Текст книги "Тайная любовь"

Автор книги: Барбара Картленд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 11 страниц)

10

Следующие несколько дней светило солнце, и Брайтхелмстоун казался Гретне самым очаровательным местом. Перед павильоном раскинулась лужайка с кустарниками и цветами, за ней равнина, спускающаяся к морю.

Гретна тоже временами впадала в уныние, поэтому она очень обрадовалась, когда однажды на прогулке встретила сэра Гарри.

Строгая экономия, которая сначала так пугала, теперь оказалась простой вещью для нее, ибо принц всего лишь не давал роскошных обедов или приемов, которые были для него раньше существенной частью жизни.

– У нас просто маленькая семейная вечеринка, сир. Разве это не забавнее? – спросила Мария однажды вечером после обеда, когда вокруг стола сидели восемь человек, а разговор был таким милым и веселым, что Гретна смеялась не переставая, на время забыв о сердечной боли.

– Вы знаете, что мне нравится больше всего на свете, – ответил принц и поцеловал Марии руку.

В голосе его звучала такая нежность, что Гретна поверила, что он больше не скучает по прошлой жизни.

На следующее утро он пришел в дом Марии, довольно сердито поведал ей, как мало денег получил с продажи лошадей, картин и других вещей, выставленных на публичный аукцион.

– Всего семь тысяч! – воскликнул он. – Это с трудом оправдывает оскорбительное письмо моего отца, обвиняющего меня в том, что я веду себя театрально и жалко.

– Попытайтесь не обращать на это внимания, сир, – попросила Мария. – Ваши верные друзья знают, как и я, что вы действительно хотите расплатиться с долгами. Этого достаточно. Давайте забудем о злых вещах, которые кто-либо говорит о вас.

– Это правда, – согласился принц. – Он ненавидит меня! Вы знаете, ненавидит!

– Но люди гордятся тем, что вы делаете, – возразила Мария и показала ему некоторые газеты, привезенные из Лондона, которые хвалили принца.

Однако как бы счастлив он ни был в Брайтхелмстоуне, очевидно, что его подавляли нападки отца. Он надеялся, что король смягчит свой гнев. Принц, казалось, цеплялся за Марию в такие моменты.

– Сэр Гарри! – воскликнула девушка. – Я не подозревала, что вы собираетесь в Брайтхелмстоун.

– Вы лукавите, – ответил он. – Вам прекрасно известно, что я последую за вами повсюду, даже в Ад.

Сэр Гарри поприветствовал Марию и принца, и они немного отстали, чтобы поговорить без свидетелей.

– Как держится принц? – тихо спросил сэр Гарри.

– Прекрасно, – ответила Гретна. – Думаю, он даже получает удовольствие от своей экономии. Мария заставляет его считать каждый пенни, который он тратит, и у них получается целая игра, когда они пытаются припомнить, на что потратили каждую монету.

– Я говорил Джулиану, что все будет в порядке, – заметил Гарри. – Но он беспокоился, когда принц переехал сюда, словно старая наседка, которая кудахчет над своим единственным цыпленком.

– Маркиз здесь? – спросила Гретна.

Она попыталась говорить легко, но сердце ее перевернулось в груди.

– Да, – подтвердил сэр Гарри. – Мы оба здесь и в отличном модном доме, который Джулиан снял прямо на Морском параде.

– Я… я думала, что такое маленькое место… не подойдет его светлости, – пробормотала Гретна.

– Не согласен, – серьезно ответил сэр Гарри. – Но с Джулианом никогда нельзя знать наверняка. У него самые странные развлечения, поэтому он становится безумным, когда от него меньше всего этого ждешь. Это пугает людей.

– Что-то может остановить его в такой момент? – не могла не спросить Гретна.

– Нет, не думаю, – ответил сэр Гарри, но ей показалось, что он лжет.

Они уже ушли довольно далеко, и принц с Марией повернули назад. Увидев это, Гарри воскликнул:

– Посмотрите! Джулиан скачет на своих новых серых. Вы когда-нибудь видели такую пару? Я позеленел от зависти, о чем и сказал ему.

Маркиз, казалось, не заметил их и пронесся мимо.

– Проклятие! Как ему удастся всех выставить незначительными и мелкими рядом с ним? – спросил с кривой усмешкой сэр Гарри.

Гретна подумала, что это происходит потому, что маркиз сам – выдающийся человек. В нем было что-то неуловимое, что ставило его выше других мужчин и что нельзя было передать словами.

– Похоже, сюда собираются все щеголи, – улыбнулся сэр Гарри. – Герцог Квинсберийский прибывает завтра, а Шеридан, я слышал, уже здесь.

– О, он приехал через два дня после нас, – подтвердила Гретна.

– Хорошо. Мы не пропустим представления с Элоизой Дженкинс в главной роли.

– С кем, вы говорите? – не смогла сдержаться Гретна.

– С Элоизой Дженкинс, актрисой. Может, это и слухи, но мне сказали, что она приедет завтра вечером.

Гретна впала в уныние, чувствуя ужасную ревность.

– Вы побледнели, – вдруг заметил сэр Гарри. – Вы не собираетесь упасть в обморок от тумана или чего-нибудь еще?

– Нет, правда, нет, – выдавила Гретна, с трудом изобразив улыбку.

– Это все прогулка, – беспокойно предположил сэр Гарри. – Я никогда раньше столько не гулял. Чем скорее принц пересядет на лошадей, тем лучше для всех нас.

Гретна заставила себя рассмеяться, но всю дорогу назад думала только об одном – маркизе и Элоизе. Она думала – так как часто слышала, – что госпожа Дженкинс переключила свое внимание на лорда Бакхарста. Может, она опять хочет вернуть маркиза? Гретна сжала пальцы. Она почувствовала, что с трудом справляется с этой мыслью. Знать, как маркиз разозлился на нее, – это одно. Сознавать, что она больше его не волнует или что он равнодушен к ней, – куда более болезненно.

Они вернулись к дому Марии. Принц и сэр Гарри остались на чай, потом распрощались.

– Сегодня вечером мы не поужинаем с вами, сир, – сказала Мария, когда принц поцеловал ей руку. – У меня болит голова, боюсь, это могло случиться от холода. Я рано лягу. Это будет самое лучшее.

– Вы должны делать так, как желаете, – ответил принц. – Но вечер будет таким длинным без вас! Вы ведь знаете об этом, Мария?

– Чепуха, сир, – улыбнулась она. – У вас сегодня очень достойная компания. Вы не будете скучать по мне.

– Я всегда скучаю по вам, – ответил он, – каждую минуту, каждую секунду, когда вас нет рядом.

Гретна видела, как он сжал пальцы Марии. Они долго глядели друг на друга, потом принц сделал один из своих красивых поклонов, которые являлись образцом для молодых кавалеров, и вышел из комнаты.

– У вас болит голова? – спросила Гретна.

– Да, – подтвердила Мария. – Не знаю почему, но думаю, причина в холоде. Молюсь, чтоб это было не так. Принц волнуется, когда я заболеваю даже немного.

– Тогда немедленно отправляйтесь в кровать, – сказала Гретна. – Я прикажу подать обед туда. Чего вы желаете?

– Ты должна побыть со мной, – попросила Мария. – Выбери сама, что хочешь. Я не голодна.

После обеда Гретна велела вынести поднос.

– Я оставлю вас, – сказала она. – А вам следует поспать.

– Если смогу. – Мария положила руку на лоб. – Думаю, мне следует выпить немного настойки опия. Голова раскалывается, боюсь, я не засну от боли.

– Это хорошая мысль, – согласилась Гретна. – Где вы храните ее?

– Думаю, ты найдешь немного в шкафчике за умывальником, – ответила Мария.

Гретна нашла маленькую бутылочку с подробной инструкцией.

– Думаю, я бы побоялась принимать это лекарство, – произнесла она после того, как прочитала надпись на бутылке.

– В малых дозах оно не вредно, – возразила Мария. – А глубокий сон – лучшее лекарство. Дай мне ложку, дорогая. Оно противное, но если быстро проглотить, то не заметишь вкуса.

Гретна дала ей ложку, потом поставила бутылку в шкафчик, поправила подушки, поцеловала Марию в щеку и на цыпочках вышла из комнаты.

Она вернулась в гостиную и взяла вышивку, но сделала всего лишь несколько стежков, потому что не могла сосредоточиться, мысли ее возвращались к маркизу.

Вдруг раздался неожиданный стук в дверь, вошла одна из служанок.

– Простите, мисс, внизу женщина, которая говорит, что госпожа просила ее зайти.

– О, я знаю, кто это! – воскликнула Гретна. – Это мать маленького мальчика, который попрошайничал сегодня у госпожи Фитцгерберт. Она поговорила с ним и, узнав, что он один из шести детей в семье, попросила его мать зайти к ней сегодня вечером. Она что-то хотела отдать ей.

– Мне сказать госпоже, что здесь женщина? – спросила горничная.

– Ни в коем случае! – воскликнула Гретна. – Она спит, ее не следует будить. Я знаю, где нужные вещи. Мы собрали их и попросили повара приготовить пирог.

– Мне узнать, готов ли он? – спросила горничная.

– Да, – согласилась Гретна. – А я поговорю с женщиной.

Она спустилась в маленький холл. Там стояла женщина, у нее было истощенное морщинистое лицо. На голове поношенная шаль, сжатые руки, трудовые, в мозолях, дрожали от холода.

– Проходите, садитесь, – приветливо сказала Гретна, показывая на диванчик за дверью.

– Вы, мадам, та леди, которая меня звала? – спросила она.

– Нет, – ответила Гретна. – Вас звала госпожа Фитцгерберт, а я ее друг. Она пожалела сегодня вашего мальчика, когда он попрошайничал у нее и принца. Он сказал, что у вас еще пятеро детей. Это правда?

– Да, леди, мой муж не может найти работу. Все испробовал.

– Мне очень жаль, – просто ответила Гретна. – Как и госпоже Фитцгерберт. Она собрала кое-какую одежду для вас, а повар приготовил пирог.

– Благослови вас Бог, леди, – поблагодарила женщина. – Так хорошо для таких, как мы, что дворяне приехали в Брайтхелмстоун. Может, появится хоть какая-то работа и для моего мужа.

– Уверена, так и будет, – подтвердила Гретна, но ее прервал стук в дверь.

Забыв, что она не дома, где они с мамой сами открывали дверь, Гретна бросилась на стук. За дверью стоял слуга в королевской ливрее алого цвета с золотом.

– У меня послание для госпожи Фитцгерберт, – заявил он, и Гретне почудилось что-то властное в его тоне.

– Простите, – сказала Гретна, – госпожу Фитцгерберт нельзя тревожить.

– Это важно, – возразил мужчина.

– Возможно, вы передадите это мне, – предложила Гретна.

– Его королевское высочество желает немедленно видеть госпожу Фитцгерберт. Он прислал экипаж, чтобы отвезти ее в павильон.

– Но… не думаю, что это возможно, – пробормотала Гретна.

– Это не терпит никаких возражений. Так мне сказали.

– Подождите минутку, – попросила девушка.

Она закрыла дверь и в нерешительности замерла в холле. Если принц послал за Марией, значит, случилось нечто неожиданное.

Гретна помчалась вверх по лестнице, добралась до спальни Марии, осторожно постучалась в дверь. Как она и ожидала, ответа не было. Повернув ручку, девушка вошла. В комнате было темно. Она нащупала туалетный столик и зажгла свечку.

Мария спала, глубоко дыша. Очевидно, опий подействовал. Гретна минуту колебалась, потом позвала:

– Мария! Мария!

Ответа не было. Гретна тронула ее за плечо, нежное и теплое, но ресницы даже не дрогнули.

«Я никогда не разбужу ее, – в отчаянии подумала Гретна. – А даже если разбужу, она будет не в состоянии поехать в павильон. Можно сделать только одно, – подумала девушка, – написать принцу письмо и объяснить, что Мария не может приехать, как бы важно это ни было».

Оставив гореть свечу на случай, если Мария проснется, Гретна спустилась в гостиную. Только подойдя к изысканному письменному столу с резными ножками, она вспомнила, как Мария сегодня жаловалась, что им не доставили писчую бумагу.

Сначала Гретна растерялась, а потом вспомнила о коробочке, которую Мария всегда хранила в своей спальне. Она была из полированного дерева с вырезанными золотыми инициалами. Мария не раз говорила, что в ней хранятся все ее самые важные документы. Эта коробка действительно путешествовала с ними в карете, тогда как весь остальной багаж находился со слугами.

Возможно, там найдется что-нибудь, на чем можно написать, подумала Гретна. Мария лежала в той же позе. Гретна взяла свечу и подошла к столику у окна, где Мария хранила коробочку. Она ожидала, что ящик будет закрыт, но из замка торчал ключ. Гретна вспомнила, что Мария что-то доставала перед тем, как лечь спать. В коробке лежала куча бумаг, писем и документов. Девушка чувствовала, что нехорошо с ее стороны копаться в бумагах, но сознание того, что принц ждет, заставило ее решиться.

В центре коробочки она увидела тонкий большой листок бумаги. Он был похож на какое-то свидетельство, и, взглянув на него, Гретна неосознанно прочитала написанное. Не в силах осознать прочитанное, она еще раз пробежала листок глазами:

Мы, нижеподписавшиеся, были свидетелями того, что Георг Август Фредерик, принц Уэльский, женился на Марии Фитцгерберт 15 декабря 1785 г.

Джон Смит

Генри Эррингтон

Георг Август Фредерик

Мария Фитцгерберт.

Глаза Гретны внезапно наполнились слезами. Значит, это правда, в которую она всем сердцем верила. Мария замужем за принцем. Это казалось невозможным, невероятным, однако она всегда знала, что Мария никогда бы не сделала ничего неправильного, запретного.

Они женаты! Женаты!

Ей хотелось выкрикнуть эти слова, взять свидетельство в руки, выбежать из дома и рассказать об этом всему миру. Они поженились, а маркиз говорил, что это невозможно. Она почувствовала победу, и сознание этого заполнило все ее мысли, словно груз упал с ее плеч.

Потом Гретна вспомнила, что маркиз сказал в Стейд-Холле. Парламент никогда не смирится с такой женитьбой, страна не примет этого. Женившись на Марии, принц лишил себя всего! Радость победы немного померкла при этой мысли. Сейчас она понимала, почему Мария молчала, несмотря на слухи и оскорбления.

Мария хранила тайну, что они женаты. Перед Богом они женаты. Какое значение имеет то, что думают люди? Очень осторожно Гретна сложила свидетельство, убрала в коробочку и закрыла ее. Она знала, что никогда не поговорит с Марией об этом, что никому не скажет о том, что видела. Это секрет, который никогда нельзя открывать, о котором никому не следует знать. И совершенно неожиданно Гретна поняла, что теперь восхищается принцем больше, чем раньше. Мария рискнула ради любви. Его риск несравненно огромнее. Одним поступком, одним нарушением всех правил и законов королевства, он рискнул всем ради любви к одной женщине.

Гретна задула свечу и на цыпочках вышла из комнаты. За дверью она закрыла лицо руками и попыталась придумать, что ей делать, вспомнив, что принц ждет Марию.

На лестничной площадке стоял шкаф. Она открыла его в поисках какой-нибудь накидки. Первым, что Гретна увидела, был плащ из голубого бархата, отороченный мехом, который Мария часто надевала, и он скрывал всю одежду. Гретне он был немного длинноват, но она взяла его, решив, что лучше сэкономить время, сбежала вниз к себе в спальню, оделась и спустилась вниз. Уже внизу Гретна вспомнила, что забыла взять вещи, приготовленные для бедной женщины, но возвращаться было уже поздно. Принц ждет, беспокоится, от волнения он сам может приехать сюда. Не стоит заставлять его ждать так долго.

Гретна повернулась к женщине, которая терпеливо сидела на диване.

– Мне нужно передать кое-что его королевскому высочеству, – сказала она. – Вы не сможете подождать, пока я вернусь? Я недолго, обещаю.

– Я не возражаю, леди, – ответила женщина. – Здесь тепло и спокойно.

– Я отдам вам вещи, когда вернусь, – заверила ее Гретна. – Уверена, это не займет больше десяти минут.

Она открыла переднюю дверь, ветер с дождем ударил ей в лицо. Девушка закуталась в плащ, обрадовавшись, что он такой теплый. Гретна захлопнула дверь и поспешила по маленькой тропинке к карете. Дверь была открыта для нее. Она вошла внутрь, и ей на голову обрушилось что-то тяжелое…

Кто-то поднял ее и бросил на сиденье, она услышала резкий голос, приказавший трогаться. Карета дернулась и покатилась. Девушка пыталась бороться, освободить руки и закричать. Перед ее лицом сразу же оказался кулак.

– Открой рот, – пригрозил ей грубый голос, – и ты очень пожалеешь об этом.

11

Гретне стало дурно. Одеяло, которым ее накрыли, было толстым и теплым. Она задыхалась, руки занемели, поскольку были связаны, и она не могла пошевелить ими. Девушка перестала бороться и тихо лежала в углу кареты, пытаясь справиться с удушьем и тошнотой.

Спустя какое-то время один из мужчин заговорил.

– Как думаешь, она жива? – спросил он.

– Может, ты слишком сильно ударил ее, – прозвучал ответ.

– Я? – Мужчина повысил голос. – Нас предупредили, и я не собирался прикладывать руку. Эта забава не для меня – разбираться с женщинами.

– Мы сделали, как нам сказали, – ответил другой. – Получим деньги за работу и за то, чтобы не болтать об этом.

Первый мужчина, который был сообразительнее, замолчал при этой фразе. Гретна почувствовала, что тошнота проходит, а мозг начинает работать. Значит, им заплатили. За что? Надо найти ответ на этот вопрос.

– А если она сдохнет? – неожиданно заметил дрожащим голосом первый. – Это убийство, Джо. Он не говорил про убийство, это его не обрадует.

– Эй, хватит запугивать себя, – сердито оборвал его Джо. – Он должен нам за работу. А с ней нам повезло, некоторые из них визжат как свиньи недорезанные.

– Он не любит этого, – дрожащим голосом произнес испуганный мужчина.

– Закрой рот, – прикрикнул Джо. – Если дело провалится, она знает достаточно, чтобы засадить тебя. Ее нельзя возвращать туда, откуда мы ее забрали.

– А куда ее повезут? – робко спросил второй мужчина.

– Если он и знал, то не сказал бы; а я не знаю, да мне и не надо. Попридержи язык, пока мы не доберемся до лодки.

Потом наступила тишина. Было слышно только цоканье копыт и скрип колес. Гретна лежала очень тихо. Она не хотела, чтобы Джо подумал, что она что-то слышала. Гретна слишком хорошо понимала, что они могут заставить ее замолчать навсегда.

Зачем они похитили ее? Наконец, вытеснив из мыслей страх и хаос, она начала осмысливать, что произошло. Они хотели схватить Марию и считали, что похитили ее, а не Гретну. Поняв это, девушка подумала, как была глупа, воображая, что кто-то мог заинтересоваться ею. Теперь все стало ясно. Слуга в королевской ливрее, довольно странный, как ей показалось. Требование принца и карета, ждущая снаружи. Глупо, что она хоть на минуту поверила, будто принц может прислать подобное письмо!

Если бы Мария не спала, она бы что-то заподозрила. Но что именно? Как она могла представить, будто кто-то может осмелиться на такую дерзость и похитить ее?

Однако, если бы Гретна решила не идти к принцу с объяснениями, если бы в доме оказалась писчая бумага – и много других «если и но», – Мария могла бы быть сейчас на ее месте.

Потом Гретна подумала о заказчике. Нет нужды спрашивать, кто это мог быть. Гретна знала ответ еще до того, как задала вопрос. Разве не она собственными ушами слышала, как лорд Роксхолл клялся в салоне в Карлтон-Хаусе, что избавится от Марии за три месяца? Оставалось только увидеть, как он намерен это сделать.

Гретна не хотела умирать. Она хотела жить. Невероятным усилием она заставила себя перестать бороться с одеялом, которым ее накрыли, и не пытаться выпрыгнуть из кареты. Гретна понимала, что это бесполезно. Джо ударит ее, если она попытается осуществить задуманное. Ей было душно и жарко, но теперь стало смертельно холодно, от страха ее бил озноб.

От сознания собственной беспомощности ее глаза наполнились слезами. Ей хотелось кричать, звать на помощь. Потом девушка зашептала молитву:

– Пожалуйста, Господи, не позволь им причинить мне вред. Пожалуйста, Господи, не дай им убить меня.

Молясь, Гретна поняла, что только Бог может спасти ее из положения, в которое она попала. Она уже дважды сталкивалась с лордом Роксхоллом, но тогда рядом был маркиз. Он появлялся в самый последний момент. Гретна хорошо осознавала опасность, которая ей угрожала. Лорд Роксхолл беспринципен и жесток, отвратителен не только своим масленым голосом или утонченным поведением денди.

«Я должна думать. Я должна придумать план. Нельзя сдаваться. Буду бороться!» – говорила себе Гретна, потом внезапная мысль о маркизе пронзила ее. Почему он не здесь? Почему она не может побежать к нему, как раньше? Он зол на нее, Гретна знала это. Однако в таких обстоятельствах, как эти, он бы спас ее, прижал к себе. Она была бы в безопасности в его руках, даже если бы ей угрожал сам дьявол. Ей хотелось, чтобы маркиз был здесь.

Потом она подумала, что, возможно, маркиз в театре и ждет, когда сможет отвезти Элоизу на ужин. И с новым приступом отчаяния Гретна поняла, что у нее нет надежды.

Должно быть, они ехали уже три четверти часа, и по непонятным звукам девушка предположила, что Джо заснул. Но другой мужчина бодрствовал. Она чувствовала его волнение, слышала, как он шевелит руками и ногами. Гретна представила, как он поворачивает голову, чтобы посмотреть при свете лампы на дорогу.

Потом внезапно она почувствовала, как ее грубо схватили за лодыжку. Гретна закричала и другой ногой лягнула похитителя по рукам. Ее отпустили.

– Она жива! – победно возвестил голос.

– Что случилось? – проснулся Джо.

– Она жива.

– Конечно, жива. Нам не приказывали прикончить ее, верно? Он хочет увидеть ее. Оставь ее, пока не доедем.

Карета покатилась вниз по склону, потом резко встала. Один из мужчин открыл окно. Холодный ветер прошелся по ногам Гретны.

– Там лодка, – заметил Джо. – Отнеси ее туда.

Она хотела бороться, но было слишком поздно. Грубые руки подняли ее, как ребенка, и понесли из кареты по острым камням. Ей казалось, что это причал. Тогда Гретна поняла, что ее утопят. Она пыталась кричать. Но звуки застревали в пересохшем горле. Ее бросили вниз, и Гретна осознала, что лежит на дне лодки. Она слышала движение воды, шум весел. Звон денег. Гретна предположила, что с Джо и его робким другим расплатились.

Кто-то прыгнул в лодку.

– Отчаливай, – приказал он.

Заскрежетала цепь по камням. Они поплыли. Двое мужчин гребли так усердно, что Гретна слышала их кряхтение и тяжелое дыхание. Тогда девушка поняла, что надежды нет. Она ничего не сможет сделать. Она обречена.

Гретна опять поймала себя на мысли о маркизе. Он никогда не узнает, что она умерла с любовью к нему.

Она попробовала молиться, чтобы смело посмотреть смерти в глаза.

– Господи… Господи, прими меня!

Гретна старалась произнести эти слова, заставить их слететь с губ. Потом внезапно вместо того, чтобы бросить в воду, ее водрузили на плечи мужчины, и, не успев удивиться, она поняла, что он поднимается куда-то вверх. Человек поднимался по лестнице, через секунду девушка поняла, что это трап корабля. Она слышала скрип бревен, плеск волн. Кто-то отдавал приказы. Потом Гретна поняла, что ее пронесли по палубе и спустили вниз на несколько ступенек. Ее посадили, сняли с головы одеяло, но, не успев открыть глаза, она услышала, как захлопнулась дверь.

Очень медленно, словно проснувшись в темноте от кошмара, Гретна пошевелила руками. Они были свободны. Так же медленно девушка открыла глаза. Она сидела на кушетке в каюте корабля. Низкий потолок, несколько подвешенных фонарей освещали стол, стулья, иллюминатор, закрытый бархатными шторами.

Это была роскошная каюта. Она никогда не представляла, что такие бывают на корабле. Дорогие ковры на полу, кровать застелена парчой, рядом атласные подушки. Гретна сняла капюшон и потерла глаза, чтобы убедиться, что это не сон. Потом сделала несколько глубоких вдохов, освобождая легкие после удушливого одеяла. Она жива! Она не умерла! От облегчения в ее голове почти прояснилось.

Гретна размышляла, куда ее везут. На минуту она хотела даже выйти на палубу, посмотреть, кто отдает приказы морякам. Она бы попросила их отказаться от выполнения приказов и отвезти ее назад. Гретна подбежала к двери и подергала ручку. Она прикладывала все усилия, но тщетно. Тогда девушка поняла, что ее заперли снаружи.

Она снова прошла по каюте и увидела свое отражение в зеркале. Гретна с трудом узнала себя – лицо с дикими глазами, спутанные волосы. Она замерла, потом лихорадочно стала приводить себя в порядок. Надо успокоиться и держать себя в руках, говорила себе Гретна. Рано или поздно кто-нибудь войдет сюда, возможно, капитан. Она поговорит с ним, расскажет, что это ошибка, и потребует вернуть ее в Брайтхелмстоун.

«Если это не капитан, я пошлю за ним, – подумала Гретна. – Я поговорю с ним очень спокойно. Расскажу, кто я, объясню, что произошла ошибка. Он послушает меня, только если я произведу на него впечатление. Я должна выглядеть не напуганным ребенком, а женщиной, которую возмутило оскорбительное поведение незнакомцев».

Удовлетворенная своим внешним видом, Гретна медленно прошла по каюте и села на кровать, расправив юбки и сцепив пальцы, пытаясь выглядеть расслабленной и спокойной.

С трудом успокоившись, она услышала, как в замке повернули ключ, поднялась щеколда. Гретна посмотрела вперед, высоко подняла подбородок, изобразила уверенный взгляд. Увидев вошедшего, она почувствовала, что силы оставляют ее, а слова застревают в горле.

В каюту вошел лорд Роксхолл в темном плаще, он гнусно усмехнулся, словно получал удовольствие от одной мысли о том, кто его ждет. Если Гретна удивилась и растерялась при виде его, то он крайне изумился.

– Мисс Гретна! – воскликнул он. – Каким ветром вас сюда занесло?

Его изумление дало Гретне время собраться. Она не ожидала, что Роксхолл окажется здесь лично, хотя знала, что похитили ее по его приказу.

– Я могу задать вам тот же вопрос, милорд. Как вы осмелились привезти меня сюда таким образом?

– Но… вы… вас не должно быть на яхте, – пробормотал лорд Роксхолл. – Они доставили вас?

– Да, милорд, – ответила Гретна, – вместо госпожи Фитцгерберт.

– Это ошибка, абсурд, – не верил Роксхолл. – Как вы оказались на ее месте?

– У меня не было выбора, – объяснила Гретна. – Когда ваши помощники набросили на меня одеяло и запихнули в карету, они решили, что я – госпожа Фитцгерберт, так как я собралась пойти к его королевскому высочеству и объяснить, что Мария спит и я не могу разбудить ее.

– Гром и молния! – выругался лорд. – Никто не мог ожидать подобного.

– Никто не ожидал, что вы, милорд, кого считают благородным джентльменом, осмелитесь вести себя подобным образом с кем-либо, особенно если этого кого-то любит его королевское высочество принц Уэльский.

– Это невозможно! Как я мог представить, что эти головорезы могут так перепутать мои инструкции? – Лорд Роксхолл зашагал взад-вперед по каюте.

– Ну, раз они поступили так, могу предположить, что вы остановите яхту и немедленно вернете меня в Брайтхелмстоун, – произнесла Гретна.

Лорд Роксхолл застыл и посмотрел на нее.

– Это невозможно! – воскликнул он.

Она содрогнулась от этих слов, но в ее глазах страх не отразился.

– Что вы имеете в виду?

– Я имею в виду, – резко ответил он, – что у вас нет обратной дороги, моя девочка. Вы оказались здесь вместо госпожи Фитцгерберт, поэтому вам придется остаться. Как я могу вернуть вас и позволить болтать о случившемся? У меня нет желания потерять положение в обществе.

– Какое бы положение вы ни занимали, – возразила Гретна, – я обещаю вам, что все произошедшее останется между нами. Мне просто стыдно, что кто-то вашего положения мог так низко пасть, что решил выполнить слово, данное в пьяном состоянии.

Брови Роксхолла поползли вверх.

– Значит, вы знаете об этом, да?

– Я слышала, милорд, как вы говорили об этом в Карлтон-Хаусе.

– Слышали! Вы говорили кому-нибудь об этом?

– Нет, – быстро ответила Гретна. – Я не хотела бы опускаться так низко и связываться с подобными вещами.

Произнеся это, она увидела облегчение на его лице и поняла, что совершила ошибку. Но уже было слишком поздно.

– Значит, никто не знает, да? – сладко произнес он.

Гретна увидела, что к нему вернулась уверенность. Теперь он вел себя иначе, чем вначале.

– Возможно, – нежно произнес Роксхолл, – я не такой неудачник, как подумал. – Госпожи Фитцгерберт нет на борту, но зато здесь вы, маленькая Гретна, которая была так неласкова со мной до сих пор.

Гретна поднялась с кровати.

– Милорд, давайте прекратим эту словесную перепалку. Прикажите капитану немедленно повернуть к берегу. Даю вам слово чести, что никогда не скажу о том, что случилось этой ночью.

– А я не окажусь дураком, поверив вашему слову? – сказал Роксхолл. – Вы правда думаете, что я так легко откажусь от своей победы?

– Милорд, я приказываю вам сделать так, как я сказала, – с дрожью в голосе произнесла Гретна.

В ответ лорд Роксхолл распахнул свою темную накидку, под которой оказался бархатный плащ с расшитым воротником и украшенными сапфирами и бриллиантами пуговицами. Видимо, он пришел на яхту прямо с какого-то светского приема, возможно, из театра или с обеда. И все поклянутся, что видели его там. Гретна наблюдала за ним. Лорд снял свою накидку, потом повернулся к ней с улыбкой на чувственных губах.

– Мы отправимся вместе в небольшое путешествие, дорогая, – сказал он. – Давайте насладимся друг другом. Завтра или, может, послезавтра обнаружится, что мы оба исчезли. Что скажут люди? Что вы наконец уступили под моим натиском.

– Я никуда не поеду с вами, милорд, – закричала Гретна.

– У вас нет выбора, – нежно ответил он. – Вы пришли сюда без приглашения, но ничто, уверяю вас, не доставило бы мне большего удовольствия. – Все это время его глаза пожирали ее, изучали каждую деталь ее испуганного лица, вздымающуюся грудь.

– Вы не можете… думать об этом, милорд, – пробормотала Гретна. – Вы знаете, как я ненавижу и презираю вас. Я дала слово, что не раскрою ваше предательство. Не мучайте меня больше, давайте… вернемся.

– Я не мучаю вас, – ответил Роксхолл. – Я говорю вам, что мы будем делать. Медовый месяц, малышка Гретна! Медовый месяц, о котором вы никогда и не мечтали. Но нам не нужен священник, вам и мне. Официальные узы станут помехой, когда любовь перестанет нас интересовать и мы захотим избавиться друг от друга.

– Я не вышла бы… замуж за вас, даже если бы вы, стоя на коленях, просили меня об этом, – выпалила Гретна.

– А я не собираюсь жениться на вас, – ухмыльнулся он. – Но, как я уже говорил вам до этого, мне доставляет удовольствие видеть вас в ярости. Когда ваши глаза горят, вы красивее, чем обычно.

Он не прикоснулся к ней, но его уверенность и то, как он смотрел на нее, заставляли Гретну чувствовать себя так, словно его большие руки и толстые губы обследовали все ее тело. Она вскрикнула от ужаса, отвернулась от него, в панике оглядывая каюту.

– Я не могу… бежать от вас, милорд, – отчаянно произнесла девушка. – Я знаю это. Поэтому должна просить вас, если в вас есть хоть капля порядочности, отвезите меня назад. Я… прошу вас сделать это, будьте… милосердны.

Роксхолл рассмеялся.

– Значит, теперь вы просите меня, – заметил он. – Это в самом деле другой тон. Вы будете упрашивать меня еще сильнее, малышка Гретна, прежде чем я покончу с вами. Думаю, я получу огромное удовольствие от… нашего медового месяца.

– Вы не можете, не можете! – кричала Гретна. – Я прошу вас, милорд, послушайте меня. Вы не можете сделать такую вещь. Отпустите меня… и я буду благодарна вам всю оставшуюся жизнь.