Текст книги "Дуэль"

Автор книги: Баян Ширянов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 20 страниц)

С растущим беспокойством Изотов выслушал рассказ Игоря Сергеевича.

– Ты понимаешь, что это значит? – голос фээсбэшника от волнения стал срываться на фальцет.

– Нас нашли... – равнодушно проговорил целитель, всё ещё переживая из-за совершённого им убийства.

– Да! Только не нас, а тебя!

– И что?

Сергей Владимирович выпучил глаза, поражаясь тупости друга:

– А то, что они тебя в покое не оставят. Сегодня один – завтра десяток. Короче, мы немедленно уезжаем!

– А милиция?.. – Игорь Сергеевич, приподняв брови, посмотрел на Изотова.

– Что милиция?

– Ты не хочешь их вызвать? Чтобы они... Ну, забрали убитых...

– Да. Ты прав, – Сергей Владимирович несколько раз кивнул. – Только не милицию, а моих коллег...

На это Дарофеев лишь пожал плечами, показывая, что кто конкретно приедет за телами – ему безразлично.

– Погоди, – к майору вдруг пришла мысль, и он поспешил её высказать, – а не сходить ли нам туда?

– Зачем? – отозвался Игорь Сергеевич. Его не воодушевляла перспектива вновь увидеть трупы и кровь.

– Считай, что я очень хочу поглядеть на этого стрелка. Говоришь, у него на глазах была повязка? И он стрелял сквозь шторы? Ты можешь думать что угодно, но я таких людей ещё не видел. И очень хочу взглянуть...

– Он же уже мёртвый...

– Порой мёртвый может сказать больше, чем живой... Полетели?

Пономарю очень не хотелось опять покидать своё уютное тело, но Сергей Владимирович настаивал, и целитель вынужденно согласился. Через несколько мгновений Изотов с Пономарём парили в комнате с трупами. Здесь всё было так, как оставил Игорь Сергеевич. Убитые супруги лежали в кровати, а на них, развалившись, покоилось тело снайпера. Из дырки во лбу тянулась узенькая тёмная полоска крови. Пальцы стрелка всё ещё сжимали винтовку.

– Смотри-ка... – майор указал Дарофееву на правое запястье мертвеца.

– Ну что ещё там?..

– Посмотри, посмотри...

Целитель пригляделся к указанному месту. На первый взгляд ничего, кроме старых шрамов, от которых не осталось почти никакого следа, там и не было. Потом вдруг повреждения кожи сложились в ясную картинку. Дарофеев вдруг понял, что видит татуировку. Но смотреть на нее нужно было не в обычном свете, а при какой-то иной длине волны. Восприятие моментально перестроилось, и теперь перед Игорем Сергеевичем было чёткое изображение. Это была разноцветная, тщательно выписанная рыбка. Её небольшое тело и плавники завершались пучками острых шипов. Но, на что целитель обратил внимание в первую очередь, глаз у рыбки не было.

– Понял? – мысленно спросил фээсбэшник.

– Рыбак?

– Да. Это его метка. Причём таких, с наколками, которые видны лишь в ультрафиолете, готовил лично твой друг Гнус.

– И что?

– Это элита наркобоевиков, – пояснил Сергей Владимирович. – Все они обладают паранормальными способностями. И одно то, что для тебя задействовали именно их, можно считать самым лучшим комплиментом от Рыбака, на который тот способен. Их взяли только потому, что был расшифрован секретный архив наркомафии. Но я думал, что все они сидят по тюрьмам...

– А, вот не сидят... – хмуро проговорил Дарофеев. – И постреливают... Давай-ка, лучше, обратно...

Изотов согласился, но внезапно что-то привлекло его внимание.

– Погоди... Я кого-то чувствую... За мной!

Сергей Владимирович сверкнул пятками и исчез в стене. Тяжело вздохнув призрачной грудью, целитель последовал за другом. Потом, когда майор проанализировал свои ощущения, он понял, что ринулся так поспешно из-за того, что в окружающем его спектре разнообразных вибраций он вдруг вычленил одну. Та явно принадлежала человеку, употребляющему наркотики. Конечно, её источником мог быть и случайный торчок, но была вероятность, и довольно большая, что им окажется ещё один рыбаковец. И фээсбэшник не ошибся.

Дарофеев нагнал Изотова когда тот уже остановился над каким-то типом, сидевшим на лавочке через подъезд, от того, в котором нашёл своё временное пристанище Пономарь. Это оказался мужчина совершенно ни чем не примечательный. Совершенно стандартное лицо, серое пальтишко, чёрная заячья шапка. Единственное, чем он мог бы выделиться из толпы, так это своей несколько неестественной бледностью: словно кожа незнакомца долгое время не попадала под солнечные луч и.

– На кой он тебе сдался? – спросил Игорь Сергеевич, разглядывая бледнолицего субъекта.

– Посмотри внимательно на его запястье и затылок.

Целитель вгляделся в указанные места. На запястье мужчины тоже была невидимая при обычном свете татуировка. Почти такая же, как и у убитого Дарофеевым снайпера. На затылке же красовалось странное плотное образование.

– Видишь, это зомби, – пояснил майор, – как, наверное, и твой крестник... Это уже не люди – машины для убийства...

– Это можно вылечить?

– Ты всё ещё ничего не помнишь? – вдруг спросил Сергей Владимирович.

– Нет... – после секундной паузы ответил Дарофеев, – А что?

– Ты всё больше напоминаешь мне прежнего Пономаря... А насчёт лечения – в принципе, можно... Только это очень опасный процесс...

– Тогда я попробую... – решительно произнёс Игорь Сергеевич и немедленно принялся за работу.

– А я его задержу... – сообщил фээсбэшник и исчез, вернувшись в тело.

Несколько секунд целитель рассматривал непонятную нашлёпку на затылке мужчины. Она проросла "корнями" в его мозг, отдельные отростки тянулись до самого копчика. В ней, несмотря на то, что несло от образования мертвенной энергетикой, постоянно шла какая-то работа. Пономарь мысленно закатал рукава и приступил к делу.

Он протянул руку и схватил самый длинный энергетический шнур, который тянулся от затылка до муладхары, обвивая её при этом три раза. Но едва Игорь Сергеевич оторвал конец шнура от подпитывающего чакра, как энергетическая верёвка словно ожила. Она стала извиваться, потом собралась в кольца и, петлёй обхватила пальцы целителя. Дарофеев тут же почувствовал, что энергия покидает его тонкое тело. Запаниковав, он отделил свою руку от энергетического тела, и следующие несколько секунд наблюдал, как отросток впитывает оставшуюся в отброшенной конечности силу и, распрямившись, присасывается на прежнее место.

Сам хозяин непонятного образования на манипуляции Пономаря не отреагировал.

Проанализировав свой промах, Игорь Сергеевич отрастил себе руку обратно и ринулся в бой. Теперь он знал как можно справиться с "нашлёпкой".

Перед Дарофеевым возник непроницаемо-чёрный шар. Блок защиты "чёрная дыра", но созданный вне тела. Трансформировав шар сперва в плоский блин, а потом в узкий высокий стакан, Пономарь надел его на отросток, обвивающий муладхару рыбаковца. Это сработало. Постепенно, корешок за корешком, целитель натягивал "чёрную дыру" на все силовые шнуры, отходившие от затылочного образования. Когда все отростки оказались заключены в абсолютно поглощающую оболочку, Игорь Сергеевич накрыл "чёрной дырой" и ее саму.

Сидящий у подъезда мужчина, казалось, не заметил перемен в своём состоянии. Осторожно, по сантиметрам, Пономарь вытащил "нашлёпку" и все отростки из тела зомби.

Незная, что делать с получившейся структурой, Дарофеев, не долго думая, сжёг её внутри оболочки из "чёрной дыры". Та впитала всю выделившуюся энергию и, когда целитель раскрыл блок, внутри него уже ничего не оказалось.

Через несколько секунд после того, как целитель завершил раззомбирование, невесть откуда появился Изотов, уже в весьма плотном теле. Майор моментально скрутил рыбаковца и повёл того, на удивление спокойного и несопротивляющегося в фээсбэшную квартиру.

Когда дверь отворилась, и на пороге возник согнутый рыбаковец, Дарофеев уже был в теле и встречал гостя. Сергей Владимирович, даже не отряхнув снег со своих ботинок, прошествовал в гостиную, держа пойманного за заломленную за спину руку.

– Жить хочешь? Говорить будешь? – зловеще проскрежетал майор. Игорь Сергеевич и не подозревал, что у Изотова может быть такой, пронизывающий до костей голос.

– Буду... – тихо ответил незнакомец сразу на оба вопроса.

– Кто тебя послал? – уже спокойнее спросил фээсбэш-ник.

– Руку отпусти. Больно, – проигнорировав слова Сергея Владимировича сказал неприметный.

– Рыпаться?

– Да ни в жисть!

Изотов отпустил пленника. Тот сразу присел в подвернувшееся кресло и застыл недвижим.

– Кто тебя послал? – повторил майор.

– Рыбак, – ответ прозвучал совершенно равнодушно.

– Этот, снайпер, с тобой?

– Пострел-то? Да, мы вместе... А что с ним?

– Напоролся на свою пулю... – вставил вдруг Игорь Сергеевич и немедленно смутился своей резкости.

– Вот как... – в голосе рыбаковца не было и следа удивления, словно для него вошло в привычку, что его друзья стреляют в самих себя.

– А ты кто?

– Я – Трупак... – всё так же равнодушно проговорил рыбаковец.

– Задача?

– Прикрывать Пострела...

– А почему он целился с повязкой? – поинтересовался Игорь Сергеевич.

– Ему так удобнее... Было... – прозвучал ничего не объясняющий ответ.

– Ладно. Есть ещё кто в охоте? – Сергей Владимирович вновь перехватил нить допроса.

– Есть. Трое.

– И всё?

– Всё. Из тех, кого я знаю.

– Где они и кто?

– Они на Тульской. В длинном доме. Квартира... – трупак назвал номер.

– Все прошли через Гнуса?

– Да. Только я их мастей не знаю.

– Что они сейчас делают?

– Ширяются... Что им ещё делать? Бабу какую-то приволокли, вот и тешатся с ней с голодухи.

– С голодухи? – не понимая переспросил Пономарь.

– Они только из тюрьмы, – пояснил Сергей Владимирович. – Там с женским полом туго. Представить страшно, что они могут сделать с этой несчастной.

– А что... – начал свой вопрос Игорь Сергеевич, но Трупак внезапно вытаращил глаза и тяжело задышал.

– Ширнуться!.. – прохрипел рыбаковец. – Плохо мне!

Но не успели ни Изотов, ни Пономарь, сделать что-нибудь, как у Трупака на губах появилась пена, он забился в конвульсиях и затих.

– Сердце остановилось, – констатировал Сергей Владимирович, посмотрев на неподвижное тело, но целитель и так это понял.

– Что теперь? Поедем выручать прекрасную незнакомку? – высказал предложение Дарофеев, надеясь, что оно пройдёт большинством голосов.

– Поедем, – Изотов вздохнул, понимая, что теперь Игоря Сергеевича не отговорить.

– А с этим что?

– Оставим тут, – поморщился майор, – я скажу ребятам, чтоб забрали.

Через пять минут друзья уже покидали квартиру, оставив в кресле коченеющее тело рыбаковца. Сам же Трупак был очень удивлён тому обстоятельству, что он не остался, как во все прошлые разы, витать около своего тела, а сразу понёсся по ослепительно яркой трубе. И лишь когда земной мир стал позади него едва различимой точкой, рыбаковец понял, что возврата в старое тело уже не будет.

Глава 22.

Яичница лежала на низенькой кушетке, обнажённая по пояс, почти не обращая внимания на то, что творилось вокруг неё. Её левая рука была задрана вверх и около подмышки, скрестив по-турецки ноги, восседал Секретарь. Рядом с ним, на расстеленной газете, лежал шприц с огромной десятисантиметровой иглой. Пальцы Секретаря растягивали кожу в недавно выбритой подмышечной впадине девушки.

– Кажись, нашёл... – слова текли изо рта рыбаковца медленно, словно вязкая патока.

– Там же след должен быть... – наркоманка чуть скосила глаза, чтобы видеть Секретаря.

– Есть... Но в него нельзя... Там кожа толстая...

Наконец, рыбаковец взял в руку шприц, прицелился и резким движением всадил иглу под кожу девушки. Та даже не вздрогнула. Держа шприц одной рукой, Секретарь пощупал пальцами другой место введения иголки.

– Кажись, там... Сейчас проверим...

Нарокобоевик, перебирая пальцами, расположил шприц параллельно ладрни и освободившимся большим пальцем попытался оттянуть поршень. Пластиковый баллончик сразу стал наполняться воздухом.

– Странно... Нет контроля...

Ещё несколько секунд медленного прощупывания, и игла ушла под кожу на следующий сантиметр. Сразу после этого в шприц хлынула кровь.

– Поймал... – констатировал Секретарь. – Сейчас...

Его свободная рука потянулась к началу иголки и стала медленно, вращательными движениями, стаскивать с её головки пятисантиметровый прозрачный шланг, который заканчивался телесного цвета насадкой с "крылышками" и пробочкой. Вскоре конец трубочки вошёл под кожу, а когда она скрылась там целиком, наркобоевик, придерживая канюлю за широкую часть, резко выдернул из неё шприц с иглой.

На обивку кушетки упало несколько капель крови прежде чем Секретарь не заткнул горловину канюли пробочкой. Следующим предметом, который появился в пальцах нарко-боевика, была кривая хирургическая игла. Ею он сделал четыре стежка, намертво пришив "крылышки" канюли к коже девушки.

– Готово, – сообщил Секретарь.

– Я не против опробовать... – ухмыльнулась Яичница.

Встав, она, под завистливым взглядом Варана, который не просто наблюдал всю эту процедуру, а всё больше глазел на неприкрытую грудь наркоманки, прошла на кухню, извлекла из холодильника упаковку ампул морфина. Вскрыла две, наполнила прозрачной жидкостью новенький шприц и, воткнув его на ощупь в канюлю, вдавила в кровь всё его содержимое.

Приход тёплой волной прокатился по телу Яичницы, колени у неё подогнулись, и девушка села на пол привалившись к холодной стене, всё ещё сжимая в пальцах порожний шприц.

Растревоженные наркотиком, безумным галопом понеслись в её голове воспоминания. Картины прошлого налезали друг на друга, смешивались, но девушка, имея за плечами немалый наркотический опыт, без труда отделяла галлюцинаторные видения от истинных проблесков памяти.

Вот она, тогда ещё совсем юная соплячка, доверчиво подставляет свою руку для первого укола. Вспышки в глазах, ватная тяжесть головы. Её тогда, тоже в первый раз, изнасиловали. Впрочем, это зафиксировалось где-то там, в глубинах мозга, куда прячется всё неприятное. А на поверхности остался кайф. И от вмазки, и от секса...

А это сцена более поздних времён. Чтобы иметь свой дозняк, она вписалась в банду. Парни громили палатки и она, уже тогда Яичница, била туфелькой с каблуком-шпилькой, по какой-то роже с выпученными глазами и щёточкой усов под роскошным шнобелем. А потом она попала к Гнусу...

Это время практически не сохранилось в её памяти. Один сплошной наркотический угар и тренировки. Под тренировками Гнус понимал непрерывные занятия любовью. Хотя, какая там любовь? Всё было доведено до автоматизма. Ритуал соблазнения, сам секс, и убийство...

А затем тюрьма... Ломки. Бабьи разборки, когда клочьями летели длинные волосы противниц, а на их лицах оставались кровавые полосы от ногтей. И ГУЛ...

Он пришёл внезапно, во сне. Яичница сперва действительно думала, что это или сон, или она сходит с ума из-за на годы затянувшейся ремиссии. Но потом девушка поняла, что к ней приходит кто-то реальный. Из настоящей плоти и красной крови. Хотя форму, в которой этот таинственный человек являлся в тюрьму, вряд ли можно было назвать плотной. Он единственный понял её так, что мог вить из неё верёвки, а Яичница лишь с восторгом подчинялась. Они тоже занимались сексом, но это не было похоже на те автоматические возвратно-поступательные движения, делающиеся с размеренностью коленчатого вала. Здесь было всё по другому. Ласка и нежность наполняли каждое движение Главного Управляющего Людьми. И Яичница не могла не отвечать тем же.

Так продолжалось несколько месяцев, а потом случились две вещи. В камере Яичницы произошло убийство, и исчез ГУЛ. Несмотря на поиски ментов, бесконечные допросы, найти виновную в умерщвлении своей товарки не удалось. Назревал крупный скандал, женщина оказалась крупной бизнесменшей, основательницей прогремевшей на всю Россию финансовой пирамиды. Однако вскоре, по непонятным причинам, всё стихло.

Лишь позже Яичница попыталась связать между собой эти события, но всё равно, логики в этой связи не находила никакой. Но ГУЛ остался с нею до сих пор. Она помнила невесомые прикосновения его пальцев, возбуждавшие её до самых глубин естества, жаркие поцелуи, которым она не стеснялась подставить любой участок своего небольшого, стройного и гибкого тела, проникновения его члена во влажные глубины...

Позже, когда всё кончилось и ей оставалось лишь питаться воспоминаниями об идеальном любовнике, Яичница открыла для себя поразительный факт: ГУЛ всегда был другой. Это касалось и его внешности, и темперамента, и размеров пениса. Теперь, вспомнив свои ночные встречи в деталях, наркоманка поняла, что он экспериментировал с ней. Но каков был смысл этих сексуальных опытов, осталось для девушки загадкой до сих пор.

Но по сегодняшний день она ждала встречи с ГУЛом. Хотела посмотреть на него, узнать каков же он в действительности, без тех масок, которые он надевал на себя в дни их встреч. В Бутырке Яичница продумывала все возможности поиска этого человека. Но всякий раз мысли заводили её в тупик. Она же не знала о нём ничего, кроме прозвища. Было, правда, ещё одно соображение, он, определённо, жил где-то в России. Но где?..

– Идут! – это восклицание вырвало Яичницу из забытья. Она раскрыла глаза, ожидая вновь увидеть зелёные бутырские стены, на которых в изобилии были расклеены фотографии актёров, вырезанные из иллюстрированных журналов. Но нет, перед ней была стена цивильного помещения, и лишь через секунду-другую пришла память. Да, она же на воле. А кто кричал?

Через мгновение в её поле зрения появился Хвост. Он задумчиво посмотрел на девушку сверху вниз и повторил:

– Едут. Надо готовиться...

Мгновенно вскочив на ноги, в теле после инъекции морфина чувствовалась приятная лёгкость, гран мчащая с воздушностью. Девушке казалось, что стоит ей оттолкнуться посильнее, и она полетит, полетит... Но Яичница знала, что это всего лишь глюк, вызванный блуждающей в крови наркотой и направилась вслед за нюхачом обычным способом, переставляя ноги.

Восторженно отвисшая челюсть Варана подсказала наркоманке, что она до сих пор обнажена. Яичница состроила зверскую рожу астральному каратэку. Наркобоевик поспешно отвёл взгляд.

– Пономарь мочканул Пострела и Трупака... – сказал Секретарь, обращаясь непосредственно к Яичнице.

– Но Трупак... – девушка невольно отступила на шаг.

– А вот замочил, падла!.. – с огромным количеством яда в голосе, процедил Хвост.

– Кончай базар! Готовимся к встрече! – приказал Секретарь и тут же началась быстрая, но без излишней торопливости, подготовка к визиту.

Большую часть пути Игорь Сергеевич провёл в молчании. Лишь когда машина Изотова свернула на Люсиновскую улицу, Дарофеев спросил:

– Скажи, как ты думаешь, он сам умер?

– Ты про кого? – майора занимали в тот момент совершенно другие мысли.

– Я о Трупаке... странное погоняло. Да и умер он непонятно...

– Выбрось из головы, – отмахнулся Сергей Владимирович, – он же был наркоманом. У них такое сплошь и рядом...

– Ты уверен?

– Вполне. И даже больше, – фээсбэшник повернул голову к Пономарю и широко улыбнулся.

Остановившись у полукилометрового дома-корабля, возвышавшегося серой громадой над низеньким куполом рынка, друзья вышли из "Волги". На поиски нужного подъезда ушло минут десять. Они притормозили не у того конца здания, и им пришлось пройти его из конца в конец.

Войдя в лифт, Изотов нажал кнопку нужного этажа, но едва кабина преодолела первые метры подъёма, быстро нажал на красную клавишу срочной остановки.

– Ты чего? – недоумевая спросил Игорь Сергеевич.

– Как ты думаешь, разведать обстановку нам не помешает? – ехидно полюбопытствовал майор.

Пономарь кивнул в знак согласия.

Вылет из плотного тела уже стал для целителя привычным занятием. Такая процедура свершалась легко и просто и несколько раз Пономарь уже задумывался над тем, как должно быть мастерски владел он раньше этим способом разведки, если теперь руководствуясь одной лишь памятью тела, он, Дарофеев-нынешний, может, почти не задумываясь, совершать эти сложнейшие действия.

Нужная друзьям квартира оказалась самой настоящей двухкамерной каморкой. В смысле, двухкомнатной. Но оба эти помещения были настолько непрезентабельны, что человек, войдя в эту квартиру, мог подумать, что каким-то чудом оказался в настоящих трущобах. Не верилось, что в таком шикарном здании могут располагаться комнаты настолько смахивающие на подвальные.

В первой комнате, которую посетили в астральных телах Дарофеев и Изотов, они нашли одного из рыбаковцев. Хилый мужичонка, лет сорока, распластался на кровати. Руки его были раскинуты по сторонам тела, и в раскрытой ладони одной из них лежал небольшой шприц с кровавым пятном между поршнем и иглой.

Наркоман дышал и излучал характерные, для потребителя морфия, вибрации. Во второй комнатушке оказалось куда более многолюдно. Первое, что привлекло внимание Игоря Сергеевича, был стул. На нём, привязанная толстыми белыми верёвками, сидела обнажённая девушка. Голова её свешивалась на бок, и, казалось, девушка потеряла сознание.

Кроме неё в комнате находились ещё двое. Накачанный мускулистый парень и благообразный господин, возраст которого Пономарь по внешнему виду определить не смог. Они, чуть ли не в обнимку, лежали на кровати, закрыв глаза.

– А ведь это ловушка... – промолвил Сергей Владимирович, внимательно осмотрев всё, что попалось в его поле зрения.

Целитель, не ответив, ещё раз обвёл взглядом комнату, пытаясь понять, что же привело майора к такому выводу. Вскоре, обратив внимание на связанную девушку, Дарофеев увидел на её затылке в точности такое же энергетическое образование, как и у остальных зомби-рыбаковцев. Подтвердила это подозрение и невидимая татуировка.

Увидев, что Игорь Сергеевич просёк ситуацию, майор спросил его:

– Ну, что? Будем теперь даму спасать? Пономарь в нерешительности пожал плечами.

– Эти деятели расставили нам трёхуровневую ловушку. На такое способны лишь профи высокого уровня. И все они по твою голову. Оставить их, так они тебя в покое не оставят. Неизвестно, что ещё придёт им в головы... Так что...

– Ладно, подыграем... – согласился целитель.

– Кстати, обрати внимание, никто из них не спит... Они уже ввели себя в состояние непредсказуемости и абсолютной готовности. Из этого можно сделать вывод, что среди них, по крайней мере один – ясновидящий. А, может, и все... Так что, справиться с этими зомбиками будет непросто. Готов?

– Как килька в томате... – хмуро пошутил Игорь Сергеевич и, почувствовав укоризненный взгляд фээсбэшника, нехотя добавил, – да, куда мне деваться?..

– И с таким похоронным настроением ты собираешься что-то делать? Тогда лучше вернуться...

– И разочаровать этих господ? – воскликнул целитель. – Да никогда!

– Вот теперь – другое дело! – радостно улыбнулся Изотов.

Они вернулись в свои тела, Сергей Владимирович разблокировал лифт и подъём продолжился. Вскоре двери кабины разъехались и друзья вышли на лестничную площадку.

Поднимаясь, Пономарь и майор договорились о способах проникновения в квартиру рыбаковцев. Фээсбэшник остался у двери, а Игорь Сергеевич вошёл в состояние "жалюзи" и приподнялся над полом. Он пролевитировал вниз по лестничному маршу и, стараясь не смотреть вниз, вылетел на улицу, зависнув чуть ниже подоконника в комнату, где находились трое наркобоевиков.

Через несколько секунд послышался громкий треск. Это Сергей Владимирович выбивал дверь. Выждав несколько секунд, Дарофеев протаранил телом оконное стекло и оказался в квартире.

Первым, кого увидел Пономарь, был тот самый мускулистый парень, которого целитель видел во время астральной разведки. Наркоман стоял у самого выхода из комнаты и готовился ступить в коридор.

Услышав позади себя звон разбитого стекла, парень повернулся и выставил вперёд растопыренную пятерню. Игорь Сергеевич вдруг понял, что его ударили. Удар был такой силы, что если бы Пономарь не находился под защитой своего блока, ему бы проломило грудь и раздробило бы позвоночник. Но "жалюзи" самортизировапи и Дарофеева лишь отбросило на несколько метров так, что он опять повис над улицей.

В следующее мгновение Игорь Сергеевич понял, что он чем-то зацепился за подоконник и, приобретя таким образом устойчивость в воздухе, целитель нанёс ответный удар. Наркобоевик, несмотря на всю свою подготовку, не смог устоять на ногах и врезался всем телом в косяк двери.

Воспользовавшись паузой, Игорь Сергеевич влетел в комнату и, встав у стены, вновь попытался ударить парня. Но тот вовремя среагировал, откатился, и из лежачего положения выставил вперёд уже сомкнутые пальцы. Пономаря вдавило в стену, за его спиной образовалась выемка, соответствующая границе защитного блока.

Со стороны это казалось какой-то театральной постановкой. Дерущихся разделяло-несколько метров, они лупили руками по воздуху, но каждое движение достигало своей цели.

Следующий выпад Игоря Сергеевича достал-таки противника. Энергетический удар пришёлся по левой руке астрального каратэка. И Дарофеев с ужасом увидел, какие он принёс плоды. Мышцы с внешней стороны предплечья рыбаковца оказались сорваны и неопрятным кровавым комком вдавлены в паркет, на мгновение обнажилась ослепительно белая кость. В следующую секунду её залила обильно хлынувшая из раны кровь. Однако боевик, казалось, не заметил увечья. Он вытянул вперёд обе руки и с ничтожным интервалом, нанёс сразу два мощнейших удара.

У Пономаря на миг потемнело в глазах. Он услышал, как трещат его рёбра. Целителю показалось, что он попал под паровой молот. Сила давления на "жалюзи" возрастала с каждой секундой. Игорь Сергеевич уже был не в силах пошевелиться, казалось, ещё чуть-чуть и его просто расплющит в блин. Но защита выдержала и Дарофеев, словно кусок мыла, выскользнул из-под энергетического пресса. Целителя ударило о перпендикулярную стену и он, как огромный теннисный мяч, отлетел рикошетом и заскакал по комнате, сшибая всё на своём пути. Впрочем, сшибать было особо нечего, кроме стула с обнажённой девушкой-зомби.

Перед глазами Пономаря всё замелькало с калейдоскопической скоростью. Внезапно Игорь Сергеевич поймал себя на мысли, что начинает злиться. Но, как только он попытался справиться с этим чувством, зная, что когда он будет по-настоящему разъярён, он не сможет себя контролировать и тогда точно убьёт этого парня.

– Если его не убьёшь ты – он убьёт тебя.... – подсказал целителю внутренний голос. С этим трудно было спорить, но Дарофеев не стал пока этого делать, пустив ситуацию на самотёк. В следующий миг Пономарь понял, что окончательно взбешён мельтешением перед глазами. Он заставил себя остановиться и застыл посреди комнаты, став её неотъемлемой частью. Игорь Сергеевич словно врос в стены, пол, потолок, в сам воздух, заполнявший это пространство.

Наркобоевик немедленно воспользовался этим и сделал рубящее движение, от которого целитель должен был бы лишиться головы. Но Дарофеев был начеку. Он перехватил силовой поток и обратил его против нападавшего. Энергетическая полоса прошлась по ногам парня и тот рухнул на колени, под которыми уже не было плоти. Ноги наркомана с секунду ещё стояли перед ним и одновременно повалились в разные стороны. Но рыбаковец и не думал сдаваться. Следующий его выпад был лучом в форме острейшего стилета, который должен был пронзить сердце Игоря Сергеевича.

Это показалось Пономарю уже форменной наглостью. Целитель сгустил силовые линии, проходящие через воздух и жало энергетического пучка завязло в них. Не помня себя от гнева, Дарофеев протянул к парню ладони и сдавил его между ними. Так, как он давеча крошил мебель самого Рыбака.

Из-под пальцев фонтанчиками брызнули кровавые капли. Игорь Сергеевич, не обращая на это внимания, всё тёр и тёр ладони друг о друга, превращая того, кто оказался между ними в однородную кашу.

Наконец, поняв, что враг уже давно повержен, Пономарь расцепил руки и на пол упал бесформенный комок, в котором невозможно было узнать ещё минуту назад живого и сильного парня. Единственными целыми частями наркомана остались лежащие на полу и истекающие кровью обрубки ног. В пылу боя, целитель совершенно забыл про Изотова. Игорь Сергеевич опрометью вылетел из комнаты, краем уха услышав за спиной истошный вопль ужаса.

– Тебе не зачем жить... – услышал Пономарь, преодолевая несколько метров до соседней комнаты, – убей себя! Убей!

Влетев в помещение, целитель увидел сидящего на корточках Сергея Владимировича. В правой руку майора был зажат пистолет, ствол которого медленно продвигался по направлению ко рту фээсбэшника.

Перед Изотовым стоял тот благообразный господин, чей гипнотический голос и слышал Игорь Сергеевич из коридора.

В тот момент, когда майор был уже готов нажать на курок, Пономарь спикировал на него и выдрал пистолет из пальцев. Прозвучал выстрел, но пуля прошла выше головы Сергея Владимировича и ударилась в стену.

Бешенство накатило на Дарофеева с новой силой. Он сжал кулак и, с расстояния в полтора метра, энергетически ударил гипнотизёра. Силовой кулак моментально сделал отверстие в теле рыбаковца. Под удар попало его горло и часть груди. Голова зомби, лишившись опоры, покатилась под ноги Изотову. Обезглавленный наркоман поднял руки, сделал шаг, другой, и повалился на бок, орошая кровавым фонтаном ещё одного свидетеля этой сцены. Тот, сидя на кровати, попытался куда-то уползти, но Пономарь, среагировав на движение, сделал взмах ладонью, который перерубил тело зомби пополам.

Сергей Владимирович, безучастный ко всему, так и сидел, не шелохнувшись, на корточках.

Целитель, не зная, как вывести майора из транса, на всякий случай, похлопал того по щекам. Изотов мигнул, потом уставился на Игоря Сергеевича. Лицо фээсбэшника озарилось улыбкой.

– Ты цел? – хрипло спросил Изотов.

– Как видишь... – буркнул Пономарь. – А вот ты мог бы стать трупом...

При упоминании о трупах, Дарофеев невольно обернулся и, новым, незамутнённым гневом взглядом, обозрел творящееся в комнатушке. Экстрасенса вырвало прямо в кровавую лужу, вытекшую из головы гипнотизёра.

Пока шла борьба Пономаря с собственными внутренностями, майор встал и тоже оглядел поле битвы.

– Это всё ты?! – удивлённо воскликнул Сергей Владимирович. Игорь Сергеевич смоглишь кивнуть.

– Живой кто-нибудь остался? – продолжал свой допрос фээсбэшник, не обращая внимания на состояние Дарофеева. Тот, наконец, успокоил желудок и, отерев носовым платком горькую слюну с губ, ответил:

– Женщина... Я, кажется, её не тронул...

Глава 23.

– Помогите! – раздался истерический вопль из соседней комнаты. Изотов с Дарофеевым переглянулись.

– Может, выслушаем историю дамы? – Предложил Сергей Владимирович. Целитель согласился.

Друзья застали Яичницу в том же положении, что её оставил Пономарь. Девушка лежала на полу вместе со стулом и обезумевшими глазами смотрела на подбиравшуюся к ней кровавую лужу.

Увидев вошедших, она срывающимся голосом потребовала:

– Ну, освободите же меня!

Её подняли, отвязали. Наркоманка, не теряя времени, сразу же сорвала с кушетки покрывало и, дрожа от холода, завернулась в него.