290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Давай поиграем, дракон! (СИ) » Текст книги (страница 1)
Давай поиграем, дракон! (СИ)
  • Текст добавлен: 12 марта 2020, 20:00

Текст книги "Давай поиграем, дракон! (СИ)"


Автор книги: Даха Тараторина






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]

Давай поиграем, дракон!
Даха Тараторина

Глава 1. Драконы, берегитесь женщин!

– Приве-е-е-ет, красавчик!

Стройная подкаченная ножка, обнажённая аж до колена, выглянула из-за стены пещеры, особенно эффектно выделяясь на фоне солнца. Ножка дрыгнула разок-другой, но, сообразив, что должного эффекта представление не возымело, её обладательница высунулась целиком.

– Ау-у-у-у! Ку-ку, мой мальчик! – кокетливо заправила она за ухо коротенькую, тут же снова упрямо встопорщившуюся жёсткую прядь. – Хей! – гаркнула девица уже не чувственным голоском юной соблазнительности, а хрипловатым басом отставного полковника. – Ты дракон или где? Невинная, зуб даю, дева тут бродит. Одна, понимаешь, беззащитная! Ну ты где? – закончила гостья совсем раздосадовано, щурясь в темноту норы после яркого летнего света.

В темноте что-то звякнуло, а потом хрустнуло, кто-то испуганно ойкнул, выругался и закашлялся. Наконец, послышался характерный скрежет огнива, знакомый невдалой соблазнительнице по марш-броскам в полевых условиях, и на каменном своде проявилась огромная тень. Как и полагалось тени дракона, она оказалась хвостата, крылата и сурова, поэтому девушка, хоть и подготовленная нанимателями к встрече, всё равно нервно сглотнула слюну.

Из глубины пещеры загрохотало:

– Как смеешь ты, смертная, – сорвалось на фальцет, снова прокашлялось и продолжило рокотать: – Как смеешь ты тревожить покой великого и ужасного…

– Волшебника страны Триндец? – подсказала девушка, восхищённо колупая пальцем огромный валун у входа: надо же! Как настоящий камень, но формой точно напоминает дверь! То ли девушка оказалась сильна, то ли валун отжил своё, но выступ, символизирующий, видимо, ручку, треснул и отвалился. Вредительница кинула скептический взгляд на перечисляющего свои злодеяния хозяина пещеры и, пока тот не вышел на звук, ногой откинула осколок подальше.

– … в общем, поэтому уходи подобру-поздорову, а не то изведать тебе моей жестокости! – скомкано закончил он.

– Предпочту изведать вашего гостеприимства, о великий и ужасный!

Дракон опешил:

– Я – дракон, – на всякий случай предупредил он и растопырил крылья, чтобы на тени их стало видно более отчётливо.

– Да? – почти натурально изумилась девушка. – А мне показалось, хомячок.

Хищник тут же заинтересовался:

– Кто такой хомячок?

– Эм… Это такой страшный зверь. Водится в моей далёкой-далёкой стране. Гроза рыцарей. Питается детьми и женщинами. Предпочитает девственниц.

– Сдох? – как само собой разумеющееся подвёл итог дракон.

– Пока нет, но голодает.

Дракон траурно чихнул.

– Ну вот да, я, считай, хомячок. Гм… Слово какое-то неубедительное, ну да ладно. Я – жестокий кровожадный хомячок, поэтому уходи, пока цела!

– Серьёзно? – подбоченилась несостоявшаяся жертва. – То есть, ты сейчас мне говоришь, что я зря стоптала себе ноги в этих ваших якобы модных туфлях, нарядилась в уродское платье, – она злобно дёрнула за и так держащуюся на честном слове оборку юбки, – добиралась пешком по буеракам, горам и… надеюсь это всё-таки были островки чернозёма, и зря?!

– Ну… Ты можешь сохранить жизнь? – неубедительно предложил дракон.

Но девица неумолимо скрестила руки на груди: она явилась, чтобы её полноценно и качественно похитили! Хочет того этот недоделанный и вообще какой-то неправильный дракон или нет, – уже его проблемы. Агент Пижма ещё не провалила ни одного задания, и это не станет первым, даже если придётся выкрутить крылья проклятому ящеру!

– Так, всё. Я захожу! – объявила она.

– Нет, стой! – взмолился дракон. Тень испуганно замахала лапками. – Не входи! Я… Я… Я не одет!

– Чего я там не видела! – фыркнула Пижма, не уточняя, что, вообще-то на драконов она никогда прежде не смотрела ни в каком виде: ни в голом, ни в одетом. Первый, пожалуй, интереснее. Исключительно с зоологической точки зрения!

– Не входи!

– Тогда похищай меня, как положено!

– Я не знаю, как, кем и куда положено!

– Импровизируй!

– Не умею!

– Да что за мужики пошли?! – агент засучила слишком длинные рукава слишком женственного платья (эх, вернули бы ей её любимый камуфляж!) и приготовилась к бою, из которого полагалось выйти победителем лишь одному. И он, чёрт возьми, выйдет победителем, хочет того сам или нет!

Но прежде чем Пижма, чуть медленнее, чем могла бы, из-за аутентичной непроглядной тьмы пещеры нащупала поворот коридора, дракон снова издал неприличный звук, выругался и лопнул. То есть, лопнул он, конечно, не насовсем, это было бы совсем обидно, но вместо огромного чешуйчатого зверя навстречу выскочил встрёпанный, ободранный, тощий, как дворовый кот, и абсолютно голый мужчина.

– Приве-е-ет, – куда более заинтересованно повторила Пижма, глядя совсем не туда, куда глядят при знакомстве приличные девушки.

– Сказал же, что не одет… – смущённо прикрылся руками дракон.

* * *

Девушка спустила курок, перекувырнувшись через голову, преодолела расстояние от одного импровизированного укрытия до другого, с трудом втиснулась за барную стойку, упёрлась в профессионально наетое пузо охраняемого лица, и приложила палец к уху:

– Объект под прикрытием! Повторяю: я прикрываю объект!

В ответ послышалось одобрительное шипение.

Угораздило же этого обжору вылезти из бронированного мерса прямо сейчас! Не мог дотерпеть до конца её смены? Нет, не мог! Его сиятельство возжелало сливочный латте с тройной порцией сиропа здесь и сейчас, а что их пасли от самого бизнес-центра, его не волнует. Не для того он нанимал элитного телохранителя, чтобы бояться сделать шаг вне квартиры!

Агент Пижма грязно выругалась, убедившись, что, хоть нападавших и стало на одного меньше, надевать траур и безутешно рыдать остальные трое не спешили, предпочитая почтить память товарища местью.

Прикрываемый объект продолжал сжимать толстенькими пальчиками напиток с уже сбитой сливочной пеной и подрагивал испачканными в шоколаде губёшками:

– Сделайте что-нибудь! Я буду жаловаться! Вы уклоняетесь от должностных обязанностей! Выйдите из укрытия и перебейте их всех! – толстяк попытался мотивировать телохранителя, подпихивая жирной ляжкой, за что тут же получил по ней опустевшей обоймой, которую Пижма только что извлекла из ствола.

– Вот сам туда и выходи, мудила, – спокойно добавила она, рассматривая затаившихся бойцов в отражении кофемашины.

– Да как вы смеете! – лоснящиеся пальцы требовательно вцепились в волосы телохранителя, но в руке остался только блондинистый парик.

Пижма ухмыльнулась щербинкой между передними зубами, метко сквозь неё сплюнула и, с наслаждением освободив жёсткий ёжик от сетки, раздельно повторила:

– Му-ди-ла.

Самым глупым решением было отвернуться. Мудила оказался не только трусом, но ещё и идиотом: завизжав, как подбитая сука, он с силой опустил тяжёлый стеклянный стакан на голову своей последней защитнице.

В затухающем мозгу агента Пижмы ещё успело всколыхнуться желание выдать толстяка наёмникам, причём, желательно, по частям, но претворить его в реальность она не успела.

Спина затекла почти сразу. Пижма хотела перевернуться на бок и снова уснуть, но многолетняя привычка потребовала проанализировать ситуацию: шишка на затылке болела, не позволяя упустить из памяти последнее произошедшее событие, желание отрезать пухленькие ножки маленькому гадёнышу тоже никуда не делось, значит, случившееся не вьетнамский флэшбек, не алкогольный угар и не следствие просмотренных на ночь боевиков.

Спине твёрдо, а ноги замёрли до ужаса, зато кожей стоп можно почувствовать материал лежака. Холодный, шершавый. Бетон? Камень? На кровать точно не похоже, как и на пол собственной прихожей, на котором, что уж греха таить, Пижма пару раз вырубалась. Значит, она всё-таки провалила задание. Чёрт! Тысяча двести тридцать четыре успешных дня и фиаско из-за истеричного придурка! Нет, она его не четвертует. Она усадит его перед телеком и заставить смотреть четвёртый канал с их идиотскими сериалами. Вечно! Дьявольский смех так и рвался наружу, но агент считала себя профессионалом и умирать не хотела, поэтому продолжила якобы бессознательно и недвижимо лежать на месте.

Как ни обидно признавать, но спектакль не возымел эффекта: за ней никто не следил, охрана отсутствовала или была столь профессиональной, но ни разу не шаркнула ногой, не сморкнулась и не хмыкнула. Впрочем, камеры никто не отменял.

Когда послышались шаги, Пижма уже чувствовала себя взведённой пружиной.

– Господин, позвольте представить решение нашей проблемы, – высокий голос выдавал подобострастные нотки.

В ответ прозвучало усталое, но значительно более уверенное:

– Не нравится мне ваша затея, Лоренцо, совсем не нравится.

– Сир, не поймите меня неправильно, но иным способом действовать весьма… Проблематично. Мы по закону не имеем права мешать Леонарду, а его матушка явно не позволит…

– Не упоминай при мне эту гарпию!

– Простите, сир! – голос стал тише, как если бы его владелец склонился в унизительном поклоне. – Но выслушайте! Никто в нашем мире фактически не может как-либо приструнить Леонарда. Мы связаны по рукам и ногам, а дракон, как вы понимаете, весьма опасен и может начать сам устанавливать правила, – многозначительно подчеркнул он последнюю фразу.

– Если захочет.

– Разумеется, сир. Дракон вообще может сделать всё, что захочет, и никто ему не указ! Но мы бессильны. Любое действие против него, пока нет задокументированного и оправдывающего нас повода – преступление. Никто из жителей Лимба не может ему помешать!

– И чем же нам поможет она?

– Она не житель Лимба, – торжественно объявил голос-Лоренцо.

– И не подчиняется его законам! – восхищённый шёпот его собеседника.

– Именно, сир! Вы, как всегда, необычайно проницательны! Поэтому, если дракон похитит девицу, он станет преступником, а если девица украдёт у него… что-нибудь, её не смогут осудить! Лишь отправить в родной мир, куда она и так с радостью вернётся!

Зазвучали медленные слегка саркастичные аплодисменты:

– Дорогой мой, сегодня ты превзошёл сам себя! Но где ты откопал эту девчонку и с чего взял, что она станет с нами сотрудничать?

– Она наёмница, сир.

– И, между прочим, лучшая из лучших, – не выдержала скромница, свешивая ноги, как выяснилось, с алтаря.

– Приветствую, миледи, – почтительно склонил голову более старый, серьёзный и определённо старший по званию посетитель. Второй торопливо не то повторил жест, не то просто дёрнул остреньким крысиным подбородком. – Нижайше прошу прощения за условия, в которых вам пришлось ожидать аудиенции. Будь я в курсе происходящего, вам уже предложили бы вина и фрукты. Вероятно, после перемещения вы голодны?

Агент с удовольствием сожрала бы слона, подай его кто-нибудь с хорошей порцией кетчупа, но предпочла презрительно приподнять бровь и закинуть ногу на ногу, пошевелив босыми пальцами.

– Где мои берцы? – поинтересовалась она вместо обмена любезностями.

– К сожалению, при перемещении между мирами обувь остаётся в первом. Вот такая шутка магии, – развёл руками старик и представился, протягивая ладонь, вероятно для рукопожатия: – Моё имя Ювеналий. Не желаете ли и вы представиться?

– Не положено, – отрезала агент, скрещивая руки на груди. – Должность, звание?

– Я председатель в совете магов.

– Где?

Старик не совсем верно истолковал вопрос:

– Ах, да. В Лимбе, дорогая. Это мир, смежный вашему.

– Потрясающе! – Пижма осторожно ощупала шишку. Та чертовски болела, но уж точно не могла стать причиной столь скорого и успешного сумасшествия.

Ювеналий продолжил, чинно переплетя пальцы на животе, словно девушка не ответила ему вопиющей бестактностью:

– Понимаю, вы слегка… удивлены. Следовало подготовить вас лучше, но, поверьте, у нас экстренная ситуация, справиться с которой самостоятельно мы, увы, не способны. А навыки наёмницы из другого мира нам пришлись бы как нельзя кстати.

Агент спрыгнула на пол, обошла вокруг алтарь, испещрённый мелкими символами неизвестного происхождения, на первый взгляд не нашла ни одного неприличного слова среди надписей, которое неизвестный резчик уж точно не преминул бы оставить в качестве пасхалки, и встала перед мужчинами, осматривая их уже внимательнее. Не косплееры и не шутники. Одежда невероятно дорогая, а перстни, в изобилии унизывающие сухие морщинистые у одного и холёные ровные у другого пальцы не могли оказаться подделкой. По меньшей мере, ребята очень серьёзно вложились в ролевую, так что либо не стоило злить помешанных, либо не мешало бы им подыграть: авось хорошей актрисе обломится столь же неплохой гонорар.

– И чего же конкретно вы хотите от меня?

– Помощи в спасении целого мира! – патетично воздел руки к закопчённому потолку, служащему временной альтернативой небу, Лоренцо.

– Конкретнее, пожалуйста, – поморщилась новоиспечённая попаданка. – И какова цена вопроса?

Старик оказался куда понятливее, поэтому и переговоры наёмница предпочла продолжить с ним.

– Сколько обычно вы берёте? – сощурил он тёмные глаза.

Пижма задумалась. Во-первых, под рукой не оказалось листка бумаги, на котором под всё вытягивающиеся лица собеседников можно было приписывать всё больше и больше нулей после единички. Во-вторых, брала она, конечно, немало, хоть и отдавала добрых семьдесят процентов агентству, но ребята взялись играть по-крупному. Назови она свой средний достаток за год, всё равно продешевила бы.

– Зависит от сложности задания, – без базара. Действительно зависит.

– Разумеется, – Ювеналий жестом предложил покинуть гостеприимные подвалы. – Каковы ваши навыки?

– Я элитный телохранитель.

– О, работаете на кладбище?

Пижма протёрла о рукав блестящие обрезанные под корень ноготки, полюбовалась.

– Вроде того. Поставляю им одних клиентов, и не допускаю раньше времени других.

– Навыки рукопашного боя?

– Имеются.

– Шпионаж?

– Секретная информация.

– Значит да, – старик заинтересованно почесал подбородок. – Видите ли, мы нуждаемся в невинной, – Пижма расхохоталась, но вовремя сымитировала кашель, – но крайне изобретательной деве. И эту деву должен похитить дракон.

За пять лет обучения, два года практики и три полевой работы Пижма привыкла делить людей на сволочей, которых нужно защищать, и идиотов, которые за это платят. Часто встречались клиенты «два в одном», но сегодня, видимо, придётся впихнуть в классификацию ещё один раздел: психи с бабками. Благо, второе вполне компенсировало первое.

– Дракон, – она позволила себе на мгновение приотстать от спутников и, прикрываясь полумраком освещаемого неровными кристаллами коридора, беззвучно шевельнула губами. «Твою налево!», – выхвалил потусторонний свет белёсых, словно наполненных туманом камней. – Дракон, – спокойно повторила агент. – Фигурально выражаясь?

– Нет-нет, – обнадёжил Ювеналий, – полноценный дракон. С чешуёй, лапами и огненным дыханием. Но не беспокойтесь, он никого не сожрал. По меньше мере, пока…

– А на своих девицах экспериментировать не алё?

Коридор ветвился и вихлял, точно кишечник огромного доисторического змея. Светильники-сталактиты, хоть и обрамлённые изящными держателями явно искусственного происхождения, добавляли происходящему сумасшествия.

Председатель совета магов (мля!) счёл сарказм недостойным ответа и молча открыл тяжёлую деревянную дверь, впуская в катакомбы солнечные лучи.

Сохранить самообладание оказалось не так просто. Не отводя взгляда от золочёных канделябров, лепнины, драгоценных камней, утопленных в глазницы уродливых гранитных существ, охраняющих сходу выдающую достаток хозяина лестницу, она похлопала себя по карманам в поисках початой пачки парламента. Сигареты, видимо, вместе с берцами остались в далёкой-далёкой реальности. Только вернув челюсть на место Пижма заставила себя вспомнить, что, вообще-то, курение – зло, а она пытается бросить, хоть и довольно безуспешно после последнего неудачного сожительства (он хотел семью и детей, а она – вышвырнуть его из дома и напиться).

Что ж, психи знали толк в роскоши.

Пижма назвала совершенно баснословную сумму в долларах. Денег хватило бы на скромный островок в атлантике, собственный замок и пожизненное содержание слуг, которые бы ежедневно устраивали бои без правил для развлечения хозяйки. Также их хватило бы для ненавязчивого содержания презирающих дочь родителей, безбедного существования прервавшей всякое общение сестры, а также, при желании, спонсирования политического переворота в небольшой стране.

Ювеналий не изменился в лице, лишь склонился к подпевале:

– Сколько это по-нашему?

Лоренцо ответил, приподнимаясь на цыпочках, чтобы достать до уха рослого старика.

– Вполне разумная, хоть и слегка завышенная цена, – кивнул он. Пижма сразу поняла, что продешевила. – Полагаю, исходя из нескромных запросов, для вас не составит труда выкрасть из пещеры дракона кое-какую вещицу?

«Вот ты и попался!», – агент торжествующе поджала губы. – «Похищение для отвода глаз, так старикан? Тебе нужен живучий вор, не более того!».

– Это при условии, что меня не сожрут, – Пижма без обиняков уселась на ступени, раз уж устраивать ей экскурсию по замку никто не спешил.

– С вашими-то умениями? – влез Лоренцо. – Маловероятно. Я тщательно выбирал жертву… э-э-э… специалиста.

Агент прищурилась: в деле слишком много дыр. Но оплата так заманчива…

– И что же это за вещица?

Ювеналий, не смущаясь, уселся рядом, прикрывая длинной туникой костлявые щиколотки. Пухляшок Лоренцо тоже засуетился, но никак не мог выбрать удобное место. Наконец устроился у ног старика, как верный пёсик, подобострастно заглядывая ему в ноздри (куда получалось).

– Сущая безделица, – отмахнулся Лоренцо. – Полнейшая ерунда!

– Не валяй дурака, Лоренцо, – председатель нахмурил седые брови и уже совершенно буднично, без напускной вежливости обратился к агенту: – Мы понятия не имеем. Леонард работает над неким крайне опасным объектом, и мы понятия не имеем, что это.

Пижма прыснула, по-свойски ударяя нанимателя по колену:

– Леонард? Вашего дракона зовут Леонард? То есть, это огромная, кровожадная, жестокая ящерица, держащая вас в страхе, и он не придумал ничего лучше, чем назваться Леонардом?

– Что вас так развеселило, миледи?

Агент Пижма, славящаяся на работе особой серьёзностью и невозмутимостью, держалась за живот и всерьёз опасалась за свою репутацию.

– Леона-а-а-ард! Дракон-Леонард! И он над чем-то там работае-е-ет! Ребята, вы охренительны! Ладно, кто это учудил? Где камеры?

– Простите?

– Ой, нет, это вы простите! – девушка вытерла выступившие слёзы. – Я практически повелась. Но дракон Леонард – это бомба!

Ювеналий покачал седой головой.

– Вы, верно, слегка обескуражены происходящим, – недовольно зыркнул он на помощника.

– Сир, – взмолился тот, – ответственно заявляю, что из всех претендентов эта женщина оказалась наиболее предрасположенной и устойчивой к магическим воздействиям!

Устойчивая к магическим воздействиям женщина тихонечко заскулила и принялась биться головой о бархатное покрытие ступеней.

– Я и вижу, – Ювеналий щёлкнул пальцами. – Не желаете ли воды, миледи?

Заворожённо проследив, как кувшин и тяжёлая кованая чаша по воздуху преодолевают расстояние от маленького столика в углу до бьющейся в истерике женщины, Пижма открыла рот, сжала услужливо подлетевший сосуд, залпом опорожнила его и смиренно приняла, что сошла с ума.

– Нам нужен официальный контракт с прописанными правами и обязанностями сторон.

– Вснепременно, – Ювеналий уже вручную наполнил чашу ещё раз.

– И половину суммы вперёд.

– Вполне разумно.

Собственно, а чем это задание хуже всех предыдущих?

– Ну и это, – она нервно хихикнула. – Подать мне вашего дракона, что ли.

Глава 2. О вымирающих видах

Что можно найти в норе любого уважающего дракона? Тела безвинно убиенных жертв, обглоданные кости, нечистоты, сокровища, в конце концов. Меньше всего ожидаешь увидеть вполне комфортабельную пещеру, мягкую софу, очаг, кресло-качалку, вопиюще не вписывающееся в нарисованную воображением Пижмы картину, и тарелку с вишнёвым пирогом, ожидающим на маленьком передвижном столике своей незавидной участи. Быть может, в начинке не вишни, а хотя бы глазные яблоки? Пижма воспользовалась рассеянным вниманием дракона и сковырнула хрустящую корочку. Нет, самая настоящая вишня. И тесто очень вкусное, да. Агент разочарованно плюхнулась в кресло, попутно воздав хвалу неведомому проектировщику: в отличие от остальной подобной мебели, отдыхающий не проваливался в слишком глубокое сидение и не чувствовал себя непослушным ребёнком в… вольере? Загоне? В этой штуке, которой обычно фиксируют младенцев. О, манеж! К тому же из качалки открывался чудесный вид не только на уютную, залитую мягким светом канделябра, комнатку, но и на её владельца, в панике перерывающего комод и пытающегося прикрыть срамоту.

– Да ты не спеши, все мы люди взрослые, – девушка не глядя отломила ещё кусок пирога и напомнила: – К тому же, чего я там не видела.

Пижма слегка вытянула шею, чтобы убедиться, что всё, свойственное дракону, она действительно уже видела (ещё раз: сугубо в научных целях!) и только потом сообразила, что она, вообще-то, находится здесь на правах невинной девы.

– Я хотела сказать: о Боже, какой кошмар! Немедленно прикройтесь и не смущайте мой взор! – исправилась она, смачно чавкая остатками лакомства.

Дракон запыхтел, но ничего не ответил, натянул штаны, накинул какую-то совершенно не брутальную, как и всё помещение, рубашку и выжидательно вытянулся перед незваной гостьей. Та поспешно вытерла ладонь о выданное нанимателями платье и протянула новому знакомому:

– Пижма! – радостно сообщила она.

Дракон машинально пожал, недоумённо осмотрел мгновенно ставшие липкими длинные пальцы и, хлопая возмутительно длинными ресницами, вежливо ответил:

– Леонард.

Девушка помахала рукой перед глазами неправильного дракона, а то тот совсем уж смутился:

– Привет, Лёня! Как сам?

– Что, простите?

– Как жизнь, спрашиваю. Вкусны ли девственницы, в страхе ли селяне? Сколько принцесс похитил на этой неделе?

Леонард попятился, пока не упёрся в огромный, во всю стену, стеллаж с книгами. Кажется, в его дом забралась не просто настырная, а двинутая на голову особа. А если покусает? Вдруг заразная?

– К-кажется вы меня с кем-то путаете…

Особа откинулась и закачалась в кресле, внимательно рассматривая безынициативного похитителя.

– Дракон?

– Ну… Д-да…

– Тогда, Лёня, ты меня очень-очень расстраиваешь, – грозно начала она.

– Почему, простите?

– Потому что ведёшь себя совершенно не по-драконьи. От тебя что требуется? Похитил, запугал, в пещеру, – агент критично огляделась. Сходство с пещерой заканчивалось ровно на повороте коридора сразу после входа, да и то, вероятно, из-за отсутствия освещения. А так вполне миленькая, хоть и ботанская, квартирка, – или что там у тебя, притащил.

– З-зачем? – запуганный дракон попытался попятиться ещё сильнее, когда боевая гостья поднялась, приблизилась и требовательно тыкнула пальцем в его тощую грудь.

– А это уже по ситуации, – зловеще показала она щербинку между зубами. – Кто поскромнее, заставит сокровища пересчитывать, кто посообразительней, начнёт домогаться. Начнёшь домогаться, а? – нависла она над присевшим в недоумении парнем. Тот отрицательно замотал головой (лохматые длинноватые пряди забили по щекам).

– А очень надо? – уточнил он.

– А это смотря как станешь себя вести, – пообещала Пижма и по-хозяйски отправилась изучать захваченное пространство. – Чего тут у тебя хорошего? Ого! Телескоп! А ты, оказывается, не только хиляк, но и ботан, да? Это ты всё вот это прочитал? Силё-о-о-он! А тут чего?

Девушка налегла на маленькую дверцу, сомнительно замаскированную гобеленом с закрывающим крыльями небо летучим монстром. Вот так должны выглядеть драконы: огромный, с чёрной чешуёй, раскалённой до красна у пасти и на груди (почему-то казалось, что и под хвостом тоже), он угрожающе завис над вышитыми жителями посеченного молью города. На плохо проработанных лицах второго плана отражался неубедительный, но искренний ужас, кривые огромные руки, превышающие по длине тело, мутировавших жителей в немом упрёке грозили чудищу кулаками. К слову, спустись вышеупомянутое чудище пониже, и жители не только смогли бы сдёрнуть его и разложить на ближайшей поляне, но и превратить в жестковатый, но крайне сытный шашлык.

И только тут Пижма поняла, что рано обрадовалась лёгкой победе.

– Не смей трогать эту дверь! – воспрянул духом хозяин (пока что!) пещеры.

– Или что?

Дракон смутился. Он, вообще-то никогда не слыл сторонником насилия и альтернативных способов убеждения противника, кроме как «не стоит бить меня по лицу» и «уберите, пожалуйста, сапог с моей груди», не знал.

– Лео, мальчик мой, – покровительственно начала Пижма, налегая на ручку со всей силы, – ежели ты имеешь, что мне сказать, так говори сейчас, потому что потом, когда тётя Пижма потеряет к тебе интерес…

Договорить тётя Пижма не успела. Леонард, конечно, был крайне обескуражен, удивлён и поражён поведением наглой девицы, у которой, кажется, вовсе не имелось ни тормозов, ни инстинкта самосохранения, но он всё-таки был драконом. А ещё он был не так молод, наивен и глуп, как показалось агенту сразу, всего-то недокормлен и изнурён бессонницей, потому и казался младше и беззащитнее.

Дверь в доли секунды побелела, как передержанная в огне кочерга, надулась и с громким пыфом выровнялась, как пружина, отбросив от себя взломщицу.

– Или ей придётся защищаться, миледи, – склонился в издевательском поклоне Дракон.

Агент ничуть не разозлилась. Напротив, слегка смутилась: стоило переоценить противника, а не, мысленно окрестив его лёгкой добычей, считать дело закрытым.

– Один-один, приятель, – признала она. – Это было круто.

Леонард тоже не стал скандалить, галантно подал руку, которую, как ни странно, девушка приняла, и усадив гостью на софу, сунул в очаг подвесной чайник.

– Чем обязан визиту столь… яркой, – нашёл он подходящий синоним к «двинутой», – особе?

– Да вот шла-шла и думаю, что-то я скучно живу. Пора бы драконом похититься!

– Вы, видимо, не местная? – Леонард сноровисто накидал в заварник сушёных травок, перемежая их яркими, ни на что не похожими, цветами.

– Что же меня выдало?

– Ну, – озорно улыбнулся он, – есть пара незаметных деталей. Например у вас в кармане жужжит, как вы его называете? Дубильник?

– Мобильник, – поправила Пижма, нажимая «отбой» напоминалке о ежедневной тренировке. Будем считать, сегодня стресс заменил спорт. – И откуда ж ты такой сведущий, Лёня?

Леонард налил кипятка в заварку и недоумённо уставился на опустевшую тарелку. Пижма увлечённо рассматривала сводчатый потолок.

– Не преувеличивайте мои достоинства, – девушка многозначительно приподняла бровь, но комментировать, как и подобает невинной деве, не стала. – Я всего лишь немного изучал вопрос. В нашем мире, в Лимбе, если вам ещё никто не называл его имени, магия – то же, что ваша наука. Мы изучаем её, разбираем на части, анализируем и, разумеется, используем в быту. Миры, и ваш и наш, всего лишь ветви на огромном раскидистом дереве. Иногда они по прихоти ветра переплетаются, только и всего. Вы не первая, кому довелось путешествовать по междумирью, и, поверьте, не последняя. Собственно, чем дальше, тем более обыденным становится этот процесс, едва ли не популярным. Слышал, в совете магов уже научились выдёргивать конкретных людей с конкретного «листочка» по необходимости, но это слегка не моя специализация, поэтому не могу проконсультировать.

– А какая у тебя специализация? – заинтересовалась гостья.

– О, совершенно ничего интересного. Моя история скучна и банальна донельзя, а какова ваша, дорогая Пижма?

Историй агенту предложили несколько, но по опыту она знала: лучшая ложь та, в которой максимальный процент правды.

– Да тоже ничего интересного. Один идиот огрел по голове стаканом. Очнулась уже у вас.

– И наверняка больше всего на свете хотите вернуться домой? – Леонард принёс две кружки и отхлебнул от одной. Пижма молча сунула ему свою и взяла уже продегустированный чай. В зарябившей глади отразилось на удивление задумчивое лицо.

– Вообще-то я не тороплюсь. То есть, хотелось бы иметь подобную возможность, конечно, да и повод вернуться есть, – агент с нежностью вспомнила сильно набухший после подписания контракта счёт (неведомым образом преодолевшая магические заслоны смска из банка тыдынькнула почти сразу). Собственно, пока что он был её единственным поводом. – Но не прямо сейчас.

– Но разве вы не напуганы? – дракон безропотно отпил и из второй чашки.

– Шутишь?! – рассмеялась Пижма, едва не расплескав напиток. – До усрачки! И вообще я ставлю на сотрясение и наверняка валяюсь сейчас под капельницей! Но кому какая разница? Это же, чёрт возьми, охренительно! Драконы! Летающая посуда! Перемещения между мирами! Нет, ребята, так просто вы от меня не избавитесь! Я остаюсь на каникулы!

– Здесь? – робко уточнил дракон, имея в виду крохотную холостятскую берлогу, не видевшую женского пола со студенческих лет ответственного Леонарда. Да и тогда девушки заходили по большей части за конспектами, кои поленились написать сами, предаваясь фантазиям о брутальном, не чета Лео, красавце-ректоре (потому как не красавцев в ректоры не берут, это всем известно).

Девушка закинула ногу на ногу и приобняла кавалера за плечи:

– А ты против? – жарко выдохнула она ему в кружку.

– Я не то чтобы за, – мягко отстранился Леонард.

Нет, так дело не пойдёт. Похищать он её отказывается, добровольно остаться тоже не даёт, секретами делиться не спешит. Эдак задание и правда окажется проваленным!

– То есть ты, – Пижма думала, что надулась обиженно, хотя со стороны, скорее, выглядела угрожающе, – выгонишь бедную девушку на улицу, в холод…

– Лето на дворе.

– На ночь глядя…

– Полдень!

– В жестокий непонятный мир…

– Вы весьма быстро освоились.

– Где каждый может обидеть!

– Вас?! – обидеть Пижму и правда мог всякий. А вот рассказать об этом пока не доводилось никому.

– Ну не тебя же! Ты ж у нас дракон!

Дракон смущённо шаркнул ногой, попутно запихивая под софу свиток с картинками неприличного содержания, пока тот не успел привлечь нездоровый интерес гостьи.

– У нас вполне мирное государство. И что-то мне подсказывает, что вы вполне способны за себя постоять.

– Ага, за себя и за того парня, – подтвердила Пижма, отмечая, куда Лео спрятал свиток с палевными картинками. – Ежели заплатит.

– Это как? – заинтересовался Дракон.

– Ну а как бывает? Кто телохранителю платит, тот себе и крепкий сон покупает.

– Телохранителю? Простите, вы работаете на кладбище?

– Да что ж вы заладили? – буркнула Пижма. – Ага, на кладбище. Внештатным сотрудником. Решаю, кому уже пора за ворота, а кто может пока на своих двоих перекантоваться.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю