь у Вивианы нет магической силы! Остальное вы знаете.

Белинда умолкла, торжественно вскинув огненную голову. Молчали и все остальные. (А всё же цветы совсем бы не помешали)…

Наконец, нервно откашлявшись, заговорил дядюшка Магус.

– Я горжусь тобой, девочка, – произнёс он, безуспешно пытаясь соблюсти своё величие, но вместо этого голос его звучал по-стариковски растроганно. – Я всегда в тебя верил Белинда… верил в твой дар и в твой ум. Теперь я убедился, что не заблуждался. Если бы не ты, нашему роду мог придти конец.

– Ну что вы дядюшка!

(Разумеется, милый смешной старичок, и не «мог бы придти», а точно «пришёл бы» – разве хоть кто-то в этом сомневается?)

Энедина пристально взглянула на Белинду. При этом её ледяные тонкие руки продолжали купаться в дымчато-чёрной кошачьей шерсти.

– Я одного не понимаю, дитя моё, – произнесла она томно и безразлично, – Ты сказала, что с самого начала подозревала Люция. Почему?

– В самом деле, почему? – спохватился и дядюшка Магус.

– О, это как раз очень просто, – усмехнулась Белинда. – По одной-единственной фразе. В первую ночь после моего приезда мы встретились с Люцием в саду. И он что-то сказал насчёт того, какие мы все разные, и добавил: «но все мы одинаково служим тьме». И я поняла, что это фраза инквизитора! Он так ничего и не понял, жалкий глупец. Не понял, что мы ничему и никому не служим. Никогда! Что наша сущность заключается именно в том, что мы абсолютно и безгранично свободны.

19
Наследница

Белинда гуляла по саду. Грязно-плаксивые пасмурные дни наконец-то закончились, и солнце, в этот час уже клонившееся к зениту, сияло, как факел. Впрочем, тёмные глаза Белинды сияли ничуть не менее ярко.

От ощущения торжества ей хотелось взлететь, – остановило её, пожалуй, лишь то, что на ней было платье, в котором полёт смотрелся бы не слишком эстетично. Лучше дождаться ночи и совершить триумфальный полёт под луной без платья – да и вообще без всякой одежды, как и пристало истинной ведьме.

Ах, нет, сегодня никак не получится…

Рядом послышался вежливый кашель. Она обернулась.

– О, дядюшка Магус!

У старого мага вид был весьма напыщенный. Он щеголял в парадном одеянии – правда, за последние столетия оно успело порядком обветшать; под мышкой у него едва помещалась огромная засаленная книга с золотыми застёжками.

– Ты одна, Белинда? – спросил он. – А где Вивиана?

Белинда передёрнула плечами.

– Наверное, где-нибудь с Мартином. Как всегда. А что?

– Нет, ничего. Это даже к лучшему. Мне нужно с тобой поговорить наедине.

– О, да, – рассмеялась Белинда, – теперь нам можно беседовать наедине, верно?

– Можно, можно. Всё благодаря тебе.

– Что вы, дядюшка Магус! Я вовсе не это имела в виду!

– Не сомневаюсь, что именно это! И не надо кокетничать. Лучше скажи, – ты готова?

– А что, уже пора?

– Да. Время пришло. Сегодня полнолуние, – в полночь будет самое подходящее время.

– Разумеется.

– Из-за этого сегодня с утра всё вверх дном, – доверительно пожаловался Магус. – Лавиния торчит на кухне и варит зелье, так что даже не пообедать. Мартин лезет постоянно с глупыми вопросами о том, что ему ещё знать не положено. Даже твоя мать в кои-то веки встала и бродит по замку. А все её кошки разбежались и путаются под ногами. Об Ульрике я уже молчу – она просто обезумела. Мечется весь день, как пантера в клетке, а толку от неё никакого. Только ты, моя красавица, спокойна, как скала, и гуляешь себе по саду. Как всегда, сама по себе. Впрочем, как спасительнице рода тебе это вполне позволительно.

– Но, дядюшка…

– Ладно, ладно, это я не в укор. Вообще-то именно об этом я и хотел поговорить, пока есть ещё время, – он, слезливо сощурившись, посмотрел туда, где багровое дымное солнце поджигало по всей длине полосу горизонта.

– О чём, дядюшка Магус?

– Видишь ли… Ты, конечно, помнишь, что когда я послал за тобой Лавинию, то просил передать, что если ты справишься с этим делом я, возможно… передам тебе Чёрную корону Рода.

– Ну что, вы дядюшка Магус! – высоко зазвеневшим голосом ответила Белинда. – Я об этом и не думала!

– Хватит притворяться, – прикрикнул на неё колдун. – Так я тебе и поверил! Лучше послушай. Я и раньше думал об этом. Как-никак, я старею…

– Что вы, дядюшка! – на редкость фальшиво запротестовала Белинда. – С вашей силой и мудростью никто не сравнится!

– Не подлизывайся! – снова строго отрезал Магус. – И потом, дело не только в этом. Мне давно хотелось отойти от дел Рода и заняться только магической теорией. И я всегда считал, что ты подходишь больше, чем кто бы то ни было… А история с духом инквизитора только лишний раз это подтвердила. Но есть одно препятствие…

– Вот как?

– Если ты будешь главой рода, тебе нужен преемник. Я обучал Мартина, но тебе он не подходит. Ты ведь не маг, ты женщина, ведьма, и должна передать своё искусство тоже женщине. Дочери у тебя пока нет. Что скажешь?

– О! Это как раз просто! – рассмеялась Белинда.

– Да? И кого ты предлагаешь?

– Как кого? Конечно, Вивиану!

– Вивиану? – Магус задумался, почёсывая нос. – Да, это неплохая мысль. Ты привязалась к этой девочке, верно?

Белинда предпочла пропустить это мимо ушей.

– И потом, – продолжал размышлять Магус, – сразу видно, у неё неплохие задатки. Она прожила в нашем замке совсем недолго, а как преобразилась! Такое не всякому дано. Да, пожалуй, ты права. Из неё может выйти неплохая ведьма. Значит, решено! Ты – глава рода, а Вивиана – твоя преемница! В следующее же полнолуние я передам тебе корону.

– О, дядюшка Магус! – Белинда вся вспыхнула, как фейерверк.

– Кстати, – дядюшка Магус начал деловито рыскать в многочисленных карманах одеяния. – У меня тут для тебя ещё один подарок. Думаю, ты будешь довольна… Да где же он? А, вот! – он изъял невероятной формы пузырёк из голубого стекла, покрытый полустёртыми каббалистическими знаками, и протянул торжественно Белинде. – Вот! Так как ты женщина, для тебя, я думаю, это не меньшая ценность, чем Чёрная корона.

– Что вы, дядюшка… А что это такое?

– Это, – гордо объявил Магус, – одно из тайных сокровищ рода! Эликсир вечной юности, вот это что!

– Как? Разве он существует? – ахнула Белинда.

– Как видишь, существует! Что я, стал бы тебя разыгрывать? Он хранился в нашем роду с незапамятных времён. Теперь он твой, Белинда. Ты его заслужила.

– И я могу… – Белинда задохнулась от волнения.

– Выпить? Ну, разумеется, можешь! Стал бы я передавать тебе его на хранение! Да ты бы всё равно не устояла перед искушением.

Белинда стремительно выдернула пробку, поднесла пузырёк к пылающим губам – и одним глотком осушила его. Пузырёк тут же растаял в её руке.

– Ну что ж, – произнёс дядюшка Магус торжественным речитативом, – он сослужил свою службу. Теперь, Белинда, ты будешь молодой и прекрасной вечно.

– Вечно! – повторила зачаровано Белинда. Лицо её сияло. – О, дядюшка Магус! Вечно! – она бросилась на шею старику и покрыла его градом поцелуев.

– Я же говорил, – проворчал старый маг, – Короне Рода ты явно радовалась меньше! Ох, уж эти женщины! Хватит, хватит, ты меня придушишь! И вообще, уже пора! Солнце садится. До полуночи всего ничего. Надеюсь, у них там, в замке, всё готово. И нужно ещё найти Вивиану.

– Вивиану? – удивилась Белинда. – Зачем?

– Как зачем? Если она будет твоей преемницей, ей пора участвовать в наших ритуалах. Чем раньше она начнёт, тем лучше.

– Вы правы, дядюшка, – кивнула Белинда и крикнула: – Вивиана!

И Вивиана возникла прямо из воздуха. Вид у неё был отнюдь не затравленный, как ещё несколько дней назад. Русые волосы реяли дикой копной, в серых глазах бушевало холодное море.

– Вот это да! – воскликнул дядюшка Магус. – Настоящая ведьма!

– А как же! – Белинда хозяйским жестом обняла Вивиану за плечи. – Дорогая, ты опять летала?

– Да, госпожа Белинда!

– Ну, извини, что помешала, но тебе предстоит большая честь. Ты ведь знаешь, что случится сегодня в полночь?

– Конечно, – Вивиана кивнула, – Мне Мартин говорил.

– Так вот, Вивиана – ты будешь участвовать. Это будет твой первый ритуал. Ты ведь не боишься, верно?

Вивиана в ответ презрительно фыркнула.

– Пора! – поторопил их Магус, – солнце уже зашло! Идёмте в замок!

– Да, – провозгласила Белинда, уже вполне вошедшая в роль главы рода, – идём! Сегодня будет полная луна, сегодня весь Род соберётся вместе; мы совершим чёрный ритуал, и, клянусь всеми силами Тьмы, мы возродим Люция!