Текст книги "Интригующее дело Механического Монстра (ЛП)"

Автор книги: Бек Макмастер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 8 страниц)

Если она не пошевелится, то вообще не сможет двигаться.

Перри сглотнула и заставила себя расслабиться. Теперь она не слаба, как в юности, а ее мучителя уже нет. И ей больше с ним не встретиться. Ситуация иная. Сейчас она голубокровная, сила на ее стороне.

Но из-за неизвестности было трудно дышать. Ей нужно его увидеть.

«Посмотри в лицо своему страху», – советовал Линч.

Поднявшись по узкой лестнице, Перри чуть прищурилась из-за света, проникавшего через окна. Огромная чуть сгорбленная тень перед ней застыла, и, сосредоточившись, Перри рассмотрела изумленное уродливое лицо. Она перепрыгнула стол и подняла пистолет.

– Не шевелись. – Ее пальцы дрожали, но Перри не отводила оружие.

Сейчас она не одна в темноте, и дышалось намного легче.

Существо было огромным, сантиметров на тридцать выше нее, с плечами шириной с винную бочку, однако что-то в его позе придало Перри уверенности. Он будто бы ее боялся.

Перри облизнула сухие губы.

– Оставайся на месте. Как тебя зовут? Зачем пришел?

Из кожаной полуперчатки выглядывали четыре массивных пальца. Судя по стрекоту при движении, тут использовалась не только механика, но и часовой механизм – старая техника, с которой прежде работали кузнецы. Настоящий мастер-механоид сцеплял механизм с плотью, а тут явно устанавливали нечто временное и заменимое.

Гигант был одет, и кто-то недавно его аккуратно подстриг, хотя теперь вихры торчали из-под шапочки. На щеках пробилась рыжая щетина, а вот шрам на верхней губе ничто не скрывало. Медные цилиндры закрывали уши, и Перри благодаря сверхслуху голубокровных ощущала вибрацию своих слов, проходящую через это устройство.

– Лавкрафт? – В дневнике Хоббса упоминался дефект губы и глухота. Может ли это создание быть тем маленьким сиротой? – Ты меня слышишь?

Здоровяк не пошевелился. Он скосил глаз, будто пытаясь увидеть, что она делала внизу. По его вискам от волнения текли капли пота.

Перри приняла решение.

– Я уберу пистолет, – сказала она, подняв оружие. – Прошу, не дергайся, я хочу всего лишь поговорить с тобой.

Как только она двинулась, мужчина отступил на шаг, глядя на пистолет, словно животное, почуявшее опасность.

Перри убрала оружие в кобуру и подняла руки вверх.

– Меня зовут Перри, я – Ночной ястреб, и хочу узнать, что случилось с Хоббсом. Он был… твоим другом?

Нескладный великан настороженно посмотрел на нее голубыми глазами, кивнул и издал звук. Стало заметно, что его губа зашита, а за ней пара вставленных металлических зубов.

Значит, Лавкрафт ее слышит и кое-что понимает. Она взглянула на механические руки и поняла, что он не убивал Хоббса, потому что не смог бы удержать пистолет.

– Ты знал актрису Нелли Тейт? Она приходила сюда, чтобы заказать ногу?

– Нерли, – прорычал Лавкрафт, но Перри не знала, повторял ли он за ней или отвечал на вопрос.

Гигант настороженно обошел ее и скрылся, спустившись по лестнице.

Перри заколебалась. Во тьме она не чувствовала себя в безопасности, но вряд ли этот большой ребенок причинит ей вред. Перри последовала за ним.

Гигант похромал к матрасу в углу и вытащил тонкую лакированную коробочку.

– Нерли, – повторил он и поднял крышку.

Внутри обнаружились фотографии сидящей пары. Серьезная женщина обнимала мужчину за плечи.

Подпись: «Джеймсу. С любовью, Нелли».

И много афиш разных театральных постановок за последние лет шесть.

На следующем снимке молодая актриса стояла в каком-то другом театре, на следующем – робко улыбалась в парке. Еще один запечатлел мальчика в коротких штанишках, держащего за руку юную Нелли. Некрасивое лицо ребенка, казалось, застыло.

Лавкрафт. Перри осторожно уложила снимки в коробку.

– Нелли и Джеймс дружили? Они явно давно знакомы.

Судя по последней фотографии, с юности.

Здоровяк издал тихий звук, глядя на последнюю фотографию с детской тоской.

– Тебе лучше пойти со мной, – предложила Перри, кладя руку ему на рукав. Судя по запаху, последние несколько ночей он спал в переулках. – Я отведу тебя в Гильдию. Там ты сможешь поесть, попить и помыться. Хочешь? Давай…

Он вырвался.

– Не. Не. Остануся. Тут. Нерли. – Он сжал руки в кулаки и закрыл ими лицо.

– Нелли сюда больше не придет. Как и Хоббс. Понимаешь? Хоббс… уснул. Навсегда. Ты ведь положил монеты ему на веки?

Это вывело Лавкрафта из себя. Он застучал кулаками по медным цилиндрам, прикрывающим уши.

Перри попыталась схватить его за руку.

– Прошу, Лавкрафт, не надо. Ты поранишься. – Она сглотнула. – Пойдем со мной в Гильдию. Поможешь мне найти Нелли? Если ответишь на вопросы, я сумею узнать, куда она пропала. Может, она не спит, как Хоббс, а ты поможешь мне ее спасти?

Здоровяк оскалился.

– Не!

Его уродливое лицо скривилось в агонии. Заметив выражение этих детских голубых глаз, Перри снова к нему потянулась, но он ее оттолкнул.

Гигант поспешил к лестнице. Перри вздохнула и бросилась следом, но он вытащил лестницу и захлопнул люк. Щелкнул замок, и из-под половиц под тяжелыми шагами посыпалась пыль. А затем хлопнула входная дверь.

Ушел. Он ушел.

Черт побери! Перри сердито уставилась на люк. Открыть его будет крайне трудно. И что это вообще было?

По крайней мере, теперь она знала, что Нелли часто виделась с Хоббсом, иначе бы Лавкрафт к ней не привязался. Стало быть, исчезновение Нелли связано с убийством изобретателя.

Теперь осталось узнать как.

Еще бы открыть чертов люк.

***

Театр гудел как улей.

В последнюю минуту перешивали костюм на мисс Рэдклифф, которая была чуть выше Нелли Тейт. Кто-то кричал о гриме и требовал найти парик для Кончетты, а рабочие сцены проверяли яркость прожекторов.

Гаррет воспользовался суматохой, чтобы не попадаться на глаза. Гримерка Нелли была последней и располагалась отдельно от остальных. Он целый час разглядывал стены и зеркала, пытаясь найти тайный ход. Соседняя дверь вела на склад с яркими декорациями, но другого пути он не обнаружил.

Кто-то обязательно заметил бы, как она уходила. Или мисс Тейт просто затерялась в суматохе?

Но в гримерке осталась кровь, значит, ее ранили. Наверняка кто-то запомнил бы, если бы Нелли с трудом выбралась из комнаты одна или с чьей-то помощью.

Ожидая Перри, Гаррет нашел небольшую нишу, откуда открывался вид на сцену. Вскоре перед ним возникла темная неясная фигура.

– Лорд Роммель, – кивнул Гаррет голубокровному.

Роммель вовсе не обрадовался соседству, но удостоил детектива кратким кивком и встал рядом.

– Как успехи? Вы нашли Нелли?

И пусть Роммеля самого накануне допрашивали, его предложение о награде подарило им с Перри новую ниточку.

– К сожалению, ее никто не видел. А как вы связаны с мисс Тейт? Вы назначили крупное вознаграждение.

Роммель смотрел на сцену.

– У нас с Нелли контракт. Я проследил, чтобы она получила роль, одевалась в красивую одежду и носила драгоценности, а взамен… – Он красноречиво махнул рукой.

– А. – Все ясно. Нелли была любовницей Роммеля. – Вы знаете, что в последнее время ей каждую неделю присылали цветы? Красные розы. Случайно не вы их дарили?

Лорд перевел на Гаррета взгляд черных глаз.

– Меня не единственного привлекают актрисы. Несомненно, другие лорды хотели ее увести. Нелли всегда получала цветы. Не знаю, были ли у нее в гримерке красные розы. – Он поморщился. – Ей, кажется, нравились пионы. Нелли только их и оставляла. Не совсем понимаю, что она в них нашла, это же такая дешевка.

Не всем женщинам нравились лишь дорогие вещи. Гаррет нахмурился. Нелли любила пионы, а их мог себе позволить небогатый мужчина. И их доставляли регулярно. А ведь у Гаррета сперва создалось впечатление, что пионы ей дарили лишь на день рождения.

Гаррет заметил, что лорд исподтишка разглядывает мисс Рэдклифф. Любопытно.

– Вам она нравилась? Вы поэтому назначили награду? – спросил он, хотя сам в этом не верил.

– Я хочу выяснить, где она, черт побери! – проворчал Роммель. – Она – моя любовница, и я с ней еще не закончил. И тот, кто украл ее у меня, еще заплатит.

– А почему вы считаете, что ее похитили?

Роммель удивился:

– А как же иначе? Разве есть другая причина исчезновения? Я дал ей лучшую роль в этом проклятом театре и достаточно денег для безбедной жизни. Она не стала бы убегать. У меня есть враги, завидующие моему успеху. Они, без сомнения, рады, что им удалось украсть ее у меня из-под носа. Я не могу этого допустить. Нет, попомните мои слова: вам надо поискать преступника в Эшелоне среди моих конкурентов. Нелли у них, спорю на пятьдесят фунтов.

Нелли вовсе не являлась предметом мебели, но Роммель явно считал ее своей собственностью. И розы точно не дарил.

Ведь зачем покупать женщине цветы, если она и так твоя? Совершенно в духе лорда.

Гаррет натянуто улыбнулся.

– Не соблаговолите дать мне список ваших недоброжелателей? – Стоило угодить лорду, чтобы проработать все ниточки.

Роммель явно считал себя центром своего мирка, но Гаррет ощущал некое несоответствие. Это похищение вовсе не походило на мелочную ссору между голубокровными, и хотя в Эшелоне подобное случалось, такие поступки не поощрялись. Пусть Нелли и человек, но большинство голубокровных следовали строгим правилам общества при выборе трэлей – дебютанток, которые в обмен на кровь получали защиту, наряды и драгоценности, – и тех, кого лорды могли водить на поводке в качестве кровавых рабынь. У последних не было прав. Большинство девушек продавали в Ньюгейте или других низкопробных заведениях, в которые они попадали, совершив преступление. Редко кого похищали с улиц и из театров.

Это просто неприлично. Нелли слишком известна, чтобы брать ее в рабыни.

– А если она не вернется? – спросил Гаррет.

– Любовницы приходят и уходят. Ты же понимаешь. – Роммель снова следил за мисс Рэдклифф, не обращая внимания на ястреба.

– Не совсем. Я своим женщинам не плачу.

Роммель не распознал оскорбление и улыбнулся.

– Наверное, просто не можешь себе позволить? – Он стряхнул пылинку с рукава. – Полагаю, Ночные ястребы весьма ограничены в средствах.

– Мне хватает.

Какого этот ублюдок лезет в отношения Гаррета с женщинами? Не его дело. Неприятно еще и то, что Роммель так легко меняет привязанности. Гаррету нравились женщины. Он остался в дружеских отношениях с большинством своих бывших пассий и находил их интересными и остроумными.

Просто пока не нашел той самой, от кого у него перехватило бы дух и забылись бы все остальные.

Кстати о девушках… Гаррет посмотрел на часы. Уже три, а от Перри ни слуху ни духу. Он посмотрел на сцену, где мисс Рэдклифф обсуждала с директором реплику. Гаррет заколебался. Присмотреть ли за актрисой, получившей странное письмо, или отправиться за напарницей?

Перри ненавидела опеку и, в случае чего, могла постоять за себя, но ему все равно трудно ее ждать. Если с ней что-то случится…

Впрочем, Роммель облегчил Гаррету выбор. Лорд наблюдал за бедной мисс Рэдклифф как за своей собственностью. Смотреть противно.

– Прошу прощения.

Пока мисс Рэдклифф в безопасности, тут много народу.

А вот Перри – практичная, пунктуальная Перри – опаздывала.

***

Перри балансировала на столе, который подтянула под люк, и старалась вставить тонкий металлический напильник в щель. Как же неудобно пытаться открыть замок с такого угла, а фонарь вот-вот погаснет.

Наверху зазвенел колокольчик, и Перри застыла, заслышав шаги в лавке.

Лавкрафт или кто-то еще?

Перри тихо опустила напильник, стараясь не выдать своего присутствия. Затем ощутила знакомый запах одеколона Гаррета.

Она расслабилась. Слава богу. Подтянувшись, забарабанила по полу.

– Я тут, внизу!

Раздалось фырканье.

– Видишь, все-таки я тебя спасаю. И что ты дашь мне взамен?

– Не ударю в грудь, когда ты меня выпустишь, – пообещала она с легким неудовольствием.

– Соблазнительно… Но я хочу большего.

Перри прижала руку к деревянным балкам и поморщилась.

– Чего же?

– Будешь вести всю бумажную работу по этому делу, – самодовольно ответил он.

Какой мерзавец… Перри сердито глянула вверх. Она ненавидела бумаги. Именно Гаррет брал на себя эту обязанность, потому что ее небрежные записи не устраивали Линча.

– А давай я лучше смажу маслом твои пистолеты? – предложила Перри.

– Вдобавок к заполнению отчетов? Как мило.

– Гаррет…

– Обещаешь?

Она замолчала и сердито ударила по люку.

– Ладно, ладно, обещаю. Вытащи меня отсюда, черт побери!

Щелкнул замок, и пролился свет, озаряя широкие плечи Гаррета и его очаровательную улыбку. Напарник положил одну руку на колено, а другую протянул Перри.

– Расскажешь, что с тобой такого интересного приключилось?

Сжав его руку, она подпрыгнула, и Гаррет силой вытянул ее из подвала. Встав на цыпочки, она потеряла равновесие и уперлась рукой ему в грудь, чтобы не упасть. Еще чего не хватало.

И тут же ощутила, что краснеет.

Перри всегда чувствовала мужскую харизму Гаррета, но в последнее время – с начала этого дела, – поняла, что ей не просто нравится за ним наблюдать, а придется быть осторожной. Плохо, что она ревнует к понравившейся ему женщине. Еще тревожнее осознавать, что и прежде невольно испытывала это чувство.

– Я узнала, кто положил монеты на глаза Хоббса. – Перри поспешно описала встречу с Лавкрафтом, стараясь не думать об эмоциях. – Хоббс и Нелли давно знакомы.

– Никто не знает ее настоящего имени. Я расспросил: Нелли – ее сценический псевдоним, но больше труппе ничего не известно. Так что трудно выяснить, где она была до того, как поступила на работу в этот театр примерно год назад. Проклятье.

– Значит, постараемся найти родственников Хоббса. Должна же быть какая-то связь. Может, он ее поклонник?

Гаррет поморщился.

– Вообще-то, эту роль играл Роммель. По крайней мере, он платил Нелли за то, чтобы она стала его любовницей.

– Правда? – Неужели Нелли выбрала такого… Перри поморщилась. – Ну же. Я нашла шифровальную машину, стоило бы показать ее Фитцу, а заодно и рабочие журналы Хоббса. Может, там окажутся сведения о Нелли. Помоги мне поднять эти гроссбухи. – Похлопав его по бицепсам, она добавила: – В нашей паре ты ведь сильнее, да?

– Временами я и умнее бываю, – ответил Гаррет, заглядывая через люк. – Стой на месте, я передам тебе все, что надо. Не стоит попадать в ловушку вместе, если вдруг твой красавчик вернется.

– Точно. – Стоило Гаррету скрыться из вида, как Перри перестала улыбаться и попыталась выровнять дыхание.

Как трудно притворяться, когда в его присутствии на нее накатывает волнение и смущение.

Проклятье, что ей делать?

Глава 6

Актеры кланялись под аплодисменты зрителей.

Гаррет лениво рассматривал толпу.

Первое представление имело оглушительный успех. Гаррет и Перри пришли на всякий случай, но не заметили, чтобы кто-то проявлял неестественно сильный интерес к мисс Рэдклифф. Роммель безраздельно царил в ложах наверху, а директор и его помощники суетились, будто потревоженный муравейник.

– Что думаешь? – прошептала Перри, не сводя глаз с лож.

Точнее, с ложи Роммеля. Театр пустел, зрители потоками устремились к выходу, но к лорду присоединились пара других аристократов. Меценат затеял яростный спор с одним из них, тыча противнику пальцем в лицо и огрызаясь.

Интересно.

– Я постараюсь подобраться ближе, – прошептал Гаррет, и Перри кивнула.

Ей не хотелось связываться с членами Эшелона. Хотя слухи о женщине-голубокровной среди Ночных ястребов ходили в свете, Гаррет и Линч старались держать ее подальше от женоненавистников. Совет герцогов, правящий в сити, может ничего и не сделать… но рисковать не стоило. И так неофициально обращенным не повезло, но Гаррет знал, что его не казнят в назидание всем. А вот Перри…

– Будь осторожна, – предупредил он.

– Как всегда. Посмотрю, что там за кулисами.

И исчезла в толпе.

Гаррет поднялся по лестнице и увидел слуг в ливреях. У двери в нужную ложу он застыл и прислушался.

– … ты, напыщенный дурак. Если бы я хотел получить твою любовницу, она бы уже стала моей. И я уж точно устроил бы ее получше, чем тут… – презрительно выпалил один из собеседников.

– Считаешь свой театр лучше? – спросил Роммель и захохотал. – Я тебя умоляю, мисс Тейт рассмеялась бы тебе в лицо.

– Так почему ты обвиняешь меня в ее похищении? Если бы я хотел мисс Тейт, то, заполучив, не стал бы прятать. Ты же знаешь, Роммель.

Тот буркнул:

– Я знаю, что ты предлагал ей место в «Хайкасле»! Видел записку. Как ты смеешь…

Послышался шум драки, и кто-то воскликнул:

– Джентльмены, прекратите!

Дверь распахнулась, и Гаррет едва успел отпрянуть, когда мужчина в театральном плаще выскочил из ложи и бросился вниз по лестнице, даже не оглянувшись. Гаррет кинулся следом.

У театра соперник Роммеля остановился, вытащил из кармана сигару и послал слугу за экипажем. Затем зажег сигару спичкой, и Гаррет воспользовался случаем.

– Милорд?

Голубокровный поднял голову. Бледно-голубые глаза и пепельная кожа свидетельствовали о высоком уровне вируса жажды. И чем дольше зараза в организме, тем больше выцветает внешность, пока голубокровные не оказываются на грани Увядания: вот тогда вирус жажды наконец захватывает организм, который становится чем-то другим… Хищником, ведомым лишь жаждой крови.

Вампиры не единожды нападали на сити. С тех пор Эшелон издал указ следить за уровнями вируса голубокровных. Стоило им дойти до семидесяти процентов, власти узнавали о потенциальном риске. И при дальнейшем повышении голубокровного казнили, пока он не начал превращаться в вампира.

Кто бы ни был этот лорд, похоже, он на грани Увядания.

– Гаррет Рид, Ночной ястреб, – представился Гаррет и показал свои документы и значок в свете газовой лампы. – Можно с вами поговорить?

Лорд застыл и медленно выдохнул дым из ноздрей.

– Гаррисон Кейтс, лорд Бекхэм. Что такое?

Гаррет убрал значок

– Я расследую исчезновение мисс Тейт. Вам что-нибудь известно?

Бекхэм усмехнулся, выдыхая.

– Вас науськал Роммель?

– Нет. Я услышал ваш разговор наверху.

Лорд пожал плечами:

– Как я уже сказал Роммелю, если бы я хотел забрать у него любовницу, то так бы и сделал. Да на то, что у него уходит на поддержание «Вейла», я мог бы трижды купить эту актрису.

– Вы владеете другим театром? – Гаррет записывал показания в блокнот.

– «Хайкасл». – Лорд Бекхэм оглядел фасад «Вейла» и поморщился. – Повыше классом, чем это убожество.

Гаррет не знал, что на свете существовал мужчина еще более высокомерный, чем Роммель.

– Однако сегодня вы пришли в «Вейл».

На сей раз Бекхэм развел руками.

– Виноват. Может, мы с Роммелем и не ладим, но его любовница меня не интересует. У нее нет ни связей, ни остроумия, но как же приятно вызывать у него противоположные мысли.

– Роммель упомянул записку…

– Да, я предложил ей работу и… кое-какие другие привилегии. – Лорд ухмыльнулся. – Однако ей передали предложение, когда Роммель находился поблизости.

– А вы случайно не посылали ей цветы?

– Я не дарю женщинам цветы, даже своей матери. – В глазах Бекхэма мелькнул свет, и лорд задумался. – Хотя это избавило бы меня от посещения таких унылых представлений, и Роммеля бы хватил удар. – Он хлопнул Гаррета по плечу и хохотнул. – Благодарю, приятель, гениальная идея.

Гаррет задал еще несколько вопросов, но понял, что ничего важного не узнает и закрыл блокнот. Бекхэм интересовался в основном Роммелем. Ублюдок даже вряд ли помнил, блондинка Нелли или брюнетка. Она была просто пешкой в игре двух лордов.

– Это все, благодарю, милорд, – закончил Гаррет, видя, что безлошадный пароэкипаж подъехал к обочине.

Позолоченный символ на двери напоминал проныру-куницу. Знак очень подходил хозяину экипажа.

– Рад помочь. Счастливо. – Лорд махнул рукой и в хорошем настроении вскочил в ожидающую коляску.

Гаррет с отвращением отвернулся. Куда, черт побери, пропала Нелли? Без тела у них было всего несколько ниточек, и каждый раз, когда ему казалось, что он нашел новую, та заводила его в тупик.

Может, заняться Хоббсом? Фотографии, что нашла Перри, доказывали, что он был знаком с пропавшей актрисой. Значит, скорее всего, оба дела связаны.

Теперь осталось узнать, что случилось с бедняжкой Нелли.

***

Гаррет прошел по трехкомнатной квартире мисс Рэдклифф, повернулся и кивнул.

– Все чисто.

Хозяйка стояла на пороге, пока он осматривал ее жилье.

– Спасибо, что проводили меня домой. Я правда очень благодарна, – сказала она, заправляя прядь за ухо.

– Это моя работа, – ответил Гаррет с неискренней профессиональной улыбкой.

Проклятая Перри, теперь он ощущал себя неловко. Она же сама предложила проводить мисс Рэдклифф домой, и хоть Гаррет ничего дурного не сделал, все равно чувствовал себя виноватым.

И все из-за их спора.

– Я вас оставлю. Если мы вам понадобимся, отправьте записку в Гильдию. Я проверил замки, сегодня вам ничего не грозит, но обязательно сообщите, если вас что-то обеспокоит, мисс Рэдклифф.

– Элиза, – поправила она, робко глядя ему в глаза. – Если вы не против. И спасибо.

Гаррет повернулся к двери, но она сжала его рукав. Он опустил взгляд.

– Что-то еще?

Элиза покраснела и прижала к груди фиолетовое пальто.

– Спасибо еще раз, – поблагодарила она, очаровательно смущаясь.

Гаррет знал, что актриса собралась сделать.

Мисс Рэдклифф встала на цыпочки и поцеловала его в щеку. Гаррета овеял легкий запах ее духов, тело напряглось, желание забурлило в жилах. Стоило ему повернуть лицо, он мог бы поцеловать ее в шею, туда, где бился пульс, возможно, даже слегка укусить. Пробудилась его темная натура хищника. Голубокровных всегда влекли мысли о крови и сексе, хотя прежде Гаррету удавалось управлять своими желаниями.

Но в последнее время Перри выводила его из равновесия. Он и так был на грани, а эмоции лишь усиливали голод.

Мысли о напарнице стали ушатом холодной воды в лицо.

Он отодвинулся и кашлянул.

– Мисс Рэдклифф…

– Элиза, – настойчиво повторила она. Ее глаза засияли в свете свечи. Так соблазнительно…

Гаррет грустно улыбнулся актрисе.

– Может, после того, как все закончится, я и назову вас по имени. А пока что… такое поведение непрофессионально.

Несмотря на беспокойство последних двух дней, она отодвинулась и кивнула, отлично его понимая.

– А когда все закончится, детектив Рид?…

Они встретились взглядами.

Не стоит. Это только подтвердит подозрения Перри о его методах. Да к черту все. Он старается вести себя профессионально, а в личное время имеет право отвлечься… ведь мисс Рэдклифф милая, умная и пленительная.

Не стоило дарить ей надежду. Не стоило. И все же перед глазами возникло серьезное неодобрительное лицо Перри, когда Гаррет склонился и прошептал:

– Возможно, когда все закончится, вы сможете показать мне театр. В качестве зрителя, а не актрисы.

Перри засела в нем как заноза, но ему хотелось просто посмотреть ей в глаза после окончания дела и сказать, что он собрался сходить в театр с мисс Рэдклифф. И пусть напарница попробует хоть что-то возразить.

Мисс Рэдклифф мило улыбнулась.

– Тогда до встречи, детектив.