Текст книги "Птичка для дракона. Улететь и спасти(сь) (СИ)"

Автор книги: Дамина Райт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

Глава 16

– Да, похоже, что это фея только наполовину, – задумчиво проговорила Софи, и по её живому смуглому лицу я поняла, что сейчас она сообщит что-то интересное.

Фиалка сидела на кровати, закутанная в одеяло, удивительно хорошенькая и очень спокойная. Я посмотрела на неё, а затем перевела взгляд на стол, где стояла вазочка с розами – алыми, цветущими, такими свежими, словно на дворе не осень, а лето.

Эти розы были подарком Вильгерна, сказавшего, что феи разрешили ему сорвать букет неподалёку от академии Эльдрейни. Цветы уже начинали увядать, когда Фиалка, пролетая мимо, дохнула на них. Я ожидала огня или хотя бы лёгкого дымка из пасти дракончика, но вместо этого цветы подняли головки, преображаясь на глазах. Сейчас они пахли так сладко, что этот аромат окутывал всю комнату. А Фиалка, уже в человеческом облике, тепло поглядывала то на меня, то на Софи.

– Я поняла, всё поняла! Её родители… Ох, ну надо же! Малютка беленькая, выходит, что она пошла в отца, если не считать цвета глаз, – затараторила Софи. – Хочешь, расскажу, как двадцать лет назад я познакомилась с драконом, полюбившим королеву фей?

Я кивнула, вспоминая, с каким отвращением об этих двоих говорили Эйль-Хасса и госпожа – нет, уже не госпожа, а просто недостойная Сандрена из рода Тэрль.

– Давай.

…Стоял ясный летний день. Всё цвело, даже стены домов в городке Лейта обвивало множество растений с белыми, вкусно пахнущими розочками, а феи, сотворившие это чудо, устроили ещё и фейерверк в небе. Ведь сегодня был праздник – городу исполнялось целых триста лет!

Софи и её помощницам пришлось поработать в своих палатках не меньше, чем уличным торговцам, актёрам бродячего театра и музыкантам, которые развлекали народ игрой на лютне. К счастью, магия замораживающих артефактов была неиссякаема, а фейское волшебство надёжно берегло все заготовки для мороженого, чтобы они не испортились.

Но вот ближе к вечеру людей поубавилось, и Софи смогла передохнуть. Вытерев лоб тыльной стороной руки, она сгребла гору медяков с деревянного прилавка, кинула всё в кошель и услышала приятный мужской голос:

– Мне штуки три сразу, пожалуйста.

Покупатель был высокого роста – почти доставал головой до потолка, – и, судя по тёмной одежде путешественника, нездешний. Надвинутый на голову капюшон плаща не позволял, как следует, рассмотреть его лицо. Да Софи и не до этого было.

– Чуть-чуть подождите, – она мельком проверила артефакт, посмотрела, как там дела у хлопотавшей рядом девушки, – пять минут, и всё будет готово, вот только пять минуточек…

– Пять чего? – с интересом переспросил незнакомец.

Софи поправила белый чепец на голове и смущённо хмыкнула:

– Не обращайте внимания, это так, словечко из моего мира. Сколько здесь живу, а всё вспоминаю, как там было. Если не захотите ждать, то, может, в соседней палатке уже готово…

– Я никуда не тороплюсь, – ответил незнакомец, шагнув ближе и адресуя мороженщице ослепительную улыбку. – Значит, это вы – Софи, о которой ходит слава по всей Мэйчестре? Приятно познакомиться. Уверен, вы здесь творите чудеса!

– Ну, так уж и слава, так уж и чудеса! – Софи улыбнулась в ответ. – Я просто мороженое делаю… для всех. Для людей, фей, драконов – мне без разницы, кого угощать. Надеюсь, и вам понравится… кстати, как ваше имя?

– Зовите меня Хэльгрен.

Софи решила, что он с Северных островов. А когда любезный покупатель сдвинул капюшон, и стало видно, какие у него светлые брови и ресницы, девушка уверилась в своей догадке. Хэльгрен показался ей симпатичным, несмотря на то, что выглядел намного старше её. У него были тонкие черты лица, изящные руки с длинными пальцами, явно не знавшие тяжёлой работы.

– Вы музыкант, певец или просто искатель приключений? – весело спросила Софи, глядя в синие, как безоблачное небо, глаза. Хэльгрен придвинул к себе три порции имбирного мороженого и ответил с не меньшей беззаботностью:

– Книжник.

Он попробовал первую ложку и выразил своё неподдельное восхищение. А затем как-то само собой вышло, что Софи, поручив оставшихся покупателей помощницам, целый час рассказывала Хэльгрену о Земле. Правда, беседа свернула куда-то не в ту сторону: собеседника Софи, даром что назвал себя книжником, интересовали вовсе не истории и легенды мира без магии, а оружие. Насколько люди в нём преуспели, и могло ли оно быть опасней магии? Ведь о магии, добавил Хэльгрен, девушка с Земли тоже узнала достаточно, чтобы сравнить.

– Смотрите, горло заболит, вы едите уже седьмую порцию мороженого, – оторвавшись от рассказа, предостерегла Софи своего внимательного слушателя. Но тот махнул рукой, заявив, что у него отличное здоровье, и попросил её продолжать. – На чём остановилась? Так вот, ядерное оружие…

Она была бы рада поговорить и о других изобретениях. Ведь здесь люди застряли на уровне то ли десятого, считала Софи, то ли двенадцатого века на Земле, смотря какую страну возьмёшь. Но, похоже, Хэльгрена интересовала только одна тема.

– То есть, в вашем мире постоянно шли и, вероятно, до сих пор идут войны с применением, как вы их назвали, Софи… передовых военных технологий? С попытками одних государств захватить или просто контролировать другие? – задумчиво спрашивал Хэльгрен.

– Да, – тут Софи омрачилась и вздохнула, – хотя технологии не всегда передовые, но для вашего мира это что-то запредельное…

– Понимаю, понимаю, – озабоченная складка прорезала высокий лоб её собеседника.

Вскоре окончательно стемнело, всё мороженое было продано, и помощницы Софи собрались сворачивать палатки. Хэльгрен положил на прилавок пять золотых – сумму, которая ровно в пятьдесят раз превышала плату за количество съеденного им мороженого, – и хотел уйти, но растерявшаяся Софи выбежала за ним:

– Погодите, вы же переплатили! Мне… мне лишних денег не надо!

Высоко в небе над ними взорвался фейерверк, отчего стало светло, как днём, и раздались восторженные крики людей, собравшихся на Большой площади. Со стороны реки подул ветер. Хэльгрен обернулся к Софи, смахнул с лица густые пряди седых волос и обезоруживающе улыбнулся:

– Я ведь отдал золото не только за мороженое. Ваша история была очень занимательной. Многие драконы в своём высокомерии недооценивают людей, и зря, очень зря.

– Но… – Софи хотела ещё поспорить, когда с неба спустилась, сияя крылышками, довольная жизнью советница Линлейт, которая с утра успела побывать во всех палатках с мороженым.

– Ой, не ожидала вас увидеть, благородный Дааль! Приветствую! – уважительно обратилась она к собеседнику Софи, и та заинтригованно приподняла брови. В её уме немедленно оформилась догадка, и Хэльгрен – впрочем, уже не Хэльгрен, – подтвердил её после того, как поздоровался с феей:

– Вы не представляете, как это утомительно – всё время слышать «господин дракон», отмахиваться от вечных просьб о благословении и привлекать к себе слишком много внимания. Поэтому сегодня я Хэльгрен.

– А на самом деле…

– Дааль из рода Хэг. Вы, наверное, слышали обо мне?

Софи кивнула и молча поклонилась.

– А насчёт золота не беспокойтесь. Как говорится в сказках, этого добра у нас, драконов, всегда хватает…

– …Потом советница Линлейт рассказала мне, что, оказывается, в течение пяти лет после того, как я сюда запрыгнула, открылось ещё несколько порталов с Земли, – продолжала Софи, а я слушала её с большим вниманием, и Фиалка, кажется, тоже. – Раньше они так часто не открывались. Поговорив со мной, её папа, – она улыбнулась малышке, и та мелодично защебетала, – озаботился тем, чтобы каждый портал с Земли внимательно отслеживали. Ставили рядом охрану, пока не удастся его захлопнуть. И это правильно, ведь если бы жители Земли узнали о вашем мире, обязательно полезли бы сюда! И во многих случаях против них даже магия не помогла бы…

– Софи, – перебила я подругу, думая о другом.

– Что?

– Но ведь фея не может забеременеть от дракона.

Софи небрежно пожала плечами:

– Знаешь, сколько на Земле способов завести ребёнка! Ты думаешь, Дара, здесь нельзя было придумать что-то интересное? О! Смотри, там какое-то сияние! – Вскочив с места, она подбежала к окну и отодвинула кружевную занавеску. – Кто-то идёт и… Неужели это Её Величество, сама королева фей?! – Казалось, от восторга Софи вот-вот упадёт в обморок.

У меня перехватило дыхание, но не от восторга, а от ужаса. Если королева фей заинтересуется мной, как спасительницей её дочери, то вскоре мной заинтересуется и кто-то из драконов. Скорее всего, отец Фиалки, благородный Дааль из рода Хэг, о котором только что шла речь. А это значило, что моя тайна будет раскрыта, меня вернут в замок Хеннет и…

– Софи, скажешь, что это ты нашла девочку! – С этими словами я кинулась к двери. У меня ещё было время уйти через выход для прислуги; только бы Кинна и тётушка Кьяса не принялись пересказывать королеве фей мою историю! Фиалка-то, наверное, толком ничего матери поведать не сумеет, маленькая совсем.

– Но как же… – растерялась Софи.

– Пожалуйста, я потом объясню! – И, прикрыв за собой дверь, я рванулась в заветный коридорчик.

Глава 17

– Дайте мне эту книгу и вон те свитки, что у вас за спиной в шкафу, – вежливо попросила я библиотекаря. Он выглядел совсем не так, как я предполагала: вместо учёного старика с бородой до пояса моему взору предстал коренастый мужчина не старше сорока лет, с грубоватыми чертами лица и квадратным подбородком.

– Погоди, лапочка, я запишу, – пробасил библиотекарь, взявшись за перо и чернильницу, которые выглядели смехотворно в его заросших тёмным волосом ручищах. – Как, говоришь, зовут тебя?

– Дара. Я живу у тётушки Кьясы и дядюшки Риффи.

– Держи свитки и книгу, да помни, в семь закрываемся, – библиотекарь, чьё имя я не запомнила, внёс меня в свой список и кивнул на потемневшие от времени столы с расставленными перед ними скамьями. Я села, открыла книгу наугад и сделала вид, будто читаю, но мысли то и дело возвращались к королеве фей.

Мне удалось сбежать от неё, спрятаться в библиотеке, но как потом объяснить моё нелепое бегство Софи, тётушке Кьясе и Кинне? Придётся состряпать какую-нибудь историю, бросающую тень на замок Хеннет и его обитателей…

– Дара, – услышав этот голос, я чуть не подпрыгнула на месте.

Вильгерн! Он подошёл совершенно бесшумно, и, пока я приходила в себя, опустился рядом на скамью. Мой прекрасный принц! Я жадно скользила взглядом по его лицу, по чуть нахмуренному лбу и чёрным бровям, заглянула в родные карие глаза с золотыми искорками. Хотелось крепко обнять и поцеловать Вильгерна, но усилием воли я взяла себя в руки. Мы всё-таки находились в библиотеке.

– Дара, – тихим, но очень серьёзным тоном заговорил чёрный дракон, отчего я сразу насторожилась, – почему ты сбежала от Её Величества?

Выяснилось, что королева фей прилетела не одна. С ней был Вильгерн, и отстал только потому, что заглянул в таверну – поприветствовать дядюшку Риффи. След фейской магии привёл Мэйю к дочери, и она немедленно подхватила щебечущую Фиалку на руки, счастливая, распространяющая вокруг себя такое яркое сияние, что стоявшая в той же комнате Софи зажмурилась.

– Дарю этому дому и всем его обитателям своё благословение, – торжественно объявила фея. – Кто нашёл мою дочь и спас её?

Софи – вот умница! – помнила, о чём я попросила её, и выступила вперёд. Она успела предупредить и Кинну, и тётушку Кьясу, поэтому никто не вмешивался.

– Я сделаю тебе подарок, – королева призадумалась, но тут же протянула руку. На узкой ладони её появилось сияющее семечко, по форме и размеру похожее на яблочное. – Золотое семя. В легендах говорится, и в песнях поётся, что из похожего семени когда-то произросло древо жизни, а от него пошла и вся жизнь в нашем мире… Возьми, Софи, пусть мой дар поможет тебе… или пригодится кому-то из твоих друзей, – закончила Мэйя с улыбкой истинно доброй феи.

Поцеловав ей руку, как требовалось по обычаю, Софи спрятала золотое семя. А затем, когда королева улетела вместе с дочерью, рассказала Вильгерну, что я сбежала и просила обо мне не упоминать.

– И вот я здесь. Горю желанием услышать твои объяснения, – чёрный дракон испытующе смотрел на меня. Я вздохнула, откладывая книгу, которую так и не прочитала, в сторону:

– Будь по-твоему, Виль.

Я от всей души надеялась, что правда, щедро замешанная на лжи, прозвучит убедительно для его ушей. К счастью, мой прекрасный принц всё ещё верил мне.

– Госпожа Тэрль, – медленно начала я, – говорила много дурного и гадкого про Её Величество. И про весь фейский народ. Дескать, они все взбалмошные и непредсказуемые, а с драконами хорошо ведут себя лишь потому, что те – сильные союзники. На деле, феи вовсе не добрые и не справедливые, могут зло подшутить над простыми смертными, украсть младенца из колыбельки, обсыпать человека пыльцой так, что он лишится памяти, а подарки их всегда с двойным дном…

– Только не говори, что испугалась королевы Мэйи, Дара!

Я с деланным смущением кивнула.

– Испугалась. Меня и дочка её напугать успела, а уж сама королева… Я не хотела подставлять Софи, но решила, что она ведь давно знакома с феями, дружит с советницей королевы, а я никто и…

– Перестань, – Вильгерн успокаивающе сжал мою руку. – Ты не «никто», Дара. И ничего плохого фея тебе не сделала бы. Это в замке Хеннет тебя запугивали, отсюда и все страхи!

Я молчала, как будто согласившись с Вильгерном, позволяя ему додумать за меня объяснение моему странному поведению. Тем временем до нас донёсся бой часов на городской башне, а значит, пора было уходить – библиотека закрывалась.

– Ничего, – сказал Вильгерн, когда мы вышли из дверей, и посмотрел на меня с тем заботливым выражением лица, от которого таяло моё сердце, – уверен, что со временем страхи пройдут. Тогда я познакомлю тебя, Дара, и с королевой, и с другими феями.

Я поёжилась. Решив, что мне холодно, Вильгерн снял свой чёрный кожаный сюртук с чешуйками и набросил мне на плечи. В нём сразу стало уютнее.

– Значит, с малышкой теперь всё будет хорошо, – проговорила я вслух, надеясь отвлечь Вильгерна, но при мысли о том, что больше не увижу Фиалку, мне стало грустно. – Слушай, а как вышло, что она потерялась?

Вильгерн рассказал историю об удивительной девочке, которая за пять месяцев выросла на два с половиной года и смогла улететь, а потом – из-за работорговцев – оказалась в лесах неподалёку от Лейта.

– Поразительно! Софи всё верно угадала… Виль, а она – девочка, я имею в виду – теперь продолжит расти быстрее обычного?

– Вот уж не знаю, – улыбнулся Вильгерн. – Обычные феи за три года вырастают на восемнадцать, долгое время остаются молодыми, а стареть начинают только после ста пятидесяти, и то очень медленно. Не берусь предсказывать насчёт Келлиэль.

– Это её имя?

– Да. Когда она ещё была в яйце, родители придумали имена и для мальчика, и для девочки. А поскольку она уникальная, то станет основательницей нового драконьего рода – Анвен.

Келлиэль из рода Анвен. Красиво, подумала я. В самый раз для маленького чуда.

– Ты же зайдёшь на вечернюю трапезу? – спросила я, когда мы уже приближались к дому. Вильгерн оторвался от каких-то своих размышлений и обнял меня за плечи. Подул привычный осенний ветер, но, казалось, Вильгерну совсем не холодно в расстёгнутой на пару пуговиц тёмной рубашке, без верхней одежды.

– Конечно, моя нежная птичка. А потом, может быть, мы прогуляемся под луной…

От его взгляда мне почудилось, будто кровь побежала по жилам быстрее вместе с огненной драконьей магией.

– Поцелуй меня, – помолчав, вдруг попросила я.

Мы остановились напротив чьего-то сада, где через забор виднелись пламенеющие головки рыжецветов. На улицах сделалось совсем темно, но феи – покровительницы городка – недавно подарили ему рой волшебных светлячков, и то там, то здесь вспыхивали огоньки.

– Прямо здесь? – Судя по его тону, Вильгерн совершенно не возражал.

– Здесь, – выдохнула я. Мной овладело непонятное, тягостное предчувствие, и я знала, что прогнать его смогут только объятия Вильгерна, только его горячие губы на моих губах, только любовь.

Любовь. Мы никогда не произносили этого слова вслух, но сейчас я поняла, что люблю чёрного дракона сильнее всего на свете. Если он отвернётся от меня, узнав, что я – обманщица и преступница, жить дальше я не смогу. Умру и рассыплюсь прахом.

А не рассказать ли ему правду? Вот сейчас, сию – как там говорила Софи? – минуту, не дожидаясь истечения месяца…

– Дара, – Вильгерн произнёс это имя, как молитву, как я говорила его собственное, и притянул меня к себе. Я зарылась пальцами в его прекрасные чёрные кудри, и всё, что я хотела ответить, всё, в чём хотела признаться, потонуло в невероятном, отчаянном поцелуе.

Глава 18

Вильгерн

– Так и закончились мои попытки стать кем-то больше простой феи, – Линлейт высморкалась в кружевной платочек кукольных размеров и, пряча его, судорожно вздохнула: – Всё. Я больше не советница.

Я придвинул к ней блюдце с колотым сахаром в качестве утешения. Фея обожала сладкое; сидя на моём столе, между чернильницей и буквенным артефактом, она жадно схватила обеими руками кусочек сахара и принялась есть, пока я рассуждал вслух:

– Ну, ничего, может, Её Величество ещё простит вас, Линлейт. Ведь принцесса Келлиэль жива и здорова, и всё в порядке.

– Спасибо, наставник Вильгерн, – пробормотала Линлейт с набитым ртом, – спасибо вам за сочувствие. Вы правы. Королева могла наказать меня гораздо суровей…

Она взяла ещё сахару и вдруг спохватилась:

– Сегодня же собрание в Солнечной Зале! А я вас задерживаю!

– Собрание только в десять, – утешил я бывшую советницу, мельком просматривая расписание занятий после полудня. Привычные иллюзии, а также урок огненной магии – я должен был на время заменить наставника Уэрке из рода Мигрн.

Линлейт стряхнула сахарные крошки с красного платья:

– Так скоро десять и пробьёт! Я слышала, Светлейшая руководительница академии, Ваэльс-Имрала, объявит о чём-то важном…

Я рассеянно кивнул, закрыв расписание и встав из-за стола. Мои мысли сейчас занимали секреты, которые от меня скрывала Дара, и тайна Земель Кровавого Солнца, – именно в такой последовательности, – а всё остальное… это всё остальное.

– Мне тоже пора, – когда сдвинулась часовая стрелка, а затем прозвучала мелодия арфы, Линлейт вспорхнула, держа в обеих руках по кусочку сахара. – Буду утешаться, думая, что у меня сейчас очень мало обязанностей, и куча свободного времени!

– Верно, – улыбнулся я, выходя в коридор следом за легкокрылой феей и закрывая дверь комнаты, – слетайте к Софи, навестите знакомых, удивите посетителей таверны «С драконьего благословения». Того гляди, ещё и порадуетесь, что вы больше не советница, Линлейт!

Шаловливо, как юная феечка, она осыпала меня пыльцой и, что-то прощебетав напоследок, скрылась в направлении Фейской Библиотеки. А я поднялся в Солнечную Залу.

Она вся была залита светом. Главы четырёх факультетов и наставники были на своих местах и ждали только благородную Имралу. Я поздоровался с теми, кого ещё не видел, выслушал ответные приветствия и сел на свободный стул рядом с наставницей Айм-Кэрхильд. Мы обменялись дружескими улыбками. Сидевший у неё на плече антифей, почёсывая чёрно-золотое крылышко, проворчал:

– Скорей бы закончили! Мёду до смерти поесть охота… Достойный Вильгерн, – веснушки на лице антифея тоже светились, как золотые, – забываю спросить: пригодилась вам моя пыльца?

Я знал, что Дара хранит её где-то в укромном месте, и хорошо бы не потеряла.

– Пригодится когда-нибудь, – ответил я любопытному антифею. А тем временем в Солнечную Залу вошла Имрала в сопровождении двоих белых драконов – я припомнил, что это были квизари из дворца альгахри Ниарвена.

– Приветствую вас всех, – строгая и невозмутимая, Имрала села в своё кресло, а те двое, тоже поздоровавшись с нами, встали рядом. – Я собрала вас, благородные главы факультетов Найварис, Фейенверис, Вайридерис и Грайзерис, и достойные наставники и наставницы, чтобы сообщить недобрую весть. Сегодня на рассвете из крепости Ирлигард сбежало двое узников.

Раздались изумлённые восклицания, не единожды прозвучал вопрос: «Как они смогли прорваться?!» И, наконец, я услышал тихое и ядовитое:

– Кто бы сомневался, что милосердие Каль-Ниарвена ни к чему хорошему не приведёт. Если б их держали в кулаке, как в старые добрые времена…

Это говорила наставница Лискана из рода Хэг – надменная белокурая драконесса с тонким лицом. Она учила особо талантливых студентов не просто магии огня, а «эффекту феникса», когда огонь становится твоими крыльями и способен нести тебя в воздухе на любые расстояния.

– Имена преступников: Рахни из рода Ассту и Грэйлек из рода Тэн, – продолжала Имрала. – На самом деле, бежать пытались пятеро, однако троих убили стражи – каменные великаны. Злодеев ищут, – она покосилась на стоявших рядом молчаливых квизари, – но пока неизвестно, когда найдут. Я призываю всю академию Эльдрейни к осторожности и хочу, чтобы вы – благородные главы факультетов – собрали всех студентов и строго-настрого запретили им покидать территорию Долины фей, пока с преступниками не будет покончено.

– Мы так и сделаем, достойная Ваэльс-Имрала, – отозвался Дейр-Каллан – глава факультета зелёных драконов. Остальные согласно закивали.

Один из квизари – светловолосый и смуглый, как почти все представители рода Каль, – выступил вперёд и, кашлянув, заговорил:

– Есть опасность, что Тэн-Грэйлек объединится со своей дочерью – Феолике из рода Ари, которую много лет из милости воспитывали в замке Хеннет. Мы ищем её уже месяц, но она бесследно пропала. Феолике очень хитра – ей удалось бежать, расстегнув магические браслеты на ногах и оставив вместо себя труп-иллюзию. Если бы слуги, убитые горем, не попросили семью Хеннет похоронить якобы упавшую в пропасть девушку, обман не был бы раскрыт. Позже в реке нашлись оброненные настоящей Феолике туфли. Здесь не обошлось без кого-то из чёрных драконов – при всём уважении к альгу Фейенверис, – прибавил квизари, – однако найти преступницу и её сообщника не удалось.

Я сидел, не двигаясь. Ощущения были как от удара чем-то тупым и тяжёлым по голове. Мгновенно вспомнились все странности в поведении Дары и её господ, случай с Кроткой Библиотекой, поспешное бегство от королевы фей… Дара – нет, Феолике – знала, что её легко могут разоблачить, попадись она на глаза хоть кому-то, знакомому с семейством Ари.

Ари! Серые драконы, печально известные своей жестокостью, коварством и высокомерием. Они могли мучить и убивать людей просто для забавы, и я воскресил в памяти историю покойной супруги Тэн-Грэйлека, Эллеке. В своё время её выгнали из академии именно за эксперименты над человеком. И это – мать девушки, которую я хотел сделать своей невестой!

Перед глазами встало кроткое, словно у небесной хранительницы, белое, как чистый фарфор, лицо Феолике. Её светящиеся, будто звёзды, серые глаза… Выходит, я обманулся в ней?!

– А что натворила эта Феолике? – послышался голос одной из молодых наставниц.

– Ещё в детстве она применила магию превращений в злых целях, – объяснил квизари из рода Каль. – Девчонку разоблачили и надели на неё браслеты – родовые артефакты Хеннет. Но, к сожалению, одного из слуг она всё-таки успела убить. Превратила в сухую веточку и наступила на неё так, что та хрустнула…

– Опасная негодяйка, – проворчал наставник Рильман из рода Ларк.

– Безусловно, опасная! – подчеркнул квизари. – Если она и её сообщник объединятся с беглецами из Ирлигарда, то могут натворить много бед…

Я уже не слушал. Единственное, чего я сейчас хотел – это принять драконью форму, броситься к Феолике и вынудить её признаться во всём. Боль, ярость, разочарование – одним демонам известно, чего во мне было больше! На время я словно выпал из реальности, а очнулся, услышав обеспокоенный голос Кэрхильд:

– Вильгерн! С вами всё хорошо? – Она дотронулась до моей руки, и я пришёл в себя. Усилием воли изобразил спокойствие, гадая, не заподозрила ли чего-нибудь моя соседка. Да и фамильяр её пристально смотрел на меня.

– Всё отлично, – солгал я, не терпевший лжи. – Я вспомнил про то, сколько зла натворил род Ари, сколько всего им сходило с рук в прежние времена. Подумал, был ли среди них хоть один дракон или драконесса, которого можно было бы назвать «достойным» по праву…

Простое и открытое лицо Кэрхильд омрачилось. Она погладила антифея, начавшего вертеться у неё на плече, и, подумав, убеждённо заявила:

– Не могу припомнить таковых. Наверное, если в семье Ари появится кто-то чистосердечный и благородный, это станет историческим событием!

– Но не в ближайшее время, – невесело усмехнулся я.