355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Айрис Джоансен » Авантюристка » Текст книги (страница 8)
Авантюристка
  • Текст добавлен: 9 сентября 2016, 19:03

Текст книги "Авантюристка"


Автор книги: Айрис Джоансен



сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 9 страниц)

На миг она почувствовала себя ужасно одинокой и покинутой, но тут Сидни сжала ей руку, и все снова пришло в норму.

Открыв глаза, Мэнди улыбнулась сквозь слезы.

– Эй, разве я вам не говорила, что нужно только не отступать и мы в конце концов найдем свой волшебный остров? В прошлый раз вы обе слишком быстро отступили.

– А сейчас ты не слишком быстро отступаешь? – испытующе взглянув на нее, спросила Эдди.

Этот вопрос застал Мэнди врасплох.

– Я… я не знаю, – помолчав, ответила она. Неужели она снова убегает от неприятностей? Неужели она действительно готова потерять то, что ей дороже всего? – Мне нужно об этом подумать.

– Это было бы неплохо, – насмешливо улыбнулась Сидни. – Часто люди совсем не анализируют свои поступки, Мэнди. Мэнди улыбнулась ей в ответ.

– Что ж, поживем – увидим. – Она крепче сжала руку сестры. – Вы мне поможете?

Ей никто не ответил. Слова были не нужны. Мэнди и так знала, что сестры всегда придут ей на помощь, если потребуется. Они ведь одна команда – Делани из Киллару. Где бы они ни были, их всегда будет связывать прочная нить.

Золотистые тени все сгущались, а три сестры молча сидели, собираясь с силами перед предстоящим испытанием.

– Она укусила меня за задницу! – раздраженно прошипел Брент.

– Тс-с! Вы что, хотите разбудить весь лагерь? – Мэнди отчаянно пыталась подавить смех. – Мы должны вывести верблюдов из загона, пока дрессировщик не проснулся.

– Но она укусила меня за задницу! Я на секунду повернулся к ней спиной, а она… – Брент с осуждением посмотрел на Эдди, которая в этот момент деловито седлала четвертого верблюда. – Вы обещали меня защитить.

– Я с ней поговорю, как только закончу, – стараясь успокоить его, сказала Эдди. – Наверно, она просто нервничает из-за присутствия незнакомых людей.

– Незнакомых? – возмутился Брент. – Меня она как раз прекрасно знает. Она уже всего меня искусала!

– Это потому, что вы такой сладкий, дружище. – Деннис вскарабкался на спину вставшему на колени верблюду. – Как вы можете заметить, на меня они почему-то не нападают.

– Он, вероятно, считает вас тоже верблюдом, – язвительно заметил Брент. – Вы такой же бесчувственный. – Он придвинулся к стоявшему перед ним животному. – Вы только посмотрите на нее – она же насмехается надо мной! Она так и ждет, когда я залезу ей на спину, чтобы унести меня в пустыню, где я окажусь в ее власти.

Мэнди неловко прислонилась к деревянномустолбу, плечи ее беспомощно тряслись от смеха. Тщательно спланированное нападение на глазах превращалось в фарс.

– Нам пора, – наконец выдохнула она. – Скоро уже рассветет. Эдди, ради бога, сделай что-нибудь с этим животным, чтобы мы могли отсюда выбраться.

Подойдя к стоявшей на коленях верблюдице, Эдди положила руку ей на голову и начала нежно поглаживать.

– Она будет хорошо себя вести. Она ведь вас любит, Брент. У верблюдов иногда бывает сложный характер. – Взгляд верблюдицы сделался мягким и задумчивым, она доверчиво уткнулась носом в грудь Эдди.

– Будь я проклят! – ахнул Брент. – Вы же ее прямо загипнотизировали! Подержите ее пока в этом состоянии. – Он бросился вперед и вскочил в седло. – А теперь скажите ей, что я настоящий сын пустыни, и если она попытается укусить меня, то…

–  – Давайте же, Брент! – нетерпеливо прервал его Деннис. – Хватит разговоров. Пора начинать наше шоу.

– Я уже принял меры, – ответил Брент. – Ночью я установил дымовые шашки и взрыв-пакеты, которые должны сработать, – он посмотрел на часы, – ровно через шесть минут. Я сделал больше вас, Деннис.

– Я нейтрализовал охранников в гостинице, – воинственным тоном заявил Деннис. – Посмотрел бы я, как бы вы справились с этой задачей!

– Как ты смог это сделать, Деннис? – спросила Мэнди. – Я очень беспокоилась о том, как нам удастся выскользнуть из гостиницы.

Деннис поправил поводья. – Я кое-что подмешал им в кофе, который принес посыльный, а потом оттащил спящих красавцев на склад с бельем. Эдди наконец отпустила верблюдицу.

– Не думаю, что она доставит вам какие-то неприятности. Но на всякий случай держитесь ко мне поближе.

– Не беспокойтесь, – мрачно сказал Брент. – Я не собираюсь оставаться с ней один на один.

– У вас все в порядке, Джакто? – спросила Эдди, повернувшись, чтобы залезть на своего верблюда.

Кивнув, Джакто дотронулся до своего верблюда, и тот покорно опустился к его ногам.

– Мы понимаем друг друга.

– Мне пора, – сказала Мэнди. – Сидни сейчас должна отвлечь внимание охранников от рудника.

– Удачи тебе, сестра, – тихо сказала Эдди.

Приветственно подняв руку, Мэнди поспешила прочь.

Удача ей сейчас очень даже потребуется, с беспокойством думала она. Согласованность действий – это главное. Что бы ни предприняла Сидни, чтобы отвлечь охранников от шахты, это ненадолго. Несмотря на все шумовые эффекты, Роман почти сразу поймет, что происходит, и поспешит к руднику. У нее будет самое большее десять минут на то, чтобы найти опал. А когда она его найдет, уже неважно, поймают ее или нет. Если нужно, можно будет отдать камень Эдди или Сидни, а самой дожидаться затеянного Романом дурацкого расследования.

Уже почти рассвело, и Мэнди ускорила шаг. В лагере как будто никого не было – значит, Сидни выполнила свою задачу. Пробежав последние несколько шагов, Мэнди схватила фонарь и поспешно его зажгла. Схватив ящик с инструментами, она бросилась было бежать, но тут же остановилась, вернулась назад и принялась обшаривать свой рюкзак в поисках медальона. Это не помешает, подумала она, надевая его на шею. Сделанный из серебра и бирюзы медальон, который когда-то принадлежал Миньон, всегда символизировал для семьи Делани удачу.

Снова подхватив инструменты, Мэнди побежала к входу в штольню. В этот момент раздался первый взрыв. Скользнув взглядом в сторону лагеря киношников, Мэнди увидела поднимавшиеся к небу большие столбы белого дыма. Раздался еще один взрыв, и серое утреннее небо озарилось на горизонте оранжевыми отблесками.

Усмехнувшись, Мэнди по металлической лестнице принялась спускаться вниз. Брент, с его пристрастием к драматическим эффектам, хорошо справился со своей задачей.

Лестница сегодня казалась длиннее, чем обычно. Достигнув дна, Мэнди закашлялась, вдохнув насыщенный мелкой пылью воздух. Свет фонаря отбрасывал на стены причудливые тени. Сначала, когда Мэнди только начинала свои поиски, она чувствовала себя неуютно в узких тоннелях, но скоро привыкла и уже не обращала на это внимания. Шахта Чарли была теперь ей так же хорошо знакома, как и ее собственная спальня в Киллару.

Достигнув бокового тоннеля, Мэнди внезапно запаниковала. А что, если она ошибается? Нет, ошибки быть не может, тут же заверила она себя. В своем письме Чарли обязательно должен был сообщить Миньон, где спрятал опал. Конечно, он боялся, что его письмо может попасть в чужие руки, и мог позволить себе только намек. Сумка в сумке. Но вторая сумка – это вовсе не то, о чем Мэнди сначала подумала. По крайней мере, она отчаянно надеялась на это.

Подняв повыше фонарь, она принялась изучать рисунки, проступавшие на неровных грязно-коричневых стенах тоннеля. Вомбат, опоссум, кенгуру. Какой же из них? Все они относятся к сумчатым.

– Кто же, Чарли? У меня мало времени, – пробормотала Мэнди.

Большие черные глаза зверей пристально смотрели на нее со стен. И ждали решения.

Это кенгуру, вдруг со странной уверенностью решила Мэнди, и быстро двинулась к последнему из рисунков.

Кенгуру был изображен сидя, его передние лапы по сравнению с массивной нижней частью казались слабыми и беспомощными. Умелыми мазками своей кисти Чарли прекрасно передал образ животного. Контуры тела были прорисованы черным цветом, а благодаря естественной коричневой окраске стен Чарли оставалось только наложить тени там, где требовалось изобразить мех, или мышцы, или… вот оно! Тени! Как она раньше не догадалась? Там, где у кенгуру находилась сумка, тени на рисунке сгущались.

Трясущимися руками Мэнди поставила на землю фонарь и инструменты.

– Ну пожалуйста, Чарли! – взмолилась она, подступая ближе к стене. Кончиками пальцев Мэнди осторожно соскребла краску с самого края сумки – там, где рисунок заканчивался. Открылась мягкая ноздреватая поверхность – какой-то закрашенный сверху заполнитель. Быстро открыв ящик с инструментами, Мэнди вытащила напильник и вонзила его в стену. Напильник вошел в заполнитель, как нож в масло. Держа инструмент обеими руками, Мэнди принялась осторожно вскрывать края ниши. Через несколько минут дело было сделано, и Мэнди уронила инструмент на землю.

Судорожно вздохнув, она засунула руки в отверстия, сделанные по краям изображения, и мягко потянула стенку на себя. Ничего не получилось. Мэнди потянула сильнее, и кусок стены, на котором была нарисована сумка кенгуру, оказался у нее в руках. Опустив его на пол, Мэнди устремила взгляд в темноту.

Она была там – большая кожаная сумка!

Сердце Мэнди билось так сильно, что казалось, вот-вот выскочит из груди.

– Ну и шутник же ты, Чарли! – пробормотала Мэнди, осторожно доставая сумку из ниши.

В свете фонаря полночной радугой сверкало «Черное Пламя». Этот большой квадратный камень был не обработан и тем более не отшлифован, но все равно вид его завораживал. Полупрозрачный, он весь переливался зелеными, голубыми, багрово-красными прожилками – словно на ветру билось пламя, от которого он получил свое название.

Завороженная красотой камня, Мэнди долго смотрела на опал. Что чувствовал Чарли, обнаружив это чудо? Радость, страх, благоговение перед тем, что такая красота может существовать даже во мраке и мерзости Гребня Мертвеца? Наверное, все вместе.

В сумке лежал листок бумаги, но сейчас Мэнди не хотела читать записку. Вероятно, она предназначалась Миньон, а Мэнди чувствовала, что сегодня и так чересчур далеко вторглась в мир Чарли.

– Это все ради Киллару, Чарли, – прошептала она. – Твоей мечте не суждено было сбыться, но этот камень поможет другому Делани достичь своей. Мне кажется, тебе бы это понравилось. – Она осторожно положила опал в сумку и крепко завязала тесемки.

– Давай сюда, я ее возьму.

Мэнди вздрогнула, но поняв, кому принадлежит голос, успокоилась.

– Господи, как ты напугал меня, Деннис! Не беспокойся насчет опала. – Повернувшись, она взглянула на темную фигуру, стоявшую у входа в тоннель. – Я положу ее в ящик с инструментами. Так будет совершенно безо… – Она охнула, не договорив. Деннис держал в руках пистолет!

– Деннис!

Сжимая в руке пистолет, он сделал шаг ей навстречу.

– Поздравляю! Я же говорил, что ты всегда добиваешься своего. Ты чрезвычайно целеустремленная.

Мэнди в изумлении покачала головой.

– Что ты делаешь, Деннис? Ты же мой друг. И ты не вор.

– Бывают случаи, когда приходится выбирать между дружбой и другими ценностями.

– Деньгами?

– В определенном смысле – да. Речь идет о моей «Сессне». Я просадил кучу денег на скачках и в карты, и мне пришлось выставить ее в качестве залога. Я не могу лишиться «Сессны», Мэнди. Ты же знаешь, как я люблю этот самолет, как я люблю летать.

– Я знаю. – Мэнди крепче ухватилась за сумку. – Не делай этого, Деннис. Оно того не стоит.

– У меня нет другого выхода, – просто сказал он. – Роман скоро обнаружит, что это я продал фотографии, это лишь вопрос времени. Тогда я потеряю работу и, вероятно, попаду в «черный список». А мне ведь нужно расплатиться с долгами. Деньги, которые я получил за снимки, не составляют и десятой доли того, что я должен. – Взгляд его упал на кожаный мешочек в руке Мэнди. – А этот опал даст мне возможность где-нибудь открыть новое дело.

– Но он мой, Деннис. Я столько времени его искала…

– Мне очень жаль, Мэнди. – В голосе Денниса действительно звучали нотки сожаления. – Знаешь, в глубине души я надеялся, что ты его не найдешь. Я не хотел забирать его у тебя. Ты мне по душе, подружка.

– И все-таки ты направляешь на меня пистолет.

– Так надо. – Его губы дрогнули. – Ты ведь любишь этого старого аборигена, так что вряд ли захочешь отдать мне опал, если обнаружишь, что это я стукнул его по голове.

– Так это был ты!

– А ты еще не догадалась? Мне нужны деньги, а ты явно искала что-то стоящее. Я подумал – надо посмотреть, что ты тут делаешь.

Мэнди затошнило.

– Ты ведь мог его убить!

– Постарайся понять, Мэнди, я ведь мог лишиться своей «Сессны».

Она посмотрела на него с недоумением.

– Неужели человеческая жизнь для тебя дешевле самолета?

Деннис нетерпеливо взмахнул пистолетом:

– Опал! Давай его сюда! У меня мало времени. Я проскользнул незаметно, как только начали рваться дымовые шашки, но скоро сюда обязательно кто-нибудь явится.

– А что будет, если я откажусь?

– Не делай этого, – тихо сказал он. – Я отчаянный человек. Я могу в тебя выстрелить. Нет, не убить. Просто прострелить руку или… – Не договорив, он пошатнулся и, взмахнув руками, рухнул на землю.

Мэнди с недоумением смотрела на его неподвижную фигуру.

– С тобой все в порядке? – спросил Роман.

Подняв глаза, Мэнди увидела, что там, где только что стоял Деннис, появилась новая тень.

Обойдя распростертого Денниса, Роман вошел в круг света, который отбрасывал фонарь Мэнди.

– Господи, я боялся, что сейчас ты на него прыгнешь. Почему ты не отдала ему этот дурацкий опал? Я бы забрал его еще до того, как он добрался до ступенек.

– Я этого не знала, – ошеломленно сказала Мэнди. – Что ты с ним сделал?

– Ударил по шее. Таким делам я научился во Вьетнаме. – Он подошел вплотную к ней. – Я так боялся опоздать. Ты не собиралась отдавать опал, а у него был пистолет.

– Сколько же ты ждал? И что ты вообще здесь делаешь?

– Я здесь с трех часов ночи. Охранники позвонили мне и сказали, что ты проводишь совещание, которое напоминает военный совет перед битвой. Я решил, что надо быть здесь, когда Деннис сделает свой ход.

Так ты что же, знал, что это Деннис?

– Я знал, что он мог продать снимки. Когда я позвонил в службу безопасности в Сидней, то поручил узнать, какие у него долги, и вообще попытаться разведать в газете все, что можно. Мне не хотелось дать ему улизнуть, и я решил – пусть он считает, что я подозреваю тебя. – Он покачал головой. – Но тут ты рассказала о нападении на Джакто, и я подумал, что Деннис и за этим стоит. Черт, я не знал, что он за тип! Я не хотел подвергать опасности вас с Джакто и потому отправил тебя в Кубер-Педи. – Он вздохнул. – Тут Джакто снова ускользнул, и я понял, что ты тоже не останешься в гостинице. Я был готов к тому, что ты по всем правилам проведешь комбинированную наземную и воздушную атаку, и, когда на поверхности раздались взрывы, понял, что так и произошло. Осталось там хоть что-нибудь, чтобы я мог закончить картину?

Мэнди кивнула.

– Это был всего лишь безобидный отвлекающий маневр. Но как ты понял, что это именно он продал фотографии?

– Если исключить тебя, остается только он. Ведь, кроме него и тебя, в Сидней никто не ездил. А ты отпадаешь, между прочим, еще и потому, что в последней статье рассказывалось о нескольких случаях на съемочной площадке, о которых ты просто не могла знать, потому что день и ночь работала в шахте.

– Кто-нибудь из съемочной бригады мог мне о них рассказать.

– Да. – Он ласково улыбнулся. – Но я решил, что надо же кому-то верить. Как сказал Деннис, это вопрос доверия.

Мэнди почувствовала, как ее охватывает восторг. Ей хотелось крепко-крепко обнять Романа, хотелось петь и танцевать.

– Он был не прав, – сказала она. – Дело не только в доверии, хотя во многом это так. Мы еще об этом поговорим. – Она шагнула вперед и нежно погладила его по щеке. – Но не, здесь. Это царство Чарли, а я сегодня уже и так слишком много забрала у него. Вернемся в реальный мир. – Она усмехнулась. – А там я расскажу, почему было так важно отыскать «Черное Пламя», и познакомлю тебя с сестрами.

Глава 10

– Класс! – глядя на выходящую из самолета Мэнди, Брент тихо присвистнул. – Вы просто великолепны, Мэнди! Я и не представлял себе, что вы носите что-либо еще, кроме шортов и обрезанных джинсов. – Брент говорил не вполне серьезно. Облегающая одежда из мягкой зеленой замши действительно выглядела весьма элегантно и сексуально, но вместе с тем она была вполне в стиле Мэнди Делани. Верхняя ее часть представляла собой безрукавку на пуговицах, некоторые из которых согласно нынешней моде оставались соблазнительно расстегнутыми. Расклешенная книзу юбка имела разрез до самого бедра, сквозь который во время ходьбы можно было увидеть длинные загорелые ноги, обутые в греческие сандалии с завязками крест-накрест. – Я потрясен.

Мэнди сделала гримасу.

– Я собиралась потрясать вовсе не вас. Где Роман?

– Он снимает одну из последних сцен. Я там не занят, так что он попросил меня встретить вас здесь, в Кубер-Педи. – Брент ухмыльнулся. – Это меня страшно удивило. Зная Романа, я считал, что он приставит к вам телохранителя, прежде чем позволит мне приблизиться хотя бы на метр.

– Разве вы не слышали? – безмятежно улыбнулась Мэнди. – Роман теперь мне полностью доверяет.

– Может быть, – скептически сказал Брент, подсаживая ее в джип. – Но все-таки, я думаю, мне лучше исчезнуть еще до того, как он увидит вас в этом наряде. – Он небрежно окинул ее взглядом. – Он никогда не поверит, что в своем нынешнем целомудренном состоянии я сумел удержаться от искушения. – Усевшись на место водителя, он включил зажигание. – Да я и сам этому не поверю. Как там ваши дела в Сиднее? Продали опал?

Мэнди покачала головой.

– Ювелир пытается найти коллекционера, который даст наивысшую цену. Он сказал, что еще позвонит мне сегодня и изложит окончательные условия. – Она облизала пересохшие губы. – К сожалению, ювелир предложил мне за «Черное Пламя» только триста пятьдесят тысяч фунтов, а мне нужно больше.

– Не волнуйтесь, вы обязательно получите столько, сколько нужно. – Брент сдал машину назад и развернулся. – Женщина, которая сумела убедить меня залезть на верблюда, способна творить чудеса.

Засмеявшись, Мэнди устроилась поудобнее – предстоял долгий путь. Слава богу, сегодня разлуке наступит конец. Четыре долгих дня она не видела Романа и, хотя ежедневно говорила с ним по телефону, этого было явно недостаточно. В тот же день, когда Мэнди нашла «Черное Пламя», она уехала вместе с сестрами в Сидней, где сразу принялась искать покупателя на опал. К ее огорчению, выяснилось, что сделать это гораздо труднее, чем она думала.

К тому времени, когда Мэнди села в самолет, она уже сходила с ума от нетерпения и была чрезвычайно разочарована, увидев, что ее встречает не Роман, а Брент. Может быть, это глупо, но ей хотелось, чтобы Роман увидел ее в более женственном наряде, нежели та грубая одежда, которую она носила на Гребне Мертвеца, когда они впервые встретились. К чему скрывать? Теперь она желала выглядеть как можно соблазнительнее. Мэнди улыбнулась, вспомнив, как однажды с возмущением обвинила Романа в том, что он ее соблазнил. Сейчас они поменялись ролями. Впрочем, это вполне объяснимо. Прошло слишком много времени с тех пор, когда они последний раз занимались любовью, и Мэнди намеревалась как можно быстрее исправить этот недостаток.

День уже кончался, когда джип начал преодолевать последний подъем.

– Вы хотите, чтобы я отвез вас прямо на съемочную площадку? – спросил Брент.

Мэнди покачала головой.

– Лучше сбросьте меня возле опалового месторождения. Я сообщу Джакто, что вернулась, а дальше пройду пешком.

– Когда я сообщил, что еду за вами в аэропорт, он велел передать, что подождет, пока вы вернетесь.

– Подождет? – испытывая нехорошее предчувствие, переспросила Мэнди.

Выпрыгнув из джипа, едва только тот остановился, она прямиком направилась к лагерю. К тому времени, когда Мэнди достигла навеса, она почти бежала. Рюкзака Джакто под брезентом не оказалось.

Он ушел! Но нет, он не мог уйти. Джакто ее не бросит.

– Черт возьми, Джакто, где ты?

– Я здесь.

Резко повернувшись на голос, Мэнди облегченно вздохнула. Двигаясь со своей обычной грацией, Джакто направился к ней со стороны рощицы камедных деревьев.

– Как ты меня напугал, Джакто! Я не нашла твой рюкзак и подумала… – Она замолчала. Рюкзак был у Джакто на спине. – Ты уходишь?

– Пора.

– Но ты вернешься? Ты ведь всегда возвращаешься.

Ответа не последовало.

– Ты должен вернуться! Мы ведь с тобой одна команда, помнишь? Никто в мире не понимает меня так, как ты! – Голос Мэнди дрогнул, и она постаралась овладеть собой. – Почему ты уходишь?

– Ты изменилась. Я нет.

– Но это не имеет значения. Я все так же люблю тебя. И ты мне все так же нужен.

– Ты пошла другим путем. – На мгновение в его глазах мелькнула боль. – По этой дороге я не могу идти. Такое происходит со мной всю жизнь. День, год или десятилетие кто-то идет рядом, а потом происходят перемены, и мне снова приходится идти одному.

– Джакто! – Она едва могла говорить. – Останься! Роман тебе понравится, вот увидишь. Я знаю, что у тебя есть к нему предубеждение, но…

– У меня нет предубеждения. Он будет тебе прекрасным мужем. Он хорошо тебя понимает.

– Но ты на него даже не взглянул! – нахмурилась Мэнди.

– Всегда больно глядеть на того, кто приносит печаль. Я знал, что именно он уведет тебя на новый путь.

По щекам Мэнди медленно потекли слезы.

– Останься, ну пожалуйста! Джакто покачал головой.

– Пора! – И повернувшись, он пошел прочь.

Мэнди сжала кулаки. Рыдания душили ее, но она старалась их сдерживать. Слезы не убедят Джакто остаться. Ничто его не убедит. Разве что…

Мэнди шагнула вперед, и ее голос зазвенел над безмолвной пустыней:

– Черт возьми, Джакто, ты еще к нам вернешься! Если не из-за меня, то по другой причине.

Не оглядываясь, Джакто продолжал идти вперед.

– Знаешь, какие дети будут у нас с Романом? Подумай об этом, Джакто. Они будут такими же, как мы, свободными и такими же сумасшедшими. Они захотят пересечь пороги, захотят взобраться на вершины Голубых гор и пройти теми же путями, что и мы. Нужно будет, чтобы кто-то провел их по этим дорогам. – Она замолчала, чтобы перевести дух, и попыталась успокоиться. – Ты слышишь меня? Ты еще вернешься, Джакто!

Остановившись, Джакто надолго застыл в полной неподвижности, затем оглянулся через плечо, и края его губ тронула слабая улыбка.

– Я слышу тебя, Мэнди. – Он отвернулся. – Я подумаю над тем, что ты сказала.

Только и всего. Мэнди оставалось лишь беспомощно наблюдать, как Джакто идет через выработки к лежащей у горизонта дороге.

Больше он так и не обернулся.

Остановив машину, Роман спрыгнул с сиденья. Сначала он не заметил Мэнди, но затем увидел, как на сером фоне скал мелькнуло изумрудно-зеленое пятно. Мэнди стояла там, где скала расщеплялась надвое, и смотрела на распростершуюся у ее ног пустыню. В своем элегантном наряде Мэнди, казалось, должна была бы выглядеть здесь совершенно неуместно, но почему-то это было не так. Наоборот, она казалась частью этого удивительного места с его дикой, бессмертной красотой.

Поднявшись по пологому склону, Роман подошел к ней и заглянул в глаза.

– Я скучал по тебе. – Это было чересчур мягко сказано. С тех пор как Мэнди уехала, Роман чувствовал себя каким-то неполноценным и подозревал, что так будет всегда. – Я хотел встретить тебя в аэропорту, но нужно было доснять одну сцену. Я хочу закончить съемки пораньше, чтобы можно было поехать в Мельбурн.

– Я знала, что ты приехал бы, если б смог. Я тоже по тебе скучала, – прошептала Мэнди. Взгляд ее вновь устремился к распростершимся вдали бескрайним просторам. – Ручей исчез, и цветы тоже.

– Я говорил тебе, что это ненадолго.

– Но ты еще говорил, что они вернутся.

– Они обязательно вернутся. Обещаю тебе, Мэнди.

– Джакто тоже ушел.

– Я знаю. Брент сказал мне, что он ушел, когда передавал твою просьбу приехать сюда.

– Я буду по нему скучать.

Шагнув вперед, Роман нежно погладил ее по голове.

– Я не могу обещать тебе, что он вернется, Мэнди.

– Я знаю. – Губы Мэнди дрожали, но она уже улыбалась. – Он сам распоряжается своей жизнью. Надеюсь, ты не будешь возражать – я обещала ему нашего первенца. А может, и всех остальных детей. Я думаю, перед таким искушением он не устоит. А наши дети получат помощь, о которой можно только мечтать. Кто знает? Может быть, они захотят найти таинственный остров, где живут единороги, летают черные лебеди, где каждый день полон удивительными приключениями и… – ее голос дрогнул, – я думаю, с Джакто они смогут найти этот остров.

У Романа перехватило горло. Ему очень хотелось ей помочь, но он мог только облегчить ее горе, а не избавить от него.

– Я тоже так думаю.

Нежно обняв Мэнди, он прижал ее к себе. Бедный маленький Питер Пэн лицом к лицу столкнулся со своей Немезидой. Нет, под Питером Пэном он в данном случае имел в виду не Мэнди, а Джакто. Мэнди наконец стала взрослой, как сам Роман восемь лет назад, но ей для этого пришлось пройти свой собственный, непростой путь. И теперь рядом с ним гордая, независимая женщина, чье нежное и любящее сердце разрывается от боли. Он коснулся губами завитка волос у нее на затылке.

– Может, когда-нибудь и мы сами туда отправимся. Не могу тебе обещать Постоянные приключения, но я сделаю все, чтобы ты была счастлива, любимая.

Она поцеловала его в ответ.

– Приключения у меня обязательно будут. Я буду расти, меняться, буду учиться все больше тебя любить. В тот день, когда мы здесь были первый раз, ты сказал, будто я не знаю, что такое любовь. Ты был не прав. Пусть сейчас я люблю тебя сильнее, но и тогда я тоже тебя любила. Мне просто нужно было все обдумать и понять, что это такое – любить тебя. – Она заглянула ему в глаза. – К твоему сведению, даже когда я считала тебя сверхподозрительным ублюдком, я все же решила, что стоит попробовать тебя перевоспитать. Я хочу вместе с тобой мечтать и вместе с тобой делать эти мечты реальностью. А насчет того, чтобы быть вместе «в горе и радости», то я готова, вот только в нашей жизни не будет ни одной черной полосы. Мы будем так счастливы, что нам будет радоваться весь свет.

– Ну конечно! – засмеялся Роман. Она приходит в себя. Печаль еще не ушла, но та неукротимая любовь к жизни, которая составляет самую суть Мэнди, с каждым мгновением все больше берет верх. – Мы всем покажем, какими должны быть свадьбы!

– Первым делом нужно выполнить одну сложную хирургическую операцию. – Она провела пальцем по шраму на его левой щеке. – Нужно удалить кое-какие шероховатости. А я как раз неплохо владею этим искусством.

Роман нахмурился.

– Мэнди, я…

Она сразу же закрыла ему рот рукой.

– Успокойся и предоставь все решать хирургу. Ты не красавец, но и не урод. Такой умный и волевой мужчина, как ты, не может быть непривлекательным. – Она лукаво усмехнулась. – К тому же ты самый сексуальный мужчина на Австралийском континенте, а может быть, и во всем мире. Когда я нахожусь с тобой в одной комнате, мне хочется сорвать с тебя одежду и… Что ты делаешь?

– А ты не догадываешься? По-моему, я тебя раздеваю. – Его пальцы проворно расстегивали последнюю пуговицу ее замшевой жилетки. – Когда ты говоришь подобные вещи изголодавшемуся мужчине, то должна немедленно ожидать именно такой реакции. – Он распахнул жилетку и тихо присвистнул. – Оказывается, у тебя там ничего нет!

Он опустил голову, и Мэнди почувствовала на своей груди его горячее дыхание. Она сразу же задохнулась, мышцы ее напряглись, между ног разлился знакомый жар.

– Мы займемся любовью прямо здесь?

– Мне кажется, обстановка вполне подходящая.

– А камни? – уже плохо соображая, возразила Мэнди.

– Я принесу из джипа одеяло. – Подняв на нее глаза, он улыбнулся. – Это замечательная одежда, но мне сейчас хотелось бы увидеть тебя одетую только в солнечный свет, Мэнди. И мне хотелось бы всегда вспоминать о том, что ты принадлежала мне именно здесь. – Но он хотел не только этого: Роман надеялся, что от его поцелуев Мэнди окончательно забудет об одолевающей ее печали и в памяти ее сохранится только воспоминание об испытанной радости.

Мягко опустив ее на землю, он посмотрел на Мэнди, глаза его смеялись.

– Разве ты не хочешь заняться любовью с самым сексуальным мужчиной на Австралийском континенте?

Что она могла ему ответить?

– Конечно, хочу. – Мэнди обняла его руками за шею. – Разве я могу упустить такую возможность?

Когда Мэнди и Роман вернулись к своим машинам, солнце уже зашло, но на небе еще виднелись светлые полосы догорающего заката.

– Это так прекрасно. – Остановившись, Мэнди окинула взглядом раскинувшуюся перед ними величественную панораму. – Я чувствую себя маленькой и в то же время сильной. Словно я часть всего этого, всей этой мощи. – Она пожала плечами. – Ты понимаешь, о чем я говорю?

Роман кивнул.

– Понимаю. – Он посмотрел на горизонт. – Да, я должен кое-что тебе сказать. Когда я уезжал из лагеря, звонил ювелир из Сиднея. Он смог договориться только на четыреста тысяч.

– Черт, именно этого я и боялась! – разочарованно воскликнула Мэнди.

– Очевидно, ты не возьмешь у меня оставшуюся сотню?

– Только если не смогу найти другого способа. – Она озабоченно сдвинула брови. – Ведь можно же что-то придумать!

– Я уже придумал, – улыбнулся Роман. – Я понял, что ты не возьмешь от меня денег, и поэтому решил сделать несколько звонков.

– Звонков? Кому?

– Сначала я позвонил в один журнал в Сиднее. Потом позвонил в США – в «Пипл» и «Роллинг стоун».

– Это журналы? Он кивнул.

– Наша свадьба будет очень широко освещаться в печати – такого не было по крайней мере с тех пор, как принц Эндрю женился на Саре. А за это ты получишь большие деньги, любимая. Сто тысяч фунтов.

Мэнди посмотрела на него с недоверием. – Но ты же ненавидишь газетную шумиху.

– Зато я люблю Мэнди Делани.

А она любит его. Что за прекрасную вещь он придумал! Мэнди бросилась к нему в объятия.

– Роман, ты чудесный, ты замечательный, ты самый лучший на свете!

– Мне больше нравится, когда ты называешь меня самым сексуальным мужчиной в Австралии.

– Ты самый сексуальный мужчина в Австралии, на Тихоокеанском побережье и во всей Вселенной!

– Этого достаточно. – Роман нежно поцеловал Мэнди, затем, издав низкий звук, похожий на рычание, крепче прижал ее к себе и вновь принялся ее целовать, вкладывая в этот поцелуй всю свою страсть. – Нет, я не прав, – наконец с трудом оторвавшись от ее губ, сказал он. – Этого недостаточно. И никогда не будет достаточно. Давай доберемся до трейлера и ляжем в постель.

– Еще даже не стемнело! – засмеялась Мэнди.

– Стемнеет уже скоро, а если к тому времени мы не окажемся в постели, то я наверняка увижу, как ты выглядишь в одежде из лунного света. – Роман быстро поцеловал ее и, обняв за талию, подтолкнул к машинам.

– Я вот все думаю насчет налогов, которые нужно уплатить с пятисот тысяч фунтов. Это довольно чувствительный удар, но, кажется, я нашел решение.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю