355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Борис Стронин » Тайна Бабблинг Вэлл Род
(Детективный роман)
» Текст книги (страница 4)
Тайна Бабблинг Вэлл Род (Детективный роман)
  • Текст добавлен: 19 декабря 2017, 22:00

Текст книги "Тайна Бабблинг Вэлл Род
(Детективный роман)
"


Автор книги: Борис Стронин



сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 8 страниц)

Старика подняли с пола и увели. Ли Фу принялся возиться у печки, готовя тосты к пятичасовому чаю. Прайс задумчиво вернулся к себе в кабинет.

Первая вылазка врага оказалась неудачной. Но радоваться многому было нечего…

Прайс был уверен, что старый торговец был простым, мелким шпиком, нанятым, чтобы следить за действиями его – Прайса, и доносить какому-то «начальству» о передвижениях Прайса. Это была мелкая птица. Но за ней скоро могла быть и покрупнее.

А пока…

Пока он должен разгадать проклятую тайну шифра.

Прошел весь день и наступил уже глубокий вечер, когда сидевший за листком бумаги Прайс торжествующе и устало поднял голову.

Тайна шифра была разгадана им после целого ряда комбинаций, сравнений, сотни безуспешных попыток.

Первая цифра шифра означала номер страницы. 55-ое слово на этой странице оказалось:

– Робинзон…

Медленно отсчитывая слово за словом, Прайс начертал следующую записку, которая была зажата в кулаке задушенной Эдит:

Робинзон – хочет – уехать – навсегда – оставьте – Робинзона – ждите инструкций.

Вместо инструкций Эдит Робинзон ожидала смерть.

Глава VIII
НОЧНОЙ ВИЗИТ

Весь этот день прошел совершенно спокойно, прозаично, без каких-либо чрезвычайных происшествий.

Старый Сы Цзэ был отправлен в полицейский участок, где он был допрошен китайскими детективами, а также самим Прайсом. Как и предполагал молодой детектив, допрос кончился ничем.

Старик был нанят каким-то неизвестным ему самому «мистером Ку», который обещал платить ему по пятьдесят центов в день, если он будет следить за всем, что делает в своем доме. Прайс. На вопрос, зачем же он полез в дом, не имея никаких на этот счет инструкций, Сы Цзэ стал говорить что-то длинное и путаное.

– Обычный результат таких допросов, – заметил Прайс Грогу, который также присутствовал на допросе.

Тот пожал плечами.

– И еще, Грог, – продолжал Прайс, отводя приятеля в дальний угол коридора главного полицейского участка. – Мне нужна ваша помощь.

– К вашим услугам, – равнодушно ответил Грог.

Прайс, в кратких словах, объяснил Грогу свой план действия.

– Я буду дичью, за которой охотятся таинственные охотники. Но мне нужен человек, который начал бы слежку за этими милыми охотниками, превращая их в ценную дичь со своей стороны.

– Понимаю, – лаконично заметил Грог.

– Как бы это будете делать – я полагаюсь всецело на вас. Я не хочу знать об этом, да и не могу даже заранее учесть всех возможных положений. Но одно я буду знать твердо: что во всех случаях жизни, как бы туго мне ни пришлось, я имею где-то рядом верного друга. И держите револьвер под рукой. Он может понадобиться вам каждую минуту. Эти люди, кажется, не любят шутить.

– Не беспокойтесь, – флегматично ответил Грог. – Я обдумаю свой план действия, и будьте уверены, что я всегда буду находиться в нескольких шагах от вас.

– Не старайтесь быть слишком близко ко мне, – предостерег Прайс. – Иначе они могут заметить вас.

Прайс вернулся домой поздно вечером и после ужина обошел все комнаты дома, проверяя замки и крючки. Ли Фу уже мирно спал на кухне, забаррикадировав окна и двери во двор.

– Я думаю, что эту ночь я смогу провести спокойно, – решил про себя Прайс, возвращаясь наверх, в свою уютную спальню.

Но он ошибся. Провести спокойно эту ночь ему не пришлось.

Он не знал, сколько было времени, когда он неожиданно проснулся, звериным инстинктом почувствовав, что проснуться необходимо.

