332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Аврора Роуз Рейнольдс » До Тревора (ЛП) » Текст книги (страница 4)
До Тревора (ЛП)
  • Текст добавлен: 31 декабря 2020, 21:00

Текст книги "До Тревора (ЛП)"


Автор книги: Аврора Роуз Рейнольдс






сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

– Нет, пожалуйста. Мне просто нужен «Бенадрил». Я буду в порядке, – сказала она хриплым голосом, и я понял, что она вовсе не в порядке.

Вдавив педаль газа в пол, я добрался до входа в отделение неотложной помощи. Я припарковался в парке, оббежал машину, игнорируя парня, который кричал, что здесь нельзя парковаться. Я взял Лиз на руки. Она отключилась в машине через две минуты после того, как мы выехали. Я начал бежать в больницу. Медсестра увидела нас и открыла дверь. Я положил Лиз на кровать, а затем начался хаос вокруг нас.

Я рассказал им, что она ела на ужин, и что раньше у неё не было ни на что аллергии. Доктор сделал ей укол и сказал, что нужно немного времени, чтобы он подействовал, и мы увидели результат. Глядя на её маленькое тело в постели, моё сердце сильнее забилось в груди. Я никогда не думал, что мне станет так страшно. Я провёл руками по ее волосам и лицу. Я поцеловал её в лоб, продолжая держать за руку. Я позвонил её маме и рассказал, что произошло. Она сказала, что они сейчас же выезжают из Алабамы, но им нужно несколько часов, чтобы доехать сюда.

Я позвонил Майку и дал знать, что сегодня её не будет дома, если он волнуется. Я не ожидал лекцию или угрозу моим яйцам. Я послал маме и братьям сообщение о том, что произошло. Они все любят Лиз, и все беспокоятся за неё. Я сказал, что у меня всё под контролем, и пока они нечем не могут помочь. Выключив телефон, я заметил, что опухоль постепенно сходила, а лицо приобретало нормальный цвет. Я спросил доктора о причинах. Он сказал, что это могло быть что угодно, но ей нужно обязательно провериться. Он прописал ей «Эпипен» (прим. пер. – автоматическая инъекция для случаев с анафилаксией. Анафилаксия – острая, общая, потенциально опасная и угрожающая жизни реакция у человека, ранее сенсибилизированного данным аллергеном) наряду с другим лечением.

– Её дыхание вернулось в норму, – сказал доктор. – Все её жизненные показатели в норме. Теперь нужно только, чтобы она проснулась и подписала некоторые бумаги.

Я кивнул, наблюдая за тем, как он уходит.

Я подошёл к её постели, пробегая кончиками пальцев по её лицу, убирая волосы. Её веки задрожали, у меня перехватило дыхание. Когда, наконец, я увидел её зелёные глаза, то выдохнул.

– Привет, малышка, – нежно произнёс я, наклоняясь и целуя её в лоб. – Ты чертовски меня напугала.

– Что произошло? – спросила она.

Я чувствовал напряжение в её голосе. Я выпрямился, дотягиваясь до кувшина с водой.

Налив в стакан воды и схватив соломку, я держал, пока он пила.

– У тебя была аллергическая реакция на что-то, что ты съела за ужином. Доктор сказал, что тебе нужно пройти тест на то, что могло бы быть причиной этого. Он также прописал тебе «Эпипен», чтобы, если это случится снова, ты могла сразу же сделать укол.

– Раньше у меня никогда не было аллергии. – Её голос прозвучал тихо, а глаза заполнились слезами.

– Эй, никаких слёз. Ты в порядке. Я...

Господи, я собирался сказать, что люблю её, но не сделал этого. Дерьмо, я люблю её. Я так чертовски сильно люблю её. Я сглотнул, глядя на неё. Я знал, что это случится, но не так рано. В животе возникли узлы, и мне стало нехорошо.

– Ты в порядке?

Выглядя обеспокоенной, она подняла руку и прижала её к моей щеке. Я не был в порядке, но скоро буду. Я покачал головой, взял её за руку и поднёс к своим губам, чтобы поцеловать её ладонь.

– Просто волнуюсь, малышка. Пойду скажу доктору, что ты проснулась.

– Хорошо, – тихо ответила она, положив голову на подушку.

После того как я нашёл доктора, он сказал Лиз, что ей нужно увидеться со специалистом, а потом объяснил, как пользоваться «Эпипеном» и что делать, если это случится снова. К тому времени, как нас отпустили из больницы, было уже за полночь. Лиз вырубилась в ту же секунду, как села в машину. Подъехав к дому, я занёс Лиз внутрь. Она даже не дрогнула, пока я снимал с неё платье и натягивал одну из своих маек. Я накрыл её одеялом и пошёл убедиться, что все окна и двери в доме закрыты. Затем я снял одежду, оставив боксеры, которые обычно снимаю на ночь, и залез в кровать, притягивая Лиз к себе.

***

Возвращаясь в реальность, я держу руку на заднице Лиз. Я смотрю на неё. Она всё ещё спит, и я не хочу двигаться, но мне нужно позвонить братьям и сказать, что я сегодня опоздаю. Мой телефон лежит в кармане джинсов, а они в другом конце комнаты висят на стуле. Словно прочитав мои мысли, мой телефон начинает звонить. Лиз шевелится, а затем, что-то пробормотав, ещё ближе прижимается ко мне. Я улыбаюсь, выскальзываю из-под неё, пересекаю комнату и достаю телефон из кармана.

– Дерьмо, – шепчу я, глядя на экран. Это мама. – Одну секунду, мам, – шепчу я в трубку.

Я натягиваю пару спортивных штанов, удерживая телефон между ухом и плечом. Я смотрю на кровать. Лиз всё ещё спит, но теперь она притянула к себе мою подушку и обернулась вокруг неё.

Я наклоняюсь, целую её волосы и выхожу из комнаты, чтобы спуститься вниз по коридору на кухню. Я купил этот дом два года назад. Он единственный имел площадь, которую я хотел. Мне нравится этот дом. Он немного старый, в нем четыре спальни и две с половиной тысячи квадратных метров земли в стиле ранчо. Кухня небольшая, гостиная огромная, спальни достаточно большие, внизу есть подвал. В конце концов, я собираюсь снести одну стену в кухне и соединить две комнаты. Но пока я делаю всё постепенно.

– Привет, мам, – говорю я в трубку, вытаскивая всё необходимое, чтобы сделать кофе.

– Привет, милый. Как Лиз? Она вчера нормально добралась до дома?

– Она всё ещё со мной, мам.

– Она всё ещё с тобой? Сейчас половина восьмого утра.

Если бы в её голосе не было беспокойства, то я бы засмеялся.

– Что происходит, Тревор Мейсон? Не дай Бог ты обидел её.

– Господи, мама, мы встречаемся. Я отвёз её в больницу прошлой ночью. Я не хотел, чтобы она была вне поля моего зрения, поэтому привёз сюда вместо того чтобы рыться в её вещах, искать её ключи и оставаться у неё.

– Ох... хорошо, – она замолкает, вероятно, в шоке от того, что мы с Лиз вместе.

– Спасибо, что рассказала, к чему у тебя лежит душа, мам.

– Ой, прекрати. Она хорошая девочка. – Знаю, что мама сейчас закатила глаза.

Мы всегда были близки. Боковым зрением я замечаю движение. Я поворачиваю голову и замечаю Лиз, стоящую в дверном проёме. Её волосы беспорядочно лежат на плечах, моя майка слишком велика для неё, практически одной длины с её вчерашним платьем, и она выглядит замечательно.

– Привет, малышка. Как ты себя чувствуешь?

Она пожимает плечами, глядя на кофейник.

Думаю, она ещё не окончательно проснулась.

– Иди сюда, – мягко говорю я, протягивая руку.

Она врезается в меня, зарываясь лицом в мою грудь. Я целую её волосы.

– Хорошо спала? – тихо спрашиваю я, и она кивает головой.

Затем я слышу смешок мамы в телефоне.

– Мам, ты в порядке?

– Отлично, – она замолкает. – Превосходно, я закончу разговор с тобой и позвоню твоим братьям сказать, что на объект ты приедешь поздно.

– Ага, хорошо.

– Я рада за тебя, милый, – быстро произносит она, прежде чем повесить трубку.

Я вздыхаю, бросая телефон на стол. Мама будет вне себе от радости. Я поднимаю голову Лиз, осматривая её. Никаких отёков или покраснений. Она выглядит намного лучше, но её вчерашняя реакция всё ещё меня беспокоит.

– Ты выглядишь намного лучше.

– Почему я здесь? – спрашивает она, а затем прикусывает губу, словно боялась это спросить.

Мне хочется ответить ей, что теперь она будет здесь всегда. Но я знаю вариант лучше. К тому же, её тело прижато ко мне, и мне не придётся загонять её в угол.

– Ты выглядела вчера очень плохо. Мне не хотелось оставлять тебя одну.

– Ох, – шепчет она.

Я улыбаюсь, наклоняя голову так, чтобы прижаться ртом к её. Когда я отстраняюсь, её глаза медленно открываются. Мне нравится этот взгляд.

Я притягиваю её ближе к себе. Обе мои руки лежат на нижней части её спины. Я тяну вверх свою майку. Она вздрагивает, когда мои пальцы касаются её кожи.

– Тебе нужно позвонить специалисту и записаться на приём, пока я буду готовить нам поесть, – говорю я.

Её глаза сужаются, а затем она морщится, качая головой.

– Слишком рано, чтобы быть главным.

Я ухмыляюсь, прижимаясь ближе к ней и замечая, что её дыхание пахнет мятой.

– Ты почистила зубы?

– Я нашла запасную щётку в твоём шкафу и воспользовалась ей. Надеюсь, что с этим порядок. В смысле, у тебя их там сотни, не думаю, что ты бы заметил, – она усмехается, и у меня всё сводит.

– Мой друг Фрэнк – дантист.

– Ага, – она пожимает плечами, её глаза смотрят через моё плечо на кофейник.

Она думает, что я полон дерьма, и что когда чики остаются здесь, то утром я предлагаю им зубные щетки, но не поэтому у меня их так много. Я может и придурок, но не лгу.

– Посмотри на меня, – мягко говорю я, привлекая её внимание к себе. – Ты знаешь мою историю, малышка. Это не секрет. – Используя её трусики, я тяну её к себе так, что ей приходится стать на цыпочки. – Но так же, как я был честен с тобой, я был честен с ними, – я делаю вдох, нежно целуя её. – Мне нужно знать, сможешь ли ты выдержать эту часть.

Мне нужно, чтобы она поняла, что я серьёзен в своих намерениях. Это не сработает, если она будет постоянно подозревать меня.

– Я не могу быть с тобой и чувствовать, что мне нужно быть осторожным из-за моего прошлого.

Она просто смотрит на меня и не говорит ни слова. Это длится некоторое время. Наконец, она произносит то, что мне нужно было услышать.

– Ты прав. Мне жаль. Я выдержу это. Просто пообещай, что всегда будешь честен со мной.

– Обещаю, – отвечаю я напротив её губ, скользя руками по внутренней стороне её трусиков.

Поднимаю её, её ноги оборачиваются вокруг моей талии. Её дыхание замирает, когда я усаживаю её на столешницу. Мой рот впивается в её, пробуя, облизывая, кусая. Когда она стонет, я отстраняюсь, целуя её более мягко. Я не хочу выйти из-под контроля, когда у меня нет времени, чтобы уделить ей достаточно внимания.

– Иди позвони, пока я приготовлю что-нибудь поесть, – говорю я, пробегаясь пальцами по нежной коже её бёдер. Я мучаю сам себя. Мне либо нужно позаботиться о себе самостоятельно, либо принять холодный душ.

– Хорошо, – дуется она, спрыгивая со столешницы.

Я хватаю её и оставляю быстрый поцелуй на губах, прежде чем начать готовить нам завтрак.

Глава 4

Лиз

– Ох, милая! Я так рада, что ты в порядке, – говорит мама, как только я вхожу в магазин.

Не думаю, что я в порядке. Такое чувство, что я живу в альтернативной Вселенной. И теперь я девушка пресловутого игрока Тревора Мейсона. Этим утром, прежде чем уехать из дома, он сказал, что заберет меня с работы и, цитирую, «Собираюсь подобрать щенка». У меня даже нет собственной квартиры. Я всё ещё ищу её и даже если найду, то мне не нужна собака. Это я ему и сказала, но он ответил: «У нас будет собака. Обычно у пар они есть». Я покачала головой, напоминая себе, что раньше он никогда не состоял в отношениях и не знает, что когда люди начинают встречаться, то они не сразу начинают с покупки животных. Они даже не покупают неодушевлённые вещи вместе. Но мой шанс сказать об этом был утерян, как только его рот впился в мой, и я забыла, о чём мы спорили.

– Я в порядке, мам. Я сегодня записалась к врачу, чтобы пройти тест.

Я слышу смех. Обернувшись, я замечаю Бритни и Лизу, которые стоят возле стойки с платками. Уверена, что слухи о моих сумасшедших болезнях уже завтра разнесутся по всему городу. Я смотрю на маму, которая бросила взгляд на девчонок и нахмурилась. Меня они уже больше не беспокоят. Они задиры, которые не знают, как использовать своё время с толком. Я начинаю идти на склад, когда на двери звенит колокольчик. В магазин заходят Тревор, Кэш и Нико.

– Привет, малышка, – говорит Тревор.

– Йоу, – говорит за ним Кэш, беззаботно улыбаясь мне.

Нико подходит и кончиком пальца быстрым движением трогает меня за подбородок.

Кэш с Нико идут прямо к Бритни и Лизе, а Тревор идёт ко мне, оборачивает руки вокруг талии, притягивая к себе. Он наклоняется, и его рот касается моего. Я автоматически отвечаю ему, а когда открываю глаза, то вижу, как он улыбается, глядя сверху вниз на меня.

– Что ты здесь делаешь?

– Мы хотели подобрать что-нибудь для мамы в её день рождения, поэтому мы пришли сюда. Вдруг ты сможешь нам помочь.

– О, да. Конечно, только дай мне минутку. Мне нужно разложить свои вещи, – говорю я ему, стараясь отстраниться.

Но его пальцы подцепили петли на моих джинсах, удерживая меня на месте.

– Как ты себя чувствуешь? – спрашивает он.

Моё сердце превращается в огромную лужу прямо посередине магазина.

– Идеально, – тихо произношу я, наблюдая, как он расслабляется.

Мне нравится, что он заботится обо мне. Я поворачиваю голову и вижу свою маму, которая улыбается как кот, объевшийся сметаны. Я закатываю глаза.

– Тревор, – говорит моя мама, вставая между нами, – знаю, это осталось мало времени для бронирования рейса, но если у тебя есть свободное время, не против слетать на Ямайку, на мою свадьбу? Уверена, что смогу поселить тебя вместе с Лиз, – она улыбается, глядя на нас обоих, и выглядит так, словно только что решила проблемы мирового голода своим предложением.

– Мам, уверена, ему есть чем заняться.

Я всё ещё стараюсь привыкнуть к мысли, что он мой парень. Ехать в другую страну со своим парнем равносильно вместе покупать щенка. Вы должны быть знакомы некоторое время. Но несмотря на это, мысль о том, чтобы наблюдать за Тревором, который будет только в плавках, все выходные на пляже, кажется хорошей идеей.

– Конечно, я возьму отгулы, – говорит он.

Я смотрю на маму, она смотрит на Тревора. Я моргаю несколько раз, привыкая к сложившейся ситуации.

– Тебе не нужно ехать. Уверена, у тебя куча работы с контрактом, который ты только получил, – говорю я ему.

– У меня три брата. Это только на три дня. Они заменят меня.

– Ох, – отвечаю я, думая, какого чёрта происходит с моей жизнью, когда меня просто всосало во вселенную Тревора.

– Сегодня вечером после того, как мы возьмём щенка, я постараюсь забронировать билет на ваш рейс. Если не будет свободных мест, то вы сможете забронировать билеты на тот же рейс, что и я.

– Вы собираетесь взять щенка? – восклицает мама, хлопая в ладоши.

– Кто-нибудь убейте меня, – бормочу я, уставившись в потолок.

– Что, милая?

– Ничего... Пойду разложу свои вещи, а затем помогу парням выбрать подарок для миссис Мейсон.

– Я помогу им, пока ты будешь собираться, – говорит моя мама, оборачивая пальцы вокруг бицепса Тревора.

Я вижу, как она его слегка сжимает, а затем улыбается ему.

– Ничего себе, какой сильный. Ты качаешься?

О, мой Бог, кто-нибудь? Пожалуйста! Спасите меня! Тревор улыбается в ответ, отвечая утвердительно. Я иду на склад, что разложить свои вещи. Целую минуту я бьюсь головой о стену, прежде чем понимаю, каким безумием стала моя жизнь. После того как ребята ушли, а мама ходила словно накуренная после визита Тревора, я получаю смс от брата.

Тим: «Позвони по этому номеру. 521-649-4579».

Я смотрю, чтобы убедиться, что мама за кассой.

– Мам, я буду на складе.

– Конечно, милая, – она машет мне рукой.

Я иду на склад, сажусь на большую коробку, делаю глубокий вдох, прежде чем набрать номер, который он написал.

– Лиз, мне нужна твоя помощь, – я слышу голос Тима сквозь плохую связь.

– Хочешь помощи после того, что ты украл у меня с мамой? Ты обкурился что ли? – спрашиваю я, повышая голос.

Я встаю, чтобы убедиться, что мама ничего не слышала. К счастью, она всё ещё стоит за кассой.

– Я не хотел этого делать.

– Где деньги, Тим?

– Послушай меня, – кричит он в трубку.

Раньше брат никогда не кричал на меня. Я закрываю рот и глаза, понимая, что бы ни случилось, это плохо. Очень плохо.

– Сёстрёнка, я знаю, что налажал.

Он больше ничего не говорит, так что я убираю телефон от уха, что проверить, что вызов ещё идет.

– Тим?

Через несколько секунд он, наконец, говорит отчаявшимся голосом.

– У меня проблема. Я думал, что если заплачу людям, которым задолжал, то мы начнём всё с чистого листа.

– Нет, – шепчу я, наклоняя голову вперёд.

– Я не хотел, чтобы это случилось, сестрёнка. Ты должна мне верить. Я был подавлен, и это было единственное, что помогало мне забыться. Каждый раз, когда я делал ставку, то думал, что это всё, последний раз...

– Так ты не наркоман? У тебя зависимость к азартным играм? – повторяю я, чтобы убедиться, что правильно его расслышала.

– Да, – спокойно отвечает он.

– Почему ты не поговорил со мной или мамой?

– А что я должен был сказать? У меня есть зависимость к азартным играм, и мне нужны деньги, чтобы отдать их чуваку, у которого я украл?

– Можно было начать с этого.

– Ты совсем меня не слушаешь?

– Слушаю! – кричу я в трубку. – Я слушаю тебя. Я практически потеряла свой бизнес. Я потеряла квартиру. Мне пришлось устроиться на работу в стрип-клуб, чтобы попытаться заработать деньги, которые нужны для оплаты бизнес-кредита.

– Ты работала в стрип-клубе? – я слышу злость в его голосе.

– Да, пока Тревор не заставил меня уйти, а Майк не дал деньги, чтобы оплатить все счета.

– Майк позволил тебе работать на него?

– Ты сейчас себя слышишь, Тим? У тебя нет никакого права злиться. Мне пришлось работать из-за тебя.

– Знаю. Но, Господи, Лиз, какого чёрта?

– Не волнуйся об этом. Я больше там не работаю. Тим, Майк дал мне деньги, так что тебе нужно найти способ, чтобы вернуть их ему. Тебе нужно вернуться домой.

– Я не могу вернуться прямо сейчас.

– Почему нет?

– Я же сказал, что собирался заплатить парню, у которого занимал. Что я и сделал, но он захотел получить свои проценты. Я не смогу вернуться домой, пока не найду способ заплатить ему.

– Тим, не будь придурком и возвращайся домой. Найди работу. Может, Майк позволит тебе работать на него.

– Я не хочу возвращаться в город с дерьмом, которое преследует меня, сестрёнка.

– Сколько ты задолжал? – спрашиваю я, пытаясь просчитать в голове, сколько бы я могла ему дать.

– Десять тысяч баксов.

– Какого чёрта, Тим? – восклицаю я, а затем прикрываю рот. – Ты украл у меня больше двадцати тысяч. Ты всё ему отдал или потратил на кокаин или ставки? В смысле, это же большая сумма.

– Знаю. Поэтому и звоню. Я хотел узнать, не могла бы ты мне одолжить деньги? Я бы заплатил, а затем вернулся домой.

– Тим, я не собираюсь посылать тебе такую сумму. У меня её даже нет. Просто приезжай домой, и мы постараемся со всем разобраться. Мы сможем, просто я не знаю, как. Я поговорю с Тревором, – отвечаю я.

Действительно ли я смогу поговорить с Тревором? Он и так уже разозлён на моего брата. Это только добавит новый пунктик в список его причин ненависти к нему.

– Что, блядь, Тревор Мейсон сможет сделать с этим дерьмом?

– Мы встречаемся, и у него есть строительная компания. Ты мог бы поработать на него.

– Ты встречаешься с Тревором Мейсоном? Совсем крыша поехала?

– Ты задолжал кучу денег. Может крыша поехала у тебя?

Дерьмо. Я не имела это в виду. Я закрываю глаза, делая вдох.

– Слушай, он мне нравится, и мы встречаемся.

– Я подумаю, смогу ли вернуться в город. Я поговорю с Майком и посмотрю, получится ли что-нибудь с ним.

– Тебе нужно это исправить, – шепчу я, слёзы застилают глаза.

– Я уже не играл несколько дней, ясно?

Так говорят все зависимые, когда не хотят рассказывать о своих проблемах?

– Где ты сейчас?

– Я с другом. Прости, сестрёнка. Я не хотел, чтобы это произошло.

– Просто приезжай домой. Мама выходит замуж через несколько недель. Она хочет, чтобы ты вёл её к алтарю.

– Я посмотрю, что смогу сделать.

– Пожалуйста, возвращайся домой, – шепчу я в тишину.

Я убираю телефон, зная, что он уже повесил трубку. Я молча молюсь, вытираю слёзы с глаз и начинаю расчищать склад.

***

– Что насчёт этого? – спрашивает Тревор, указывая на маленькую пушистую собачку.

Большинство бы девушек сошли бы с ума из-за этого небольшого комочка меха, но как по мне, он мог бы легко потеряться в моей комнате.

– Не знаю, – отвечаю я, глядя на Тревора.

Его рука поднимается к моему затылку, собирая мои волосы в кулак. Мои губы открываются как раз перед тем, как он меня целует.

– Что это было? – выдыхаю я, когда его рот покидает мой.

– Прямо сейчас ты выглядишь просто очаровательно, – он улыбается, обнимая меня за плечо, и ведёт вдоль собачьих клеток.

Мы приехали в ближайшее АОППЖКЖ (приме. пер. – Американское общество по предотвращению жестокости к животным) после того, как он сказал, что у меня нет выбора, и мы выберем себе собаку, нравится мне это или нет. Я ответила ему, что мы выберем только ту собаку, которая нуждается в доме.

– А что насчет него? – спрашивает он, останавливаясь перед клеткой с собакой, которая может поместиться в кармане, а также, должно быть, на рекламе «Тако Белл».

– Эм... – я прикусываю губу и снова смотрю на него. – У тебя какая-то тяга к маленьким собачкам или что?

Все собаки, возле которых он останавливался, обязательно были маленькими.

Он пожимает плечами, оглядываясь.

– Нет, я просто думал, что девчонкам нравятся маленькие собачки.

– Тревор, прямо сейчас мне не нужна собака. Мне нужно найти квартиру. И даже тогда я не знаю, можно ли будет там жить с собакой.

– Во-первых, это будет наша собака. Во-вторых, тебе не нужно искать квартиру. Ты останешься у Майка до тех пор, пока не будешь готова переехать ко мне.

Весь воздух из моих лёгких вышел. Я смотрю на Тревора, а он осматривает всё вокруг, словно только что не сказал мне, что мы будем жить вместе. Вместо этого он выглядит так, словно сказал мне, какой кофе предпочитает.

– Может быть, он? – спрашивает Тревор, увлекая меня за собой.

Мои ноги превратились в желе. Я до сих пор не могу вздохнуть. У меня слегка кружится голова. Когда эти отношения начали двигаться со скоростью света?

Я споткнулась позади его, и моих ногам нужно было пару секунд, чтобы снова восстановить равновесие. Когда мы остановились, я посмотрела в противоположную сторону. Мои глаза остановились на гигантской чёрной собаке. Когда наши взгляды встретились, он наклонила голову вбок. Я последовала её примеру. Мы смотрели друг другу в глаза несколько секунд, пока она не поставила свою огромную лапу на дверь клетки. Я подняла руку, шагая к собаке. Когда она заскулила, я поняла, что это и есть та самая. Я даже не хотела собаку, но знала, что он или она будет моим или моей.

– Привет, – говорю я, подходя ближе к клетке.

На двери весит напечатанная информация о животном. Это девочка, но они не знают, сколько ей лет, потому что кто-то нашёл её на обочине и привёл сюда. Также там говорится, что она дружелюбная и, очевидно, хорошо выдрессирована. Я присела рядом с её клеткой и прижала руку напротив её лапы. Я просунула пальцы сквозь решётку и слегка погладила её.

– А ты милая девочка, да?

Я смотрю на Тревора, который присел на корточки рядом со мной. Он не выглядит уверенным, но я уверена на все сто. Если он не захочет её, то я позвоню Майку и узнаю, нельзя ли жить в его доме с собакой. Схватив руку Тревора, я прижимаю её к решётке. Собака нюхает его, а затем лижет ладонь.

– Ты ей нравишься.

– Так она и есть та самая, а? – спрашивает он, оглядываясь на другие клетки.

Я делаю то же самое, когда она начинает скулить и царапать дверь клетки. Я смеюсь и снова просовываю пальцы к ней.

– Она идеальна. Тебе так не кажется?

Его глаза находят мои. В них я вижу столько тепла, что у меня перехватывает дыхание.

– Да, она идеальна.

Он наклоняется вперёд, чтобы поцеловать меня, и тянет вверх за собой.

– Как ты хочешь назвать её? – он снова смотрит на карточку с информацией, а затем на меня.

– Лолли? – говорю я, а она лает, заставляя меня смеяться.

– Тогда давай подпишем документы, чтобы мы могли забрать Лолли домой.

Мы идём обратно по коридору к металлическим дверям, а затем прямо к стойке.

– Нашли кого-нибудь подходящего? – спрашивает дама за прилавком, одаривая улыбкой.

На ней яркая больничная туника со щенками, играющими в футбол. На бейдже написано её имя – Мейбл. Её волосы убраны в рыхлый пучок, отчего она ещё больше напоминает типичную южную бабушку.

– Ротвейлер в семнадцатой клетке, – Тревор говорит ей.

– Ох, она такая милая. На прошлые выходные я взяла её к себе домой. Она поладила с моими внучатами! У вас есть дети? – спрашивает она, глядя на нас обоих.

Я только хотела сказать «нет».

– Пока нет, – говорит Тревор, обняв меня за талию.

Большой палец зацепил петлю на моих джинсах. Знаю, я жестокая. Я не хочу детей. Я уже однажды сказала это Тревору, когда он спросил, не хочу ли я детей. Видимо, он как всегда услышал то, что хотел.

– Уверена, у вас будут замечательные детки.

Мои руки вспотели от её комментария. Я люблю детей, но каждый раз, когда я думаю о своих собственных, у меня начинается паника. Я не настолько глупа, чтобы не понять, откуда она. Мой отец умер, когда я была маленькой. Меня оставили. Я не хочу иметь детей, а затем поступить с ними так же. Может, мне удастся преодолеть это когда-нибудь? Не знаю. Но сейчас мысль о детях вызывает у меня тошноту.

Я взяла у неё документы и села в одно из кресел, стараясь восстановить порядок в голове. Когда Тревор подходит, чтобы присесть рядом, он смотрит на меня, а затем наклоняется, чтобы поцеловать. Я отстраняюсь. Может, это и мило, но он должен слышать меня и то, что я говорю, а не то, что он придумал у себя в голове.

– Я же сказала тебе, что не хочу детей. Это не изменится.

– Никогда? Ты никогда не захочешь детей?

В этом момент моё сердце сильно болит. Мысль о том, что у меня никогда не будет ребёнка, заставляет меня скрутиться в комочек и плакать, но противоположная вызывает лишь тошноту.

– Если быть честной с тобой, то я не знаю, – я смотрю на руки, наблюдая за тем, как белеют мои костяшки пальцев оттого, что я сильно сжала ручку. – И мне жаль, если это нарушает нашу сделку. Тогда нам нужно остановиться прямо сейчас, прежде чем во всё это будут вовлечены чувства.

Я смотрю прямо в его глаза. Они с добротой смотрят на меня, но слегка обеспокоенно. Он наклоняется, берет меня за руку, отнимая ручку.

– А разве наши чувства уже не вовлечены? – спрашивает он, поглаживая большим пальцем мою ладонь.

Я знаю, что мои – точно. Я ищу его глаза, замечая те же чувства, что и у меня. Он кивает головой, а затем прижимает свой лоб к моему.

– Мы поговорим об этом. Не сейчас, не завтра, но скоро, и когда мы это сделаем, ты будешь честна со мной. А затем я постараюсь убедить тебя, что если ты не отдашь всю любовь, доброту и силу своему ребёнку, то это будет трагедия.

Ничего себе. Моё дыхание остановилось. В носу возникло неприятное жжение от возникших слёз. Не думала, что Тревор Мейсон может быть таким милым. Он целует меня в лоб, его губы задерживаются там.

– А теперь давай с этим покончим, чтобы отвезти нашу собаку домой.

– Хорошо, – шепчу я, смахивая слёзы.

Мы заканчиваем работу по заполнению документов, которая, кажется, занимает больше времени, чем я ожидала. Можно подумать, что мы устраиваемся на работу в секретную службу с таким списком вопросов.

– Так, хотите, я принесу вам немного корма для собаки? По крайне мере, на сегодня.

Я поднимаю глаза на Тревора, понимая, что ничего не знаю о собаках. Надеюсь, он разбирается в этом лучше, чем я.

– Зоомагазин в городе все ещё открыт. По дроге домой мы заедем туда и купим всё необходимое для неё.

– Видите? Вы будете замечательными родителями, – она улыбается, а мои руки снова вспотели. – Дайте мне время, чтобы внести вас в базу данных, а затем я приведу её.

Она берёт документы и начинает печатать на компьютере. Закончив, она достаёт новый поводок из пакета и идёт в заднюю часть комнаты. Сердце бешено стучит в груди. Я очень взволнована этим событием. Во-первых, когда Тревор сказал, что мы возьмём собаку, я не знала, о чем и думать. А теперь, когда я знаю, что Лолли поедет с нами домой, мои эмоции бьют через край. Когда открывается дверь, Лолли замечает нас и начинает лаять.

– Ну что, готова поехать домой? – спрашиваю я её, похлопываю по своим бёдрам, чем ещё больше возбуждаю её.

– Вот так, дорогуша, – говорит Мейбл, вручая мне поводок.

Я чувствую, что моё лицо сейчас лопнет от счастья. Тревор наклоняется и берёт в обе руки морду Лолли.

– Итак, девочка, ты готова?

Её передние лапы оторвались от земли и расположились на его бедрах, а её язык попытался достать до его лица.

– Сочту это за «да», – говорит он с усмешкой, вставая.

– Если возникнут какие-либо вопросы, то не стесняйтесь – звоните, – произносит Мейбл, махая нам на прощание.

Выйдя из здания, Тревор открывает дверцу кузова.

– Это безопасно? – спрашиваю я, чувствуя волнение из-за того, что Лолли придётся ехать в открытом кузове грузовика, из которого она легко может выпрыгнуть.

Лолли запрыгивает, словно делала это каждый день в своей жизни. А кто знает? Может, так и было. Тревор захлопывает дверцу, идёт к пассажирской стороне и открывает для меня дверь. Прежде чем я понимаю, что происходит, он поднимает меня за талию, усаживая, словно я ничего не вешу. Устроившись на сиденье, я чувствую, как он хватает меня за заднюю часть шеи, наклоняя вперёд для поцелуя. Мне нравится целовать его. У него вкус, похожий на корицу, но не такой острый. Но он также пахнет чем-то тёмным и опасным.

– Бесподобно, – шепчу я, когда его рот покидает меня.

Он улыбается, снова целуя меня. На этот раз просто чмокнув.

– Хорошо, малышка, теперь давай съездим в магазин, чтобы я потом мог отвезти твою девочку домой и найти что-нибудь для ужина.

– Ладненько, – бормочу я, застёгивая ремень безопасности.

Сев за руль, Тревор заводит машину и выезжает со стоянки. Затем он останавливается, отстёгивает мой ремень, хватает за талию на джинсах и тянет на середину грузовика. Пристегнув ремень безопасности, он снова ведёт машину, и мы едем, тесно прижавшись друг к другу.

– Если тебя это так беспокоило, то ты бы мог просто попросить меня сесть посередине, а не рукоприкладствовать.

– Я и не знал, что это меня беспокоит, пока ты там не села, – говорит он, пожимая плечами.

Я качаю головой, понимая, что нет смысла спорить дальше.

– Что ты хочешь на ужин?

Это нормальный вопрос для людей, которые встречаются, так что я не знала, как ответить ему.

– Мы можем чего-нибудь купить, или, когда приедем домой, я сделаю нам парочку стейков.

– Давай чего-нибудь купим.

– Конечно, – отвечает он, притягивая меня к себе на колени.

И я понимаю, что этот момент и есть начало чего-то прекрасного.

***

– Пожалуйста, – стону я.

Мы делаем одно и то же каждый день последние несколько недель. Я готова убить Тревора. Не уверена, что для женщин существует понятие «синие яйца», но если это возможно, то я нахожусь на одной из худших стадий.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю