Текст книги "Арсенал-Коллекция 2016 № 04 (46)"

Автор книги: авторов Коллектив

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 10 страниц)

«Де Рюйтер» незадолго до начала войны. По трапу спускаются голландские офицеры, первым идет будущий вице-адмирал и Главнокомандующий Флотом Союзников Конрад Хелфрих. На крейсере хорошо видны грузовые стрелы нового образца

Контр-адмирал Хельфрих

«Де Рюйтер» не сразу включился в деятельность своего соединения, поскольку все же принял участие в торжествах по случаю дня Королевы (вместо парада), а затем прошел небольшой доковый ремонт. По завершении работ перешел в Макассар.

Пока происходили все эти события в жизни крейсера, в Европе началась война. Соединение, во главе которого стоял «Де Рюйтер», патрулировало восточную часть архипелага. В сентябре-октябре обстановка в колониальных владениях была довольно спокойной – единственными представителями воюющих сторон стали немецкие торговые суда, которые интернировались в различных портах голландской Ост-Индии. У командования Голландского флота имелась непроверенная информация о том, что территориальными водами колонии пользуются британские подводные лодки. Флотское командование приказало в случае обнаружения лодок воюющих стран в территориальных водах, принуждать их к всплытию, используя глубинные бомбы. После того, как лодка всплывет, ее следовало интернировать. И хотя к охоте на предполагаемых нарушительниц привлекался ряд голландских кораблей (в том числе и «Де Рюйтер») не только интернировать, но даже обнаружить хоть одну такую подводную лодку не удалось. Остаток 1939 года прошел в патрулировании вод колоний. По мере возможности его пытались совместить с учениями. Интенсивность боевой подготовки уменьшилась. 18 октября, получивший звание контр-адмирала, Хельфрих стал командующим военно– морскими силами в Ост-Индии, сменив на этом посту адмирала Фареверда.

В середине января 1940 года крейсер встал к стенке казенного завода в Сурабае на профилактический ремонт, за время которого был выполнен большой объем работ, в основном в машинном отделении. 4 марта «Де Рюйтер» ремонт завершился выходом на ходовые испытания, прошедшие вполне успешно.

В апреле 1940 года после вторжения Германии в Норвегию и Данию, голландской разведкой была получена информация о концентрации транспортов на острове Формоза (Тайвань), что могло означать возможную подготовку к вторжению в Ост-Индию. К счастью эта угроза оказалась надуманной, однако боевая готовность Королевского флота вновь была повышена. «Де Рюйтер» в это время базировался на Сурабаю, стоя на рейде, в полной готовности к выходу в море. Для экипажа это означало сокращение числа увольнений на берег, а для офицеров и старшин – запрет на ночевку на берегу.

Прошел месяц и 10 мая 1940 года Германия вторглась в Нидерланды в рамках общего наступления на Западе. Командование флота в Ост-Индиях отдало приказ об отправке в эфир радиограммы, состоящей из одного слова – «Берлин», все кому она была адресована, знали, что им предстоит делать. С борта «Де Рюйтера» спустили шлюпки с вооруженными членами экипажа, которые подошли к бортам немецких транспортов «Кассель»[* Переименован в «Менденау», потоплен 9 августа 1942 года немецкой подводной лодкой «U 752» в Атлантике.], «Наумбург»[** Переименован в «Кентар», потоплен 1 августа 1942 года в Атлантическом океане немецкой подводной лодкой «U 155».] и «Эссен»[*** Переименован в «Теркоелей», 17 марта 1943 года был потоплен немецкой подводной лодкой «и 631» в Атлантическом океане. На момент гибели транспорт следовал в составе «НХ 229».] и вскоре на них были подняты голландские флаги. В городе в это время шли аресты граждан Германии, а также всех, кого можно было заподозрить в подрывной деятельности. На борту «Де Рюйтера» после возвращения абордажных партий день продолжался по обычному распорядку. Единственным изменением в жизни корабля стал запуск по трансляции радиопередач с выпусками новостей из Голландии. После их прослушивания несколько человек пришлось госпитализировать в корабельный лазарет с сердечными приступами. Больше всего работы у корабельного медицинского персонала появилось после радиопередачи о бомбежке Роттердама.

Через пять дней военные действия на территории Метрополии прекратились. Хотя территория Нидерландов была оккупирована, Королева и правительство нашли убежище в Англии и колониальные власти, командование армии и флота на территории Ост-Индских владений продолжали подчиняться им. Более того, министр иностранных дел японской империи Арита и госсекретарь США Хэлл высказались в том духе, что их страны вполне устраивает статус Кво. Голландский военно-морской флот завершил переход на положение мирного времени. Основными его задачами стали оборона территориальных вод колонии, поиск и возможное обнаружение вражеских рейдеров, если они окажутся в зоне ответственности флота Королевства. Еще одной задачей стало эскортирование торговых судов с ценными грузами в Индийском и Тихом океанах. Поэтому «Де Рюйтер» конец мая и все лето 1940 года провел в море. Во время редких заходов в Сурабаю для пополнения запасов моряки получали короткие увольнительные на берег. Во время одного из таких заходов 17 июня 1940 года на борту крейсера прошла торжественная церемония. Командующий эскадрой контр-адмирал Г.В. Стёве покинул должность, а его преемником стал контр-адмирал К.В.Ф.М. Доорман. Процесс обновления военно-морского командования в Ост-Индии завершился. Именно Хельфриху и Доорману[**** Карел Фредерик Мария Доорман родился 23 апреля 1889 года в Утрехте в семье потомственного военного. В возрасте 17 лет поступил в Нидерландский военно-морской колледж в Ден Хелдере. 24 августа 1910 года произведен в офицеры. Был распределен в голландскую Ост-Индию, его первым кораблем был броненосец береговой обороны «Тромп». Затем служба на различных кораблях. По возвращении на Родину служба на крейсере «Ноорд Брабант». В августе 1915 года Доорман принимает решение поступить в морскую авиацию. До 1921 года проходит службу в морской авиационной дивизии в Соестербурге (Soesterburg). Служил пилотом инструктором, на его счету около 15 аварийных посадок. В 1921 году обучался на штабных военно-морских курсах в Гааге. Затем обычная служба морского офицера, он занимал как береговые должности, так и корабельные. Служба в морском департаменте в Батавии. В 1926 году он становится старшим артиллерийским офицером броненосца береговой обороны «Де Зевен Провинсьен». Через некоторое время К. Доорман становится старшим офицером на этом корабле. В 1927 году очередная береговая должность в Морском штабе в Гааге, занимался закупками оборудования для Голландской морской авиации. В 1932 году назначен командиром минного заградителя «Принс ван Орандж», на этом корабле он совершает переход в Ост-Индию. В этом же году он получает под командование эскадренный миноносец «Витте де Витт», а через некоторое время однотипный «Эвертсен». На этом эсминце Доорман принимал участие в подавлении мятежа на «Де Зевен Провинсьен». Затем снова береговая должность в метрополии, начальник штаба Военно-морского командования в Ден Хелдере. В 1937 году произведен в капитаны 1-го ранга. Вернулся в Ост-Индию, командовал крейсерами «Суматра» и «Ява». С 17 августа 1938 года по 16 мая 1940 года командующий военно-морской авиации в Ост-Индии. В июне 1940 года произведен в контр-адмиралы и назначен командующим Голландской эскадрой в Ост-Индии. Командование эскадрой пришлось на очень трудный период, индонезийские владения Королевства оказались колонией без метрополии. Доорман организовал патрулирование в колониальных водах, усилил боевую подготовку. После 7 декабря 1941 года контр-адмирал стал командующим международной эскадры. Он сделал все возможное для обороны Ост-Индии, провел серию боев с Императорским флотом. Погиб 27 февраля 1942 года на борту крейсера «Де Рюйтер».] в будущем предстоит руководить безнадежной обороной колоний в начале 1942 года.

Торжественная церемония перелаян командования на борту «Де Рюйтера» 17 июня 1940 г.

Крейсер продолжал выходить в море, патрулируя различные участки побережья. Экипаж находился в постоянном нервном напряжении, циркулировали многочисленные слухи о появлении в Ост-Индии немецких и итальянских кораблей, причем зачастую их распространителем выступал штаб флота. Иногда возникали совсем уж фантастические домыслы, так, например, в начале июня представители командования британского военно-морского флота передали своим нидерландским коллегам информацию о возможном появлении в Ост-Индских водах немецкого авианосца «Граф Цеппелин», хотя в это время первый немецкий авианосец находился у достроечной стенки. Доорман пытался, несмотря на все, поддерживать боевую подготовку на прежнем уровне, по мере возможности «Де Рюйтер» выполнял программу стрельб, урывками проводились совместные учения эскадры. Интересный штрих, за все время службы в составе Ост-Индской эскадры «Де Рюйтер» не взял ни одного «Королевского кубка за артиллерийскую стрельбу». Он постоянно был вторым, победителем всегда становился крейсер «Ява». Да, на «Де Рюйтере» стояла новейшая система управления огнем, зато на «Яве» служил великолепный старший артиллерийский офицер капитан– лейтенант Ж.А. ван Геен (van Geen).

В начале октября 1940 года «Де Рюйтер» встретил в проливе Бунда пришедший из Англии крейсер «Суматра», который вскоре после прихода в Сурабаю вывели в резерв, а экипаж расформировали. Часть моряков влилась в экипаж «Де Рюйтера». В этом же месяце крейсер прошел текущий ремонт, и по его окончании в конце месяца вернулся в состав флота. В это же время командование получило информацию о концентрации японских сил в Южно-Китайском море и 4 ноября в море из Сурабаи вышла голландская эскадра в составе крейсеров «Де Рюйтер» (флагман), «Тромп» и эскадренных миноносцев «Кортенар» и «Витте де Вит». Цель выхода – патрулирование в районе Амбон. Более месяца голландские корабли находились в море, лишь изредка заходя в базы. В середине декабря 1940 года была получена информация о присутствии в районе западного побережья Суматры немецкого рейдера. Сразу же в этот район отправилось небольшое соединение во главе с «Де Рюйтером». Противника так и не обнаружили, позднее выяснилось, что вражеского рейдера в этом районе не было. Поход пришлось прекратить после аварии в ЭУ эскадренного миноносца «Ван Нес».

Экипаж крейсера встретил Рождество и Новый 1941 год в базе. Посде кратковременного выхода крейсера в море, на нем вновь сменился командир – теперь этот пост занял капитан 2-го ранга Ж. X. Солкез. Через несколько дней «Де Рюйтер» снова вышел в море. Разведка получила очередную информацию о концентрации японских кораблей, но во время патрулирования контакта с вероятным противником не было. В феврале «Де Рюйтер» эскортировал несколько торговых судов. Также крейсер участвовал в поисках немецкого карманного линкора «Адмирал Шеер». В марте снова конвоирование торговых судов, например с 14 по 17 марта крейсер в составе соединения находился в охранении пассажирского лайнера «Орандж», следовавшего из Сурабаи в Сингапур.

Почти месяц «Де Рюйтер» провел патрулируя воды между Борнео и Новой Гвинеей, ожидая немецкий рейдер, который, по данным союзной разведки, прорывался в Японию через восточную часть архипелага. В поисках участвовали также самолеты голландской морской авиации. Противник (а им был «Адмирал Шеер») так и не был обнаружен. 18 апреля поиски прекратили и задействованные в них корабли вернулись в базы. Следующая подобная тревога последовала через месяц, когда разведка получила информацию о возможном переходе в Японию через зону ответственности голландского флота итальянского авизо «Эритрея» и двух немецких торговых судов. Снова соединение голландского флота в составе крейсера «Де Рюйтер» и эсминцев «Кортенар» и «Витте де Витт» (позднее присоединился «Ван Нес» и самолеты морской авиации), с 19 мая по 16 июня обшаривало район, но никого не обнаружило. Через несколько дней «Де Рюйтер» в сопровождении «Пит Хейн» и «Банкерт» вновь вышел в море на патрулирование. Кроме эсминцев в соединение входили также 2 подводные лодки, а в качестве «плавучего тыла» их сопровождали судно снабжения и танкер.

В середине июля крейсер вновь прошел небольшой ремонт, после чего интенсивность использования корабля несколько сократилась. Больше внимание стало уделяться боевой подготовке. Единственным примечательным событием 2-й половины 1941 года стало назначение на пост командира капитана 1-го ранга Е.Е.Б. Лакомбля.

Контр-адмирал Доорман

Война объявлена!

Война

Пока «Де Рюйтер» занимался боевой подготовкой, в штабе голландского флота кипела работа – разрабатывались планы обороны колоний в случае нападения Японии. Из Ост-Индских владений Нидерландов шел в Японию поток сырья, но принимая во внимание ограниченность валютных резервов Империи и господствующие политические взгляды, было ясно, что им проще захватить месторождения полезных ископаемых, чем покупать их у законных владельцев. Этому способствовало и то, что перевес сил у агрессора был впечатляющим, а голландские вооруженные силы не могли рассчитывать на пополнения, так как метрополия была оккупирована. Так же было ясно, что вторжение в голландские Ост-Индии будет не единственным агрессивным шагом Японии, вторжение затронет владения Англии, и, скорее всего, в войну вмешаются Соединенные Штаты Америки. То есть у Голландии будут союзники. Работа по выработке общих планов ускорилась в апреле 1941 года, когда министр иностранных дел Японии Ё. Мацуока заключил «Договор о ненападении с СССР». По мнению голландских разведчиков, это означало, что основным направлением экспансии императорской Японии становится Южное направление (Северное – СССР), а одной из главных целей – владения Королевства в Ост-Индии, поэтому переговоры с Великобританией ускорили – уже летом 1941 года удалось договориться о координации усилий. Голландцы обещали выделить силы, которые примут участие в обороне Сингапура, а англичане, в свою очередь, обещали помочь в борьбе за голландские колонии в Ост– Индии.

В августе 1941 года во время одного из заседаний голландского правительства в изгнании было принято важнейшее решение: если в результате движения японских вооруженных сил юго-западной части Тихого океана Великобритания и США окажутся в состоянии войны с Японией, то Нидерланды также вступят в войну. После принятия этого решения контакты между штабными офицерами заинтересованных стран усилились. Для моряков «Де Рюйтера» это означало на первом этапе войны сопровождение конвоев в Сингапур. В случае непосредственной угрозы колониальным владениям, «Де Рюйтер» в качестве флагманского корабля примет участие в их обороне.

В середине ноября на борту «Де Рюйтера» контр-адмирал Доорман инструктировал командира крейсера «Тромп» капитана 2-го ранга Д.Б. де Меестера о возложенной на него задаче – поиске пропавшего без вести австралийского крейсера «Сидней»[* Потоплен 19 декабря 1941 года вспомогательным крейсером «Карморан», весь экипаж австралийского крейсера погиб.].

В конце ноября – начале декабря 1941 года поток информации, свидетельствующей о скором начале войны, все нарастал. 1 декабря «Де Рюйтер», сопровождаемый эскадренными миноносцами, вышел в море на патрулирование в море Флорес. Пытающийся найти какие-либо следы потопленного австралийского крейсера, «Тромп» получил приказ следовать на полном ходу в Сурабаю. Хельфрих приказал как можно быстрее завершить работы на всех кораблях, находившихся в ремонте. Голландский флот начал развертывание по плану на случай начала войны с Японией.

7 декабря 1941 года японская палубная авиация атаковала американскую военно-морскую базу Перл-Харбор. В этот же день, в 17-00 по яванскому времени радисты приняли сигнал «Шершутер» («Стрелок») – боеготовность вооруженных сил на территории Ост-Индии повышалась, война практически неизбежна.

На следующее утро голландское правительство в изгнании объявило войну Японской Империи. После получения радиограммы об этом событии на крейсере, находившемся на стоянке в проливе Алас (между Ломбок и Сумбава), началась подготовка к боевым действиям. Все медные части, бывшие предметом гордости боцмана и старшего помощника, безжалостно закрашивались. Верхняя палуба окрашена в темно-серый цвет. В порт сданы ненужные в военное время вещи. Часть бензина, предназначенного для гидросамолета-разведчика, откачена на подошедший небольшой танкер. Днем экипаж «Де Рюйтера» был построен на верхней палубе и командир зачитал речь генерала-губернатора колонии (для находившихся на вахте она передавалась по трансляции): «Началась война на Тихом океане. Японские вооруженные силы начали военные действия против вооруженных сил США и Англии. Королевство Нидерланды тоже вступило в войну. Наступил Ваш час. Вы должны будете остановить вместе с солдатами Соединенных Штатов, Великобритании и Китая японское наступление. Я знаю, что Вы будете верны славным традициям вооруженных сил Королевства. Вы сражаетесь за Правое дело. Вы сражаетесь за свою Королеву, за мир и благополучие народов колонии и народов всей Восточной и Юго-Восточной Азии. Вы должны спасти их. Да здравствует Королева!».

Легкий крейсер «Тромп» в камуфляжной окраске незалолго до боя в заливе Бадунг 

Настроение у моряков «Де Рюйтера» было приподнятым, все надеялись, что эта война, несмотря на столь неудачное начало, будет короткой и победоносной. Но после того, как японская авиация потопила 2 английских линкора, даже оптимистам стало ясно, что противостояние будет тяжелым. 11 декабря состоялся первый боевой выход в море – с подводной лодки «О 19» пришло сообщение, в которой говорилось об обнаружении в Яванском море японского авианосца. На перехват вышла голландская эскадра в составе крейсеров «Де Рюйтер» и «Тромп», сопровождаемых эсминцами «Витте де Витт», «Кортенар», «Банкерт» и «Пит Хейн». Также в районах наиболее вероятного появления авианосца позиции занял дивизион подводных лодок.

Но противника нигде не было... Позднее выяснилось, что с субмарины видели американское торговое судно «Лилиан Лукенбах»[** Данному торговому судну удалось благополучно, правда, со многими приключениями покинуть Тихоокеанский ТВД. К сожалению, судно не пережило Вторую мировую войну. В марте 1943 года погибло после столкновения с другим судном.], которое передвигалось с помощью двух буксиров из Сингапура в Сурабаю. Тревога оказалась ложной.

13 декабря адмирал Хельфрих получил разведывательную информацию о том, что в Южно-Китайском море обнаружен вражеский конвой и приказал командующему эскадрой контр-адмиралу Доорману уничтожить противника в случае его появления в зоне голландской ответственности. 15 декабря на рейд Коембааи, что на южном побережье Борнео, прибыло соединение голландского флота, в которое входили крейсера «Де Рюйтер», «Тромп», эскадренные миноносцы «Пит Хейн» и «Банкерт». Также в oneративное подчинение Доорману передали подводные лодки «К XIV», «К XV» и «К XVI». В этот же день был собран военный совет на борту флагманского корабля. Командующий изложил план атаки вражеских конвоев, который с незначительными изменениями действовал до момента гибели Доормана и «Де Рюйтера», поэтому стоит остановиться на нем подробнее. По мнению голландского контр– адмирала, основной целью был конвой. Место перехвата пролив Каримата. Время нападения 15 или 16 декабря. Сближение с конвоем следует выполнять в сумерках, поэтому важную роль должна играть авиаразведка, которая должна обнаружить противника как можно раньше. Атака должна выполняться в темноте. Также был разработан план атаки конвоя, если он успеет прибыть к месту назначения. Но вскоре выяснилось, что огромного флота вторжения не существует, а в море находится небольшой конвой, предназначенный для вторжения в британское Борнео, но перехватить его не имеется никакой возможности. Адмирал Доорман, после того как сориентировался в обстановке, принял решение проконсультироваться с Хельфрихом, поэтому отбыл к местонахождению командующего на гидросамолете флагманского крейсера. Было принято решение отозвать эскадру на базу, «Де Рюйтер» совершил переход в Сурабаю. «Тромп» и эскадренные миноносцы последовали за ним после пополнения запаса топлива. Подводные лодки остались на позициях. По прибытии в главную базу крейсер прошел небольшой ремонт, а экипаж получил возможность отдохнуть. В это время в штабе голландского флота шли переговоры, сначала с американцами, затем с англичанами. Удалось договориться о координации усилий, распределении зон ответственности. Также было достигнуто соглашение о базировании в Сурабае крейсеров и эскадренных миноносцев, входивших в состав Азиатского флота США.

26 декабря из Сурабаи в Танджонк Приорк вышли крейсера «Де Рюйтер» и «Тромп» в сопровождении эсминцев «Банкерт» и «Пит Хейн». Незадолго до выхода в море кораблей, голландскому командованию стало известно о том, что на выходе из гавани японской подводной лодкой выставлено минное заграждение. Поэтому рутинный выход в море превратился в целую операцию: соединение было разделено на 2 группы, имевший сравнительно большую осадку «Де Рюйтер», сопровождаемый тральщиками и торпедными катерами вышел в море глубоководным западным фарватером, а «Тромп» и эскадренные миноносцы ушли мелководным восточным фарватером, также в сопровождении тральщиков и торпедных катеров. После прохода опасной зоны корабли вышли в точку рандеву и соединения направилось в Танджонг Приорк, где были взяты под охранение торговые суда. Затем переход в Сингапур и возвращение в Танджонг Приорк, где крейсер пополнил запас топлива.

Следующий выход в море наметили на 1 января 1942 года. Командир «Де Рюйтера» принял нелегкое решение отпустить свободных от вахты на берег. Срок возвращения из увольнения был определен за час до выхода в море, командир потребовал, чтобы все моряки вернулись с берега трезвыми. Цель выхода в море – усиление эскорта 1-го сингапурского конвоя «ВМ 9А», который вышел из Бомбея 21 декабря, на борту восьми транспортов находилась 45-я индийская бригада. Охранение конвоя было сильным, кроме кораблей в него входили патрульные самолеты и истребители. Руководил эскортом командир австралийского крейсера «Хобарт». Кроме флагманского крейсера в море в составе голландского соединения вышли крейсер «Ява», эскадренные миноносцы «Банкерт» и «Пит Хейн». Рандеву с конвоем состоялось 1 января 1942 года в Индийском океане, голландские корабли усилили охранение во время перехода проливами Сунда и Гаспар. Во время проводки конвоя имели место трения между командующим голландским соединением и старшим офицером эскорта. Голландский офицер, который лучше знал эти воды, считал, что наилучший маршрут конвоя – через узкий пролив Бангка, где вероятность атак японских подводных лодок существенно меньше. Командир же эскорта принял решение следовать более простым в навигационном отношении проливом Гаспар. Впрочем негативных последствий эти разногласия не вызвали и охраняемые транспорта дошли до цели без потерь.

Легкий крейсер «Перт» сопровождает один из сингапурских конвоев

Голландские корабли успели заскочить в базу, пополнить запасы топлива, и буквально на следующий день снова вышли в море для встречи 2-го сингапурского конвоя «ВМ 9В», вышедшего из Бомбея 22 декабря. Он состоял из 4 тихоходных транспортов в охранении крейсера «Даная» и 4 эскадренных миноносцев. Состав вышедшего в море голландского соединения был тто же, что и в прошлый раз, за исключением того, что место крейсера «Ява» занял «Тромп». Доорману предписывалось исполнять все приказания командира эскорта. Следующие инструкции он получил, когда рандеву уже состоялось, 4 января 1942 года. Скорость конвоя составляла 7 узлов, голландского соединения, следующего зигзагом – 14 узлов. Через некоторое время удалось запеленговать вражескую радиограмму из пролива Бангка. Отправителем могла быть только вражеская подводная лодка. Охранение конвоя перестроилось – перед транспортами двигались эскадренные миноносцы, ведшие поиск с помощью «Асдиков». За ними шел «Де Рюйтер»[* Место в ордере голландских эскадренных миноносцев и британского крейсера не известно.]. Замыкал строй конвоя «Тромп». И вновь между Доорманом и британским командиром эскорта возникли трения. Голландский адмирал считал самым лучшим маршрутом мелководный пролив Лиципара (Licipara), где присутствие вражеских подводных лодок маловероятно. Его оппонент же предпочел более опасный, но и более простой в навигационном отношении маршрут. К счастью и на этот раз конвой смог избежать обнаружения противником и без потерь дошел до пункта назначения.

Короткая стоянка в базе и соединение Доормана снова в море. В 11-00 10 января оно вступает в охранение 3-го сингапурского конвоя «DM 1», состоящего из 5 крупнотоннажных транспортов, которые перевозили в Сингапур 53-ю английскую бригаду и 54 разобранных истребителя «Харрикейн». Охранение у конвоя со столь важным грузом было соответствующим: тяжелый крейсер «Эксетер», легкие крейсера «Эмеральд» (флагманский корабль эскорта), «Дурбан», эскадренные миноносцы «Джупитер», «Вэмпайр», «Энкаунтер» и шлюп «Джумна». С целью избежать возможных разногласий, на этот раз на борту флагманского корабля прошло совещание командиров эскорта, в ходе которого были выработаны следующие решения: во время перехода голландские крейсера «Де Рюйтер» и «Тромп» должны идти за эскадренными миноносцами, ведущими противолодочное патрулирование. Форсирование пролива Бангка должно происходить ночью, все транспорты должны идти в одной кильватерной колонне полным ходом. Если конвой будет атакован японскими надводными кораблями, силы эскорта делятся на три группы: 1-я – крейсер «Эксетер», 2-я – «Эмеральд» и «Дурбан», 3-я – оба голландских крейсера (этой группой командовал Доорман). Встречи с противником удалось избежать и конвой благополучно прибыл в порт назначения 13 января. Через день состоялось совещание, на котором голландский адмирал Доорман, английский адмирал Палисье и австралийский капитан 1-го ранга Колинз обсудили практику проводки сингапурских конвоев на будущее, поскольку при проводке предыдущих конвоев постоянно возникали трения между английскими командирами эскорта и голландским адмиралом, вызванные разными взглядами на то, «как это надо делать». И данное совещание должно было помочь выработать единые взгляды на проблему. Первым слово взял Доорман, который предложил разделять конвои на две части, следующие с возможно большей скоростью и по возможности прокладывая маршрут через участки с небольшими глубинами. Это позволяло уменьшить риск встречи с японскими подводными лодками. Также он предложил направлять транспорты, груженные истребителями, не в Сингапур, а в Батавию, там самолеты будут собираться и дальнейший путь проделывать по воздуху. Эти предложения голландской стороны были отвергнуты. В свою очередь, англичане и австралийцы заявили, что рассматривают нидерландское соединение, как соединение дальнего прикрытия, которое должно находиться на удалении 40 миль от конвоя. Но во время обсуждения выяснилось, что английские кодовые книги, предназначенные для голландского флота, погибли на борту линейного корабля «Принс оф Уэльс». Поэтому корабли Доормана не могли удаляться от конвоя за пределы видимости. Совещание закончилось ничем.

Третий сингапурский конвой стал последним для «Де Рюйтера». 13 января голландские корабли прибыли в Батавию, затем перешли в Танджонг Приорк. На подходе к порту сигнальщики крейсера обнаружили дрейфующие мину. Корабль начал выполнять маневр уклонения, во время которого коснулся мели, но повреждения оказались небольшими. Крейсер совершил переход в Сурабаю, где на две недели встал в док.

Тяжелый крейсер «Эксетер» в Коломбо, январь 1942 г.

Японский конвой с войсками следует к берегам Ост– Индии, февраль 1942 г.

В декабре 1941 и январе 1942 года японские войска наступали, а положение союзников ухудшалось. Непосредственная угроза нависла над Сингапуром и голландскими владениями в Ост-Индии. Разрозненные силы довольно аморфной коалиции союзников не могли эффективно противостоять превосходящим силам противника, поэтому было принято решение сформировать единое командование, получившие название ABDA (American-British-Dutch– Australian). Морские силы этого командования строились вокруг голландской эскадры, с добавлением английских, американских и австралийских кораблей, общее руководство осуществлял американский адмирал Харт «Объединенным Ударным соединением» («Combined Striking force») командовал контр-адмирал Доорман, а «Де Рюйтер» стал флагманом соединения и на его борт поднялись американская (лейтенант О.Ф. Кольб и три сигнальщика) и британская (лейтенантом Дженкисом (в середине февраля его сменил лейтенант Джексон) и 1 сигнальщик) группы связи.

Следующий выход в море после завершения ремонтных работ «Де Рюйтер» совершил 28 января – 2 февраля 1942 года на патрулирование в районе острова Гили, который находился юго-восточнее острова Мадура. На этот раз в распоряжении Доормана находились крейсер «Тромп» и эскадренные миноносцы «Пит Хейн» и «Банкерт».

Наконец 3 февраля международное соединение было окончательно сформировано. В него были включили голландские крейсера «Де Рюйтер» (флагман), «Тромп», эсминцы «Пит Хейн», «Банкерт» и «Ван Нес». Флот США представляли крейсера «Хьюстон» и «Марблехед» и эсминцы «Баркер», «Джон Д. Эдвардс», «Стюарт» и «Балмер». Английские и австралийские корабли в это время были заняты сопровождением конвоев. Свой первый приказ «Ударное соединение» получило, не успев еще закончить формирование. Адмирал Харт с большим беспокойством воспринял информацию о концентрации японских военно– морских сил в южной части пролива Маккасар. После совещания с контр-адмиралом Доорманом был отдан приказ об атаке обнаруженного противника. Переход к месту будущего боя предполагалось осуществить под прикрытием ночной темноты, затем атака и отход. Вскоре после полуночи 4 февраля крейсера, сопровождавмые американскими эсминцами, вышли в море и направились на восток проливом Мадура со скоростью 15 узлов. Около 5-00 утра состоялось рандеву с голландскими эсминцами, после которого построение соединения выглядело следующим образом: головным – флагманский «Де Рюйтер», за ним «Хьюстон», «Марблхед» и «Тромп», интервалы между мателотами – 700 ярдов. Эсминцы шли по правому и левому борту, осуществляя противолодочное охранение. В 9-35 командующий соединением получил информацию о взлете с аэродрома Кендари 37 двухмототорных бомбардировщиков противника. Первоначально считалось, что их цель Сурабая, но по пути они могли атаковать и эскадру. Доорман, на всякий случай, потребовал от командования истребительного прикрытия. После рассвета стало ясно, день будет солнечным и ясным. Первым неприятным «звонком» стало появление японских самолетов-разведчиков. В 9-49 сигнальщики американского тяжелого крейсера обнаружили большую группу вражеских бомбардировщиков – 36 «Бетти» и 24 «Нелла». На всех кораблях пробили боевую тревогу, в котельных отделениях поднят пар на случай дачи полного хода. Поскольку соединение было еще не сплавано и в таком составе действовало в первый раз, Доорман принял решение, что корабли будут отражать атаки огнем зенитной артиллерии и маневрировать самостоятельно. Именно разобщенность действий союзных кораблей и позволила атаке горизонтальных бомбардировщиков оказаться более успешной, чем обычно. Во время сближения японские пилоты распределили цели: первая группа выбрала «Де Рюйтер», вторая – «Хьюстон», а мишенью третьей стал «Марблхэд». Первый заход на быстроходные и имеющие свободу маневра цели оказался безуспешным. Второй заход также прошел с нулевым результатом. Во время третьего захода на цель японцам наконец удалось поразить «Марблхед», добившись повреждений средней тяжести. Затем бомбардировщики добиться попадания в кормовую часть «Хьюстона», вызвавшего большие потери среди экипажа, и, что самое худшее, оказалась выведена из строя кормовая башня ГК. Что касается «Де Рюйтера», то после взрыва бомбы у борта была выведена из строя система управления огнем малокалиберной зенитной артиллерии. Все это время союзные корабли продолжали вызывать истребители, которые так и не появились. Доорман решил прекратить операцию, поскольку элемент внезапности утерян. При возвращении соединение разделилось на две группы – первыми отделились «Хьюстон» и «Тромп». Командир американского тяжелого крейсера капитан 1-го ранга Руке принял решение следовать в Чилачап. Остальные корабли соединения сопровождали поврежденный «Марблхед». Американский адмирал Харт приказал соединению уходить в Индийский океан. В 16-00 радисты «Де Рюйтера» передали радиограмму, в которой Доорман информировал руководство о своих намерениях: «Как Вам уже известно, «Марблхед», сопровождаемый американскими эскадренными миноносцами, движется в Чилачап, «Де Рюйтер» сопровождает его на первом отрезке пути. Затем он проследует проливом Сунда в Батавию, где будет пополнен запас топлива. Планирую прибыть в Приорк в назначенное время. Прошу обеспенить противолодочное прикрытие. «Марблхед» и охранение прибудут в Чилачап в течение дня 6-го февраля. Я Вас прошу распорядиться о том, что корабль ждал готовый к приему док, а также буксиры.