Текст книги "Извращенный союз (ЛП)"

Автор книги: Айви Дэвис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)

– Нет, это не так. Потому что ты упустил одну вещь.

– Какую? – Он достает из шкафа коробку и полиэтиленовую пленку и начинает заворачивать голову, как будто это пустяк.

– Я не хочу выходить за тебя замуж.

Он фыркает. – Мило. – Он кладет тряпку в коробку, а затем берет лед из морозилки и высыпает немного внутрь, прежде чем положить голову в коробку. – Но это мой план, и мы его реализуем.

– Ты сказал, что не заставишь меня спать с тобой.

– И я не буду. Я просто заставляю тебя выйти за меня замуж. – Он подмигивает мне и нагло ухмыляется, заклеивая коробку скотчем. – Вот и все. Готово. – Он делает паузу. – О, черт. Я забыл одну вещь. Мне нужно сделать приглашение на свадьбу, чтобы отправить ему. Подожди. Мне нужно это записать. – Он оглядывает кухню, проверяя ящики и шкафы.

Я фыркнула. – Что ты ищешь?

– Ручка и блокнот. Мне нужно записать, что я хочу, чтобы было написано в свадебных приглашениях, пока я не забыл. – Он открывает ящик и достает ручку и блокнот. – Ага. Вот оно.

Я выхватываю у него ручку, прежде чем он успевает что-то написать. – Я знаю, что должно быть написано в свадебных приглашениях.

– Вперед, продолжать.

Я пишу, потом показываю ему. В блокноте написано. – Пошел ты прямо в недра ада.

Виктор усмехается. – Ты смешная, Джемма. Тебе кто-нибудь когда-нибудь это говорил? – Он выхватывает у меня блокнот и ручку и начинает писать на новой странице.

– Да. Моя мать. Но она всегда говорила это с упреком.

– Ну и ну. Иногда матери могут быть занозой в заднице.

– Ну, ты убил свою, так что я предполагаю, что она была.

Он ухмыляется, пока пишет.

Я отворачиваюсь от него, осматриваю залитую кровью кухню, разглядываю разбросанные повсюду трупы. Я никогда раньше не сталкивалась с мертвым телом. Это так же отвратительно и вызывает рвоту, как я и предполагала.

Ящик, из которого Виктор взял ручку и блокнот, все еще открыт. Заглянув внутрь, я замечаю ножницы. Он не смотрит на меня. Он слишком занят тем, что пишет наши свадебные приглашения.

Я хватаю ножницы без колебаний и засовываю их в бюстгальтер. Слава богу, ножницы достаточно маленькие, чтобы влезть.

Виктор заканчивает писать размашистым жестом и поворачивается ко мне. – Вот. Как звучит?

Я прочитала его слова вслух. – Вы сердечно приглашены на свадьбу Виктора Левина и Джеммы Моретти 17 июля в шесть вечера. Приносите с собой веселье, но не приносите оружие. – Я уставилась на него. – Серьезно? И почему 17 июля? Это через неделю!

– Я знаю. – Он выхватывает блокнот обратно. – Лучше пожениться, прежде чем кто-то сможет нас остановить.

– Я остановлю нас.

Он стучит пальцем по моему носу. – О, Джемма. Ты мне нравишься.

Я морщу нос от отвращения. – Я серьезно. Я не выйду за тебя замуж. Мне не нравилось, когда моя мать заставила меня выйти за кого-то замуж, и мне не нравится, что ты это делаешь. Еще меньше.

– Почему?

– Потому что ты психопат! – говорю я, шлепая его по руке.

– Но милый психопат. Ты не можешь этого отрицать. – Он дарит мне обезоруживающую улыбку, которая при других обстоятельствах заставила бы меня покраснеть, но сейчас мне хочется дать ему пощечину.

– Я. Не. Выйду. Замуж.

– Да, выйдешь. Это часть моего плана, а я не люблю отступать от своих планов.

– Ты – само определение непредсказуемости. Я думаю, ты не против отступать от своих планов. И, кроме того, ты придумал этот план только вчера вечером. Он не может быть настолько тщательным. Ты можешь изменить его, если хочешь.

Он пожимает плечами. – Но я не хочу.

Я ворчу, теряя терпение. – Виктор...

– Джемма, – повторяет он, насмехаясь над моим серьезным тоном.

Я снова шлепаю его, что только заставляет его смеяться. – Я хочу свободы. Я не хочу быть связана с тобой навечно супружеством.

– Но если я просто отпущу тебя, ты же знаешь, что Марко вернет тебя к твоей маме и... Франко. А это, судя по выражению твоего лица, последнее, чего ты хочешь. У тебя есть два варианта. Вариант А. Ты выходишь замуж за того, кого выберет твоя мама, и живешь как домохозяйка. Вариант Б. Ты выходишь за меня, и я даю тебе жизнь, полную волнений. – Он делает паузу. – Или есть вариант С, который подразумевает, что ты пытаешься сбежать и терпишь неудачу, но все равно выходишь за меня замуж.

– Я выбираю вариант C.

Он моргает. – Тебе следует выбрать вариант Б.

– Но вариант С дает мне шанс сбежать. Так что я рискну. – Я прохожу мимо него, но он хватает меня за запястье, останавливая.

– Джемма, дорогая, свет моей жизни. – Я хмурюсь, заставляя его смеяться. – Мы поженимся. Это лучший вариант для нас обоих. Поверь мне.

– Я тебе не доверяю.

Он чешет лицо. – Ну, это затруднительное положение, не так ли?

– Или отпусти меня, или нет. В любом случае, последнее, что я сделаю в своей жизни, это выйду замуж за кого-либо. И это касается тебя, красавчик.

Он загорается. – Ты думаешь, я симпатичный?

Я вздыхаю. – Убери эти тела. Они и так уже все провоняли. – Я пытаюсь быть храброй, но вид всех этих мертвецов на самом деле действительно пугает меня. – Я буду в своей комнате. Одна. Потому что это лучше, чем быть рядом с тобой. – Я выхожу из кухни.

Виктор кричит. – Наша свадьба через неделю. Дата назначена!

Я иду быстрее, переступая через тело парня с оторванной половиной лица. – И избавься от этих тел! – кричу я в ответ, оставляя за собой последнее слово.

With love, Mafia World

ГЛАВА 7

Виктор входит в мою комнату, неся стопку свадебных платьев. Значит он действительно говорил всерьез. Мы женимся.

Я не позволю этому случиться.

Когда Виктор подходит, я готова. Я держу ножницы, которые я схватила ранее, спрятанные под одеялом. Виктор подмигивает мне, когда кладет платья на кровать. – Посмотри на них и реши, какое тебе нравится.

Я кричу, тыча ножницами ему в лицо. Виктор отбрасывает мою руку назад, отправляя ножницы в полет по полу. Я бросаюсь за ними, но Виктор хватает меня за талию, оттягивая назад. Я пинаю и царапаю его, умудряясь нанести хороший удар по голени. Он отпускает меня, и я хватаю ножницы, держа их перед собой.

Виктор смотрит на меня так, будто я муха, мелкое неудобство, а не реальная угроза. – Что ты собираешься с ними делать?

– Пронзить тебя ими. – Я дергаюсь вперед, направив ножницы в его сторону.

Виктор вздыхает. – Ты только поранишься ими.

– Я собираюсь сделать тебе больно ими. – Сделав выпад, я вхожу в контакт, порезав его руку. Виктор просто смеется и хватает мое запястье, крепко сжимая и выкручивая. Я отпускаю их, ахнув. Он смотрит на порез на руке; это всего лишь царапина. Отлично.

– Джемма, Джемма, Джемма. – Он берет ножницы и возвращает их мне. – Ты не можешь причинить мне боль.

Я смотрю на ножницы. – Зачем тебе их возвращать?

– Потому что, как я только что сказал, ты. Не. Можешь. Причинить. Мне боль.

Я ворчу, вырывая у него ножницы. – Почему? Потому что ты большой, сильный, крепкий парень?

– Нет. Потому что я просто сумасшедший. – Он подходит к платьям. – Теперь выби одно.

Я крепко сжимаю ножницы в руке, приближаясь к нему. – Я собираюсь ударить тебя этими.

– Ты уже пробовала и потерпела неудачу. Ты можешь попробовать еще раз, но это не сработает.

Я провожу ножницами по его лицу, но он лишь вздыхает и бьет меня по руке, даже не глядя на меня. Черт. – Фу. – Я топаю ногой.

Виктор приподнимает бровь. – Ты что, только что топнула ногой?

– Нет, – ворчу я, скрещивая руки.

– Ты это сделала! Я тебя видел. Знаешь, Джемма, устраивать истерику – это нехорошо. – Он делает паузу. – О, кого я обманываю. Я люблю хорошую истерику! Забавно видеть, как люди все время выглядят такими же сумасшедшими, как я.

– Я не такая же сумасшедшая, как ты.

– Может и нет. Но у тебя свой собственный тип сумасшествия. – Он подмигивает. – И мне это нравится.

Я показываю ножницами на платья. – Я не буду выбирать платье, потому что мы не собираемся жениться.

– Джемма. – Он кладет свои руки мне на плечи. Стоя так близко ко мне, я могу думать только о нашем вчерашнем поцелуе. Он был грубым, диким и немного пугающим, но я не могу выкинуть его из головы. – Мы женимся. Это лучший способ для меня заключить сделку с твоей семьей.

– Для тебя все дело в власти?

– Довольно. – Он похлопывает меня по рукам. – Теперь выбирай платье.

Я вздыхаю, но из любопытства разглядываю их. Платье сверху в стиле русалки. Без рукавов и чистого белого цвета, оно элегантное и сексуальное.

Я ненавижу его еще и потому, что я его как бы люблю.

– Следующее.

Виктор усмехается, показывая мне следующее. Это воплощение принцессы, все в оборках и кружевах.

Я морщу нос. – Следующее.

Следующее платье имеет длинные кружевные рукава и вырезной лиф с струящейся юбкой.

– Следующее.

– Детка, я действительно подумал, что это хороший выбор.

Я бросаю на него взгляд. – Я же сказала "следующее", верно?

Он улыбается, его глаза темнеют. – Да, мэм. – Он показывает мне последнее платье в куче. Оно симпатичнее всех остальных, с пышными рукавами и вырезом в форме сердечка.

– Я похожа на человека, живущего в 80-х? Дальше.

Виктор пожимает плечами, его руки хлопают по бокам. – Больше нет. Это все. Я имею в виду, я могу достать еще, но у меня есть подлое предчувствие, что какое бы платье я тебе ни принес, оно тебе не понравится.

– Что навело тебя на эту идею?

Он указывает мне в лицо. – Ты… невыносима. Но это нормально. Потому что я хочу, чтобы ты была моей невестой. Конец истории. Теперь выбирай платье.

Я быстро окидываю взглядом четыре платья, прежде чем указать на платье принцессы.

Брови Виктора чуть не подпрыгнули до линии роста волос. – Правда? Это? А. Никогда бы не догадался. Я был уверен, что ты выберешь то, что сверху. – Потому что то, что лежит сверху, просто оказалось моим любимым. Как он это понял? – Но ладно. Вот. – Он с размаху поднимает платье и вручает его мне.

Встретившись с ним взглядом, я поднимаю ножницы и разрезаю платье, разрывая его прямо посередине. Затем я продолжаю рвать его, пока не останется ничего, кроме свободно сложенных вместе лоскутов. Виктор смотрит на меня широко раскрытыми глазами. Когда я заканчиваю, я отступаю, кивая на свою работу.

– Намного лучше, не правда ли?

Виктор устраивает большое представление, глядя на платье, а затем снова на меня. – Хм. Ладно, тогда. – Он бросает платье на землю. – Тогда не это.

Я указываю на третье платье, и он поднимает его для меня. Я поднимаю руку, чтобы порезать его, когда он убирает его из зоны моей досягаемости.

– Подожди минутку, миссис Убийца Платьев, я заплатил хорошие деньги за эти платья и надеялся вернуть те, которые тебе не нужны. Так что, может, воздержишься от того, чтобы выбрасывать их все.

– Нет. – Я выхватываю у него платье и набрасываюсь на него, разрывая, кромсая и разрезая. Когда я заканчиваю с платьем, я переключаю внимание на то, что с рукавами-фонариками, и начинаю рвать его на части, словно я дикое животное.

Виктор трёт лицо рукой. – Боже мой. А я-то думал, что я плохой. Что тебе сделали эти платья?

– Это твоя вина, – задыхаюсь я, разрезая ткань ножницами. Меня окружают кружевные белые лоскуты. – Когда ты сказал, что нам следует пожениться. Я не из тех, кто выходит замуж, Виктор. Я не хочу, чтобы мужчина контролировал меня всю оставшуюся жизнь. Это для меня как пытка. – Я несколько раз протыкаю платье, пока Виктор смотрит на меня широко открытыми глазами.

Когда я иду за платьем, которое тайно люблю, Виктор останавливает меня. – Подожди секунду. Если ты порвешь это платье, у тебя не будет свадебного платья.

– В этом и заключается идея.

– Я бы также хотел, – говорит он, останавливая меня от того, чтобы я не опустила ножницы, – сказать тебе, что если ты не выберешь платье, у тебя есть два варианта. Ты можешь надеть одно из этих трех, которые ты полностью разорвала в клочья, или можешь пойти голой. Выбор за тобой. Но если ты сохранишь платье в своих руках, ты сможешь надеть его и почувствовать себя прекрасной невестой в день нашей свадьбы.

Я останавливаюсь, обдумывая его слова. Затем. – Я в порядке. – Я поднимаю ножницы, но Виктор выхватывает их, прежде чем я успеваю нанести какой-либо вред.

– Джемма, ты действительно хочешь прийти в церковь на нашу свадьбу голой? Потому что ты знаешь, что я сделаю так, чтобы это произошло.

Он серьёзно. Виктор не стесняется меня смущать.

Я смотрю на великолепное платье в своих руках. Мне не хочется его портить.

С раздражением я бросаю ему платье. – Ладно. Я надену это.

– Быть готовой к сотрудничеству. Мне это нравится.

Я такая только потому, что не собираюсь выходить замуж за Виктора. Я планирую сбежать. Как? Понятия не имею, но надо попробовать.

Виктор осторожно опускает платье, прежде чем повернуться ко мне. – Теперь, когда все решено. – Он хватает меня за талию и притягивает к себе. Я задыхаюсь, мои руки висят по бокам, ножницы падают на пол. Виктор ухмыляется, прежде чем поцеловать меня. И как и прежде, это грубо, Виктор доминирует над моим ртом. Я кусаю его губу до крови, но это не останавливает его. Наоборот, это подстрекает его еще больше.

Он рычит, толкая меня обратно на кровать. Я приземляюсь с подпрыгиванием. Взгляд, который он на меня бросает, заставляет меня дрожать. Виктор наваливается на меня сверху, целуя меня так, как будто он не касается моих губ. Я обхватываю руками его плечи, чтобы оттолкнуть, но обнаруживаю, что притягиваю его ближе.

Обрывки разорванных платьев подо мной и кружева впиваются в кожу. Мне все равно. Все, о чем я могу думать, это губы Виктора на моих, его тело, прижатое к моему. Он раздвигает мои ноги и устраивается между моих бедер. Я никогда не делала этого ни с кем раньше. Я думала об этом, когда тайком выбиралась в клубы, но никогда не делала этого. Думаю, в глубине души я знала, что у меня уже будут проблемы за то, что я сбежала. Мне не нужно было иметь проблемы еще и из-за потери девственности.

Низ моего черного платья задирается на бедрах, заставляя меня чувствовать себя более уязвимой, чем когда-либо, даже когда Виктор увидел меня полностью голой. Виктор сжимает мои бедра. Я задыхаюсь у его губ, когда он целует меня сильнее. Когда он проводит пальцами по внутренней стороне моего бедра, я чувствую, что могу сойти с ума. Его прикосновение задерживается на моем нижнем белье, так близко и в то же время так далеко от того, что мне нужно. Боже, готова ли я к этому? Все происходит так быстро.

Виктор поднимает голову, чтобы встретиться со мной взглядом. – С тех пор, как мы впервые встретились, я не думал ни о чем другом, кроме как о том, чтобы потрогать твою киску.

Пульсация проходит через мое нутро, и я двигаю бедрами, чтобы облегчить ее. – Если ты собираешься коснуться меня… коснись меня. – Я даже не могу поверить, что сказала это. Но мое тело словно в огне, и мне нужно, чтобы он облил меня водой.

Глаза Виктора темнеют, когда он прижимает пальцы к моей киске. Мои губы раскрываются, когда удовольствие разрывает мое тело. Виктор начинает тереть мое нижнее белье, прижимая ткань к моей коже. Я не могу поверить, что это происходит. Я не могу поверить, что меня трогает… там... психопат-убийца. И все же это происходит, и это потрясающе.

Мои ноги раздвигаются больше, словно ими управляет марионетка. Кажется, я не могу это остановить. Пальцы Виктора скользят под мои трусики, касаясь моей кожи. Это даже лучше. Он проводит пальцами по моим складкам, а его большой палец нажимает на мой комок нервов. О, боже…

Моя голова откидывается назад, а глаза закрываются от нахлынувшего на меня блаженства. Почему я никогда не делала этого раньше? Это электричество, огонь, страсть и все хорошее в мире. Мое дыхание становится быстрее, когда Виктор сильнее трет меня пальцами. Его дыхание смешивается с моим, когда он смотрит на меня сверху вниз, на его лице удивление.

Когда он щелкает по моему клитору, я задыхаюсь, выгибаю спину и мгновенно кончаю. Я никогда не испытывала такого внезапного оргазма. Когда бы я ни прикасалась к себе, мне всегда требовалось некоторое время, чтобы достичь этого, но с Виктором мне потребовалось всего несколько минут.

Виктор прижимает свои окровавленные губы к моим, и я снова кусаю их, выдавливая еще больше крови. Он держит руку на моей киске, пока его другая рука нежно обхватывает мое горло. Он сжимает слабо, но этого достаточно, чтобы я почувствовала опасность, стоящую за этим.

Наконец, он отстраняется от меня, глядя на меня сверху вниз, словно он может съесть меня заживо. Не думаю, что я бы его остановила. Он поправляет выпуклость на своих брюках, и уверенность наполняет меня, зная, что я могу вызвать у него такую реакцию. – О, да. Мы поженимся, все в порядке. – Он подбирает платье и выходит из комнаты, насвистывая на ходу.

Я сжимаю ноги и смотрю в потолок, удивляясь, как все это только что произошло. Мое тело опускается с высоты моего оргазма. Я не думаю, что я когда-либо чувствовала себя такой расслабленной и встревоженной одновременно.

Виктор настолько уверен, что мы поженимся, что я боюсь, что не смогу его остановить.

Я переворачиваюсь на бок и сжимаю ноги вместе. Мое тело все еще кажется напряженным. Я помню, как я пошла к маме за советом по сексу, потому что только что открыла для себя мастурбацию. Мне было четырнадцать, и мне словно открылся весь мир. Но у меня были вопросы.

– Мама? – спросила я, обнаружив ее в гостиной, красящей ногти на ногах. Эмилия была на кухне, помогая нашим братьям и сестрам с домашним заданием. Ей никогда не приходилось помогать мне с моим, потому что я и так редко делала домашнее задание. Папа был на работе, как обычно. Это было до Франко, и жизнь, в общем, была хороша.

– Что случилось, Джемма? – спрашивает она, и ее тон говорит о том, что она уже ожидает драки.

– Каков секс?

Она резко подняла голову, чтобы посмотреть на меня. Из кухни Антонио рассмеялся, издавая звуки поцелуя. – Джемма спрашивала о сексе! – поддразнил он. В десять лет он был слишком незрелым. Эмилия шикнула на него и сказала ему вернуться к своей математике.

Мама встала и оттащила меня от кухни, чтобы мои младшие братья и сестры ничего не услышали. – Почему ты спрашиваешь меня об этом? Тебе всего четырнадцать. Тебе не нужно знать, что такое секс.

– Я знаю, что так ты делаешь детей, мама. У меня есть интернет, и девочки в школе разговаривают. Я просто спрашиваю, весело ли заниматься сексом. Вот и все.

Ее лицо покраснело, и она выглядела так, будто хотела быть где угодно, только не в этом разговоре. – Джемма, тебе не нужно об этом беспокоиться. Секс – это то, о чем тебе даже не нужно думать. Ты слишком молода.

– Я знаю, что у вас с папой его много.

– Джемма! – Она выглядела испуганной.

– Что? У тебя шестеро детей. У тебя было много секса, мама. Вот почему я иду к тебе с этим. Просто скажи мне, чего мне ожидать, когда придет мое время.

Она указала пальцем мне прямо в лицо. – Твое время не скоро придет. Это все, что тебе нужно знать. А теперь иди помоги своим братьям и сестрам с домашним заданием.

– Почему я? Ты же мама.

– Мне нужен перерыв. Эмилия помогает им, и я знаю, что ей нужна помощь, так что... – Она кивнула на свой лак для ногтей. – Я вернусь к этому.

Я проворчала и пошла на кухню, села рядом с Эмилией, которая помогала Мии с письмами. Ей было шестнадцать, и я думала, что она такая классная. Самый зрелый человек, которого я когда-либо встречала, иногда даже более зрелый, чем мама.

– Ты можешь верить маме? – тихо сказала я Эмилии. – Она даже ничего мне не объяснила.

– Ты удивлена? Она никогда не объясняет. – Она улыбнулась Мии, которая была самой милой шестилетней девочкой в то время. – Вот как пишется слово “собака”. “СОБАКА”. Понятно?

Миа кивнула и попыталась написать слово сама, хотя почерк у нее был неряшливый и практически неразборчивый.

Я посмотрела на Эмилию с большим интересом. – У тебя есть какие-нибудь советы по сексу?

Антонио хихикнул, когда Сесилия сказала. – Тебе не следует произносить это слово.

Я скорчила ей рожу. – Какое слово? Секс?

Она вздрогнула и вернулась к домашнему заданию. Франческа даже не оторвала взгляд от книги.

Эмилия вздохнула. – Джемма, ну же. Ты же знаешь, я знаю не больше, чем ты. Когда я выйду замуж, я испытаю это, и ты тоже. Тогда ты узнаешь, является ли секс развлечением или нет.

Я вздохнула, откинувшись на сиденье и откинув голову назад. – Но это звучит жалко. Почему я должна ждать, пока выйду замуж? Я не выйду замуж, пока не состарюсь!

– Как ты думаешь, когда это будет? – Эмилия даже не взглянула на меня, помогая Мие написать слово "собака" более подходящим почерком.

– Как-как… в двадцать! Я буду древней.

Эмилия рассмеялась и бросила в меня клочком бумаги. – Просто перестань жаловаться и делай свою домашнюю работу. Или, если не сделаешь, тебе придется помочь Антонио с его. – Антонио одарил меня злобной ухмылкой, громко хихикая. Антонио был известен своей плохой работой по математике.

Я фыркнул. – Ладно. Я сделаю свое. – Эмилия была единственным человеком, которая могла убедить меня в обратном.

Я улыбаюсь воспоминаниям. Жизнь тогда была намного проще. Только мои братья и сестры, мы валяли дурака, делали домашнюю работу, ночевали у друзей, отчаянно хотели конфет. Единственное, о чем я беспокоилась, так это о том, что будет на моем следующем экзамене. Я никогда не думала, что мне придется беспокоиться о том, что меня принудят выйти замуж за гребаного психопата.

И я определенно не думала, что у меня возникнут чувства к этому психопату. Потому что это правда. Виктор меня заводит. Я ненавижу это, но это то, что я чувствую.

Я не уверена, как я переживу все это.

With love, Mafia World