Текст книги "Ошо. История жизни независимого мистика"

Автор книги: Бхагаван Шри Раджниш

Соавторы: Васант Джоши
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 19 страниц)

«Потому что я им являюсь – как и вы. И потому что существует только Бог. Выбор существует не между тем, чтобы быть Богом или не быть им; выбор делается между тем, признавать это или нет. Вы можете выбрать не называться Богом, но вы не можете выбрать не быть им.

Когда вы называете эту жизнь Богом, вы привносите в нее поэзию. Вы привносите образ, вы открываете дверь. Вы говорите – возможно большее. Вы говорите – мы не конечны. Перед вашим внутренним взором возникают высокие сферы новых возможностей. Вы начинаете мечтать. В тот момент, когда вы произносите, что существование божественно, мечты становятся достижимыми. Потом вы сможете жить жизнью путешественника. Бог – это величайшее приключение… величайшее странствие.

Существует только два способа дать жизни определение. Первый способ – это способ реалиста. Он называет ее материей. Другой способ принадлежит поэту, мечтателю – он называет ее Богом.

Я – поэт до бесстыдства. Я не реалист. Я называю себя Богом. Я называю Богом вас. Я могу назвать Богом горы, я могу назвать Богом деревья, я могу назвать Богом облака… с Богом вы можете расти, с Богом вы можете оседлать громадные приливные волны, можете доплыть до другого берега. Бог это просто проблеск в вашей судьбе. Вы очеловечиваете существование.

В конце концов, между вами и этим деревом не пустота. В конце концов, между вами и вашим возлюбленным не пустота – Бог присутствует везде. Он окружает вас, он – ваше окружение. Он внутри и снаружи.

Когда я называю себя Богом, я тем самым провоцирую вас, бросаю вам вызов. Я называю себя Богом попросту для того, чтобы вы набрались смелости признать это. Если вы сможете признать таковым меня, вы делаете первый шаг к тому, чтобы признать его в себе.

Обычно вам очень трудно признать Бога в себе, потому что вас приучили проклинать себя. Вас все время учили тому, что вы грешник. Я здесь для того, чтобы покончить со всей этой ерундой. Я настаиваю на том, что вы несовершенны только в одном – в нехватке смелости признать то, кем вы на самом деле являетесь.

…Называя себя Богом, я не принижаю Бога – я возвышаю вас. Я беру вас с собой в путешествие в высшие сферы. Я просто приоткрываю вам двери на гималайские пики. Однажды вы начнете признавать, что вы тоже божественны, и тем самым избавитесь от груза. Потом могут случиться ошибки, но уже больше не будет грехов, вы уже не грешник. Вас могут неверно понять, вы можете заблуждаться, но вы не грешник. Что бы вы ни делали, вы не можете утратить свое божественное начало – поскольку это ваша природа.

Индийский вариант слова „Бог“, Бхагван, даже лучше, чем Бог. Это слово невероятно наполнено смыслом. Оно просто значит „благословенный“ и ничего более. „Бхагван“ означает „благословенный“ – того, кому повезло осознать свое собственное существование.

В нем не содержится христианских ассоциаций. Когда вы произносите „Бог“, кажется, будто вы создали Вселенную. Я отвергаю всякую ответственность за это! Я мир не создавал.

Я для этого слишком глуп. Христианская идея Бога состоит в том, что он создал этот мир. Бхагван в корне от него отличается, у него нет ничего общего с созданием Вселенной. Он просто тот, кто осознал самого себя как нечто божественное. В этом осознании и заключается благословенность. В этом осознании состоит блаженство. Он стал блаженным.

Я называю себя Бхагваном, потому что я уважаю себя. Я до невероятия наполнен тем, что я есмь. Я – благословен. У меня нет причин для недовольства. Вот в чем значение слова „Бхагван“ – когда вы всем довольны, когда каждая минута вашей жизни полноценна… когда вы не желаете чего-то в будущем, ваше настоящее так наполнено, прямо до краев… когда нет места несбыточным желаниям.

Вот почему мы называем Будду Бхагваном. В своей космологии он отрицает Бога. Он говорил – нет Бога, нет создателя. Христиане бывают очень озадачены, когда Будда говорит, что нет Бога, нет создателя. Тогда почему буддисты называют его Бхагваном?

Наше значение слова „Бхагван“ отлично в корне. Мы называем его Будда, Бхагван, потому что у него нет более желаний. Он доволен. Он счастлив и находится дома. Он пришел домой – вот в чем его благословенность. Сейчас между ним и существованием нет противоречий. Он находится в гармонии. Сейчас он и весь остальной мир не являются двумя отдельными вещами. Они вибрируют в унисон. Он стал частью целого оркестра. Становясь частью великого оркестра звезд, деревьев, цветов, ветров, облаков, морей и песка, он стал благословенным – и мы называем его Бхагван.

Когда я называю себя Бхагваном, я просто пытаюсь сказать вам: „Посмотрите на меня – розы расцвели. И то, что случилось со мной, может случиться с вами. Так что не чувствуйте себя обделенными и не впадайте в депрессию. Посмотрите на меня, и ваша надежда вернется к вам, и вы не будете чувствовать безнадежно.

Называть себя Бхагваном – это только инструмент. В любой день я могу отказаться от этого имени. В тот момент, когда я увидел, что оно срабатывает, потянулась цепочка. В ту минуту, когда я увижу, что оно больше не нужно, более не зажигает людей… когда будет достаточно доказательств… если оно перестанет действовать благотворно на моих санньясинов, я тотчас перестану называть себя Бхагваном. Инструмент отслужит свой век“».

В путешествиях Ошо постепенно находил тех, кто в последующие годы стали членами его семьи. С помощью своих медитационных техник он смог собрать некоторое количество отважных последователей, разделявших его взгляды и стремившихся исследовать тот мир, на который им удалось мельком взглянуть. Послание было доставлено, дорога указана, дальний сигнал побудки прозвучал. Теперь надо было сидеть и ждать, когда поток превратится в реку.

Поскольку все больше и больше людей прибывало с Запада, стало ясно, что Ошо начал уделять им больше внимания и сочувствия и на более высоком уровне, так, будто он открыл широкие ворота, через которые может пройти весь мир. Или он сам стал этими вратами, через которые можно найти множество подходов, открытых для продолжения собственных исканий. Ошо отдавал себе отчет о природе, глубине и качествах ищущих, которые являлись к нему. Он также был в самых мелких деталях готов к грядущим экспериментам, чтобы привнести изменения в жизни этих искателей.

Период жизни Ошо в Мумбае с 1 июля 1970 г. до 20 марта 1974 г. был временем многочисленных личных встреч с отдельными избранными искателями. Он встречался с каждым искателем напрямую, в располагающей обстановке, лицом к лицу. В течение этих дней с Ошо можно было встретиться почти в любое время. Он появлялся, чтобы начать работу с ранее прибывшими – будто пускал корни, и словно эти корни искали почву, чтобы дать толчок всемирному движению за духовное пробуждение.

Из первых нескольких сотен западных искателей, приезжавших лично встретиться с Ошо, почти 90 % остались его пожизненными спутниками. Большая часть из них приезжала в Индию только с краткосрочными визитами. Они приезжали ненадолго, встречались с Ошо и возвращались в свои страны, чтобы решить свои личные проблемы и подготовиться к тому, чтобы стать частью деятельности Ошо. Они служили проводниками вместо того, чтобы Ошо сам разъезжал по всему миру – они были божественными посредниками, повсюду разносившими духовное послание Ошо. Сотни людей, вступившие в контакт с Ошо вместе с ранее посвященными, приходили, чтобы находиться с Ошо, и, рано или поздно, включались в его круг и становились частью все разраставшейся «семьи».

Эти самые первые ученики выказывали такие же свойства, которые всегда отличали Ошо – они были очень отважны, являлись творческими личностями с бунтарскими наклонностями и большим потенциалом для создания нового религиозного сознания. Хотя первые искатели с Запада, которые во множестве прибыли, когда Ошо жил в Мумбае, а потом тысячами прибывали в Пуну, куда он переехал, приезжали из мест с самыми разными культурными и семейными устоями, религиозными конфессиями и духовными верованиями, у них было одно общее: их души были зрелыми, готовыми принять энергию Ошо и его главенство. К тому времени он начал раскрывать перед ними свою творческую энергию в разработке всех видов методов, подходов и экспериментов, которые должны были быть использованы в их жизни.

В одном из ранних экспериментов Ошо его западных учеников послали жить в сельскую трудовую общину за пределами Мумбая. Свами Ананд Веетраг, прибывший в 1973 г. из Южной Африки, чтобы быть рядом с Ошо, стал лидером этой группы, которая сначала состояла из тридцати пяти санньясинов, мужчин и женщин. Другая община под названием Самарпан была размещена в окрестностях г. Барода, в 290 км на северо-восток от Мумбая, в штате Гуджарат. Несколько санньясинов были посланы в эту общину. Ферма и общежитие с помещением для занятий посетили Свами Сварупананд Бхарти и Ма Сварупананд Бхарти. Место было расположено в центре штата Махараштра в западной Индии. Это была весьма мало развитая сельская местность. Ближайшая деревня находилась в километре, а ближайший город, Чандрапур, в семидесяти километрах. Другая ферма, Кайлаш, расположенная на реке Ванганга, была предоставлена ее владелицей, Ма Ананд Майи, для проведения экспериментов.

Община и окружавшая ее местность были для этих людей, привыкших к независимой, обеспеченной жизни, настоящим испытанием. Они жили в чистом поле, в крошечных лачугах, должны были ладить со всеми окружавшими, которые прибыли из разных стран с разным укладом жизни и были до этого не знакомы друг с другом. Предполагалось, что в общине должна сложиться такая ситуация, при которой ученикам придется научиться смирять свое эго. Отказ от эго или его уничиженье отличаются от общего понимания того, что является уступкой. Это не означает, что надо из слабости поддаваться тирану или недругу или по прихоти лидера отказываться от собственной свободы, тела, разума или имущества. В духовном смысле то, что подвергалось испытанию, в ученике, показывало степень его лояльности и способности совершенно сознательно отказаться от своей личности и личностных привязанностей к имуществу, людям и комфортным условиям проживания в пользу путешествия к переживанию полной свободы и радости.

Отказ в этом смысле не означает отрицание всяческой ответственности: скорее это расставание со старыми верованиями и ценностями – и продолжение нового приключения через самоотдачу тому предвидению, которое дается просвещенному мастеру, вышедшему за пределы своего эго и слившемуся со Вселенной. Только благодаря такой самоотдаче и преданности, какая существовала в этой общине, там уже не было необходимости какой бы то ни было работы; надо было только позволить чему-то происходить внутри себя. Труд приобретает эстетичность, а климат создается для того, чтобы каждый мог жить в гармонии со всеми другими.

Вначале там царил настоящий хаос – не было ни подходящего инструмента, ни материалов, никто в общине не знал местного языка. И вдобавок ко всему Ошо не наметил генерального направления и не дал четких указаний. Он хотел, чтобы Свами Веетраг сам наметил то, что необходимо сделать. Труд был тяжелым. Он включал работу в поле, изготовление кирпичей, уход за растениями, закупку продуктов в городе. Рабочий день начинался в четыре часа утра с Динамической медитации, за которой следовала уборка дома и завтрак. Обычные утренние дела продолжались до десяти часов. К этому времени температура поднималась до 49 °C, так что в полдень санньясины прохлаждались в реке. В четыре часа дня они возвращались к работе, которая продолжалась до семи вечера. После ужина они занимались суфийскими танцами или вращательной медитацией. Спать они отправлялись в девять вечера.

Как свидетельствует Свами Веетраг:

«Все делалось по Гурджиеву – ничего не надо было делать, кроме как работать; не надо было думать, труд был основным занятием. Главный упор делался на работу с духом смирения. Труд „по Гурджиеву“ был основным фактором, который руководил общиной или влиял на нее».

Комментируя ситуацию, Веетраг продолжает:

«Условия были жесткие, люди упорно противостояли условиям, но они также учились, как надо жить общиной в любви и приятии. Те, что не смогли привыкнуть, уехали».

В целом этот эксперимент стал прототипом того, что потом было развернуто в Пуне. Община просуществовала десять месяцев до августа 1974 г. Когда Ошо перебрался в Пуну, члены общины начали уезжать и собираться вокруг своего мастера в Пуне.

В то время как западных санньясинов стали посылать в общины, подобные той, что была в Кайлаше и Самарпане, индийские санньясины отправлялись маленькими группками в разные небольшие города и деревни. Каждая такая небольшая группа называлась «киртан мандали». Санньясины распевали благочестивые песни и гимны, проводили медитации и проигрывали магнитофонные записи бесед Ошо на хинди. Для этих санньясинов эксперимент был таким же – как смирить свое эго и как жить, любя и уступая друг другу, в неприятной обстановке, в незнакомых или неблагоприятных условиях. Такие группы существовали также до тех пор, пока Ошо не переехал в Пуну.

Многочисленные путешествия прошлых лет, нерегулярное, скудное питание – все это вместе плохо отразилось на здоровье Ошо. Его диабет и астма усугублялись. Становилось все более очевидным, что необходимо найти постоянное, более вместительное жилье. Лакшми послали подыскать место под более обширный ашрам. Она выбрала город Пуну, в 130 км на юго-восток от Мумбая, расположенный на высоких холмах и широко известный благодаря мягкому климату, исторической значимости, ортодоксальному обществу и связям с просветленными, последним из которых был Мехер Баба. Друзья Ошо основали общественный фонд, «Раджниш Фаундейшн», который приобрел участок почти в шесть акров площадью в красивом и фешенебельном пригороде города Пуны.

Ровно через двадцать один год после своего просветления, 21 марта 1974 г., Ошо прибыл в Пуну вместе с семью учениками для того, чтобы начать новый этап своей деятельности. Празднование годовщины просветления Ошо и его прибытия состоялось в Пуне по адресу Корегаон Парк, 17. Это место было названо Шри Раджниш Ашрам.

Шри Раджниш Ашрам: место встречи

Перед тем как переехать в Пуну в марте 1974 г., Ошо объявил о своем вхождении в новую «фазу». Он объяснил, что пыл раджас гуны и его взрывная мощь иссякли и начался период качества саттва гуна: «Сейчас тот огонь угас. Сейчас, подобно тому, как лучи солнца меркнут вечером, а рыбак вытаскивает на берег свои сети, так и я постепенно отхожу от дел. Это не означает буквально, что я уйду насовсем. Такой уход совершится автоматически, поскольку началась третья фаза, та, что называется саттва гуна. Таким образом, вы можете наблюдать мой постепенный отход от дел».

Также казалось, что со сменой климата его здоровье продолжало ухудшаться. Он страдал от жестокой астмы, что сделало Ошо еще более чувствительным к аллергенам. Но, несмотря на хрупкое здоровье, он по-прежнему проводил даршаны[43]43
  Даршан – это встреча с мастером, погружение в его мир, передача знаний и других важных составляющих его учения. Совсем не обязательно такая встреча должна состояться на физическом уровне. Это может быть даршан во сне, даршан, случающийся во время медитации на фотографию мастера, простое прикосновение к любой вещи, к которой он прикасался, даже повторение его имени может дать даршан.


[Закрыть] или собрания, проходившие в его присутствии, на лужайке утром. Он беседовал только с теми учениками, которые недавно прибыли или уже уезжали. Эти встречи проходили в неформальной обстановке, и Ошо часто напоминал своим ученикам:

«…Здесь, рядом со мной, на лужайке, будьте откровенны и честны. Не задавайте мне умных вопросов. Они бессмысленны. Не обращайтесь ко мне с метафизическими вопросами: они ложны. Они исходят не от вас. Унесите всю эту ерунду прочь, какой бы она ни была. И не пытайтесь манипулировать ей, не пытайтесь придать ей разумную форму или приукрасить ее; пусть она остается настолько грубой, насколько это возможно, потому что перед мастером вы должны быть наги: не надо надевать одежд, вы не должны скрывать под ними себя».

В апреле 1974 г. Ошо, несмотря на болезнь, провел на хинди восемь бесед по Бхагавад Гита (глава 16). После того как серия бесед закончилась, Ошо погрузился в почти полное молчание. Казалось, ему более не интересно читать лекции. Ему также стало неприятно находиться в Пуне, и он приводил свое окружение в замешательство, спрашивая, нельзя ли найти другое место поблизости от Мумбая. План Ошо состоял в том, что, в то время как ашрам в Пуне останется центром медитаций вместе с жилыми помещениями, сам он будет проживать в другом месте.

Тем временем медитации стали проводиться в месте под названием Ботанический сад Импресс, находящемся рядом с ашрамом. Это место подходило для двух основных видов групповых медитаций: Динамической медитации в шесть часов утра и Вращательной медитации (Суфи) по вечерам.

Ко всеобщей радости, Ошо начал выздоравливать. Он часто прогуливался в саду и, казалось, наслаждался окружающим. 30 апреля было объявлено, что Ошо в конце концов остается в Пуне, и те переговоры, которые велись по поводу приобретения собственности, окружавшей ашрам, также закончились положительно. В воздухе витало настроение новой энергии, радости, изменений к лучшему. Первая серия бесед Ошо на английском в Пуне началась в мае 1974 г. Они были опубликованы под названием My Way: The Way of the White Clouds(«Мой путь: Мой путь – это дорога белых облаков»).

Ошо тем не менее все больше отходил от дел и после июня 1974 г. прекратил лично проводить медитации. Вместо этого на подиуме стояло его пустое кресло. Это отмечало начало новой фазы его работы. Мастер как бы присутствовал, но теперь его ученики должны были воспринимать его на более тонком уровне. Он объяснял это так:

«Я не могу всегда пребывать с вами в этом физическом теле; рано или поздно от этого физического носителя придется избавиться. Насколько я представляю, мой труд завершен. Если я еще пребываю в этом физическом теле, так только для вас; однажды его придется покинуть. Прежде чем это случится, вам надо подготовиться к тому, что придется работать без меня или в моем нефизическом присутствии, что одно и то же. И коль скоро вы способны ощущать меня в мое отсутствие, вы свободны от меня, и потом, даже если меня, в моем физическом теле, здесь не будет, связь со мной не будет утрачена».

Типичный день санньясина в ашраме начинался в шесть утра с часовой Динамической медитации. После этого санньясины готовились и собирались для того, чтобы послушать дневную беседу Ошо. В восемь часов Ошо приходил в аудиторию Чуанг Цу[44]44
  Чуанг Цу, Чжуан-цзы или Чжуан Чжоу (369 до н. э. – 286 до н. э.), – выдающийся китайский философ, разделявший взгляды Лао-цзы, но критиковавший конфуцианство; энциклопедист, композитор, писатель.


[Закрыть], часть его резиденции, известной как Дом Лао-цзы. Беседа длилась около двух часов, язык беседы менялся от месяца к месяцу с английского на хинди. После беседы у санньясинов был завтрак, после которого они занимались по крайней мере шесть часов в день предписанным им трудом (уход за обстановкой ашрама, работа над книгами и лекциями Ошо, обработкой его публичной переписки и т. п.). С одиннадцатого числа каждого месяца в течение десяти дней проводились медитационные сборы, включавшие пять ежедневных групповых медитаций. В медитационных сборах принимали участие приезжие санньясины и необращенные, прибывшие со всего мира. С 1975 г. после медитационных сборов также проводились групповые терапевтические занятия.

Поток людей, стекавшихся в ашрам, особенно с Запада, постоянно рос. Некоторые прибывшие с Запада и вошедшие в контакт с Ошо в начале семидесятых годов стали известными руководителями оздоровительных групп и поселились в Пуне. Эти целители отказались ото всех званий и наград, присужденных им в Европе и на Западе, потому что нашли в Ошо то, чего им недоставало – свойство медитативности. Они пришли, чтобы узнать от него, как стать созерцателями. Они обнаружили, что он – единственный духовный мастер, который полностью знает холистическую[45]45
  Холистический, холизм (от греч. холон – целостность, цельность) – научно-философский подход, базирующийся на постулате нераздельной целостной взаимосвязи духовного и материального, в силу чего живая материя постоянно обновляется и преобразуется из одного вида в другой. Ключевое понятие холизма – целостность всего сущего – была основной в Средневековье и в эпоху Ренессанса. Позднее сторонники эмпирического метода заклеймили холизм как антинаучное направление, не могущее доказать на экспериментальном уровне свой главный тезис. Холизм был возрожден в начале XX в. южноафриканским ученым Яном Смэтсом, который в книге «Холизм и эволюция» провозгласил целостность как высшее философское понятие. Согласно Смэтсу, носителем всех физических качеств любого материального объекта является нематериальное – «тонкое» – психоэнергетическое поле.


[Закрыть] психологию, и тот, кто может использовать ее в качестве средства приведения отдельного человека в высшую степень медитативности.

Среди этих известных целителей были Свами Ананда Теертха, в прошлом Пол Лоу, основатель первого в Европе и самого большого центра духовного роста Quaesitor («Искатель»); Свами Ананд Сомендра, в прошлом Майкл Барнетт, автор широко известной книги People not Psychiatry(«Люди без психиатрии») и Свами Прем Сиддха, прежде – Леонард Занин, калифорнийский психолог и член Американской ассоциации психиатрии и неврологии. Первая встреча и начальные опыты в области групповой терапии начались в апреле 1975 г. Ошо объяснил необходимость исцеления, говоря, что люди нуждаются в нем, потому что забыли, что такое быть религиозными. Держа эту мысль в уме, Ошо сделал ее основной для санньясинов при прохождении всех этих целебных сессий. «В моей коммуне я сделал их обязательными, – говорит он, – каждый должен пройти эту терапию. Эти сессии помогут вам избавиться от мусора, который вы несете в себе. Они очистят вас, и только с чистым, чистым сердцем возможна молитва. А когда возносится молитва, происходят чудеса».

Некоторые из техник, практиковавшихся в ашраме, были разработаны специально для того, чтобы облегчить выход таких подавленных чувств и эмоций, как гнев, страх, ревность и жадность. Это определяет первую стадию процесса, удаляющего эмоциональные блокировки, что в свою очередь дает беспрепятственный выход энергии. После этой стадии каждый может перейти в продвинутую группу, что поможет выводить энергию через все аспекты существования – физический, эмоциональный, ментальный и трансцендентальный. В сущности, процесс исцеления для санньясинов Ошо являлся начальным шагом к перерождению. Это не конец; это начало пути в поисках абсолютной свободы.

Несмотря на введение терапии, Ошо всегда упирал на то, что необходимо быть искателем и двигаться от терапии к медитации. Он объясняет:

«Единственная ваша проблема – это ум. Все другие проблемы – только проявления ума. Медитация отсекает ум под корень. Все эти терапии – гештальт[46]46
  Гештальт, гештальтпсихология (от нем. Gestalt – целостная форма, образ) одна из крупнейших школ зарубежной психологии первой половины XX в., выдвинувшая в качестве антрального тезис о необходимости проведения принципа целостности при анализе Сложных психических явлений.


[Закрыть], диалог с голосами[47]47
  Диалог с голосами (Voice Dialog) – психология субличностей, разработанная в 70-х гг. XX столетия калифорнийскими психологами Хэлом и Сидрой Стоун. Базовая предпосылка этого направления состоит в том, что восприятие человека самого себя как единого и неделимого целого в корне неправильно. Они считали, что «Я» человека состоит из множества субличностей, каждая из которых имеет в психике свой голос, свою историю, чувства и даже претензии к основной личности.


[Закрыть] и по Фритцу Перлзу[48]48
  Фриц Перлз (настоящее имя – Фредерик Соломон Перлз, 1893–1970) – выдающийся немецкий врач-психиатр, психотерапевт, основоположник гештальттерапии. Вместе с П. Гудменом и Р. Хефферлином в 1951 г. написал труд «Гештальттерапия, возбуждение и рост человеческой личности»). Основным те: ретическим принципом Перлза является убеждение, что способность человека к саморегуляции ничем не может быть полноценна заменена.


[Закрыть] – мы можем применять их к тем, кто еще не вошел в медитацию, потому что они могут развить некоторое понимание ума и то, как можно найти выход из него. Мы применяем все виды терапии, которые могут помочь, но только не тем, кто занимается медитацией. Они (виды терапии) полезны только вначале, когда вы еще не привыкли к медитации. Коль скоро вы занимаетесь медитацией, никакая терапия вам уже не нужна, она вам не потребна. Но вначале она может помочь, особенно санньясинам с Запада».

Почти все значительные течения холистической психологии были включены в занятия групп ашрама: ознакомительная, первоначальная терапия, терапия Рейки[49]49
  Рэйки, рейки (от япон. рэй – «вселенский» и ки – «жизненная энергия», т. е. «универсальная жизненная энергия», – вид восточного целительства, в котором используется техника так называемого «исцеления наложением рук». Также считается духовной практикой. В ней знания и способность исцелять передаются от мастера к ученику. Основана в 1922 г. японских буддистом Микао Усуи. Считается, что практикующие рэйки могут передавать пациентам исцеляющую энергию «ки» посредством своих рук. Для этого они создают медитативную атмосферу и располагают руки в определенных местах тела пациента.


[Закрыть], гештальт, биоэнергетика[50]50
  Биоэнергетика – наука, изучающая механизмы преобразования энергии в процессах жизнедеятельности организмов. Биоэнергетика стоит на стыке нескольких наук и является частью молекулярной биологии, биофизики и биохимии. Все исследования в области биоэнергетики основываются на научной точке зрения, согласно которой к явлениям жизни применимы законы физики и химии, а превращения энергии в живом организме соответствуют основным законам термодинамики.


[Закрыть], рольфинг[51]51
  Рольфинг, или структурная интеграция, – глубокий массаж соединительных тканей и мускулатуры тела, который разработала доктор наук, биохимик и физиолог Ида Рольф. Она считала, что оздоровление должно быть целостным, как на физическом, так и на психическом уровнях.


[Закрыть], массаж, включая мануальную терапию, многие техники, применявшиеся исключительно в ашраме. Здесь были разработаны методы работы с человеческой энергией. Многотысячные толпы тех, кто ежегодно приезжал в ашрам, включали врачей, юристов, художников, журналистов, бизнесменов, психиатров, священнослужителей и представителей других профессий, искавших перерождения через групповые занятия в ашраме.

Основное различие между группами, которые занимались на Западе, и теми, кто занимался в Раджниш-ашраме, заключалось в присутствии Ошо, который делился с ними своими озарениями относительно человеческой натуры. Свами Ананд Раджен, в прошлом Алан Лоуэн, который отказался от последипломной работы по психиатрии в Оксфордском университете, размышляет над этой уникальной характеристикой групп в ашраме: «Хорошие врачи всегда не против найти кого-то, кто понимает человеческую психику лучше, чем они сами. В этом смысле просветленный мастер вроде Ошо является безупречным врачевателем. Став санньясином и занимаясь терапией под его руководством, я позволяю ему вывести меня за пределы моих прежних представлений».

Врач-специалист знает, как работает разум, но мастер выходит за пределы разума и проникает в глубину человеческой натуры; следовательно, мастер не просто совершенный врачеватель, он – гораздо большее. Врачи на Западе давно стали представлять себя как таких мастеров, но качественно мастер и врач – это две совершенно разные вещи. Ошо разъясняет разницу между мастером и врачом следующим образом:

«Вы – это не то, что лежит на поверхности. Вы – это ваши глубины. Ни хирург, ни терапевт не может прикоснуться к этим глубинам. К этим глубинам может прикоснуться только мастер. Мастер – вне разума. И это есть самое большое из возможных различий. Мастер – это не его разум. У него нет ноу-хау. Он делает неосязаемое доступным ученику, но это неосязаемое обладает целительной силой. Психотерапевт пытается исцелять, но никогда не достигает цели. Мастер никогда не пытается исцелять, но это у него всегда получается. Его любовь – вот его лечение. Просто находиться рядом с мастером – в этом и заключается процесс исцеления. Мастер не врач-физиотерапевт, но его присутствие исцеляет, лечит раны, полученные за многочисленные предыдущие жизни. Но процесс исцеления не является психологическим, он – экзистенциональный».

Группы ашрама были также уникальны тем, что они выходили за рамки обычных общественных или личных ограничений. Они функционировали свободно и с большим азартом. Свобода и энергия, царившие в этих группах, однако, были неверно поняты как в Индии, так и на Западе как вседозволенность и сексуальная распущенность, поэтому вокруг деятельности этих групп стали возникать противоречивые слухи. Полемика в основном касалась того, что члены этих групп старались избавиться от подавленных сексуальных желаний и трансформировать их сексуальную энергию (согласно традициям Тантры) в любовь или даже в нечто более возвышенное – в молитву. Ошо высказался по поводу этих групповых экспериментов.

«Эти эксперименты не новы. Они были испробованы последователями Тантры много веков назад. Столетиями Сарахапа, Тилопа и Канхапа[52]52
  Сарахапа, Тилопа и Канхапа – выдающиеся учителя тибетского буддизма X–XI вв.


[Закрыть] использовали нечто подобное. Я впервые пытаюсь подвести под них научную базу. Эти эксперименты долго проводились в секретной обстановке. Эти эксперименты были описаны в священных книгах, но обычный человек ничего о них не знал, потому что обычный человек не рассматривался как достойный причастности к ним. Я же считаю его достойным посвящения. Я спрашиваю – почему обыкновенного человека до такой степени игнорируют? Даже ему необходимо предоставить доступ к этому опыту. Почему он не должен знать, что есть способы повысить свою энергию? Почему его надо обманывать? Почему энергии, рассеиваемой через половые органы, не дать возможность подняться выше, чтобы достичь более высокой чакры, сахасрары, или „цветка лотоса“?[53]53
  Сахасрара, седьмая, коронная чакра, – расположена на макушке. В переводе с санскрита «сахасрара» означает «цветок лотоса с тысячей лепестков». Коронная чакра – центр совершенства человека – является хранилищем всех знаний, а возможности ее развития бесконечны. Она символизирует просвещение и связь с высшими уровнями духовного осознания. Эта чакра отвечает за способность принимать божественные и космические идеи, а также подключаться к вселенскому знанию, свету и вселенской любви.


[Закрыть]

Я раскрываю то, что было до этого момента скрыто; вот единственный мой проступок. Из-за него я столкнулся с тысячей затруднений. Но я ни под каким видом не собираюсь останавливаться. Я намерен сделать эксперименты более интенсивными, чтобы они дошли до возможно большего числа людей. Всем тем, кто хочет меня слушать, кто хочет понять то, как жизненная энергия может быть трансформирована из низшего состояния в высшее, этот опыт должен быть доступен».

По наблюдениям Ошо, испытывая чувство любви, когда чувства и эмоции, включая самые низменные, воспринимаются естественным образом, человек продвигается к перерождению. Но, добавляет Ошо, до того, как человек приобретет свое естественное состояние, он храбро и честно должен увидеть, что неестественного в нем имеется. И вот где необходима помощь группы. Ошо разъясняет это в ответе на вопрос – является ли целью групповой терапии возвращение индивида к его естественному состоянию?

«Целью терапевтической группы не является приведение ее членов к их естественному состоянию! Вовсе нет! Целью терапевтической группы является приведение к той точке, откуда вы узрите вашу неестественность. Никто не может привести вас к вашему естественному состоянию, такого метода не может существовать, нет такой техники, такого приспособления, потому что ото всего, что вы будете делать, вы будете становиться все более и более неестественны.

В таком случае, в чем же цель терапевтической группы? Она просто позволяет осознать то, насколько неестественные модели поведения определяют ваше существование. Она просто помогает вам увидеть неестественность вашей жизни, вот и все. Когда это становится очевидным, она начинает исчезать… Видя неестественность, вы не станете ей далее следовать. Естественное может существовать без вашей поддержки, а вот неестественное не может. Однажды увидев, что такое неестественность, вы уже никогда не будете за нее держаться. Ваш кулак разожмется сам.

Группа не есть то приспособление, что разожмет ваш кулак. Она есть то, что помогает вам увидеть неестественность ваших действий. С этого видения начинается перерождение».

В некоторых случаях у Ошо спрашивали, почему он не привлекает индийцев к участию в терапевтических группах. В ответ Ошо указывает на то, что потребности людей с Запада отличаются от потребностей жителей Востока. Так и психология Востока значительно отличается от западной. Он поясняет:

«На Западе психология, развивавшаяся на протяжении веков, экстравертна; она направлена наружу. Психология, развивавшаяся на Востоке, интровертна, она направлена вовнутрь. Для настоящего жителя Востока группы духовного роста не нужны. Ему нужна медитация вроде Випассана или Дза-Дзен[54]54
  Дза-Дзен (япон. «сидячая медитация») – основная медитативная практика дзен-буддизма, целью которой считается не достижение сатори (т. е. природы Будды), но успокоение тела и проникновение в сущность вещей. Полагают, однако, что при длительной практике Дза-Дзен может привести к просветлению.


[Закрыть], в которых он может забыть об окружающем мире и погрузиться в свое собственное существование. Ему не нужны отношения. Связь с кем-либо ему не обязательна. Ему нужно единственно отрешиться от всего мира…

Группы духовного роста необходимы потому, что вы невероятно нуждаетесь в связях, любви, общении. На Западе основная проблема состоит в том, как общаться, как поддерживать отношения… Это разная психология. Обоими путями можно достичь конечной цели: один путь – это медитация, другой путь – это любовь. Разум восточного человека заточен под медитацию, разум западного – для любви. Любовь означает отношения, медитация – их отсутствие».

Ошо видел реально существующую возможность преодоления различий между Востоком и Западом. Таким образом, его эксперименты с группами или медитациями были направлены на разрешение этих противоречий и создание нового человека – такого, который был бы свободен от всех стереотипов и условностей поведения, восточных или западных. Единственный способ, которым этого можно было бы добиться, было создание того, что Ошо называл медитативным пространством; это было конечной целью или задачей терапевтических групп и медитаций.

После того как Ошо обосновался в Пуне, его родители время от времени посещали ашрам, и хотя мать Ошо приняла от него посвящение в 1971 г., Дадда не чувствовал себя духовно созревшим для этого вплоть до того, как приобрел опыт нескольких глубоких медитаций. Сильное ощущение готовности появилось у Дадды во время приезда 19 октября 1975 г., когда он стал учеником Ошо и получил новое имя – Свами Деватиртх Бхарти.