За окном царила глухая, темная ночь. Даже звезд не было на черном, покрытом тяжелыми тучами небе.

Через широко открытое окно на веранду, в комнату вливался свежий, прохладный сентябрьский воздух.

Прайс присел на постели и чутко прислушался. Он не мог сказать с уверенностью, что его разбудил какой-нибудь подозрительный шум. Тем не менее, ему определенно казалось, что в кабинете, смежной со спальней комнате, есть кто то посторонний.

Он слушал. Тишина царила могильная. Только будильник на камине громко отсчитывал проходящие секунды, да где-то далеко за Скотт род с надрывом лаяла собака.

– Нервы, – подумал Прайс, пожимая плечами.

Тем не менее, он все же осторожно отбросил одеяло и неслышно встал с постели. Протянув руку и нащупав револьвер на ночном столике, Прайс, тихо ступая босыми ногами, подошел к полуоткрытой двери и снова прислушался. Секунду царило мертвое молчание. Но затем тонкий слух детектива уловил какой-то легкий, чуть слышный шорох, исходивший со стороны его письменного стола.

Сомнений не было. Таинственные враги сумели проникнуть вовнутрь и теперь хозяйничали в его кабинете в поисках рокового портфеля.

Сердце Прайса забилось сильными неровными ударами. Мысли бешено заплясали в голове, обгоняя одна другую.

План его удался. Враги, вызванные им, появились теперь в его доме. Теперь остается лишь задержать их.

Прайс не был трусом. Он смело шел всегда навстречу опасности. Но здесь его обуяли сомнения. Он не боялся – нет, но все же на секунду замешался, не зная, что делать дальше.

Ворваться в комнату, зажечь свет и арестовать их? Но он не знал, сколько их именно находится там. А если их больше, чем два-три человека? И если они вооружены и наготове ко всяким случайностям?

Он может просто пасть жертвой их выстрелов и тайна двух убийств в Шанхае останется еще более непроницаемой после третьего убийства, на этот раз представителя власти.

Впрочем, раздумывать было поздно. Нужно было действовать.

Прайс сделай еще один шаг к двери, осторожно нащупывая левой рукой выключатель у дверей, чтобы залить комнату электрическим светом.

Выключатель был найден. Стоя на пороге, одним решительным жестом Прайс нажал выключатель, подняв вверх револьвер.

Выключатель громко щелкнул, но в комнате продолжала царить глубокая тьма. Электрические провода были перерезаны.

В тот же момент, из глубины темной комнаты, до слуха Прайса явно долетел женский смешок.

Его присутствие не было тайной. Его видели и ждали его дальнейших шагов. И даже смеялись над ним.

Гнев охватил все существо Прайса. Он был еще очень молод и самолюбив. У него не хватило выдержки старого, опытного детектива, учитывающего свой каждый шаг и не обращающего внимания на мелкие уколы самолюбия. Но никто не мог отказать ему в молодой и немного бесшабашной смелости.

Громко выругавшись, Прайс бросился вперед к своему письменному столу, желая схватить того, кто там смеялся над ним.

Но в тот же момент что-то сильно ударило его ноги ниже колен.

Прайс потерял равновесие и тяжело упал на пол.

Сильный удар каким-то тяжелым предметом обрушился на его плечи. Нападавший, очевидно, метился в голову, но плохо рассчитал в темноте.

Прайс выстрелил по направлению стола. При вспышке от выстрела он увидел, на мгновение, две темных фигуры перед столом.

В комнате что-то звякнуло, упало, с грохотом посыпались безделушки с этажерки.

Прайс выстрелил еще раз, когда опять кто-то невидимый со страшной силой ударил его чем-то тяжелым, на этот раз прямо по голове.

Прайс застонал и вытянулся на полу, сжимая в руке револьвер.

Он уже не слышал, как три темных фигуры быстро выбежали из кабинета, спустились вниз по лестнице и выбежали к автомобилю, ожидавшему их на углу темной и пустынной Скотт род.

Шофер-китаец завел мотор.

– На Бабблинг Вэлл, – коротко по-английски приказала одна из фигур повыше.

Автомобиль сорвался с места и помчался по Норт Сечуен род, с каждой минутой развивая все большую и большую скорость.

Грогу, прицепившемуся к запасной шине автомобиля, пришлось очень туго. Его немилосердно трясло и он только боялся, как бы не слететь на каком-нибудь повороте. В таком случае он насмерть разбил бы себе голову, не говоря о том, что след таинственного врага был бы снова потерян.

Но Грогу везло. Он сумел продеть руку под шину и, таким образом, был обеспечен, что живым доедет до места назначения.

Что будет дальше – он не знал, и не старался представлять себе этого. Он был человеком дела, а не философом.

– Доедем – увидим, – глубокомысленно подумал он, жалея лишь, что в его положении никак нельзя закурить неизменную трубку.

– Как Прайс? – лениво подумал он. – Неужели они прикончили его? Едва ли. Для них это было бы слишком неразумно. Разве можно поднимать сейчас кутерьму на весь город из-за третьего убийства европейца за какие-нибудь две недели? Нет, Прайс, разумеется, жив. Но достаточно ли он комфортабельно себя чувствует в настоящее время?

Глава IX
ДОМ НА БАББЛИНГ ВЭЛЛ

Таинственный автомобиль бешено мчался по пустым ночным улицам Шанхая. Постовые полисмены-индусы, сгорбившиеся под своими кургузыми накидками, удивленно поглядывали на машину с потушенными огнями. Один из индусов заметил Грога, прицепившегося на задке автомобиля, и прокричал что-то неразборчивое, размахивая руками.

Но шофер машины только нажал на газ и автомобиль помчался еще быстрее, скрипя тормозами на поворотах.

Пролетела мимо темная Норт Сечуен род, по которой бродили лишь редкие шатающиеся фигуры американских матросов в своих оригинальных беленьких шапочках, сдвинутых ухарски набекрень. Около каждой такой фигуры вились рикши, наперебой зазывавшие моряка в различные дома свиданий.

Перескочив через мост Оучжоуского канала, мимо массивного здания почты, автомобиль завернул на Нанкин род и здесь слегка замедлил ход, так как Нанкин род не спит даже ночью и улицы были наполнены ночными гуляками, накрашенными проститутками, рикшами, уличными торговцами и так далее и так далее. Промелькнуло темное поле Рейс Корса[9]9
  Ипподром и клуб верховой езды в старом Шанхае.


[Закрыть]
, по обе стороны пошли виллы Бабблинг Вэлл. Здесь было совсем уже темно и пусто. Особняки стояли мрачно, глядя на пустую широкую улицу темными окнами.

Дальше и дальше мчался автомобиль. Руки Грога затекли от судорожного обхвата шины. Он чувствовал, что если машина пройдет еще четверть часа, он не выдержит и свалится на мостовую.

К его счастью, проехав Гордон род, автомобиль замедлил ход и вскоре снова заскрипели тормоза перед широкими воротами одного темного особняка.

Приезда автомобиля, очевидно, ждали, так как тяжелые ворота немедленно распахнулись без всякого окрика со стороны шофера, автомобиль плавно вкатился на широкую асфальтную дорожку, прямо к широкому крытому подъезду дома, почти совершенно спрятанному густо разросшимися акациями и еще какими-то ветвистыми деревьями.

Не успел автомобиль остановиться, как Грог неслышно скатился с запасной шины и быстро, на четвереньках, по-собачьи пробежал в гущу деревьев у самого входа в дом.

Звякнула автомобильная дверца и три темных фигуры неторопливо вышли из автомобиля. Грог притаился в кустах, сдерживая дыханье, так как фигуры остановились в двух шагах от него, причем одна из фигур принялась возиться с ключом у двери.

– Где портфель? – спросил по-английски человек повыше.

– У меня.

Грог вздрогнул. Говорила женщина. Низкий контральтовый голос. Говорившая махнула рукой, в которой был зажат небольшой портфель.

Дверь, наконец, была открыта и все трое молча вошли в темный вестибюль. После этого дверь с шумом захлопнулась. Автомобиль медленно пополз дальше, очевидно, направляясь в гараж.

Грог долго сидел неподвижно, скорчившись в кустах, ожидая, когда жизнь во дворе и в доме снова заснет. Около гаража долго горел огонек фонаря: шофер закатывал машину в гараж. Чей-то голос, очевидно, сторожа лениво переругивался с ним по-китайски. Затем Грог видел, как оба они завернули за угол дома, направляясь к черному ходу в свои комнаты.

В самом доме, на втором этаже, за закрытыми гардинами горел огонь. Ночные посетители дома Прайса знакомились с содержащем захваченной добычи.

Прождав еще немного и видя, что в саду все мертво и тихо, Грог осторожно выпрямился и, ступая кошачьей поступью, направился вдоль кустов, вокруг дома, желая ознакомиться с характером местности, занятой неприятелем.

Это был обычный шанхайский особняк, построенный в английском духе, с двумя подъездами, с теннис-кортом, с гаражом и какими-то еще надворными постройками – возможно, с помещениями для прислуги.

Все кругом было тихо, включая маленькую сторожку у больших тяжелых ворот, выходящих на Бабблинг Вэлл.

Грог в раздумье остановился в тени деревьев, не зная, что предпринять дальше. Им было сделано на сегодня достаточно. Он узнал логовище таинственных преступников, совершивших двойное преступление за короткий срок, а теперь, может быть, совершивших и третье в доме Прайса.

Что же делать?

Возвращаться ли обратно на Скотт род и посмотреть, что случилось в доме Прайса? Или же попытаться предварительно собрать больше сведений об обитателях таинственного дома?

Чувство долга подсказало Грогу, что он должен постараться остаться здесь, по крайней мере, еще полчаса, чтобы сделать еще более тщательный осмотр всего здания.

Обойдя вторично вокруг дома, Грог заметил, что плющ, обвивший все ставни и двери дома, достаточно плотен и крепок, чтобы выдержать тяжесть его тела.

Особенно густо плющ разросся как раз под окном, в котором теперь горел огонь. Ввиду того, что сентябрьские ночи еще в достаточной степени теплы в Шанхае, окно было открыто.

Недолго думая, с быстротой и цепкостью кошки, Грог взобрался по плющу к подоконнику открытого окна во втором этаже и, упершись ногами в неровные выступы кирпичей, закрывшись в чаще плюща, осторожно приложил ухо к гардине.

Как он предполагал, в комнате, очевидно, сидели трое, с которыми он совершил путешествие от дома Прайса.

В то время, пока Грог бродил по саду, знакомясь с местоположением, таинственные незнакомцы, должно быть, уже ознакомились с содержащем черного изящного портфеля, являвшегося для Прайса приманкой для преступников.

Теперь ночные налетчики ссорились между собой. Они говорили повышенными голосами, с большим раздражением, не боясь, что их могут подслушать.

– А я повторяю, что этот проклятый Прайс оказался умнее, чем мы предполагали и просто-напросто провел нас, как мальчишек, – говорил чей-то сочный баритон по-английски, но с явно иностранным акцентом.

– Почему вы так думаете? – спросил второй мужской голос.

– Потому что Эдит никогда бы не стала хранить такой ерунды, как старые газеты, в своем портфеле. К чему они ей? – огрызнулся первый голос.

В разговор вмешалась женщина. Тот же контральтовый тон, который поразил Грога у подъезда.

– А почему вы не допускаете, что Прайс заблаговременно вынул содержимое портфеля и, опасаясь, что портфель может быть у него похищен, как и шкатулка, набил его старыми бумагами? – предположила женщина.

Она говорила по-английски совершенно свободно, без явного акцента, но чуткое ухо англичанина-детектива все же определило, что говорит не англичанка и не американка.

– Так говорят португалки, – промелькнуло у него в уме.

Ему страстно хотелось взглянуть на сидевших в комнате, но он боялся притронуться к гардине, не желая спугивать редкой и опасной дичи.

– Так это или не так, но мы сделали ошибку, – продолжал холодный баритон. – Вместе с портфелем нам нужно было прихватить с собой сюда и Прайса. Здесь бы мы заставили его говорить.

В голосе говорившего прозвучало столько жестокости, что Грог невольно передернул плечами и с чувством облегчения вспомнил о браунинге у него в заднем кармане брюк.

Во всяком случае, он-то не дастся живым в руки этой странной компании.

– Может быть, не поздно и сейчас… – нерешительно произнес второй мужской голос, но баритон прервал его на полуслове с манерой начальника, обрывающего бесцеремонно речь подчиненного.

– Никогда не пытайтесь сделать два дела в один раз, Шмидт, – сухо произнес он. – Как мы можем быть уверены, что в данный момент в доме Прайса так же пусто и тихо, а сам хозяин с пробитой головой валяется на полу в своем кабинете? Возможно, что сейчас там собралась вся полиция Международного Сеттльмента. В настоящее время нам придется, что называется, залечь в берлогу и выждать некоторое время, чтобы успокоить умы шанхайских властей. Три происшествия за короткий срок – это слишком много для местных патриархальный нравов.

Грог забеспокоился, услышав первые сведения о Прайсе. «Валяется на ковре с разбитой головой». Сведения неутешительные. Нужно спешить, чтобы застать его в живых. Иначе он может пролежать таким образом до утра и истечь кровью. Но все же нужно подождать до окончания этого разговора.

– Каковы же ваши инструкции? – осведомился женский голос, обращаясь, очевидно, к баритону.

– Сидеть спокойно дома и ждать дальнейших событий. Я составлю телеграмму и пошлю в Москву. Инструкции придут оттуда, – холодно ответил баритон.

Грог вытаращил глаза.

«Инструкции», «Москва»… Дело принимало еще более серьезный и запутанный характер. Организация, ответственная за убийство синьора Толедоса и «золотой дамы», а также за нападение на Прайса, вырастала в какую-то огромную, серьезную организацию с главным центром не в Шанхае, а почему-то в Москве, откуда и шли инструкции для местных агентов.

Грог решил уходить. Он понял, что одним смелым ходом такого дела не разрешить. Здесь впутывались какие-то сложные международные вопросы. Сейчас нужно спешить к Прайсу. Он знает теперь этот странный дом на Бабблинг Вэлл, и возможно, что ему и Прайсу придется нанести сюда еще не один тайный визит, пока это дело не будет приведено к какому-то удовлетворительному окончанию…

Так же быстро, но осторожно, Грог спустился по плющу в сад. Тело его, в особенности руки и ноги, болело от мускульного переутомления. Прогулка на задке кузова автомобиля, а затем пребывание «между небом и землей» с плющом для поддержки – давали себя знать.

Грог несколько минут массировал себе руки и ноги, чтобы восстановить правильное кровообращение, размышляя в то же время, каким образом ему выбраться теперь из сада.

Дом был окружен высокой стеной с битым стеклом на поверхности стены, так что путь через стены был исключен. Перелезть через ворота было можно, но Грог опасался, что здесь он может быть замечен случайно из окна дома. Вся беда была в том, что на нем был довольно светлый костюм, который резко выделялся на темном фоне.

Подумав еще несколько минут, Грог решительно направился в сторону гаража и надворных построек. Эти постройки выходили задним фасадом в сад соседней виллы.

Оглянувшись предварительно несколько раз по сторонам и убедившись, что все кругом тихо и мертво, Грог ловко вскарабкался на крышу гаража, а затем так же решительно и быстро, разбежавшись по крыше, спрыгнул в темноту соседнего сада.

Падение оказалось не совсем удачным, так как он попал в какие-то кусты и довольно сильно расцарапал себе правую руку. Выругавшись сквозь зубы, Грог пошел по аллее к выходу из сада.

Ему пришлось долго стучать у сторожки, пока оттуда не вылез удивленный, заспанный сторож. Увидев незнакомого европейца, сторож поразился окончательно. Грог молча показал ему свой детективный значок. Сторож отдал честь и стоял, глупо хлопая глазами.

– Открой ворота и выпусти меня на улицу, – приказал Грог, говоря по-китайски.

Сторож со всех ног поспешил исполнить приказ.

– И еще одно, – строго заметил Грог, выйдя на тихую Синза род. – Если ты скажешь хоть одной душе, что открывал мне сегодня дверь, то я посажу тебя в тюрьму и ты будешь сидеть там, пока я не скажу – «довольно». А я могу очень долго не сказать этого слова.

Перепутанный сторож поднял руки к небу, как бы призывая его в свидетели своего молчания.

Грог вышел на темную и молчаливую Синза род. Предрассветный сумрак стал синим. Легкий туман быстро таял в воздухе.

Грог быстрыми уверенными шагами пошел вдоль улицы, стремясь найти рикшу, чтобы отправиться в ближайший гараж, где он мог бы взять автомобиль и помчаться обратно, на Скотт род, где в этот момент, может быть, умирал Прайс.

Дойдя до первого угла, Грог на секунду остановился в нерешительности, а затем повернул направо, желая выйти обратно на Бабблинг Вэлл. Это намерение было самой грубой ошибкой со стороны Грога, которая повлекла за собой целый ряд роковых и чреватых последствий.

Грог быстро шел по узкому переулку и шаги его звонко отдавались в мертвой предрассветной тишине. Он прошел уже почти весь квартал и был готов выйти снова на Бабблинг Вэлл, когда его чуткое ухо услышало позади себя чьи-то быстрые торопящиеся тати.

Грог остановился, замер на месте, нервно сжимая браунинг в кармане.

Шаги приближались все ближе и ближе. Кто-то спешил и не скрывал своей торопливости. Белая дымка тающего тумана все же была довольно плотной и не позволяла различить что-либо на расстоянии свыше тридцати шагов.

Прошла еще одна томительная минута ожидания и вот какая-то темная фигура смутно обрисовалась перед Грогом.

Грог решительно вытащил браунинг и стиснул зубы, готовясь к бою. Фигура, очевидно, также заметила сыщика, так как внезапно остановилась, как бы приросшая к земле.

– Кто там? – негромко, но твердо спросил Грог, поднимая браунинг.

Фигура стояла неподвижно, не проронив ни звука.

С сильно забившимся сердцем Грог сделал шаг вперед или, вернее, назад, к Синза род, наступая на неизвестного.

– Руки вверх!! – произнес он по-английски и по-китайски.

Темная фигура медленными движениями подняла руки вверх, образовав широкими рукавами род странных, причудливых крыльев над своей головой.

– Китаец, – с каким-то невольным чувством облегчения подумал Грог.

За пятилетнюю свою службу детективом в Шанхае, Грог привык иметь дело с китайскими налетчиками и бандитами. А все знакомое и привычное никогда не пугает человека, привыкшего к кровавым поединкам.

Грог уверенными шагами подошел к неизвестному. Действительно, это был китаец в шелковом, легком, черном халате, с круглыми черепаховыми очками на носу. Волосы китайца были смазаны каким-то маслом и гладко причесаны, отливая зеркалом. Широкое лицо китайца было в достаточной степени интеллигентно. Узкие глаза смотрели на англичанина из-под очков спокойно, без всякого удивления, а тем более – страха.

– Студент, – мелькнуло в голове детектива, зорко следившего за своим неожиданным пленником.

– Кто ты? – обычным флегматичным тоном спросил Грог у китайца, не опуская револьвера.

Неизвестный китаец усмехнулся уголками рта.

– Я студент Сучжоусского университета Ван Че-лин, – с большой готовностью ответил он.

– Откуда ты идешь? – так же флегматично спросил Грог.

– Я иду от синг-сонг герл по имени «Черная Орхидея», – так же готовно ответил студент. – Я провел у нее ночь и теперь возвращаюсь к себе домой, на Французскую концессию.

– Плохо, – подумал Грог. – Парень слишком разговорчив и откровенен. Это один из «них».

– Я не могу понять, господин, почему ты с револьвером в руках задаешь вопросы мирным прохожим на улице, – продолжал студент, действительно, выказывая большую наклонность к разговорчивости. – Разве за последнее время вышел такой закон, что молодые люди не имеют права проводить свои ночи у синг-сонг герлс?[10]10
  Возникшее в XIX в. английское название китайских куртизанок.


[Закрыть]

– Ты слишком много говоришь, – хмуро заметил Грог. – И мне не нравится твой халат. Держи руки выше. Я хочу обыскать тебя.

Ван Че-лин отступил шаг назад, но сейчас же овладел собой и на тонких губах его появилась слегка издевательская улыбка.

– Я готов повиноваться желанию господина, когда у того в руках револьвер, – ехидно произнес он, не трогаясь с места.

Грог сделал два шага вперед и подошел вплотную к китайцу. Не спуская с него подозрительно настороженного взора. Грог привычной рукой провел по черному халату молодого китайца.

Попытка его увенчалась успехом. На поясе китайца англичанин нащупал какой-то жесткий, посторонний предмет.

– Расстегни халат, – приказал он.

Китаец повиновался, не говоря ни слова.

Грог сунул ему руку за пазуху и немедленно вытащил новенький, блестящий браунинг.

– У тебя странная привычка ходить к своим возлюбленным с такой смертоносной вещицей за пазухой, студент Ван Че-лин, – спокойно заявил Грог, снова отступая на шаг назад.

Студент пожал плечами, храня невозмутимое молчание.

– А теперь мы пройдем до полицейского участка, где я поговорю с тобой подробнее, – продолжал Грог.

Студент продолжал молчать, смотря с каким-то плохо скрываемым ожиданием в сторону, за спину англичанина.

Грог успел перехватить этот странный, подозрительный взгляд. Он только что намеревался бросить взгляд назад, чтобы посмотреть, что привлекает к себе такое усиленное внимание студента, как неожиданно чьи-то цепкие руки схватили его за плечи.

Вторая пара рук вырвала из его руки браунинг и сейчас же зажала рот сыщика. Грог бешено забился, стараясь вырваться из крепких рук неизвестного, но в следующий момент он почувствовал, как в спину ему уперлось дуло револьвера и чей-то голос сухо и веско произнес на ломаном английском языке:

– Стойте и не шевелитесь. Одно движение с вашей стороны – и вы отправитесь вслед за синьором Толедосом.

Грог остановился, понимая всю бесполезность борьбы. В бессильном бешенстве он кусал свои губы.

– Дурак… Не успел удрать… Зачем я пошел к Бабблинг Вэлл? Нужно было бежать зайцем вдоль Синза род и затеряться в одном из самых глухих переулков… – беспорядочно мелькала запоздавшая мысль в голове, раздражая еще больше его профессиональную гордость сыщика.

– Идите вперед, – приказал тот же голос, и дуло револьвера еще сильнее впилось в спину Грога.

Грог мрачно пошел вперед, не глядя на торжествующего Ван Че-лина, который так же молча присоединился к странной компании, направлявшейся к Бабблинг Вэлл род.

Вышли на просторные панели этой самой красивой улицы Шанхая и повернули обратно к темному и мрачному особняку, из сада которого так благополучно, как казалось ему, выбрался Грог.

Ворота на этот раз были полуоткрыты. «Гостей» ждали. Сильные руки продолжали держать за плечи детектива, лишая его возможности увидеть своих неожиданных похитителей. Мимо пронеслась большая закрытая машина с какой-то влюбленной парочкой, очевидно, возвращавшейся домой из какого-либо ночного кабачка.

Грог с тоской посмотрел на машину. Сознание, что помощь была так близка и в то же время так бесконечно далеко от него – убивало молодого детектива. Кричать было бессмысленно. Люди в быстро мчавшейся машине не услышали бы его крика, а если бы даже и услышали, то не обратили бы внимания, приняв всю их мрачную группу за теплую компанию подгулявших друзей.

Молчаливая группа вошла во двор рокового дома, и ворота с глухим стуком захлопнулись за нею.

Под грозным дулом револьвера невидимого похитителя, Грог вошел в подъезд дома, в темный вестибюль.

– Вверх по лестнице, – приказал тот же ломаный английский язык за спиной.

Грог повиновался и поднялся по широким ступеням лестницы, устланной мягкими пушистыми коврами.

Пройдя по длинному пустому коридору, смутно освещенному синей лампочкой в углу, Грог остановился перед тяжелой дубовой дверью в конце коридора.

– Войдите в комнату, – услышал он следующий приказ.

Грог очутился в просторной, комфортабельно обставленной гостиной. Мягкие кушетки, кресла, пуфы. На стенах огромные картины с какими-то мифологическими сюжетами. В камине, несмотря на теплый сентябрь, горел приветливый огонек, освещавший комнату причудливым красноватым светом.

Сильная рука грубо толкнула Грога в спину, когда он остановился на пороге. Грог сделал по инерции несколько торопливых шагов вглубь комнаты. Дверь за его спиной была шумно захлопнута и, таким образом, Грог не имел даже возможности увидеть лицо человека, доставившего его в роковой дом под угрозой наведенного револьвера.

– Что же будет дальше?

Грог флегматично сплюнул прямо на дорогой тяньцзиньский ковер, покрывавший пол комнаты. Затем, не торопясь, засунув руки в карманы, принялся методически осматривать комнату.

Это была самая обыкновенная буржуазна я гостиная какого-либо зажиточного шанхайца, не стремящегося к «излишне» культурной жизни и предпочитающего земные блага всем идеалам духовного совершенства. Картины на стенах были в тяжелых и дорогих рамах, но написаны неизвестными и довольно слабыми художниками. На этажерках стояли трафаретные безделушки, которые можно было найти в любой скромной гостиной. В комнате не чувствовалось индивидуальности хозяина. В ней было все, что обычно полагается иметь в гостиных. Но и все.

Грог подошел к окну. Окно выходило в темный парк перед домом. Густой плющ вился у самого подоконника, и англичанин с первого взгляда сообразил, что именно в это окно полчаса тому назад он подслушивал разговор трех лиц.

– Что ж, очевидно, сама судьба желает, чтобы сегодня же ночью я обязательно познакомился с героями этой занятной истории, – довольно легкомысленно подумал Грог.

Он мало боялся за свою личную безопасность. Чутье и логика подсказывали ему, что едва ли таинственные враги посмеют убить его в этом доме и этим самым создать новую сенсацию в Шанхае. После такого серьезного случая на ноги поднялся бы весь официальный мир. А это едва ли было в интересах таинственной шайки, ожидающей каких-то инструкций из Москвы.

Вернее всего, Грога просто задержат, пока что, чтобы он не выдал властям адреса таинственного дома на Бабблинг Вэлл. Безусловно, от него постараются выпытать, сколько именно ему и Прайсу известно об этом доме. Несомненно, что для них было уже большой неожиданностью то обстоятельство, что детективы вообще узнали о существовании этого дома.

Теперь московским наймитам нужно было заметать следы.

Так думал Грог, невозмутимо шагая взад и вперед по комнате, и на душе его укреплялось полнейшее хладнокровие и даже легкое ироническое отношение к врагу, который, несмотря на кажущуюся победу, очутился в довольно глупом и затруднительном положении. Случай помог им захватить муниципального детектива в плен. Но что же им теперь делать со своим неожиданным и ненужным пленником?

Грог опустился в кресло и закурил свою неизменную трубку, когда дверь в гостиную из коридора неожиданно распахнулась и в комнату вошла твердым шагом стройная молодая женщина со смуглым лицом и иссиня-черными волосами, уложенными в оригинальную прическу бандо, которую обычно в то время носили португалки.

– Здравствуйте, господин Грог, – вежливо произнесла вошедшая.

Грог быстро поднялся с кресла, как подобает поступать джентльмену при появлении в комнате дамы.

Пламя от камина на минуту ярко осветило лицо молодой женщины, и Грог невольно смешался.

– Где я видел это лицо, эти большие темные глаза, эту богатую корону волос?

В этот момент вошедшая инстинктивным жестом подняла руки, чтобы поправить волосы.

Грог чуть не закричал от ужаса и неожиданности. Эта женщина, стоявшая перед ним с поднятыми вверх руками, сейчас же воскресила в его памяти другой женский силуэт, запечатлевшийся… в застывших зрачках синьора Толедоса.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю