355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Бертрам Чандлер » Контрабанда из иного мира » Текст книги (страница 8)
Контрабанда из иного мира
  • Текст добавлен: 8 сентября 2016, 20:10

Текст книги "Контрабанда из иного мира"


Автор книги: Бертрам Чандлер



сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 9 страниц)

Глава 21

Пальцы Вильямса снова забарабанили по кнопкам панели управления.

Корабль развернулся, потом, подталкиваемый короткими выбросами маневровых реактивных двигателей, вплотную приблизился к «Западу» и замер. Расстояние между бортами не превышало десяти ярдов. Экипаж «Корсара» столпился у иллюминаторов, рассматривая огромный транспорт.

Это было действительно очень старое судно – даже по меркам людей, которые сейчас вели его к Лорну. Обшивка потемнела от излучения и была густо исчерчена микрометеоритами. Буква «П» в его названии давно отлетела и была выведена полустершейся краской – явно от руки. Можно себе представить, что творится внутри. Скорее всего, ради большей вместительности жилое пространство сокращено до минимума. Экипаж ютится в многоместных каютах, радиационная защита никудышная… Все остальное – это заполненный зерном грузовой отсек, в котором продолжают размножаться и мутировать крысоподобные твари, готовые уничтожить экипаж…

И если бы только экипаж.

– Готовить группу на выход, сэр? – спросил командир космодесантников.

– Да, майор. Вы и с Вами шесть человек – этого будет достаточно. Мы с миссис Граймс тоже пойдем с вами.

– Лазеры, сэр?

– Нет. Вряд ли дыры в переборках очень помогут делу.

– Значит, опять ножи и дубинки? – несколько разочарованно спросил майор.

– Совершенно верно, – ответил Граймс и пошел к себе в каюту. Им с Соней тоже предстояло подготовиться к вылазке.

Помогая друг другу, они натягивали скафандры, доставшиеся в наследство от прежних хозяев корабля. Эти скафандры никто не стал переделывать, и специальное углубление, предназначенное для хвоста, уже стало объектом целого ряда непристойных шуточек. Впрочем, мужская часть экипажа уже оценила по достоинству яйцевидные гермошлемы: при такой форме щитка борода почти не мешала. Интересно, что подумает экипаж «Запада», когда спасательная партия высадиться на борт? Обросшие дикари в допотопных скафандрах… И под скафандрами – соответствующая униформа. Хорошо, что система видеосвязи до сих пор неисправна: в таком виде они вряд ли получили бы разрешение подняться на борт – даже за карту Галактики с координатами всех артефактов Предтеч.

Когда приготовления закончились, группа собралась в главном шлюзе – только в нем кое-как могли поместиться девять человек в скафандрах. Медленно закрылся внутренний люк, один из десантников задвинул запирающие рычаги, и за вентиляционными решетками утробно загудели насосы. Такое количество воздуха было просто непозволительно выпускать в пустоту.

Затем Граймс отпер внешний люк и увидел, как на корпусе старого транспорта появляется темное отверстие. Прожектор «Корсара» скользнул по обшивке и осветил внутренности тамбура. Судя по размерам – вспомогательный шлюз. Капитану «Запада» не откажешь в предусмотрительности: чужакам придется подниматься на борт по одному… «Хорошо, что он еще не видел наши скафандры», – подумал Граймс, выбираясь наружу.

– Больше одного человека в тамбур не влезет, – сообщил он. – Я иду первым.

Оттолкнувшись от корпуса, он пролетел разделявшие корабли двадцать футов, вытянул руки и мягко приземлился на обшивку прямо возле открытого люка.

Тамбур действительно оказался тесным – даже для одного. Внешний люк захлопнулся, и коммодор оказался в полной темноте. Возможно, лампы перегорели или были разбиты. Но, скорее всего, освещение просто было не предусмотрено. Наконец послышалось шипение – тамбур наполнялся воздухом.

Внутренний люк распахнулся настежь, и яркий свет ослепил Граймса.

Первое, что он увидел, были направленные на него пистолеты, а первое, что услышал сквозь диафрагму шлема – голоса:

– Что я говорил, сэр? Точно пираты!

– Уверен, что это человек?

– Может, пристрелить его – и дело с концом?

– Подождите! – крикнул Граймс.

Он не первый год командовал кораблем. Одного слова оказалось достаточно, чтобы люди, стоявшие перед ним, замолчали.

– Я не пират. И я такой же человек, как и вы.

– Докажите.

Коммодор очень медленно поднял руки и обернулся кругом, показывая, что безоружен.

– Чтобы вы окончательно убедились, я сниму шлем. Для этого нужно отстегнуть замок. Может, вы сами хотите это сделать?

– Не приближайся!

– Как вам будет угодно.

Граймс повернул шлем на четверть оборота и снял его. В ноздри ударил неприятный и очень знакомый запах. Именно так пахло в кают-компании «Корсара» после происшествия с пленной крысой.

– Ну ладно, – сказал один из астронавтов. – Можете войти.

Они расступились, и Граймс буквально ввалился в коридор. Теперь, когда слепящий свет не бил в глаза, он смог рассмотреть встречающих. Как и он, эти люди носили бороды – похоже, им было не до бритья. Но разобрать знаки отличия не составляло труда: как и военная форма, они куда меньше подвержены веяниям моды, чем гражданская одежда.

– Капитан, – сказал Граймс, обращаясь к седому усталому человеку с четырьмя золотыми нашивками на рукаве кителя, – Кажется, я говорил с Вами? Я – коммодор…

– Да, коммодор Граймс, Флот Конфедерации Миров Приграничья. Я понял. Но что это за маскарад, коммодор?

– Маскарад?

Его скафандр, сообразил наконец Граймс. Этот скафандр сделан не под человека, и в нем он действительно мало напоминает представителя вида homo sapiens. Шлем, слишком короткие штанины, этот дурацкий мешок для хвоста… ниже спины. Но что вообразят себе эти люди, когда увидят лохмотья, которые он носит под скафандром? А полосы на запястьях в качестве знаков отличия? Но сейчас это было неважно.

– Это длинная история, капитан, – проговорил коммодор. – Сейчас у нас нет времени. Сейчас важно одно: вы не должны – повторяю, НЕ ДОЛЖНЫ совершать посадку. И тем более на Лорн. Даже не пытайтесь. Считайте, что это приказ.

– Черт подери! Да кто Вы такой, мистер так называемый коммодор! Нам осточертело мотаться по космосу! По какому праву Вы вообще явились к нам на борт и что-то приказываете?

– По какому праву? – голос Граймса стал ледяным. – В моей Вселенной я имею право отдавать любые приказы от имени президента Конфедерации.

– Ну что я говорил? – взвился старпом. – Какой президент Конфедерации? Это самые настоящие пираты!

– Возможно, – ответил Граймс. – Если считать пиратами всех, кто может приказывать по праву силы.

– Как я понимаю, Вы намерены лишить меня права командовать собственным кораблем, – упрямо произнес капитан «Запада». – Я могу расценивать это только как пиратство.

Граймс посмотрел на него с уважением. Этот человек находился на крайней стадии нервного истощения. Под глазами черные круги – видимо, он не спал уже несколько суток. Его судно кишит крысами-мутантами. По крайней мере, один из его офицеров убит. Как он воспримет незванных гостей, которые вдобавок хотят помешать ему сеть на планету? Только как на захватчиков, которые намерены отбить у него груз. Что он попытается сделать в первую очередь?

Именно то, что ему ни в коем случае нельзя делать.

Граймс поднял свой шлем, собираясь надеть его на голову. Он испытывал почти необоримое желание связаться с кораблем и приказать Вильямсу или Картеру срезать пару антенн с «Запада». Но старпом, словно прочитав его мысли, вырвал шлем у него из рук и швырнул в сторону.

– Сейчас этот ублюдок созовет всю свою шайку, – прорычал он.

– Но я должен поддерживать связь со своим экипажем!

– Чтобы они пустили ваши хваленые пушки? – он со злостью пнул шлем ногой. Тот пролетел по коридору, отскочил от перегородки и медленно поплыл обратно, вращаясь вокруг двух осей сразу.

– Послушайте, господа…

Граймс посмотрел на автоматические пистолеты в руках капитана и старпома. Калибр – пять миллиметров, не больше. Можно попытаться обезоружить одного из них. Но другой успеет выстрелить.

– Джентльмены, мы собираемся помочь Вам…

– Пока что Вы только мешаете, – огрызнулся помощник. – Приберегите свои пиратские сказочки для внуков, а мы как-нибудь и сами разберемся, что делать. – Он обернулся к капитану: – Может, разворачиваемся по-быстрому – и прямым ходом в порт? Вряд ли эти уроды начнут стрелять, пока их главарь у нас на борту.

– Да. Именно так и сделаем. Только для начала наденьте на него наручники.

Вот оно, вяло подумал Граймс. Прошлое изменить невозможно. Сколько раз он читал об этом – но не верил. История имеет свою инерцию, и чем больше груз лет – тем она больше. Сколько сил он потратил на то, чтобы добраться сюда и предложить этим людям руку помощи. Сейчас на эту руку наденут наручники. Но разве можно осуждать этого капитана, имени которого он так и не узнал? На своем корабле за ним всегда остается последнее слово – если это настоящий капитан. И еще: зерно необходимо на Лорне. Граймс помнил это. Зерно необходимо доставить срочно.

Ему показалось, что вместо воздуха коридор наполнился какой-то вязкой жидкостью – даже дышать стало трудно.

Он попытался плыть против течения Времени, но потерпел неудачу.

Почему бы не позволить событиям развиваться своим ходом? В конце концов, после того, как «Запад» сядет в Порт-Форлоне, у них будет куда больше возможностей, чтобы уничтожить крыс.

Или не будет? Или корабль разобьется, упав в горах?

И тут, словно в ответ на его мысли, истошно завыла сирена.

Тревога.

– Питерс – капитану! – кричал из динамиков голос. – Капитан, отзовитесь! Рубка атакована!

Капитан и старпом, как по команде, развернулись и помчались к осевой шахте. Подхватив свой шлем, сиротливо плавающий у вентиляционного отверстия, Граймс сунул его под мышку и, не долго думая, бросился вслед за ними.

Глава 22

– Они уже в рубке!

Голос, казалось, раздавался прямо в ушах. Они – это Соня и его десантники. Наверное, они разбили один из иллюминаторов. Странно, что давление не падает. Впрочем, даже на таком дряхлом корыте все двери между отсеками идеально герметичны – это вопрос жизни и смерти. Как только давление падает, эти двери автоматически захлопываются. Тем не менее, Граймс задержался, чтобы надеть свой шлем, и только после этого полез в осевую шахту. К счастью, шлем не слишком пострадал от пинков старпома.

Оба офицера стремительно карабкались по винтовой лестнице. Граймс едва поспевал за ними: он чувствовал себя так, словно его ноги связаны чуть выше колен. Затем сверху послышался грохот, крики и глухие удары. Кто-то несколько раз выстрелил – коммодор узнал звук малокалиберного пистолета. А затем – визгливые выкрики, которые были слишком хорошо знакомы. Одно слово, повторяющееся, как боевой клич:

– Сми-ирть! Сми-ирть!

И тогда он понял, кто такие «они».

Он со всех ног бросился вверх по лестнице. Прямо перед его носом ноги старпома лягнули воздух, и он исчез в люке. Капитан уже был в рубке. Снова прозвучало несколько выстрелов, кто-то громко выругался, и люк с грохотом захлопнулся.

Толкнув тяжелую крышку, Граймс подтянулся на локтях… и оказался в самой гуще сражения.

Сначала на него никто не обратил внимания. Может быть, крысы приняли его за своего, сбитые с толку видом скафандра?

Они оказались мелкими – не больше фокстерьера. Но их было много – ужасающе много. Они дрались зубами, когтями и кусками отточенного металла, которыми орудовали как ножами. В воздухе плавали крошечные кровяные шарики, и лицевой щиток шлема тут же затянула мутно-багровая пленка. Граймс попытался вытереть ее, но получилось только хуже. Теперь он почти ничего не видел сквозь маслянистые разводы. Все, что он разглядел – это два неподвижных тела, покрытых жуткими рваными ранами, и около дюжины дохлых крыс.

Коммодор подавил приступ тошноты, поймал какой-то лоскут, весьма кстати проплывающий мимо, и протер щиток. Возле приборной панели сгрудились несколько человек, отчаянно отбиваясь от мерзких тварей металлическими прутьями и обломками стульев. Должно быть, они уже израсходовали все заряды своих пистолетов. Граймс бросился на выручку.

Скафандр не только защищал от зубов и когтей. Утяжеленные перчатки и подошвы ломали кости, разносили черепа. Первая атака оказалась весьма успешной. Коммодор прорвался к астронавтам и встал рядом с ними. Однако не стоило даже надеяться получить перевес. Крысы прибывали непонятно откуда. От визга закладывало уши. Похоже, они сообразили, что новый противник почти неуязвим, и попытались вывести его из строя иным способом. Через минуту десятки тварей висело на руках и ногах коммодора, а другие карабкались по телам своих товарищей, словно пытались повалить врага. Офицеры ничем не могли помочь – они сами едва отбивались от наседавших на них грызунов.

Граймс почувствовал, как что-то скребется около основания шлема. Одна из отвратительных тварей пыталась просунуть между шлемом и воротником какой-то металлический обломок. Но щель была слишком узкой, и теперь крыса неуклюже царапала блестящую металлизированную ткань. Вряд ли скафандр был предназначен для подобного воздействия. Чудом высвободив руку, Граймс оторвал крысу и швырнул в сторону… В ту же секунду на его руке снова повисло несколько тварей. Все были вооружены металлическими обломками. В какой-то момент коммодору показалось, что ткань затрещала.

Он обессилел. Он беспомощно барахтался в море шевелящихся волосатых тушек и не мог выплыть. Если подмога не подойдет… Скафандр защищал его, но сковывал движения. Граймс рванулся в одну сторону, потом в другую… Надо если не удастся освободиться, то хотя бы стряхнуть этих тварей, которые все более настойчиво драли и полосовали ткань. Теперь они пытались отодрать воротник от шлема, чтобы подобраться к горлу.

Неожиданно крысы ослабили напор. Граймс понял, что может немного пошевелиться. Кровь на щитке засохла и стала почти непрозрачной, но коммодор разглядел силуэты людей в скафандрах. Начищенные мачете, сабли и топорики отбрасывали короткие блики. Послышался влажный хруст – десантники разрубали мохнатые тела пополам, кромсали кости. Рубка снова наполнилась кровавым туманом.

Но силы были неравны. Даже если сюда прибудет весь экипаж «Корсара», рано или поздно проклятые твари одолеют всех – вооруженных, невооруженных, в скафандрах и без скафандров… В рубку прибывали все новые и новые полчища крыс, заменяя убитых и искалеченных. Они победят – это несомненно.

– Всем покинуть корабль! – зазвенел в динамиках женский голос.

Соня. Наконец-то.

– Всем покинуть корабль! Продвигаться к спасательным шлюпкам!

В рубке словно отозвалось эхо: люди повторяли команду. Покинуть корабль… Проще сказать, чем сделать, но иного способа спастись нет и не будет.

Вооруженные десантники окружили экипаж «Запада» – вернее, то, что от него осталось. Капитан был изранен, оглушен, но еще жив. Старпом отделался несколькими порезами, обильно кровоточащими, но не опасными. «Имам» и «реактивщик» прикрывали истерически вопящую женщину – на ее разодранной в клочья рубахе чудом сохранилась нашивка офицера по снабжению. Больше из экипажа больше не уцелел никто.

Десантники подхватывали людей под руки и буквально вышвыривали через люк в осевую шахту. Граймс не успел обернуться, как его постигла та же участь. Он попытался что-то возразить, но было уже поздно. Над его головой лязгнул люк. Коммодор стер со щитка кровавую кляксу и увидел, как Соня поворачивает рычаг.

– Подожди! – закричал Граймс. – Там же майор и его ребята!

– Они останутся там, – сухо ответила Соня. – Они задержат крыс. Наша задача – вывести с корабля этих людей.

– А дальше?

– Черт возьми, кто командует экспедицией – ты или я? Кто обещал адмиралу действовать наугад?

Через минуту они уже были в отсеке, где стояла спасательная шлюпка. Старпом распахнул люк и помог женщине забраться в тесную кабинку, потом усадил инженеров… Однако капитан, который едва держался на ногах, оттолкнул его:

– Ну уж нет. Я должен покинуть мой корабль последним… – Он заметил стоявших рядом Граймса и Соню. – Вас это тоже касается, мистер коммодор, как Вас там… Берите своего напарника и п-полезайте в челнок.

– Мы доберемся сами, капитан. Нам недалеко.

– В челнок, черт бы вас побрал! Я… должен… последним…

Он покачнулся и едва не упал – старпом едва успел его подхватить.

– Сейчас не до правил, сэр. Нужно спешить. Неужели Вы не слышите?

В гермошлеме трудно что-то расслышать – если только источник не находится в непосредственной близости от тебя. Граймс поднял щиток и ясно услышал шум, скрежет и визг, которые становились громче с каждой секундой.

– Залезайте в эту чертову шлюпку, – сказал он старпому, – и я задраю люк.

– Я настаиваю… – шептал капитан. – Я… должен… п-последним…

– Да полезайте, черт подери! – заорал старпом. – Знаете, сэр, – раздраженно проговорил он, обращаясь к Граймсу, – я давно собирался бросить к чертям это старое корыто. Но мне в голову не приходило, что это может произойти вот так!

Он свирепо покосился на капитана – и неожиданно от души залепил ему кулаком в челюсть. Удар был не слишком сильным, но капитан закатил глаза, обмяк и закачался, точно аэростат на привязи. Магнитные ботинки удерживали его в вертикальном положении. Инженеры, словно поджидавшие этого момента, высунулись из люка и аккуратно втащили своего командира внутрь.

– Быстрее! – нетерпеливо прикрикнула Соня.

– К вашему кораблю, сэр? – спросил помощник. – Вы примете нас на борт?

– Нет. Сожалею, но времени для объяснений не осталось. Врубайте полный ход и летите к Лорну.

– Но…

– Вы слышали, что сказал коммодор, – вмешалась Соня. – Выполняйте. Если вы постараетесь приблизиться к нам, мы откроем огонь.

– Но…

Коммодор сорвал с головы шлем. Через мембрану его голос звучал недостаточно внушительно.

– Марш в шлюпку! – рявкнул он. И добавил, уже мягче:

– Удачи вам.

Старпом нырнул в шлюпку и захлопнул за собой люк.

Испустив вздох облегчения, Граймс снова надел шлем. Соня открыла выдвижную панель управления и нажала несколько кнопок. Две тяжелых створки выехали из пазов, перегородив шлюз и отделив его от остального корабля. На противоположной стене появилась черная щель. Шлюпка покатилась по направляющим рельсам, вывалилась наружу и медленно стала удаляться от корабля. Потом, ярдах в двадцати, включились реактивные двигатели. Крошечное суденышко набрало скорость. Через минуту оно превратилось в яркую огненную точку, которая описала широкую дугу и исчезла за диском планеты.

Граймс проводил ее взглядом.

– Нам нужно вернуться в рубку, – сказал он, – вытащить майора и его ребят. Они там заперты.

– Уже не заперты. Они просто дожидались, пока шлюпка улетит.

– И как, по-твоему, они выбрались?

– Точно так же, как и вошли. Мы прорезали в обшивке дыру. К счастью, все двери были в исправном состоянии.

– Вы сильно рисковали…

– Это было необходимо. И потом, мы знали, что ты в скафандре… Ладно. Пора выметаться.

– Только после Вас, мадам.

– О Боже! Еще один галантный идиот на мою голову.

Но Граймс не стал тратить времени на пререкания. Он просто вытолкнул ее через люк и прыгнул следом, а затем запустил встроенный реактивный двигатель. Нужно было скорее возвращаться.

На полпути он оглянулся. Как раз в этот момент раздался взрыв.

Иллюминаторы в рубке «Запада» вылетели, во все стороны брызнули осколки металла и стекла, кристаллы замерзшего воздуха и толстые серые тушки. Некоторые из них какое-то время дергались, как живые. Потом из неровной дыры, зияющей в корпусе старого транспорта, показались фигуры в скафандрах – все семь. Точно гигантские насекомые на свет ночника, они летели к открытому шлюзу «Корсара». Соня и Граймс присоединились к ним.

Как минимум два помещения на «Западе» разгерметизировались – но этого было недостаточно. Подобного рода повреждения случаются на кораблях и в мирное время, но люди на них остаются живы. Значит, основная часть крыс – те, что оказались в трюме – уцелела.

Их уничтожат могучие пушки «Корсара».

«Корсара»?

«Свободы»!

Глава 23

– Мы Вас уже заждались, шкипер, – с нежностью проговорил Вильямс, когда коммодор появился в рубке.

– Рад Вас видеть, коммандер, – отозвался Граймс.

Интересно, как бы действовал Вильямс, окажись он на месте старпома «Заката», а Граймс – на месте того капитана.

– Действительно. Очень рад, – коммодор посмотрел в иллюминатор. Транспорт по-прежнему висел рядом – точно так же, как несколько часов назад… Несколько часов?

Не важно. Важнее другое: использовать ракеты невозможно. Взрыв уничтожит оба корабля.

– Ты должен закончить свою работу, человек Граймс, – напомнил Стрессор.

– Гхм… Хорошо-хорошо.

К счастью, теперь спешить некуда. Теперь у них есть время, чтобы выбрать лучший способ уничтожения.

– Орудия готовы, сэр.

– Спасибо. Для начала, коммандер, отойдем чуть подальше…

И вдруг очертания транспорта подернулись рябью. Потом «Запад» превратился в мутное пятно. Оно таяло, пока не исчезло вовсе, как снег в тепле.

Граймс выругался.

Надо же было так опростоволоситься! Эти твари первым делом добрались до Манншенновского Движителя.

Но, черт побери, как они могли узнать, что это такое? И как научились им пользоваться?

– Манншенн – пуск, – скомандовал он. – Уровень прецессии – стандартный.

Эта операция была слишком привычной, чтобы занять много времени. Поглядев на корабельный хронометр, Граймс удовлетворенно хмыкнул. Бронсон был на высоте. Граймс служил на военном флоте лишь в самом начале своей карьеры, а сейчас, как и большинство его подчиненных, числился в запасе. Но на его кораблях царила военная дисциплина, и коммодор по праву этим гордился.

Несколько секунд дезориентации во времени и пространстве, навязчивое чувство дежа вю, головокружение, тошнота… Галактика начала сворачиваться, превратившись в огромную бутылку Клейна, а солнце Лорна стало напоминать радужную спираль.

Но «Запада» нигде не было.

Граймс поднял микрофон интеркома и вызвал двигательный отсек.

– Коммандер Бронсон! Вы можете синхронизироваться с ним?

– Я пытаюсь, сэр!

Должно быть, «имам» сейчас склонился над своей приборной панелью, посматривает на экран компьютера и медленно крутит ручки, подстраивая уровень темпоральной прецессии…

Свистящий вой гироскопов становился то выше, то ниже. Время от времени вокруг предметов возникала тонкая радужная аура, потом исчезала…

– Вот они, чертовы вонючки! – ахнул Вильямс, ткнув пальцем в иллюминатор.

Это были действительно они, совсем рядом. На абсолютном черном фоне их корабль выглядел как призрак. Он мелко дрожал и казался совершенно нереальным.

– Всем орудиям – огонь! – приказал Граймс.

– Но, сэр! – запротестовал кто-то из офицеров. – Изменение массы корабля при работающем Движителе…

– Всем орудиям – огонь! – повторил Граймс.

– Есть, сэр! – с готовностью откликнулся Картер.

Но орудия, казалось, стреляли по тени. Ракетные снаряды один за другим уходили в сторону висевшего рядом корабля, лазеры рассекали его вдоль и поперек…

И ничего не происходило.

Загудел зуммер интеркома.

– Что за фейерверк, вашу мать? – заорал из динамиков Бронсон. – Каким чертом мне синхронизироваться, когда вы палите в белый свет, как в копеечку?

– Извините, коммандер, – спокойно ответил Граймс. – Но попытайтесь. Просто попытайтесь. И удерживайте синхронизацию, что бы не происходило. Это все, о чем я прошу.

– И что еще, шкипер? – спросил Вильямс.

– Еще у нас есть бомба, – спокойно ответил Граймс.

Он знал, как и все люди на этом корабле: ядерный заряд – это их единственный шанс вернуться в свой мир.

Но «Запад» должен быть уничтожен. Иначе все усилия пойдут прахом. И это можно сделать только оружием, которое способно прорвать временные потоки. На это не способны самые умные ракеты, самые мощные лазеры. Иного выхода нет.

Корабли сошлись настолько близко, что приборы начали регистрировать интерференцию темпоральных полей. Теперь стрельба была тем более бесполезна. Каждый выброс массы или энергии вызывал мощное возмущение уровней темпоральной прецессии. В результате снаряд и цель просто расходились во времени и пространстве. «Корсар» действительно вел огонь по тени – по тени, которую отбрасывал в континууме «Запад». Возможно, какая-нибудь из последних моделей синхронизатора обеспечила бы некоторый шанс на успех. Но сейчас все зависело только от Бронсона.

Но выпустить ядерный заряд или ракету – не одно и то же.

Медленно и осторожно черный цилиндр извлекли из хранилища, поместили на специальную пусковую установку. Потом загудел компрессор, и мощная струя сжатого воздуха из компрессора вытолкнула его наружу. Медленно, очень медленно бомба поплыла в сторону «Запада».

По приказу Граймса на иллюминаторы опустились толстые свинцовые щиты. Но спасут ли они? Близко, слишком близко. Радар был настроен на минимальную дальность, и было видно, как аккуратная сияющая точка, похожая на зернышко – бомба – ползет к размытому дрожащему пятну «Запада». Картер смотрел на Граймса, ожидая приказа. Он был бледен как полотно – и, должно быть, не он один. И лишь Стрессор казался невозмутимым. Граймс возмущенно покосился на него. Чертов ящер откровенно наслаждался ситуацией! От его свиста начинало свербеть в ушах.

Соня опустилась в кресло рядом с мужем.

– Джон, – сказала она. – Ты должен… Мы должны это сделать.

– Нет, – ответил он. – Я должен это сделать.

– Сближаемся, – донесся из динамика голос Бронсона, – синхронизирую… Поймал!

– Огонь, – сказал Граймс.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю